– Это меня и настораживает. Вы выглядите раздраженной и что-то мне подсказывает, что виновником вашего плохого настроения являюсь я.
– Какое самомнение, – сжав ладони, чтобы не выпустить когти, я смотрела на безразличное лицо мужчины. И понимала, что он прав. Как бы я не делала вид, что все не так, именно он меня и нервировал сейчас.
– Скорее жизненный опыт, – Рю пожал плечами и вернулся к прерванному занятию, будто меня тут и не было вовсе.
И этот вариант совершенно не устраивал.
– Вы можете сказать, что или кто повредил защиту?
– Нет. Следов не осталось. Только прорехи в «Заборе». Да я и не специалист по следам. Для этого есть иные умельцы.
– Почему я вас не знаю? – вопрос вырвался сам собой. Судя по тем иероглифам, что вспыхивали в воздухе, екай был довольно силен. А я была знакома со всеми, кто имел хоть малое значение в нашем сообществе.
Я знала, пусть не по именам, всех от Немуро до Кагосимы.
– Наверное потому, что и я вас не знаю, – Рю хмыкнул. Это показалось ему смешным?
– Какая оплошность, – мне начинало сводить зубы. Екаям полагалось кланяться и говорить с почтением в моем присутствии, а не так, небрежно и снисходительно.
– Как уж есть, – и снова этот тон. Рю даже не делал попытки исправить ситуацию.
– Вам не кажется… – я не успела закончить полную возмущения фразу, как глаз поймал движение за вспыхнувшей частью ограждения.
Тело тут же напряглось и краем глаза я заметила, что и Рю словно бы сильнее выпрямился. Замерев, мужчина вглядывался в темноту, явно обратив внимание на то же, что привлекло мой интерес. Если бы он не успел закончить часть ограды, существо, что темной тенью топталось с той стороны, может и сумело бы проникнуть на территорию храма.
– Шли бы вы во внутрь. Нечего вам здесь делать сейчас, – перехватывая покрепче кисть и вынимая из кармана какие-то листочки, мрачно посоветовал Рю, не оборачиваясь.
– Сами идите в храм.
Прозвучало грубо, но я чувствовала, что события этой ночи могут помочь мне в расследовании.
Движением руки проверив амулеты на поясе, я быстрым шагом прошла мимо мужчины, и не чувствуя сопротивления, перешагнула невидимую ограду. Прямо к темной тени с той стороны.
– Куда?!
Рядом, почти коснувшись меня, мелькнул рукав белого кимоно, но я ожидала этого, потому плавно отодвинулась, не позволяя Рю поймать себя за плечо.
– Немедленно вернитесь. Это может быть опасно.
– Не ваше дело, – тень отскочила от меня, зашипела, и стремительно скользнула мимо, вниз по склону горы. Но я и не ее искала. Меня интересовало другое. То, что заставило мелкого духа так испугаться и спуститься с вершины.
Позволив глазам измениться, чтобы не переломать себе ноги в темноте, я двинулась вверх, лавируя между деревьями.
– Глупая девчонка, вернись! – голос звучал немного приглушенно, словно я отошла уже на десяток метров.
– Угу, уже бегу, – не оборачиваясь, чтобы не потерять легкий след, я шла все быстрее. Впереди, там, где деревья сходились плотнее, что-то происходило. В нос скользнул кислотный противный запах. Пока слабый, но чем-то очень похожий на тот, что я ощущала у подземного озера.
За спиной послышались быстрые легкие шаги и тихая ругань сквозь зубы. Я не ожидала, что Рю бросится за мной и сейчас это ощущалось помехой. А ну как он испугает или прогонит того, кого я намеревалась поймать? А если он пострадает, так это не моя вина. Большой уже, должен думать, куда и зачем лезет.
– А ну стой, неугомонная! Это не место и не время для прогулок.
– Без тебя знаю, – не думая замедлять шаг, и не оборачиваясь, отвечала я себе под нос, игнорируя требования мужчины. По ощущениям, я забралась уже довольно высоко, да и запах становился все сильнее, подсказывая, что я не ошиблась.
Деревья разошлись как-то внезапно. Я не помнила, чтобы на Жабьей Горе в этом месте был такой плоский и открытый участок. В центре поляны, прямо на земле, что-то густо булькало, выбрасывая эти противне и едкие облака дыма.
– Куда ты лезешь, – рука легла на лечо неожиданно. Рю не должен был меня догнать так быстро, и я вздрогнула всем телом, не почувствовал его приближение.
Лицо злое, глаза сверкают сиреневым. Даже волосы, кажется, развивались за его спиной.
– Совсем глупая или такая смелая.
– Это не твое дело, – выдернув плечо из некрепкого захвата, злясь от того, что мне мешают заниматься делом, я свирепо глянула на мужчину. – Там забор не доделан, между прочим.
– И чья это вина?
– Ну, уж явно не моя.
Я хотела сказать еще много чего, но почувствовала всем телом, каждой его клеточкой, как что-то темное, большое и злое по самой своей сути, поднимает из земли.
– Мононоке? – уверенности не было. Аура той мерзости, что собиралась из темной жижи ощущалась именно так, но было что-то еще, лишнее, нарушающее привычную суть вещей.
– Похоже на то, но…– Рю стоял рядом и я чувствовала его присутствие в холодном смрадном воздухе словно поток чистого, теплого летнего ветра. Почему-то это обнадеживало. Может все дело было в его настроении. Спокойствие и уверенность.– Нам лучше вернуться. Еще раз. Это не самое подходящее место для прогулок.
– И оставить эту тварь, кем бы она ни была? Ну уж нет. А ну как оно спустится с горы? Силы храма не хватит. У него слишком мало прихожан, хотя голоса все еще звучат в воздухе.
– Жабья Гора сильнее, чем кажется.
– Отшельник не станет вмешиваться. Это не его дело, – я отмахнулась от слов мужчины, точно зная, что обитатель Жабьего Болота не выйдет из своей хижины, пока не прижмет. Не для того он удалился от мира, чтобы его беспокоила внешняя суета.
– Вы знакомы со стариком?
– Я знаю всех, от Немуро до Кагосимы, – повторила я вслух свою прежнюю мысль и повела рукой в воздухе. Пальцы сжались на теплой невидимой рукояти. Я чувствовала тяжесть и нетерпение своей катаны. И возбуждение где-то внутри, за ребрами. Чтобы меня остановить сейчас требовалось много больше, чем слова постороннего мужчины
– Всех, кроме меня, – невесело хмыкнул Рю. Но я уже не слушала. Темная масса поднялась, обретая контуры. Демон был похоже на великана, нескладного, покрытого вязкой жижей, но драконий взгляд видел пульсирующее в центре красное сердце. А значит, его не трудно отправить в тот мир, из которого он вылез.
– Так совпало, – не отводя глаз от цели, бросила я в ответ и кинулась вперед.
– Куда?!
Ноги в кросовках легко касались земли, за спиной поддерживал, подталкивал ветер. Когда до демона оставалось всего с десяток шагов, когда едкий запах стал почти невыносим, я оттолкнулась от земли обеими ногами и взвилась в воздух, одновременно вытягивая свою катану из невидимых ножен. Я зависла в воздухе, метрах в трех над поверхностью, и резко опустила руки. Ветер взвыл, оглушая. Рассекающий порыв понесся вниз от кончика меча, зацепив мононоке. Тварь дернулась, из плеча вверх брызнул фонтан темной жидкости, не имеющей ничего общего с кровью, глаза заслезились от вони и я рухнула на землю, упираясь коленом.
Демон взвыл громче, оборачиваясь ко мне. С того места, где должна была быть голова, на меня смотрели безумные красные глаза. Жижа в рассеченном месте захлюпала и затянула рану. И все же я видела легкое свечение. Удар не прошел бесследно.
Мононоке зарычал, и, оторвав от земли непропорционально длинные руки, замахнулся. С конечностей на землю капала все та же жижа.
Удобнее перехватив катану, чувствуя, как за спиной усиливается ветер, мой союзник, я оскалилась. Это будет весело.
**
Демон из едкой грязи замахнулся снова, но я была готова. Оттолкнувшись от земли, чувствуя, как горят почему-то пятки, я собрала ветер за спиной, готовясь нанести еще один удар. Катана светилась холодным белым сиянием, разгоняя темноту ночи, звенели подвески на поясе.
Мимо, ослепляя золотом, пронеслись два листочка. Они летели прямо в чудовище, сбивая мой удар. Я попала, но не так, как планировала. Удар прошел по касательной, почти не задев демона.
– Ах ты! – Я выругалась, все еще паря над землей. И пропустила удар. Рука, что была куда длиннее обычной, дотянулась до меня, сбивая, опрокидывая на землю.
Я пропахала носом несколько метров и вдруг оглохла от звука лопающегося пузыря. Сфера! Пусть самая слабая из тех, что имелись у меня, не выдержала, рассыпавшись вокруг снопом затухающих искр.
Она не должна была, не могла сработать от такого слабого удара, но видно в силе демона было что-то еще. Испуганная, удивленная, я принялась шарить по поясу, пытаясь отыскать подвесу своих стражей. Но ее не было!
– Гадство и противство, – коверкая на детский манер слова, которыми когда-то жаловалась маме, я стремительно поднялась на ноги. Стража найдет меня, если подвеска потерялась, но теперь не сразу. А если лопнула сфера…
Шутки и веселье закончились. Собрав вокруг себя облаком силу, я напрягла тело, призывая Ночную Сущность, готовясь к обороту. Мимо снова пронесся листок бумаги с начертанным иероглифом. Он ударил в грудь демону, заставив того зарычать и отступить на шаг. А я все ждала оборот. Только он не начинался. По телу проходили волны зуда, но ничего больше не происходило. Только ноги жгло все сильнее.
Опустив взгляд я с ужасом осознала, что почти по колено изгваздалась в красно-коричневой дурно пахнущей жиже. Она и не позволяла мне перекинуться. Не сталкиваясь с подобным, я подняла меч перед собой, закрываясь от возможного удара.
– Уходи! Тебе не справиться с этим!
Голос резанул по ушам ударом. Было бы разумно послушать, но… не после того, как с такой легкостью демон разбил мою первую сферу. Дракон я или так, погулять вышла?!
Рассердившись, бросив попытки перекинуться полностью, я запустила волну по телу, вызывая чешую, собирая ее, словно доспех на коже. Удлинились когти, мешая держать оружие, и я одним движением сменила рукоять. Она стала толще, объемнее. Как и само лезвие. Клинок удлинился, становясь похожим на арабский ятаган, сильнее искривляясь. Сияя в темноте.
– Ну иди сюда.
Я больше на пыталась прыгать, ноги слушались иначе, тяжелее, но это не делало меня медленнее. Просто меняло манеру боя.
Пригибаясь к земле, вильнув под занесенной рукой, я скользнула за спину демона. Краем взгляда отметив, что Рю теперь сияет, словно какой-то святой, золотом, не останавливаясь, ударила по ногам, подсекая мононоке.
– Куда?! – голос мужчины отвлекал, рассеивал внимание. Но удар вышел хорошим. Хлестким и сильным.
Демон упал на колени, громко взревев. И вдруг повернулся. Только верхней частью грязевого тела, словно у него не было привычного позвоночника. И тут же ударил туда, где всего мгновение назад стояла я. Слишком быстро для такой неповоротливой туши.
Сделав рывок, я снова обошла противника по кругу, ускользая из-под его зрения. Нужно было обернуться. Или вызвать стражу. Но как я не старалась, ничего не выходило. Что это за жижа, такая, которая блокирует Ночной Облик?!
Я только установилась на ногах, пошире их расставив для опоры, только приготовилась к рывку, зная, куда нужно ударить. Только оттолкнулась от земли, как что-то горячее обвило мою лодыжку и резко дернуло назад.
– Куда! Не было мне печали, взбалмошную девку из-под огня вытаскивать, – громко перекрывая вой зверя разнеслось над поляной, когда меня, протащив по воздуху, бросило прямо в мужские объятия. Удивленная, почти шокированная такой наглостью, я дернулась, стараясь выскочить из захвата. Но Рю, несмотря на тощий вид, держал крепко.
– Пусти! Я не просила мне мешать! – не отводя взгляда от противника, который медленно поднимался на ноги, почти закричала.
– Я не знаю, кто ты и из какого рода, но не желаю отчитываться перед твоими старшими.
– Вот и не лезь! – Место и время для выяснения отношений были самыми неподходящими, но Рю умудрялся держать меня одной рукой, крепко прижимая к себе и полностью, игнорируя попытки освободиться. Мимо пронесся еще один сверкающий золотом листок. Словно я ему вовсе и не мешала колдовать.
– Все ноги в этой отраве. Не хватало без них остаться. Хватит брыкаться! – Меня тряхнули с такой силой, что клацнули зубы. – Я слышал, как лопнула защитная сфера. Не пущу!
Последние бумажки не касались тела демона, а падали на землю, создавая какой-то круг. Когда последняя метнулась и упала в грязь, над поляной вспыхнул золотой купол. Точнее клетка. Мононоке взвыл, стоило ему коснуться одного из золотых прутьев. И отскочил. Тут же налетев спиной на такой же позади.
– Это удержит его на какое-то время. Не на долго. Так что нам самое время уходить.
– Там мои амулеты, – я почти перестала дергаться, понимая, что теперь, когда вокруг демона стояла защитная сеть, мне до него не добраться, если не потратить большую часть силы. Защитная, благословенная магия, которой по какой-то нелепой случайности владел этот мужчина, была весьма и весьма сильной.
– Успокоилась? – Рю чуть ослабил хватку, чувствуя, что я больше не пытаюсь вырываться. – Пойдешь миром?
– Дыа, – я выдохнула сквозь зубы, чувствуя обиду и неудовлетворение. Словно меня поманили десертом, а потом вырвали его прямо из рук. Только выбора не было. Лакомство спрятали за замком.
Над головой раздался выдох облегчения. Не задавая больше вопросов не выпуская меня из рук, Рю развернулся и быстрым шагом направился прочь, в сторону храма.
– Я могу и сама, – поджав ноги, чтобы не цепляться за кусты, напомнила о способности переставлять ноги, которой вполне неплохо владела с года.
– Ноги все в этой грязи. Кто знает, как она на тебя в итоге подействует. Лучше сперва все смыть.
**
Рю двигался так стремительно, что я даже прикрыла глаза, прижатая, словно какой-то рулон ткани, к его боку. Мужчина так и не потрудился взять меня, как полагается, на руки. Может, так было ему удобнее, а может просто не хотел тратить время, но от мелькания кустов начала кружиться голова. Это оказалось совсем не тем же самым, что бежать своими ногами.
– Я справлюсь сама, – предприняла я еще одну попытку избавиться от некомфортной близости, но как и в прошлый раз, Рю только фыркнул.
– Я уже все сказал. Дома будешь капризничать.
– И вовсе я не капризничаю! – ощущать себя избалованной девчонкой было внове. Я – дракон! И наследница рода. То, что я не смогла перекинуться в Ночной Облик там, на поляне – чистой воды недоразумение. И если бы кто-то не мешал… Я бы вполне справилась с мононоке!
– Я так и понял. Столь самонадеянно броситься на демона, не подготовившись, не проверив ничего… Как это еще можно назвать, кроме как безрассудство?
– Если бы кто-то мне не помешал…
– То ты бы осталась без ног!
Меня натурально отчитывали, не желая слушать никаких доводов.
Впереди из темноты появились огни храма. Чем ближе мы подходили, тем ярче сверкала защита вокруг святого места, вспыхивая искрами. С этой стороны, как темные тени, у ограды клубились темные очертания духов, пытающихся укрыться за оградой.
– Никогда такого не видел, – остановившись на мгновение в десятке шагов у границы защитного контура, протянул Рю. Мужчина сделала всего пару шагов, его тело окутывало довольно яркое сияние, от которого духи бросились врассыпную, освобождая проход. – Что-то не то творится в этих горах.
– А ты не дал мне разобраться с демоном, – немного успокоившись, чувствуя, как подпекают ноги, уколола я.
– Я видел, как ты разбираешься. К тому же, я не уверен, что мононоке – причина происходящего. Все выглядело скорее, как результат. Словно кто-то разбудит злую сущность…
– Подняв ее из глубоких слоев земли, – соединяя воедино ситуацию с горячими источниками и произошедшим сегодня, подсказала я.
– Именно. Думаю, к утру мононоке уйдет в укрытие, тогда можно будет исследовать, что же там такое.
И найти мои подвески. Я зажмурилась, представив, как моя стража, под руководством Харуко, носится по поляне, пытаясь отыскать мои следы. Думаю, им потребуется около получаса, чтобы добраться туда с подножия храмовой лестницы. И тогда мононоке не поздоровится. Жаль, что я так необдуманно оставила дома телефон. Иначе можно было предупредить цветочную деву…
– Позови настоятеля. И найди какую-нибудь обувь для этой взбалмошной… – Рю, минуя здание храма, обратился к местному духу, все так же удерживая меня одной рукой. Послышалось журчание ручья, и мужчина остановился только у источника, по краю которого был уложен бортик из крупных камней.
Меня усадили на это ограждение, и тут же, не снимая обуви, плеснули на ноги шайку воды. Холодная, она тут же забурлила, зашипела, отзываясь искрами, смывая с безвозвратно испорченных кроссовок слой грязи.
– Вот же зараза,– пробормотал Рю, зачерпнув еще воды. – Откуда только взялась.
Выплеснув еще один ковшик мне на ноги, мужчина вдруг опустился на колени прямо передо мной, принявшись стаскивать кроссовки. Это так противоречило его недовольству, что я невольно дернула ногой, стараясь избавиться от чужой помощи.
– Я сама могу, – в который раз, как заклинание, повторила.
– Я уже это слышал. Сиди и не дергайся, самостоятельная ты наша, – и все это с таким спокойствием, что мне захотелось чем-то стукнуть по этой склоненной белой голове.
– Это просто неприлично, – прошипела я сквозь зубы, когда кроссовок полетел в сторону и Рю принялся стаскивать с ноги мокрый, весь в прорехах, носок.
– Ну да. Это меня, конечно, остановит. Совсем закостенели в своих правилах. Уж прости, я не привык смотреть, как кто-то самоубивается из-за чистого упрямства или гордыни, – Мужчина поднял голову, и на меня с гневом уставились сиреневые глаза. Лицо спокойное, словно маска, а внутри будто все пылает.
– Мы даже не знакомы, – почему-то мой голос сел. Я была смущена то ли самим поведением екая, то ли этим контрастом эмоций. Но возмущаться больше не получалось.
– Я, как ты помнишь, Рю. Думаю, этого вполне достаточно, – гневное свечение в глазах немного утихло, и мужчина плеснул на мою голую ногу чистой воды, смывая остатки заразы. Ухватив мокрую конечность большой ладонью, он принялся осматривать ее со всех сторон. Даже в полумраке были заметны красные пятна на белой коже. Но язв, к счастью, не было. – Не так и плохо. Думал, уже все поразъедало.
– Я не такая беспомощная, как ты подумал.
– Я не говорил, что ты беспомощна. Я сказал, что ты безрассудна. И от своих слов не отказываюсь,– Принявшись за вторую ногу, спокойно напомнил Рю.
Смущение и растерянность немного отступили, и я смогла собрать мысли во что-то конкретное.
– Почему ты светишься, как один из монахов? Ты отшельник? – других мыслей у меня не было. Это могло и объяснить, почему мы не знакомы. Екай такой силы определено должен был участвовать в фестивалях, присутствовать на Обоне. И знать, кто я такая.
Рю усмехнулся, и снова посмотрел мне в глаза.
– Не совсем отшельник, конечно, но что-то близкое. Я несколько лет обучался у мастера в Горхи-Тэрэлж.
– Горхи-Тэрэлж? Это где? – я перебирала в голове все известные названия, но не могла определить место.
– Монголия. Тамошние шаманы весьма сильны в некоторых отраслях.
– Таких, как создание защитного контура. Я не видела раньше клетки, похожей на ту, что ты создал вокруг мононоке.
– Потому что здесь такие не используют, – Рю закончил осматривать мою вторую ногу, но не торопился вставать, глядя на меня снизу вверх. – Ты так и не сказала, как зовут тебя.
Я открыла рот, сама не зная, какое имя назвать. Почему-то его обвинения в безрассудстве никак не подходили к моему настоящему имени и титулу. Хотелось соврать или назвать одно из тех имен, которыми меня величали дома. Но я не успела. От храма довольно быстро приближался настоятель. Четки в его руках светились.
– Принцесса, Акане-сама, вы в порядке? Дух сказал, что вы пострадали…
Я скривилась, глядя на Рю. В темноте сиреневые глаза блеснули.
Глава 6
– Значит, драконова принцесса. О таком я бы и не подумал, – медленно, отстраненно произнес Рю, поднимаясь и возвышаясь надо мной, словно скала.
Несколько мгновений висела напряженная тишина, а затем лицо Рю исказилось злобой:
– Почему ты не перекинулась?! В Ночном Облике ты бы справилась с этим мононоке одним взмахом лапы!
– Потому, что я не смогла, – говорить это вслух было трудно. Словно я на самом деле была взбалмошной и неразумной девчонкой, как меня окрестил до этого мужчина. Я оправдывалась будто стояла перед своими старшими, а не перед незнакомцем. – Эта жижа… она словно блокирует оборот.
– Ты не смогла дотянуться до своей сущности? – Уже немного спокойнее спросил Рю, сложив руки на груди.
– Я до нее оттянулась. Но она была словно в клетке.
– Как при печати?
– Да. Словно на ногах у меня оковы.
– Давно такого не слышал. Как сейчас? – и снова ощущение, будто на допросе.
Я прикрыла глаза, прислушиваясь к себе. Ноги немного закололо, и по плечам теплой волной пошла чешуя, согревая и успокаивая. На спине, не портя одежду, поднялся гребень.
– Вот теперь вижу. И правда, драконова принцесса,– Рю расцепил руки и склонил голову, с почтением, которого от него я не ожидала, после всего произошедшего.– Прошу простить меня за неуважение, Акане-сама.
Я не нашла, что ответить. Привычное обращение вызывало горечь во рту. Словно у меня отобрали что-то важное. Легкость и непредвзятость общения значила больше? Сперва меня это так сердило и нервировало, а теперь получалось вот так, совсем иначе…
– Единственное, чего я не понял, так это где ваша стража. Насколько я знаю, принцесса не покидает дворец без сопровождения. Если бы они выполняли свои обязанности как полагается, может, эта ночь прошла бы иначе.
– Я оставила их у подножия храмовой лестницы.
– И что? Это разве могло остановить охрану? Защитная сфера лопнула. А стража не явилась, – Рю принялся озираться, и мне стало даже жаль моих дам. Кажется, их ждал нагоняй от этого странного екая, что провел несколько лет в Монгольских степях.
– Я потеряла сигнальные подвески. Точнее, их с меня сбил мононоке. Но вы правы, стража… – я не успела договорить. Гора содрогнулась от громкого, утробного вопля. А затем что-то взорвалось, озарив яркой вспышкой всю вершину.
– А вот и стража, – усмехнулся Рю. – Кажется утром нам удастся рассмотреть только поле боя. Сколько их?
– Трое. Две стражницы и моя придворная дама, цветочная дева.
– Справятся. Они смогут потом вас найти?
– Опредеделенно, – я подняла руку, позволяя ногтям вытянуться, стать длинными, острыми, словно пики, когтями. Конечность окутало золотисто-розовое сияние. Я больше не прятала силу, позволяя своим девочкам почувствовать ее, как свет маяка.
Не прошло и пары минут, как рядом, из вороха лепестков, шагнула Харуко. Растрепанная, злая и оскаленная, она колючим взглядом осмотрела подворье храма и стремительно бросилась ко мне.
– Больше и не надейся на такие выходки. Никуда не отпущу одну теперь. Даже в уборную. Я едва не поседела, когда перестала ощущать подвески.
– Неувязочка вышла, – я кривовато улыбнулась под недовольным, встревоженным взглядом подруги. – Не думала, что это существо способно блокировать оборот…
Звериный рык вырвавшийся из горла прекрасной девушки, заставили замолчать. В этом звуке было все, что девушка не смела выссказать мне вслух при посторонних, но и этого было достаточно. Сегодня я почему-то была кругом виновата. Совершенно неприятное ощущение.
– А ты кто? – обнаружив новую цель для гнева, грозно вопросила Харуко у Рю.
– Оками. По чистой и очень удачной случайности, оказавшийся рядом с вашей, брошенной на произвол судьбы, госпожой.
– Эй, я сама способна о себе позаботиться! – я сперва выдала возмущенную фразу, а затем только сообразила, что именно сказал Рю.
**
– Значит, мононоке вы покрошили? – не глядя на меня и делая вид, что ничего не услышал, спросил Рю у Харуко.
– Конечно. Мы уж было подумали, что он сумел проглотить наше высочество,— цветочная дева принялась смахивать что-то с рукавов, а из темноты, словно настоящие демоны, вышли мои стражницы. Вместо лиц – оскаленные морды, клыки длиннее подбородка. С катан, словно густой кисель, капает темная, вонючая жижа.
– Мы отыскали ваши подвески, Акане-сама, – одна из девушек, чей голос звучал, словно скрип старых петель, протянула мне на ладони потерянные амулеты.
– Погодите, Акане-сама. Позвольте мне, – настоятель, не давая мне дотронуться до зачарованных предметов, подошел ближе, и забрал их из ладоней стражницы. – На них осталась темная сущность.
Ладони мужчины засветились, и через мгновение сияние перетекло на подвески. Над ними поднялся едкий, дурно пахнущий дым, почти тут же развеянный ветром.
– Вот теперь можете взять.
– Благодарю, – я постаралась улыбнуться. Но вышло не очень правдоподобно. Я все еще не до конца отошла от всего произошедшего. Особенно от того, что не смогла вызвать Ночную Сущность. Такого удара по самолюбию никак нельзя было ожидать.
– Нам пора вернуться. Ваша первая сфера, – Харуко не закончила, только поджала губы, прекрасно понимая, что за это я получу если не выговор, то порицание уж точно. Отец, как глава клана, наверняка уже знал, насколько я проштрафилась.
– Верно. Нам пора. Веселой ночи, – по привычке я обронила, обращаясь к мужчинам, пока Харуко призывала и раскрывала зонт.
– Ну, уж нет, ваше высочество. Веселья нам на сегодня хватило с лихвой. Доброй ночи, принцесса.
Я только скривилась, запрыгивая на купол зонта. Что-то было в этом екае неправильное. Оками. Я не могла вспомнить ни единого волчьего клана, которые бы проживали на нашей территории. Да и все, что я читала, было не в его пользу. Оками. Вспыльчивые, своенравные. Их описывали как бандитов и воров, как предателей и шпионов. И никогда, никогда ни один из них не упоминался, как благословенный, достойный ставить защиту вокруг древних храмов.
Зонт медленно завертелся вокруг своей оси, поднимаясь над огнями храма, над лесом.
– Ты что-то знаешь об Оками?
– Ничего не слышала хорошего. Да и не встречала никогда. Волк в Ямато*. Дожили. Как-то это все дурно пахнет.
– Он спас меня, - напомнила нехотя.
– Я помню. И все равно, дело приобретает какой-то нехороший вид. Этот мононоке… должна сказать, на так просто было его изгнать.
– Не убили?
– Никак нет, – Харуко скривилась, направляя зонт в сторону дома. Край неба с одной стороны уже посветлел, показывая, что провели мы на Жабьей горе куда больше времени, чем казалось. – Как я не старалась, ничего не вышло. Только изгнали сущность в Нижний Мир. Быстро не выберется, но…
– Если он нашел путь, значит, и кто-то иной сумеет. Завеса ослабла.
– И за этим что-то стоит.
– Или кто-то, – мрачно поправила я, стараясь отогнать старые страшные сказки, что вдруг зазвучали в голове.
Впереди, как тепло родных объятий, показались огни дворца. Можно будет выдохнуть. Но я знала, что спокойствие мне больше не грозит. Не тогда, когда все обернулось подобным образом…
**
Первым делом, отправив девочек приводить себя в порядок, я спустилась на нижний уровень дворца. Здесь уже не слышалось суеты ночи, все разошлись по спальням в предрассветный час, но тот, кого я искала, был еще на месте. Как всегда, что-то записывая в своем вездесущем блокноте.
– Доброго утра, ваше высочесто, – секретарь захлопнул блокнот и слегка склонил голову. – Чем могу быть полезен в столь ранний час?
– Что ты знаешь об Оками? – не стала ходить кругами. Вряд ли информация о волке мне действительно была так уж нужна, но сам факт, что я кого-то могла не знать, вызывал беспокойство.
– Оками? – с легкой заминкой, единственным, что выдало его удивление, переспросил секретарь, и задумавшись на мгновение, продолжил. – Волки оборотни. Довольно сильные екаи, но с не самой лучшей репутацией. Во времена Эдо считались значительной силой. Многие из них были самураями. Были и ронины*, но мало. Быстрые, способные гулять при свете, как кицуне, вы или иные сильные двуипостасные екаи. На островах обитало два клана, оба очень сильные, но так как в войне Босин* они выступали на разных сторонах… считается, что никого не осталось. Кланы вырезали под ноль. Я не знаю никого, кто бы выжил. По крайней мере в Ямато.
– Кто-то все же остался, – едва слышно пробормотала я, не решив пока, как к этому отнестись. С одной стороны, Рю вел себя весьма учтиво, да и настоятель храма отзывался о нем с уважением. Но как так могло получиться, что даже во дворце считают, что оками больше не живут на островах.
– Что? – секретарь не расслышал моих слов, но я только отмахнулась. Пока это было не важно.
– Передайте, чтобы подготовили молитву. Одна моя защитная сфера… ночью распалась вдребезги.
Темные глаза за стеклами очков удивленно расширились, но вышколенный помощник не позволил себе излишнего проявления эмоций.
– Как будет угодно. Я позабочусь о том, чтобы к закату все было готово.
– Благодарю.
У меня было немного времени, чтобы поспать и восстановиться. А дальше… как бы улизнуть из дворца без сопровождения? В последние дни даже присутствие Харуко почему-то меня раздражало. Словно я стала беспечнее и невнимательнее рядом со стражей. Та же ситуация с мононоке была очень показательной. Это меня не устраивало. Меня всегда считали рассудительной молодой барышней. И я намеревалась доказать, что так оно и есть. В первую очередь самой себе.
**
Голова, кажется, только коснулась подушки, как прозвенел будильник. Громко возмущенно застонав, я перевернулась на другой бок, но будильник продолжал орать на всю комнату, не давая вернуться к прерванному сну.
– Да встаю уже, – словно технике было дело до моих слов, простонала и села. Черные длинные волосы упали на лицо, загораживая мир вокруг спутанной завесой. Кажется, я даже забыла сменить их вид, когда вернулась, и чары слетели ночью сами. После этого волосы становилось почти невозможно прочесать. Буд-то всего остального мне было мало.
Откинув тяжелую гриву за спину, я принялась шарить рукой по тумбочке, в поисках телефона и неловким движением сбила его на пол. Будильник продолжал орать, отзываясь почему-то неприятным ощущением в зубах. Мне пришлось перегнуться, почти сваливаясь под кровать, высокую на европейский манер, чтобы выключить эту сигнализацию.
– Доброе утро, Акане-сама, – я так и висела вниз головой, в одной руке удерживая телефон, когда двери распахнулись и в комнату вошли кошки.
– Угу. Прогулочное кимоно, – пытаясь восстановиться в нормальном положении, приказала я. Голова была тяжелой, я явно не выспалась, но времени разлеживаться не было. Вот как все решу, так на неделю уеду в горы, в летний домик. Буду там лежать, свернувшись кольцами и греясь на солнце.
Конец ознакомительного фрагмента.
