– Лучше пока словами и без жестов, – подсказал несчастному Вран. – Вы с телом пока не очень-то управляетесь.
– Точно, – вздохнул Неместов. – Я бы с удовольствием уехал и забыл всё это как страшный сон, и никому бы не рассказывал, честно! – он не увидел насмешливый взгляд Врана, брошенный на начальство, – вот уж со способностями Сокола о том, что «я кому-то расскажу», можно было не волноваться. – Но вечером-то всё вернётся, да?
– К сожалению, – кивнул Соколовский.
– А во сколько?
– Примерно в то же время, когда на вас перья накинули, то есть вылили зелье.
– Плохо… рано очень! – пожаловался Никита. – Да и так… невозможно! У меня же невеста!
– Не поймёт? – сочувственно уточнил Соколовский.
– Да вы что? Кто же это поймёт?
– Некоторые могут! – уверенно кивнул актёр – ему ли не знать.
– Аня… Аня замечательная, но я – ворон? Не представляю, что она мне скажет! Так что я вынужден просить вашей помощи! – решился он.
– Вот и хорошо. Этот вопрос мы выяснили. Тогда к следующему… Вы ночевать дома будете или…
– Дома Аня… Сегодня она к родственникам уехала, а завтра… я не могу, чтобы она меня таким увидела!
– Гм… я не очень себе представляю, как вы будете с ней объясняться, но это уже ваше дело. Со своей стороны могу предложить вам гостиничный номер.
– Гостиничный? – недоуменно протянул Неместов.
– Да, это моя гостиница. Правда, тут кое-что может быть довольно необычно, но зато никто не удивится вашему ночному облику. Опять же, если хотите, вас могут поучить летать. Мало ли сколько времени придётся искать ингредиенты для противоядия…
– Необычно… – протянул Никита. – Можно подумать, я сейчас обычный.
– Это точно, – вежливо согласился с ним Филипп. – Так что, показать вам комнату?
– Да, пожалуйста, – вздохнул ворон.
– Не расстраивайтесь, – усмехнулся Соколовский. – Поверьте, это не самое плохое, вот если бы вас съели, тогда да… это дело невозвратное.
Он не стал добавлять «почти всегда», чтобы не шокировать гостя окончательно – бедолаге и так хватит на сегодня – ему ещё с гусями знакомиться и с Сшайром.
– А ещё Гудини с багетом! – констатировал Соколовский, выйдя в коридор и наткнувшись на вышеупомянутого деятеля.
– Что это? – каркнул шокированный Никита.
– Не пугайтесь, это местный… сотрудник.
– Крээээ? – вырвалось у Неместова.
– Да, крэк-то так, – в тон ему ответил хозяин дома. – Секунду, я вас сейчас охране представлю… во избежание, так сказать. Гуси!
После демонстрации очень и очень странных гусей, а ещё какого-то типа явно восточного плана – смугловатого, черноволосого и с нереально золотого цвета глазами, в которых было что-то абсолютно неправильное, Неместова наконец-то проводили в его комнату.
– Вам ужин прислать? – напоследок уточнил Соколовский. – Или сразу людской завтрак? Вообще-то у нас повара нет, так что дальше будете заказывать доставку, но на первый раз я могу попросить своё доверенное лицо, и она вам приготовит.
– Ужин? Гм… – Никита понял, что очень голоден.
– Только ужин будет вороний: у меня доверенное лицо – ветеринар, она очень ответственно относится к здоровью наших постояльцев, – Соколовский усмехнулся.
– Да хоть какой, – махнул крылом незадачливый тип. – Только сейчас понял, что ужасно есть хочу.
– Хорошо, вам принесут. Тогда утром с нас завтрак и вывод вашего авто на улицу. Дальше – сами. Вечером приезжайте по этому адресу, паркуйте машину на улице и идите ко входу в гостиницу. Позвоните, вам откроют. Если не хотите конфуза, приезжайте пораньше – сами понимаете, пробки, – давал наставления Соколовский.
– Да, я понимаю, – кивал несчастный Неместов.
Впрочем, после того как Вран принёс ему миски с ужином – каша с кусочками сырого мяса и творог с тёртой морковью, Никита как-то повеселел. Нет, само собой, от сырого мяса он вначале брезгливо отодвинулся, но Вран ему посоветовал:
– Это вам в людском виде это не нравилось, а вы попробуйте! – говорить о том, что Никите и червяки сейчас зайдут на ура, он разумно не стал.
Через пару минут от каши и мяса остались одни воспоминания, творог почему-то стал восприниматься дивным десертом, внутри стало разливаться такое сонно-спокойное состояние, а потом резко потянуло вперёд, что Неместов чуть на полу не уснул, уткнувшись в него клювом.
– Эк вас зоб перевесил, – усмехнулся Вран, а увидев исключительно изумлённый взгляд новоявленного ворона, пояснил: – Ну, зоб! Птичий! Вы же сейчас птица.
Стон несчастного типа был воспринят Враном с истинно вороновым хладнокровием – и чего так уж страдать-то по ерунде?
Правда, через пару минут, пристроенный на спинку очередного стула, Никита Иванович уже спал глубоким сном, а во сне… летал, расправив крылья в бескрайнем небе.
Глава 4. Реально доброе утро
Сон Неместова и закончился внезапным полётом – со спинки стула на пол, хорошо ещё, что в комнате был ковёр.
Никита долго не мог понять, что это с ним, хлопал крыльями, пытался проснуться, стряхнуть с себя это безобразное сновидение, а потом вспомнил!
– Да это же мне не снится! Это я сам – ворон!
Он долго сидел на полу, безнадёжно глядя в тёмное окно, а потом проковылял до дивана, не сразу, но сумел запрыгнуть и уснул там.
– Хоть падать ниже… – решил он уже в полусне.
Пробуждение вышло странным – дико закружилась голова, так, что он схватился за неё руками, а потом очень осторожно попытался поменять положение тела – как это он так лёг, что настолько странно себя чувствует? И почему ему так жарко?
– Выпил лишнего? – предположил Неместов спросонья. – Так вроде ничего такого не было. А что было? И где я вообще?
Он подскочил с дивана, разом вспомнив вчерашнее, и уставился на свои руки:
– Я – человек! Наконец-то! Счастье какое! Он не обманул, и я реально снова человек! – лихорадочно соображал Никита, сдирая с себя пуховик, который, как выяснилось, так и был на нём надет.
Стук в дверь заставил его насторожиться:
– Входите!
В комнату заглянул тот самый черноволосый парень, который на самом деле ворон…
