Татьяна Корсакова "Лисья тень"

Лисья тень
Татьяна Корсакова

Лисье золото #2
Быть одной из Славинских смертельно опасно. Злой рок преследует каждого из них, с неумолимой беспощадностью выбирает себе новую жертву.

Мир людей полон предательства и интриг. А в мире тайги оживают забытые легенды. Просыпаются в своих могилах тёмные блюстители. Тревожно воют в ночи полуночные псы. Лиса заметает пушистым хвостом золотые тропы, водит по кругу, подводит к самому краю.

Чтобы выжить в обоих мирах, Ю нужно принять в себе то, что страшно принять, найти того, кого невозможно найти, вернуть невыплаченный долг. Вернуться, наконец, к истокам…

Лисья тень

Глава 1

Она стояла в самом центре персидского ковра. Вид у неё было отчаянно-боевой. Маленькая, чуждая и этому дому, и этой семье, и самому этому миру, решившаяся на что-то очень важное и не собирающаяся менять своё решение. Алексу захотелось стать рядом, перейти из стана врагов в стан друзей, но взгляд, которым она его одарила, ясно и чётко говорил о том, что в друзьях она не нуждается.

Разумеется, не нуждается. Если бы нуждалась, то поставила бы его в известность о своих планах, о намерении появиться в Логове вот так эффектно.

– Это вообще кто? – Таис нервно обмахнулась костяным веером и посмотрела на нотариуса.

– Тася, не тупи! – Не сводя острого, полного ненависти взгляда с Ю, Акулина нервно шарила по карманам в поисках своих вычурных папиросок. – Это наша тёмная лошадка! – Она щелкнула золотой зажигалкой, поднесла пламя к кончику папироски, заметно подрагивавшей в ее пальцах.

– Тёмная лошадка – это как? – пробормотала Таис. Лоб её покрылся испариной. Не помогли ни кондиционер, ни мечущийся из стороны в сторону веер.

– А вот мы сейчас и узнаем, как! – Акулина, наконец, прикурила, в раздражении швырнула зажигалку на кофейный столик и сделала шаг к Ю. – Ну, белобрысая, ты чьих будешь?

Если Акулина и рассчитывала напугать незваную гостью этой своей экспрессией, то просчиталась. Ю не шелохнулась. Ни один мускул не дрогнул на её лице. Она смотрела на Акулину с отстраненностью готового к смертельной схватке воина. И отстраненность эта Алекса весьма настораживала.

– Я ничья. – Голос её тоже звучал спокойно и отстраненно. – Уж точно не ваша.

– Позвольте мне! – Оленев шагнул вперед, закрывая Ю своим долговязым телом от устремленных на неё взглядов. – Господа! – Он взмахнул рукой, переключая внимание присутствующих на себя. – Разрешите представить вам Юлию, ещё одну наследницу Луки Демьяновича.

– Ещё одну?! – Таис закатила глаза к потолку.

– Да, Тася, ещё одну! – Акулина пыталась заглянуть за плечо Оленева. – Вот такой затейник наш дедуля! Одна наследница закончилась, так он нам тут же новую подкинул! Чтобы не расслаблялись!

– Акулина, – сказала Клавдия со сдержанным укором.

– А что не так, тётушка? – Акулина обернулась, обвела взглядом присутствующих. – Или я что-то неправильно сказала?

– Правильно! – Лицо Тихона исказила гримаса отвращения.

– Но формулировку выбрала слишком грубую, дорогая кузина. – Демьян осмотрел Ю с головы до ног, сказал: – Давайте предоставим этому прелестному созданию возможность оправдаться.

– А чего ей оправдываться? – усмехнулся Гера. Он единственный смотрел на Ю снизу вверх, а не сверху вниз. – Если ты одна из нас, то я тебе сочувствую, малышка!

– Она не одна из нас! – взвизгнула Акулина и в раздражении пнула колесо инвалидного кресла.

– Полегче, Шарп, не сломай ногу, – сказал Гера беззлобно, но на всякий случай откатился от сестры на безопасное расстояние. – Ну, так кто ты такая, на самом деле? – Он объехал Ю и Оленева по кругу.

– Любовница? – предположила Таис стыдливым шепотом.

– Маловата для любовницы, мама, – сказал Демьян. – Дед наш, конечно, не был святым, но, судя по Элене – упокой, Господи, её душу! – предпочитал дам постарше и покорпулентнее.

– Седина в бороду – бес в ребро! – парировал Тихон. – Я уже ничему не удивляюсь.

– У Луки Демьяновича не было ни седины, ни бороды, – послышался из дальнего угла гостиной хрипловатый голос Мириам. Она сидела в своём любимом кресле. В одной руке у неё был бокал с рубиново-красным, похожим на кровь вином, а во второй – зажжённая сигарета. Её по-змеиному гибкое тело окутывал сумрак.

– Ты, аки вампиресса, Мириам! – Демьян помахал ей рукой. – Не пугай нашу новую родственницу. – Он хитро сощурился и спросил: – Или на то и расчёт?

– Не прокатит, – процедила Акулина. – С такими никогда не прокатывает.

– С какими – такими? – спросила Таис и сложила веер с громким, похожим на выстрел щелчком.

– С охотницами за чужим добром! Они поразительно бесстрашные твари, Тася!

– Бесстрашные, но, как показывает печальный пример бабы Лены, не бессмертные, – хмыкнул Демьян, а потом продолжил, глядя уже исключительно на Ю: – У нас тут случилась небольшая неприятность. Твоя предшественница совершенно нечаянно сорвалась с утёса.

– Теперь уже ты её пугаешь, Дёма, – сказала Мириам, пригубив вино и посмотрев на Ю поверх бокала. Во взгляде её был острый, даже какой-то хищный интерес.

– А что такого, Мириам?! Коль уж мы с милой барышней в одной лодке, она должна понимать, во что ввязывается. К сожалению, статистика не в нашу пользу. Кто тут у нас силён в математике? – Демьян крутнулся на каблуках. – Кто посчитает, с какой частотой судьба-злодейка выпиливает из игры нашего брата? – Через плечо он бросил быстрый взгляд на Ю и добавил многозначительно: – Или сестру…

На лице Ю по-прежнему не дрогнул ни один мускул. Не дрогнул он даже тогда, когда подъехавший со спины Гера дёрнул ее за кончик белой косы.

– Не похожа она на сестру, Дёма! – сказал Гера весело. – Ни у кого из наших не было таких волос. Это ж какая-то Дайнерис Бурерожденная, а не урожденная Славинская!

Ю молча выдернула косу из его руки, перебросила через плечо.

– А дед, похоже, был любителем крайностей, – процедил Тихон. – Вон у нас ещё одна нестандартная родственница имеется. – Он поморщился, бросил презрительный взгляд на Клавдию.

Алекс сжал челюсти. Врезать Тихону хотелось уже очень давно, но вот ведь какое дело: ни Клавдия, ни Ю не нуждались в его заступничестве. Особенно Клавдия. Не обращая внимания на Тихона, она изящным движением поправила шелковый галстук и шагнула к Ю.

– Я вас откуда-то знаю. – В голосе её не было недоброжелательности. Скорее уж, любопытство. – У вас очень запоминающаяся внешность.

– Вы читали у нас лекции. – Взгляд Ю едва заметно смягчился. – Несколько лет назад, – добавила она после недолгого молчания.

– Она была на твоём выступлении, Клава, – послышался из полумрака голос Мириам. – Я права?

Ю обернулась на голос, едва заметно кивнула.

– Всё ясно! Они в сговоре! – заключил Тихон. – Задурили деду голову, заставили изменить завещание!

– Не неси чушь, – сказала Клавдия мягко, но твёрдо. Она не сводила с Ю внимательного взгляда. И под взглядом этим Ю, кажется, впервые почувствовала себя неловко. – Предлагаю послушать господина Оленева! – Клавдия удовлетворенно кивнула каким-то своим мыслям и отступила на шаг. – Уверена, у него есть ответы на все наши вопросы.

– Не на все. – Нотариус галантно поклонился. – Не на все, но на многие. Я могу сообщить вам лишь ту информацию, на разглашение которой получил полномочия от своего клиента. – Он бросил быстрый взгляд на наручные часы, и Алекс подумал, что Оленев ждет появления деда. Кстати, деду уже давно стоило бы приехать.

– Это ты её нашёл! – В грудь Алексу уперся указательный палец Акулины. И когда успела подкрасться?.. – Не отпирайся, я знаю, Уваров!

Стылые глаза её метали молнии.

– Получил свои тридцать сребреников, Иуда? – Поддержал её Тихон. В семье Славинских военные коалиции случались не только между женщинами. Иногда в них вступали и мужчины. Если, конечно, этого напыщенного павлина можно считать мужчиной.

Алекс не стал отвечать ни Акулине, ни Тихону. Сказать по правде, сейчас его куда больше волновало долгое отсутствие деда, чем военные коалиции Славинских. По всем прикидкам, дед уже должен был быть на месте.

– Чего ты молчишь?! – взвизгнула Акулина. – Правда глаза колет?

Давление её пальца стало сильнее, острый ноготь впился в кожу Алекса, вызывая ещё не боль, но уже раздражение.

Алекс мягко, но крепко сжал узкое запястье Акулины, отвёл её руку в сторону, заглянул в глаза, сказал так тихо, что расслышать его могла только она одна:

– Уймись, Шарп.

А потом он разжал пальцы. Рука Акулины мгновение парила в воздухе, но, утратив поддержку, беспомощно повисла вдоль туловища.

– Я на минуту, – сказал он, обращаясь ко всем сразу, и вышел из гостиной сначала в темноту коридора, а потом и в темноту ночи.

Снаружи было душно. Где-то далеко погромыхивало, а чёрное небо подсвечивали пока ещё слабые сполохи. Алекс шагнул с крыльца в размытую желтым светом фонарей темноту, на ходу набирая номер деда.

В трубке послышались гудки вызова, а потом раздался полный нетерпеливого раздражения незнакомый мужской голос:

– Старший лейтенант Василевский. С кем я разговариваю?

Глава 2

О том, что она в ловушке, Ю поняла почти сразу, как переступила порог этой дорого и пафосно обставленной гостиной. Поняла по сгустившемуся от любопытства и лютой ненависти воздуху. По ядовитой атмосфере дома, который, оказывается, не просто так называется Логовом. Она попала… Попала, но пока ещё не пропала. И не пропадет, если будет держать ухо востро, если не станет поворачиваться спиной ни к одному из обитателей этого… Логова.

Ни к одному! Ни к спустившейся с научного Олимпа Клавдии. Ни к розовощекому, с виду добродушному пацану в навороченном инвалидном кресле. Ни к этой сумасшедшей блогерше. Ни к не менее сумасшедшей тётке с веером. Ни к кутающейся во тьму, как в меха, алкоголичке. Ни к остальным… Даже Алекс в этом… Логове стал казаться чужим, превратился в человека, разбирающегося в стайной иерархии. Разбирающегося, но не принимающего участия в семейных игрищах. Ю почуяла это сразу. Почуяла окружающую его холодную отстраненность. Алекс словно бы был в невидимом скафандре, защищающем его от ядовитой атмосферы этого места. Вот только скафандр его, кажется, дал трещину…

Алекс ушёл и из гостиной, и с поля боя в тот самый момент, когда Ю больше всего нуждалась в его поддержке. В его бегстве не было большой беды, Ю давно привыкла сражаться с превратностями судьбы в одиночку, но ей всё равно стало немного обидно. Лишь самую малость, но этого хватило, чтобы отвлечься и пропустить удар:

– Так кто ты такая? – спросил Граф и ослепительно улыбнулся.

В ядовитой атмосфере Логова он казался едва ли не самым добродушным и душевным из всех. Впрочем, Граф умел производить правильное впечатление. Этого у него было не отнять. Больше года назад Ю ведь клюнула как раз на эту кажущуюся доброту. Молодая была, глупая…

– А ты кто такой? – спросила она с вызовом, понятным только им двоим.

– Я? – Граф обернулся, словно думал увидеть кого-то за своей спиной, а потом усмехнулся и театрально развёл руками: – Позволь представиться! Я Демьян Славинский, средний внук Луки Славинского. Коль уж ты тут, тебе должна быть известна эта фамилия.

Значит, Демьян Славинский. Голубая кровь, белая кость и с самого рождения золотая ложечка в зубах… Ну что ж, не совсем граф, но очень близко.

– Твоя очередь. – Он смотрел на неё с насмешливым вызовом и нескрываемым интересом. Ему и в самом деле было любопытно узнать, как она, паршивая овца, затесалась в эту элитную волчью стаю.

Ю не спешила отвечать. Да и что ответить, если она и сама ничего толком не знает? За неё ответил Оленев.

– Мой клиент, – начал он и поднял глаза к потолку, то ли в надежде разглядеть там светлый лик своего клиента, то ли призывая небеса в свидетели, – уполномочил меня представить вам эту милую барышню.

Ю едва удержалась от саркастической усмешки, когда нотариус одарил её почти отеческим взглядом. Вот его она погуглить не преминула и прекрасно знала, что Оленев никак не годится на роль доброго дядюшки. Он был матерым волком в мире юриспруденции и больших денег. Не нужно обольщаться.

– Так кто она такая, чёрт побери?! – перебил его тот, кого остальные знали под тишайшим именем Тихон. Это остальные, а Ю видела перед собой не унылого, лысеющего и полнеющего денди, а кровного врага. Того самого, появление которого подняло из могилы забвения самые страшные её воспоминания.

– Охотница за чужими деньгами, вот кто она! – рявкнула припадочная Акулина и щелкнула зажигалкой, прикуривая очередную сигарету. – На родственницу она не тянет, тут Гера абсолютно прав. – Она посмотрела на парня в инвалидном кресле, и тот помахал ей рукой. – Не удивлюсь, если эта особа в сговоре с Уваровым! Кстати, куда это он смылся?

– Акулина, прекрати, – сказала Клавдия одновременно усталым и успокаивающим голосом.

– Вынужден с тобой согласиться, дорогая кузина. – Тихон смотрел на Ю полным презрения взглядом. Это он зря. Ох, зря… – Господин Оленев, уверен, произошла ошибка.

– Смею вас заверить, господин Славинский, что распоряжение вашего покойного деда исполнено с максимальной точностью. Я не допускаю ошибок в своей работе. – В голосе нотариуса послышалось едва ощутимое раздражение. – Юлия прошла все необходимые проверки. Нет никаких сомнений в том, что она именно тот человек, которого мне было поручено отыскать и ввести в права наследства.

– И какие проверки она прошла? – спросила темнота хриплым, слегка пьяным голосом.

– Все необходимые, мадам. – Оленев галантно поклонился.