Евгения Потапова "Ведьма Агнета. Зимние забавы. Книга 5"

У Вики в сумке зазвонил телефон. Она кинулась к ней, стала искать аппарат, который всё трезвонил и трезвонил. Рылась, рылась и стала доставать всё из сумки, вытащила косметичку, документы и какую-то странную игрушку. За стол на табуретку сел Прошка и стал разглядывать чужое добро. Женщина всё же нашла смартфон и ответила на звонок.

Мы с Прошкой разглядывали странную игрушку. Кот ее потрогал лапкой и посмотрел на меня. Виктория вернулась за стол расстроенная.

— Не приедет эвакуатор, занят он. Надо искать другой. Ну что так мне не везет, — вздохнула она.

— Сейчас праздники идут, мало кто работает, — успокаивала я ее. — Тем более ехать надо в поселок.

Она обратила внимание на Прошку.

— Тебе моя игрушечка понравилась? — спросила она кота. — Это оберег, он должен приносить удачу, но, судя по тому, что сейчас происходит в моей жизни, это просто бесполезная фигня. Только зря на него деньги потратила.

Проша продолжал трогать игрушку лапкой, аккуратно так, тык-тык, постучит по ней и уберет, словно мягкий зверек живой. Женщина продолжила обзванивать конторы. Из игрушки вылезла сначала одна лапка, затем другая, после появились еще шесть. Она стала похожа на паучка. Приподнялась над столом и побежала в сторону сумки.

Но не тут-то было, Проша проверенным движением сбил существо на пол. Вика от неожиданности подпрыгнула на своем стуле. Она наклонилась и подняла игрушку, стала вертеть ее в руках, пока разговаривала то с одним оператором, то с другим. Лапки у паучка в это время быстро-быстро работали. Они тянули от Виктории маленькие ниточки, то за голубую потянут, то за зеленую, то за золотистую.

Проша встал на задние лапки и потянулся к игрушке всем телом. Вика удивленно посмотрела на кота. Она положила трубку на стол, все ее попытки заканчивались одним и тем же: «Простите, но свободных машин нет».

— Дружочек, я бы отдала тебе его, но знаешь, сколько он стоит? — сказала она коту.

— Предполагаю, что он стоит вашего здоровья, вашей удачи, вашего семейного и денежного благополучия, — спокойно сказала я.

— Ну нет, я не в этом плане, — начала она и осеклась, внимательно посмотрев на игрушку. — А ведь знаете, неприятности у меня начались в тот момент, когда я оплатила и заказала его на сайте. С его появлением на неделю все успокоилось, я даже решила, что он мне помогает, а потом всё рухнуло, как снежная лавина, и одно за одним, одно за одним посыпалось.

Она положила на стол «талисман».

— Но он такой хорошенький. Неужели на такую прелесть кто-то что-то мог сделать? Тем более мы с той женщиной даже не знакомы, — не верила Виктория.

Прошка подпрыгнул и снова сбил игрушку со стола. Он схватил его в зубы и уволок в угол. Женщина не стала у него отбирать свою вещь.

— Это крадник, да? Или порча? — спросила она.

— Крадник, — кивнула я, — Хотя крадник и есть вид порчи.

Кот разодрал игрушку, которая пыталась от него убежать. Он притащил мне под ноги небольшое «сердечко», которое вспорол своим когтем. Из сердечка вывалились всякие иголки, нитки, пуговицы, какое-то перо и мелкие монетки и косточки.

— Молодец, Прошенька, хороший мальчик, — похвалила я его.

Он сгреб всё это лапкой и утащил в свой уголок. Вика смотрела во все глаза и ничего не могла произнести.

— Значит, я попала по адресу, — тихо прошептала она, — Вы тоже знахарка?

— Нет, я не лечу людей, упаси Боже, — взмахнула я руками. — И, как видите, не принимаю никого.

— А вот он это съел. Теперь на мне крадника нет? — спросила она.

Я присмотрелась к Вике, то там, то здесь виднелись небольшие пробоины. Хорошо крадничек с нее хапнул.

— Знаете, вам бы восстановиться. Если есть возможность на три или пять дней уехать куда-то в глушь, то я бы прямо порекомендовала вам это сделать. Но желательно без людей, чтобы рядом никого не было, чтобы не нацеплять всякого. Если в Бога верите, то молитвы почитайте, псалмы.

— А ей, этой мастерице, ничего не будет? — спросила Вика.

— Может, и будет, — пожала я плечами. — Когда-нибудь и она нарвется или все ее талисманы начнут работать против нее.

— И ведь я сама это купила, — горько вздохнула она. - Еще и деньги такие заплатила.

Мы пили с ней чай. Она всё пыталась дозвониться в службу, чтобы вызвать эвакуатор, но всё было тщетно, либо все были заняты, не работали, либо просто не хотели ехать в нашу сторону.

Домой пришел Саша, чмокнул меня, поздоровался с гостьей.

— Ого, тортики, чаевничаете? Я не вовремя? — спросил он.

— Ты всегда вовремя, — рассмеялась я.

— Там ваша машина? — спросил он Вику.

Женщина кивнула.

— У вас колесо спущено, на таком ездить нельзя, — серьезно сказал он.

— Я знаю, вот только поменять не могу, да и до шиномонтажки не доберусь, заглохла моя ласточка, - ответила она.

Я внимательно посмотрела на Сашу.

— Давайте я чай попью, а потом авто ваше гляну, — предложил он.

Вика радостно закивала головой. Я налила Саше чай. Он взял себе кусочек торта, в два укуса проглотил его, залил всё это стаканом чая. Попросил у девушки ключи и ушел смотреть авто.

— Слушайте, Агнета, я даже не знаю, как вас благодарить. Я оставлю вам этот продуктовый набор и номер телефона свой дайте, я вам на карточку скину денежку на подарок к Рождеству, — сказала Виктория.

— Хорошо, — согласилась я. — Вы мне потом напишите, как у вас всё сложится. Надеюсь, жизнь выровняется, и всё пойдет так, как надо.

Саша через пятнадцать минут вернулся в дом.

— Колесо я поменял, а не заводилась она, потому что клемма отошла от аккумулятора. Сейчас всё работает, как часы. Так что там ничего страшного не было, всё поправимо, — улыбнулся он.

— Какое счастье, какое счастье, — выдохнула Виктория. — Я-то думала, что на ремонт авто еще попала.

У нее зазвонил телефон. В трубке приятный голос поинтересовался, нужен ли ей еще эвакуатор, а то у них освободился один.

— Нет, девушка, спасибо большое, машинку наладили.

Виктория попрощалась со мной и уехала. Перед Рождеством она действительно скинула мне денежку на подарок с припиской «Жизнь налаживается». После каникул позвонила и сказала, что ей вернули долг, она сама со всеми смогла рассчитаться и к ней вернулся муж, который понял, что лучше нее нет никого на свете.

— Осталось только здоровье восстановить, — сказала она.

— А красоту?

— Масочки, массажики, всякие процедурки, и к весне буду как новенькая. Благодарю вас, Агнета. Как хорошо, что меня Бог привел к вашим воротам, а вы меня там не бросили.

— Удачи вам, Вика, и всего хорошего, — пожелала я ей.

Доска Уиджи

Звонила Марена, звала к себе шестого января на ужин. Предлагала посвятить этот вечер гаданию.

— Агнета, так хочется погадать, как раньше, чтобы было весело и страшно, — упрашивала она меня.

— Давай я тебе так на картах погадаю, — предложила я, — А чтобы было весело и страшно, можно Томаса позвать. Он что-нибудь придумает.

— Ты карты тоже бери. Я, когда в Питере жила, мне такую штуку интересную подарили, называется доска Уиджи. Ни разу ее так и не использовала. Я перед Новым годом убиралась и нашла ее. Потом родственники приезжали, я про нее и забыла. Теперь думаю попробовать на ней погадать, — рассказывала она воодушевленно.

— Я про нее только всякие страшилки смотрела, — поморщилась я, — Вызовем какого-нибудь духа себе на голову. Ты же прекрасно знаешь, что все это не игрушки.

— Да ладно тебе, будет весело. Я гуся в духовке запеку, салатов настряпаю.

— Гусю особенно весело будет, — рассмеялась я, — В гости мы приедем, а вот все остальное по ходу вечера.

— Отлично, тогда к семи вечера мы вас ждем, — задорно сказала Мара.

Задумалась, что это с Марой происходит? Потом поняла, женщина она еще молодая, а сколько лет одинокая, может, хочет узнать насчет своей будущей семейной жизни. Да и Юрию бы найти невесту его возраста было бы неплохо. Они хоть и хорошо живут все вместе, но иногда душа требует другую родную душу, да и тело не откажется от ласки.

В назначенный день напекла блинчиков, завернула туда всякой вкусной и разнообразной начинки. Взяли с собой колобок сыра, копченой корейки, пару баночек солений, домашнего сидра и компота. Собрались и отправились в гости.

В этот раз нас ждал накрытый стол, а не зловредные родственники. Марена нарядилась и накрасилась. Она и так очень красивая, а тут еще краше стала, яркая такая, притягательная. Яночка повисла у меня на шее и давай меня целовать в щеки, то в одну, то в другую. Принесла свою новую куклу и показала, сколько она одежек для нее нашила.

Стол украшал шикарный гусь в картошке и в яблоках. Мара поставила мои блинчики, положила соленья, нарезала сыр и корейку.

— Никогда ты с пустыми руками не приходишь, — улыбнулась она.

— Поэтому ты со мной и дружишь, — рассмеялась я.

— Конечно, только из-за еды, где я еще таких хрустящих огурцов поем и домашнего компота попью, — стала смеяться она, — А сало соленое, а сидр — это же просто песня.

— Девочки, хватит друг друга хвалить, давайте уже садиться трапезничать, — сказал Юрий.

Мы все расселись за столом. В углу комнаты стояла ароматная сосна в кадушке. Дерево было украшено разноцветными елочными игрушками, гирляндами и мишурой. Юра поймал мой взгляд, когда я рассматривала огромную кадушку.

— Это у нас Яночка чудила, — улыбнулся он, — Я привез сосну, а она нам корни в пол пустила. Срочно пришлось искать ей новое местожительство и землю покупать.

Яна сделала вид, что она очень увлечена блинчиком.

— Зато у них есть свой домик на дереве, — девочка показала пальцем на птиц, которые дремали на ветках сосны.

Ворону с филином явно там нравилось. Пёс тоже лежал рядом с деревом и делал вид, что спит, поглядывая на нас одним глазом. Яночка оторвала кожицу от гусиной ножки и кинула ее под стол. Собаку словно ветром сдуло со своего любимого лежбища. Катя со Славой тоже периодически подкармливали пса.

Мы постепенно расправились с ужином. Дело дошло и до чая. Мы с Марой и Катей убрали быстро лишние тарелки со стола, принесли чашки, заварочный чайник, торт, вазочку с фруктами, конфеты. Честно говоря, торт особо есть и не хотелось, для него места даже не осталось в желудке. Так что я обошлась только чаем. Дети, конечно, слопали по приличному куску торта.

У Мары лихорадочно горели щеки, она еле сдерживала себя на месте. Потом не выдержала и вскочила с дивана. Она принесла из своей спальни небольшую круглую столешницу, затем ножки и собрала симпатичный круглый столик. На нем были написаны буквы и цифры, да и нет. Внизу располагался небольшой ящичек, в котором находился указатель.

— Смотри, какая прелесть, — сказала Марена.

— Моя прелесть, — голосом Голлума сказал Юрий.

— Ну, папа, — она посмотрела на него сердито, — как я про столик могла забыть и ведь приперла его сюда, будучи уже глубоко беременной. И память напрочь отшибло, что такое у меня есть.

— Какая интересная штука, — у Саши загорелись глаза, и он подошел поближе, чтобы рассмотреть стол. — Мы в детстве такое на ватмане рисовали и при помощи фарфорового блюдца гадали.

— Ага, и у нас также было, — кивнул Юрий.

— А я думала, мальчики такими вещами не занимаются, — усмехнулась Мара.

— Еще как занимаются, — ответил кузнец. — Мы и на чаинках гадали.

— Где это? Ты мне такого не рассказывал, — посмотрела на него дочь.

— Там, — махнул он рукой. — Неважно где, а важно, что получалось.

— Ого, у нас есть еще один специалист по гаданию, — улыбнулся Саша.

— Сейчас мы все специалистами станем, — ответила Мара, потирая ладошки.

— Все? — спросила с надеждой Яночка.

— Тебя не возьмем, а то вдруг еще стол деревянный зазеленеет, — строго ответила Мара.

— Ну, мама, — начала канючить Яна.

Юра внимательно и строго посмотрел на внучку, и она притихла и тяжело вздохнула.

— Пойдем, Пират, они нас не берут играться, — сказала девочка и ушла с собакой в другую комнату.

Взрослым стало стыдно, но ненадолго. Все же такие вещи не для маленьких детей. Зажгли елочные огоньки, пару свечей и потушили свет в комнате. Все уселись вокруг волшебного стола. Катю со Славой прогонять не стали, они же уже почти взрослые.

Поставили пальцы на указатель и приготовились спрашивать. Однако никто не решался задать первый вопрос, с улыбкой поглядывали друг на друга.

— А чего спрашивать будем? — тихо спросил Саша.

Вдруг указатель дернулся и стал таскать нас по круглому полю стола. Мы повторяли по буквам то, что он нам писал.

— Ничего спрашивать не надо, — ответила доска.

— Почему? — удивилась я.

— Будешь много знать, скоро состаришься, — ответила «шутница».

— А когда я состарюсь? — поинтересовалась я.

— Когда будешь много знать.