— Четырнадцать. И я добавлю месячный запас стартового корма для всех.
— Тринадцать. Идёт?
— По рукам! — Тимофей крепко пожал мне руку. — Приятно иметь дело с профессионалом.
— Договорились, — я отсчитал нужное количество монет. — Но пусть пока побудут у тебя. Заберём, как только первые вольеры будут полностью готовы.
— Как скажешь, Макс, — торговец забрал оплату.
Я повернулся к своим спутникам, которые всё ещё переваривали увиденное.
— Вы двое пока изучите местные зверофермы. Это будет хорошим опытом. А заодно поищите боевых стихийных питомцев первой ступени, мы ещё не закончили подбор. Стёп, ты сам смотри, это их задание.
— А ты чего? — спросил парень.
— Мне нужно в замок, к казначею. Пора отчитаться за первые траты.
— И что нам там делать, на зверофермах? Просто искать стихийных боевых зверей? — уточнила Лина, глядя куда-то в сторону.
— Это ваше новое задание. Вы видели, какихзверей я выбрал. Много не жду, но посмотрите, как устроены вольеры для разных видов, какие корма используют, как организован уход. Вдруг подберёте интересных особей. Потом проверим.
Лина и Дамир переглянулись, в их глазах зажёгся азарт исследователей. Стёпа кивнул.
— Составлю ребятам компанию.
— Так, всё, мне пора к казначею. Нужно отчитаться за первые траты на питомцев и… поговорить о будущих.
Замок барона встретил меня привычным шумом. Во дворе тренировались стражники, звенели мечи, где-то вдалеке ржали лошади. Я направился к крылу, где располагались административные помещения, но звуки с тренировочного плаца заставили меня свернуть в сторону.
На широкой площадке, вымощенной серым камнем, Всеволод лично проводил что-то вроде смотра. Перед ним выстроились десять молодых людей в кожаных доспехах — новобранцы, судя по их напряжённым лицам и слишком прямой выправке. Рядом с каждым сидел или стоял питомец: волки, ястребы, пара боевых кошек.
— Михайлов, — резко окликнул Всеволод светловолосого парня с кошкой, поразительно напоминающей Афину. — Твой питомец плохо слушается команд. Давно работаете в паре?
— Два месяца, — чётко ответил новичок.
— Мало. Связь должна быть инстинктивной. Дополнительные тренировки каждый вечер до улучшения результата.
Всеволод прошёлся вдоль строя, его острый взгляд оценивал каждую пару. Где-то делал замечания, где-то одобрительно кивал.
Заметив меня, он поднял руку:
— Рейнджер! Задержитесь, пожалуйста. Хотел бы поговорить.
Я остановился у края площадки, наблюдая за завершением смотра. Всеволод довольно быстро разобрался с остальными новичками, которые с недоумением смотрели на Красавчика, сидевшего на моём плече. Всеволод раздал последние указания и отправил их по казармам. Через несколько минут мы остались одни на пустом плацу.
— Как дела с фермой? — спросил он, подходя ближе. В его голосе звучала дежурная вежливость, но я заметил тень усталости на лице.
— Неплохо. Основное здание уже готово, первые питомцы уже выбраны. О чём ты хотел поговорить?
Всеволод помрачнел. Его плечи слегка опустились, а взгляд стал отрешённым:
— Состояние барона вызывает серьёзные опасения, Максим, — уклончиво ответил он, в его голосе звучала искренняя тревога. — Валентину Красногорскому становится хуже с каждым днём.
В его голосе прозвучала нота, которую я не ожидал услышать. Сомнение. Всеволод смотрел куда-то поверх моей головы, словно борясь с внутренним конфликтом.
— Слушай, — наконец произнёс он, встречаясь со мной взглядом. — Возможно, я был неправ.
— В чём? — осторожно спросил я.
— Насчёт советника Ария. Твои подозрения… — Он тяжело вздохнул. — Возможно, они были обоснованы. Я больше не могу игнорировать странные приказы. И то, как Арий отстраняет барона от важных решений.
Всеволод говорил с трудом, словно каждое слово давалось ему нелегко. В его глазах читалось разочарование человека, который долго не хотел верить в слабость барона.
— Понимаю, — кивнул я сочувственно.
— Максим, — Всеволод наклонился ко мне, понизив голос. — Если у тебя есть какие-то доказательства против Ария или планы по борьбе с этой организацией… Я готов помочь. Барон не должен оставаться в руках предателя.
— Значит, я был прав. Арий действительно связан с «Семёркой». И если даже ты уже не споришь и начал всё это замечать… То дело и вправду плохо.
Я на мгновение задумался. Всеволод искренне переживал за своего господина.
— Знаешь, — сказал осторожно, — Возможно мне понадобится твоя помощь. У меня появилось кое-что, что может вывести Ария на чистую воду. Даже больше — мы одним махом покончим с Семёркой.
Всеволод мгновенно выпрямился:
— Что ты имеешь в виду?
— Пока не готов говорить подробно, — я покачал головой. — Но, если мои догадки верны… возможно, завтра многое прояснится. Нужно только проверить одну теорию.
— Максим, — голос Всеволода стал настойчивым. — Если речь идёт о безопасности барона…
— Всеволод. Я понимаю твоё беспокойство. Но пока это только предположения. Дай мне время всё проверить, и тогда мы сможем действовать наверняка.
— Хорошо, — кивнул Мастер, хотя в его глазах всё ещё читалась тревога. — Но позволь мне помочь. Что бы ты ни планировал, один ты будешь уязвим.
— Нет, — решительно отрезал я. — Слишком рискованно. Если мои подозрения верны, то любое вмешательство может всё испортить.
Всеволод нахмурился:
— Максим, но это безрассудно…
— Послушай, я сказал тебе это, чтобы ты немного успокоился, — я развернулся к выходу с тренировочного плаца. — Сейчас только зайду к казначею, и пойду в свою долину. Там буду в безопасности.
— В долину? — Всеволод быстро догнал меня. — Ты же в городе ночевал! Там ты будешь практически один, вдали от защиты столицы.
Я усмехнулся:
— Один? Главное здание уже достроено, мебель даже завезли. Да и моя неугомонная бабка вовсе отказалась покидать долину — она там уже обосновалась со своими травами. Если мать послушалась и уехала в деревню сегодня утром, то Ирма — нет. Думаешь, оставлю её там? К тому же, меня защищает вся стая, а по периметру дежурит твоя собственная охрана. Двадцать четыре стражника в три смены. Помнишь? Ты сам настоял на усиленной охране из-за побега Тобольда. Неужели не доверяешь своим людям?
— Дело не в доверии, — он сжал челюсти. — Просто… судя по силе Карца, если Семёрка придёт за тобой, стража не поможет. Да и Тобольд. Ты кое-что не знаешь о нём. Он владеет очень полезным теневым зверем и умеет маскироваться.
Да уж. Нити-то разрывать никто не умеет, звери Тобольда остались с ним.
— Тем больше вопросов к тому, как он сбежал и почему у него была такая слабая охрана, да?
— Хорошее замечание, но не обошлось без вмешательства извне, понимаешь? Поэтому и предупреждаю тебя.
— Тогда сам вставай на стражу, — я пожал плечами. — Да и честно сказать, думаю, он давно покинул Драконий Камень. Иначе чего его так долго не могут найти? Хотел бы меня убить, убил бы. Возможности были.
Всеволод долго смотрел на меня, в его взгляде боролись различные эмоции. Наконец он тяжело вздохнул:
— Ты упрямый, Рейнджер. Но если ты уж так решил… Будь осторожен.
— Обязательно, — кивнул я, протягивая ему руку для прощания. — До встречи, Всеволод.
Он крепко пожал мою руку, задержав её чуть дольше обычного:
— Берегите себя.
Я развернулся и направился к казначейству, чувствуя на себе его тяжёлый взгляд.
Уладив все дела с бумагами, поспешил в долину.
Она встретила меня вечерними тенями и запахом свежего дерева. Главное здание действительно было закончено — двухэтажная постройка из тёсаного камня с деревянными балками стояла у озера, как я и планировал. Через открытые окна проникал последний свет заходящего солнца, освещая простую, но добротную мебель внутри.
Я прошёлся по комнатам, оценивая работу строителей. Просторная гостиная с массивным дубовым столом, кухня с большим очагом, несколько спален наверху. Всё было сделано качественно и с умом — Василий знал своё дело.
Но сейчас меня занимали не удобства нового жилья, а… подготовка ко сну.
Я вышел на крыльцо и призвал стаю.
Афина, займи позицию на восточном склоне. Оттуда будешь видеть всю долину и дорогу от столицы. Любое движение — сразу докладывай.
Огромная кошка беззвучно исчезла в сумерках, растворившись среди камнейи деревьев.
Актриса, западный склон. Прикрывай тот фланг и следи за лесом. Если кто-то попытается зайти с тыла — ты первая узнаешь.
Ветряная рысь грациозно скользнула в указанном направлении.
Режиссёр, на крышу. Оттуда лучший обзор всей территории. Но держись так, чтобы тебя не заметили.
Самец рыси одним прыжком взлетел на конёк крыши и застыл там неподвижной, почти неразличимой статуей.
Красавчик, держись у дома, тебе открою окно. Твоё чутьё должно сработать безотказно.
Карц молча присутствовал в глубине моего Потокового ядра. Огненный лис был готов материализоваться в любой момент, как только понадобится его помощь, но я не собирался рисковать нашей хрупкой связью. Ещё не время.
Стража по периметру несла обычное дежурство. Я видел отблески факелов на сторожевых вышках, слышал приглушённые голоса часовых.
Проверив, что все позиции заняты, вернулся в дом. Поднялся в свою спальню на втором этаже — небольшую комнату с окном, выходящим на озеро. Красавчик с довольным видом прыгнул на позицию.
Кровать была простой, но удобной, и я улёгся. Через открытое окно доносились ночные звуки долины — шелест листвы, плеск волн о берег, далёкий крик совы.
Глядя в потолок, я размышлял о предстоящем дне. Завтра мне предстояло привести в действие всё, что так долго готовил.
К обеду всё должно быть кончено. Либо я разоблачу предателя и нанесу удар по организации, либо…
Впрочем, второй вариант меня не устраивал.
Глава 6
Глубокой ночью по пустынной дороге к долине двигалась одинокая фигура.
Её шаги были размеренными и бесшумными — походка воина, привыкшего к ночным маршам.
Лунный свет выхватывал из тьмы широкие плечи в тёмном плаще, прямую спину, уверенный шаг. Каждое движение было выверено, как у хищника на охоте. Левая рука инстинктивно лежала на рукояти клинка, правая свободно покачивалась в такт шагам.
Дорога была пуста и безмолвна. Только скрип кожаных сапог по гравию да отдалённые звуки ночного леса нарушали тишину. Ветер шелестел листвой придорожных деревьев, где-то ухала сова, в кустах шуршала мелкая живность.
Воин не спешил, но и не медлил. Его темп был достаточно быстрый, чтобы добраться к цели вовремя, но не настолько стремительный, чтобы выдохнуться или наделать шума.
В движениях читалась многолетняя дисциплина. Служба выковала из него идеального солдата — того, кто умел терпеть, подчиняться, выполнять приказы без вопросов.
Теперь он мог не притворяться, не казаться заносчивым человеком, который ненавидит, когда какой-то мелкий выскочка делает ему замечания.
Хорошо, что парень дошёл до конца экспедиции. И плохо, что выжил и не отдал рысь.
Никто не видел шпиона Семёрки в ночной тьме, никто не ждал от него показной верности и демонстративного долга.
Он обернулся.
Далеко внизу, под холодным светом луны, раскинулся силуэт Драконьего Камня. Величественный замок барона, словно вырезанный из чёрного бархата, а чуть дальше, едва различимая во тьме, угадывалась громада темницы.
Но вид этот не вызывал у него ни восхищения, ни трепета. Только глухую, застарелую злобу, которая комом подкатила к горлу. Там, за этими стенами, в роскошных покоях, спал барон — человек, которому он когда-то присягал на верность.
Эта злоба не сжигала изнутри. Наоборот, была холодной и придавала сил, оттачивала решимость, напоминала, ради чего он идёт по этому пути.
Воспоминания нахлынули неожиданно, как всегда бывало в тихие ночные часы.
Серые стены гарнизона.
Запах лекарственных отваров.
И детский плач, который не унимался неделями.
«Серая Увязь».
Название болезни всплыло в памяти, принеся с собой знакомую боль. Кожа детей, поражённых этой хворью, становилась серой и хрупкой. Они теряли силы день за днём, медленно и мучительно увядая.
