Читать «Тайновидец. Том 14: Остров Ветров» — Алекс Рудин онлайн
Страница 8 из 10
Я едва не отправился прямо к себе домой, чтобы порадовать Лизу и удивить Игната. Но вовремя взял себя в руки.
Это всего одна удачная попытка. А я должен быть уверен в результате, именно так работает магия. От уверенности зависит всё.
Сдерживая радость, я поднялся на палубу. Капитан Кораблёв по-прежнему стоял у борта и следил за катером, который то поднимался на волнах, то нырял в ложбины между ними.
— Фёдор Иванович! —громко окликнул я его.
Капитан вздрогнул и обернулся. Его суровое лицо вытянулось от удивления, когда он увидел меня на борту “Ворона”.
— Значит, ваше перемещение удалось? Признаться, я в это не верил. Никогда не видел такой магии.
— Удалось, — довольно кивнул я. — Правда, это всего одна удачная попытка. Хорошо бы попробовать ещё несколько раз.
Несколько мгновений Фёдор Иванович колебался, но потом кивнул:
— Хорошо, попробуйте ещё раз или два, пока море спокойное. Духи подсказывают мне, что к обеду ветер усилится. А я понаблюдаю за вашими экспериментами, если вы не против.
— Наблюдайте на здоровье, — рассмеялся я.
Капитан вызвал катер обратно на “Ворон”.
Пока мы ждали его возвращения, я заметил на палубе Савелия Куликова. Он под присмотром боцмана учился вязать морские узлы.
Из любопытства я подошёл к ним.
— Доброе утро, Савелий Георгиевич! Как вам морское дело?
— Пока не всё получается, ваше сиятельство, — признался Савелий. — Но я стараюсь.
На его лице появилось выражение упрямства.
Савелий туго затянул узел и с надеждой взглянул на боцмана. Тот снисходительно кивнул, набивая табаком старую трубку с обгрызенным мундштуком:
— Неплохо. Теперь развязывай. Да не так! Потяни за этот конец, узел сам собой распустится.
— Нравится вам эта наука? — улыбнулся я.
— Да, — упрямо кивнул Савелий. — Хоть и в новинку делать что-то своими руками, без магии.
Он потянул конец верёвки и узел распустился.
Я уважительно покачал головой и посмотрел на боцмана.
— А меня возьмёте в ученики?
Боцман неторопливо выпустил огромный клуб сизого дыма.
— Отчего же не взять, ваше сиятельство? Держите канат.
Вязать жёсткий канат оказалось не так-то просто, но под руководством немилосердно дымившего боцмана мы с Савелием освоили прямой узел и восьмёрку.
Тем временем катер подошёл к “Ворону”. Он двигался исключительно при помощи магии “Пастуха ветров”, а довольные матросы отдыхали, сложив вёсла.
— Вы мне так команду разбалуете, — насмешливо заметил с борта капитан Кораблёв. — Господин младший штурман, как прошли испытания магического артефакта?
— Без происшествий, господин капитан! — доложил Привольский. — Магия работает отменно.
— Я же говорил! — многозначительно буркнул довольный Сева.
— Признаю, что отчасти был неправ, — усмехнулся Кораблёв. — Что ж, можете продолжить испытания. Александр Васильевич хочет сделать ещё несколько попыток перемещения.
За пару часов мы ещё несколько раз отплывали от “Ворона”, а потом я перемещался обратно в свою каюту.
Чтобы сберечь время, катер не поднимали на борт. Вместо этого я спускался по верёвочной лестнице с деревянными перекладинами. С детства по такой не лазил!
В первый раз нога соскользнула с узкой перекладины, и я чуть не сорвался. Повис на руках и, не глядя, нащупал опору.
Но с каждым следующим разом спускался всё увереннее.
То же самое и с перемещением через магическое пространство. Я закрывал глаза всего на секунду, каюта сама собой всплывала в памяти, и я тут же оказывался в ней.
Легко и просто.
Затем я бегом поднимался на палубу, поджидал катер, и мы отправлялись в очередной рейс.
“Пастух ветров” работал отлично, магия сама подталкивала лёгкое судёнышко, и матросам ни разу не пришлось браться за вёсла. Да и ветер дул с прежней силой, несмотря на предсказанную капитаном непогоду.
В четвёртый раз мы отплыли совсем далеко.
Мы обогнали корабль, и я наблюдал, как “Ворон” постепенно скрывается за линией горизонта. Сначала исчез корпус, потом скрылись мачты. Последним пропал флаг Империи.
Мы остались в открытом море.
— Достаточно, — сказал я штурману Привольскому.
Привычно закрыл глаза, шагнул в узкий проём и снова оказался в своей каюте.
Магия перемещения работала безукоризненно, а магия домовых отлично ей помогала. Теперь я был уверен, что сумею вернуться на “Ворон” откуда угодно, хоть из самой Столицы.
Я поднялся на палубу и сразу почувствовал, что ветер усилился. Туго натянутые канаты угрожающе звенели, высокие волны били в медную обшивку, а с запада корабль быстро догоняли тяжёлые низкие облака.
Капитан Кораблёв озабоченно вглядывался в горизонт.
— Поторопите вашего друга, Александр Васильевич, — сказал он мне. — Катер нужно как можно скорее поднять на борт. Шторм начинается.
— Сейчас, — кивнул я.
И послал зов Севе Пожарскому:
— Выжимай из своей магической штуковины всё, что возможно, и скорее возвращайтесь на “Ворон”. Капитан говорит, что начинается шторм.
— Я стараюсь, — торопливо ответил Сева. — Ух, тут и волны!
Капитан закрыл глаза, отдавая мысленные команды. Свист боцманской дудки перекрыл шум ветра, матросы торопливо убирали паруса, чтобы надвигающийся ураган не разорвал их в клочья.
А ветер стремительно усиливался. Он уже дул с такой силой, что становилось трудно дышать. Море кипело пенными гребнями, вода потемнела. Всего за несколько минут спокойное море превратилось в рассвирепевшего зверя.
— Если ветер ещё усилится, их магический артефакт не справится! — крикнул мне Кораблёв. — Я командую поворот, идём на поиски катера!
“Ворон” вздрогнул и резко наклонился вправо. Я почувствовал, что к горлу подступает мерзкий кислый комок и торопливо проглотил его. Палуба ушла из-под ног, и мне пришлось ухватиться за канаты, чтобы не упасть за борт.
Волна окатила меня с головы до ног. Глаза щипало, я смахнул ладонью с лица горько-солёную воду и увидел человека, который брёл к борту. Обеими руками он держался за живот. Это был Савелий Куликов.
Вот он перегнулся через борт и бессильно повис на ограждении.
Цепляясь за снасти, я пробрался к нему. Савелий был бледен, его не на шутку скрутил приступ морской болезни. Я обхватил сноходца рукой и оттащил подальше от борта. Савелий не сопротивлялся, только тихо стонал.
— Живо в каюту! — крикнул я ему в ухо.
Савелий посмотрел на меня мутными глазами, слабо кивнул и побрёл вниз по трапу.
“Ворон” швыряло из стороны в сторону, а я до рези в глазах высматривал в штормовом море возвращающийся катер.
И вдруг в пенном кипении прямо по курсу мелькнул белый клочок паруса.
— Смотрите, вот они! — радостно крикнул я Кораблёву.
Глава 6
Та ещё задачка — отыскать в штормовом море маленький катер и не потопить его. Катер маленький, легко не заметить его в бушующих волнах и пройти мимо. Или наоборот, навалиться бортом и отправить на дно вместе с экипажем.
Крошечный парус катера то и дело скрывался в волнах, и тогда у меня замирало сердце. Но когда волна прокатывалась, он упрямо выныривал — с каждым разом чуть ближе к кораблю, и я вздыхал с облегчением.
Наконец, мы догнали катер. Матросы смотрели на нас с надеждой, а Сева Пожарский только бросил короткий взгляд на “Ворон” и крепче вцепился в “Пастуха ветров”. При помощи этой конструкции из деревяшек и медной проволоки он старался направить ветер так, чтобы он не опрокинул катер.
“Ворон” снова ухнул в седловину между волнами, и мой желудок подпрыгнул к горлу. Катер, наоборот, взмыл на крутой гребень. Мы с Севой оказались совсем близко. Я увидел, как блестят капли воды на его лице.
Капитан скомандовал манёвр. “Ворон” развернулся и своим огромным корпусом заслонил катер от ветра, но безумная пляска волн продолжалась.
И всё-таки в этой водяной толчее матросам удалось закрепить на катере канаты и втащить его на борт корабля.
Я бросился к Севе.
— Как ты, дружище?!
Сева повернулся ко мне, его глаза горели безумным восторгом.
— Это, это…
От возбуждения он не мог подобрать слова.
— Вот это буря! Саша, вот это шторм!!! Я думал, нам конец. Нас же чуть не унесло в море!
Сева по-прежнему не выпускал из рук “пастуха ветров”, как будто всё ещё пытался справиться с ураганом.
Я потащил его к трапу.
— Бросай свои деревяшки и бегом в каюту! Тебе нужно согреться.
Шторм крепчал. Матросы торопливо убирали паруса, оставляя только те, которые помогали “Ворону” идти по ветру и не подставлять борта бешеным ударам волн.
Я заставил Севу спуститься на нижнюю палубу, а сам вернулся к капитану. Скользкая мокрая палуба всё время уходила из-под ног, я хватался за всё подряд, чтобы не улететь за борт.
Я нашёл капитана в рулевой рубке. Широко расставив ноги, Фёдор Иванович следил за тем, как его корабль борется с налетевшим штормом. Он не говорил ни слова, все команды отдавались мысленно.
Ветер попытался ворваться в рулевую рубку вместе со мной, но я захлопнул дверь, и он остался снаружи.
— Фёдор Иванович, чем я могу помочь? — спросил я.
Кораблёв бросил на меня жёсткий взгляд, в его глазах мелькнуло сомнение.
— Вы не матрос, Александр Васильевич. Спуститесь в каюту.
— Лишняя пара рук не помешает, — возразил я.
Сомнение в глазах Кораблёва исчезло, он коротко кивнул:
— Хорошо. Найдите боцмана, он скажет, что делать.
На палубе холодный ветер снова набросился на меня, как будто злился за то, что я не пустил его в рубку. Вокруг корабля перекатывались пенные горы, “Ворон” то и дело зарывался в них носом, и тогда потоки пены с грозным шипением катились по палубе. Хлопала мокрая парусина, гудело и трещало дерево, тоненькими голосами выли туго натянутые канаты и тросы, фигуры матросов мелькали в пенной круговерти.
Я отыскал боцмана на носу корабля. Его седые волосы стояли дыбом, нос посинел от холода, обгрызенный кончик мундштука торчал из нагрудного кармана. Боцман то и дело пронзительно свистел в свою дудку, командуя матросами, но свист сразу же относило ветром.
— Какая помощь нужна? — закричал я, пробравшись к нему.
— Ваше сиятельство? — изумился боцман. — Вам бы в каюту…
Заглушив его слова, рядом с нами на палубу мокрым мешком свалился парус. Ветер подхватил его, парус вздрогнул и захлопал по палубе. Он был похож на раненую птицу. которая пытается взлететь.
— Что делать? — упрямо повторил я.
— Нужно скатать парус, пока не унесло! — крикнул мне боцман. — Справишься?
— Справлюсь!
Я прижимал парус к палубе коленями и локтями. Жёсткая парусина вырывалась из рук, тогда я навалился на неё животом, и дело пошло легче.
Вокруг бушевал шторм, палуба подо мной ходила ходуном, а с неба хлестал дождь. Но я ни на что не обращал внимания. Важно было только одно — скатать проклятый парус и не дать ему улететь за борт.