***
Глория весь день была страшно занята. И всё благодаря вдове Парра. Дело в том, что изготавливать зелья и препараты всегда приходилось в лаборатории. Так положено и так правильно. А готовые заказанные зелья выставлялись на специальную полку в гостиной, чтобы можно было сразу отдать заказчику и не открывать специально лабораторию, которая обычно находилась под магической защитой. Так было принято в семье Глории.
И вот, показывая вдове пальчиком на эти зелья, Глории, вернее Ларисе, пришла в голову светлая мысль: а почему бы не соединить лабораторию с небольшим помещением для продажи зелий. Сделать отдельный вход и перестать уже делать из гостиной проходной двор, чтобы не заходили в дом всякие вдовушки и не предъявляли бы дурацкие требования. Получится настоящая аптечная лавка, где можно будет расставить,развешать и разложить не только заказанные специально зелья, но и сделанные для продажи. Вот в лавку пусть кто угодно ходит, хотя бы и вдовушка, она для этого и существует, зато в доме посторонних уже не будет. Конечно, в лавку придётся нанять продавца или хотя бы помощницу на первое время, но зато у самой Глории будет больше времени на изготовление зелий, препаратов и настоев.
Глорию так захватила эта идея, что она весь следующий день ходила что-то вымеряла и высчитывала, а вечером тётушка услышала её новый план. Веранда, которая примыкала к дому, практически ими не использовалась. Когда-то это просторное и светлое помещение было местом летнего отдыха большой семьи. Но сейчас в Ларги-доне никого не было, и большая часть дома пустовала, как и веранда. Зато стена, которая выходила на веранду, была стеной лаборатории. Здесь можно было сделать дверь на веранду. Ещё одну входную дверь с улицы можно сделать напротив и отделить лавку от жилого дома. Глория так разошлась в своих фантазиях, что даже уже придумала вывеску и подсчитала несуществующих пока покупателей.
Странно, но тётушка особого энтузиазма не проявила, но заметила:
– Я доверяю тебе, Лори. Ты стала совсем взрослой и уже сама планируешь жизнь. Удивительно, тебе всего двадцать с небольшим, а ты ведёшь себя так, как будто прожила уже большую жизнь. Умница ты моя! Но не забывай, дорогая о долге перед родом. Ты должна поскорее выйти замуж и передать дар своей дочери или сыну. Почему бы тебе не присмотреться к Ортеге? Да, они небогаты, но зато вы знаете друг друга с детства, и Ортега будет только счастлив, если ты обратишь на него внимание. Я уже не говорю про сына нашего градоначальника. Это, конечно, птица высокого полёта, но и мы не последние люди в Банго, – и тётушка горделиво вздёрнула подбородок.
Глория от неожиданности даже забыла закрыть рот. Замуж? За Ортегу или сыночка градоначальника? Тётушка в своём уме?! Но поскольку настоящая Глория никогда не позволила бы себе пререкаться с тётей, а Лариса всё же научилась за эти годы сдержанности, то никакого светопреставления не случилось. Глория вздохнула… ещё раз вздохнула и терпеливо спросила:
– То есть, тётя Эли, ты не против отдельной лавки на месте старой веранды?
Тётушка моргнула, весь вид её спрашивал: причём здесь какая-то лавка, ведь она говорила совсем о другом? Но потом её мысли пришли в порядок, и она ответила:
– Конечно, нет, дорогая. Всё это уже полностью в твоей власти. Но подумай всё же над моими словами.
– Непременно, тётя, – пообещала Глория. – Я обязательно познакомлю тебя с моим избранником. В будущем.
Получив одобрение старшей родственницы, Глория целиком окунулась в работу и уже не обращала внимания на то, чем занята тётушка. А зря.
Первая неожиданность случилась уже этим же вечером. Глория как раз прощалась с нанятыми работниками, которых подрядила для переделки веранды в лавку и оговаривала с ними объём работ на завтра, как калитка распахнулась, и к ней чуть не под ноги подплыл огромный букет гербер насыщенного алого цвета. Глория опешила в замешательстве, а из-под букета раздалось:
– Доставка цветов для Глории Монтеро. Заказ выполнен.
Худенькая ручка щёлкнула артефактом и … исчезла. Посыльный мальчишка испарился будто его и не было. Букет повис в воздухе. Глория всё ещё не отмерла, когда один из рабочих аккуратно взял букет и преподнёс ей со словами:
– Ваш заказ, госпожа.
Вслед за этим, рабочие дружно покинули её участок, а Глория осталась с огромным букетом в руках, недоумевая с чего вдруг к ней такое внимание, а, главное, от кого. Она прошла в гостиную, собираясь поставить цветы в подходящую вазу, и встретила тётушку, которая спускалась вниз, ведь подходило время ужина.
– Ах, какая прелесть! – всплеснула руками тётя. – И кто же подарил тебе этот говорящий букет?
«Говорящий?!» – Глория, то есть Лариса, и забыла, что здесь на юге никто не дарил цветы просто так. Они всегда подбирались со смыслом и несли определённую информацию. Глория снова взглянула на букет. Этот, например, говорил о нежных чувствах, уважении и почтении со стороны дарителя. «Ну, хоть не страсть», – с облегчением выдохнула Лори и внимательно оглядела шапки цветов в поисках конверта или записки. Та нашлась быстро, и Лори прочитала её вслух, учитывая несомненный интерес тёти.
Несравненная Глория! Надеюсь, мой букет будет первым, и вы поймёте всю серьёзность моих намерений. Бал Выбора состоится через три месяца, и я льщу себя надеждой, что вы выберите меня. Как славно, что в нашем городе сохранилась эта старинная традиция, и как умно вы поступили, прибегнув к её помощи.
С искренним уважением и расположением, Эрнесто Гарсия, маг и артефактор
«Сын градоначальника…» – машинально продолжила Глория фразу.
– Тётя, ты не знаешь в чём дело?
– Ну, как же, дорогая?! В начале осени всегда проходит традиционный бал выбора. Все свободные юноши и девушки Банго могут прийти на бал в городское собрание и найти свою судьбу. Ты знаешь, что выбор, сделанный в этот день неоспорим никем, даже королём. К сожалению, нынче так редко встречаются мужчины, готовые согласиться с выбором женщины, – вздохнула тётушка. – Но я надеюсь, что твой выбор будет удачен и кандидатов будет немало.
– Тётя! Я не собираюсь замуж! Тем более таким способом, – категорично заявила Глория.
– Поздно, дорогая, – твёрдо ответила обычно покладистая тётушка. – Я устала ждать, когда вы с командором решитесь сделать шаг навстречу и дала объявление в «Банго-новости», что ты объявляешь Выбор.
– Что?!?!?!
И, как вишенка на торте, в этот момент раздался стук в дверь и двое мальчишек-разносчиков внесли в гостиную огромную корзину цветов. У Глории подкосились ноги, и она села прямо там, где стояла, а тётушка победно улыбнулась и вскинула голову. «Что теперь будет?!» – суматошно метались в голове Глории испуганные мысли…
Покасидящая на узкой кушетке Глория собиралась с мыслями и чувствами, тётушка неожиданно проворно подскочила к корзине и выхватила из неё большой конверт, запечатанный гербовой печатью.
–О-о-о! –воскликнула тётя Эли и, не спрашивая разрешения, вскрыла конверт. – О-о! – повторила она своё восклицание, но уже другим тоном. – Дорогая, тебе прислал цветы хозяин порта и предлагает в мужья своего сына!
– Какой ужас! – невольно отреагировала Глория.
Этого Микеля Гомеса, тридцатипятилетнего прожигателя жизни, в Банго знали все и все его дружно презирали, в отличие от его отца, которого также дружно побаивались, но и уважали за хватку и характер.
Пока тётя, а затем и немного пришедшая в себя Глория, расставляли цветы, Марта открывала дверь ещё несколько раз и к вечеру вся гостиная была заставлена роскошными букетами.
– А ты, оказывается, популярная невеста, дорогая, – пошутила тётя и погрозила Глории пальцем. – Не вздумай выкинуть что-нибудьэдакое. Дело сделано, тебе осталось только выбрать. Не ошибись!
– Постараюсь, тётя. Но, может быть, теперь, когда «дело сделано», – повторила она фразу тётушки, – ты мне всё-таки расскажешь подробнее об этой традиции?
Для себя Глория уже решила, что психовать и истерить сейчас нет никакого смысла. Всё, что могло случиться – уже случилось. Теперь надо было минимизировать последствия, а ещё лучше – использовать обстоятельства в свою пользу. Так что теперь мысли в голове Глории носились уже совсем с другим наполнением: выбор?! Отлично! Проведём его на высшем уровне! Единственная осторожная мыслишка спряталась глубоко внутри и оттуда время от времени посылала сигнал: а ты уверена, что мужчина, которого ты выберешь, согласится с твоим выбором? В этом Лори уверена не была. Нет, как любая женщина, она чувствовала, когда нравится мужчине. Но сейчас Глории этого было мало. Ей хотелось не чувствовать и предполагать, а совершенно точно знать нравится ли она своему мужчине, поэтому она приготовилась выведать у тётушки все особенности этого чёртова выбора, чтобы не упустить свой шанс. А то вдова ведь тоже не отступит…
– Ничего особенного тебе делать не придётся, – между тем начала рассуждать тётушка. – Если только пошить новое платье и купить новые туфельки. Всё происходит на балу выбора. По традиции первый танец на нём и есть выбор. Приглашают на этот танец всегда девушки, женщины и в прежние времена мужчины не могли отказать им. Кого выбрала дама на этот танец, с тем и уходит домой. Но уже лет триста, как король разрешил мужчинам отказываться. Если дама совсем не устраивает кавалера, он может отказать в танце, а, значит, и в браке с ней. Но если его всё устраивает, то – да – танец и брак состоятся. Правда, последний такой случай произошёл лет сто назад.
– Я уже раза три была на этих традиционных осенних балах и ничего такого не припомню, – с сомнением пробормотала Глория.
– Ну, как же, дорогая?! Ты всё время ворчишь на первый медленный менуэт. Так это он и есть! Просто сейчас его танцуют, как обычный танец, без определённого смысла. Но если о выборе объявить, то будь уверена: в круг выйдут только те, кто этот выбор будет делать.
– Постой, постой! – воскликнула Глория. – Получается, что теперь любая дама может воспользоваться моим, то есть твоим, объявлением и тоже сделать выбор, но не объявляя об этом?
– В общем-то, да, – замялась тётушка. – Но, видишь ли, времена всё-таки изменились и сейчас не принято делать неожиданные предложения. Так что, если даже кто-то решается на выбор, то вторая сторона обычно об этом знает и готова его принять.
– Так-так-так…, – Лори забарабанила пальцами по подлокотнику кресла. – А если, допустим, кто-то пригласит моего мужчину раньше?
– Он может отказать, не забывай, – покачала головой тётя.
– А, если мы подойдём одновременно? – не унималась Лори, пытаясь заранее выявить все подводные камни.
– Тогда, это будет его выбор, – пожала плечами тётя, мол, что же здесь непонятного.
Обе замолчали, оценивая ситуацию. Тётушка Эли, которая, честно говоря, побаивалась Лориного гнева, теперь почти успокоилась. Племянница не бунтовала, не кричала, не плакала и почти смирилась. Из этого Элена сделала вывод, что Глория уже определилась с выбором, и это объявление было правильным шагом.
Глория же думала, что среди всех букетов, доставленных сегодня посыльными, не было букета от командора. Причин этому могло быть много, но сердце девушки было не на месте: а вдруг… А, вдруг, он вообще не придёт?! А вдруг ему не нужен этот выбор?! Не-е-ет! До бала ещё целых три месяца и не в характере Глории быть всё это время в неведении! Она обязательно придумает, как всё решить ещё до этого чёртова бала!
«Стоп!» – остановила себя Глория. Она всё-таки попалась на их удочку! Она всё-таки намеревается ВЫБИРАТЬ мужчину! Бред! Она же всегда считала, что это делают мужчины, а женщины соглашаются или нет! Или… нет? И женщина тоже выбирает? Выбирает сама… «Чёрт! Запуталась совсем!»
Тётушка уже ушла к себе, а Лори и не заметила этого. Она тоже поднялась к себе и, не зажигая свет, подошла к окну, чтобы тут же невольно отпрянуть в сторону: в их палисаднике прямо под окнами её спальни стоял командор и, подняв голову, смотрел на её окна. Смотрел молча, не делая никаких попыток привлечь внимание.
Глория подумала… ещё раз подумала…. И, тихо открыв балконную дверь, вышла наружу. Она тоже ничего не говорила, и тоже молча смотрела на командора. Так они и разговаривали взглядами, забыв об окружающем мире. И не было сейчас ничего более важного, более трепетного, более чувственного, чем этот немой разговор. Только взгляд: зовущий, обжигающий, обещающий – с обеих сторон. Но вот командор учтиво склонил голову, прижал руку к сердцу, и, сделав шаг в сторону, исчез в коротком портале. А Глория ещё долго стояла на балконе, глядя ему вслед, бережно удерживая в руках одинокую розу, брошенную ей командором. «Люблю тебя» – говорил ей цветок, и Лори верила.
***
Нельзя сказать, что командор испытывал недостаток внимания со стороны женщин. Как раз, наоборот, этого внимания было слишком много, по его мнению. Но судьба и характер самого командора здорово осложняли ему жизнь в этом плане. В столице, куда Карло попал совсем молодым после академии в своих землях, ему сразу пришлось учиться избегать настойчивого внимания придворных дам. Там он узнал многое о приворотах, зельях и ментальных атаках, подставах и компроматах.
Но ему повезло встретить порядочную девушку и полюбить её. Памела была самой молодой фрейлиной королевы и ответила Карлосу взаимностью. Однако счастье их было недолгим. На него положила глаз сама королева Барбара. Не стесняясь она могла прийти к нему в покои, оказывать провоцирующие знаки внимания на балах и обедах. Дошло до того, что однажды он не выдержал и прилюдно заметил королеве, что не может оказывать ей достойного внимания, так как у него есть любимая женщина.
С того времени их с Памелой жизнь превратилась в ад. Королева наказывала свою фаворитку за любую мелочь, не разрешала покидать покои, отсылала на целый день в город, а однажды заставила её целый день прислуживать жрецам в храме Пресветлой. Памела не была бойцом. Она была мягкой, нежной, домашней девочкой. Она плакала и жаловалась Карлосу, но перечить королеве не смела. А потом с ней случилось то несчастье. И Карлос, несмотря на свою службу и уже известное имя, так и не смог найти виновника. Он понимал, что, скорее всего, здесь замешана королева, но доказательств у него не было. Вот тогда он и уехал из столицы. И даже король не смог его остановить.
Но и в Банго ему не повезло. Он предпринял все меры, чтобы оградить себя от внимания женщин: не ходил на балы, не принимал гостей, не отвечал на взгляды и улыбки, обращённые к нему. И всё равно местные мамаши и вдовушки сделали его объектом охоты. Особенно выделялась вдова Парра. Она не отступила и продолжила его осаду даже, когда Карлос прямо и открыто отказал ей. Женщины!
ГЛАВА 3.
– Роберто, что там с этими двумя?
– Которых вы скрутили вчера с главой контроля? – Роберто торопливо дожевал булочку, запил её холодным молоком из огромной кружки и только после этого, отряхнув пальцы и проведя ладонью по губам, обратился к командору. – Никакие они не дознаватели. Столичные хлыщи, игроки, охотники за состояниями. Прибыли из столицы специально на бал выбора, надеялись обжиться тут за лето и окрутить какую-нибудь глупышку с деньгами.
– Надо было давно отменить этот древний обычай, – скрипнул зубами командор. – В последние лет пять кто только не приезжает в это время как на экзотику в наш город. Выберут за лето богатеньких девушек, вскружат им головы, уговорят на любовь – вот она и делает осенью выбор! Знают подлецы, что такой выбор и брак неоспорим и только сама девица может расторгнуть неудавшийся брак. Да мужикам-то что. Они свои денежки уже получат, ведь приданое в этом случае не возвращается. Глупышки, – бухтел недовольно командор, оценивая заодно умственные способности местных красавиц.
– Молодец, Карло! Ты уже говоришь «наш город», может, и женишься уже, наконец? Вдова будет счастлива.
– А при чём здесь вдова? – справедливо возмутился командор. – Других вариантов не предполагается?
– Не знаю, не знаю, – расхохотался Роб, – кто сможет обойти её в призовой гонке за твоё тело. Но ты же всегда можешь отказаться, друг. Вон в «Новостях» написали, что Глория де Монтеро объявляет Выбор. Вот это стоящий приз! Пусть девчонка не так богата, но она из древней магической семьи, воспитанная, серьёзная, самостоятельная сеньорита. Недаром наши щёголи зашевелились. Ты бы видел, сколько ей вчера букетов прислали?! – сознательно подначивал Роберто друга.
– Видел, – опять скрипнул зубами командор. – Но давай оставим шутки. Если эти хлыщи не связаны с пропажами людей, а явились сюда по личным мотивам, то держать их я больше не имею права. Использование поддельных документов не является у нас основанием для ареста, только для штрафа.
– Да понял я, понял, – Роберто снял кепи и почесал лысую макушку. – Нет, с пропажами они точно не связаны. Менталист даже заключение написал. Можешь их выпускать, сделай только внушение, чтобы присмирели и не нарывались на неприятности. А то наши-то женихи тоже не зря на бал надеются. Какая-то ерунда, честное слово, получается! – вдруг вскипел волне удачно женатый Роберто. – Только у нас в городе выбор делают женщины, и заметь: без всякого объявления выбора! Много ты знаешь пар, где инициативу проявил мужчина?! Вот и именно! –почему-то обидчиво закончил Роберто.
Карлос мало что понял из его глубокомысленной сентенции, но одно уловил точно: Роберто не сам выбрал своюЖозину и теперь то ли жалеет об их браке, то ли досадует, что не он сказал первое слово. Мда… «А, говорят, выбора не было больше ста лет», – хмыкнул про себя командор, глядя на страдания друга.
– Ладно, Роб, всё будет хорошо, – подбодрил он друга. – Я сейчас в порт, у меня там встреча с капитанами, если что – вызывай.
– Обязательно, – дознаватель махнул рукой, прощаясь, и уткнулся носом в бумаги, а командор вышел на улицу и приказал седлать коня.
В порт вела длинная прямая улица, но идти пешком ему не хотелось. Однако и особо торопиться не было нужды, поэтому командор не спеша продвигался к порту, осматривая по дороге столики открытых кофеен, оглядываясь на хлопающие двери трактиров, выхватывая намётанным взглядом мелких воришек и попрошаек…
Да, порядка в городе стало больше, но невозможно только порядком изжить нищету и бедность. Это было уже не во власти командора. Но в его характере было потребовать от градоначальника создать приют для малолетних сирот, чтобы хоть как-то облегчить жизнь детей. А для нищих нашлись городские работы, которые давали этим несчастным возможность заработать краюху хлеба, а не украсть её. Не сразу, совсем не сразу приживались эти перемены и мелкого воровства ещё хватало в городе, а страже хватало работы.
Наконец, командор добрался до порта. Порт- это особая часть города. Самостоятельная и независимая. Здесь свой хозяин и свои законы, но командору было на это плевать. Он одинаково уверенно чувствовал себя и в городе, и в порту. Может быть, поэтому его и уважали и там, и там.
– Добрый день, дон Гомес. Слышал, вы надумали женить сына? – небрежно поинтересовался командор у хозяина порта, в кабинете которого они устроились для беседы.
– Да, мальчику пора заводить наследников и становиться серьёзным доном, – отозвался тот. – А эта сеньорита – очень подходящая партия: неважно, что у неё нет денег. У неё есть древнее имя, достойное занятие и подходящий характер для моего озорника.
«Озорника…, – хмыкнул про себя командор, – надо же так обозвать этого урода». Но вслух завёл разговор о деле, с которым сюда прибыл.
– Дон Гомес, я знаю, что вы иногда ещё выходите в море на своём корабле, и я приехал просить об услуге. Конечно, она будет оплачена городом, – сразу уточнил командор. – Я прошу вас предоставить нам корабль для экспедиции на Зелёный остров.
Рука Гомеса, потянувшаяся за сигарой, застыла в воздухе, но затем плавно опустилась на сигаретницу и всё-таки достала ароматный цилиндр.
– С чем связан интерес к Зелёному, командор? – внешне невозмутимо, но несколько напряжённо спросил хозяин порта, и командор это напряжение почувствовал.
– Пропадают люди, вы знаете об этом, ведь не раз они пропадали именно в порту.
– Да, это печальное явление, но, надеюсь, вы всё разрешите.
– Безусловно, – склонил голову командор. –Поэтому мы обратились к вам, как заинтересованному лицу. Несколько лет назад кто-то зазывал людей наЗёлёный.
– Зазывал именно наЗёлёный? – уточнил Гомес.
– Нет, это название не звучало, но здесь только один большой обитаемый остров, и мы хотели бы проверить его в самое ближайшее время.
– Боюсь, командор, именно сейчас я не смогу оказать вам помощь. И другие капитаны тоже не смогут. Все рыболовецкие суда на путине, все пассажирские – в рейсах, все торговые – на контрактах…
– А ваш личный корабль? – перебил его командор.
– Мой? – несколько сбился с темпа Гомес. – Мой… да… свободен. Но…
– Вот и отлично! Значит, договорились! Через три дня отходим на Зелёный. Благодарю за помощь, дон Гомес.
«Дьявол, а не человек! – бушевал про себя старый пират после ухода командора. – Совсем не слушает возражений! Да ему на них, вообще, плевать, кракен его забери! Придётся сегодня же отправить бриг и предупредить Васкеса… Как плохо, что там не работает магия! Как не вовремя этот Перес!»
Вернее, магия работала, но только в порту, а за пределами акватории зоны магии перемежались с зонами её отсутствия и долетит ли магический вестник до адресата было неизвестно. Маги-теоретики уже много лет изучали этот феномен у берегов Банго, но к единому мнению до сих пор не пришли. А ведь из-за этого порт так и не стал крупным международным торговым центром, хотя все другие прочие условия позволяли это сделать. Но отсутствие устойчивой магии сохранило Банго в статусе тихого небольшого порта, где моряки использовали в основном личный опыт и физические силы, а не магию и магов. Сам Гомес предполагал с чем связано отсутствие магии в этом районе моря, но благоразумно помалкивал. Пусть учёные сами разбираются. А разбираться им придётся очень долго, пока не догадаются попасть на Зелёный. Лично он никогда не забудет ту мощную воронку силы, которая походя засосала почти всю экспедицию, оставив в живых лишь несколько человек. Не иначе, чудом.
Кстати, о Зелёном. Очень вовремя старая Эли объявила о Выборе от имени своей воспитанницы. У Гомеса появилась надежда наконец-то легализовать остров и получить на него магические права. Иначе все его усилия по освоению этого благословенного места будут напрасны. Так что наследница Монтеро в любом случае должна стать женой его сына. И точка.
Дон Гомес выглянул в окно, которое выходило прямо на пирс и отыскал взглядом небольшой бриг «Быстрый». Бриг принадлежал лично ему и служил разведывательным и вестовым судном. Как бриг стал принадлежать ему лично, Гомес тоже предпочитал помалкивать.
{Бриг – быстроходное двухмачтовое судно.В эпоху парусного флота бриги служили в основном «на посылках», для конвоирования купеческих судов, дозорной и разведывательной службы.}
Вообще, дон Гомес потому и стал хозяином порта, что сумел в давнее время купить этот участок берега и поставить здесь на прикол несколько своих судов. Никто в то время не занимался судоходством в этом немагическом районе и Гомес оказался не только первым, но и единственным капитаном, рискнувшим обосноваться в Банго постоянно. Начал он с прибрежного каботажного плавания, перевозя грузы и товары. И постепенно дело наладилось, порт разросся и стал походить на все обычные порты мира со своими порядками и законами.
Конечно, здесь должны были соблюдаться законы королевства. Но между «должны» и «на самом деле» была огромная разница. И из королевских служб чаще всего в порту бывали фискалы, а не работники правопорядка. Но так было до приезда Переса. С его приездом законники всё чаще стали беспокоить порт, а сам Перес плевать хотел на его хозяина и действовал в интересах города. Сам же старый пират опасался в открытую перечить командору. Всё же тот был лордом и сильным магом.
В портв это время стали заходить корабли королевства, но, правда, подходя к мысу, укрывающему бухту Банго от моря, всегда запрашивали лоцмана, опасаясь отмелей и рифов. Порт рос, но старый пират по-прежнему оставался его хозяином, хотя уже и не таким всевластным.
Конечно, Гомес лукавил, рассказывая командору о занятости всех капитанов и кораблей, но ему было нужно выиграть время, чтобы связаться с Зелёным и кое с кем в столице.Иначе, эта экспедиция командора лишит доходов не только Гомеса, но и кое-кого повыше.
Зелёный – остров в двух днях пути от Банго, находился в немагическом пятне. Открыт был относительно недавно. Дойти до него можно было только на судне, причём капитан должен хорошо знать фарватер, иначе к острову было не подойти: острые рифы двойным кольцом окружали эту никому неизвестную жемчужину южного моря. Остров был расположен гораздо западнее привычных морских путей и о нём мало кто знал. Он был виден издалека, благодаря макушкам горного хребта и густому лесу, покрывающему всё видимое пространство. Отсюда и название – Зелёный. Но это, пожалуй, всё, что знали о нём обычные люди, потому что попасть туда случайно ещё никому не удавалось.
А вот то, что в лагунах острова полно крупного жемчуга, а в его недрах покоятся немыслимые запасы алинита (немагический минерал) и дорогих самоцветов знали всего несколько человек из тех, что жили в Банго. А те, кто жили на Зелёном и знали гораздо больше, выбраться с острова не могли при всём желании: преодолеть море вплавь было невозможно, а корабль заходил сюда очень редко. И понятно, что это был корабль Гомеса, хозяина этого острова.
И сейчас перед Гомесом стояла задача предупредить Васкеса, управляющего островом, о визите властей и дать ему время спрятать следы преступной деятельности. Но одновременно Гомес отправил вестника в столицу.
{Дорогой дон Фридеро!
Примите моё нижайшее почтение. Уведомляю ваше высочество, что командор Перес организует экспедицию на Зелёный. Прошу вашего содействия в приостановке оной или вовсе в её запрете. Иначе наши планы будут раскрыты.
P.S. Наследница Монтеро объявила Выбор. Мой сын претендует. Но есть препятствие в лице командора. Нижайше жду вашего скорого совета и решения.
Преданный вам, Хайле Гомес, начальник порта Банго, глава гильдии торговцев Банго.}
Он не видел, что тот, кто получил это послание сдвинул брови и недовольно хмыкнул. Затем сжёг полученный вестник и серьёзно задумался. Гомес этого не видел, но зная его высочество не один десяток лет, ясно предполагал его реакцию и поэтому надеялся на помощь. Брат короля тоже не любил терять доходы.
Уже давно эта парочка перевела все свои делишки на Зелёный. Теперь на ближних от Банго островах не было ни рабов, ни пиратов. Акваторию бороздили приличные торговые суда, а что они перевозили в трюмах, никого не касалось. Однако, в последние годы поток рабов в южные земли был значительно сокращён, так как работники требовались и на Зелёном, а добывать их становилось всё труднее, в том числе и «благодаря» командору. Так что понятно, какую «любовь» испытывали хозяева острова к лорду Пересу.
***
Глория в последний раз поправила шляпку, одёрнула безупречно сидящее платье и поторопила тётушку:
– Тётя Эли, нам пора!
– Иду-иду, дорогая! Не беспокойся. Сегодня нас будет совсем немного, и мы освободимся скоро.
– Очень на это надеюсь, – ответила Лори, – потому что после обеда я хотела выбраться загород. Уже давно пора обновить запасы трав, да и аптечная лавка уже готова, а торговать особо-то и нечем.
– Ладно-ладно, – миролюбиво проворчала старушка, – забудь на время о делах. Сегодня мы познакомимся с новым начальником магического контроля. Говорят, он такой милый, – заговорщически подмигнула она Глории.
– Тётушка! – шокировано-возмущённо воскликнула Лори и поторопилась на выход, дабы избежать каких-либо ещё неуместных намёков.
В последние дни с тётушкой явно творилось что-то непонятное: она кому-то что-то писала, ходила по визитам, читала газеты (!), и даже один раз пригласила к себе на чай соседку. Воистину, мир переменился, а Глория и не заметила.
В молчании каждая о своём, родственницы дошли до магистрата, благо площадь, на которой он был расположен, находилась совсем недалеко от Ларги-дона. Вернее, наоборот, Ларги-дон был расположен недалеко от центральной площади Банго. Никакой очереди, как в первый день, сейчас не наблюдалось, и женщины неторопливо и с достоинством вошли в вестибюль. Тётушка тут же отвлеклась на приветствие знакомой, а Глория, не останавливаясь, прошла к кабинету нового начальника. Дверь была слегка приоткрыта, и Глория хотела было постучать и войти, но, услышав одну фразу, приостановилась послушать.
– Да, командор… Понял, командор… Согласен, командор…, – мужчина разговаривал по магосвязи с командором, и Глории стало интересно знать, о чём они договариваются.
– Нет, командор. К этому времени регистрация уже закончится. Могу собрать сильных магов. Мало ли что? … Целитель? Да, есть! … Договорились, командор. Через два дня мы будем готовы. Подходите сейчас и мы всё уточним.
В кабинете стало тихо, а Глория на цыпочках отошла подальше от двери, и сделала вид, что только что появилась в этом коридоре. Уверенно постукивая каблучками, она остановилась перед дверью и решительно постучала.
– Войдите, – раздался приятный баритон, и Глория распахнула дверь.
Нет, она готовилась морально к встрече со своей детской любовью, вернее, любовью девочки Глории, а не землянки Ларисы, но всё же была поражена видом мужчины. «Разве бывают в жизни такие красавцы? – мимолётно подумала Глория-Лариса. – Да, понимаю теперь эту девочку…» Перед таким мужчиной и впрямь трудно было устоять: высокий, подтянутый, сильный. Светлые волосы собраны в небольшую косицу, тёмные брови вразлёт подчёркивают синие глаза, которые сейчас с неподдельным удивлением взирают на девушку.
– Глория?! Глория де Монтеро – зельеваркаиз школы магии?
Если у Глории и была надежда, что мужчина её не вспомнит, что то заполошное письмо от девочки он не получил, или не читал, то с этим вопросом такая иллюзия растаяла. Помнит… получил… читал… Но вопреки всему, Глория решила делать вид, что с трудом вспоминает сидящего перед ней человека.
– Мы знакомы? – учтиво произнесла она и сделала паузу, якобы «вспоминая» собеседника.
– Лори! Не будь смешной, – улыбнулся этот ходячий набор тестостерона. – Мы знакомы с тобой довольно хорошо, но, как мне кажется сейчас, совершенно недостаточно. Если позволишь, мы можем исправить эту оплошность? Мне кажется я преступно мало внимания уделял в академии такой милой крошке, – лукавая улыбка появилась на красиво очерченных губах, и настоящая Глория непременно растаяла бы. Настоящая, но не эта…
– Да? – не стала больше отпираться Лори. – А что на это предложение скажет твоя невеста, которая скоро приедет в «эту дыру»? – поддела она мужчину, сразу переходя тоже на «ты» и заодно показывая мужчине, что перед ним уже не прежняя наивная девочка.
– Уже все знают? – спросил мужчина, выходя из-за стола, вставая рядом с Глорией и беря её за руку.
– А ты, как думал? Это тебе не столица, здесь о тебе знают даже то, чего ты сам о себе не знаешь, – ответила Лори, осторожно вынимая свою руку из захвата и делая небольшой шаг в сторону.
– Понял уже. Но, Глория, твоё детское письмо рассмешило меня вначале, не скрою. Однако, потом я понял, что ты права и мне надо серьёзней относиться к маленьким девочкам. Не давать повода к бесплодным чувствам… Но такое понимание приходит со временем, Лори, с возрастом. Я изменился, поверь. А невеста… Да, есть невеста. Это договорной брак, мы оба против, кажется…Вобщем, сложно всё. Прости и считай эти слова моими искренними хотя и запоздалыми извинениями. Прости, малышка.
Пабло вновь перехватил её руку и ласково погладил запястье. Заглянул в глаза и признался:
– Я был глуп, Лори, гнался за красивой обёрткой. А ты была ещё мала… Прости. Сейчас ты повзрослела, Лори, и сильно изменилась. Стала смелее, женственнее, ярче, что ли…, – при этом Пабло склонил голову и поцеловал Глории руку, другой рукой обнимая её за талию и притягивая к себе вплотную.
Она не успела отойти, не успела избежать этой ненужной ласки и оказалась стоящей к нему слишком близко, слишком рядом, слишком… всё слишком… И именно в этот момент дверь кабинета открылась и тут же закрылась вновь. Кто это был Глория не успела заметить, единственное, что она ухватила краем глаза – это тёмные пропылённые сапоги и кончик шпаги. Но почему-то она твёрдо знала, кто это мог быть. Горячая смесь досады, обиды, недовольства на себя и на ситуацию овладели девушкой.Всё желание разговаривать с когда-то любимым мужчиной пропало, нарастало только глухое раздражение. Глория резко отступила от Пабло и сухо спросила:
– Мы займёмся, наконец, делом? У меня, знаете ли, нет времени на пустые разговоры.
Мужчина удивлённо окинул её взглядом, вернулся к столу и уже по-деловому продолжил:
– Как скажете, леди. Прошу вас подтвердить уровень силы и предъявить кред.
На столе появилась сфера определителя, а Глория выложила на стол документы об окончании школы и лицензию на практическую деятельность. Больше между ними не было сказано ни слова, но напряжение повисло в кабинете и не таяло. И мужчина честно не понимал, что случилось и почему девушка так резко изменилась, но настаивать сейчас на продолжении разговора благоразумно не стал, решив про себя, что время ещё есть, и он обязательно поговорит с ней и извинится на что бы она не обиделась.
Однако, просто так пройти перерегистрацию не удалось. Сфера показала резко возросший уровень магии – девятый. А это совсем другой статус мага. Кроме того, она показала наличие целительского и ментального дара. Но раздражённая Глория даже не обратила внимания на эти изменения. Зато обратил начальник УМа.
– Лори, у тебя резко изменились силы. Предыдущие измерения в восемнадцать лет были совсем другими. Твои данные придётся отправить в академию. И, знаешь, преступно оставлять такие силы без развития. Тебе нужна академия, Лори.
– Спасибо за совет, Пабло. На академию мне надо ещё заработать. Что касается твоей работы, то делай что должен. Я понимаю, что маги такого уровня должны быть зарегистрированы. Я не скрываюсь. Я сама об этих изменениях не знала. Всего хорошего, – вежливо попрощалась она и с достоинством вышла из кабинета.
Тут Глория явно лукавила. Она, может, и не знала, но чувствовала, что уровень её силы значительно вырос. Теперь вот убедилась. Однако, пока этот факт никак не влиял на её существование.
Тётя же прошла регистрацию быстро и обе женщины теперь спешили домой. Тётушка спешила, так как её ждало крыжовниковое варенье, которое она собралась варить вместе с Мартой, а Глория торопилась переодеться и выехать за город вместе с Ортегой. С ним она договорилась о сопровождении, потому что сегодня парень не был занят на службе. А уходить за травами одной Глория опасалась, всё-таки такой беспечной она не была. Про свой новый уровень силы она пока ничего тете не сказала.
Через некоторое время, одетая в брюки и куртку Глория с корзиной в руках, куда Марта уложила продукты для перекуса, стояла у калитки и поджидала Ортегу. Он, как и обещал, подъехал на пролётке, и Глория с удовольствием забралась к нему на козлы, поставив корзину на дно повозки. Они и в детстве часто так ездили на реку или в лес, начисто игнорируя предписанные правила.
«А ведь Ортега не присылал мне букет, – вспомнила вдруг Глория. – Ошиблась, выходит, тётушка по его поводу, но это даже лучше», – решила для себя Лори, не желавшая терять друга из-за планов тётки.Разговор друзья вели о городских новостях и случайно прозвучавшее признание парня заставило Глорию напрячься.
– Мы через два-три дня на Зелёный отходим. Командор собрал большой отряд, чтобы осмотреть остров.
– Зачем? – удивилась Глория. – Стало что-то известно? При этом она сразу вспомнила отрывок разговора, который слышала в УМе и поняла, что начальник контроля тоже участвует в этой экспедиции.
– Ничего особенного неизвестно, но ведь Зелёный – единственный остров, на котором можно жить, остальные просто голые скалы. Поэтому и осмотрим его, чтобы сразу исключить рабство, так сказал начальник контроля.
Ортега подстегнул коня и уставился на дорогу. Пролётка уже катилась по тракту, который начинался от ворот города и вёл вглубь королевства. Слева и справа от дороги тянулись поля и сенокосы, но вскоре дорога нырнула в светлый, ухоженный лес. Этот лес был предметом гордости горожан и любимым местом отдыха. Лесничие хорошо заботились о нём, хищных животных здесь не было, а родник с ключевой водой давал жизнь многим целебным растениям. Глория сюда за ними и ездила, уходя временами далеко от дороги, но ни разу с ней ничего в этом лесу не случилось.
Вот и сейчас, они вместе с Ортегой распрягли коня и, спутав передние ноги, отпустили его пастись. Ортега оборудовал небольшой лагерь, и друзья отправились на зелёную охоту, как называл сбор трав Ортега. Вначале они держались вместе, а, расходясь ненадолго, перекликались, чтобы не потерять друг друга из вида. Но постепенно, увлёкшись сбором, Глория уходила всё дальше и дальше от лагеря и уже не слышала и не видела Ортегу. Да и Ортеге стало не до подруги. Она дала ему задание набрать побольше рогоза, который рос по берегам озёр и болот, и сейчас он наткнулся на небольшое озерцо со стоячей водой, берега которого буквально заросли уже созревшим рогозом. Вот Ортега и занялся его срезкой. И потерял из виду Глорию.
А сама Глория внезапно на берегу небольшого ручейка наткнулась на едва заметные, мелкие синенькие соцветия пригожницы, которую ещё называли травой верности и памяти.
{(пригожница похожа на нашу незабудку и Лариса про себя так её и называла)}
Из неё можно было делать составы, которые возвращали память, приводили в себя людей, потерявших близких. Кроме того, она служила закрепителем свойств многих зелий и настоев и поэтому использовалась почти во всех рецептах, где нужно длительное действие. Но встречалась эта травка редко и попадалась далеко не всем, поэтому была очень ценна.Вот Глория и обрадовалась и начала осторожно срезать стебельки, чтобы не повредить корневища и дать растению возможность снова отрасти. Она увлеклась и не следила за окружением, поэтому не заметила, как метнулась к ней одна фигура и как вторая подкралась сзади.
Внезапно её схватили за талию и сразу же приложили к лицу тряпку с резким запахом. «Забвение» – мелькнула в голове Глории мысль и больше она же ничего не видела и не слышала, машинально крепко сжимая в руке несколько последних срезанных кустиковпригожницы. Не чувствовала, как её завернули в большой плащ и на руках вынесли к дороге. Как уложили на дно крестьянской телеги и прикрыли сверху пустыми мешками и соломой. Как довезли до берега моря за стенами города и на небольшой лодке переправили на бриг «Быстрый», который поджидал их, стоя на якоре, давно покинув бухту Банго. Как только девушка оказалась на борту, в тот же момент бриг поднял все паруса и устремился в море.
Напрасно Ортега метался по лесу в поисках зельеварки. Глория пропала без следа, как будто её и не было. Ортега присел на невысокую кочку у какого ручья и схватился за голову: что ему будет от командора, он даже представить боялся. Ведь как бы командор не скрывал свои чувства, но стража уже давно знала о сердечной привязанности своего командира и молча одобряла его выбор. И тут такое… Ортега поднял голову и его взгляд упёрся в корзинку, которую носила с собой девушка.
– Глория!!! – вскочил с места и заорал Ортега, сумасшедше надеясь услышать ответный возглас. Но… тишина.
Ортега подобрал несчастную корзинку, полную собранных трав, и поплёлся к пролётке. Сколько не тяни время, а пора возвращаться, и пора докладывать командору, что Глорию похитили и как это получилось молодой стражник объяснить не мог. Но он, Ортега, приложит все усилия, чтобы найти свою подружку, пусть она и не стала его невестой, как мечталось ему в юности.
***
Глория приходила в себя медленно, постепенно осознавая своё положение. Она поняла, что без сознания находилась долго, услышав короткий разговор над своей головой.
– Девка-то очнулась?
– Не, лежит, как бревно, едва дышит. Как бы не померла.
– Не наше дело. Мы чё?! Как велено, так и сделали. Не трожь!
Одновременно услышала Глория окрик и почувствовала, как кто-то пытается приподнять накидку с её лица.
– Не трожь! – повторили сердитый окрик, и тряпка вновь опустилась на её лицо. – Пусть лежит, как положили. Сами потом посмотрят.
– Так, может, ей надо чего? – неуверенно спросил второй голос.
– Если не в себе, то ничего ей не надо, а если в себе, то потерпит, – грубо ответил первый и голоса удалились.
А Глория продолжала покачиваться вместе с лежанкой и не понимала, где она находится. «Покачиваться?! – вдруг задержалась в замутнённом сознании мысль. – Так я на корабле?!» Но на этом мысли опять растворились в небытии и снова Глория пришла в себя уже к вечеру.
На корабле чувствовалась суматоха и спешка. По обрывкам команд и разговоров Глория поняла, что корабль вошёл, наконец, в бухту и теперь его разгружают. Что, кроме неё на корабле есть ещё пленники, но их немного. А ещё Глория часто слышала ругательства в адрес командора и проклятия его характеру, за то, что он вместо того, чтобы спокойно сидеть в городе, гонится за «Быстрым» и чуть было его не догнал, благо они не знают подходов к острову, поэтому «Быстрый» смог укрыться.
Всё это Глория мотала на ус, понимая уже, что попала на Зелёный остров, и что сам остров, скорее всего, является тайной базой пиратов. А вот как отсюда выбраться, она даже не представляла.
Наконец, очередь дошла и до пленников. Оказывается, Глория была в трюме не одна, но из-за плохого самочувствия других людей не слышала, да и лежала она несколько в стороне от остальных.
– Ну, что? Всё ещё без сознания? – раздался над ней незнакомый голос.
– Не знаем, дон Васкес, посмотрите сами, – заискивающе залепетали уже знакомые голоса надсмотрщиков.
Край ткани приподнялся, и Глория поняла, что на ней был надет чей-то огромный мужской плащ. Она с усилием открыла глаза, пытаясь рассмотреть этого Васкеса, но сил не хватило и глаза вновь закрылись. Однако, слышать Глория не перестала.
– Приходит в себя, – определил неведомыйВаскес. – Очень осторожно её перенесите в мой дом. За этот ценный приз мы с командором ещё поторгуемся. Хорошо, что его корабль не смог пройти в бухту. У нас есть время подготовиться к встрече с ним.
Через некоторое время Глорию поместили в небольшую уютную комнату и даже приставили служанку. Никто особо не интересовался ни её самочувствием, ни её желаниями, ни её вопросами. А их у Глории было много. Её даже не охраняли, из чего девушка сделала вывод, что бежать здесь некуда и незачем. Поэтому, преодолевая слабость, Глория встала и под удивлённым взглядом девицы, направилась в ванну: пора было заняться собой и привести себя в порядок. А потом уже и думать: что, как и когда…
– Госпожа, вам помочь?
– Помоги и, кстати, как тебя зовут?
– Мария, госпожа, – ответила служанка, одновременно ловко приготавливая ванну и начиная раздевать Глорию. – Вот мы сейчас вымоемся, причешемся, покушаем и будем красавицами, – приговаривала девица, суетясь на Глорией.
Видно было, что такая работа ей привычна, а, значит, на острове есть не только служанки и рабыни, но и знатные дамы или дамы, занимающие их место. И, честно говоря, Глории уже очень хотелось познакомиться с хозяевами этого тайного острова. Но к ней никто не торопился прийти и её саму тоже никуда не звали. Не торопясь, Глория привела себя в порядок, поела и призадумалась о своих делах. Её деятельная натура не переносила неизвестности и безделья, поэтому Глория, прихватив с собой служанку, отправилась обследовать своё новое местонахождение.
И постепенно девушка начала понимать, почему никого не видно в здании, где она содержалась и почему к ней никто не спешит для беседы. Казалось, что всё население острова занято срочным перетаскиванием каких-то вещей, предметов, тюков из одного места в другое. Мужчины-рабочие что-то везут на тачках, некоторые что-то несут на носилках, женщины, видимо, срочно решили всё перестирать и перемыть. Покрикивали надсмотрщики, переругивались охранники, и среди всего этого бедлама был спокоен только один мужчина. Он стоял на крыльце дома, из которого вышла Глория, но с другой, хозяйственной стороны, и время от времени отдавал новые приказания.
Глория понаблюдала за всем этим некоторое время и поняла, что движутся и перетаскивают грузы рабочие не просто так. Они вывозят что-то из подвалов особняка и перемещают это что-то за пределы усадьбы. И, видимо, далеко, так как пустые тележки и тачки возвращались нескоро. «Прячут что-то», – поняла Глория и сделала себе заметку в памяти: узнать, что прячут и где.
Поскольку Глорию никто не пытался остановить, она проследовала до ворот усадьбы и вместе со служанкой вышла за её стены.
– Госпожа… госпожа…, – несмело обратилась к ней Мария, – дальше опасно, там нет охраны, а у беглых мало женщин. Вас могут выкрасть.
– А кто такие беглые? – остановилась Глория, ей тоже не хотелось попадать в руки маньяков.
– Это те, кто не хочет работать, как положено, нарушает порядок и дисциплину, – раздался у них за спиной хриплый голос.
Глория обернулась, уже понимая, что за ними всё-таки наблюдали. Рядом стоял тот мужчина, что отдавал приказы с крыльца и про которого Глория решила, что он начальник. Так и вышло.
– Дон Васкес, – представился он и взял Глорию под руку, предлагая пройтись. – Ну, и как тебе, девочка, остров? Красиво, правда? А мы уж и не знали, чем ущемить командора, а тут ты сама в руки пришла. Теперь он у нас побегает… Жаль только, что он так не отменил свою экспедицию на остров, но у нас есть ты и, значит, нам есть о чём договариваться с командором, – заключил мужчина.
– А при чём здесь командор? Мы с ним мало знакомы, – честно предупредила Глория.
– А при том, дорогая, что ты женщина командора. А уж за свою женщину, мы надеемся, он пойдёт на любые переговоры, – самодовольно усмехнулся Васкес.
– Зря вы так, – спокойно ответила Лори, хотя все внутренности её дрожали от страха, когда она поняла, что стала заложницей. – Командор не имеет ко мне никакого отношения. Вы ошиблись.
– Ну, вот ещё! Весь Банго уже второй год ждёт вашей свадьбы и только вы с командором не видите очевидного. Думаешь зря бесится вдова Парра? Она потеряла все шансы. Да они у неё и раньше были невысоки, – рассмеялся мужчина. – Но ничего-ничего! Небольшая разлука поможет вам обоим открыть глаза. Заодно, поможет командору принять правильное решение. Пойдём, девочка, – и Васкес повёл её обратно в усадьбу. – Твоя служанка права, молоденьким сеньоритам опасно находиться за пределами охранного контура.
ГЛАВА 4.
– Да, как ты мог оставить леди одну?! Как у тебя ума хватило отойти от неё дальше пары шагов?!
Командор нависал над несчастным Ортегой, грозя скрутить его и безжалостно разорвать на кусочки, так по крайней мере, казалось самому Ортеге. Он сжимался, втягивал голову в плечи и отчаянно надеялся, что командор не совсем ещё сошёл с ума от известия о похищении Глории. Что это было похищение стало ясно после того, как нашли её корзинку с редкими травами и зацепившийся за куст клочок рукава её рубахи.
Но кто это сделал и зачем пока было неясно. Между тем наступило время экспедиции на остров и командору нельзя было отвлекаться на другие дела. Скрепя сердце, он передал дело о похищении Глории своему другу Роберто Бланку и вышел в море.
Капитаном на их судне был сам хозяин порта и владелец корабля дон Хайле Гомес. По распоряжению градоначальника на время экспедиции он и его корабль находились в подчинении командора и, кажется, это здорово не нравилось Гомесу.
Вот и сейчас он находился на мостике рядом с командором и изучал морскую гладь в подзорную трубу, но губы капитана кривились в злой усмешке и мысли были совсем не дружелюбны. А думал он о его высочестве, который так и не остановил этот рейд командора, о бриге, который уже должен был подходить к острову, о Глории, которая находилась на бриге, но знать об этом командору было ещё рано, о том, что пираты с брига должны предупредить Васкеса о неприятных гостях, но… кажется… Кажется, Гомес напрасно надеялся на скорость брига: только что он заметил его мачты впереди по курсу.
Ему было понятно, почему бриг опаздывает: они вчера взяли на борт ценный груз, который забрали уже за городом, используя шлюпку, потому что бриг к берегу подойти не мог. Но всё равно… Всё равно Гомес рассчитывал, что бриг успел уйти гораздо дальше. Не получилось… Вот, с одной стороны, удачно получилось с похищением этой девчонки: известие о ней получили вовремя, умыкнуть смогли без вреда для неё и без свидетелей. А с другой… Бриг-то задержался и теперь явно не успевает скрыться. А вдруг да его заметят?
Гомес покосился на командора: пока он не видит брига, но если увидит? Много ли он поймёт? Не стоит рисковать, надо отвлечь внимание командора.
– Командор, посмотрите в ту сторону, – махнул Гомес на оставленный позади порт. – Не кажется ли вам, что там поднимается столб дыма? Может, вернуться? Вдруг там пожар?
Карлос перевёл взгляд назад и поднёс к глазам подзорную трубу. Ничего тревожного он не увидел. Покосился на капитана, отмечая, как тот нервно покусывает кончик уса и то и дело подносит к глазам трубу. Волнуется? А по поводу чего? Никакого пожара в порту нет, в этом Карлос был уверен. Да и отошли от порта уже довольно далеко: даже большой пожар отсюда уже не увидишь. Значит старого пирата волнует что-то другое.
Что хозяин порта был когда-то пиратом, а на старости лет осел в Банго и стал добропорядочным гражданином, командор знал по долгу службы и ничего не имел против. Ну, как добропорядочным? Наверняка за ним водились какие-то грешки, но напрямую никаких законов Гомес не нарушал, а потому преследовать его и враждовать с ним в Бангоне имело смысла. Поэтому Карло приказал просто приглядывать за старым капитаном, так на всякий случай. И до сего момента никаких нарушений за Гомесом обнаружено не было.
Но сейчас Гомес вёл себя, как обыкновенный воришка, схваченный на горячем, а у командора, опять же по долгу службы, уже выработалось чутьё на острые ситуации.
Карлос ещё раз обвёл взглядом горизонт позади корабля и повернулся по курсу. Теперь он смотрел вперёд и сразу же заметил на линии горизонта мачту удаляющегося быстроходного корабля.
«Вот, в чём дело! – воскликнул про себя Карлос. – Посыльный! И мы, кажется, его догоняем! А капитан, похоже, не хочет его догонять!»
– Цель по курсу! Полный вперёд! – приказал командор и вахтенный вынужден был передать команду рулевому.
