И правда же не кажется: на самом деле подрос. Точнее, как леший Семён Феоктистович и сказал, облик кота будет меняться с каждым его попаданием в другой мир. Не только в разлом. Потому что после мира Дориана случился очередной шаг перехода фальшивого кота в настоящего химеринга. Там ещё и чешуя чёрная на ушах проявилась. Хорошо, что Крайт не даётся никому в руки. Иначе вопросов возникло бы немало.
– Зачем ты встречался с Соболевым? – Лекс поворачивается ко мне. – Или это секрет?
– Да какой там секрет. Соболев хочет, чтобы я сидел тихо и не рыпался.
– Будешь сидеть?
– Смеёшься, что ли?
– Тогда что собираешься делать?
Снимать штаны и бегать. Но вслух я это не говорю. Всё же отец Лекса исчез в разломе. Не время для шуточек.
– Хочу пойти в разлом. С моим тёмным эфиром это реально, ты же знаешь.
Нельзя позволить Карху получить кристаллы силы. А значит, я должен найти и закрыть все осколки тёмного мира.
– Возьми меня, – внезапно говорит Львов. – Токсин говорил, что знает, как сделать антидоты, на которых там вполне можно продержаться.
– Кто будет его изделие проверять? – интересуюсь, не смотря ему в глаза. Антидоты-то у меня есть, и не Токсином сделанные. Забрал на всякий случай у тех охотников, которых встретил в разломе. Но их всего штук десять, соответственно – на десять часов в разломе. Кроме того, каким бы одарённым Львов ни был, для меня в разломе он просто обуза.
– Риск в данном случае уместен. Я же всё-таки целитель, – отвечает он, тоже не смотря мне в лицо.
Он хочет спасти отца. Но…
Вряд ли у Александра Третьего и Николая Львова были при себе те самые антидоты. Я вообще сомневаюсь, что они известны кому-то, кроме прихвостней Колдуна. Так что шанс отыскать российского императора и главного безопасника страны живыми равен нулю. Их эфир, в отличие от эфира дочери князя Назарова, светлый. А значит, разлом для них – яд. Некого там исцелять.
И Лекс об этом знает не хуже меня.
– Там будет видно, – киваю неохотно.
Это с моим тёмным эфиром я в разломе могу и жабе-хранителю настучать. Там я в несколько раз сильнее. А мои парни – светлые одарённые. Их силы там не увеличатся, самим бы выжить. Смысла тянуть за собой толпу, которую придётся защищать, нет. Но понять Лекса я могу.
– На. – Лекс лезет в карман и кладёт на снег жёлтый кругляш.
Из-под скамейки на секунду появляются пальцы Шанка, и золотая монета исчезает в его кулаке.
– Разбалуешь, – хмыкаю.
– Плевать.
От трассы слышится звук мотора и визг тормозов.
– Э, фью! – Вскоре раздаётся свист, и к нам подходит Серж Палей. – Вот так и знал, что вы опять тут задницы отмораживаете. Мёдом вам тут намазано, что ли?
Он садится рядом с нами на скамейку и смотрит на часы. Золотой имперский «Коммандер».
– Скоро тут появятся патрули. Не хотите лишний раз нарываться – шевелите ластами. Могу подвезти.
– Я на колёсах, – отмахивается Львов.
Я же с интересом наблюдаю за тем, как через сидушку скамейки просовывается длинный палец руки бога и касается золотого браслета часов на руке Сержа. Процесс тыренья чужой вещи в самом разгаре. Часы на руке Палея начинают мерцать и как бы растворяться, но он этого не замечает и продолжает о чём-то трепаться.
– Молодец, – хвалю Шанка. – А теперь верни как было, пока пальцы не повыдёргивал.
– Чего? – Серж перестаёт болтать и с недоумением смотрит на меня.
Лекс тоже заметил попытку кражи и даже чуть улыбнулся, хотя с нашего возвращения ходит мрачнее тучи. Понять его можно: отец погиб в разломе, а к информации по ситуации нас не допускают. На его месте я чувствовал бы себя беспомощным щенком.
– Не обращай внимания, – отвечаю Палею, глядя, как часы на его кисти опять приобретают плотность. – Ну что, погнали?
– А чего приезжал-то? – уточняет Лекс, глядя на Палея. – Не ближний свет так-то.
– Узнал кое-что. Подумал, что лучше рассказать об этом лично. Кто знает, вдруг нам с Егором прослушку в смартфон поставили. Да и вам уже могли, в принципе… Короче, передаю от Ильина… Тьфу ты. От его высочества Георгия Александровича Романова. Этой ночью в Большом зале Кремля снова появился разлом. Зал оцеплен, всё держится в строгой тайне. Егор понимает, что ты ему ничем не обязан, но…
– Что-то ещё?
– Этот разлом не могут закрыть. Магия на него не действует. Монстры тоже пока не лезут. Но он думает…
Киваю:
– Что именно там до сих пор находится император?
Надежда, как известно, умирает последней. Даже настолько бессмысленная.
– Да. Только у тебя в нашей компании тёмный эфир, а его высочество доверяет только нам. Сейчас наследник трона собирает команду охотников, чтобы зайти в тот разлом. Но это требует времени и очень опасно. Егор хочет, чтобы ты успел первым. Ну всё. Я передал. Остальное решать тебе, Камень.
Стоит мне подняться, как Крайт тут же вылетает из кустов. Прямо хорошо вымуштрованная собака, а не кот. Видит Палея, взлетает мне на грудь и топорщит шерсть. А заодно лапой проходится по куртке Сержа.
– Зараза клыкастая! – шипит тот, видя на чёрной коже три аккуратных разреза.
– Свои. – Я успокаивающе кладу ладонь на холку химеринга. – Прости. Не знаю, что на него нашло.
– Я сегодня оборачивался, – отвечает Палей. – Наверное, почуял моего волка. Нормально всё, Камень, не парься.
Вот только Крайт уже видел его волка, и в драке с назаровцами, и около оврага, где мы тех назаровцев спасали. И никак на него тогда не среагировал. Странно…
– О, Лекс, наконец-то ты купил нормальную тачку вместо того девчачьего двухместного корыта! – радуется Палей, когда мы подходим к новому внедорожнику Львова. – Поеду с вами.
– А свою куда денешь? – интересуюсь.
– Да кому она тут нужна? – отмахивается он. – Скоро комендантский час, тут муха не пролетит. Потом кто-нибудь из отцовских парней заберёт.
– Не хрен людей от работы отрывать! – моментально звереет Лекс. – Не то сейчас время! Тебе надо – ты и забирай!
– Псих, – спокойно констатирует Палей. – Передумал я с тобой ехать.
Руки они друг другу под моим пристальным взглядом всё же пожимают, после чего Палей идёт к своей машине. Я ныряю на переднее сиденье Лексовой тачки. На заднем обосновываются Крайт и Шанк.
– Хоть бы снег стряхнул, – укоризненно говорю кошаку. – Тьфу! Да не здесь же! Баран ты, а не кот.
– Забей. – Лекс втапливает газ. – Если бы не надо было его возить – я бы эту тачку и не покупал. Так что имеет право отряхиваться где хочет.
На самом деле тачка куплена, чтобы при нужде в неё помещались мы все. Но радует, что Лекс уже способен шутить.
– Есть что-нибудь новое по Колдуну? – Я поворачиваюсь к нему.
– Если и есть, мне об этом ничего не известно. Каменский…
– Говори уже, – подталкиваю его, потому что он надолго замолкает.
– В Канцелярии творится что-то непонятное. Нехорошее, на самом деле. Двое отцовских заместителей куда-то исчезли. Дозвониться до них я не могу. Ещё одного просто уволили. Причём ровно после того, как я ему позвонил, чтобы узнать хоть что-то о ситуации с разломами. Кто-то системно перетягивает на себя власть. И мне кажется, к этому приложил руку князь Назаров.
– Почему именно он?
– Ну… Назаров вхож в близкий круг императорской семьи. К тому же его имя никак не связано с «Братством», чистки в окружении императора прошли основательные. Не хочется верить, что кого-то пропустили, но происходящее в Канцелярии мне не нравится. Кстати, я уверен, что и во дворце сейчас… нехорошо. Смена власти всегда приносит проблемы.
– Опять ты об этом. Не должно быть смены власти. У нас есть совершеннолетний наследник престола.
– Без способности оборота. К сожалению, это очень важно. Особенно учитывая, что в семье Романовых есть пять человек, которые отлично оборачиваются.
– Думаешь, всё же будет драка за трон? При законном наследнике?
Лекс пожимает плечами.
– Хочется верить, что не будет. Но мои желания вряд ли учтут.
– Ну, Назаров – точно не Романов, – хмыкаю я. И резко командую: – Вправо! Обгони этот тарантас и пристройся между той «Газелью» и автобусом.
Лекс мгновенно выполняет команду.
Одновременно я шевелю пальцами, вызывая плетение. Иллюзия на номерном знаке Лексовой тачки. Теперь там вместо выпендрёжных трёх девяток светятся невзрачные «три-семь-один». Еще одно плетение – и на крыше нашей машины, меняя её внешний вид, появляется автобокс. Точнее, я надеюсь, что он там появляется, – мне результата плетения сквозь крышу не видно. Но зато хорошо видно в зеркале заднего вида расширившиеся от удивления глаза водителя автобуса, что сейчас закрывает нас своими широкими обводами от преследователя. Ну а что… Не каждый день видишь, как на крыше идущей впереди тачки внезапно вырастает автобокс.
Крепись, мужик, это просто ночные глюки.
– За нами хвост? – уточняет Лекс.
– Угу.
Кидаю взгляд назад. Незаметный в общем потоке белый седан мечется по трассе, выискивая машину с нужным номером. Ага… гоблинским хреном вам по всем фарам.
Лекс притормаживает, пропуская преследователей.
– Поедем за ними?
– Не стоит. Скорее всего, они будут ждать нас около училища. Мигни Палею.
Лекс мигает фарами, давая Сержу знак, заезжает во дворы и останавливается.
– Что за шашки вы на дороге устроили? – интересуется тот, заворачивая вслед за нами и выбираясь из машины. И тут же делает огромные глаза: – Камень, это ты так Лексову «ласточку» изуродовал? Что за хрень торчит на крыше?
– А… сейчас… – Делаю незаметный жест рукой, и автобокс растворяется в воздухе. Следом возвращается реальный номерной знак.
– Страшный ты человек, Каменский… Ты хоть сам-то реален?
Палей пытается ткнуть меня в бок, но наталкивается на выставленный мной блок, ойкает и трясёт рукой.
– Реально камень. Все пальцы отбил.
Даю указания:
– Белый «Москвич», номер – сэ ноль-пять-семь эм ка. Гони на парковку общаги. Если увидишь его там – проследи, куда потом поедет. Слишком там кто-то наглый завёлся – нам на хвост падать.
– Понял. А вы?
– А мы к Лексу, – оглядываюсь на Львова.
Тот кивает.
* * *
В поместье Львовых
В поместье Львовых царила мрачная тишина. Дворецкий молча принёс кофе, молча удалился, и Лекс, едва отпив глоток, приступил…
…к продуманному шантажу.
– Никита, я понимаю, что в разломе буду для тебя обузой.
Каменский, уткнувшийся в чашку, даже глаз не поднял, только усмехнулся.
– Но вынужден сказать, что если ты меня не возьмёшь, то я пойду туда сам, – продолжил Лекс.
– Такой себе способ оставить мать в полном одиночестве… – протянул Каменский.
– Ну, четыре часа у меня точно есть, – хмыкнул в ответ Лекс. – Потому что есть четыре антидота.
– Где взял?
– Антидоты найдены на одной из баз «Братства», – охотно ответил Лекс. – Теперь лежат в Кремле под серьёзнейшей охраной. Думаю, даже Госбанк так не охраняется. Правда, их очень мало. Насколько мне известно – всего сотни три.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
