Дмитрий Лим "Рожденный, чтобы жечь! – 2"

– Да вроде ничего. Как обычно, лупится на тебя. Ты чего такой дёрганый? Тёлку, что ли, во сне увидел? Ладно, давай, вставай, а то опоздаем. А я пока пойду умываться!

Антошка выскочил из комнаты, оставив Борю наедине со своими подозрениями. Он снова посмотрел на Гуглю. Тот продолжал смотреть на него, но теперь в его взгляде не было ничего необычного. Просто большой, голубоглазый младенец.

«Показалось», – подумал Боря, но червь сомнения продолжал грызть его изнутри. Что-то здесь было не так. Он чувствовал это нутром.

С неохотой поднявшись с кровати, Боря умылся и оделся. Выходить на лекции совершенно не хотелось, но он понимал, что пропускать их в первый же день – плохая идея. Да и Антошка, похоже, не отстанет.

Выйдя из комнаты, Боря обнаружил Антошку, старательно выливающего на себя остатки одеколона «Лесной» в коридоре. Запах был такой, будто лось решил замаскироваться под новогоднюю елку.

– Ты чего, на свидание собрался? – поморщился Боря.

– А что? В академии, знаешь, какие девки знатные учатся! Да и вообще, надо выглядеть на все сто! Вдруг кто из преподов заметит, оценит потенциал, – Антошка подмигнул и, довольный собой, поправил воротник рубашки. – А ты чё в футболке?

– А чё?

– А чё, – передразнил рыжий. – Форму надень, пока выговор не получил. На занятия – только официально, как на свадьбу. А уж после лекций хоть в трусах гоняй, всем пофиг.

Боря чертыхнулся и вернулся в комнату.

– Где мне её, блин, достать-то?

От перспективы тащиться обратно по коридору и искать коменданта, чтобы узнать, где тут выдают форму, его передёрнуло.

Открыв шкаф, он замер. Там, на вешалке, висела абсолютно новая форма. Тёмно-синий пиджак, брюки, белая рубашка и даже галстук. Идеально его размера. На левом рукаве пиджака красовалась вышитая эмблема: цифра один, обвитая змеёй.

«Что за чертовщина?» – пронеслось в голове у Бори.

Он точно помнил, что вёз с собой только пару футболок и джинсы. Откуда взялась эта форма? И эта эмблема… змея, обвивающая единицу… что это значит?

Боря отбросил сомнения. Сейчас не время гадать. Нужно одеваться и идти на лекции.

Он быстро переоделся. Форма сидела как влитая. Он посмотрел на себя в зеркало. Выглядел… странно. Будто и не он вовсе. Словно надев эту форму, он перешагнул в какую-то другую реальность.

Выйдя из комнаты, Боря столкнулся с Антошкой. Тот присвистнул.

– А ты подкачанный! Збс смотрится! – он по-приятельски хлопнул его по плечу. – Может, это, одеколона? – он покрутил пузырёк в руках. – Точно девку себе заграбастаешь!

Боря, разумеется, отказался.

По пути на лекцию Антошка без умолку болтал о перспективах, которые открываются перед ними в академии, о том, как разбогатеют, и всё в том же духе.

Боря слушал вполуха, пытаясь не споткнуться на кривых ступеньках и не вляпаться во что-нибудь подозрительное.

Академия меж тем поражала своей помпезностью и обветшалостью одновременно. Величественные колонны, идеально белая штукатурка, позолоченные люстры и выщербленные мраморные полы создавали сюрреалистический контраст. В воздухе витал запах старых книг, пыли и чего-то неуловимо странного, похожего на… серу?

Аудитория оказалась забита студентами. Боря с удивлением отметил разнообразие лиц и типажей. Тут были и угрюмые готы, и хохочущие блондинки, и сосредоточенные азиаты, и колоритные кавказцы. Все они, как один, были одеты в такую же форму, как и Боря. На левом рукаве у каждого красовалась эмблема с цифрой и змеёй.

Место было выбрано с «комфортом». Он присмотрел себе менее заполненный ряд, выбрал пустующее место, сел и, поставив Гуглю на стол, принялся ожидать…

– И какая херня меня ждёт?

Лекция началась с опозданием. В аудиторию вошла высокая, худощавая женщина в строгом чёрном костюме.

Лицо её было бледным и почти безжизненным, а глаза горели каким-то нездоровым огнём.

Она представилась профессором Зильберман и начала говорить о… демонологии.

Боря не верил своим ушам. Вместо ожидаемой математики или экономики ему втирали какую-то эзотерическую чушь про инкубов, суккубов и прочих потусторонних тварей.

Он с трудом сдерживал смех, слушая, как профессор Зильберман с совершенно серьёзным видом рассказывает о ритуалах призыва демонов и способах защиты от их влияния.

Антошка, сидящий рядом, внимательно конспектировал каждое слово, иногда одобрительно кивая головой. Боря украдкой взглянул на других студентов. Большинство из них, казалось, были заворожены лекцией. Неужели они всерьёз верят во всю эту ерунду?

***

«Вот это я понимаю, знания! – я сидел в корзине, с восторгом глядя на профессора. – Вот, Боря, где сразу надо было учиться!»

Мой тиран не разделял моего мнения. Он смотрел на препода с лицом, словно только что понюхал что-то очень вонючее. По одному взгляду было видно, что он считает всё происходящее вокруг чушью.

«Боря, ну ты и дубина! – мысленно возмущался я, активно улыбаясь. – Тут такие перспективы! Демонов научат убивать! А ты сидишь, как бука, и киснешь!»

Профессор Зильберман, между тем, вещала о тонкостях демонической иерархии, как о таблице умножения. Видимо, у них тут это вместо алгебры.

Антошка строчил, как одержимый, записывая каждый вздох профессора. Боря же, кажется, мечтал о побеге.

После демонологии нас ждала алхимия. Боря, казалось, уже смирился со своей участью и просто тупо смотрел в окно. А зря!

Профессор, этакий безумный профессор из кино, с копной седых волос и горящими глазами, сразу же начал с главного:

– Сегодня мы будем пытаться превратить песок в свинец!

Боря даже вздрогнул.

«Магия алхимии!» – я чуть не захлопал в ладоши, но вовремя вспомнил, что младенцы так не делают.

Профессор носился по аудитории, размахивая колбами и ретортами, словно дирижер оркестром. Запах стоял такой, что у меня заслезились глаза. Боря закашлялся.

– Ну и вонь! – ворчал он. – Лучше бы пиво варили.

«Эх, Боря, Боря, – вздыхал я. – Не понимаешь ты высокого искусства!»

Кульминацией занятия стал взрыв. Небольшой, правда, но все же. Профессор, весь в копоти, с гордостью заявил, что почти получилось. Аудитория зааплодировала.

Боря, обхватив голову руками, пробормотал:

– Куда я попал?

Я же, наоборот, был в восторге.

«Боря, это же суперприз! Тут тебе и демоны, и золото, и взрывы! – ликовал я. – Не жизнь, а сказка!»

Тиран, однако, продолжал хмуриться.

После взрыва профессор Зильберман, отряхнув с мантии остатки сажи, перешла к практике. Каждому выдали по колбе, склянке и горстке песка. Боря, получив свой набор, посмотрел на него с таким видом, словно ему вручили дохлую крысу.

– И что с этим делать? – буркнул он, тыкая пальцем в песок.

Я радостно загукал, ожидая, что тиран, наконец, поверит в «силу магии». Боря фыркнул и нехотя начал пересыпать песок в колбу. Я наблюдал за ним с плохо скрываемым энтузиазмом, пытаясь ухватить хоть какие-то зачатки алхимического мастерства.

Профессор ходила между столами, давая указания и поправляя ошибки. Подойдя к Боре, она заглянула в его колбу и покачала головой.

– Борис, что это у вас такое? Где рвение? Где искра божья?

Боря пожал плечами.

– В заднице… где и всё остальное.

Профессор, кажется, не услышала. Она взяла его колбу и, добавив туда какой-то порошок, демонстративно взболтнула.

– Вот так! А теперь грейте!

Боря, вздохнув, поставил колбу на горелку. Прошло несколько минут, прежде чем из колбы повалил густой зеленый дым.

– Кажется, что-то пошло не так, – заметил Боря, закашливаясь. Профессор подбежала, замахала руками и заорала:

– Выключите! Немедленно!

Боря, не дожидаясь повторения, выдернул колбу из-под огня. Дым рассеялся, оставив после себя стойкий запах серы. В колбе плескалась мутная зеленая жижа.

– И это должно было превратиться в свинец? – скептически спросил Боря.

Профессор лишь отмахнулась и переключилась на Антошку, у которого процесс шел, кажется, более успешно. Боря же, воспользовавшись моментом, тихонько вылил свою зеленую гадость в раковину и принялся разглядывать трещины на столе. Я, наблюдая за его безразличием, мысленно стенал:

«Эх, Боря, Боря! Упускаешь свой шанс!»

***

Всё изменилось на последней паре за сегодняшний день. Ну, как всё? Только мировоззрение Бориса относительно места, где он оказался.

Если все предыдущие занятия казались ему откровенным бредом, то…

– Чего тебе, звездюк? – Борис недовольно глянул на карапуза, который выполз из корзинки и сел на стол, глядя ему прямо в глаза. – А ну, заползай обратно, пока вопросы не посыпались.

Но Гугле было плевать, как казалось юноше. Он, не сводя с него своих голубых глаз, яростно жестикулировал, чтобы что-то показать.

– Да понял я, понял, – проворчал Боря, засовывая Гуглю обратно в корзинку. – Что ты мне руками машешь? Посрал?

Но Гугля не посрал. В тот же миг в аудиторию вошел профессор, на этот раз в расшитой серебряными нитями мантии и с жезлом в руке. Аудитория притихла, предвкушая что-то необычное.

Профессор взмахнул жезлом, и в воздухе вспыхнули разноцветные искры, закружившись в причудливом танце. Гугля из корзинки восторженно запищал, дергая ручками и ножками. Боря лишь закатил глаза.

– Сегодня мы с вами познакомимся с основами бытовой магии, – объявил профессор. – Научимся зажигать огонь щелчком пальцев, перемещать предметы силой мысли и создавать маленькие иллюзии.

Он начал рассказывать про простую механику призыва маны, объясняя, как правильно концентрировать энергию.

Гугля внимательно следил за каждым движением профессора, пытаясь повторять его жесты. Боря же, устроившись поудобнее, закрыл глаза и скрестил руки на груди.

Профессор тем временем демонстрировал, как зажечь свечу силой мысли. Сосредоточенно глядя на фитиль, он медленно поднимал руку, и вот, словно повинуясь невидимому приказу, свеча вспыхнула ярким пламенем. Аудитория восхищенно ахнула. Гугля попытался повторить, наморщив лобик и вытянув ручонку в сторону свечи, но ничего не произошло.

Зато Боря не удержался от тихого замечания:

– Да у него просто зажигалка в рукаве, сто пудов.

Следующим номером программы было перемещение предметов силой мысли.

Профессор положил на стол перышко и, нахмурив брови, заставил его медленно парить в воздухе, а затем плавно опуститься обратно. Гугля с открытым ртом следил за перышком, а Боря пробормотал:

– Ага, левитация, как же. Наверняка там магниты какие-нибудь спрятаны.

Иллюзии профессор демонстрировал с особым удовольствием. Он создавал в воздухе небольшие светящиеся шары, которые меняли цвет и форму, превращаясь то в бабочек, то в цветы.

Гугля радостно хлопал в ладоши, а Боря прищурился, пытаясь разглядеть какой-нибудь подвох.

– Голограммы, не иначе. Сейчас любой школьник такое сделать может, – буркнул он себе под нос.

Когда профессор закончил демонстрацию, он предложил студентам попробовать самим. Боря же, продолжая сохранять скептическое выражение лица, лишь вздохнул и закатил глаза, предчувствуя очередную порцию бессмысленной траты времени.

Но профессор, казалось, его не замечал. Он подходил к каждому студенту, давая советы и подсказки. Подошел он и к Боре, который демонстративно ковырялся в носу, всем своим видом показывая, как ему неинтересно.

– Ну что, молодой человек, попробуем? – спросил профессор, доброжелательно улыбаясь. – С чего начнем? С огня или с левитации?

Боря пожал плечами.

– Да мне как-то всё равно. Всё равно ничего не получится.

– Глупости, – возразил профессор. – Просто нужно немного концентрации и веры в себя. Попробуйте зажечь свечу.

Боря неохотно поднял руку, с сомнением глядя на фитиль. Он попытался вспомнить всё, что говорил профессор о мане и концентрации, но в голове была пустота. Он просто тупо смотрел на свечу, чувствуя себя полным идиотом.

И вдруг, совершенно неожиданно для самого себя, он почувствовал что-то странное. Легкое покалывание в кончиках пальцев, словно он прикасался к чему-то электрическому.

И в тот же миг его руки загорелись.

– Это чё за херня?!