— Кошкина! — рявкнул. — Не передергивай! — смягчился тут же, увидев показательно захлопнутый рот, договорил: — Аня, это ещё ничего не значит.
— Ладно, а телефон? — ухватилась она ещё за одну ниточку. — Ты же можешь проверить, когда он в последний раз был в сети?
Петров уже и сам что-то набрал в своей программе и молчал, глядя в экран. Потом медленно протянул руку к настольному телефону и, сняв трубку, ткнул пару раз в кнопки, бросил в трубку отрывисто:
— Лёх, пробей один номер. Да, срочно, — положил трубку, посмотрел на бывшую одноклассницу, пояснил: — Ждем. Кофе будешь?
— Ты про свою бурду в кружке? Нет, не буду, — фыркнула презрительно.
— Ну простите! Мы, слуги народа, не столько зарабатываем, как вы, авторы любовно-детективных романчиков! — отзеркалил.
— Ой, не завидуй, Петров! Если я тебе скажу, сколько я работаю и трачу на продвижение своих книг, ты в шоке будешь, — вздохнула устало.
Через две минуты телефон зазвонил. Александр слушал, его лицо каменело, а Анна, силясь расслышать хоть слово, вытягивала шею в сторону трубки всё больше и больше.
Поняв, что она у неё уже и так почти как у гуся, а разговора так и не слышно, одернула себя и села на стуле ровно.
— Понял тебя. Спасибо, Лёх! С меня причитается! — повесил трубку, откинулся на спинку кресла и перевел серьезный взгляд на женщину. — Телефон твоего Степаныча последний раз выходил на связь восемь дней назад. В районе твоего дома, после этого — тишина.
Анна побледнела, сложила руки в молитвенном жесте.
— Саша
— Ладно, — Александр потянулся за курткой. — Поехали к тебе. Покажешь эту подсобку и познакомишь с новым дворником.
Анна вскочила, Мишка тут же радостно залаял.
— Я знала, что ты поможешь! Ты же всегда сначала поворчишь, а потом всё равно помогаешь!
— Ой, всё, Кошкина! Лучше молчи, пока я не передумал! И собаку на руки возьми, а то мало мне сплетен, так ещё и выговор влепят за антисанитарию.
— Возьму!
— Только предупреждаю: если окажется, что твой Степаныч просто запил или пригрелся у кого-то под теплым бочком, ты мне будешь должна ужин. Приличный, из трех блюд, а не из твоих любовно-детективных романов, где герои едят одни устрицы.
— Да не вопрос! Ужин так ужин! — тут же согласилась. — Хочешь, сегодня же к Темычу сходим!
— О! Ну если ужин у Тёмыча, то я, пожалуй, даже и соглашусь! — мужчина усмехнулся, распахивая перед Анной дверь.
А дальше, как пишут в книгах — немая сцена — за дверью стояла Маринка собственной персоной.
— Петров, и почему я даже не удивлена, — процедила она сквозь зубы. — Вот знала же, что ты кобель!
Глава 3
Неделей ранее.
Анна стояла у окна с фарфоровой чашечкой в руке, отпивала маленькими глотками крепчайший кофе, смотрела во двор и размышляла вслух.
Самый любимый мужчина в её жизни, как она называла своего шпица, наглым образом даже не спал, как положено псу с родословной покруче, чем у французских королей, а громко дрых под резным комодом на высоких ножках.
Мишка категорически отказывался спать хоть на какой-нибудь подстилке, неизменно выбирая голый пол.
В большой квартире у пса было два любимых места: в рабочем кабинете своей хозяйки под комодом с антикварными фарфоровыми статуэтками и в спальне, под её кроватью.
Предпочтения им отдавались в зависимости от того, где в данный момент находилась хозяйка.
Были в квартире ещё и другие места для сна, как явно думал пёс, но все остальные были не столь им любимы и зависели исключительно от его настроения, погоды за окном, ну и звезд на небе в данный конкретный момент.
Других объяснений даже у Анны, понимающей пса с одного его “гав”, не было.
А сейчас она была в кабинете и работала под мерное Мишкино похрапывание и потявкивание во сне.
— Итак, Марина застала Игоря с секретаршей... Нет, банально, — пробормотала она, отхлебнув глоток кофе и глядя на улицу. — К тому же это у меня уже было в “Отвергнутом”. Может, с подругой? Этого не было, но тоже скучно. С сестрой подруги? Пожалуй, это уже интереснее, но тоже что-то не то...
Её взгляд со скамейки, расположенной в тени кустов, скользнул левее, на детскую площадку.
Молодая мама (незнакомая, кстати) сидела там на лавочке, одной рукой качала коляску, второй что-то листала в телефоне и время от времени поднимала взгляд почему-то не на коляску, а на окна дома.
Приходящая уборщица из квартиры профессора на пятом этаже тащила сумку-тележку, полную продуктов.
Голуби клевали что-то у лавочки, а толстый белый кот, выгуливающий свою не менее толстую хозяйку на поводке (да-да, в данном случае кот выгуливал, а не его), мнил себя охотником и сейчас, прижавшись толстым пузом к земле, готовился к прыжку на голубя.
— Значит, Марина неожиданно возвращается из командировки и застает их в собственной квартире, купленной на свои... — Анна проговорила сюжет книги и задумалась. — Тьфу, мать вашу! Где-то я и это уже читала.
Взгляд женщины упал на дворника в синей спецовке — мужчина мёл метлой по асфальту. Медленно. Как для дворника, так даже слишком медленно.
Анна нахмурилась, силясь понять, что её сейчас насторожило. Всмотрелась внимательнее — дворник! Это был молодой, лет тридцати пяти, мужчина. Вот совсем не Степаныч.
Она отпила глоток кофе, не отрывая взгляда от мужчины. Тот в этот момент и вовсе остановился, оперся на метлу и смотрел в сторону окон подъезда номер три.
Постоял. Снова повёл метлой, сделал два взмаха и опять замер, глядя туда же.
Дом, в котором жила Анна, был выстроен в форме буквы “П”. Её квартира была во втором подъезде, а потому она прекрасно видела с высоты своего третьего этажа, куда именно смотрит мужчина.
— Странно, — пробормотала озадаченно. — Мужчина, вы кто? Дорогуша, ты вообще асфальт метёшь или караулишь тут кого-то?
Дворник, будто услышав её вопросы, обернулся, и она инстинктивно отпрянула от окна. Раритетная чашечка звякнула о блюдце.
— Господи, Аня, ты начиталась детективов, — одернула себя вслух, возвращаясь к окну. — Может, он просто ждет кого-то. Может, Степаныч заболел, вот и прислали ему на замену. Как говорится, кого нашли, того и прислали.
А странный дворник снова стоял неподвижно, метла в его руках была вместо посоха, а взгляд по-прежнему был устремлен на третий подъезд.
Анна посмотрела туда же: обычный подъезд — тяжелая дверь, рядом скамейка, урна — ничего особенного.
— Ладно, хватит, — она допила кофе, отнесла чашку в раковину, вымыла ту сразу, такой раритет нельзя было мыть в посудомойке, и подвела итог: — Мне нужен перерыв и свежий воздух. Да. Надо погулять. И перестать параноить.
Из кабинета донесся радостный “тяф” — Мишка услышал слово “погулять” и уже несся в прихожую, цокая коготками по паркету.
Шпиц вылетел из комнаты рыжим вихрем и сейчас вился около ног хозяйки, нетерпеливо повизгивая.
— Ты ж мой умница! — похвалила пса Анна, надевая кардиган. — Услышал, да?
— Тяф-тяф-тяф! — пёс радостным лаем подтвердил слова хозяйки.
— Да-да, молодец, — Анна присела к пёсику, одела шлейку, потому что из ошейника этот ураган выворачивался, и пристегнула поводок. И, глядя псу в глаза, заговорила:
— Слушай, Миш, ты же у меня умный пёс. Вот скажи мне: если дворник стоит и смотрит на подъезд полчаса, это нормально?
— Р-р-рав!
— Вот и я думаю, что нет! — согласилась. — А может, он влюблен и сейчас ждёт девушку, как думаешь?
Мишка сел, почесал задней лапой под шлейкой.
— Гав.
— Ну вот и я думаю, что возможно. Ну ладно, пошли, посмотрим на него вблизи. Ты же у нас чуешь всяких подозрительных типов, вот и проверим.
— Тяф! — поддакнул шпиц.
— Вот и славно. Только давай договоримся, что Марь Ванну, ту, которая убирается у старого профессора, ты не облаиваешь. Хорошо? Она и так в прошлый раз чуть инфаркт не получила, пришлось успокаивать и извиняться из-за тебя!
Мишка обиженно фыркнул, поднял свой пушистый зад с пола, задрал горделиво шикарный хвост, всем своим видом словно бы говоря: “Я не виноват, что она такая пугливая!”, и подошел к двери. Анна сунула в карман телефон и ключи.
— Р-р-р, — негромко прорычал Мишка, глядя на дверь.
— Знаешь, Миш, у меня тоже есть какое-то смутное подозрение. Ладно, пошли разбираться.
Открыла дверь и вышла из квартиры. Шпиц нетерпеливо потянул её к лестнице, намекая на то, что лифт они ждать не будут.
Она закрыла дверь на ключ и прислушалась: лифт гудел где-то наверху, за стеной у соседей бубнил телевизор.
Обычный будний день.
— Так почему же мне так тревожно-то? — прошептала себе под нос, спускаясь по лестнице пешком.
Глава 4
Анна толкнула тяжёлую дверь подъезда и вышла на улицу. Мишка рванул вперёд, натягивая поводок, и тут же присел у куста сирени.
— Начинаем с главного, понимаю, — пробормотала Анна, доставая из кармана пакетик для “анализов”, как она называла Мишкины богатства.
Пока Мишаня был занят своими обыденными делами, она огляделась.
За эти несколько минут ничего не изменилось: всё та же молодая мама с коляской, всё те же голуби, копошащиеся у лавочки, и тот же белый кот по кличке Пушуня.
Кот, кстати, пока готовился к прыжку, решил вздремнуть, а его хозяйка опустилась на лавочку и сейчас точно так же, как и её питомец, тоже дремала, уложив нижнюю челюсть на три своих подбородка.
Все были на своих местах, а вот дворника видно не было. Мишка, сделав дела насущные, деловито обнюхивал ствол дерева со свежими метками. Потом задрал лапу, пару раз брызнул и с самым серьёзным видом раскидал землю задними лапами:
— Тяф! — пояснил свои действия.
— Да, Миш, здесь был пудель Жужи. Поздоровались заочно, идём дальше.
Анна собрала всё, что оставил Мишаня, в пакетик, завязала его, выкинула в ближайшую урну и потянула поводок в сторону детской площадки.
И тут внезапно из-за угла дома показался тот самый дворник.
Синяя спецовка, метла в руках и взгляд снова в сторону третьего подъезда. Только сейчас мужчина говорил с кем-то по телефону.
Анна притормозила, делая вид, что рассматривает цветущую клумбу.
Мужчина закончил разговор, остановился у скамейки и оглянулся быстро, резко, как человек, который боится, что его заметят. Потом полез в карман, достал бумажный платок, шумно высморкался и сунул платок обратно. Но промахнулся, и белый комочек упал на асфальт.
Дворник этого не заметил, он снова смотрел на окна интересующего его подъезда.
— Гав! — сообщил Мишка и дёрнул свою хозяйку в сторону спускающейся по ступенькам соседки с четвертого этажа, Галины Ивановны.
— Анечка! — соседка, увидев её, заулыбалась. — Гуляете?
— Да, вот Мишку выгуливаю, как всегда, — она улыбнулась, но краем глаза продолжала следить за дворником.
— А у вас-то самой как дела? Новую книжку, наверное, пишете?
— Пытаюсь. Муза моя сегодня что-то капризничает, — Анна наклонилась и поправила Мишке шлейку. — Галя, а вы не знаете, куда наш Степаныч делся? Дворник вон у нас новый какой-то.
Галина Ивановна, проследив за взглядом соседки, развернулась всем телом в том же направлении.
— Вроде молодой мужчина, и вдруг дворником, да? Совсем мужики работать не хотят! — тут же вынесла своё наблюдение и умозаключение на обсуждение.
— Ну в жизни разные ситуации бывают, — попыталась вступиться за мужчину Анна.
— Ну, впрочем, ваша правда, Анечка! — легко согласилась соседка и вернулась к Степанычу. — В ЖЭКе мне сказали, что он к родне уехал. Уже дней пять как!
Мишка натянул поводок в сторону подставного дворника, уставившись на мужчину, из горла пса вырвалось негромкое:
— Р-р-р-р.
