Приблизившись ко мне, парни встали напротив скамейки. Я поднялась.
– Говори, – без предисловий начал Мирон, щуря светло-карие почти жёлтые, как у кошки, глаза. Я смотрела на него и не видела на лице ни капли сожаления или раскаяния. Словно это не он виноват в смерти Насти, а кто-то другой.
– Всё просто, – Я откинула рукой чёлку, упавшую на лоб. – Идёте в полицию, признаётесь в содеянном. За сдачу с повинной вам скостят срок, может, даже дадут условно или назначат общественные работы.
Мирон наклонился ко мне, цыкнул сквозь зубы.
– И где же твой свидетель? Думаешь, поверим на слово и побежим сдаваться?
Я перевела взгляд на Степанова. А вот он не выглядел таким же уверенным в себе. На висках и на лбу блестели капельки пота, хотя вечер не настолько душный. Глаза растерянно бегали с меня на друзей.
Марк наблюдал за всем с толикой интереса и не более.
– Если я покажу своего свидетеля, вам это точно не понравится. – Уставилась я на Мирона сердито. – Это ведь ты схватил Настю за сумку. – Татуировка на руке в виде скорпиона подтверждала слова призрака. – Объясни, почему так поступил?
Мирон сглотнул слюну.
Клим ещё сильнее ссутулился. В серых глазах отразилась боль. Кажется, в отличие от друга, он казнил себя за ту аварию.
– Скажу, раз так интересно, – проворчал Мирон. – Всё равно слова к делу не пришьёшь. Я не желал навредить девушке. Хотел пошутить, сорвать сумку, а потом отдать её за номер телефончика. Сам не ожидал, что она упадёт. Так растерялся, что не выпустил сразу эту долбаную ручку. А тут ещё Клим добавил газу, мы протащили её несколько метров по дороге. А потом… потом… подошли к ней.
Краем глаза я косилась на Клима. Он дрожал, вероятно, вспомнил, как выглядела Настя
Мирон сжал пальцы в кулаки.
– Я с первого взгляда понял: она мертва. От страха не соображал, что делать. Думаешь, мне её не жалко?
Я усмехнулась.
– Но своя шкура оказалась ближе. Вы просто сбежали, как трусы. А потом жили себе спокойно.
Глаза Клима повлажнели.
Мирон зло засопел.
– Спокойно жили? Клим до сих пор к психологу ходит, а я со снотворным засыпаю.
Я усмехнулась.
– Мне вас пожалеть? Не дождётесь. Ты вот с девушками развлекаешься, а Настя навсегда осталась шестнадцатилетней. В общем, если у вас хоть капля совести имеется, то вы признаетесь в том, что сделали год назад.
– Я пойду в полицию, – пробормотал Клим. – На всё согласен, если мне после этого легче станет. Сто раз готов просить прощения у Насти, но она уже не услышит. Надо было вызвать скорую, а не бросать девушку на дороге.
Я улыбнулась. Степанов не совсем потерянный человек.
– Поверь мне. Она тебя слышит.
– Издеваешься! – рявкнул Мирон. – Клим, какого хера ты разнюнился. Не понимаешь что ли, она нас на понт берёт. Свидетель у неё. Пусть предъявит. Я не виноват, это несчастный случай.
– А мне всё равно. Я пойду, – заупрямился Клим.
Мирон с силой сжал узкие плечи друга.
– Только о себе думаешь! Конечно, ты лишь скорую не вызвал, а я убил девчонку. Пусть нечаянно, по глупости, но убил. Как думаешь, кому больше дадут? Не хочу в тюрьму! Девушку уже не вернёшь. Почему я должен мучиться?
– Может, потому, что это справедливо: понести наказание, – выпалила я
– Тебе какое дело? – поинтересовался Марк.
– Прямое. Я заинтересованное лицо в том, чтобы эта парочка раскаялась.
Клим вытер мокрые глаза.
– Я казню себя.
Мирон покачал головой.
– Мне тоже жаль, но я не могу ничего исправить. Время назад не повернёшь.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
