Перейти к содержанию

Корпорация Охотники I. Бес — книга №1 серии «Корпорация «Охотники»»

Автор:

5,0 20+ оценок читателей Рунета
Категория
Киберпанк
Серия
Корпорация «Охотники» · книга №1
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Месть обернулась катастрофой. Бес, обвиненный (не без оснований) в терроризме и массовых убийствах, оказывается на Хароне-9, станции-тюрьме в планетарной системе Нассара. Оттуда никто еще не сбегал. А где-то там, на поверхности, Авель Сальвадоре вовсе не собирается дожидаться, пока его враг умрет от старости. Друзья далеко, так что придется выворачиваться самому...впрочем, в первый раз, что ли?

Читать «Корпорация Охотники I. Бес» — Александр Грохт онлайн

Страница 5 из 7

— А зачем ты мину кинул?

— Так она ж деактивированная. Ей хоть в футбол играй — не рванёт.

Бес подмигнул Робу. И через миг, посерьёзнев, перешёл на обвинительный тон:

— Эрик, ты, кажется, обещал прикрыть меня от арийцев и от людей Авеля? И что же? В один день оба твоих обещания оказались нарушены. Сначала ко мне пришёл Кэш, изобразил нападение — только чтобы подставить и отправить в это уединённое узилище. А после сюда заявились два клоуна, в броне и с пушками. И попытались меня прикончить.

Бес намеренно назвал Роба-Девять-Звёзд не по прозвищу, а по настоящему имени, подчёркивая своё недовольство.

Авторитет развёл руками:

— Ну в любом деле бывают промашки, ты же должен понимать. Это чистой воды случайность.

— Э, нет, хефе Роб, это не случайность. Кто-то заранее подготовился, и подготовился неплохо. Этих парней вычистили из поля контроля «Базы» настолько качественно, что и я, пожалуй, не сумел бы лучше.

— Что ты имеешь в виду, Бес? Я несколько далёк от всей этой твоей слайдерской тематики.

— Да всё просто и сложно одновременно. Кто-то, зная, что эти парни приедут сюда за мной, сделал так, что ИИ станции вообще не видел обоих чужаков. Для неё они не проходили контроль, не двигались здесь. Их просто нет. Нет на записях, нет на телеметрии слежения, они призраки.

— А ты бы так смог?

— Не уверен. — Бес почесал затылок. — Я даже пока не понимаю, с какой стороны тут можно подойти к вопросу. Но это я выясню. А вот что делать с тем, что ты не в состоянии выполнить свои обещания?

Роб с деланой усталостью потёр глаза. Он понимал, что Бесу придётся что-то дать — просто так слайдер не отстанет. Но решительно не знал, что предложить.

— Ладно, за мной и впрямь есть косяк. Что хочешь в компенсацию?

Бес ждал этой фразы.

— Что ж есть кое-что, нужное мне. И ты можешь в этом помочь, да

— Не тяни кота за яйца, Бес. Иначе я начну злиться.

— Первое. Официальная версия событий. Эта парочка засветилась перед охраной с пистолетами. Их попытались задержать, они открыли огонь. В конце концов оба подорвались. Меня там даже не было. «Базу» я сам подпатчу, так что она просто не вспомнит про вчерашние события. А вот охрана на тебе.

— Ну, это просто. — У Роба явно отлегло: он-то ждал, что Бес потребует сложную работу. Но обрадовался он рано.

— Я не закончил. И мне нужно то, что можешь сделать, наверное, только ты, хефе Роб. Здесь, в Девятом блоке, сидит один мой корефан. Я жуть как хочу с ним перетереть. Но вот беда: оказывается, нельзя перевести человечка из Девятого блока в Восьмой, минуя биометрию начальника орбитала. И тут на сцену выходишь ты.

— Невозможно! - отчеканил Роб. И судя по его выражению лица, счел, что разговор окончен. Но Бес так не думал. Он бы и рад был обойтись без шантажа, но...

— Вот как, да? Хорошо же Тогда предыдущая просьба тоже аннулируется. А я, пожалуй, готов устроить хорошую такую бучу. «Меня пытались убить, прямо в тюрьме. Где пресса? Начальник тюрьмы, прокомментируйте это! Как же так — к вам можно войти как к себе домой, и какие-то мелкие криминальные боссы прямо из камеры могут заказать убийц для одного из неугодных им заключённых». Как думаешь, журналистам это понравится? Думаю, мы станем звёздами — я, начальник тюрьмы и тот, кто заказал меня. Если что, эта парочка сдала Кэша с потрохами. И у меня есть запись этого признания. Так что, думаю, будет весело.

Роб скривился. Журналюги парализуют всю работу криминальных структур Он так красиво показал всему блоку, что Бес под его защитой, — и такой сбой А потом ведь к нему придут и спросят: какого чёрта, Эрик? И ответить будет нечего.

— Ладно, я понял тебя. Тебе очень нужен этот человек, да?

— Говорю же, жить без него не могу.

Роб ушёл, унося с собой обещание подумать. А Бес остался в карцере — просто потому, что его никто не пришёл проводить. Устраивать ещё больший бардак пока было не в его интересах, так что Бес принялся наводить порядок.

Он методично разложил трофеи: пистолеты — к стене, магазины — столбиком, патроны отдельно. Ножи убраны в карманы бронекостюмов, почти вся мелочёвка тоже возвращена по своим местам. Сами бронекостюмы, на которых Бес так удобно восседал, пришлось всё-таки распотрошить — внутри обнаружилась пара занятных модулей, которые ему были нужны. Мелочь, а приятно. На орбитале любая железка — валюта, а уж военного класса — и вовсе золото.

«База» молчала. Бес ощущал её присутствие где-то на периферии сознания, как чувствуешь спящего рядом человека — ровное дыхание, мерный пульс датчиков. Он уже наполовину влез в её потроха, и теперь она была ему как ручной зверь: вроде и не его, а слушается. Его «демоны» сделали всё, что от них требовалось, и теперь тихо «спали». Контроль за системой Бес предпочёл сохранять в «ручном» режиме.

Всё это происходило совершенно не по Бесовскому плану, но план вообще не предусматривал попытку убить его так быстро. Так что теперь приходилось срочно перестраивать всю концепцию.

Человек, который сидел в Девятом блоке, был ему необходим позарез. Бывший военный, из тех, что когда-то носили нашивки разведки в ударных штурмовых подразделениях, а потом, как водится, оказались никому не нужны, кроме трибунала. Бес знал о нём немного, но то, что знал, делало Корнева фигурой бесценной. Этот человек был не просто разведчиком — он был наставником рейнджеров в своей бригаде.

Что это значит? Что в его голове — не в чипах, не в имплантах, а именно в живой, упрямой человеческой памяти — хранились вещи, которых не было ни в одной базе данных. Методы выживания. Способы маскировки на местности. Навыки рукопашного боя и стрельбы, не привязанные к заблокированным электронным устройствам. Военные принципиально не доверяли электронике, потому что электронику можно взломать. А человека — попробуй.

Беса всегда забавляла эта логика. Человека тоже можно взломать. Просто инструменты другие.

Сутки спустя двери карцера снова открылись — на этот раз чтобы выпустить узника обратно. Беса сопровождали двое охранников, оба нарочито смотрели мимо него, как мимо мебели. Видать, история про «деактивированную мину» уже разошлась по постам, и желающих лишний раз ловить взгляд слайдера не нашлось.

В Восьмом блоке его встретили почти как героя. Слухи на орбитале распространялись быстрее, чем сигнал по оптоволокну: вчера двое в броне пришли по душу Беса, а сегодня Бес разгуливает на свободе, тех же двоих развозят по контейнерам в виде фарша. Кто-то даже уважительно кивнул ему от стола в общей зоне. Бес ответил тем же — вежливость ничего не стоит, а друзей лучше иметь, чем не иметь.

После столовой Бес завалился на свою койку, закинул руки за голову и прикрыл глаза. Со стороны — дремлющий зэк. На деле — человек, который сейчас находился сразу в десятке мест одновременно. Глазами камер он смотрел на коридоры, ушами микрофонов слушал шепотки, пальцами «Базы» перебирал записи и расписания. Ему нужно было поработать над дальнейшим планом. А заодно он пытался самостоятельно решить задачу перевода Корнева. Бес не сомневался, что способ существует.

Но способа не было.

Беса это и злило, и восхищало одновременно. Кто-то умный — по-настоящему умный — заложил в систему орбитала простое и непробиваемое правило. Перевод заключённого между блоками требовал биометрического подтверждения начальника комплекса. Не пароля, не ключа, не чипа — которые Бес подделал бы за полчаса, — а живой, текущей биометрии. Сетчатка, пульсовая карта, рисунок капилляров, динамика подписи. Всё одновременно, всё в реальном времени, всё с проверкой «живости». Подделать — невозможно. Перехватить и воспроизвести — тоже: система отсекала любую запись, требуя реакции на случайный запрос. Спросит у тебя случайное число — ответь морганием в нужном ритме. Не человек, а сложная функция, которую нельзя записать заранее.

Беса это бесило именно потому, что было красиво сделано. Он и сам поступил бы так же.

— Хитрая ты сволочь, — пробормотал он в потолок, обращаясь к неизвестному инженеру. — Ну ничего. Найдём тебе обходик.

Обходиком был Роб. Роб с его связями, Роб с его влиянием, Роб, который мог надавить на людей, способных надавить на начальника. Биометрию не подделаешь, а вот живого начальника — уговоришь. Или запугаешь. Или купишь. Это уже не Бесово ремесло, это ремесло «решалы», которым был Роб-Девять-Звёзд.

И Роб, надо отдать ему должное, справился.

Прошло три дня, прежде чем к Бесу пришёл человечек. Явный наркоман, он просто споткнулся, проходя мимо Беса, и на миг облокотился на столешницу. А когда пошёл дальше, под пальцами Беса уже лежала небольшая бумажка, на которой аккуратным почерком было написано:

«Твой Корнев. Перевод оформлен. Будет у тебя завтра к вечеру. Были сложности. Расскажу при встрече. С тебя должок, и большой. Р.»

Бес ухмыльнулся в подушку.

Сложности он представлял себе и сам. Корнев сидел в Девятом не просто так — по бумагам он шёл как «носитель информации ограниченного доступа», и его перевод требовал не только биометрии начальника, но и согласования с военным ведомством. То есть с теми самыми людьми, которые когда-то его судили и которые предпочли бы, чтобы он сгнил в Девятом блоке, так и не открыв рта. Робу пришлось продавить это согласование через подставную медицинскую причину — якобы у заключённого выявили несовместимость с атмосферным режимом Девятого блока, требуется перевод по показаниям врача. Бумажка тонкая, но если её подмахнул врач, которого Роб держал за горло, а биометрию дал начальник, которого Роб держал за что-то другое, — то и сойдёт.

Бес знал, что Робу это стоило не только связей. Каждый такой перевод оставлял след. Каждый след — это вопрос, который кто-нибудь рано или поздно задаст. Роб рисковал, и рисковал серьёзно. А значит, он действительно боялся той бучи, которую обещал устроить Бес. И это было хорошо. Страх — отличный смазочный материал для деловых отношений.

Корнева привезли на следующий день, как и обещали, к вечеру.

Это был сухой жилистый мужик с лицом, будто высеченным из плохо отёсанного камня. Двигался он экономно, без единого лишнего жеста — так двигаются люди, которые много лет провели там, где за лишний жест убивают. Глаза у него были спокойные и пустые, как у человека, который давно перестал чего-либо ждать от жизни.

Бес умел быть терпеливым. Он не стал давить на Корнева ни в первый день, ни во второй. Он просто был рядом — делился пайком, прикрывал в общей зоне, пару раз ненавязчиво показал, что трогать бывшего военного не позволит. А на третий день к Корневу подошёл один паренёк, азиат, и, внимательно вглядевшись в лицо разведчика, вдруг выдал:

— Командир, это действительно ты?

Корнев сначала с непониманием уставился на обращавшегося, а потом вдруг расплылся в широченной улыбке.

–– Ли, братан! Вот уж кого не ждал увидеть тут.

–– Ну, я тебя тоже не ожидал.

Эти двое, оживленно болтая, просидели несколько часов. И Бес, радостно потирая руки, уже готовился полноценно войти в контакт с этими двумя и объяснить, на кой черт они ему нужны, но тут произошло то, что на время отвлекло его от всех прочих дел.

В «Базе» возник новый глюк. Бес, словно предчувствуя, с утра полез просматривать данные о переводах заключённых. И тут «База» доложила о пополнении — пять человек, переведённых разом из транзитного сектора. Бес лениво открыл их карточки глазами системы — и моргнул. Карточки были пустые. То есть не совсем пустые — имена, статьи, сроки на месте, — а пустые внутри. Никакой истории. Ни одного следа в архивах старше двух недель. Будто этих пятерых вылепили из воздуха и сунули в систему позавчера.

Бес похолодел и спешно принялся проверять, не ошибка ли это. А проверив — выдохнул. Эти ребята, конечно, тоже не подарок, но вряд ли они здесь в роли киллеров.

За странными файлами личных дел прямо-таки тянулся флёр дуболомной работы слайдеров НоК. Какими они были туповатыми солдафонами — такими и остались. Работа по внедрению этих парней в тюрьму была выполнена крайне грубо. Но действенно — да, если не собираешься держать таких людей на зоне долго. Зашли и вышли, приключение на двадцать минут.

Бес перехватил картинку с коридорной камеры, чтобы глянуть, кто к нему пожаловал.

Впереди шёл человек, при виде которого хотелось отступить на шаг. Двухметрового роста, широченный, как грузовой шлюз, с шеей толще, чем бедро у Беса. Он не шёл — он перемещался, неторопливо и неотвратимо, как ледник. Мышцы под кожей бугрились так, что комбинезон трещал на плечах. Лицо широкое, плоское, с маленькими спокойными глазами. За ним — четверо, помельче, но тоже не подарок: двигались слаженно, держали дистанцию, прикрывали главного с боков, будто всю жизнь только тем и занимались, что ходили строем под огнём.

Бес отлепился от стены общей зоны и сделал вид, что его страшно интересует автомат с синтетической бурдой, которую тут гордо называли кофе. На самом деле он смотрел во все глаза — свои и чужие.

Пятёрка вошла в столовую блока — и там будто стало теснее. Зэки, эти битые жизнью волки, разом притихли, опустили взгляды, расступились. Никто не сказал ни слова, но Бес кожей почувствовал, как по общей зоне прошла волна — звериное узнавание силы. Лидер новичков прошёл к дальнему углу блока, к секции, которая ещё утром принадлежала какой-то местной шпане. Шпана испарилась без звука. Мужик сел. Четверо разместились вокруг — двое лицом к залу, двое прижались спинами к стене. Сектор обзора. Углы прикрыты. Профессионально до отвращения. И так показушно

Эти парни не сказали никому ни слова. Не подошли знакомиться, не стали ни с кем мериться силой, не полезли в местную иерархию. Они просто были — компактным, замкнутым, чужеродным телом внутри блока.

Бес взял свой стакан с бурдой и неспешно вернулся за стол. Сел. Сделал глоток. Поморщился — кофе был отвратителен. И принялся ждать возвращения в камеру.

Следующие часы он провёл, наматывая на пятёрку всё, что мог. Глазами всех камер блока он следил за каждым их движением. Микрофонами слушал — хотя слушать было нечего: говорили они мало, тихо и на каком-то жаргоне, в котором военные термины мешались с тем, чего Бес не понимал вовсе. Он гонял их пустые карточки через все доступные ему слои системы, искал хоть зацепку, хоть ниточку — откуда они, кто их прислал, зачем.

И не находил ничего.

Это пугало его сильнее всего. Бес привык быть самым умным в комнате. Привык, что нет такой системы, в которую он не влез бы, и нет таких следов, которые он не прочёл бы. А тут — глухая стена. Никаких данных на команду. Только позывные, но этого было недостаточнодля него. Впрочем, тут рядом был человек, который мог бы помочь...

Глава 7. Идентификация

Не Не откладывая дело в долгий ящик, Бес уже на вечернем разводе подошёл к Корневу. Тот сидел в углу двора вместе со своим товарищем и методично метал маленькие камушки в установленную метрах в десяти от себя пустую жестяную кружку. Попадал примерно в девяти случаях из десяти.

Бес понаблюдал за ним пару минут, потом всё же подошёл. Данила (так звали Корнева по имени, хотя все вокруг обращались к нему по фамилии, сделав из неё своеобразный позывной) пожал руку Бесу и вопросительно уставился на него, мол, чего пришёл-то?

— Кор, видел эту пятёрку новичков?

— Угу.

— Что можешь сказать про них?

— Военные. Судя по тату — десантура.

— Мля иногда мне очень хочется ошибаться. Ты уверен?

–– Я уверен, но если хочешь, могу посмотреть еще внимательнее.

Бес кивнул, и Корнев тут же отвернулся от него.

— За тобой? — тихо спросил у Беса Ли. И он, и Корнев знали, что в восьмом блоке они очутились именно по воле этого парня, и понимали, что это не просто так. Но до сих пор Бес ничего от них не просил. А репутация отмороженного убийцы и Бесовские «подвиги» позволяли им не иметь никаких проблем с местными бандитами, стоило тому обронить, что Ли и Корнев это его хорошие друзья. Так что Ли был бы рад отплатить покровителю хоть чем-то, но до сих пор не представлял, в чем вообще может нуждаться этот человек.

— Не знаю, — честно ответил Бес. — И это самое поганое. Для ликвидаторов они ведут себя слишком вызывающе. Но кто их знает, воякможет они считают, что именно так и должны выглядеть крутые зеки.

Корнев помолчал, разглядывая Танка из-под полуопущенных век.

— Это не зэки, — сказал он наконец. — Это бойцы. Слаженные. Видел, как сидят? Они явно работают именно этой командой не первый год, это я тебе точно говорю. Передняя пара — это штурмовики. Даже здесь они как пружинки – готовы в любой момент начать действовать. Здоровяк — скорее всего саппорт, тяжёлое оружие и прикрытие. Ну и еще он точно лидер этой команды. Ещё один паренек, слева, со шрамом на переносице — точно дронер, у него пальцы машинально пощёлкивают по столешнице и все движения такие же, как на шарнирах. Ну и последний в группе, видимо, медик. Типовая «звезда» десантников.

Бес посмотрел на бывшего военного с новым интересом. Корнев читал этих людей так же легко, как сам Бес читал код. В простой рассадке на улице он заметил больше, чем Бес смог узнать при помощи сети.

— И по чью душу они сюда заявились, как думаешь?

Корнев пожал плечами.

— А вот это, слайдер, тебе виднее. Кто тут у нас такой важный, что за ним посылают группу зачистки и стирают её из всех баз? И кто буквально за пару недель поставил на уши половину Харона? Об этом трубит вся тюрьма. И все знают, что ты тут недавно, но уже заставил работать на себя главного бандюка местного, тебя боится охрана и уважает куча народу. Ты вытаскиваешь сюда меня и Ли. Значит, мы тебе нужны. Там, где я был, у меня отсутствовали шансы на выживание, так что за мной должок. Мы тебя прикроем, хефе. Но надо понимать, от чего.

Бес ничего не ответил. Но про себя подумал, что вопрос с целью этой группы не имеет столь однозначного ответа, как кажется Корневу. Его, Беса, так тупо убирать бы не стали. Эти парни они всем своим видом кричат прямо-таки: «Мы военные, мы тут не просто так, не троньте нас». Да и слишком очевидно. Авель Сальвадоре ещё недавно был полковником ВКС. И тут военные, попавшие на зону, вдруг мочат его главного врага. Авель потеряет лицо и доверие всей криминальной верхушки Нассара. Мафиози его уровня не может якшаться с вояками. Так что это не ликвидаторы. Но кто эти ребята, Бес просто не понимал.

–– Кстати, Кор, тебе ничего не говорят позывные вояк, а? Они у вас тоже уникальные, да?

–– Ну какне все далеко. Но некоторые и впрямь принадлежат известным людям.

–– Танк, Пилот, Ястреб, Скаут, Кэп – есть что–то знакомое.

Корнев пару минут подумал, и отрицательно покачал головой.

–– Я слышал про Танка, но тот вроде как погиб во время войны с жуксами. Остальныене самые редкие имена, знаешь ли.

–– Что жпопробовать то стоило. – Бес не выглядел слишком уж огорченным. – По крайней мере теперь я точно знаю, что это вояки. Хоть что–то

А в это самое время за своими стальными дверьми, в той части орбитала, куда не ступала нога рядового заключённого, Роб-Девять-Звёзд сидел в кресле и чувствовал, как по спине ползёт холодок. Он больше не мог ощущать себя в безопасности здесь, на Хароне. И это заставляло его испытывать постоянное чувство неудобства и, как ему ни неприятно было это признавать, страх.

Роб был человеком неглупым. Глупые не доживают до его положения. И как человек неглупый он умел складывать два и два. А складывать в последнее время приходилось много.

Сначала эти двое в броне, которых якобы никто не видел. Потом Бес, который вышел из карцера живым и невредимым, а двух матёрых боевиков развезли по кускам. Потом сам Бес, спокойно рассуждающий о том, как кто-то «исключил людей из поля контроля Базы», — и тут же небрежно роняющий, что и сам, мол, «подпатчит Базу, чтоб не помнила». Роб не был слайдером. Но он отлично понял, что это значит.

Это значило, что заключённый Восьмого блока держит в руках мозг всего орбитала. С помощью полурабочей деки и дерьмового канала этот человек смог подчинить себе ИИ целой станции. И теперь может сотворить что угодно Роб прошерстил всё, что можно было узнать про Беса в среде бандитов Нассара.

И от этой информации хозяину тюрьмы стало очень, очень неуютно.

Пару раз Бес уже бывал в разных тюрьмах высочайшего уровня надёжности. Он попадал туда в рамках заданий по ликвидации людей, так или иначе насоливших мафии. И оба раза задание Бес выполнил. Вот только первый раз это была банальная работка: пришёл, разведал всё и просто перебил всех бандитов. А потом пробил себе дорогу к шаттлу и просто ушёл на орбиту, обойдя ПВО и перепрыгнув из шаттла в собственную скоростную яхту.

А вот второй раз Беса отправили за головой бывшего казначея Хип-Синг-Тонг, одного из китайских преступных кланов. Тот каким-то образом вывел огромные бабки из семейной казны, а когда запахло жареным — быстренько организовал себе «посадку», намереваясь пересидеть в тюрьме, пока всё не уляжется. Управляющий комплексом был братом казначея, к тому же тот нанял для себя целый отряд охраны.

Бес поискал способы подобраться к этому человеку. Не нашёл их. Зато сумел, как и тут, на Хароне, взломать ИИ комплекса. После чего просто отключил все генераторы, заблокировал воздуховоды и покинул комплекс. А когда вышел наружу — запустил принудительную блокировку всей системы «по подозрению в заражении инопланетной вирусной инфекцией со 100-процентной вирулентностью». И обрубил каналы связи с внешним миром.

Три тысячи трупов. И выполненный контракт. Когда заказчик спросил Беса, а нельзя ли было по-другому, тот просто пожал плечами и буднично сообщил, что ему платили за задачу, а не за отсутствие сопутствующих жертв. Невинных среди них он не увидел, так что