Соло #8

– Ты в этом так уверен? – усмехнулся Ру. – Придётся тебя расстроить, Соло. Некротика прекрасно способна переходить между мирами. Дорн хоть и был безумным, но он старался защитить свои лаборатории. Все опасные эксперименты он проводил в разломах, чтобы не навредить своему миру. С некротикой, как ты понял, этот номер не сработал. Она вышла из разлома. В результате нескольких неудачных экспериментов Дорн разочаровался в некротике. Это было опасное оружие, но совершенно неконтролируемое, способное поглотить даже своего создателя. Я считал, что знания о нём утеряны, но ошибся. Кто-то воспользовался наследием моего создателя и выпустил заразу. Это опасно, Соло. Тот, кто сделал это раз, может сделать и второй. Он не обременён никакими принципами. Ради того, чтобы добиться цели, он готов уничтожить весь мир. Культ Дорна нужно остановить, пока не поздно.

– У нас осталось всего несколько недель на то, чтобы попасть в радужный разлом, – напомнил я. – Потом башни будут достроены и в мир придёт Уг. И тогда ни одна некротика его не остановит.

– Не остановит, – согласился Ру. – Некротика опасна там, где мало энергии. Там, где энергии в достатке, некротика довольно быстро насыщается и исчезает. Поэтому её бесполезно активировать в радужном разломе. Она ничего не сделает. Как ничего не сделает против Пожирателя.

– Хочешь сказать, если бы я вытащил кристалл энергии этого разлома, то вам бы не пришлось совершать героические подвиги? – нахмурился я.

– Разве ты не уничтожил его? – вопросом на вопрос ответил Ру. – Это же первое, что должен сделать покоритель разлома.

Вместо ответа я воплотил из пространственного хранилища кристалл разлома десятого ранга. Ру какое-то время смотрел на него, на меня, на других, после чего некрасиво и грязно выругался.

– Даже не предъявишь, что ты ничего не сказал, – пробормотал Ру самому себе. – Потому что ты не знал, что говорить, а я не пояснял, решив, что самый умный.

– Ты можешь активировать некротику? – спросил я, извлекая Лунарис. Кристалл разлома, на всякий случай, убирать не стал. Мало ли что.

– Зачем? – нахмурился Ру. – Разве ты не понял, что это опасно?

– Ты делай, а потом будешь спрашивать, – холодно ответил я. – Мне нужно протестировать одну штуку. Потому что глава культа действительно может появиться в любой момент где угодно и не всегда рядом можешь оказаться ты или мои ученицы.

Видимо, что-то в моём голосе показалось Ру настолько убедительным, что он даже спорить не стал. Разве что мы отошли чуть в сторону, чтобы не зацепить остальных. В руках дракона появилась уже знакомая мне чёрная мерзость, которую он швырнул не в меня, а в стоящий неподалёку камень. На этот раз заклинание не срикошетило и сразу начало поглощать материю, превращая её в чёрное «ничто».

– Значит, нужно просто насытить её энергией? – спросил я. – Давай насытим!

С этими словами я вытянул в сторону разрастающейся чёрной кляксы Лунарис, но не для того, чтобы поглощать магию, а для того, чтобы её выпустить. Сколько уже в моём клинке «бурминских ночей»? И не сосчитать, на самом деле! Поэтому беспокоиться об энергии не стоило. Лунарис давно перешла любую разумную градацию, превратившись в артефакт невероятной силы.

Поток магии хлынул из клинка в чёрную кляксу. Тут же появилось едкое облако, словно горело что-то очень ядрёное, но я не отвлекался, внимательно следя за чёрной лужей. Она вначале замедлила свой рост, затем остановилась, а потом и вовсе начала сжиматься, оставляя за собой безжизненный песок.

Прошло меньше минуты, как от призванной Ру некротики не осталось и следа.

– Знаешь, а ведь это не единственное оружие магов тьмы, – я посмотрел на задумчивого дракона. – Если бы я знал о том, как справиться с этой штукой, глава культа не успел бы сбежать. У нас впереди долгий поход в радужный разлом, Ру. И было бы хорошо, чтобы этот поход сопровождался основательным и подобным рассказом о том, с какими ещё утерянными тайнами древнего мага тьмы нам придётся столкнуться. Что-то мне подсказывает, что одной некротикой он не ограничивался.

– Чем дольше я тебя знаю, Соло, тем явственней понимаю, что совершил огромную ошибку, не уничтожив тебя в первые минуты нашего знакомства, – ответил Ру и у меня между лопаток появилось ощущение опасности. Но, как появилось, так быстро и исчезло. Дракон убивать меня прямо сейчас не собирался. – Появись прямо сейчас Дорн в этом мире, вы бы стали хорошими друзьями. Потому что вы мыслите и действуете одинаково. Ты точно уверен, что не являешься его воплощением?

Глава 5

Изуродованный мир встретил нас привычной вознёй. На летающих островах находились страшные смертоносные твари, которые сражались с теми, кто к ним прибывал. Порталы из других измерений открывались с завидной регулярностью и сражение не прекращалось ни на мгновение.

Где-то обычные монстры сражались с себе подобными. Где-то алый призрак ждал прибытие красного тумана. Где-то какое-то белое туловище призывно выло, вызывая своего нового противника.

Всё, как всегда. Изнанка с момента моего последнего посещения совершенно не изменилась. Мёртвый мир, который не должен существовать, но по какой-то странной причине всё ещё существует.

– Какая мерзость, – заявила Милена, ветром сметая всех монстров с острова, на котором мы появились. – Учитель, здесь всегда так?

– Всегда, – кивнул я, пытаясь высмотреть в бесконечном море летающих островов тот, который был мне нужен. Тот единственный, где не происходила битва. Но его не было. Размеры изнанки были поистине огромными. Если не знать, куда бежать, найти здесь нужное место нереально.

– Да они никак не уймутся! – Натали повторила за Миленой, сбрасывая с острова новую партию прибывших тварей. – Учитель, откуда они здесь появляются?

– Хороший вопрос, который нужно задать тому, кто этот мир создал, – ответил я. – Вот только не уверен, что Уг будет что-то пояснять.

– Изнанка – это мир, откуда Пожирателя смогли изгнать, – ответил Ру, подходя к краю нашего островка. Сбору, в перевёрнутом состоянии, находился другой остров, где сражались твари уровня красного тумана. Судя по тому, что я видел, наши острова сближались и вскоре должны столкнуться.

– Вот только это совсем не помогло этому миру, – заявила Розалин. – Куда лететь?

– Ру и Розалин со мной, остальные подтягивайтесь сразу, как только мы перепрыгнем, – заявил я, обнимая свою ученицу. Дракон недоверчиво на меня посмотрел, но всё же подошёл, позволяя себя сграбастать. Что-то у Ру в последнее время с доверием странное творится. Наверно, нужно этот момент с ним обговорить, пока чего-то непоправимого не произошло.

Я деактивировал красный портал, закрывая доступ в наш мир, после чего использовал телепортацию, заставляя пространство вокруг меня поплыть. Решение о том, что делать после битвы с магами шести стихий, пришло быстро. Ру прав – отпускать главу культа древних нельзя. Даже раненый, он представлял смертельную опасность для нашего мира. Выпустит некротику, пока мы в радужном разломе, что тогда делать? Патрик в одно лицо этот момент не вывезет. Никак. Значит, придётся сделать паузу и навестить нашего лысого «друга», закончив то, что начала Киринэ.

Сама черепашка находилась с нами, впрочем, как и весь остальной наш рейд. Киринэ с интересом поглядывала на сражающихся на островках монстров и даже облизывалась, словно примеряла их всех на вкус. Телепортировать более двух человек я не умел, поэтому ограничился только Розалин, выступающую маяком для остальных, и Ру. Последний будет атаковать, а ученицы прыгнут к Розалин, притащив с собой всех остальных.

– Я знал, что ты придёшь, хаосит, – послышался тяжёлый голос, как только пространство вокруг меня обрело плотность. Розалин отступила на шаг, передавая подругам координаты перемещения, а Ру наоборот – сделал шаг вперёд, чтобы принять на себя главный удар.

Вот только никакого удала не было.

Рядом с огромным красным камнем лежал обрубок человека. Вокруг него копошились приспешники, усиленно спаивая лечебные зелья и пытающиеся хоть как-то продлить жизнь своему господину. Неподалёку от красного камня догорал чёрным пламенем какой-то дом. Судя по тому, какая энергия исходила от этого места, глава культа уничтожил всё наследие, которое они собирали веками. Книги, артефакты, какие-то ритуальные предметы. Всё было уничтожено, лишь бы не досталось нам. И, как мне кажется, старый Хаос наконец-то обрёл покой. Его мучения завершились.

– Ты опоздал, хаосит, – тяжело усмехнулся лысый маг. Опираясь на единственную руку, он поднял туловище, бросив себя на красный кристалл. – Ты всегда опаздываешь. Такова твоя судьба. Никто не помешает прибытию повелителя. Даже наша смерть! Активируем!

С этими словами один из прислужников, который только что лечил главу культа, выхватил нож и полоснул своего господина по горлу. Кровь брызнула на камни, тут же впитываясь в них, как вода в песок. Прежде, чем мы успели хоть что-то предпринять, десяток приспешников последовали за свои господином, совершил ритуальное самоубийство.

И только после того, как последние капли впитались в красный камень, пришло ощущение катастрофы. Даже не беды – нет! Именно катастрофы. Огромный красный камень начал наливаться светом и всего через несколько мгновений начал пульсировать, словно внутри него билось огромное сердце.

– Я не смогла пробиться, – пробурчала Жасмин. – Они здесь какую-то защиту навесили. Мне нужно время.

– Которого у нас нет, – ответил я. – Ру, что происходит? Ру, ты меня слышишь?

Дракон превратился в каменное изваяние, уставившись на красный камень так, словно это было нечто невообразимое. Пришлось даже развернуть Ру к себе, отвлекая его от разглядывания темницы Дорна. Несколько раз проморгавшись, приходя в себя, Ру сконцентрировал на мне взгляд, словно спрашивая, зачем я его отвлёк.

– Что происходит? – повторил я вопрос. – Что глава культа сделал?

– Он выполнил условия освобождения, – ответил дракон и сглотнул, словно у него в горле всё пересохло. – Запущен процесс разрушения темницы.

– Так давай его нарушим, – предложил я. Не дожидаясь ответа, я активировал несколько копий хаоса, отправляя их в камень, но они не долетели до цели. Вокруг темницы Дорна появился защитный купол, принявший мой удар.

– Бесполезно, Соло, – покачал головой Ру. – Дорн предвидел этот момент, поэтому подготовился. Остановить его пришествие невозможно.

– Как показывает практика – нет ничего невозможного, – ответил я, но тут же вынужден был отступить на пару шагов. Опасность, исходящая от красного камня, была такой, какую даже глава культа не создавал.

И эта опасность расширялась!

– Всем покинуть остров! – приказал я. – Прыгаем на остров справа. Сейчас!

Когда Соло Греймод говорит подобным тоном, спорить с ним не нужно. Нужно подчиняться. Что все и сделали. Мгновенная дезориентация, я очутился на летающем острове, проходящим неподалёку от земли с красным камнем, после чего на лицо легла тень. То, что происходило на острове, в понятие «нормальное» не укладывалось. Все постройки магов тьмы превратились в ничто. Как и их тела. Да что там тела – трава, камни, углубление. Всё это исчезало, превращая остров в гладкое зеркало, посреди которого стоял пульсирующий красный камень. И стоило подумать о том, чтобы прыгнуть на это зеркало, как сразу приходило осознание, что это будет последнее, что я сделаю в этой жизни.

Причём не обязательно прыгать на само зеркало. Достаточно пролететь в его радиусе. Смерть будет быстрой и яркой. Заклинание, которое Дорн использовал для своей защиты, превосходило всё ранее видимое. Древний маг словно ещё во времена своего заточения знал, что мы придём разрушать его темницу, поэтому перестраховался.

– Кажется, та золотая нить, которую видел Патрик, связана не с походом в радужный разлом, а с прыжком в изнанку, – заметила Вирена. – Дорогой, есть понимание, что происходит?

– Темница разрушается, – вместо меня ответил Ру. – Я не понимаю, что сделали члены культа, но это было последней каплей. Темница не выдержала и начала разрушаться, выпуская всё, что Дорн подготовил к своему возрождению. Защитные ауры, атакующие заклинания, поглотители энергии. Смотрите, вот о чём я говорю.

В этот момент с ближайшего к красному камню летающего острова сорвалась красная тень. Красный туман, собрат питомца Шира, прыгнул к камню без раздумий и сожалений. Его тело добралось до невидимой границы и опасное существо, способное в одиночку уничтожить крупный город нашего мира, просто исчезло, породив белый туман чистой энергии. Этот туман ринулся к красному камню и впитался в него, как когда-то кровь главы культа.

– Они что, сошли все с ума? – прошептала Натали, когда все твари этого мира, забыв о своей тысячелетней войне, начали скакать в сторону центрального острова. Никто больше не пытался уничтожить друг друга. Всех существ занимала только одна цель – как быстрее добраться до красного камня.

И, точно также, как красный туман, все они превращались в белую энергию, едва достигнув невидимой сферы. Всё это происходило молча, без криков, ора и ругани. Существа умирали сотнями, но им на смену тут же приходили новые. И так до бесконечности. Изнанка забурлила, превращаясь в нескончаемый поток спешащих тварей.

– Ру, нужно сформировать свою сферу, – предложил я. – Мы не пустим тварей к Дорну.

– Это все бесполезно, – на дракона было страшно смотреть. Он словно постарел разом лет на тысячу. – Пришествие моего создателя уже ничто не остановит. Наш мир обречён, Соло.

– Нет ничего невозможного, – огрызнулся я. – Ученицы – мне нужна воздушная сфера! Окружите ею остров с темницей! Мы…

Договорить я не успел – на наш остров приземлились монстры. Ощущение опасности вспыхнуло с новой силой, но причина была не в гостях, а в том, что с каждым поглощённым монстром невидимая сфера вокруг темницы Дорна разрасталась. Если в самом начале ещё можно было её как-то ограничить, то сейчас всё это было уже бессмысленно. Мои ученицы просто перегорят, если попытаются это сделать.

– Уходим из этого мира! – приказал я, формируя красный портал. – Живо!

Монстры, приземлившиеся на наш остров, пробежали мимо, словно нас не существовало. Их еда больше не волновала. Пришло понимание, что вся изнанка – это заранее подготовленная Дорном локация для своего возрождения. Вечно сражающиеся существа, которые никогда не заканчиваются. А как они закончатся, когда их количество всегда стабильно? Умирая, существо тут же появляется вновь. Все эти неожиданные порталы, выплёвывающие существ. Всё это было задумано Дорном, чтобы обеспечить к своему приходу «живую» силу. Не нужно превращать тварей во что-то вечное. Можно просто даровать им бесконечное перерождение и ненависть к себе подобным. Причём эта ненависть будет работать ровно до того момента, как не начнёт биться сердце тёмного мага.

– И сколько у нас времени? – спросил я у Ру, как только красный портал исчез. Мы вернулись в наш мир, но радости это, судя по хмурым лицам, никому не принесло.

– Этот мир обречён, Соло, – ответил Ру. – Чтобы мы сейчас не делали, мой создатель явится сюда и уничтожит всех и каждого. Потому что такова его сущность.

– Я не об этом тебя спрашивал, – заявил я. – Сколько будет продолжаться поглощение в изнанке?

– Да откуда мне знать?! – вспылил Ру. Судя по ощущениям, глава монстров хотел меня прибить, но совладал с желаниями. – Я с подобным не сталкивался. Никто не сталкивался. Дорн всё спрогнозировал! Он всё предсказал! Он подготовился. Сделал всё, чтобы никто не мог ему помешать! Чтобы никто даже не догадался, что он задумал.

– Только не говори, что он предсказал появление своих последователей, – не согласился я. – Которые две тысячи лет после его пленения вдруг совершат то, что запустит его возвращение.

– Это была последняя капля, – упавшим голосом ответил Ру. – Всё изначально крутилось вокруг материка и поглощающего купола, который должен был всех уничтожить. Дорн должен был появиться в этом мире ещё тысячу лет назад!

– Но он не появился, – напомнил я. – Значит, он не такой и всемогущий. Мы можем сейчас бить себя ушами по щекам и стенать о том, как нам всем будет плохо когда-нибудь потом. Вот только никакого потом не будет, если мы не остановим Пожирателя миров.

– Разве в этом сейчас есть смысл? – Ру посмотрел на меня. – Пойми, Соло, прибытие Дорна ничуть не лучше прибытия Уга. Разница только в том, что Уг уничтожит всех, а Дорн кого-то оставит. Вот только те, кто останется, начнут завидовать умершим. Потому что Дорн будет продолжать свои эксперименты над живыми. Милосердней ко всем будет отдать этот мир Пожирателю.

– Будем решать проблемы по мере их появления, – не согласился я. – Придёт Дорн – займёмся им. Но для начала нам нужно сделать так, чтобы Уг не сожрал наш мир. У кого есть возражения?

– Это всё бесполезно, – произнёс Ру, не думая принимать мою сторону.

– Ещё кто-то желает принять точку зрения нашего переживающего друга? – я посмотрел на Вирену, учениц, Шира и Рива. Судя по взглядам, какие-то недобрые мысли таились и в их головах, но вслух никто ничего не заявил.

– Вот и отлично, – заключил я. – Исходим из того, что, пока мы находимся в радужном разломе, Дорн будет заключён в свой камень. Закончим с одним, будем думать, как остановить его. Выдвигаемся. Как оказалось, времени у нас осталось ещё меньше, чем раньше.

Нехотя все собрались и двинули за мной. При том, что уверенности в собственных словах у меня не было. Ощущение опасности, которое появилось в изнанке, никуда не исчезало. Наоборот, оно становилось сильнее с каждой минутой. Словно всё, что происходило в изнанке, напрямую влияло и на наш мир. И это нашему миру категорически не понравился.

Разломы мы решили не трогать. Судя по всему, порождения радужного разлома научились создавать ловушки и попадать в них просто ради какой-то наживы мне казалось лишним. Собственно, поэтому добытчиков, отправившихся с нами, пришлось отпустить. Дальше им идти было опасно.

Постепенно первая стена начала приближаться. А вместе с ней начали появляться разгуливающие разломные твари. Выбравшись из своих разломов, они пытались помешать нам двигаться вперёд. Причём действовали настолько целенаправленно, словно их кто-то гнал.

– Нас встречают, – произнёс Шир, указав куда-то вперёд. – Ночь чувствует сородичей.

Поднявшись на очередной холм, мы остановились, увидев необычную для нашего мира картину. Пространство до самой первой стены было заполненно разломными тварями. Они были везде, где только можно, причём здесь присутствовали все известные, и даже неизвестные нам виды. Разломные крикуны, зурпаксы, бариталы, варгоны, шураги, погонщики, деревяны и многие другие, части из которых даже названия не придумали. Управляли всем альфы и даже вожаки высокоранговых разломов, среди которых выделялись драконы тьмы. Но и ими армия разломов не ограничивалась. Возглавляли её разумные порождения радужного разлома, восседая на чём-то, похожим на изменённых слонов.

– Ру? – я посмотрел на дракона. – Займёшься?

– В этом уже нет смысла, – монстр всё ещё пребывал в состоянии глубочайшего морального шока. – Даже если мы пройдём здесь, Дорн всё равно возродится.

– Слушай, ты уже достал своим создателем! – разозлился я. – Ну вылезет он из камня, что дальше? Он один, у него нет армии. Нет ничего, что было ему привычно две тысячи лет тому назад. Мало того, уверен на все сто процентов – он будет очень ограничен в своих силах. Потому что две тысячи лет бездействия ни для кого даром не проходят. Так что прекращай хандрить! Я не для того вытаскивал тебя с другого материка, чтобы вот так бездарно потерять перед самым радужным разломом! Всё, что произошло, мы уже изменить не можем. Так давай принимать это и действовать по установленному плану! Розалин, давай метеорит.

На меня все уставились так, словно я превратился в разломную тварь.

– Что? – я посмотрел на каждого. – Страдать и оплакивать свою судьбу, как делает это Ру, нам некогда. Дорн может выползти из своего камня в любую минуту, так что героически встречать грудью всю разломную армию у меня желания нет. Натали, с тебя водяной столб. И вообще – ученицы, покажите мне всю силу магов десятого ранга. Армию видите? У вас десять минут, чтобы её не стало. Вперёд!

Да, я понимал общее настроение. Но и поддаваться ему не собирался. Если все начнут страдать, кто тогда работать будет?

– Ученицы, я не вижу движений, – подтолкнул я девушек. – Мысленно вы тварей не уничтожите.

– Ладно, девочки, давайте поработаем, – согласилась Милена и сделала шаг вперёд, занося руки над головой. Остальные присоединились к ней, а у меня едва рык из горла не вырвался. Это что, они мне ещё и одолжение делают?

Мы находились далеко от основных войск разломных тварей, поэтому до нас дошли только отголоски происходящего. Несмотря на состояние, ученицы расстарались на славу – небо почернело и сверху на вставших на нашем пути тварей ринулась смерть. Метеорит из магии огня. Водяной столб в тысячу шагов из магии воды. Ослепительный шар из магии света. Поглощающая воронка из магии природы. Разложение из магии тьмы. И, наконец, исчезновение из школы хаоса. Шесть ультимативных заклинаний, способных превратить весь мир в выжженую пустыню.

Так, во всяком случае, задумывалось.

– Что за… – прошептала Розалин, когда армия разломных тварей осталась стоять на месте, а шесть смертоносных ультимативных заклинаний исчезли, ничего и не сделав.

– Они всё же учатся, – произнёс я и на душе стало спокойно. Появилось ощущение, что именно этот результат я ждал. Да, опасность никуда не девалась, но теперь возникло чёткое понимание, что перед нами стоит глобальная задача, которая на какое-то время отвлечёт от тягостных мыслей о Дорне.

– Ты так говоришь, словно восторгаешься ими! – недовольно произнесла Розалин.

– Ими – нет, – ответил я. – Тем, что вам сейчас предстоит сделать – да.

– Нам? – нахмурилась Хелен. – Ты же видел, что наша магия ничего не смогла им сделать! Сильнейшая магия!

– Кто сказал, что войны выигрываются одной магией? – я посмотрел на учениц. – Мне опять нужно напомнить вам наше первое уничтожение дракона тьмы? Тогда ваша магия ничего не могла сделать с вожаком разлома. Но это вас не остановило. Откуда в ваших светлых головах появился стопор?

– Первый дракон тьмы? – Милена нахмурилась, вспоминая тот случай. Тогда, не обладая полноценной силой, мои ученицы подняли огромный камень и опустили его на голову вожака разлома, превратив страшную тварь в лепёшку. – Но ведь они поглощают магию. Если я создам кусок земли, её…

– Создавать ничего не нужно, – догадалась Розалин и осмотрелась. Выбрав участок земли, маг огня вытянула в его сторону руки и закрыла глаза. Вскоре к ней присоединились остальные девушки, активируя магию ветра.

Пространство задрожало, словно во время землетрясения. Из земли нехотя, с заметной ленцой, выбрался огромный пласт земли, размерами с центральную площадь Криалона и высотой в двадцать шагов, не меньше. Даже не хочу думать, сколько эта штука весит. Хорошо, что девушки догадались вести его не над нашими головами, а чуть сбоку.

По лицам моих учениц пошли капли пота, но они не сдавались, продолжая уверенно направлять платформу в сторону разломных тварей. С их стороны началось движение. Разумные порождения радужного разлома активировали какие-то артефакты. С них сорвались лучи, ударившие в летящий кусок земли, но, как ударились, так и исчезли. Магия ветра была недоступна разломным тварям, а земля была настоящей, а не созданной приказами Милены.

Платформа прокатилась вперёд, зависла над главными скоплениями говорящих тварей и драконов тьмы, после чего девушки превратили удерживать её на весу. И вся эта масса ринулась вниз.

Удар был такой силы, что мы едва сумели удержаться на ногах. Земля брызнула во все стороны, сметая на своём пути опасных тварей десятого ранга. Те, кто ещё недавно ощущал себя в полной безопасности, закрывшись какими-то артефактами, неожиданно осознали, что безопасности больше нет.