Любовь Трофимова "Миллиард проблем. Кара небесная"

Миллиард проблем. Кара небесная
Любовь Трофимова

Любимый предал меня, выбрав более достойную партию. Девушка без статуса, выгодных связей и влиятельных родителей оказалась ему не нужна. А сирота тем более…

Мне не привыкать, но… Потеряв веру в любовь, я выбрала свой путь к счастью. Малышка, как и я, когда-то брошенная родителями, могла залечить мои раны и спасти от одиночества, но стать её мамой очень непросто.

На пути к своей цели я встретила его. Загадочный незнакомец готов помочь, но мне трудно понять, что он потребует взамен.

Его сердце тоже ранено, а в его прошлом много тайн и интриг, несущих с в себе смертельную опасность. Выбор невелик, и больше мне не к кому обратиться, но мой случайный спаситель пугает своим напором.

Сомнениям места не осталось, когда я оказалась там, где не должна была, и услышала то, что изменит не только мою жизнь.

От автора: Книга участвует в ЛитМобе: "Чужих детей не бывает"

Любовь Трофимова

Миллиард проблем. Кара небесная

Глава 1

Кира

– Опять ты с этой писклёй возишься, – заглянув в санитарную, проворчала коллега и, покачав головой, упрекнула: – Сколько раз я тебя предупреждала, не таскай их на руках. Привыкнут…

– Но она так плакала, – покачивая хныкающую малышку, начала я оправдываться и, погладив макушку, покрытую светлым пушком, добавила: – Зубки, наверное, режутся.

– Ну так сунь ей прорезыватель, выключи свет и дверь закрой. Поревёт и уснёт, – посоветовала коллега и, прицыкнув языком, фыркнула: – Эта крикунья вечно всех будит. Не удивительно, что её бросили. Матери мозг свернула и отправилась на помойку.

– Свет, ну как ты можешь так говорить? – прикрыв малышке ушки, зашипела я и, отвернувшись к окну, напомнила: – Ты не знаешь, что такое быть брошенной. Неужели к родным детям также будешь относиться?

– Ой-ой, какие мы нежные, – скривилась Светка и, смерив меня брезгливым взглядом, фыркнула: – Две брошенки обрели друг друга. Может, ещё удочеришь эту горластую?

– Захочу и удочерю, – огрызнулась я и, наблюдая, как коллега берёт что-то из шкафчика с лекарствами, тихо прорычала: – Всё сказала? Так вали отсюда, без тебя разберусь, как с детьми обращаться.

– Вот пожалуюсь главврачу, будешь знать, – отбрила Светка и, сунув в карман какой-то флакон, направилась к выходу. У двери обернулась и, вскинув брови, добавила: – И не забывай, что ты всего лишь нянечка. Таких сердобольных здесь не любят и долго не держат. Переведут на склад или посудомойкой, и ничем ты своей любимице не поможешь. А будешь со старшими огрызаться, вообще уволят.

– Ну-ну, а то ж на моё место очередь до ворот выстроилась, – посмотрев на закрывшуюся дверь, пробурчала я и, глянув на притихшую малышку, вздохнула: – Ну вот Каринка, опять нам с тобой попало ни за что. Наревелась? Может, уже спать пойдём?

Кроха похлопала пушистыми ресничками и, шмыгнув опухшим носиком, прижалась ко мне пухлой щёчкой. Вот и как её не любить? Такая маленькая для своего возраста, такая хрупкая, а эти глаза… Даже не представляла, как она может оставить кого-то равнодушным, а тем более вынудить родную мать выкинуть её на помойку как ненужного котёнка.

В спальню самых маленьких я входила на цыпочках, и даже свет включать не стала, но моё появление не осталось незамеченным. Самые стойкие малышата, давно привыкшие, что на плач никто не прибежит, не возьмёт на ручки, не покачает и не прижмёт к груди, со временем превращались в живых кукол.

Минимум эмоций, максимум самостоятельности, но при появлении кого-то из персонала они неизменно следили глазками и выражали радость тихим агуканьем. Большинство могли за всю ночь ни разу не пискнуть, даже если хотели пить или лежали с полными подгузниками.

Работая в доме малютки уже полгода, я так и не смогла привыкнуть к несправедливости жизни. Жертвуя сном и чаепитиями, привычными для младшего персонала, я проводила в спальнях почти всю ночь и часто засыпала прямо тут же, свернувшись калачиком на неудобной кушетке.

Но перед этим всех переодевала, поила, играла, ворковала, успокаивала. Вот как сегодня…

Карина была не просто любимицей. Малышка находилась в доме малютки уже полгода, но всё ещё ждала, когда на руки её возьмёт родная мама, а не нянечка, которой чаще всего всё равно, из-за чего плачет брошенный ребёнок.

Эта кроха часто болела, много плакала и очень плохо кушала. Судя по документам, ей было почти девять месяцев, но в тщедушном тельце этот возраст совсем не угадывался. Зато глаза… Ох уж эти бездонные глаза.

Я не спешила осуждать женщину, давшую жизнь этой крохе, предполагая, что на предательство и страшный поступок её толкнули серьёзные проблемы. Вот и замещала ей родную маму, как могла, наивно дожидаясь, когда малышку заберут.

Кроме красивого имени, у этой крохи не нашли никаких записок или намёков на причины поступка мамаши, оставившей дочку. Лишь вполне дорогостоящие шмотки и необычный кулон на толстой золотой цепочке. Теперь он лежал в сейфе главврача, и я подозревала, что со временем пропадёт и эта ценная вещица.

Связь с прошлым окончательно смажется, а маленькая Карина научится умалчивать о своих печалях, привыкнет принимать равнодушие окружающих за норму, и возможно, однажды станет сильной и независимой женщиной, не способной предать.

Ох, если бы я могла забрать её, но… Смехотворная зарплата нянечки, небольшая квартира в обшарпанной пятиэтажке, доставшаяся от государства, всё ещё неоконченное образование и чужая фамилия, никак не связывающая меня с родителями, о которых я ничего не знала.

У меня оставался мизерный шанс стать мамой для малышки, без боя завоевавшей моё сердце.

С Игорем мы встречались всего пару месяцев, но колечко, что я случайно увидела в бардачке его машины, намекало на переход к следующему этапу наших отношений.

Красавчик, подошедший ко мне в обычном супермаркете, одевался модно, ездил на крутой тачке, а квартира, где мы провели несколько горячих свиданий, поражала размерами и роскошью.

Игорь дарил цветы без повода, говорил, что любит, и утверждал, что всегда мечтал именно о такой девушке, как я, – скромной, доброй и ласковой. Словно выбирая подходящий момент, он всё ещё молчал, а я с замиранием сердца ждала дня, который перекроит мою серую жизнь. И не только мою…

Дождавшись, когда все малыши уснут, я прокралась в зону отдыха сотрудников, дежурящих в ночь и, достав телефон, зашла на свою страничку в соцсетях. Лениво листая новостную ленту, просматривала забавные ролики, но не прошло и пяти минут, как значок мессенджера замигал поступившим сообщением.

«Привет, малышка. Не спится?» – написал Игорь, а я улыбнулась.

«На дежурстве». – ответила коротко, но, подумав, отправила следом смущённый смайлик и отстучала закономерный вопрос: – «А ты? Уже поздно? Ты не дома?»

«С друзьями, – сухо отозвался Игорь, а следующим сообщением прилетело волнующее: – «Кира, нам надо серьёзно поговорить. Завтра норм?»

Сердце сладко сжалось, а щёки залил румянец. Оглядев пустой коридор, я стиснула телефон и, зажмурившись, мысленно представила сцену предложения, где я непременно скажу: «ДА»!

«Да, завтра смогу», – написала дрожащими руками и, отправив ответ, прерывисто выдохнула.

Карандашик, расположенный рядом со значком сообщения, начал мигать, намекая, что Игорь пишет объёмное послание. Потом погас, снова прерывисто замельтешил, потом снова погас, а через секунду прилетело скупое:

«Ок, заеду в шесть. Пока. Целую».

Глава 2

Кира

За время, отведённое для сна, я не сомкнула глаз. Предвкушение от многообещающего свидания не позволяло думать о чём-то другом и заставляло сердце срываться на бешеный ритм.

Мысленно я уже выбирала свадебное платье, составляла список гостей и обустраивала детскую в шикарной квартире Игоря. Почему-то даже не сомневалась, что любимый не откажет в моей специфической просьбе, и вскоре Карина обретёт любящую семью.

Одновременно с грандиозными планами, я настраивалась на серьёзный разговор, решив сразу же сообщить Игорю о своём намерении удочерить малышку. Если любит, то обязательно поймёт и поддержит, – именно так я рассуждала, веря, что любимый не устоит перед очарованием маленькой Карины.

Вернувшись рано утром в спальню малышей, первым делом я подошла к кроватке, где лежала моя любимица, и, обнаружив её сладко-спящей, удивилась. Посапывая, она улыбалась во сне и, стиснув крохотные ручки в кулачки, иногда вздрагивала.

До окончания смены оставалось ещё пару часов, и я успела переодеть и накормить всех деток, а к приходу заведующей уже стояла у её двери переодетая и с вещами.

– Романова, у тебя какой-то вопрос? – появившись в коридоре, спросила Анастасия Сергеевна и, доставая из сумки связку ключей, предупредила: – Учти, ни о повышении, ни о премии речи быть не может. Работаешь всего ничего, к тому же…

– Почти год, – перебив, напомнила я и, смутившись, поспешила успокоить строгую начальницу: – Я не за этим.

– Говори, – нахмурившись, потребовала она и, склонив голову набок, выжидательно уставилась на меня.

– Хочу взять перечень документов для усыновления, – помявшись, произнесла я, а она вздёрнула брови и усмехнулась.

– Усыновление? И кто будущие претенденты? Только не говори, что сама решила взять ребёнка?

Говорила она с нескрываемой издёвкой, но я давно привыкла игнорировать открытый негатив и на любые нападки реагировала с абсолютным спокойствием. Учителя хорошие были…

Мимо нас намеренно медленно прошла Света и, достигнув конца коридора, замедлила шаг и пару раз обернулась. Не знаю, слышала ли она о моей просьбе, но, судя по всему, фразу заведующей коллега уловить успела.

– Да, я планирую усыновить… вернее, удочерить одну малышку, – кивнула я и, пожав плечами, добавила: – Не вижу причин, почему не могу хотя бы попробовать.

– Делать тебе нечего, – фыркнула Анастасия Сергеевна и, открыв кабинет, предложила: – Заходи. Сесть не предлагаю, у меня куча дел, а памятку по процедуре сейчас дам.

Вытащив из тумбочки небольшой буклет, заведующая подала его мне, но, едва я протянула руку, как она отдёрнула бумаги и, смерив меня прищуренным взглядом, прерывисто вздохнула.

– Романова, я чего-то не знаю? – поинтересовалась она и, швырнув буклет на стол, проворчала: – То бедной сироткой прикидывалась без образования, угла и средств, а теперь вдруг ребёнка взять решила. Надеюсь, у нас не будет из-за тебя крупных проблем?

– Ну что вы, никаких проблем я вам не доставлю, – протянула я и, схватив документы, попятилась к выходу.

Из здания я выскочила, словно за мной гнались, а, дойдя до ворот, заметила ожидающую кого-то Светку. Нацепив тёмные очки, она делала вид, что копается в телефоне, но стоило мне появиться, она тут же сунула мобильник в карман.

– Ты что и правда решила забрать эту девочку? – шагнув навстречу, уточнила она и, хмыкнув, пробормотала: – Надо же… Нет, я тебя не осуждаю, просто… Я думала, ты шутишь.

– Тебе-то какое дело? – огрызнулась я и, притормозив, вздохнула: – Да, я хочу попробовать. Не понимаю, зачем тебе эта информация?

– Не думаю, что тебе это удастся, – пожав плечами, честно поделилась Света и, указав на здание, стоящее через дорогу, предложила: – Зайдём в кафе? Я на десять в салон записалась, надо время скоротать, а одной скучно.

– Почему бы и нет, – кивнула я и, вспомнив, что денег у меня в обрез, предупредила: – Я только кофе выпью. Вечером свидание, хочу выспаться и подготовиться.

– Хах, я так и знала, – оживилась Света и, подмигнув, добавила: – Замуж выходишь?

– С чего ты взяла? – фыркнула я, но, чувствуя, как краснею, потупила взгляд.

– А то непонятно, – усмехнулась коллега и, взяв меня под руку, задумчиво перечислила: – Ты изменилась, прихорашиваешься, стала носить более качественные шмотки. Я видела, как пару раз тебя забирал с работы красавчик на крутой тачке. Да и ребёнка тебе не отдадут, с твоими-то условиями. Значит, нашёлся-таки принц, готовый выполнять все твои прихоти, включая ребёнка?

Скрывать, похоже, было бесполезно, к тому же мне очень хотелось поделиться хоть с кем-то. Из-за вечной занятости на учёбе и работе близких подруг у меня почти не было, а Светка и так знала больше, чем кто-либо.

Пока мы шли к зданию, где располагалось кафе, я вкратце обрисовала ситуацию, не забыв упомянуть и про случайно обнаруженное кольцо, и про предстоящее свидание, и про жирный намёк, который Игорь замаскировал под серьёзный разговор.

Через несколько минут мы уже сидели за столиком, а Света рассеянно листала меню, но думала, похоже, о чём-то своём. Подозвав официанта, я хотела заказать кофе, но коллега меня перебила.

– Нам два омлета с беконом и грибами, два черничных чизкейка и два кофе, – перечислила она и, посмотрев на меня, предупредила: – Не волнуйся, я сама заплачу.

– Я не могу… это неудобно, – промямлила я, но Света вскинула руку и покачала головой.

– Пустяки… Кира, я всего лишь хочу подружиться, – улыбнувшись, произнесла она и, заметив мою растерянность, пояснила: – Услуга за услугу, к тому же сама ты не справишься.

– Ты об усыновлении? – неуверенно уточнила я, но она покачала головой и, подавшись вперёд, заговорила тише.

– Я помогу тебе подготовиться к сегодняшнему свиданию, а ты пригласишь меня на свою свадьбу в качестве свидетельницы. Идёт?

– Да без проблем, – кивнула я и, подумав, всё же спросила: – Но зачем тебе это? Свидетельница на свадьбе почти не сидит. Организация, помощь невесте, участие в конкурсах и… да мало ли.

– То, что надо, – отозвалась Света и, подмигнув, созналась: – У меня появился план. Я не слепая… Видела, на какой тачке приезжал твой женишок. Держу пари, у него куча друзей-мажоров, которые не пропустят такое событие, как ваша свадьба.

– Не понимаю, – хмыкнула я, а Света с радостью пояснила.

– Надоела нищета и бесперспективность. Хочу богатого мужа или хотя бы покровителя. Попав на твою свадьбу, я свой шанс не упущу, уж поверь мне.