А я глянул на админа, который сидел за столом с кислым лицом. Надо бы заняться им. Вдруг он посмотрел запись? Нет, вряд ли, в таких фирмах учат не задавать вопросы, но Штерн всё равно волнуется, раз отправил свою шестёрку всё проконтролировать. Тогда в интересах этого админа говорить, пока от лишнего свидетеля не избавились. Это сейчас все на ушах, но потом…
Я вернулся в машину, сел поудобнее и достал телефон. А ведь можно крепко прижать и самого Денчика, чтобы он работал на меня, а не на Штерна. Если его правильно напрячь, ему придётся помогать.
Тем более Глеб присылал мне сделанные прямо на телефон снимки экрана из того, что в их базе было на Дениса Юрьинского, ведь так Денчик был записан среди коллег в телефонной книге Наташи. Я её всю помню.
Значит, любит заказывать еду в доставках, а данные оттуда утекают постоянно. Этим стоит воспользоваться.
У меня две серьёзные зацепки, которыми стоит заняться.
Глава 4
Начнём.
Первым делом я представил новую картину во дворце памяти, чтобы составить план. Начну с админа из «Контура», потому что сегодня вечером он может внезапно выпасть из окна или попасть под машину. Или ещё что-нибудь, чтобы точно промолчал о том, что удалил записи с камер. От таких свидетелей избавляются в первую очередь, ведь они могут нарушить все планы.
Раз он тощий и носит очки, то у меня на картине он сразу появился в виде того высокого зайца-шахматиста из «Ну, погоди». Я хмыкнул сам себе, вспомнив, как мне этот мультик включил тогда ещё живой отец, когда увидел, что я смотрел на тогда ещё набирающем обороты Ютубе.
«Вот это посмотри, а не ту хрень», — сказал тогда он. Вот и посмотрел с ним, запомнил.
Заяц на картине сидел с ножницами, кромсая плёнку из камеры. Конечно, там цифровая запись, не плёнки, но мне-то надо запомнить всё образами, а этот достаточно яркий.
Ну а идущий следом Денчик сразу представился мне в роли актёра Александра Курицына, он же «русский Шварценеггер» Александр Невский.
Конечно, Денис не такой габаритный, но память такая память, и этот образ впечатался туда и теперь не выветрится. Ему я выдал в руки плётку, которой он подгонял зайца, чтобы тот уничтожал улики быстрее.
И поместил туда третьего персонажа — рыцаря-палача из картины самого Тумана, он же майор Холодов, который, как Бэтмен, следил за ними всеми сверху.
Холодова надо будет подтягивать, а для этого ему нужна приманка. Показать ему, что здесь замешаны агенты Ланге, тогда майор будет рыть. Так что на своей картине меч палача я заменил на сапёрную лопатку. Ну и заодно майор подскажет по Наташе. Кто ещё сможет это сделать, как не другой фейс?
В памяти всё готово, и это упражнение заняло всего несколько мгновений. Мы начнём с админа, используя не только арсенал, но и навыки Тумана с его харизмой.
Первым делом, ещё сидя в машине, я проверил обстановку в очередной раз. Потому что не могло быть всё так просто. Пусть Денчик передал волю шефа и потом махнул рукой, сам-то Штерн явно был поумнее, иначе бы давно провалился. А если ещё вмешался агент Ланге, то они оба точно не оставят этот случай на самотёк.
Ведь админ знает больше, чем нужно, и может проболтаться. Особенно когда в деле начнёт разбираться Москва и головной офис «Контура», и местные чекисты тоже заинтересуются. Они-то не на стороне Ланге, и будут рыть всё сами.
Вот только дело в том, что Штерн должен был такое предусмотреть, и он явно задействует все заранее подготовленные козыри.
Я наблюдал за происходящим, сидя в машине. Время ещё обеденное. Админ из Контура явно получает неплохую зарплату, раз обедает бургером в кафе, а не греет контейнер с макарошками в столовой своего бизнес-центра.
Но пиво не пьёт, кстати, хотя какое пиво в рабочее время? Людей в кафе немного, кроме нужного мне человека админа сидели ещё три человека и кассир, он же официант и бармен в одном лице. А я хотел понять, где наружка. На месте Штерна я бы её приставил.
Сначала проверил сканер и фильтры камер на машине. Есть видеонаблюдение вокруг, машина Тумана определила камеры и показала на передней панели, но я их видел и так. Но это не значит, что они не слушают самого админа где-то в кафе.
— Ну и где вы спрятались? — тихо спросил я.
Наблюдал внимательно. Одни машины уезжали, другие приезжали, и так быстро не скажешь, кто следит. Тут каких только не было тачек: чистые и грязные, белые и чёрные, иномарки и отечественные, с нашими номерами и номера из СНГ.
Были бы сейчас здесь те люди, кто в тот раз следил за мной, я бы их сразу узнал. Но Штерн поставил новых. Ладно, выманим на живца, как сказал бы Туман. Потому что должна быть слежка, ну не будет всё так просто.
Мне нужно несколько вещей для дела. Из бардачка я взял толстую синюю ручку, а из-под сиденья вытащил баллончик, замаскированный под перцовку. Там же лежала пропитанная жидкостью салфетка в стеклянном колпачке, я взял и её.
Ещё взял две глушилки связи. Одна старая, замаскирована под вейп, другая в чемоданчике, более мощная, и умеет побольше, чтобы даже проводной жучок записал белый шум.
И со всем этим добром я пошёл прямо в кафе. Дверь открылась и закрылась, звякнул звоночек, парень в фирменной кепке, мой ровесник, стоящий за стойкой, поднял взгляд.
— Добрый день! — тут же поздоровался он с вымученной улыбкой и отложил телефон.
— Добрый, — проговорил я.
Из-за силиконовых накладок под щеками говорить было неудобно, но это мне на руку, ведь и голос искажался, казался ниже и взрослее.
— Один латте без сахара, — заказал я, разглядывая меню. — Бургер обычный и луковые кольца.
А как я есть буду? Вот это самая большая проблема с этими накладками, а есть-то я хотел, ведь не обедал до сих пор. Ладно, поем потом, возьму с собой в машину. Я оглядел зал через зеркало, висящее за спиной кассира. И сам админ сидел у окна, в котором тоже отражалось помещение. Пригодится, Туман и не таким пользовался.
— Только не торопитесь, — добавил я. — Сейчас уйду, минут через двадцать вернусь.
— Хорошо, через двадцать минут будет готово! — парень начал тыкать в окошко терминал. — Есть приложение нашей сети? За каждый заказ будут копиться баллы.
— Нет.
— Хотите зарегистрироваться?
— Нет.
— Чек бумажный, электронный?
— Бумажный.
Я положил на блюдце тысячу, глянул ещё раз в зеркало. Админ скоро уйдёт, он уже держал на коленях рюкзак, но пока не допил кофе. Судя по его виду, он просто боялся идти в офис, настолько происходящее выбило его из колеи.
Кассир взял денежку, выдал мне чек, я достал толстую ручку и кое-что прямо на этом чеке написал. Главное с этой ручкой — действовать аккуратнее. Не зря Туман посвятил ей целую картину.
Там вместе с этой ручкой в руках был портрет мужчины в профиль с мощным носом. Это римский папа из старых времён. Звали его Александр Борджиа, и он был большим любителем ядов, как говорят.
Но на картине он не только держал эту ручку в руках, но и сидел на унитазе, так что понятно, что в ручке не только опасный яд. И это намёк, что можно навредить самому себе.
И всё равно, продолжаем. Я зашёл в туалет, поставил глушилку в виде вейпа под бачок унитаза и активировал. Проверил на своём телефоне, что связь пропала, но в небольшом радиусе. Вышел и подошёл прямо к админу из «Контура», наблюдая за обстановкой в отражении окна.
Если есть хвост, то он всполошится.
— А вы не из Питера? — спросил я и наклонился ниже. — Кажется, я вас там видел в стоматологии у Чёрной Речки. Вы же там работали?
Понятия не имею, где находится эта Чёрная речка, и есть ли там стоматология, но прозвучало естественно.
— Нет, — удивлённый парень в очках посмотрел на меня. — Я вообще в Питере никогда не был.
Есть контакт! Сидящий в углу мужик с планшетом и кружкой чуть не поперхнулся и глянул на улицу, поправив кепку. Условный знак наблюдателю снаружи.
— Нет? — спросил я, положив руку на спинку стула. — Ну ладно. Обознался, значит. А не подскажете, как доехать до Речной улицы? А то я в городе впервые.
— Не знаю. У меня вообще нет машины.
Я заслонил его спиной и бросил исписанный чек перед ним, и парень вздрогнул, увидев, что там было написано. Там разборчивым почерком Тумана было написано: «Я знаю про камеры и Штерна. Подожди, и я тебя вытащу».
Но пока он охреневал, я отошёл и направился к мужику в углу, сжимая в левой руке коварную ручку, от которой не отказался бы и сам римский папа Борджиа.
— Я тут не местный, — начал я, — может, вы подскажете, как доехать до Речной?
— Это вообще на другом конце города, — мужик очень внимательно смотрел на меня.
— А по карте покажите. Мы где сейчас? А то навигатор опять сбоит.
Я достал телефон, поднеся его поближе к мужику, а ручку занёс над кружкой с недопитым кофе.
Одна капля упала вниз, и поверхность кофе снова стала гладкой.
— Вот здесь, — мужик ткнул пальцем в экран и взял кружку, разглядывая меня. — А вы из Питера, значит?
— Вообще-то, из Тюмени, — доверительным голосом сказал я. — Но жил в Питере пару лет.
Он сделал глоток и глянул на улицу, чуть приподняв кружку. Ещё один условный знак. Но мужик спёкся, ещё минута, и всё, что будет его заботить — как успеть добежать до туалета и не кашлянуть по пути.
Зато я заметил, куда он смотрел. Там, в проулке у магазинчика с надписью «Табак» стояла китайская тачка «Черри» в расцветке такси. Внутри сидел один человек, судя по силуэту.
Ну, здравствуйте. Ведут парня двое, по классике, возможно, пишут, что он говорит. Зато тачка стоит в проулке, чтобы не отсвечивать. Ну просто отлично, для меня меньше свидетелей. Я двинулся туда.
«Таксист» смотрел на меня, и его явно напрягло, что я шёл к нему, беззаботно поигрывая чемоданом. А в кармане куртки сжимал не ручку, а тот баллончик-перцовку, в котором было что-то совсем другое.
— Шеф, довезёшь? — спросил я, открывая дверь со стороны водителя.
— Не на смене, брат, — водитель очень подозрительно уставился на меня. — А ты кто такой вообще? Чё ты здесь трёшься?
— А что такое?
— Вали отсюда, не мешай работать.
Ну и рожа. Ментовская, я ни с чем не спутаю. И подозрения у него прям видно, потому что очень уж ему не понравилось, что я сначала говорил с целью, потом с его напарником, и к нему самому подошёл.
— Так вы же тут стоите, — я глянул в салон, — шаурму пробуете. Как я мешаю работать? Кстати, а я вас не видел в…
Он ждал, когда я закончу фразу, но ему не суждено узнать, где я мог его видеть. Я огляделся и прыснул ему в рожу толстую бесцветную струю из баллончика. Она не шипела, просто выходила под сильным давлением, а я шагнул в сторону, чтобы на меня не дунул ветер.
Вышло тихо, таксист не заорал от боли, не начал рыдать, как было бы от перцовки, а просто чихнул, кашлянул, глаза у него помутнели, он попытался встать, но из его тела будто вытащили все кости, и он обмяк, а голова резко наклонилась вперёд. Я его подхватил, чтобы он не ударился башкой.
Ушло всего несколько секунд.
— Спокойной ночи, — проговорил я, откинул его голову на подголовник, будто таксист уснул после долгой смены, и убрал баллончик.
Минут двадцать-тридцать крепкого сна есть. После вытер руки той салфеткой, пропитанной какой-то гадостью. Вдруг попала капля, и я сам вырублюсь, если дотронусь до собственного глаза. Ведь если эта штука попадёт на слизистую, то всё, приплыли, буду спать рядом.
А что у него здесь есть? Планшет и проводной наушник, который он вытащил, пока говорил со мной. Слушает, что происходит в кафе, на самодельной системе, а где-то там стоит жучок.
Я забрал этот планшет и вырубил. Уберу в ту сумку, чтобы глушило связь, и потом проверю, что они там назаписывали.
Вернулся в кафе. Мужика в углу уже не было, и ближайшие минут двадцать ему не до наблюдения. Так-то он мог позвонить прямо из сортира, предупредить напарника или кого-то ещё, что слежка срывается. Поэтому я и поставил глушилку, там как раз радиуса хватает только на туалет. Ещё минут десять она проработает, потом её схемы сгорят, и для всех это будет бесполезный вейп, выброшенный хозяином.
Но на случай, если есть ещё жучки, я и тащу этот чемодан. Так что я забрал свой бургер и кофе, который как раз сделали, и сел рядом с админом, нажав малозаметную кнопочку на чемодане. Парень-кассир, сидящий с телефоном, раздражённо вздохнул, когда пропала сеть.
— Ну что, как дела? — спросил я у админа.
— Вы кто? — пробормотал тот, дёргаясь от неожиданности.
— Майор Семёнов, ФСБ, — отчеканил я и показал свой студенческий в бордовой корочке, но не раскрыл. Парень вздрогнул. — Ты же системный администратор из «Контура»? Я буду спрашивать, ты отвечай. У нас минут двадцать. И от того, как ты ответишь, зависит всё. Как зовут?
— Кирилл, — упавшим голосом сказал он.
— Вот, Кирюха, теперь слушай. Ты же парень неглупый, понимаешь, что их просьба связана с тем, что случилось ночью с шефом.
— Ну? — Кирилл смотрел на меня. — И чё делать?
— Чем-то тебе угрожали? Или подкупили? Неважно. Знай, что от свидетелей такие люди избавляются быстро. И без всякой жалости.
Он приоткрыл рот, а руки задрожали. Будь это хитрюга, он бы спрятался и начал шантажировать Штерна. Но об этом, похоже, сисадмин даже не догадывался.
— Ты удалил всё, что они требовали? — спросил я.
— Всё.
— Резервные копии?
— Ничего не осталось.
— А это улики, Кирилл, очень важные улики. Тебя Штерн просил?
— Да. Лично. Обещал, что заплатит. Или посадит. Там…
— Какой-то компромат на тебя достал? — я хмыкнул. — Ладно, помалкивай. Не до этого ему скоро будет. Вообще ничего не осталось?
— Нет.
— И что, из головного офиса не спросили бы ничего насчёт пропажи записи? Что ты им сказал?
— Я…
