— Жаль-жаль. Нет, мы этим не занимались. Зачем тратить силы на такую мелочь, если есть более важные цели, сынок? — хохотнула ведьма. Она потрепала его по волосам, заставив крепко сжать зубы, и повела к выходу.
— Тебе пора, малыш. Нельзя долго здесь оставаться.
Они вышли из комнатушки и по коридору направились к выходу. Мимо них прошел молодой мужчина в плаще с капюшоном, скрывавшим лицо — видно было только глаза. Эштан встретился с незнакомцем взглядом, и его будто фаерболом ударило. Дыхание перехватило, виски сжали невидимые обручи, в глазах потемнело. От незнакомца исходила мощная сила. Темная сила. Опасная. Эштан никогда в жизни не встречал такую. Даже сам император казался в разы слабее, а ведь он считался одним из самых сильных в мире.
Мать торопливо поклонилась и заставила Эштана последовать ее примеру. Не глядя на них, незнакомец степенно удалился, и они остались вдвоем.
— Кто это? — удивленно спросил Эштан.
— Один из новых жрецов, — нервно ответила мать. — Тебе незачем знать, малыш.
— Я почувствовал его силу. Невероятная. Кто он? — повторил Эштан.
— Я же сказала — незачем тебе знать! — прикрикнула на него ведьма.
— Как же тогда имперские ищейки не находят это место? Отсюда должно фонить темной магией.
— Нас охраняют мощные защитные артефакты из мира демонов. Никто не сможет нас обнаружить. Иди.
Не прощаясь, Эштан забрал меч и поднялся наверх. Проход закрылся, а парень с размаху ударил кулаком по стене. Затем, сдерживая накипевшую ярость, направился прочь от этого места, которого сторонились даже местные. Меч он предусмотрительно держал в руке.
Близился рассвет, но над Ямой все так же ходили темные тучи. Костры вдоль улиц догорали, и казалось, что в густых тенях прячется само зло. Эштан быстро шагал по пустой дороге, однако в какой-то момент услышал детский плач. Он остановился, огляделся по сторонам и увидел какую-то женщину в лохмотьях, за которую цеплялись двое детей — они ревели, а мать, прижимая их к себе, пыталась успокоить. Однако и ее изможденное лицо было в слезах.
— Что случилось? — спросил Эштан. Увидев оружие в его руке, женщина тотчас попятилась назад, закрывая собою детей. Лицо ее было испуганно.
— Прошу, господин, не надо, — забормотала она. — У нас ничего нет, господин, мы просто шли мимо… Прошу, не трогайте нас!
— Я не собираюсь вас трогать, — нахмурился Эштан, поняв, что женщина боится меча и отводя его в сторону. — Что с вами случилось? Говори же, ну!
— Мой муж погиб, а его брат выгнал нас с детьми из дома, — ответила она дрожащим голосом. — Прошу вас, господин, пощадите нас. У нас совсем ничего нет…
Должно быть, она приняла его за разбойника. Эштана изнутри кольнуло неприятное чувство. Ему было все равно, когда о нем судачили высокородные или боялись в академии другие адепты. Но страх в глазах этой женщины злил и страшил одновременно. Будто он чудовище какое-то.
Эштан достал деньги — несколько обычных монет по двадцать и пятьдесят крон, а потом еще несколько золотых. Для него это была пыль, а для нее — целое состояние.
— Руку, — велел он. Она со страхом протянула ладонь, и он ссыпал в нее монеты. А после велел: — Спрячь. И уходи отсюда. Поняла меня?
— Поняла, господин, — зашептала женщина, зачарованно глядя на деньги. — Это все мне, господин? Неужели вы…
— Да, бери и уходи, — перебил ее Эштан. — Начни новую жизнь, но не в Яме.
— Как ваше имя, господин? — сквозь слезы спросила женщина. — Я буду молиться за вас всем светлым богам!
Но Эштан ничего не ответил. Просто пошел дальше. Несколько раз ему встречались жители Ямы — в основном, пьянчуги, горланящие песни, однако, видя меч в его руке, они замолкали и жались к стенам убогих домов. Остановившись в одном из переулков, Эштан заметил крепких мужчин — судя по всему, членов какой-то местной шайки. Они весело тащили в один из домов мешки, возможно, с награбленным добром. Выяснять Эштан не стал. Просто стоял в густой тени и ждал. Он знал, что она вскоре появится — та, которую заметил в храме Темного бога, заглянув в одну из приоткрытых дверей. Эштан ждал Еву, и она появилась в переулке спустя несколько минут. Он узнал ее по фигуре и по походке, хотя девушка была закутана в темный плащ.
— Стой, — перегородил он ей дорогу, и Ева тихо выдохнула слова проклятия, не сразу поняв, что перед ней Эштан.
— Ты? — изумленно спросила она. — Откуда ты взялся, эйх тебя побери!
— Был там же, где и ты, — усмехнулся он и спросил: — С ума сошла?
— С чего вдруг? — дерзко спросила Ева.
— Ты одна ходишь по Яме, — нахмурился Эштан. Его действительно это беспокоила.
— Ты тоже.
— Я мужчина.
— А я женщина, которая умеет постоять за себя. Дай пройти.
— Идем вместе, — решил Эштан.
— Вместе опасно. Могут заметит, — прошипела Ева.
— Выйдем из Ямы и разойдемся, — пообещал Эштан. — Иди за мной.
— Это ты иди за мной, — фыркнула она и, гордо расправив плечи, двинулась вперед. А Эштан — следом. Они знали друг друга с детства, и она была его первой любовью. Разве он мог перестать беспокоиться за нее?
— Не думал, что ты пойдешь на это, — тихо произнес Эштан.
— На что? — выдохнула она.
— На то, чтобы стать жрицей.
— У меня не было выбора, — повернулась к нему Ева. — Понимаешь?
— Понимаю, — ответил Эштан.
— Тогда заткнись. И иди молча, — приказала девушка.
— Люблю, когда ты злишься, — усмехнулся он.
— А я люблю, когда ты молчишь, — парировала она.
— В ночь бала тебе нравилось не только это, — заметил Эштан, и Ева от неожиданности остановилась — он едва не врезался в нее.
— Не вспоминай об этом! — злым голосом попросила она.
— Не думаю, что ты можешь мне запретить, — рассмеялся он.
В ночь бала, устроенного в честь Белль, Ева, выпив лишнего, сама пришла к Эштану. Нашла и села рядом. Сначала плакала, закрыв лицо ладонями, а потом вдруг поцеловала, запустив пальцы в его распущенные пепельные волосы. И целовала так, что вскружила ему голову. Самозабвенно и горячо. Настойчиво. Ее губы были мягкими и податливыми, а язык приятно горчило выпитое вино. Ева льнула к Эштану, ища утешения в объятиях, и он не мог отказать ей в этом — сам нуждался в тепле и ласке. Хотя бы на одну ночь. Из-за грядущей свадьбы оба лишились тех, кто был им нужен. Они не могли отпустить друг друга, прячась от всего мира за шторкой в полутемном зале.
— Слышала, Белль отравили, — сказала вдруг Ева. — В замке твоей матери. Правда ли это?
— Правда, — чуть подумав, ответил Эштан. Совсем скоро это станет известно всем — наверняка в каждой газете будут статьи про отравление. Да и рты всем приглашенным высокородным не заткнешь.
— И кто это сделал? — спросила девушка. — Не ты ли?
Эштан рассмеялся.
— Ты не первая, кто меня в этом обвиняет.
— Просто я знаю твою любовь к ядам.
— Я не травил Белль. Я ее спас.
— Очень разумно — хмыкнула Ева. — Мог бы и постоять в сторонке. Ах, да, ты же влюблен в нее. Кстати, почему? Чем она тебя так привлекла? Да, хорошенькая, но… Что еще, кроме этого?
— Тьма, — было ей ответом.
— Иногда я жалею, что во мне ее нет, — вдруг призналась Ева.
— Почему же? — удивился Эштан.
— Так проще. Быть темным с самого рождения. Это предопределение, с которым можно не бороться.
— Ты стала жрицей Темного бога и все еще не считаешь себя темной? – позволил себе кривоватую улыбку Эштан. Ее выбор его тревожил. Это был слишком глупо. Рано или поздно правда вскроется. И что тогда? Смертная казнь.
— Не считаю, — ответила Ева с презрением. — Мне пришлось это сделать. Ни больше, ни меньше. И не потому, что я так хотела, а потому что должна была спасти своих близких.
— Расскажи подробнее, — схватил ее за руку Эштан.
Но Ева, поняв, что сказала лишнее, высвободилась и молча зашагала дальше. Он не мог видеть ее лицо, но ему казалось, что девушка плачет, и из-за этого на сердце было нелегко.
Территорию Ямы они покинули молча и почти без приключений. Правда, в какой-то подворотне на них попытались напасть какие-то люди, решившие, что перед ними легкая добыча. И поплатились — меч Эштана и магия Евы сделали свое дело.
— Думаешь, тьма действительно скоро придет? — спросила Ева, прежде чем они попрощались. В ее голосе промелькнул страх.
— Да. Это лишь вопрос времени. Будь осторожна. И если что-то случится, всегда можешь рассчитывать на меня.
Больше ничего не говоря друг другу, они разбежались в разные стороны, чтобы днем встретиться в академии, как два прилежных адепта, а не как жрица Темного бога и сын ведьмы, нарушающие закон империи.
Глава 8
Мне снилось, будто я мчусь по золотистому небу. Рассекаю облака, наслаждаюсь прохладой и ветром. Я дракон, наполненный тьмой и огнем. Я стрела, пронзающая небо. Я сила. И магии во мне столько, сколько никогда прежде ни в ком не было. Я способна на все.
Впереди появляются горы — заснеженные вершины манят меня, и я лечу к ним, точно зная, что мне нужно попасть на самую высокую. Я опускаюсь на слепящий глаза снег, не чувствуя холода, и из меня вырывается темный огонь. Неподалеку виднеется вход в пещеру. В одно мгновение я трансформируюсь — превращаюсь в человека и в пещеру захожу как обычная девушка. На мне белое платье из грубой ткани и венок из полевых цветов. Я боса, но все так же не чувствую холода.
В пещере я вижу высокого бородатого мужчину в старинном костюме. На его плечах накидка из звериной шкуры. Он смотрит на меня и улыбается. Его улыбка теплая, только мне все равно не по себе. Слишком большая сила исходит от него — она подавляет и мою силу, и силу гор, и силу всего мира.
— Кто вы? — удивленно спрашиваю я.
— Ты не помнишь, но искра вечного света помнит, — странно отвечает мужчина. С нежностью и горечью одновременно.
— Что вы хотите?
— Увидеть тебя и дать совет. Ты была между жизнью и смертью. Жнецы хотели забрать тебя, а тени судьбы уже ждали. Но все обошлось. — Еще один непонятный ответ.
— Я ничего не понимаю.
— Потом поймешь. Будь сильной, Эйана, и не бойся смерти.
— Меня зовут Белль, — возражаю я.
В ответ он улыбается. В его глазах печаль.
— Однажды тебе понадобится моя помощь, дочь моя. Найди это место наяву, а не во сне. Я не возвращаю к жизни мертвых, но еще живых спасти могу.
Взмах рукой — и неведомая сила подхватывает меня, выносит из пещеры и кидает вверх, в холодное темное небо, на котором ярко горит Большое драконье созвездие. И я растворяюсь в звездах…
***
Я распахнула глаза и первое, что увидела, — потолок собственной спальни во дворце, на который падали нежно-розовые лучи рассветного солнца. Голова была тяжелой, губы — сухими, а по телу разлилась дикая усталость. Будто бы целую ночь копала ямы. На мне не было моего шикарного платья — лишь ночная рубашка.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
