– Вы же сами сказали, что она проштрафилась? Значит, у вас как у полиции теперь есть право её арестовать, и на время задержания её чары не окажут никакого действия. Желательно поймать с поличным, если вы понимаете, о чём я, – так проще вести допрос.
Громила явно обрадовался.
– Ах так?! Это замечательно! Ну, мы ей сейчас… Не беспокойтесь, комиссар, уж мы эту ведьму… Пересчитаем все косточки!
– А вот этого вот не надо, сержант, – обернулся я напоследок. – Не забывайте, что вы воюете с женщиной, которая даже не сможет ничем противостоять. Надеюсь, мне не надо объяснять, что силу применять запрещено? – я приподнял бровь, когда лицо у мужика досадливо вытянулось. – Или мне напомнить протокол задержания, а также санкции за превышение должностных полномочий?
– Нет, нет, нет, – заулыбался он. – Я всё помню! Всё будет в прекрасном виде, господин начальник, то есть комиссар Шелл! – последние слова он уже выкрикнул мне в спину, потому как я скрылся в глубине тёмного коридора, в котором не мешало бы повесить несколько светильников…
Что ж, я знал, что на новой работе придётся воевать не только с преступниками…
Глава 5 Свобода, но с ограничением
Всё ещё комиссар Руперт Шелл
– Привезли ведьму, шеф! – секретарь влетел в кабинет, возбуждённо поблёскивая глазами. – Страшная… как сама смерть!
– Осов, – устало вздохнул я, – ты в первый раз ведьму видишь?
– Ага! – парень даже не пытался скрыть восторг.
Я хмыкнул.
– Может, тогда ты и родовой знак её проверишь?
– Это как это? – тут же поумерил он свой пыл.
– Это, Осов, надо ножку у дамы посмотреть, – мне доставило истинное удовольствие наблюдать за меняющимся и бледнеющим выражением лица помощника. – У всех ведьм на лодыжке горит родовое клеймо, обозначающее не только принадлежность к ковену, но и символ рода. Чаще всего, это два частично перекрещенных символа.
– Н-но я не могу… – проблеял он. – Не могу ножку… она же это…
– Что?
– Женщина! – понизил он голос до страшного шёпота. – Да ещё и старая.
– Ага, то есть посмотреть родовой знак на нестарой ножке у тебя проблем бы не возникло?
– Нет, ну это…
– Учись, Осов, тактичному поведению, когда женщина страшная, и не морщись. Для тебя это просто часть работы.
Я достал три выбранные папки с досье на ведьм-некроманток и протянул секретарю.
– Посмотри изображения, может узнаешь, какая нам попалась?
– А вы сами не пойдёте смотреть?
– Позже, – я не стал говорить, что мне сначала надо понять, с какой из ведьм мы имеем дело. От этого многое зависело. И в будущем разговоре тоже.
Мужчина с сомнением открыл одну папку, вторую, а когда заглянул в третью, то не сдержал уверенного возгласа:
– Так вот же она!
– Уверен? – уточнил я, заглядывая ему через плечо и оценивая выбранную персону.
– Уверен! – кивнул он. – Только у неё нет зубов, страшная бородавка на носу, и тощая, как будто вот-вот развалится! – он посмотрел на две другие папки и помотал головой. – Эта – толстая, а эта – молодая. Да и выражения лиц у них нормальные. А эта… Эх, комиссар, когда её занесли, голосила, как сумасшедшая. Требовала прокуратуры, адвоката и что-то вопила о «пезумции невиновности».
– Презумпции, – усмехнулся я. – И её совсем не смущает, что в нашем королевстве такой практики нет?
Офицер пожал плечами и с надеждой заглянул мне в глаза.
– Значит, не надо идти ножку смотреть?
– Не надо, – хмыкнул я, забирая у него папку и возвращаясь к столу. – Велите накормить как положено. Я, как с делами разберусь, подойду…
Секретарь ушёл, а я углубился в изучение того, какую птичку к нам занесло.
Элеонора Томсон. Недавно инициированная ведьма. Инициация произошла семь лет назад – сущая мелочь для их профессии! – во время несчастного случая, когда у пожилой женщины во время пожара погиб любимый домашний питомец. От горя она повредилась рассудком и пробудила в себе древние силы в попытках восстановить жизнь домашней крысе. В итоге – восстановила, правда не в том виде, в котором думала. Так и появилась первая нежить. А за ней ещё, и ещё, и ещё.
Обретя силу, ведьма начала пакостить всем своим знакомым, которые до этого имели несчастье встать на её пути, оскорбляли, смеялись над тем, что она к старости так и не обзавелась семьёй, лелея свою крыску.
Не прошло и полугода, как из посёлка, где они жили, выселились абсолютно все жители, убегая и боясь попасть под раздачу злобной старухи. Она же, оставшись одна на большой территории, совершенно чокнулась и начала изучать ведьминское искусство по книгам, оставленным ей далёкой прапрабабкой. Получив дар, Элеонора наконец-то смогла их прочесть.
Ещё через год она имела славу одной из самых безбашенных из всех злобных ведьм в королевстве.
Хуже всего оказалось то, что именно к этой ведьме пять лет назад обращался сын короля, когда хотел вывести из строя своих оппонентов, пытаясь выиграть на скачках. А это значит… что мы косвенно, но всё же с ней знакомы. При попытке покопаться в грязном бельишке отпрыска монарха меня понизили в звании и на полгода отстранили от работы, запретив даже приближаться к Элеоноре. То-то мне сразу её имя показалось знакомым.
Но, насколько было понятно из документа, со временем она рассорилась с собственным ковеном ведьм, а теперь оказалась в Ривендале. Что там случилось? Она кому-то перешла дорожку? Или спасается от преследования?
Моя задача – узнать это. Правда, приказ короля никто отменить не удосужился. И официально я до сих пор не имею права её задерживать, несмотря на то, что ведьма уже давно лишилась милости монарха и защиты.
Поскрипев зубами от бессилия, я раздражённо вздохнул. Придётся отпустить. Но это не значит, что надо оставить всё как есть…
– Осов! – крикнул я в коридор и буквально через минуту уже командовал секретарю: – Новый приказ. Пошли депешу в главное полицейское управление столицы, возьми полное досье, желательно последних лет, а ещё лучше – последних месяцев, и уточни всю информацию, что связана с Элеонорой Томпсон. Также сделай запрос в центральную газету страны и узнай все номера, где упоминается наша ведьма. Надо понять, что она натворила. Если её вина подтвердится, я запрошу у короля разрешение на её арест и заключение в тюрьму.
– Шеф, это значит, что сейчас вы её отпустите?
Я поморщился.
– Да, Осов, сейчас отпущу. Но прежде… возьму разрешение на пересечение границ её территории.
– В смысле? – не понял он. – Вы же сами говорили, что это запрещено. Как же вы это тогда сделаете?
– Увидишь, – ответил я, взяв папку под мышку и направившись в сторону подвала – туда, где располагались камеры с арестованными.
При виде меня старуха встрепенулась и попыталась сделать вид, словно она – невинная овца, жестоко подставленная своими сородичами. Настоящая ведьма!
Седые пакли висели вокруг лица словно немытая мочалка, а из-под них торчал острый нос и блестели хитрые глазёнки. Она смотрела на меня оценивающе и врала, глядя прямо в глаза. Задав несколько вопросов, я решил действовать в лоб.
– К счастью для вас, мэр не стал писать заявление и сделал всё, чтобы замять это дело. Так что на данном этапе привлечь мы вас не сможем. Но… – я приблизился ближе и усмехнулся. – Запомните, Элеонора, с этого дня я назначен начальником полицейского управления Ривендаля. Одно неверное движение – и я лично отправлю вас в казематы. А оттуда ведьме только одна дорога – на костёр посреди городской площади, – и сразу, не дав ей оправиться от испуга, добавил: – С этого дня будете под моим неусыпным контролем. Это понятно?
И перепуганная, совершенно не успевшая подумать старуха мелко закивала.
– Да…
– Отлично, – я кивнул, весьма довольный собой. Теперь она никуда от меня не денется. – А теперь уходите, Элеонора.
Камеру я покидал с чувством выполненного долга, а снаружи меня ждал секретарь, который сразу же восхищённо зашептал:
– Ну, шеф, вы даёте! Она взяла и согласилась.
– В этом и был смысл.
– И что же теперь? – засеменил он за мной.
– А теперь, – вздохнул я, – теперь будем работать в новых условиях, Осов. Кроме преступности Ривендаля, нам ещё придётся постоянно следить и за ведьмой. Благо, теперь хотя бы у полиции есть доступ к её владениям. А ты не забудь отправить все запросы в столицу.
– Будет сделано, комиссар! – отдал честь мужчина и поспешил выполнять поручения.
Глава 6 Колодец
Элла Гавриловна и ведьма Элеонора в одном лице, уже после того, как их с грызуном выпустили из тюрьмы
– Да потрогай его, смотри, какой миленький! – увещевал меня грызун.
Гремящий костями скелет с придурковатой улыбкой сделал шаг на сближение.
– Нет, нет, я не могу! – взвыла я, отпрыгивая подальше, глядя с выражением страдальческой брезгливости на своих новых «помощников».
– Глупая подделка настоящей Элеоноры! – рассердился грызун. – Как они тебя слушаться будут, если ты связь не установишь?
– Так может и не надо? – пискнула я.
– Ага! Тогда сама себе дом чини, – умертвие сложило руки на груди и насмешливо на меня посмотрело.
– Нет, так тоже не хочу, – оценила я размер дыры в стене дома и представила, как страшно будет спать в таком месте.
– Гениально. Логика зашкаливает!
Я с сомнением посмотрела на разбредающихся по кладбищу скелетиков. Они бесцельно бродили между могил, всем своим видом выражая потерянность и страдание от отсутствия хозяйки. Не нападали, не пытались меня сожрать, а просто страдали…
Не знаю, что щёлкнуло в этот момент в голове, но мне вдруг стало их так жалко! Бедные, никому не нужные, страшные…
От всех этих мыслей я так растрогалась, что, закусив губу, медленно протянула ладонь к подошедшей нежити. Мне не доставало буквально каких-нибудь пары сантиметров, преодолеть которые не хватало сил и смелости, но скелет решил не дожидаться милости и резким движением подтянул черепушку, буквально утыкая её мне в руку.
Я вздрогнула и вся сморщилась. На ощупь он был… отвратительный. Что-то липкое, холодное, где-то даже влажное, настолько омерзительное, что начало тошнить.
– Хороший скелетик, – еле ворочая языком, выговорила я, зажмуриваясь и еле двигая рукой, изображая поглаживание.
– Ма-а-а-ма-а, – промычал скелет, а в следующее мгновение распахнул костлявые руки и заключил меня в объятия.
– А-а-а-а-а! Помогите! Выпустите меня! На помощь! – забилась я в костлявых тисках, всеми фибрами души пытаясь вырваться.
– Ну вот, видишь, – довольно пробормотал крыс. – Поздравляю, ты теперь мама. Посмотри, какие красавцы у тебя деточки!
Я с ужасом повернула голову в сторону скелета. Но очень зря, потому что в порыве чувств черепушка открыла пасть и нежно куснула меня за подбородок.
– Боже! – одним метким ударом кулака я снесла голову так, что череп покатился по влажной земле, а оставшееся тело испуганно воздело руки к небу и побежало ловить убежавшую часть тела.
Я раздражённо вздохнула и, стараясь не смотреть на грязную руку, которая сейчас была в человеческих останках, наковыряла немного земли под ногами и растёрла между пальцами, хоть как-то очищая ладони. Пусть уж лучше пахнут мокрой землёй, чем мертвечиной.
– Это всё? – поинтересовалась я у крыса. – Теперь они меня слушаются?
Он ухмыльнулся:
– Ну, можешь проверить.
– А что я могу им поручить?
– Всё, что угодно, – пожал он плечами. – Ты же магичка, а это твои подданные. Всё, что технически возможно, они вполне могут сделать.
Я кивнула, подбоченилась и, осмотрев своё костлявое войско, максимально уверенно гаркнула:
– Стой! Ать-два! – вся разбредшаяся по кладбищу куча зомби в количестве четырнадцати с половиной штук остановилась и посмотрела на меня выжидательно. – А выкопайте-ка мне, работнички, колодец! Чтобы можно было воду набирать.
Крысёныш резко перестал вычёсывать из себя дохлых блох и с интересом на меня посмотрел.
– Смело, – прокомментировал он, переводя изучающий взгляд на скелетов. Получится или нет?
Ответ мы смогли получить уже через пару минут, когда скелеты дружным, но не ровным строем сгрудились вокруг пустого от могил пространства, куда я ткнула пальцем, и не долго думая начали копать… друг другом…
Один зомби побольше и менее разложившийся, чем остальные, оторвал правую руку у своего товарища и рьяно вонзил её в землю, от натуги отломав пару фаланг. Но это его совершенно не остановило, потому как в пылу работы трудяга даже не заметил временного неудобства. Зато земля от быстрых движений полетела во все стороны.
Скелет же, оставшийся без руки, решил возместить пропажу уже у своего соседа, который как раз в этот момент зазевался, занятый тем, что пытался поймать мельтешащую ногу ещё одного собрата… ну, и остался без руки. Правда, левой… Победитель с довольным видом приделал её на место пропажи и, нисколько не переживая, что локоть выгнут в другую сторону, принялся копать двумя левыми ладонями.
С другого конца зомби начали потасовку за черепушку половинчатого скелета, у которого отсутствовали ноги. То ли недовыкопались из могилки, то ли остались на старом месте жительства Элеоноры.
