Катя Озерова
Бывшие. Лед прошлого между нами
Глава 01
— Опять будешь молчать? — сестра прислоняется к столешнице, пока я мою посуду на кухне. Я могла бы этого и не делать, в доме родителей есть посудомоечная машина. Но когда я нервничаю, мне нужно чем-то занять руки.
— Давай не будем, — бросаю на Олю предупреждающий взгляд.
— Будем! — она срывается. — Он, значит, на частном самолете летает. Тачки себе спортивные покупает, деньги в клубе бросает в толпу. А его дочь в штопаных носках ходит!
— Стеша не ходит в штопаных носках! — ахаю я, бросая недомытую тарелку обратно в раковину. — У нее все новенькое! Да я на себе сэкономлю, а на дочери никогда!
— Господи, да я в принципе, — Оля эмоционально всплескивает руками, — у Басова денег куры не клюют, он живет как гребаный король! Да он даже не заметит, если выделит тебе какую-то сумму на ребенка.
— Хватит, перестань пожалуйста, — нервно срываю кухонное полотенце и принимаюсь руки вытирать. Каждый раз одно и то же: стоит Илаю приехать к родителям, как на меня начинают давить.
Сестра и мама требуют, чтобы я немедленно пошла и объяснилась с ним. Мать Басова шлет гневные предупреждающие письма, чтобы я не смела показываться на глаза их сыну и со своим незаконнорожденным ребенком перед ним не маячила.
Басовы ждут официального наследника.
Он нужен, Стеша нет.
В сердцах бросаю влажное полотенце в раковину с посудой. В моей жизни форменный бардак! Я в декрете, подработать удается едва ли. А у меня дочь, счета за коммуналку, аренда жилья.
Уехать от родителей было необходимостью — Басовы старшие живут на той же улице, что и мы. От их косых взглядов в сторону моей дочери мне становилось плохо. Каждый раз как ножом по свежей ране. Вот я и не выдержала, сняла жилье год назад.
Оказалось, так даже лучше. Теперь на меня давят только по праздникам и когда я привожу дочку в гости к родителям. Грудь сжимает, становится нечем дышать. Обхожу разъяренную Олю, выбегаю на крыльцо.
Хватаю ртом прохладный воздух, чтобы прийти в себя. Очень тяжело быть для всех виноватой. Мама мою жизнь проще тоже не делает, она демонстративно лежит в спальне с давлением. Почему оно подскочило догадаться не сложно.
— Мамоська, паси! — Стеша в яркой розовой курточке несется на меня. Опять играет с любимым дедушкой в догонялки.
— Ловлю, — подхватываю смеющуюся дочку на руки и целую в прохладные щеки. Конец осени, погода стала портится. Дожди, пронизывающий ветер, кое-где уже выпал снег.
— Алена, ты чего раздетая вышла? — папа сводит кустистые брови на переносице. Сам в расстегнутой куртке, шапка сбилась на бок, дыхание тяжелое. В его почтенном возрасте бегать за моей егозой уже не просто.
— Я на минутку, — прижимаю Стешу к себе еще сильнее. — Солнышко мое, ты не устала?
— Неть! — Ладошки в вязаных перчатках накрывают мои щеки. Дочка прижимается своим носиком-кнопочкой к моему и быстро им трется. Увидела в каком-то мультике. Теперь это ее любимый жест. — Хосю гуять!
— Иди в дом, — говорит отец строго, как раньше в детстве. Но я знаю, что за его показной строгостью всегда настоящая забота обо мне и внучке, поэтому не спорю.
— Иду, пап, — отступаю к двери.
Взгляд цепляется за что-то темное, несущееся вдоль забора. Дорога у родителей в поселке на самая лучшая, однако водителю на тонированном внедорожнике все равно. Он по ямам проезжает, даже не замечая их.
Я в машинах не сильно разбираюсь, однако даже мне понятно, что она очень дорогая. А на такой у нас может ездить лишь один человек. Золотой мальчик, как о нем с придыханием весь город говорит, — Илай Басов.
Талантливый хоккеист, заносчивый красавчик, который позволяет себе эпатажные выходки. Сорит деньгами, имя его не сходит со страниц желтой прессы. Что ни день, то скандал с его участием. Драки, женщины, алкоголь. Публичные ссоры и примирения с женой. Эпатажные фотосессии, огромные букеты и красивые видео их любви для фанатов. Снова скандалы.
А когда-то он был другим. Я помню.
Но нужно забыть, он не мой мужчина.
Чужой.
— Явился, — зло цедит отец, подхватывая внучку на руки. — Чтоб не думала к нему ходить, как бы твоя сестрица с мамкой ни уговаривали. Такой, как он, даже дышать в сторону нашей Стешеньки не будет.
— Пап, я и не собиралась, — отпускаю дочку на землю. Ей не терпится снова начать бегать.
Интересно, Илай с женой приехал?
Она была здесь однажды после свадьбы, с родителями мужа знакомилась. Я лично не видела, но, говорят, прекраснее женщины в России нет. А после Агата не приезжала ни разу. Как она поделилась в одном из своих интервью, провинция это не ее. Ей интересен Париж, Милан.
— На следующей неделе пенсию дадут, я вам половину выделю.
— Пап, ну ты что, — я зажмуриваюсь. Стыдно мне у родителей деньги брать, тем более им самим не хватает. В этом году только крышу починили, так теперь начал котел отопления барахлить.
— Домой иди, говорю. Не мерзни!
— Иду я, иду, — возвращаюсь в дом и прикрываю за собой дверь. Растираю ладони друг о друга, потом предплечья. Но это не помогает — дрожу я на нервах. И так каждый раз, когда Илай появляется у нас в городе и в поселке.
Страшно мне, вдруг все раскроется. Я понимаю, что за этим может последовать. Уже был случай, когда какая-то девушка пыталась доказать, что беременна от Басова. Бедняжку протащили по всем желтым газетам, какую только грязь о ней не писали - золотоискательница, эскортница, обманщица.
Потом все как-то стихло, девушка исчезла. Откупился Илай. Дело замяли.
Был ли это его ребенок или нет так и не известно.
Выглядываю в окно, вновь наблюдая за беззаботной дочкой, бегающей с дедушкой по лужайке перед домом. Несмотря на трудности, у нее отличное детство. Она не знает забот, ее любят близкие. А что будет, если в нашу с ней жизнь ворвется орава журналистов и адвокатов? Если меня начнут помоями поливать?
По спине бежит холодок — я свою Стешеньку защищу от всего этого. Басов никогда не узнает о ней. Пусть гостит у родителей и возвращается в Москву к своим скандалам и разгульной жизни. Здесь его не ждут.
Глава 02
Илай
В глаза словно песка насыпано, плечо ноет после травмы. Стоит самолету коснуться земли и нас встряхивает. Выдыхаю. Я дома.
За окном провинциальный аэропорт, который мгновенно вызывает ощущение тесноты. За три года хочешь не хочешь, но привыкаешь к столичному размаху. В экономе за шторкой раздаются жиденькие аплодисменты, кто-то даже свистит.
Из самолета меня выводят первым, позволяя быстро пройти паспортный контроль. Стандартные вопросы, кокетливые улыбки сотрудниц аэропорта и я свободен. В нашем небольшом городке внимание к моей персоне повышенное. Всем хочется прикоснуться к звезде.
А я устал.
От всего! От улыбок, от попыток быть ближе, от будто бы случайных прикосновений чужих людей. Они раздражают, потому что я прекрасно понимаю, что как человек я мало кому интересен, всем хочется соприкоснуться исключительно с моей славой и урвать ее кусочек.
На выходе втягиваю носом холодный воздух. Тут даже пахнет иначе, чем в Москве, да и намного тише. Плечо напоминает о себе очередным приступом ноющей боли. Сжимаю его, на секунду прикрыв глаза. Жду пока полегчает.
- Сынок, приехал! – Звонкий мамин голос выводит из ступора. Она обнимает и тут же шипит на отца, чтобы забрал у меня сумку. Мне двадцать девять, а она до сих пор видит во мне ребенка.
- Я сам, - закидываю сумку за плечо. Жму руку отцу.
Его взгляд в отличие от маминого сдержанный. Даже осуждающий.
К сожалению моя жизнь слишком публична, чтобы получилось хоть что-то скрыть от родителей. Мама каждый раз причитает, что обо мне опять написали ерунду, отец молчит. Но я точно знаю – осуждает.
Он отправлял меня в Москву за блестящей карьерой, а не за вот этим вот всем непотребством, что я себе позволяю.
- Поехали, - бросает отец сдержанно.
- Как машина? – Интересуюсь, подходя к внедорожнику. Машина приехала вместе со мной и является подарком родителям. Они в аэропорт приехали на такси.
- Дорогая, - хмыкает отец и переводит тему, - я видел твою последнюю игру.
- И как?
- Не впечатляет.
- Ясно, - закидываю сумку в багажник. Громко хлопаю дверью, стоит сесть в машину. Надо же, не впечатляет! Хотя чего я ждал от него. Даже будучи тренером в нашей юношеской команде, он никогда меня не выделял и не хвалил. По его мнению - это расхолаживает спортсмена.
Ехать до дома от аэропорта двадцать минут в среднем. Выжимаю газ на полную, заставляя окружающий пейзаж мелькать в окне.
- Как там Агата? Опять не смогла приехать? – Интересуется мама.
- Не смогла, - сжимаю руль с такой силой, что костяшки белеют.
Не смогла, не захотела! Да я и не предлагал.
Последняя ссора между нами вышла отвратительнейшей. Она опять швыряла в меня пачкой фотографий, на которых я рядом с другими женщинами. Я пытался донести до нее, что с ними не спал. В результате каждый остался при своем. Агата демонстративно покидала шмотки в чемодан и срочно улетела в Милан на показ.
Игнор - единственный способ, которым она умеет решать проблемы. Она сбегает, чтобы выждать, когда я за ней побегу.
А мне кажется, что в этот раз я не побегу.
Сворачиваю с трассы в сторону нашего поселка и сбавляю скорость. Перед глазами появляются знакомы улицы, на которых я вырос, дома соседей. С последнего раза, что я был дома, кажется ничего не изменилось.
Сердце начинает биться учащенно, когда подъезжаем к ЕЕ дому. Жму на газ, чтобы проскочить этот отрезок быстрее, но в зеркале заднего вида все равно замечаю Алену.
В бежевом трикотажном платье она стоит на крыльце родительского дома. На руках у нее ребенок в розовой курточке. Девочка, конечно. Мальчика так точно не оденут. На вскидку девочке от года до двух.
Родила значит…
Алена разговаривает с отцом, переминаясь с ноги на ногу, на мою машину бросает равнодушный взгляд вскользь. Ее длинные светлые волосы треплет ветер, раздувая их облаком вокруг лица. Плечи вздернуты вверх.
Холодно же, зайди в дом, дуреха.
- Давно Алена замуж вышла? – Поворачиваюсь к матери. Она рядом на пассажирском, отец молчаливо занимает заднее сиденье.
- Не замужем она, - маму передергивает.
Не любит мама Алену еще с тех пор, как у нас был роман. Хоть и не продолжительный, но нервы моей матери он вымотал прилично. Казалось ей, что я могу из-за Алены забить на карьеру и остаться дома. Любой мой проигрыш на льду она приписывала тому, что силы я потратил в другом месте. Мозгоклюйство было постоянным. Прекратилось лишь когда мы с Аленой расстались.
Инициатором выступил я.
- Кто отец ребенка? – Продолжаю допытываться. Интересно мне, кому досталась эта девочка.
- Да откуда я знаю, - мама раздражается все больше, - то с тем, то с этим. Неизвестно от кого нагуляла!
Вновь смотрю в зеркало заднего вида, где дом родителей Алены скрылся за поворотом. Не была она похожа на гулящую никогда. Наши с ней отношения вообще были для Алены первыми.
- Как у Тимура дела? – Интересуюсь насчет брата. Это еще одна болезненная тема для разговора в нашей семье. Когда-то он был подающим надежды, в него родители вкладывали все свои силы. Отец гонял брата на льду до седьмого пота и у Тимура обязано было получится. Его результат впечатлял.
Я его вершин в юношеских матчах так и не достиг. Но травма колена все перечеркнула. Брата вычеркнули из подающих надежды, вместо него вписали меня. Вот так просто.
Прошли годы, наши с ним отношения так и не оттаяли. Не простил Тимур мне успеха.
- Работает, - мама вздохнула, - Кира беременна вторым.
- Это хорошо, - киваю. Я рад, что брат продолжил жить дальше, а не застрял в несбывшихся мечтах. За пределами хоккейного поля тоже есть жизнь, как бы в ином не убеждал нас с братом когда-то отец.
- Кхм, - мама поджала губы, - лучше бы она институт закончила, а то так и будет маникюршей. Тоже мне, профессия. Позорище!
- Кира может быть кем угодно, мам, - одергиваю ее. - Тимур мужчина, он ее и детей обеспечит.
Паркую внедорожник у дома, ключи передаю отцу.
- Я жду кубок с чемпионата страны, Илай, а не машину, - качает он седой головой. Я в тебя столько вложил, не позорь. Не подводи фамилию Басовых. Она должна звенеть не на страницах желтых каких-то газетенок, а в зале славы!
Тут отец загнул, конечно. В моих мечтах пока чемпионат страны.
- Пока будет машина, - выдыхаю устало.
Отец не понимает современных реалий, хоккейная слава это хорошо, но основной заработок спортсмена сейчас больше связан с рекламными контрактами, чем с самой игрой. И чтобы они были, твоя личность должна быть на слуху.
«Слава может быть любой, даже самой скандальной. Главное, чтобы людям хотелось видеть тебя на плакатах и в рекламе» - Так постоянно говорит мой пиар менеджер и он прав.
А вот и он. Смотрю на экран мобильного, где мне пришло сообщение со ссылкой.
«Напиши что-нибудь сопливое»
Прохожу по ссылке - Агата опубликовала очередной пост в социальных сетях. На этот раз короткое видео с нашего отдыха. Мы там много ругались и жили в разных комнатах, но съемку контент для рекламных компаний никто не отменял.
Вот я обнимаю жену на фоне океана, делаю вид, что шепчу в ухо какую-то романтическую чушь и надеваю на руку браслет известного бренда. Общая сумма контракта оказалась равна стоимости трешки в центре Москвы.
Пересматриваю видео на повторе и оставляю его без своей реакции…
Глава 03
