— Доказывать? — переспросил он с таким сарказмом, что даже Барсик, свернувшийся клубком на подоконнике, на миг приоткрыл глаза.
— А что? — Полина подняла бровь, глядя на него с таким видом, будто говорила с упрямым подростком. — Убедишь меня, что ты не просто рогатое синее существо?
— Хорошо, — произнёс он, голос его стал ниже, а в глазах зажглось пламя. — Я — Азгхар, сын Люцифера, падшего ангела, того самого, кто бросил вызов Небесам. Я — Принц Ночи, Повелитель Теней, ужас всех смертных. Моё имя веками шептали в страхе, а короли дрожали перед моей тенью.
Полина, которая сначала слушала его монолог с полунасмешливой улыбкой, вдруг нахмурилась.
— Принц Ночи? — медленно переспросила она, опустив кружку. — Это звучит как-то… официально. Ты корону себе заказывал?
Он замер. На мгновение внутри вспыхнула ярость, но он быстро взял себя в руки.
— Это титул, — холодно ответил он.
— Титул, — повторила она, а в её голосе звенела усмешка. — Ну, звучит внушительно. Прямо чувствую, как страх прокрадывается в моё сердце.
Она рассмеялась. Настоящий, лёгкий смех, который эхом разлетелся по маленькой кухне. И в этот момент он впервые понял, как смертные могут сводить с ума. Она смеялась над ним. Над ним!
— Если бы ты знала, кто я, — начал он угрожающе, глядя на неё сверху вниз, — ты бы трепетала.
— Угу, конечно, — сказала она, отмахиваясь. — Только вот ты сидишь у меня на кухне и споришь с котом. Трепетать не получается, извини.
Её насмешка задела его сильнее, чем он был готов признать.
— Ты хочешь знать, почему я здесь? — начал он, в голосе звучало раздражение. — Хорошо, я расскажу.
Полина замолчала, явно удивлённая его неожиданной откровенностью.
— Я здесь, потому что так захотел мой отец.
— Твой отец? — переспросила она, слегка наклонив голову.
— Да. Люцифер, — отрезал он.
Она моргнула.
— То есть, ты буквально сын Люцифера?
— Удивлена? — он скривил губы в холодной усмешке.
— Да не особо, — призналась она, качая головой. — Судя по твоему характеру, это многое объясняет.
Азгхар проигнорировал её колкость.
— Мой отец наложил на меня это проклятие, — продолжил он, глядя куда-то в сторону, словно видя перед собой не кухню, а совсем другой мир. — За то, что я нарушил закон демонов.
— Закон демонов? — переспросила она, явно заинтригованная.
— Я сделал то, чего делать не следовало. Убил одного из своих братьев, — спокойно пояснил он, будто речь шла о сломанной кружке.
Она открыла рот, но не нашла, что сказать.
— Отец считал, что это… перебор, — продолжил он, уголки губ дёрнулись в тёмной усмешке. — И вот он решил, что я должен научиться смирению.
— И ты… не научился? — осторожно уточнила она.
— Я сжирал своих хозяев, — отрезал он, глядя на неё с холодной уверенностью.
Полина побледнела.
— Ты что, их… ел?
— Они раздражали меня, — ответил он равнодушно.
— Это… мерзко, — пробормотала она, сдвигая кружку подальше.
— Не переживай, Половина, — усмехнулся он. — Ты слишком… серая, чтобы быть вкусной.
Глава 6
Она возмущённо посмотрела на него, но предпочла промолчать, будто боялась, что любое слово только ухудшит её положение.
— Последний раз меня вызывали в 70-х, — добавил он, лениво потянувшись.
— В 70-х? — Полина удивлённо приподняла бровь. — Тебя никто не вызывал последние пятьдесят лет?
— Времена меняются. Люди перестали верить в силу. Они стали жалкими и прагматичными, — с презрением бросил он. — Последние, кто меня вызвал, были фанатики. Секта, которая хотела обрести "великую силу".
— И что ты с ними сделал? — осторожно спросила она.
— Избавился. Быстро, — ответил он, даже не моргнув.
Она поморщилась.
— Отлично, — бросила она. — Значит, теперь я стану очередной жертвой кровожадного демона?
— Пока не загадала желание, нет, — насмешливо заметил он. - И всё же ты странная, Половина, — пробормотал он, сверля её взглядом.
— Почему? — спросила она, приподняв бровь.
— Я не могу читать твои мысли, — признался он с неохотой.
— Может, ты просто не такой уж и великий? — хмыкнула она.
Он прищурился.
— Может, ты просто слишком… пустая.
Она усмехнулась:
— Ну да, я такая. Даже тьма от меня шарахается.
И, к своему раздражению, он снова поймал себя на мысли, что эта смертная каким-то образом ломает его собственные правила. Ему весело… кстати, впервые за несколько сотен лет.
Он изучал её взглядом, задумчиво щуря оранжевые глаза, которые едва мерцали в полумраке кухни. Половина. Слово крутилось в голове, словно издевательский рефрен, но ему почему-то нравилось называть её именно так. Маленькая, хрупкая, упрямая смертная. Она не была сильной, не была уникальной… Но почему-то её отсутствие страха и её непробиваемая простота раздражали его больше, чем десяток других хозяев вместе взятых, но и привлекали не меньше.
— Ну, и что у тебя такое загадочное лицо? — вдруг спросила она, и её голос прозвучал как маленький камешек, упавший в его размышления. — Снова думаешь, как меня съесть?
Он усмехнулся, медленно качнув головой.
— Ты слишком мелкая добыча, Половина. Мне пришлось бы долго жевать, чтобы найти хоть крупицу магической энергии.
— Мило, — съязвила она, отпив из своей кружки.
Азгхар отвёл взгляд и опустил руку на стол, слегка проведя когтями по его поверхности. Её непробиваемый характер раздражал его. И всё же... он продолжал искать в ней слабость. И ничего не находил.
— Ты меня… не можешь раскусить, да? — спросила она с лёгкой улыбкой.
— О, я очень даже могу тебя раскусить, Половина, — ответил он, подняв на неё насмешливый взгляд. — И гораздо лучше, чем ты думаешь. Например – пополам.
Она явно вздрогнула а он засмеялся.
— Ага, ты же читать мысли умеешь?
Он насмешливо прищурился.
— Обычно да. Но ты — исключение.
Она усмехнулась, и его слегка передёрнуло от её самодовольного вида.
— Неужели великий Принц Ночи наткнулся на сложный случай?
— Не сложный, — холодно ответил он. — Просто… интересный.
Её улыбка стала шире.
— Ого. Это почти комплимент.
Он лишь фыркнул и отвёл взгляд.
Понять Полину оказалось сложнее, чем он ожидал. Смертные обычно были для него открытой книгой. Их мысли и желания были написаны не буквами, а потоками эмоций, которые он читал без усилий. Более того, он понимал не только людей.
Он знал языки всех существ, от животных до растений.
Барсик, который сейчас сидел на подоконнике, обвив хвост вокруг лап, явно излучал своё простое, но настойчивое послание: "Ты мне не нравишься. Уходи. Лучше сразу".
Даже растения в этой комнате, стоящие на подоконнике в грустных, пыльных горшках, говорили своим молчаливым голосом. Они жаловались на пересохшую землю и отсутствие солнца.
— Ты знаешь, что твои цветы почти мертвы? — вдруг спросил он, глядя на горшок с особенно унылым кактусом.
— Мои цветы? — Полина моргнула и проследила за его взглядом. — Ах, ты про это. Они нормально выглядят.
— Они умирают, — сухо повторил он.
— Ну, значит, они красивые в своей трагичности, — пожала плечами Полина.
Он тихо выдохнул, чувствуя, как терпение тает, словно лёд под горячим ветром.
— Ты действительно не заботишься о том, что тебя окружает, да?
— А зачем? — она вздохнула и облокотилась на стол. — Если ты не заметил, у меня тут демон в гостях. Завтра ты меня сожрешь и их все равно никто не будет поливать.
Барсик тут же "рыкнул", подтверждая её слова. Азгхар мельком взглянул на кота, который устроился так, словно всё происходящее его исключительно забавляло.
— Кстати, — вдруг добавила Полина. — А ты понимаешь, о чём он мяукает?
Азгхар посмотрел на неё долгим, медленным взглядом.
— Конечно.
Она удивлённо заморгала.
— В смысле, понимаешь?
— Его мысли примитивны, — ответил он, лениво указывая когтем в сторону Барсика. — "Враг". "Опасность". "Убрать его". А ещё — «пожрать»… вкусного. Ты, оказывается, давно не покупала ему индюшиный паштет.
Барсик, услышав это, громко мяукнул и пристально уставился на Азгхара, как будто подтверждая каждое слово.
— Ну, это на него похоже, — хмыкнула Полина. – А паштет я не покупала, потому что у меня нет денег.
— Он думает только о том, как бы избавиться от меня, — усмехнулся демон. — Хотя его магическая природа куда интереснее, чем твоя.
Полина подняла бровь:
— Магическая природа? Барсика? Это просто кот!
— Ага. Просто кот, который умеет мешать магии и излучает энергию, почти равную твоей.
— Ну, ты же сам сказал, что у меня энергии кот наплакал, — парировала она. — Так что не думаю, что это комплимент.
— Это не комплимент, Половина, — холодно бросил он. — Это факт.
И всё же, несмотря на всю свою силу, несмотря на то, что он мог чувствовать растения, читать мысли животных, даже понимать движения теней, Полина оставалась для него загадкой. Её разум был темным, как глухой лес. Он не слышал её мыслей, не ощущал её эмоций.
Это злило его.
Он встал, обошёл стол и замер напротив неё, глядя сверху вниз:
— Ты — единственная, кого я не могу понять.
