– Думаете, оно ему понадобится? – вступила в беседу княжна.
– Я же обещал ему челюсть сломать. Так что лечение потребуется, – отвечая ей, Егор небрежно пожал плечами, старательно не глядя на лежащего. Улыбнувшись в ответ, княжна аккуратно обошла тело и, бросив на него еще один взгляд через плечо, поинтересовалась:
– И вы всегда держите данное слово?
– Я не разбрасываюсь обещаниями, но ежели приходится что-то обещать, всегда исполняю сказанное до последней буквы, – твердо ответил парень, снова подставляя им локти.
– Сударь, вы понимаете, что после этого ротмистр пришлет к вам своих секундантов? – шагнув к ним, мрачно уточнил молодой подпоручик в мундире того же полка.
– Тем хуже для него, сударь, – остановившись, спокойно ответил Егор. – Если я что и умею делать, как следует, так это стрелять и драться. Впрочем, думаю, мои слова вряд ли станут для вас убедительны. Не желаете пари?
– Пари? – озадачился подпоручик. – И какое же?
– Думаю, у вас найдется при себе оружие, – все так же ровно начал Егор, мысленно злорадно усмехаясь. – Я сейчас пошлю за своим револьвером, и мы с вами немного постреляем по мишени. Думаю, мадемуазели поддержит нас в таком развлечении, – намеренно добавил он, бросая на девушек быстрый взгляд.
– Думаю, это будет интересно, – моментально нашлась графиня Татьяна.
– Пожалуй, соглашусь с вами, душенька, – поддержала ее княжна Анастасия.
– И где вы собираетесь стрелять? – поинтересовался подпоручик, окидывая парня задумчивым взглядом.
– Думаю, удобнее всего будет это делать в саду. И мы никому не помешаем, и нас никто не побеспокоит, – чуть пожал Егор плечами.
– Что ж. Встречаемся в холле, – решительно кивнул офицер и, развернувшись, направился к выходу.
– Егор Матвеевич, вы уверены, что сможете победить настоящего офицера? – тихо спросила графиня Татьяна, едва они покинули зал.
– Это будет весело, мадемуазель, – хищно усмехнулся в ответ парень. – Ваше сиятельство, – повернулся он к хозяйке дома, – прошу вас прихватить с собой одного из слуг помоложе, чтобы иметь возможность получить все необходимое для веселья.
– Вы нас заинтриговали, сударь, – улыбнулась та и, повернувшись к ближайшему лакею, приказала: – Николай, пришлите ко мне Василия. Немедля.
– Слушаюсь, ваше сиятельство, – поклонился важный, словно британский лорд, лакей и, развернувшись, прошествовал куда-то по коридору.
– Индюк надутый, – фыркнул про себя Егор ему вслед.
Его реакция была вполне понятна. Разговаривая с графиней, лакей всем своим видом показывал, что ее нахождение рядом с таким малозначимым человеком едва ли не грехопадение. Оставив девушек в холле, он сбегал к своей карете, где оставил пояс с оружием и боеприпасами. Посылать за оружием слугу было бесполезно. Кучер Никита специально был проинструктирован им самим так, что в карету никто посторонний сунуться не может. А уж про то, чтобы отдать его оружие кому-то другому, и думать не приходилось.
На ходу надевая на себя пояс с кобурой, Егор вернулся к девушкам и, увидев, стоящего рядом с ними мальчишку лет двенадцати, на всякий случай уточнил у графини:
– Это и есть ваш посыльный Василий?
– Именно так, сударь, – едва заметно улыбнулась девушка.
– Прекрасно. Слушай сюда, парень, – повернулся Егор к мальчишке, – сейчас бежишь в кладовку и находишь там какой-либо старый подсвечник. К нему свечей потребное количество и несешь к нам в сад. А после бежишь туда, где хранятся дрова, и приносишь нам полешко. Все понял?
– Все, – задумчиво кивнул мальчишка, удивленно поглядывая на юную хозяйку.
– Выполняйте, Василий, – царственно кивнула девица, и мальчишку, как ветром сдуло.
Спустя еще пару минут к ним присоединился подпоручик, перепоясанный портупеей с оружием, и вся компания вышла через малые двери в сад. Туда, спустя еще примерно десять минут, принес все заказанное Василий. Егор, уже успевший прикинуть примерное расположение мишени, указал ему на широкую садовую скамью и, вынимая из кобуры револьвер, произнес, проворачивая барабан:
– Думаю, для настоящего офицера погасить свечу с тридцати шагов, не станет трудностью.
– С тридцати? – удивленно уточнил подпоручик.
– А чего мелочиться? – пожал Егор плечами и, развернувшись к скамье спиной, принялся отсчитывать дистанцию, произнося цифры вслух.
Забрав у мальчишки полено, он бросил его на землю, как отметку рубежа, и, еще раз окинув все декорации взглядом, широким жестом указал противнику на горящие свечи.
– Прошу вас, подпоручик. Вы старше, значит, ваш выстрел первый.
– Благодарю, – мрачно хмыкнул офицер, не спеша направляясь к отметке.
Вынув из кобуры револьвер, он пару раз вскинул его, примеряясь к мишени, после чего спустил курок. Револьвер рявкнул, и Егор только злорадно усмехнулся. Ни одна из свечей даже не дрогнула. Нервно дернув щекой, подпоручик снова прицелился и выстрелил. На этот раз огонек одной свечи качнулся и затрепетал. Судя по всему, пуля прошла достаточно близко. Третий выстрел погасил свечу, и подпоручик, тихо зашипев, словно змея, снова выстрелил. Вторая свеча тоже погасла. Пятый выстрел в очередной раз оказался промахом. Результат можно было не озвучивать. Из пяти горевших свечей погасло только две.
– Не думал, что будет такая разница, стрелять днем или вечером, – буркнул подпоручик, начиная перезаряжать оружие.
– Не думаю, что тут есть чему удивляться, – хмыкнул Егор, становясь на его место. – И так понятно, что в темноте свечи кажутся более яркими, – закончил он, вскидывая оружие.
Пять выстрелов прозвучали один за другим, с одинаковым интервалом. В итоге, скамью, которую они использовали как подставку под мишень, остался освещать только садовый свечной фонарь. Все свечи, вставленные в подсвечник, погасли.
– Желаете реванша, сударь? – повернулся Егор к противнику.
– У меня с собой патронов мало, – мрачно буркнул офицер в ответ.
– Тогда, попробуем по-другому, – жестко усмехнулся Егор в ответ. – Василий, подойдите, – позвал он мальчишку.
Юный посыльный, явно удивленный умением парня стрелять, подскочил, не дожидаясь подтверждения приказа от хозяйки дома.
– Бери полешко и вон туда, к скамье становись. Как скажу, подкидывай его как можешь выше. Понял?
– Ага, уяснил, сударь, – истово кивнул мальчишка и, схватив принесенное полено, поспешил в указанную сторону.
– Может, желаете убедиться, что полено целое? – на всякий случай уточнил парень у подпоручика.
– Оставьте, сударь. И так понятно, что по нему еще никто не стрелял, – отмахнулся офицер с заметным раздражением.
– Как пожелаете, – покладисто согласился Егор. – Готов, Василий?
– Готов, сударь.
– Кидай, – скомандовал Егор, успевший за разговором перезарядить револьвер.
Мальчишка изо всех сил подкинул цель, и Егор, плавно вскинув оружие, спустил курок. Василий, подхватив упавшее полено, бегом принес его парню и, тыча пальцем в дырку от пули, восторженно произнес:
– Попали, сударь. В самую середку.
– Благодарствуй, приятель, – не удержавшись, улыбнулся ему Егор.
– Вы и вправду прекрасный стрелок, Егор Матвеевич, – в один голос произнесли девушки.
– Благодарю вас, – поклонился парень и, повернувшись к противнику, поинтересовался: – Не желаете попробовать, сударь?
– Вынужден признать, что мне такого не сделать, – мрачно произнес офицер, глядя на парня непонятным взглядом. – Зачем вы все это затеяли? – чуть помолчав, вдруг поинтересовался он. – Я же понимаю, что сделано это не просто так. Но зачем?
– Отдаю должное вашей проницательности, сударь, – без улыбки кивнул Егор, убирая револьвер в кобуру. – Вы решили вступиться за ротмистра, а значит, неравнодушны к его судьбе. А раз так, то прошу вас объяснить ему после, что бросать мне вызов весьма чревато. Не хочу проливать лишней крови. Он мне нахамил, в ответ получил по физиономии. Если он решит на этом остановиться, слава богу. Если же нет, пощады не будет. Как я стреляю, вы видели сами. Не сомневаюсь, что вашего слова в таком случае будет вполне достаточно.
– Если же он вам не поверит, вы всегда можете сослаться на нас, – шагнув вперед, быстро добавила княжна Анастасия.
– И на всех тех, кто сейчас смотрит на нас из окон дома, – ехидно добавила графиня Татьяна, небрежным жестом тыча пальчиком куда-то себе за спину.
– М-да, похоже, я в очередной раз умудрился объявить о себе на всю Москву, – с мрачной иронией хмыкнул про себя парень, разглядывая прилипшие к стеклам лица гостей.
* * *
Отрабатывая удары на мешке, Егор мысленно прокручивал все события, произошедшие на том памятном приеме. Как оказалось, даже его сольное выступление на морде ротмистра не отвратило общество. Некоторым даже понравилось. Вот этот факт парня удивил более всего. Понятно, что многие морщили носы и высказывались, что это было слишком грубо, но после сами же списывали все на возраст. Впрочем, парень и сам ругал себя за некоторую несдержанность.
Просто в очередной раз увлекшись, он забыл, что является пока еще подростком, и подобное поведение для юноши его возраста несколько не свойственно. Хозяин дома, граф Ухтомский, после их возвращения в зал улучил момент и, отозвав парня в сторонку, негромко произнес, разглядывая его непонятным взглядом:
– Скажу прямо, юноша. Бывать у нас вы можете, бесспорно.
– Благодарю, ваше сиятельство, – проявил Егор вежливость.
– Но прошу вас запомнить, что обо всем, что касаемо моей дочери, сразу откажитесь. На нее у нас другие планы, – кивнув в ответ, решительно закончил граф.
– Не извольте беспокоиться, ваше сиятельство, – усмехнулся парень. – Жениться пока в мои планы не входит. Других дел хватает.
– Вы и вправду изрядно дерзки, – удивленно хмыкнул граф и, попрощавшись, вернулся к гостям.
Иван Сергеевич, которому Егор уже в карете поведал об этом разговоре, только понимающе вздохнул и, чуть пожав плечами, тихо проворчал в ответ:
– Титулами нам с ними не равняться, а вот казной можем и потягаться. А там посмотрим, кто им интереснее будет.
– Ты о чем это, деда? – насторожился Егор, услышав его слова.
– Сговора о тебе у семьи нашей ни с кем не имеется, так что ты невозбранно можешь заниматься тем, чем сам решишь. Вот и дерзай. Вон, мануфактуру свою пока поднимай. Глядишь, в серьезные заводчики выйдешь. А мы с Игнатом о другом подумаем, – загадочно отозвался старик.
– Деда, ты б рассказал все толком, – осторожно предложил парень. – А то решите, чего делать, а я по незнанию влезу, да сломаю чего.
– Нечего покуда рассказывать, – отмахнулся старик. – Вот приедет Игнат, поговорим, а далее видно будет.
Они замолчали и просидели в молчании до самого дома. И вот теперь, вспоминая тот вечер, парень прикидывал, можно ли было сделать там что-то иначе. И по всему выходило, что его первая реакция оказалась самой правильной. Особенно в том, что он несколько раз предупредил того ротмистра прежде, чем пустить в ход кулак. Сносить оскорбления молча он и в прежней жизни не привык, а уж тут и тем более это было бы глупо.
Понятно, что ввиду возраста бросить обидчику вызов он просто не имел права, а вот ответить подобным образом вполне в духе времени. Тем более что в разговоре он упоминал, что занимается английским боксом. А ведь тот самый бокс изначально назывался дракой джентльменов. Понятно, что для настоящего боя требуются перчатки, ринг и рефери, но по их палестинам и так сойдет. А про соревнование по стрельбе и говорить нечего. Тут все было по хорошо известным обществу правилам.
Никто никого не пугает и, не приведи боже, не произносит каких-то угроз. Только простая демонстрация собственных умений. А вот что после подумают остальные, только их личные проблемы. Он сделал все, чтобы избежать ненужных проблем и последствий. А уж ежели оппонент не понял, ну, и царствие ему небесное. Дед перед самым приемом успел его немного просветить на подобные темы, так что Егору осталось только вовремя эти знания использовать в деле. В общем, все сделал правильно и везде молодец. Во всяком случае, сам дед ему и слова о случившемся не сказал.
Закончив тренировку, парень с помощью Архипыча умылся и, утираясь поданным полотенцем, поинтересовался, окидывая казака задумчивым взглядом:
– Дядька, ты в цеху был?
– Утречком ездил, – коротко кивнул казак.
– И что там?
– Добре все. Опилки возят, тряпье всякое, крестьяне наши сами туда сносят. Мальчишки стараются. Бумагу новую я видал, добре выходит. Набили они руку.
– Выходит, там все само уже крутится, – задумчиво протянул парень, прикидывая, чем бы заняться.
– А чего ему не крутиться, коль налажено все? – пожал казак плечами. – Ты, барич, туда пару раз в седмицу заезжай, да всегда в разные дни, тогда и порядку боле будет, – лукаво усмехнувшись, посоветовал он.
– Ага, контроль на линии, – усмехнулся Егор про себя, понимающе кивнув. – Ну, и чем тогда займемся? – поинтересовался он, вскидывая лицо к бездонному небу.
– Иван Сергеевич тебе, барич, сказывал, чтобы ты мануфактуру свою расширял. Вот и подумай, – моментально нашелся казак.
– Там и думать нечего, – отмахнулся парень. – Надо только кирпича купить да черепицы, а после еще один цех поставить. Я другое думаю. Здание новое возвести, а после разделить все дело на три части. В одном цеху только мельницы, в другом – котлы для варки, а уж третий сушильным ставить. Как думаешь, удобнее станет?
– Ну, ежели их промеж себя соединить, удобно, – подумав, осторожно кивнул Архипыч, уже имевший кое-какое представление об этом производстве.
– Добре. Тогда вели запрягать. Проедемся, посмотрим, у кого кирпич дешевле. Начнем потихоньку все потребное для стройки закупать, – подумав, скомандовал Егор.
Теперь, когда цех начал работать на полную мощность и его продукция стала пользоваться спросом, дело это для парня начало терять свою привлекательность. Расширять его до бесконечности он не собирался, так что, выстроив работу и подходящий алгоритм производства, парень собирался просто перекинуть все текущие дела на управляющего, за собой оставив только контрольные функции.
Он и сам понимал, что это не совсем правильно, но заниматься только делами мануфактуры ему было скучно. Ну не любил он однообразия. Совсем. Может, потому у него и получалось так ловко стрелять, что это было своего рода соревнование с самим собой. Впрочем, то же самое было и с фехтованием. Пользуясь полученной от деда свободой, он уделял всем этим занятиям большую часть своего свободного времени. Даже с Архипычем он уже нередко фехтовал левой рукой, стараясь развивать обе конечности.
Они вернулись в особняк, и Егор, поднявшись к себе, принялся переодеваться к выезду. Казак отправился на конюшню, готовить транспорт. Сошлись они на крыльце, и Никита уже подогнал к нему карету, когда во двор влетел верховой в форме жандарма.
– Прокатились, – вздохнул Егор, мрачнея.
– Даст бог, дело не долгим будет. Этот вон сломя голову летел. Лошадь вся в мыле, – понимающе проворчал Архипыч, разглядывая прискакавшего офицера.
Молодой, чуть старше самого Егора ротмистр, соскочив с седла, быстро взбежал по ступеням и, коротко козырнув, чуть задыхаясь от скачки, спросил:
– Сударь, я имею честь видеть Егора Матвеевича Вяземского?
– Именно так, ротмистр. Чем могу служить? – насторожившись, кивнул парень.
– Для вас письмо от его превосходительства, полковника Василевского, – все той же скороговоркой доложил офицер и, выхватив из сумки конверт, протянул его парню.
– Ответ ожидается? – быстро уточнил Егор, выдергивая из-за голенища нож.
– Никак нет. Полковник только просил передать, что очень будет вас ждать.
– О как! – не удержавшись, хмыкнул парень и, вспоров ножом конверт, принялся читать послание. – Вовремя мы ехать собрались, – буркнул он, сворачивая письмо. – Едем, дядька. Господин ротмистр, можете ехать с нами. А вашего коня привяжем к карете. Вы его почти загнали, – предложил он, бросив взгляд на усталую животину.
– Благодарю, сударь. Обратно нам спешить проку нет. Шагом пойдем, – улыбнулся в ответ ротмистр и, козырнув, направился к своему коню.
Егор, в сопровождении казака спустился к карете и, усаживаясь, негромко скомандовал кучеру:
