Каждый из звонивших осознавал, что в случае удачи получает юриста-универсала, профи высочайшей квалификации, и сколько бы она не запросила, это всё равно будет дешевле, чем расценки дурней, которые ухитрились её так бездарно упустить!
Ваня позвонил после обеда:
– Светочка, ты как?
– Знаешь, мне нраааавится! Так прияяяятно! Я, оказывается, изумительно востребована. А уж профессиональных комплиментов наслушалась – на несколько лет хватит!
– Только ничего пока не решай! Не хватайся за работу сразу! – запереживал Иван.
– Не бойся, я кайфую! У меня лежит миллиметровка из запасов Матильды Романовны, и я веду каталог предложений и обещанных плюшек.
– Ты свистнула ценные планировочные запасы? – расхохотался Ваня.
– Обижаешь! Она мне вчера сама предложила воспользоваться! – фыркнула Света.
С Сухановым она поговорила уже вечером и здорово удивилась.
– Света, у нас с Артёмом Михайловичем есть к тебе предложение. Я понимаю, что тебя сейчас рвут на части, но ты не торопись. Возможно, нам удастся тебя заинтересовать!
Компьютерный гений, да ещё в тандеме с Сухановым… Это было весьма и весьма неординарно.
– Я в принципе собиралась немного передохнуть… – объяснила Светлана.
– Вот и отлично! Как раз через месяц у нас уже будет всё готово. Только без разговора с нами никуда не устраивайся! – просил Суханов.
– Хорошо. Договорились! – Света отключила смартфон и сообщила собачье-кошачьему коллективу: – Однако! А жизнь после увольнения есть!
Она отлично помнила юристов, которые гордо увольнялись из их компании, а потом хвастались новыми местами работы, только вот их многословные уверения о том, что у них всё круто-круто, Света как-то не воспринимала всерьёз. Если у человека всё по-настоящему отлично, он это и не будет демонстрировать. Зачем? Кому что доказывать? Это как раз делается, когда ты сам себя пытаешься убедить, что ничего не потерял! Видимо, дело в том, что те, хваставшиеся новыми удачными местами работы, не были такими уж ценными спецами.
Светлана сама иногда думала о том, чтобы работу сменить, но ей нравилось то, чем она занималась. Нравилась красота безукоризненных юридических формулировок, нравилось, когда удавалось выводить клиентов из неразрешимых, казалось бы, ситуаций не просто без потерь, а с выигрышем. Было приятно разрешить чужие проблемы легко и непринуждённо. Причём чем дальше, тем легче это давалось. Нравились юридические сражения. Прямо драйв какой-то, а не работа.
Как раз в момент, когда она раздумывала о том, что свою работу любит, позвонил один из директоров её бывшей компании. Света покосилась на смартфон. Как раз этот человек мог бы её предупредить о том, что вместо неё собираются назначить дочку учредителя. Мог бы, но не предупредил. Так стоит ли тратить на него время?
– Тебе было лень сделать всего один звонок? Ну и ладно, дело-то твоё! А мне теперь лень с тобой беседовать! – хмыкнула вредная Светлана. – Да! – сказала она сама себе, рассматривая собственное отражение в большом зеркале. – Это дома я белая, пушистая и мягкая. А в профессиональном плане я как была, так и осталась – зелёная, чешуйчатая и зубастая! А ещё вреееднаяяяя! И если я правильно поняла Суханова, то в ближайшее время вас много откровений дивных ждёт! – пропела она в сторону смартфона, устало всхрюкивающего от натужных, хоть и приглушённых трелей.
***
Открытия следовали одно за другим. И все, как на подбор…
– Да она что, издевается? Как ей пришло в голову разослать это… вот ЭТО… клиентам? – вопил на совете директоров, собравшемся через несколько дней после увольнения Светланы, один из его участников. – Это полное безобразие!
– Она молоденькая… Ну, такая… Это болезнь молодых специалистов… – примиряюще бормотал ещё один участник совета директоров – Артур Викторович, который, как это всем было известно, служил рупором господина Брыкина. Он проталкивал его интересы, исправно оповещал прочих о том, что нравится или не нравится их крупному акционеру, за что и получил среди них кличку «Табаки».
– Ой, молчи, я тебя умоляю. Для этой болезни надо быть специалистом. Ты читал, что именно она написякала, иначе не скажешь? Нет? Почитай! Мне позвонили уже из нескольких десятков организаций. Ну, я имею в виду крупные. Мелкими занимаются мои помощники! Так вот все, как один, возмущены до крайности. Это неграмотно, неуважительно, в конце концов, просто безобразно! Как можно требовать подписать такое дополнение? Причём она даже не удосужилась уточнить специфику заказчиков!
– Ну, Светлана-то уволилась… А Стефания просто не полностью вошла в курс дела… – заторопился Артур.
– Так разве можно, не посоветовавшись с теми, кто в курсе дела, ляпать такое? – ещё один участник совета директоров брезгливо потряс допником Стефании. – И Светлана уволилась, как я понимаю, тоже не на ровном месте! И я не знаю, осознаёте ли вы, но насколько я понимаю, её сейчас срочно попробуют перехватить конкуренты! Таких специалистов нельзя отпускать!
– А как вышло, что её так быстро уволили? – удивились участники совета директоров.
– Да вот… Артур Викторович заявление об увольнении подписал! – ехидно просветил коллег один из участников. – Новая глава департамента так пожелала, он и подписал.
А упомянутая выше глава департамента была в шоке. Да не просто в шоке, а в шоке лютом! Стефания чувствовала себя так же, как на море при бурном волнении. Волны каких-то немыслимых юридических проблем, сложностей, тонкостей и исключений, о которых она и знать-то не знала, окатывали её с головой, грозились утопить! Клиенты звонили с руганью, кое-кто даже ей лично грубил. Несколько сотрудников собрались увольняться, остальные смотрели на неё, как на досадное недоразумение.
Стефания по привычке кинулась жаловаться отцу.
– Стеша, что же ты хочешь? Ты сама жаждала попробовать свои силы. Я предлагал тебе купить небольшую юридическую фирму, а ты захотела всерьёз. Ладно… Я тоже считаю, что надо учиться плавать на глубине. Глубина есть – плыви, – вальяжно махнул рукой отец. – Тебе мешают сотрудники? Можешь хоть всех уволить и нанять новых. Я разрешаю!
– И сотрудники! И эти… Папа, мне так грубят!
– Кто? – грозно прищурился господин Иван Иванович Брыкин. А услышав фамилии грубиянов, вдруг повёл себя странно. Вместо того, чтобы возмущённо затопать ногами, закричать, что он их в порошок сотрёт да по дорогам раскатает, как-то призадумался.
– Папаааа! – заныла Стефания. – Нуууу, папочкааааа!
– Эээээ, Стеша, ты там потише всё-таки. Это серьёзные люди с большими деньгами. Нет, у меня не меньше, но… Короче, с ними надо вести себя аккуратнее.
Стефания была разочарована. Нет, вовсе не так виделась ей её карьера. Она-то была уверена, что отец практически всесилен. Цыкнет на наглецов, и все будут относиться к ней уважительно, признавая её профессионализм. А тут… Ну, позволил он ей уволить всех подчинённых и нанять новых, и что? Если нанять новых, то им же что-то объяснить надо будет. А тут выяснилось, что существует очень и очень много таких вещей, о которых она и не подозревала, что это реально сложно, что про это целые трактаты написаны. И все эти её подчинённые про них знают, цитируют друг другу, спорят, и ей самой приходится делать вид, что она понимает, о чём речь. Да, словно мало этого, они через слово вспоминают проклятую Светлану! А ещё… ещё постоянно спрашивают её о чём-то! Она училась в Лондоне, но тут же свои какие-то дурацкие законы! В Великобритании право прецедентное, то есть главное – найти подходящее, уже где-то вынесенное судебное решение, и дело в шляпе, а тут всё наоборот – непрецедентное. То есть плевать на всё, всё, к чему она, Стеша, привыкла. На то, чему её учили!
– Дикари они тут какие-то! – фыркала она, пытаясь разобраться в тонкостях законов и подзаконных актов. И почему её отцу, матери и ей самой не пришло в голову, что если человек собирается работать в России, то логичнее всего будет изучать именно то право, которое и принято здесь? Но ведь так круто было отвечать, что она учится в Лондоне, а не в каком-то задрипанном вузике типа МГУ!
Иван Иванович Брыкин тоже был недоволен. Нет, не Стешей. Он подозревал, что всё это недовольство его дочерью идёт из интриг, направленных на него самого. Ну, подумаешь! Юристы... Девочка у него умненькая, училась отлично, адаптировалась везде быстро. Подумаешь, разобраться… Не боги горшки обжигают. Тем более что начальнику департамента и нет нужды самому что-то делать – подчинённые есть! А раз они плохо работают, так уволить всех, и дело с концом! Новых набрать! Более работоспособных.
Приехал он с претензией к руководству консалтинговой компании, а попал в эпицентр скандала.
Глава 4. Товарно-денежные отношения? Заверните пару штук
– Мы расторгаем договор с вашей компанией. Это невыносимо! Посадили какую-то тупую дуру в кресло начальника, и она рушит всё, что было сделано! – сухо, громко и отчётливо произносил важный тип.
Самое поганое, что Иван Иванович отлично его знал. Мало того, что знал, ещё и понимал, что потеря такого клиента автоматически уменьшит прибыли компании, а значит, и его личные собственные и драгоценные доходы. И раз уж дело дошло до того, что этот тип сам полез разбираться с их компанией, то он завёлся всерьёз!
Иван Иванович только рот открыл, чтобы гневно возразить поганцу, который обозвал его Стефанию тупой дурой… и тут в его воображении возникла картина циферок, означающих остатки на его банковских счетах. И циферки эти начали стремительно уменьшаться. Даже звук померещился. Такой негромкий, но очень отчётливый «фррррр». Иван Иванович понял, что ситуацию надо спасать.
– О! Уважаемый Андрей Борисович! Что случилось? Видимо, какое-то недоразумение? Мы сейчас всё уладим! – он улыбался широкой улыбкой, правда, эта самая улыбка под хмурым взглядом Андрея Борисовича начала как-то ёжиться, сползать с губ, словно плохо приклеенная аппликация на детской поделке.
– Случилось то, что меня перестало устраивать качество услуг этой компании. Не хватало ещё… Получать такие безграмотные документы, от которых мои юристы просто в голос смеялись! Сначала смеялись, решив, что просто какая-то безграмотная особь случайно к работе прорвалась, а потом запечалились, когда выяснили, что эта особь – новая начальница юридического департамента. Что вы собираетесь улаживать? Вернуть прежнего начальника? Так он, как мне тут объясняют, ушёл на пенсию. И зачем я должен платить огромные деньги вашей компании, если тут не могут найти нормальных юристов?
– Это…это… просто недоразумение! – заторопился один из членов совета директоров. – Вы проходите в переговорную. Это случайность. У нас есть отличные юристы. Вы же знаете!
– Я это знал… Но сейчас уже что-то в этом не уверен.
После ухода разгневанного клиента Ивану Ивановичу скандалить и предъявлять претензии расхотелось.
– Иван Иванович… Мы всё понимаем, но надо признать, что последнее назначение было… гммм, ну не самым удачным, – откашлявшись, высказался один из директоров.
– Да это всё ваша Светлана! Она же ушла, это… дела толком не передала! – завёлся господин Брыкин.
– Она и не должна была уходить. Мы планировали назначить её на должность руководителя юридического департамента, – не выдержал его собеседник.
– То есть вы хотите сказать, что моя дочь не справляется? – гневно глянул на наглеца Иван Иванович.
Брыкин заработал деньги, много денег, при весьма и весьма удачном стечении обстоятельств в конце девяностых, выгодно вложил их, купил доходную недвижимость и получал отличные средства от всех своих вложений и аренды. Создал фирму для управления собственностью, но ни раньше, ни тем более сейчас активно бизнесом не занимался. Денег хватало, а свободная ниша как-то не находилась. Пробовал, конечно, но, потеряв на этих попытках некую сумму, счёл, что ему это просто невыгодно. Правда, сам себя считал корифеем бизнеса и успешно убеждал в этом свою семью, ближайших родственников и знакомых. А тут… Ему возражают? И кто? Наёмники из его же компании? Он, правда, упустил из виду, что ему не принадлежат все сто процентов акций, и даже контрольного пакета у него нет!
– Да, именно! В точку! – продолжал нарываться на грубость директор.
– Да она в Лондоне училась! – этот козырь в глазах Брыкина был решающим!
– Стефания Ивановна, насколько я понимаю, изучала английское право… – снисходительно хмыкнул наглец. – Возможно, было бы разумнее, чтобы она и работала там, где оно употребимо?
– Да кто ты такой, чтобы мне тут указывать? А? Да я тя счас уволю и всё!
– Не выйдет! Уволить меня можно только по решению собственников, владеющих определённым количеством акций компании – так в уставе компании прописано! Вы таким количеством акций не владеете, союзников тоже не найдёте! Вы что, думаете, это единственный клиент, который отказался от наших услуг? Ах, если бы!
– А что… Ещё есть? – Иван Иванович оскорбления не спускал никому, но решил заняться подлецом чуть позже, так как в руках вышеозначенного подлеца оказался некий список.
– А как же! Такими темпами мы просто по миру пойдём! – директор вручил Брыкину два листа с перечнем названий компаний, пожелавших расторгнуть договоры на обслуживание с уважаемой консалтинговой фирмой. – А рядом с названием клиента сумма, которую они нам в год выплачивали. А! Погодите! Сейчас Андрея Борисовича впишу! Он-то туда ещё не включён. А ещё к итогу приплюсую, сколько его холдинг платил…
– И это не конец! – простонал от двери один из руководителей компании. – Ещё несколько позвонили…
– Иван Иванович, мы не можем позволить себе терпеть такие убытки! Стефания Ивановна абсолютно не соответствует занимаемой должности.
– Да она просто ещё не вошла в курс дела! – огрызнулся Брыкин.
– Нет, она не просто вошла, она фактически выломала туда дверь и своими дейстивиями почти угробила департамент, – не выдержал директор. – У нас восемь человек уже уволились, не считая Светланы Владимировны. Ещё пятеро сегодня подали заявление на увольнение. Все ведущие специалисты!
– Так увольте их и наймите новых! – вспылил Брыкин. – Кто вам мешает? Свистните, и таких спецов прибудет очередь! – ему всегда казалось, что сотрудники – это дело наживное… Ну, то есть совсем нетрудно их уволить и нанять новых.
– А вы всерьёз думаете, что это так просто? Найти не просто хороших, а замечательных юристов? Да ещё за посильную для компании зарплату? Да за них драка идёт! Я не удивлюсь, если ту же Светлану Владимировну уже кто-то перехватил!
– Конкуренты? – встревожился Иван Иванович.
На него так посмотрели… так… словно он был непрошибаемо тупым бараном, который пытался писать докторскую диссертацию, неловко держа в копытце шариковую ручку и перемножая два на два.
– Вы что? С луны свалились? Сейчас хедхантингом многие промышляют.
– Чем? – растерялся Брыкин.
– Охота за профи, – устало вздохнул его собеседник. – Переманивают спецов только так. Я знаю, что к Светлане несколько раз приходили очень вкусные предложения, но она оставалась с нами, и только благодаря вашим усилиям мы её потеряли.
– Так верните! Ну, посулите больше! – Иван Иванович Брыкин принадлежал к людям, которые терпеть не могут упускать что-то такое, которое нужно не только ему. Как только он узнал про то, что эту самую Светлану пытались переманить, он тут же возмутился: как могло случиться так, что её отпустили? – Почему вы не удержали-то? А?
– Да вот… Стефания Ивановна визировала заявление на увольнение, а Артур Викторович, – взмах руки директора точно нашёл виновника происходящего коллапса, – подписал его!
– Аааартуур! – господин Брыкин гневно смотрел на своего протеже, а тот только поёживался, в уме репетируя жалобы на жизнь и людскую неблагодарность. – Срочно звони этой… как её там… и проси вернуться. Уговаривай, как хочешь!
– А на какую должность-то? – нервно уточнил Артур Викторович. – Ну, на её месте вы же сами велели… Там же Стефания Ивановна…
– С ней я сам разберусь! Срочно возвращайте эту! Как её…
– Да если ещё не поздно! – в сердцах сказал директор. – Мы ей звоним постоянно – она трубку не берёт. Пару раз проконсультировала девочек, но, судя по всему, это просто по старой памяти.
– Аааартууур! – рыкнул Брыкин, словно этот самый крупный деятель был его личным секретарём. – Езжай к ней домой! Уговаривай, делай что хочешь!
Он гневно фыркал, набирая номер собственной дочери.
– Стешка! Немедленно иди сюда! Куда сюда? В эту, как её… переговорную!
Стефания не ожидала такого внимания к её особе – в переговорной было много людей. Мало того, что всё руководство компании, так ещё и её собственный отец. Он взял её за локоть и вывел в небольшой кабинет рядом.
– Пааа? Что-то случилось?
– Что-то случилось… Как это миииило! – передразнил её раздражённый до крайности Брыкин. – Ты завалила департамент! Просто обрушила!
– Да кто тебе сказал такие глупости! Я работаю, всё нормально! – Стеша отлично помнила лекцию по уверенности в себе. «Даже если вы понятия не имеете, что за работу вы должны выполнить, в этом признаваться нельзя. Верьте в себя! Уверенно кивните, смотрите на собеседника прямо. Ни в коем случае не отводите взгляд в сторону! Руки должны быть расслаблены. Не сплетайте пальцы и не сжимайте кулаки, этим вы покажете свою нервозность. Главное – выглядеть человеком, полностью уверенным в себе!»
Правда, на этой лекции кто-то задал вопрос, а разумно ли это? Ну, вот выглядеть уверенно – это можно, но что делать, когда НАДО ВЫПОЛНЯТЬ РАБОТУ, а ты и понятия не имеешь, что именно должен предпринять?
Преподаватель снисходительно рассмеялся и ответил, что, мол, любые детали можно уточнить по ходу дела. Это совсем не страшно! Главное – уверенно согласиться!
Стеша это запомнила отлично, взяла на вооружение и всегда использовала этот метод. Её уверенность и сейчас не подкачала! Только вот на отца это не произвело ни малейшего впечатления.
– Нормально?
– Да! Даже отлично! – Стеша прибавила убеждённости и задрала повыше подбородок.
– Отлиииичноооо?! – Иван Иванович только за голову взялся. – А откуда же тогда список клиентов, которые сматываются из-за твоих дел? А? Список на двух листах мелким шрифтом! Суммы убытков колоссальные!
– Да что они понимают, эти клиенты… – начала было Стеша и только глазами захлопала. Даже когда она разбила новёхонькую дорогущую машинку, папа так не сердился…
– Идиотка! Они нам деньги приносят! Ты думаешь, откуда это всё? – он махнул рукой на модные тряпки, которые были на Стеше. – Это именно от клиентов, которые типа ничего не понимают! Как я такую дуру-то вырастил? А? Да ещё в собственную компанию приволок?
– Ты что… Ты что? Хочешь, чтобы я увооолилась и вместо меня вернулась эта самая Светка? – Cтеша отлично знала, что против её слёз отец не устоит. Поэтому как по команде глаза увлажнились, она шмыгнула носом и…
– Да! Точно! Именно это я и хочу! Это если её ещё не перехватили конкуренты! И нечего рыдать! Это мне впору взвыть! – рявкнул нежный и любящий отец. – Пиши заявление об увольнении!
***
Светлана шла гулять с собаками. Она теперь подолгу гуляла в парке, удивляясь, как много вокруг не видела.
– Надо же… А там-то как красиво! – она высмотрела узенькую аллейку и вышагивала по ней, словно оказавшись в сказочном лесу. – Надо же, как приятно гулять, когда никуда не бежишь, когда никто тебя не выворачивает наизнанку, требуя невозможного, не торопит за пару часов сделать то, что надо бы делать неделю. – Странно как… Хожу, гуляю…
– Ага, только звонилка хрюкает всё время! – хмуро фыркнула Кася, неодобрительно покосившись на Светин рюкзачок. – Чего им всем от моей хозяйки надо?
– А может, её всё-таки того… Хррям, и всё! – Блэк любил решения простые и незамысловатые. Чего проще-то? Кусь звонилку, и никто не будет хрюкать!
– Хрррям! – передразнила его Кася. – А ну как Ваня позвонит? Или Алёна? Да и вообще, портить звонилки – дурной тон!
– Точно? – Блэк с сомнением уставился на рюкзачок. – А ведь жаль…
