Полуторка оперативной группы неслась, подскакивая на кочках, объезжая редкие байрачные леса и промоины. Чекмарев, вцепившись руками в рулевое колесо, хмуро смотрел вперед на ужасную дорогу и думал о том, как ему отвечать перед начальством за угробленную машину, доверенную командованием. И зампотех не станет слушать доводов, что, мол, война, что Чекмарев был прикомандирован к группе со специальным заданием Москвы. Ты отвечаешь за машину и только ты. По уставу ты и только ты отвечаешь за сохранность матчасти. Держись, сержант! Три дня они метались по степным проселкам, опрашивая отступающих одиночек, людей из разбитых обозов. Карта была испещрена крестами и вопросительными знаками. Отступление – это не строевой марш, это медленное, мучительное растворение армии в пространстве. И они ловили след штаба армии порой просто по обрывкам разговоров, по направлению движения санитарных повозок, по трупам изуродованной огнем брошенной техники. И тут Буторин сзади из кузова стал стучать кулаком по крыше кабины, выкрикивая какие-то слова. Шелестов сразу же приказал сержанту остановиться и высунул голову из кабины.
– Что случилось?
– Послушай! – нагнувшись к командиру из кузова, отозвался Виктор. – Слышишь, где-то неподалеку бой идет.
Это был стрелковый бой, и шел он где-то рядом. Там не били пулеметы, не стреляли орудия – просто была перестрелка. Стреляли автоматы, судя по звуку, лишь советские ППШ, и раздавались винтовочные выстрелы. Что это могло означать в тылу наших войск? Лишь столкновение какого-то советского подразделения с разведывательно-диверсионной группой врага. Шелестов стоял, прислушиваясь, поставив одну ногу на подножку машины. Он пытался определить направление боя. Звуки стрельбы, судя по всему, доносились с северо-востока. И тут раздались несколько взрывов, как будто заключительные аккорды боя, потому что после этого стрельба практически прекратилась.
– Оружие наготове! Гони, Чекмарев! – скомандовал Максим, и его голос, обычно ровный и холодный, дрогнул от напряжения. – Двигай вон туда, по грунтовке мимо балки!
Полуторка рванула с места, ее колеса разбрасывали мелкие камни и поднимали клубы пыли. Машина летела, подпрыгивая на ухабах. Шелестов положил на колени автомат и пытался левой рукой придерживаться, чтобы не слететь с сиденья на кочках. Он знал, что оперативники в кузове ведут наблюдение за местностью и успевают крутить головой на все 360 градусов. Они там готовы к бою, главное ему самому не проворонить опасность, которая может встретиться каждую секунду. Максим уже не сомневался в том, что красноармейцы в кузове того ЗИСа у колодца были диверсантами. И стрельба впереди ни о чем хорошем не говорила. А если еще учесть, что в том же направлении временно находится и штаб армии, то мысли в его голове были самыми мрачными.
Машина выскочила из перелеска на открытое пространство, где пересекались две грунтовые дороги, на время ставшие главными транспортными магистралями в этой местности, и Чекмарев сразу же нажал на педаль тормоза. Машина со скрипом остановилась, окутавшись клубами пыли, а Шелестов уже выскочил из кабины и бросился к кустарнику. Покосившаяся табличка на врытом в землю столбе указывала налево, и на ней красовалась запыленная надпись: «Сталинград».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
