Я изо всех сил старался сидеть со спокойным выражением лица. Архиепископы Кентерберийский и Йоркский находятся на вершине пирамиды английского духовенства. Из этих двух самых влиятельных лиц первый главнее. Невозможно представить, что он имеет в Москве собственную церковь, да еще венчает в ней православных.
– Вава! – рассердилась маменька. – Ты все понял?
Я, на время переставший слушать ее, кивнул.
– Ей нужна свободная комната.
И тут я совершил роковую ошибку, задав вопрос:
– Кому?
Не стану пересказывать сейчас эпитеты, которыми маменька наградила меня. Перескажу лишь основную суть объяснения.
Родители жениха обладают немалыми деньгами, а семья девушки – почти нищая. Зато невеста хороша собой, воспитана в строгости. Короче, о помолвке Эндрю Вилкиса и Надин Таракановой скоро объявят, но есть сложность. Будущая невестка выросла в глуши, в деревне. Село находится неподалеку от Москвы, но Надя – неограненный алмаз. Она не светская дама, понятия не имеет, как себя вести в высшем обществе. Одевается так, что глазам больно смотреть, вести легкую беседу не умеет, танцует, словно медведь на свадьбе у слона. Ну как такое бесконечно милое создание ввести в круг аристократок? Надин необходимо правильно одеть и научить всему. Процесс обработки алмаза до состояния бриллианта нельзя доверить посторонним. Мэри не хочет, чтобы весь дворянский люд столицы судачил, что Эндрю выбрал себе козу в лаптях. Тем, кто, образно говоря, возьмет Надю за руки и введет ее высшее общество, стану… я. И отказываться от почетной роли учителя хороших манер я права не имею.
Маменька замолчала, я тоже не произносил ни слова. Пауза затянулась. Потом маменька произнесла:
– Девица поживет у тебя. Здесь ее никто не увидит до конца обучения. Мы с Мэри так решили. Точка.
Затем она встала и удалилась.
А вскоре раздался новый звонок в дверь – пришла Веселова. И теперь, не успев переварить новость о своей новой должности педагога, я слушал даму и не мог понять, чего она хочет.
Глава вторая
– Понимаете, это не моя дочь! – заявила посетительница.
– Вы полагаете, что ваша дочка – не ваша дочка? – уточнил Борис.
– Именно так, – подтвердила женщина.
– Как вас зовут? – начал я нужную беседу.
– Паспорт показать? – почему-то рассердилась посетительница.
– Документ понадобится, если мы будем составлять договор, – улыбнулся батлер. – Я Борис, мой начальник Иван Павлович. А к вам как обращаться? Мы знаем лишь вашу фамилию. Неудобно все время обращаться к вам «госпожа Веселова».
– Светлана Игоревна, – после небольшой паузы представилась гостья.
– Полагаете, вашу дочь подменили? – продолжил я.
– Верно.
– Может, она «улучшила» внешность? – предположил батлер. – Сделала соболиные брови, губы-«пельмени», и теперь ее узнать невозможно?
– Нет, конечно, – отвергла все предположения мать. – Откуда у Иры деньги на подобные глупости?
– Вела себя хорошо, получала пятерки, а потом съехала на двойки, хамит родителям? – выдвинул новое предположение Борис.
– Об этом тоже речи нет, – нахмурилась Светлана. – У меня не забалуешь. Притащила четверку? Лишаешься еды и интернета, сидишь в своей комнате, учишь уроки. За тройку я ее убью… Девушка, которая сейчас живет у нас, не моя дочь! Кстати, у котов то же мнение.
– У котов? – переспросил я.
– У нас их двое, – пояснила мамаша. – Оба любили Ирку, а теперь перестали к ней подходить. Раньше со всех ног к дуре неслись.
Боря быстро глянул на меня и отвел взор. Я понял, о чем он думает. «Со всех ног к дуре неслись». Похоже, Светлана не особо ласкова с дочкой.
– Ирина не изменилась внешне? – уточнил мой помощник.
– Нет, какая была, такая и есть.
– Поведение другое? – задал я свой вопрос.
– Да. И еще выражение глаз. Раньше девчонка смотрела… ну… тихо.
– Громко смотреть невозможно, – не выдержал я.
Светлана вынула из сумки фото, положила его на стол.
– Это Ирка.
Я начал рассматривать снимок и сразу вспомнил стихотворение «Муза», которое в 1813 году написал Евгений Баратынский.
Не ослеплен я музою моею:
Красавицей ее не назовут,
И юноши, узрев ее, за нею
Влюбленною толпой не побегут.
Приманивать изысканным убором,
Игрою глаз, блестящим разговором
Ни склонности у ней, ни дара нет;
Но поражен бывает мельком свет
Ее лица необщим выраженьем…
Не буду далее цитировать. Девушка на снимке – совсем не красавица, но в ее глазах… Трудно объяснить. Там виден свет, и у лица «необщее выраженье». У девочки ярко выраженная индивидуальность. Я подумал, что за ней уже начали бегать мужчины, но только умные, тех, кто, образно говоря, любит «масс-маркет», она не заинтересует.
Почему же мы со Светланой ведем речь о ней? На снимке, скорее всего, студентка. Я оторвал взгляд от фото и обратился к посетительнице:
– Сколько лет Ирине?
Веселова тяжело вздохнула.
– Двадцать. Страшненькая внешне девка, сидит весь день, зубрит что-то, подруг нет. И понятно, почему. Не веселая она, не компанейская. Но в гимназии, где она училась, и в институте никого не травят, не дразнят. Там после уроков гулять вместе идут, в кино. Одна Ирка – бегом в студию картины писать. Педагог говорит, таланта художника у нее столько, сколько у бегемота – к балету, но он ее не выгоняет, чем-то Ирка ему нравится. Сказала ему: «Не стану за дуру платить», – так он согласился бесплатно заниматься. А раз так, пусть ходит.
Рассказчица помолчала.
– У меня фирма по производству вязаных изделий. Тут главное – получить хороший заказ. Мне везет, я постоянно нахожу тех, кому необходимы носки, варежки, шарфы, жилеты. Любой человек может написать на наш сайт, например: «Хочу безрукавку, как у вас в каталоге, только не красную, а синюю». Ему позвонит оператор, уточнит все пожелания, размеры, попросит небольшую предоплату. И через короткое время изделие – у заказчика. Таких клиентов много, но основной доход – от крупных заказов. Например, одна фирма захотела подарить на свой день рождения всем сотрудникам варежки с логотипом предприятия. А трудится там больше пяти тысяч человек. Для оформления подобных сделок мы встречаемся лично, я готова прилететь куда угодно… К чему я это рассказываю? Я отправилась в Минск. Пробыла там три дня, вернулась, устала, сразу спать легла. На следующее утро выхожу на кухню – дочь кофе пьет, в институт собирается. А котов нет! Вот уж удивление! Обычно они во время еды тут как тут. Спросила у Ирины: «Где парни хвостатые?» Она голову от тарелки подняла, спокойно, как всегда, ответила: «По дому бегают». Меня словно крапивой стеганули: не Ира это! – Посетительница вынула из сумки еще одно фото. – Вот, на другой снимок гляньте. Специально для вас его сделала по-тихому.
– Лицо то же, а вот глаза… У них иное выражение… Вероятно, Ира влюбилась, – предположил Борис. – Первое чувство – самое острое, оно преображает человека. Лица и прически на фото идентичные, а вот взгляд другой.
– Вот только этого не хватало! – рассердилась Светлана. – Какая такая любовь в ее возрасте?! Следует хорошо учиться, а она зачет вчера не сдала!
– Точно влюбилась, – улыбнулся Борис.
– Прекратите глупости пороть!
– Никакого криминала в вашей истории пока не видно, – осторожно произнес я.
– Значит, то, что мою дочь подменили на другую девку, законно? – взвилась посетительница. – Я побежала в полицию, меня оттуда вежливо коленом под зад выперли. И вы сейчас не хотите помочь! Сто раз сказала: удрала девка, а та, которая дома, не моя!
– Светлана Игоревна, – ласково закурлыкал Борис, – мы вас не выгоняем. Более того, мы согласны, что взгляд у девушки на снимках разный. Вероятно, в жизни Ирины произошли какие-то события, поэтому она изменилась внутренне, и это сразу отразилось на внешности. Мы попробуем выяснить, что произошло. Иван Павлович верно сказал, пока ничего криминального нет, но мы готовы поработать.
– Хорошо, – неожиданно спокойно отозвалась посетительница. – Спасибо, что согласились разобраться… Хорошо, что Йоськи нет, а то он бы меня обозвал, наорал, истерику закатил…
– Кто такой Йоська? – осведомился Борис.
– Муж бывший, – махнула рукой Веселова. – Личный камень на моей шее, Иосиф Петрович Веселов. Когда замуж за него выходила, думала: «Повезло мне, сироте! Йося – из хорошей семьи, квартира у него в двадцать лет своя. Не придется со свекровью жить, в ноги ей кланяться». Надежды муж большие подавал. И что вышло? Я на швею выучилась, Йося в МГУ диплом философского факультета получил. Я – детдомовка. Какое у меня приданое? Комнатенка в коммуналке на окраине Москвы в бараке. А у Йоси – хоромы многокомнатные в центре столицы, бабушка их любимому внуку отписала. Из нищей сироты я превратилась в законную жену студента МГУ, невестку профессора и поэтессы. Вылезла из навозной кучи прямиком к солнцу, из околотка, где жила, в люди выбилась. Да недолго музыка играла. Веселов со мной развелся, когда родилась Ира, потом в Израиль с родителями подался, сейчас живет там. Как запой, мне гадости пишет, деньги клянчит… Вы прислушайтесь к моим словам, я Ирку как облупленную знаю. Она тихушница, зануда, вообще на такое не способна.
– На какое? – быстро отреагировал я. – Девушка что-то натворила?
– А чего я к вам притопала?! – всплеснула руками Веселова. – Вот прямо делать мне нечего, решила погулять! Вы ничего не поняли, что ли?
– Нет, – честно ответил Боря.
– Вас в соцсетях очень хвалят, – нахмурилась тетка, – а вы плохо соображаете! Пропала она! Исчезла!
Глава третья
– Ваша дочь убежала из дома? – уточнил я, думая, что, если девушка жила так, как мать описала, то осуждать ее за побег не стоит – надоело бедняге быть во всем виноватой.
– Ну! – кивнула мамаша.
Я посмотрел на Бориса, тот вмиг понял, как поступить, и спросил:
– Светлана Игоревна, вы что больше любите, кофе или чай?
– Я не жрать сюда пришла!.. Давайте кофеек. Со сливочками.
– Покрепче сварить?
– Не, мне растворимый из банки. Он вкуснее и сразу вштыривает.
– Сейчас принесу, – пообещал Боря и ушел.
Я предпринял очередную попытку выяснить, что конкретно привело ко мне даму.
– Значит, Ирина ушла из дома…
– Удрала воровка, – подтвердила Веселова.
Я решил запастись терпением.
– Девочка что-то взяла без спроса?
– Вы издеваетесь? – прищурилась тетка. – Говорю, говорю, а вы не понимаете!
Дверь в кабинет открылась, появилась Анна Ивановна с подносом, за ней шел Боря.
– Кофеек! – обрадовалась посетительница. – Спасибо!
Наша беседа длилась уже больше часа, поэтому я решил подвести некий итог.
– Госпожа Веселова, ваша дочь Ирина, отличница, тихая, рассудительная, не любительница гулянок с подругами, которых у нее и нет, внезапно коренным образом изменилась. Она наплевала на учебу, а недавно убежала из дома. Правильно ли я понял: вы хотите, чтобы мы нашли девушку? Но она же не малышка, взрослый человек. Возможно, Ирина встретила мужчину и ушла к нему.
– Двадцать ей уже, – пробубнила посетительница, – училась в платной, особой гимназии. Это филиал психолого-нервного института, после его окончания ученик в него переходит. Корпус другой, но он рядом. Если на отлично в гимназии учился, то без экзаменов в этот вуз берут. Ирка станет этим… психо… доктором.
– Психотерапевтом? – предположил Боря.
– Угу, – кивнула гостья.
Я мысленно пожелал ментального здоровья тому, кто обратится к специалисту с дипломом «психолого-нервного института».
– Оплачу вашу работу, не сомневайтесь, не обману. Готова внести задаток – тысячу рублей.
– Спасибо, – улыбнулся Боря, – мы не берем деньги вперед.
– Зря! – решила поспорить клиентка. – Когда найдете Ирку?
– Трудно пока ответить… – начал я, и тут же на мою голову упал гнев дамы.
– Это почему? Ноги в руки взяли, – и вперед пахать!
– Сейчас мы заняты, – лихо соврал я.
– И чего? – заморгала Веселова. – Откажитесь от других!
Боря перестал улыбаться.
– Мы проверим свое расписание и завтра утром сообщим вам о нашем решении.
Я ожидал, что малоприятная дама устроит скандал, не захочет уходить, и, похоже, она не любит слышать «нет». Но события начали развиваться непредсказуемо. По щекам Светланы покатились слезы. Веселова принялась вытирать их ладонями и перемазалась тушью для ресниц. С ее лица пропали брови, губы, исчез румянец. Похоже, вся красота дамы была добыта из пудрениц и всяких разных баночек и тюбиков.
