Страница 2 из 11
Мама усмехнулась и сказала:
– Гриша даже рад, наверное, что избавился от нас. Особенно он рад, что город окружил этот странный туман. В Чудоевске, возможно, до него не доберётся полиция. А вне Чудоевска ему прятаться негде.
Костя хорошо понимал, что папашка у него не ангел – сам же грозился его посадить, когда станет прокурором. Они молча ели некоторое время, и мама сухо проговорила:
– Завтра поеду устраивать тебя в местную академию. Постарайся быть серьёзным и выбрось из головы всякую ересь. Ты в самом начале жизни, и делать себя будешь сам. Без папы.
Костя кивнул с серьёзным лицом.
* * *
Костя допоздна проторчал в сети, смотрел видео из Чудоевска и читал посты о том, как всё это следует понимать. Как будто всё это можно как-нибудь понять!
В целом он уловил, что в городе заправляет некий общественный комитет, с ним «взаимодействуют» местные представители федеральных силовых структур, и все вместе они о чём-то ведут переговоры с представителями федеральных властей…
Чёрт-те-чо!
А эти представители федеральных властей консультируются с невесть откуда взявшимися «орденом» и «древними ведунами» или «некромантами», причём с этими неведомыми силами общественники Чудоевска уже о чём-то договорились и даже заключили договор – на него постоянно ссылались блогеры.
Ну и сбоку бантик.
Что же касается Кости напрямую, федералы и местные порешили объявить Чудоевск с окрестностями зоной чрезвычайного происшествия, ввели чрезвычайное же положение, а конкретно ограничили въезд-выезд граждан.
Ему нужно в Чудоевске работать или учиться, владеть недвижимостью или предъявить приглашение родственника, а особый комитет в течении месяца рассмотрит его заявку и вышлет разрешение на въезд. Или откажет без объяснения причин. Повторную заявку можно подать через полгода.
Костя решил, что шансы у него неплохие, папка всё-таки мэр, на край есть тётя Нина. Наконец, он смог уснуть. Проснулся на другой день около десяти, мамы дома уже не было.
Костя ей позвонил, мама сказала, что ездит по делам, приедет поздно и привезёт что-нибудь к ужину, а на обед он может заказать по телефону пиццу.
Парень так и сделал – заказал на сайте, а оплатил через платёжное приложение. Через двадцать минут привезли заказ. По расчётам Кости, целой пиццы ему должно хватить до вечера.
Вот он отрезал кусок пиццы, навёл в кружке кофе и написал приятелям в Чудоевск. Паша и Валера отозвались сразу. Они как прилежные студенты сидели на лекции в институте и отчаянно Косте завидовали, что он от этой тягомотины пока откосил.
В лекциях магия никаких изменений ещё не вызвала, преподаватели гундели своё как ни в чём не бывало и заявляли, что высшее образование останется высшим, несмотря на любые чудеса.
Костя немного потерял, что удрал из Чудоевска, у них в жизни всё та же тоска. Ещё и в клубе парни не знали, как без него добыть кокс, хотя, может, новые девчонки что-нибудь срастят.
Константин задумчиво поскрёб в затылке. Смешные парни! Вокруг них вот такое происходит, а они переживают о всякой ерунде. Не, он точно не такой и за всякой фигнёй гоняться не станет. В любом случае, не сейчас.
Он продолжил вчерашние свои занятия, пересматривал видео из Чудоевска, читал статьи и пытался что-то во всём этом для себя уяснить. Вечером приехала мама, сказала, что перевод ему устроила.
Она вручила Косте сумку через плечо, чистые общие тетради и шариковые ручки. Особо преподнесла новенький ноутбук, ведь сыну предстоит учёба. Костя на ужин снова резал для салата свежие овощи и мрачно думал, что всё оказалось слишком серьёзным.
* * *
Встали рано утром, позавтракали кофе и бутербродами с колбасой. Мама заставила Костю надеть «приличный» костюм и повязать строгий галстук, вручила сумку с лямкой через плечо, в которой лежали чистые общие тетради и ручка, да она повезла его к академии.
По дороге мама сухо проговорила:
– Прежде всего, пойми, что юристом ты не будешь. У нас нет возможностей устроить тебя в Москве на юридический факультет, удалось лишь воткнуть постигать финансы и экономику.
– А деловое право тут проходят? – ехидно спросил Костя.
– Наверное, – безразлично сказала мама. – Просто учти, что в политике или на государственной службе у тебя покровителей вскоре не будет, там тебе ловить нечего. Некоторые люди помогают мне, пока кое-что значит, что я жена мэра того самого Чудоевска…
– Я думал, что за деньги, – промямлил он.
– Деньги само собой, – поморщилась мама. – Но и деньги берут не у всех.
– А потом? – усмехнулся Костик.
– А потом я перестану быть женой мэра, – рассеянно проговорила она. – И про нас забудут, – мама улыбнулась. – Запомни, Костик, деловым людям важно только то, что важно прямо сейчас, и этим нужно успеть воспользоваться. Ты должен это хорошо усвоить, чтобы состояться в бизнесе, – она притормозила у тротуара, обернулась к сыну и встрепала ему волосы. – Ты же станешь очень успешным менеджером!
– Да, мам, – пробурчал смущённый Костя и вышел из машины.
Мама подвезла его к зданию, а дальше сам, большой уже мальчик. Он вытащил сигареты и замер, уставившись на пачку. Курить не хотелось, и пока он тут будет курить, можно ведь опоздать на первую лекцию!
Костя решительно убрал сигареты, вошёл в здание и остановился у турникета. Охраннику за большим окном сказал, что только перевёлся, вот первый день пришёл.
Пожилой, бритый на лысо мужчина в чёрной форме потребовал паспорт. Костя подал ему документ. Тот внимательно его прочитал, положил на стол рядом с собой и снял трубку телефонного аппарата. Набрал на кнопках некий номер и через секунду заговорил:
– Деканат? С проходной беспокоят. Тут парень без пропуска, говорит, что переводится. Константин Фестинал. Ага.
Охранник положил трубку на рычаг и, протянув Косте паспорт, сказал:
– Деканат на втором этаже. Пропуск там спросите и не теряйте. Проходите.
На турникете загорелся зелёный сигнал, Костя прошёл мимо поста и по коридору направился к лестнице. На втором этаже он почти сразу увидел двери с табличкой «деканат». Постучался и вошёл.
Рядом с входной дверью за столом сидела строгая тётка в возрасте, в очках и с химической завивкой. Она сурово проскрипела:
– Вам кого?
– По переводу, – скромно сказал Костя.
– Паспорт, – проговорила женщина.
Он вновь достал книжицу с красивой обложкой из барсетки и протянул женщине. Она её открыла, внимательно осмотрела парня и, возвращая документ, молвила:
– О тебе предупреждали, я тут секретарь. А ты учишься в группе Э–522, через 7 минут начнётся лекция в аудитории 813, это в левом крыле на третьем этаже. Дальше расписание узнаешь у ребят. После пар придёшь сюда, получишь пластиковый пропуск, зачётку и студенческий билет. Свободен пока.
– Хорошо, – пробормотал он и вышел из кабинета.
Костя в коридоре нахмурился, ему показалась в интонациях тётки злая насмешка. Добра ему она точно не желала, ведь никто почти не любит свою работу, а Костя для неё именно работа. Общаться с ней больше явно не хочется…
Он обратился к идущему мимо быстрым шагом молодому человеку, спросил, как пройти к 813-й аудитории. Тот притормозил и сказал отрывисто:
– Спроси на первом этаже у охраны.
– А отсюда пройти нельзя разве? – удивился Константин.
– Не, только через первый этаж, – ответил парень, снова набирая скорость.
Костя хмыкнул. Этот пацан ответил на бегу, рефлекторно, у него практически нет времени соврать, а секретарь могла приготовиться. Она и не соврала фактически, просто так сказала, что Костя бы точно сам побежал искать аудиторию и не нашёл бы ничего.
Только он отчего-то насторожился. Скорей всего это нормально, он всё-таки в незнакомом месте. И тут неважно, что он сынок мэра Чудоевска, отныне всё зависит лишь от его способностей и готовности к неприятностям.
Он спустился на первый этаж и вежливо спросил у охранника дорогу. Тот обстоятельно объяснил, как дойти. Видно, что дядьке просто скучно, ему хочется поговорить, но местные студенты совершенно не умеют разговаривать с охранниками вежливо.
Константин быстро нашёл проход в левую пристройку и сразу отметил, что потолки тут расположены гораздо выше. Он направился на лестницу и прибежал к аудитории, когда группа молодых людей уже входила в двери.
Костя пристроился в хвост, ни о чём не спрашивая парней и девушек, вообще старался не обращать на себя внимания. Они вошли в просторное, высокое помещение, ряды парт с длинными скамьями уходили амфитеатром вверх.
Перед ними на небольшом возвышении располагался большой преподавательский стол. За ним сидела моложавая подтянутая женщина в очках, в строгом синем костюме, русые волосы она собрала на затылке в клубок.
Костя поднялся к последнему ряду парт, присел рядом с каким-то парнем, вынул из сумки тетрадь и ручку и положил их перед собой. Преподаватель поздоровалась и начала лекцию.
Понятно, она ради Кости не представилась и не сказала, как называется её предмет. Он не смутился и не стал спрашивать соседей, а просто принялся записывать за преподавателем.
Ну, какая ему разница, как называется вся эта ахинея? Всё ж равно он вскоре вернётся в Чудоевск, а пока нужно просто избегать неприятностей. Хоть ему и всё равно, просто сидеть и не писать выглядит вызывающе, а чтобы только делать вид, нужно потратить столько же сил, как реально записывать. И надо же ему чем-то занять время!
Оказалось, что писать бездумно он не может, принялся вникать в смысл. Понять всё Костя не мог бы при всём желании, ведь это явно продолжение, а начала он не знал, и преподаватель частенько ссылалась на какие-то книги. Он добросовестно записывал названия и авторов…
Глава 2
Константин сначала заставлял себя вникать в слова преподавателя и не заметил, как увлёкся. Оказывается, очень интересно отыскивать смысл в том, что понять практически невозможно, не знаешь даже, как оно называется.
Он сообразил, что ему повезло попасть на вводную лекцию курса, или же это первая лекция в этом семестре, чтобы напомнить студентам, если забыли на каникулах, о чём тут вообще речь.
Женщина строгим языком рассказывала о неких образованиях, которые взаимодействуют с иными образованиями, и им требуется внутренняя структура, чтобы действовать максимально эффективно. Она должна отвечать возможностям и задачам организации, впрочем, о корпоративном управлении ребятам расскажут другие преподаватели.
Судя по тому, что за меру эффективности образований принимается размер извлекаемой прибыли, Костя решил, что преподаватель так называет разные коммерческие фирмы.
Действуют они в некой среде, наверное, имелись в виду рынки, на которые влияют государственные и политические организации и общество целиком. Структуры коммерческих образований, прежде всего, должны обеспечивать управляемость организаций в любых условиях, но и не только.
Кто-то из специалистов должен постоянно следить за ситуацией, добывать закрытую информацию, или анализировать открытые источники, вовремя предупреждать руководство о кризисах и давать рекомендации.
Студенты после выпуска как раз и станут такими специалистами, если любящие родители не приготовили им тёплые местечки в государственных концернах.
В небольших фирмах такими вещами в меру сил занимаются владельцы лично, содержать аналитические отделы могут лишь серьёзные организации.
Так ребята уже сейчас должны знать, что, если по любым причинам ситуация складывается скверно, организации реагируют стандартно – никаких рекомендаций не читают и из экономии увольняют аналитиков.
Такие решения положение, конечно, не улучшают, и руководители через некоторое время обращаются в кансалтинговые организации, то есть тоже к аналитикам.
Иногда уволенные из концернов менеджеры успевают устроиться к консультантам и прямо к ним попадают запросы их бывших начальников. Само собой, они ничего нового посоветовать не могут, но, хоть это и весело, за другие деньги их рекомендации внимательно читают и относятся к ним серьёзнее.
Вот добрая пожилая женщина тем студентам, кто ещё не уснул на её лекции, советует всё сильно упростить и сразу начинать карьеры в кансалтинговых конторах. Там ребят хотя бы хорошо научат работать с открытыми источниками, это им в любом случае пригодится в жизни.
Костя уловил иронию, улыбнулся и слушал преподавателя с ещё большим вниманием. Она говорила ровным тоном, ничего не упрощала и не разжёвывала. Не понял – твои проблемы. Тётка сумела его заинтриговать, он принял условия за вызов и очень старался всё понять.
В начале лекции его отвлекли, девочка, что сидела на нижнем ряду, повернулась и подала ему какой-то листик с фамилиями. Костя сообразил, что это для проверки явки, записался и передал список парню, сидящему за его партой слева.
Когда записались все, какая-то студентка отнесла листик на стол преподавателя, та его, вроде, даже не заметила. На короткий перерыв Костя не побежал, остался на месте. Курить не тянуло совершенно, и он решил, что можно обойтись.
В конце пары строгая тётка по принесённому девушкой списку устроила перекличку. Она громко называла фамилию, и студент вставал, дабы показать себя в наличии.
В своё время Константин услышал свою фамилию и поднялся. Тётка никак его появление не комментировала, но он почти кожей ощутил направленные на него удивлённые взгляды. Он и не пытался быть незаметным, в данной ситуации это глупо.
Костя держался с независимым видом, а ребята просто опухли. Оказывается, с ними почти целую пару сидел живой настоящий новенький, а они его заметили только на перекличке.
* * *
Курить по-прежнему не хотелось, Костя просто пошёл за заведомо некурящими одногруппницами и вместе с ними попал на следующую пару. Ему в принципе было безразлично, он серьёзно решил при первой возможности вернуться в Чудоевск.
Но что ему делать, пока возможность не появилась? Спать в парке и питаться на помойке? К тому же не хотелось раньше времени огорчать маму, она же всё делает для него из лучших побуждений.
Просто посещать занятия и делать вид, что оно ему сильно надо, показалось скучным. Ситуация стала казаться Косте забавной – он вникает в эту ненужную ему ахинею просто потому, что прикольно.
Эта позиция позволила Косте видеть смысл на всех лекциях, он даже улавливал отношение преподавателей к их предметам и строил предположения, чем оно вызвано.
Одной тёте всё давно надоело, и ей её ахинея была ещё более безразлична, чем Косте. Она бубнила тупо за деньги и носила себя на работу в силу каких-то важных житейских причин. Кстати, женщина рассказывала о корпоративном праве – все эти законы и сами по себе та ещё тоска.
Её коллега в чём-то походила на Костю. Она тоже явно не считала свой предмет чем-то важным, но, раз уж все они здесь собрались, надо хотя бы попытаться найти в этом всём что-то хорошее.
Молодая подвижная женщина рассказывала о различных структурах корпораций и разбирала для примеру известные иностранные и отечественные компании.
Она утверждала, что в основе любых человеческих организаций лежит дурдом, просто кто-то искренне во всё верит, а кто-то считает себя санитаром. Такой взгляд позволяет быстро дойти до сути.
Костя не сомневался, что она не делает исключения и для своей академии. Студентам тут полагается быть душевнобольными, а умные преподаватели их лечат. Он усмехнулся – его ещё так мило иронично не обзывали психопатом.
На четвёртой паре молодой мужчина только стульями не кидался, так проникся своим предметом. Впрочем, рассказывал он про методы аудита, и серьёзность темы накладывала на него свои ограничения – дядька вёл себя подчёркнуто корректно.
Костя всех внимательно слушал и записывал за преподавателями практически дословно. На четвёртой паре сосед ему насмешливо сказал:
– Вот ты строчишь! У тебя хороший почерк, потом дашь списать.
Не отрываясь от лекции, Костя уточнил:
– И с какого перепугу?
– А после пары я тебе рожу разобью, – задорно сказал рослый студент и душевно пояснил. – Для общего развития.
– Ну-ну, – хмыкнул Костя.
Он никого не боялся, просто сын мэра ещё не сталкивался с наглым насилием. К тому же Костя был неплохо физически развит, регулярно тренировался с папкиными охранниками или бандитами.
Однако он из-за слов соседа обратил внимание на странность. Костя и в родном институте не бездельничал на лекциях, но так много никогда не писал. Давно должен устать, а ему пофиг!
