Оказалось, у него не только тело худое, но и терпения немного, да и смелости нет.
Чуть успокоившись, Ынха разжала кулак.
– Я не могу туда пойти, – сказал Джухон.
Из динамика оглушительно громко раздался голос его менеджера:
– Что случилось на этот раз?
– Тут какая-то девчонка говорит, что она из сотрудников, несет всякую чушь, – язвительно протянул Джухон и посмотрел на девушку. – С такими условиями я что, должен выходить на подиум? Такое отношение к модели – это, по-вашему, нормально?
Лучше бы он правда ударил ее. Тогда она бы хоть могла ответить. Ынха с недоумением подумала, как можно быть таким лицемером.
– Эй ты, извинись. Тогда, может, я и выйду на сцену, – сказал он нарочито презрительным тоном. Он явно над ней насмехался.
«Вот бы врезать этому дохляку-анчоусу», – подумала она. Сжав кулаки, Ынха пристально смотрела ему прямо на переносицу.
«Нет, Ынха, – сказала она себе. – Ты не можешь подвести тетю. Но разве она хотела бы, чтобы ее племянница терпела такую несправедливость и издевательства?»
Мысленно она представила себе чашу весов. С одной стороны было семейное воспитание рода Пак, где учили «не терпеть ни несправедливости, ни высокомерия». От этого чесались кулаки, требуя немедленных действий. С другой стороны перед глазами возникал образ тети. Если бы дело касалось только ее самой, она давно влепила бы Джухону по переносице – чтобы запомнил навсегда. Но раз дело касалось тети, ничего не поделаешь. Ынха глубоко вздохнула и тихо сказала:
– Прошу прощения, Ким Джухон.
– Что? И это ты называешь извинением?
Ынха прищурила глаза. «Я! Да, называю! Ты, щуплый ублюдок!»
– Ты что, нормально извиниться не можешь? Эй, я сказал, что никуда не пойду, пока ты не извинишься как следует! – Джухон закричал в свой смартфон, и из динамика последовали крики и мольбы менеджера.
Сколько людей страдают из-за этого мужчинки с тонкой, как бумага, выдержкой и гнилым, как сточные воды, характером? Для Ынхи он был всего лишь временной подработкой, но для других – основной работой. Сдержать кипящий гнев ей помогли только жалость и чувство вины за других.
Ынха снова открыла рот, пытаясь сказать серьезным тоном.
– Прошу пр…
В этот момент чья-то рука сзади легла на плечо девушки, прерывая ее на полуслове.
– В чем дело? – прозвучал спокойный голос.
Джухон, с надменным видом размахивавший смартфоном, тут же нахмурился.
– Что еще?
Ынха обернулась посмотреть, кто ее остановил. Первое, что бросилось ей в глаза, – знакомый силуэт подбородка.
«Неужели он проследил за мной досюда?» – подумала Ынха.
– А ты еще кто такой? – раздраженно бросил Джухон. Он как раз собрался преподать наглой девчонке урок – показать, как суров бывает этот мир. Пусть пару раз извинится, получит нагоняй от начальства – глядишь, начнет хоть как-то работать. И тут такая помеха в самый неподходящий момент. Не в силах сдержать досаду, Джухон снова достал сигарету и закурил.
– Я Ли Вон из компании «Майер & Рул».
– «Майер & Рул»? – Джухон озадаченно повторил название. Ли Вон тем временем мягко притянул Ынху к себе, продолжая:
– Вы уже встречались с моим секретарем.
Только тогда Джухон, выдыхая дым, замер с открытым ртом. Он вспомнил: во время обсуждения рекламного проекта с компанией «Майер & Рул» он действительно обменялся визитками с секретарем Вона.
– А…
Джухон с досадой выругался про себя. Только не здесь, только не сейчас. Он уже собирался опустить голову в поклоне, но Ли Вон холодно спросил:
– Что происходит между вами и леди Ынхой?
– Простите?.. – пробормотал Джухон, переводя взгляд с Ли Вона на девушку, которая молчала, растерянно моргая. – Это… ну… – начал он неуверенно.
«Леди Ынха?» У него голова пошла кругом. «Что за отношения у них вообще?» Из телефона доносился голос менеджера: «Сейчас приду, стой там и не дергайся!» Джухон не знал, что сказать. Вон неожиданно сменил тон и доброжелательно спросил:
– Леди Ынха, с вами все в порядке? Я слышал, как вы извинялись.
Ынха, ошеломленная резкой переменой тона, не сразу смогла ответить.
Джухон тоже был в шоке. Кто она вообще такая, раз этот человек обращается к ней с таким уважением, словно к принцессе? Разве она не просто сотрудница?
Вдруг у него перед глазами пронеслось все: как он выпускал ей в лицо сигаретный дым, давил на нее, заставлял извиняться. Следом пронеслись мысли о многомиллионном контракте, который теперь может сорваться. А ведь менеджер просил его быть осторожнее. И все может пойти прахом из-за его глупого желания «воспитать» какую-то девчонку.
– Если вы расскажете, что произошло, я сам разберусь с этим, – вновь спокойно сказал Вон.
Как тлеющая сигарета оставляет лишь сухой пепел, так и сердце Джухона начинало пересыхать от страха. Он сглотнул.
– Нет-нет, позвольте мне сначала объяснить ситуацию. Если вы выслушаете только ее, может возникнуть недопонимание.
– Недопонимание, говорите? – холодно переспросил Вон, глядя на девушку, стоявшую между ними и смотрящую на него. Встретившись с ним взглядом, она будто замерла на краю пропасти, охваченная внутренней борьбой.
«Стоит ли мне ухватиться за эту руку помощи только потому, что Ким Джухон – мерзавец?» Она прищурилась, взглянув на Джухона. Тот не смог выдержать ее взгляд и отвел глаза в сторону. Ынха слегка улыбнулась.
– Было ли между нами хоть что-то, что можно назвать недопониманием? Я всего лишь попросила его прийти на репетицию. А актер Ким Джухон… Просто потянул меня за волосы и потребовал извиниться.
– Вот как, – сухо произнес Вон, бросив на Джухона пронзительный взгляд.
Джухон вздрогнул, встретившись с его черными, как ночь, глазами.
– Ынха, вы все не так поняли, я вовсе не… – Он попытался оправдаться, обращаясь к девушке, но Вон резко прервал его строгим голосом:
– Ким Джухон. Уверен, у нас с вами еще будет возможность обсудить все это очень подробно. В другой день.
– Подождите… пожалуйста, позвольте мне хоть объясниться…
Продолжал он что-то говорить или нет – Вон уже не обращал на него внимания, собираясь уйти вместе с Ынхой. В панике Джухон замахал руками, пытаясь их остановить. В этот момент из его руки выскользнула сигарета, проделала в воздухе дугу и начала падать. Пылающий кончик сигареты направлялся прямо к лицу девушки. Она широко распахнула глаза, рот невольно приоткрылся от неожиданности.
– Ах…
Она попыталась закрыться рукой, но ее опередила чья-то ладонь, возникшая перед ней быстрее, чем она успела среагировать. Мужская рука крепко сжала все еще тлеющую сигарету. Ынха моргнула. «Голыми руками!..» Вон, не обращая внимания на горящую сигарету у себя в руке, внимательно осматривал ее лицо – не задел ли ее пепел.
– Это тоже учтем. Остальное обсудим позже, – сказал он, стряхивая с руки пепел, убедившись, что с девушкой все в порядке.
Джухон, не в силах пошевелиться, покрывался холодным потом. Несколько секунд он молчал, лицо его залилось краской, и он принялся суетливо расспрашивать Вона, не обжегся ли тот. В этот момент все еще ошеломленная, но уже пришедшая в себя Ынха решительно оттолкнула Джухона в грудь.
– Отойди. Немедленно.
Тот, пошатываясь, отступил в сторону, а Ынха уверенно схватила Вона за запястье.
– Пойдем.
* * *
Ынха выскочила с Воном через дверь и стремительно побежала по прогулочной дорожке. Внезапно оказавшись втянутым в бег по каменной тропе, Вон выглядел слегка удивленным, но послушно следовал за ней.
Дорожка вела к фонтану. Добежав до него, Ынха подвела Вона к воде и опустила его руку под струю. Холодная вода стекала, касаясь пальцев и запястий. Вон безмолвно смотрел на ее руку, крепко охватившую его ладонь. Жар от ее прикосновения ощущался сильнее, чем холод воды. Когда он опустил взгляд, то увидел стоящую перед ним Ынху – с прикушенной губой и обеспокоенным выражением на лице. Он чуть отступил в сторону, испугавшись, что если она услышит, как громко бьется его сердце, то тут же отдернет руку. Ынха внимательно рассматривала его ладонь под водой.
– Похоже, будет волдырь, – сказала Ынха сердито, словно обожглась сама.
Вон с трудом сдержал улыбку и еле заметно кивнул.
– Угу.
Ынха недовольно покосилась в сторону входа в отель и пробурчала:
– Этот гад причинил человеку вред и даже не подумал пойти за нами… Подождите здесь.
Когда Ынха поморщилась и собиралась уже уйти, Вон сказал:
– Вот так просто уйдешь?
– Что?
– Я ведь, между прочим, раненый. – Вон с легкой улыбкой кивком указал на свою левую руку. На его ладони остался покрасневший след, и, похоже, внутри начинал собираться волдырь – кожа заметно вздувалась. – Так что… Поймай Ким Джухона.
– А, – только и вымолвила Ынха.
Когда Вон изобразил болезненный стон и нахмурился, она вздрогнула, несколько раз дернулась и вдруг застыла, как камень. «Что вообще происходит?» – недоумевала она, пытаясь пошевелиться.
«Ничего не понимаю», – думала Ынха, пытаясь справиться с нахлынувшими мыслями, и решила никуда не идти. В этот момент Вон с довольным выражением лица снова повернулся к ней.
– Ну простите, – тихо произнесла она, снова взяв его за руку.
– Ты извиняешься? – Вон слегка склонил голову, глядя на нее, а Ынха закатила глаза.
– Нет… То есть… Спасибо?
– Это благодарность?
– Нет… То есть да.
– Так ты извиняешься или благодаришь?
– Думаю, и то и другое.
Ынха искривила уголки губ, и Вон, улыбнувшись, присел у фонтана.
– Ынха, но ты ведь сама только что об этом говорила.
Скрывая недовольство, Ынха опустила голову и принялась внимательно смотреть на его руку. Ожог был несерьезным, но что-то внутри давило на девушку.
«Возможно, все из-за меня… да, так и есть». Она задумчиво проговорила:
– Наверное, нам стоит пойти в больницу. Если образуется шрам…
В этот момент Вон слегка схватил ее палец, не давая ей отпустить его руку.
– Нет, сейчас все в порядке, – тихо сказал он, не выпуская ее руки. – Оставь все как есть.
Ынха замолчала. Шум воды, плещущейся из фонтана, перекрывал оглушительное биение ее сердца, которое, казалось, вот-вот вырвется наружу. «Что, если он услышит стук моего сердца?»
Ынха не хотела, чтобы он понял, как сильно она обеспокоена происходящим, и, почувствовав его взгляд, опустила глаза, смотря на его руку. Вон продолжал держать ее за палец.
– Пустите.
Вон медленно отпустил ее палец.
Ынха крепко сжала руку в кулак и глубоко вздохнула. Вон игривым тоном продолжил:
– Но то, что мне бы действительно хотелось услышать… как ты собираешься это компенсировать.
– …Что? – Ынха смотрела на него в недоумении. – Компенсировать?
– Ага.
– Простите, вы о чем вообще?
– Об этом. – Вон покачал левой рукой.
– Но это же сделал Ким Джухон, а не я.
– Виноват-то он, тот актер. Почему расплачиваться должна я? – С трудом подбирая слова для ответа на эту нелепость, пыталась возразить Ынха, но Вон невозмутимо ответил:
– Сама ведь говорила – «простите» и «спасибо».
– Ну надо же! Ушам своим не верю, – фыркнула она от возмущения.
