– Так… спокойствие, дай мне выдохнуть, и я снова буду относиться к тебе как к больному – с лаской и безграничным терпением. Как это у вас… благородный сэр Нэд Гамильтон-младший, не мог бы ты на все мои вопросы отвечать односложно – «да» или «нет»?
– Разумеется, леди Илона.
– Отлично. Пошли по второму кругу: ты есть хочешь?
– Рыцарь не должен обременять хозяйку приютившего его дома.
– Короче, да или нет?!
– Да, – поклонился Нэд.
– Угу, – удовлетворенно кивнула девушка, отчего тюрбан из полотенца съехал ей на нос. – Теперь очень внимательно слушай благородную меня. Вот это – ванная. Смотри сюда. Это вот – душ. Видишь, водичка течет? Она теплая, залезай, мойся, грейся. Вот этим можешь вымыть голову. Глаза зажмуривай, мыло попадет – щипать будет. Вот этим полотенцем вытрешься, а вот этот халат на себя наденешь. Все понял?
– Да.
– Отлично. – Илона втолкнула рыцаря в ванную и прикрыла дверь. – Эй! – влезла она почти в ту же секунду. – Не забудь раздеться. А то я в одном фильме видела, как французский рыцарь сунулся в воду прямо в рубахе и в штанах.
– Франки всегда отличались недалеким умом, – подтвердил рыжий рыцарь.
Пока он снимал плащ с крестом, доспехи, кольчугу, одежду, бросая все на пол, деятельная хозяйка с головой зарылась в холодильник, пытаясь отыскать что-нибудь быстрого приготовления. Нашлись яйца, консервы, масло, сыр, ну и еще разное, по мелочи. Илона нечасто утруждала себя кухней, по совести говоря, обычно готовила мама. Дочь была настолько деловой и загруженной особой, что вполне обходилась чашкой кофе, парой сушек и горстью изюма. Дай ей волю, она была бы еще стройнее, наверняка испортила желудок на сухомятке, и мама не зря пичкала ее калорийными супами и салатами. Салат, кстати, еще остался… В общем, Илона суетилась на кухне, изо всех сил стараясь накрыть праздничный стол из совершенно будничных блюд. Когда Нэд Гамильтон в халате с чужого плеча и с мокрой головой вышел из ванной, его ждал роскошный ужин. Пересоленная яичница так и была подана на сковороде (к которой она почему-то прилипла), бутерброды были вымазаны маслом и пришлепнуты толстыми кусками сыра, зато мамин салат красовался в хрустальной вазочке (правда, его было немного, но для вида Илона старательно размазала содержимое по стенкам). Чайник уже насвистывал веселую мелодию, а еще было полплитки шоколада, варенье и не очень старый батон. Нэд Гамильтон почувствовал себя королем. Счастливая Илона, подперев подбородок, любовалась на дело рук своих, сияя как самовар. Звонок в дверь раздался, когда Нэд уже закончил с основными блюдами и держал в руках чашку ароматного чая.
– Двенадцать ночи, – недоуменно буркнула Илона. – Кого могло принести в такое время?
На всякий случай рыжий рыцарь встал из-за стола и, сунувшись в ванну, застегнул на себе пояс с мечом, но на этот раз опасности не было.
– Милочка, ты ведь не спишь? Нам надо поговорить… – жеманно раздалось из прихожей.
– Валера Люстрицкий, мой друг и сосед по площадке, – нехотя пояснила Илона, поворачиваясь к Нэду.
Вошедший молодой человек был строен, высок, как-то изящно-хрупок. Руки очень ухожены, золотые серьги, красивые кольца, чуть обиженные глаза и тонкие, вздрагивающие губы. Мужчин такого типа Гамильтон-младший еще не встречал, поэтому ошибочно решил, что юноша чем-то болен и нуждается в сочувствии.
– Нэд Гамильтон, рыцарь Креста, – представился он. – У вас, видимо, большое горе? Если я могу помочь, то мой меч к вашим услугам.
– Нэд? Илоночка, где ты подобрала это ископаемое?! – Изящные пальчики Валеры на мгновение утонули в дружеской ладони рыцаря. – Ай! Вы что?! Мне больно…
– Прошу прощения, сэр…
– Так ему и надо, не будет называть меня этим сюсюкающим имечком, – вмешалась Илона. – Валерыч, этот парень – мой новый друг, отложи свои заигрывания до следующего раза. Что там у тебя случилось?
– Мне плохо… мне так плохо! Можно я выпью у тебя чаю?
– Ладно, пошли на кухню.
Пока гость, печально вздыхая, усаживался за стол, «леди» Щербатова потянула за рукав Нэда:
– Ты извини… Валерка вообще-то хороший. Он добрый, выслушает всегда, посочувствует, мы еще с детского сада дружим. Наши отцы в одной фирме пашут.
– А… – понимающе протянул Нэд, – так вы помолвлены и это ваш жених?
– Кто? Этот?! Ты что, слепой? Его женщины интересуют только как консультанты в мире моды и косметики. Я же говорю, мы… подружки!
– Я не…
– Ты что, «голубых» не видел?
– Нет, но я видел мавров. Они черные и коричневые, – гордо похвалился Нэд.
– С тобой все ясно. Серьезное воспитание в вашем клубе, не придерешься. Продолжаем играть в рыцарей Круглого стола.
– Леди Илона, я и есть рыцарь.
– Ага, а я по сюжету – во все верю! В общем, пошли, попьем чаю, поговорим… Не удивляйся, если Валерка будет немного кокетничать, – ты ему понравился. Просто не обращай внимания, он ненавязчивый.
Их диалоги напоминали разговор двух иностранцев, абсолютно не понимающих друг друга. Но наши герои хотя бы старательно делали вид, будто что-то поняли. Илона держалась за версию «клуба поклонников Средневековья» только из боязни разочарования. На самом деле до нее давно дошло, что этот странный парень – подлинник, а не фальсификация. И это могло означать только одно – перемещение во времени! Конечно, о таком приключении можно было только мечтать. Поэтому она упорно делала вид, что ни во что не верит… чтобы не сглазить. Нэд давно пришел к выводу, что находится в чужом, неведомом мире, населенном такими же людьми и чудесными вещами – порождением техники и науки. Он также склонялся к мысли, что все это результат колдовства великих алхимиков Востока, и прилагал все силы, чтобы не удивляться слишком уж откровенно. Поэтому за столом он сидел очень скромно и плавный рассказ соседа по площадке старался не перебивать.
– Солнышко, ну вот за что она со мной так?! Она же не поставила мне зачет, пока я не снял цепочку. Кричала, чтобы я стер губную помаду, а я в тот день и не пользовался помадой. Духи мои ей не нравятся… Она, видите ли, не может себе такие позволить на свою зарплату. А сколько мне приходится за компьютером сидеть, чтобы заработать, ее не интересует?! Нэд, ну скажите, разве можно ставить человеку «неуд» на основании того, что тебе не нравятся его духи?!
– Разумеется, нет, – осторожно поддержал рыжий рыцарь. – Помнится, наш король велел утопить своего нового шута за то, что от него пахло серой, но чтобы ставить «неуд»… Это, конечно, слишком!
– Милочка, он так шутит?
– Боюсь, что нет. А насчет зачета не переживай – эта грымза просто тянет из тебя бабки. Она выпустила за свой счет очередную книжечку дубовых стихов, купи и попроси автограф – зачет обеспечен. Правда, книжечка стоит не одну копеечку…
– Ах, что делать? – Валера вздохнул, в его глазах блеснули слезы, он как бы невзначай коснулся кончиками пальцев мускулистой руки Нэда. – О, простите… Вот если бы вы с ней поговорили, даже хотя бы просто увидели – вам бы, наверное, захотелось зарубить ее мечом. А вы женаты?
– Нет.
– И я нет…
– Ладно, мальчики… – Илона встала из-за стола. – Вы тут пощебечите по вопросам гражданского брака, а мне нужно разобрать диван, Нэд ночует здесь.
– Но… дорогуша, – мило покраснел Валера, – это же… неудобно. Твои папа и мама…
– Они на даче.
– Мои тоже, но все равно… По-моему, будет гораздо приличнее, если твой друг переночует у меня. Честное слово, ему там будет гораздо удобнее. Нэд, как вы смотрите на такое предложение?
Но Илона уже с грохотом раздвигала диван. Шумела она намеренно и сердито, потому что совершенно не хотела, чтобы Нэд уходил. Ночной визит Люстрицкого только раздражал, а допустить, чтобы у нее забрали гостя… «Хватит того, что двух моих парней увели самые близкие подруги. Не хватало еще, чтобы и этого сманил мой же „голубой“ дружок. Фигу вам! Будет ночевать здесь! Он меня спасал? Спасал. Значит, я перед ним в большом долгу – пусть ночует».
Нэд Гамильтон на кухне неуклюже пытался отказываться от необычайно любезных предложений своего нового знакомого, когда из комнаты раздался дикий девичий визг!
* * *
– Щур, почему моя мать боится Нэда Гамильтона?
– Ваше высочество, Королева никого не боится… – Карлик прикусил язык, видя, как Валет лениво потянулся за плетью.
– Я не привык спрашивать дважды, раб. Но оставим мамины страхи, расскажи мне, что из себя представляет этот крестоносный бродяга.
– Ровным счетом ничего, мой господин. Нэд Гамильтон, младший отпрыск угасающего рода, сын, лишенный наследства, самый обыкновенный рыцарь…
– Никаких чудодейственных амулетов, волшебных мечей, могучей магии?
– Ничего, – развел руками Щур. – Я и сам не понимаю, почему Королева выбрала его в противники. Скорее всего, он и не подозревает о нашем существовании.
– Все это очень странно… – Валет задумчиво похлопывал плетью по голенищу замшевого сапога.
Карлик опасливо косился на него – очень немногие знали, что под меланхоличной внешностью кронпринца таится властная и жестокая натура.
– Если ваше высочество позволит… я смею предположить, что на каком-то участке жизненного пути Нэда Гамильтона с ним произошли знаменательные события. Им лично пока не осознанные. Но Оракул прямо сказал Королеве, от чьей руки она потеряет власть, поэтому Королева решила первой нанести удар.
* * *
Первым на хозяйский визг отреагировал верный Пупс. Невозмутимый бультерьер, доселе мирно сопевший у себя под креслом, пулей вылетел на защиту дома. Вторым в комнату ворвался рыжий рыцарь с мечом наперевес. Остолбеневшая Илона бессвязно пыталась что-то произнести, судорожно указывая на окно. В свете дежурных фонарей была видна оскаленная морда свинообразного чудовища размером со среднего крокодила, прижавшегося к стеклу. Нэд прикрыл собой девушку, заорав во весь голос:
– Щит! Сэр Валера Люстрицкий, ради всего святого, подайте мне мой щит!
– Вы можете называть меня просто – Лера, – томно донеслось из кухни. – Конечно, я рад оказать вам любую услугу. Абсолютно любую, понимаете. Ой, какой он тяжелый! Илона, душечка, можно я воспользуюсь этой сумкой на колесиках?
Времени на ответ уже не было. Чудовище на мгновение отпрянуло и всем телом ударило в стекло. Осколки так и брызнули в стороны! Ужасное существо напоминало летающую свинью в чешуе с двумя могучими львиными лапами, задняя часть туловища плавно переходила в короткий зубчатый хвост. Илона завизжала так, что агрессивная зверюга на секунду замешкалась. Этой заминкой и воспользовался насупленный пес. Он выбрал хвост. Чудовище взвыло дурным голосом, но ничто на свете не могло заставить бультерьера разжать челюсти. От рева рыжий рыцарь вздрогнул и обрушил на голову твари тяжелый удар мечом! Нэд Гамильтон не напрасно стяжал славу опытного воина – свинообразная морда развалилась пополам – и… все тело монстра вздрогнуло, рассыпавшись разноцветными искорками. На паласе остались лишь дымные очертания. От удивления Илона даже перестала визжать, они с Нэдом уставились друг на друга.
– Что это было?
– Понятия не имею. Ты же его убил, тебе виднее.
– Леди, в моем мире мы не спрашиваем у чудовища, как его зовут. Мы бьем его без лишних вопросов.
– Угу… нет, вообще-то правильно… не хватало еще, чтобы вы на них анкеты заполняли, – нервно пошутила Илона. – Ты не обращай внимания, я всегда болтаю без умолку, когда очень боюсь.
– Не бойтесь, мой меч к вашим услугам.
– Нэд, Илона… – В дверном проеме появился красный от натуги Валера. – Ну я же не могу… ужасно тяжелая и нелепая вещь. Уф! Вот ваш щит.
С этими словами он просто уронил его на ногу рыжего рыцаря. Нэд в свою очередь взвыл не хуже исчезнувшего чудовища! Прыгая на одной ноге, он толкнул Илону, та, покачнувшись, наступила на хвост славному бультерьеру. С праведным воплем бедный пес прянул вперед, сбив улыбчивого соседа, а Валера, падая, двинул коленом хозяйку в бедро. В результате комната в две минуты наполнилась воем, визгом и руганью – скучно не было никому…
Получасом позже, когда страсти немного улеглись, разбитое окно заткнули подушкой, стекла смели в ведро, а нежного Валеру все-таки выперли, Илона решила поговорить начистоту:
– Нэд, для тебя есть что-нибудь святое?
– В каком смысле, леди Илона?
– В смысле, чем ты можешь поклясться?
– Спасением души, именем Господа нашего Иисуса Христа, здоровьем короля Ричарда, славой христианского оружия, красотой леди Роксоланы, моей рыцарской честью…
– Довольно, убедил. Ну давай клянись всем подряд, что будешь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды.
– Для этого достаточно просто честного слова, – нахмурился Нэд. – Я всегда говорю правду.
– Всегда?! – поразилась Илона. – Что, неужели всегда-всегда? Бедненький… Ладно, тогда я тебя сегодня сильно мучить не буду. Просто ответь на парочку вопросов, договорились?
– Конечно, но я…
– Вот и отлично, перейдем к допросу с пристрастием… Итак, все, что ты говорил мне тут насчет Англии, рыцарства, крестовых походов и прочей лабуды – это шутка?
– Нет, это правда.
– Ладно, допустим… В последнее время все газеты и телевидение просто свихнулись на теме перемещения во времени. Я уже готова поверить во что угодно. Как именно ты сюда попал?
Рыжий рыцарь как можно понятнее объяснил ей, как путешествовал по пустыне, как столкнулся со странным миражом, как ускакал от него, а в результате почему-то оказался на берегу реки в чужом мире.
– Что-то не складывается, что-то здесь не так… О! Вспомнила… Я ведь уже спрашивала у тебя: раз ты англичанин, то почему так чисто говоришь по-русски?
– Не знаю, – честно покаялся Нэд. – Я говорю как всегда. А это точно русский?
– Уж можешь мне поверить, – авторитетно заявила Илона. – Слушай, а вот ты английского совсем не помнишь?
– Это как?
– Ну вот – ду ю спик инглишь?
– И что я должен ответить?
– Йес, айм ду, – разочарованно протянула исследовательница. – Суду все ясно. Осталось выяснить, что мне с тобой делать?
– Верните меня назад.
– Хм… дружочек, я тебе не квантовый физик и не опытная старушка-волшебница.
– Я понимаю, но, быть может, в вашем времени все-таки есть колдуны и маги?
– Есть-то они есть… – Илона сдвинула брови и потянулась к лежащим на тумбочке газетам. – Только вчера читала очередную рекламу, сейчас этих астрологов-экстрасенсов развелось, как блох в зоопарке. Давай попробуем. Так, потомственный колдун устранит соперницу навсегда… Придушит, что ли? Белый маг кодирует от пьянства по гроб жизни… Жрец вуду возвращает мужа в семью вне зависимости от его желания… Квалифицированная колдунья – приворот по фото, отворот по почерку… Сибирский шаман изгоняет злых духов, мажет богов жиром, лично снимает венец затянувшейся девственности… вот прохвост! Что же еще? Астролог подскажет самый удачный день для похорон… Черный маг навек спасет вашу фирму… Вот два знахаря, еще один исправитель горбатой кармы и даже впервые открывшаяся новгородская роща друидов. Кого возьмем?
– Ума не приложу.
– Я тоже. Тут остались приглашения в школу какой-то Рейки, народные купоны к бабке Фросе и лечебная музыка центра эксосенсорики далай-ламы Бухгидбахгадпутры. Язык свернешь… туда точно не пойдем. Ну это все равно будет только завтра. Слушай, Нэд… вот эта зверюга… свинья с когтями, она зачем сюда пришла?
– Это обычное чудовище, – пожал плечами рыжий рыцарь. – Я много слышал о таких тварях. Их выращивают злые волшебники, и они послушно вершат их волю. Вы ведь видели, как оно рассыпалось в прах? Животное из плоти и крови так не исчезло бы.
– Да уж, исчезновение… Весь ковер испорчен, эта копоть щеткой не оттирается. Все равно непонятно, с чего оно приперлось? Ладно, я устала. На сегодня, пожалуй, довольно, иди на диван, я тебе там постелила. Если встанешь раньше, меня не буди. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, леди Илона.
Ночь действительно прошла спокойно. Настоящие приключения начались только утром, а пока город мирно спал и не подозревал, что его население пополнилось одним настоящим рыцарем.
Ни свет ни заря Нэд Гамильтон поднялся с дивана, помолился и, убедившись в том, что хозяйка квартиры сладко спит, решил заняться делами. Минут десять он потратил на разборки с замком в прихожей, но, будучи человеком образованным, в конце концов справился. Сняв с гвоздика ключи от гаража, он, как и положено заботливому рыцарю, отправился проведать своего коня. Бред встретил своего хозяина с самым мрачным видом. Бедное животное за ночь так надышалось ароматов бензина, масел и других горюче-смазочных материалов, что у него явно разболелась голова. В качестве тихой мести он навалил в гараже такую кучу навоза… Нэд только присвистнул, берясь за найденный в углу совок. После чего он вывел друга пастись на небольшой полоске зеленой травы у обочины. Двери гаража он решил не закрывать, а просто привязал длинной веревкой недоуздок Бреда к металлической петле. Пока рыжий рыцарь поднимался обратно в квартиру, из-за угла вынырнули двое проходимцев. Увидев открытый гараж, они восторженно пожали друг другу руки и резво бросились внутрь. Сэру Нэду Гамильтону и в голову бы не пришло, сколько полезных и дорогих вещей может храниться в гараже, кроме самой машины. Мелкие жулики цапнули две новехонькие шины, кое-какие запчасти, домкрат, электродрель и… седло! Вот это напрасно. Обворовывать себя Бред не позволил бы никому. Мирно пасущегося коня никто не брал в расчет, а зря! Это была непростительная ошибка. На выходе злодеев встретил черный Бред, могучий как скала, с прижатыми ушами, оскаленными зубами, угрожающе раздувающий ноздри. Воры опешили. Они бы и милиции так не испугались, ведь милиционер все же человек, с ним и поговорить можно… Бред грозно скакнул вперед, широкой грудью отбросив негодяев в дальний угол. Гараж наполнился грохотом и матом. Злорадно фыркнув, черный конь двинул железную дверь плечом и привалился, изображая философский отдых. Вопли запертых узников стали еще громче и жалостливее, но Бред и ухом не повел. Говорите после этого, что у лошадей нет чувства юмора.
* * *
– Она мертва.
– Ты лжешь, Щур!
– Как бы я посмел, ваше величество… – Карлик подобострастно распластался по ковру.
– Тварь мертва, они затравили ее собаками, а потом зарубили мечом.
– Но… еще никогда воин, вооруженный одним мечом, не мог одолеть Тварь!
– Увы… может быть, Нэд Гамильтон необычный рыцарь, может быть, его меч зачарован, а может, в том мире Тварь гораздо более уязвима, чем в нашем.
– Не утомляй меня своими домыслами. – Королева встала и подошла к хрустальному шару. – Он нашел друга?
– Боюсь, что да, – совершенно искренне хихикнул Щур. – Правда, его никак не назовешь Могучим Воином. Скорее даже наоборот…
– Как это?
– Ваш враг встретил мужчину, который ведет себя как женщина. Он любит красивые одежды и украшения, ему нравится музыка, он обожает пирожные и как огня боится любого насилия.
– Слава ангелам Тьмы! Нэд Гамильтон наконец-то потерял разум! Когда произойдет очередное Слияние Сфер?
– Уже скоро, моя госпожа.
* * *
Илона проснулась от дребезжащей трели дверного звонка. Она сонно оторвала голову от подушки, пытаясь вслушаться в напряженную перепалку в прихожей.
– Поверьте, сэр Люстрицкий, мне очень жаль, но она настоятельно просила ее не будить.
– Нэд, душечка, мы будем вести себя тихо и совсем ей не помешаем. Я принес такие журналы… Вы что-нибудь слышали о клубе поклонников нестандартного секса в пригороде Оксфорда? Нет? Вот и пойдемте, я вам картинки покажу.
– Но… леди Илона не обидится, если мы будем рассматривать нечто интересное в ее отсутствие?
– Господи, конечно нет! Илоночка – чудная девушка, но в интимных вопросах болезненно традиционна. Она упорно считает, что мужчины не должны носить кружевного белья!
– М… мне кажется… сэр, мы вторгаемся в слишком личные области… Обсуждение вопросов нижнего… в смысле, некоторых деталей туалета дамы.
– При чем здесь дама?! О Нэд, вы такой дремучий… В вас есть какая-то средневековая простота, наивность, какое-то животное целомудрие. Вас так хочется просветить… Может быть, для начала нам перейти на «ты»?
«Ну все… – мысленно решила Илона, укладываясь поудобнее, – сейчас я встану и он ляжет. Просветитель нашелся!»
В прихожей раздался тихий вздох, а вслед за этим грохот упавшего тела. Вот уж когда несостоявшуюся фотомодель почти подбросило на кровати, и она с тихим рыком, в одной ночной рубашке, ринулась устраивать разборки:
– Что вы тут делаете, кобели озабоченные?!
Посреди прихожей стоял красный как рак Нэд Гамильтон, брезгливо отряхивающий руки. В углу, у зеркала, валялась вешалка с одеждой, из-под нее торчали тонкие, тщательно выбритые ноги в изящных босоножках. Ярко накрашенные ногти отсвечивали оранжево-красным. Рядышком валялся толстый иностранный журнал – на глянцевой обложке страстно целовались двое обнаженных мужчин.
– Леди Илона, я… искренне сожалею, что невольно разбудил вас.
– Да уж, я тоже в большой печали! – огрызнулась хозяйка. – Ты какого лешего мне здесь робота-трансформера изображаешь?! Кто тебе позволил вешалки ронять?
– Это не я, это все он разбросал! – твердо заявил Нэд.
– Ага, оставил тебе журнальчик с комиксами, сам прилег в уголок в шортиках позагорать, а чтоб головку не напекло, прикрылся полным гардеробом. О, еще и мамин зонтик сверху! Ты что, его там похоронить решил?!
– Я его не убивал!
– И на том спасибо, осчастливил по гроб жизни! Валерка – мой друг! Мой, а не твой! Если понадобится, я сама его стукну или Пупса попрошу, но посторонним лезть не позволю!
– Но… леди Илона, поверьте – как гость, я никогда бы не нарушил законов приличия в приютившем меня доме! – взмолился Нэд. – Я бы не посмел поднять руку на благородного сэра Люстрицкого.
– Ясно, ты на него ногу поднял?!
– Он сам упал! Сунул мне эту… гадость, я ее от омерзения выронил, возможно, взмахнув при этом руками… Вот и все!
– Здорово же ты «взмахнул руками», если бедного Валеру взрывной волной снесло в угол!
– Спасибо, дорогуша, ты всегда так заботлива, – печально донеслось из-под груды одежды. – Милый Нэд ни в чем не виноват.
– А ты вообще молчи, змей-искуситель! – Илона в сердцах пнула вешалку. – Я с тобой отдельно поговорю, ты у меня полный срок за растление несовершеннолетних схлопочешь!
– Он… сэр Люстрицкий – растлитель?! – не поверил своим ушам рыжий рыцарь.
– А кто он после этого? – Грозная хозяйка кивнула на журнал и осеклась…
У Нэда Гамильтона окаменело лицо! Мгновением позже он бросился к дивану и вернулся уже с обнаженным мечом.
– Только ради вас, леди Илона. Смерть искупит его грехи, а мы будем молить Господа о прощении его души. Прощайте, сэр Валера.
– Ты что, псих контуженный?! – Илона обеими руками вцепилась в крестовину меча, внезапно поняв, что Нэд не шутит.
– Растлитель должен быть повешен, это общеизвестно. Ничто на свете не искупает этот грех. Поверьте, мы спасаем честь вашего другу, позволяя ему умереть достойно, без свидетелей, от рыцарского меча, – терпеливо пояснял бывший крестоносец, пытаясь поделикатнее освободить свое оружие. – Кроме нас о его позоре никто не узнает. Я буду нем как рыба… Позвольте… Вы мешаете, мне так неудобно!
– И мне неудобно, – вклинился ревнивый голос снизу. – Я в плаще запутался, и тумбочка бок давит, а вы все обнимаетесь!
– Нэд! Не смей… – пыхтела Илона, успешно отпихивая рыжего рыцаря. – Совсем сбрендил, да?
– Но… он же… вы сами сказали…
– Я сказала?! Ах да… извини… подзабыла с утра, кто у нас постоянно на голову ушибленный! Значит, так – убивать никого не надо. Его позор я как-нибудь переживу. Мы все немного не поняли друг друга… И потом, ты ведь, как благородный рыцарь, обязан внимать мольбам дамы?
– Разумеется, – отступил Нэд.
– Вот и внемли. Молю. – Четко выделяя каждое слово, командирским тоном приказала Илона. – Вешалку на место. Валерку – на кухню. Журнал – в мусорное ведро, а сам на диван в ожидании моих следующих капризов.
– Как скажете, моя госпожа.
– Да уж вот так я тебе и сказала… – театрально поклонилась примирительница, – и пока я не разрешу – друг другу даже язык не показывать!
Прихожую Нэд привел в порядок в две минуты, утреннего гостя доставил на кухню еще быстрее. Валерка, правда, пытался изобразить тяжелораненого и лечь Нэду в объятия, но рыжий рыцарь брезгливо поднял его под мышки и на вытянутых руках вынес из прихожей. Когда умывшаяся и успокоившаяся Илона вышла из ванной, она застала Нэда Гамильтона сидящим на краешке дивана в гробовом молчании. Серые глаза рыцаря были полны невысказанной обиды.
– Хватит дуться, благородный сэр. Мы все погорячились, особо виноватых нет. Я тебя честно предупреждала, что Валерке ты понравился. Да, да, не делай такое изумленное лицо… Иногда природа ошибается, из него получилась бы хорошенькая девушка, если бы не пара лишних деталей…
– Это… противоестественно, – глухо буркнул сэр Гамильтон-младший. – Господь Бог сотворил мужчине женщину для радости, любви и продолжения рода. Ему не пришло в голову создать для этого второго мужчину.
– Увы… – тихо и ласково согласилась Илона. – Наш друг Люстрицкий заслуживает жалости и понимания. Над ним довлеет злой рок, несчастная судьба, постоянные происки темных сил… Но ты ведь добрый и честный, ты поможешь мне и не будешь больше его обижать, правда?
– Любое желание дамы рыцарь выполняет безоговорочно. Я готов заботиться о вашем бедном друге и защищать его от насмешек толпы. Но скажите правду – он все-таки растлитель?
– Господи, конечно же нет! Я вспылила, наговорила лишнего… Нельзя все воспринимать так буквально. Мир не делится на черное и белое, в нем масса оттенков, а иногда даже проявляются яркие цвета радужного спектра. Значит, мир?
– Мир, леди Илона.
– Вот и отлично, пойдем пить чай. Мы ведь собирались навестить местных колдунов. Сегодня суббота, но в принципе должны работать. Скорее всего, у них кооператив, а там пашут без выходных. Ну пошли, а то Валерка и так тебя ко мне ревнует.
Это невероятный мир! Если бы не мои новые друзья, мне не удалось бы прожить в нем и дня… Они милые, хотя и очень своеобразные люди. Леди Илона – умна, отважна, образованна и одновременно шумна, взбалмошна, не умеет контролировать свои эмоции. Сэр Люстрицкий – добр, заботлив, улыбчив, во всем остальном… тяжелый случай.
Из дневника Нэда Гамильтона
* * *
– Ваше величество, у меня хорошие вести – Нэд Гамильтон намерен войти в наш мир!
Королева быстро глянула в сторону сына, тот пожал плечами, молча потянул плеть, и скользящий удар ожег щеку карлика. Тот удивленно всхлипнул.
– Что же хорошего в том, что он по-прежнему жив и намерен встать у нас на пути?
– Но… моя госпожа, я думал…
– Твоя жалкая жизнь длится, пока ты служишь, а не думаешь. Не забывай об этом, раб.
– Я всего лишь хотел сказать, что ваш враг связал себя нерушимыми узами рыцарского слова. Теперь он никуда не денется от этой взбалмошной девицы и ее женоподобного друга. Он не нашел ни Прекрасной Принцессы, ни Могущественного Воина. Разве это плохо?
– Об этом будем судить мы, – холодно обрезала Королева. – Почему девчонка до сих пор жива?
– Я только что отправил трех больших гиббелингов по ее следу. Они быстро делают свое дело, но тот захудалый мир, где застрял Нэд Гамильтон, не слишком жалует полноценную магию. Они не смогут долго удерживать иллюзию внешности.
– Гиббелинги… – замедленно протянула Королева. – Они сильны, коварны, упорны и никогда не бросают начатого. В следующий раз я хочу услышать о ее смерти.
– Да, моя госпожа, – склонился карлик.
– Я прослежу за этим, – коротко вставил Валет.
– Благодарю, дорогой.
* * *
После полного примирения вся компания оккупировала телефон. Звонила, естественно, одна Илона. Валера диктовал номера, жеманно декламируя рекламу того или иного колдуна. А рыжий рыцарь дважды выбегал на балкон, шугая соседских ребятишек от черного коня. Сам Бред воспринимал малышей невероятно снисходительно. Он по-прежнему прижимал дверь гаража, хотя уже не плечом, а крупом. Счастливые дети лазили у него под брюхом, трогали хвост, гладили морду, то и дело бегали домой, выпрашивая у родителей «кусочек хлебушка для живой лошадки». Рыцарский конь милостиво принимал все, аккуратно снимая бархатными губами трогательные подношения с маленьких ладошек, чем приводил детей просто в щенячий восторг. Рыжий рыцарь махнул рукой – Илона как раз закончила обзвон и зачитала общий список.
– В общей сложности всего четыре приличные фирмы. Во-первых, гарантируют стопроцентный результат, во-вторых, оплата только по получении этого самого результата. К тому же у них сегодня не слишком загруженный день, можем попасть на прием без предварительной записи. С кого начнем?
– Давайте к Феофану Рваному, – скромно предложил Валера. – У него такое интеллектуальное лицо на фотографии и бородка такая… кулончик тоже симпатичный.
– Он сможет мне помочь?
– Нэд, этого никто не знает. Вот, смотри, тут написано, что он обладатель международного диплома, магистр белой, серой и черной магии. Специализируется… в общем, на всем подряд, легче сказать, чего он не делает. В принципе нам ведь по барабану, с кого начинать, но если тебе больше нравятся другие…
– Мы принимаем ваш выбор, сэр Люстрицкий, – великодушно согласился рыжий рыцарь.
– Тогда пошли, их офис на Свердловой, от нас пешком минут пятнадцать.
– Э… секундочку, дорогуша. Мне почему-то кажется, что в таком виде милому Нэду не стоит показываться на улице.
– Почему?
– Ну, все эти железочки, крючочки, тряпочки, колечки, жилетик кожаный, плащик белый – все очень стильное, в меру и со вкусом, но… – попытался объяснить Валера, – не будет ли Нэд привлекать излишнего внимания? Может, ему все-таки лучше переодеться?
– Во что? – резонно спросила Илона. – Одежда моего папочки не подойдет, он на голову меньше и в поясе шире раза в три.
– Я мог бы посмотреть пару маечек.
– Нет! Даже не думай, знаю я твои костюмчики. Нэд, он в прошлый раз мою маму чуть до инфаркта не довел. Заявился к нам в новых шортах с разрезами, в рубашечке белой и в галстуке. А на нем, между прочим, восемь зайчиков в позах индийской Камасутры такое вытворяют…
– Нет, с зайчиками я не могу, – поспешил согласиться мало что понявший крестоносец.
– Короче, так пойдешь. Почему нельзя? Сейчас все можно, всем все по фигу. Если менты из-за меча не прицарапаются, то вполне сойдет. Слушай, чуть не забыла… у тебя же конь в гараже! Покатаешь нас?
– Разумеется, леди Илона, почту за честь.
На улице восторженная детвора облепила рыжего рыцаря так же, как до этого его коня. Пока Нэд кое-как от них отвязался, дав подержать щит, пока отвел в сторону Бреда, а освобожденные жулики пали на колени, рыдая и бормоча, что в гараж их загнала вон та черная зверюга. Пока седлали коня, пока соседи советовали позвонить «02», пока дети просили простить плачущих дядей. В общем, пока они выехали со двора, прошло не менее получаса. На коне сидели все втроем, могучего Бреда это нисколько не смущало. Впереди Нэда боком сидела Илона, позволив рыцарю деликатно поддерживать себя за талию. Позади покачивался друг Валера, нежно обнимая за пояс предмет своего нового увлечения. Прохожие провожали их смехом и беззлобными шутками, а некоторые девушки – плохо скрываемой завистью. Роскошными кудрями, благородным лицом Нэд Гамильтон производил впечатление и в своем времени. То есть там, где рыцарские доспехи и прекрасный конь не были овеяны столь романтическим ореолом, а уж здесь, в двадцать первом веке… Гордая Илона едва удерживалась от того, чтобы не показывать распиравшее ее удовольствие от завистливых девичьих взглядов. Валера Люстрицкий – тот вообще делал вид, что ничего не замечает вокруг, а сам тайком пару раз поцеловал край волнистых кудрей рыжего рыцаря. Ехали они шагом, дорожных правил не нарушали, однако один любопытный постовой все же задержал их на минуточку, но Илона быстро уладила все формальности. Да, артисты. Да, из драмтеатра, у нас праздничное выступление в рамках репетиций ко Дню города. Да, доспехи, естественно, картонные, меч деревянный, все сплошная бутафория… Нет, вот конь как раз настоящий. От них отстали… Благородный сэр Нэд Гамильтон-младший в разговор не встревал, никакой явной опасности он не чувствовал, обид рыцарской чести не наблюдал и оскорбления прекрасной дамы тоже не ожидалось, зачем же вмешиваться? Нэд понимал, что он в гостях, и не впадал в крайности. Средневековые люди далеко не так просты и наивны, как обычно их изображают писатели-фантасты. Им так выгоднее, смешнее и проще.
Офис фирмы «Мрак познания» находился во дворе одного из старых, еще купеческих, зданий. Черная металлическая дверь вела в подвальное помещение. Друзья позвонили. Им открыла тощая блеклая особа неопределенного возраста, в тусклых очках, с ремешком на лбу. Она молча указала следовать за собой. Илона решительно шагнула первой, рыжий рыцарь за ней, коня он привязал у входа, копье и щит взял с собой. Последним вошел Валера, несмотря на мистический полумрак, демонстративно надвинув темные очки. Их привели в комнату с обшарпанным диваном. Напротив дивана – стол и новое кожаное кресло. На столе горели свечи, стояли хрустальный шар на подставке, икона Пресвятой Казанской Богоматери, маленькая гипсовая статуя Будды и деревянная подставочка для индийских ароматических палочек.
– Вы должны осветлить свою энергетику, сядьте здесь, расслабьтесь и ждите. Магистр примет вас, как только ваша аура очистится до приемлемого уровня. – Сопровождающая особа ушла, подпалив зажигалкой пару палочек и щелкнув кнопкой скрытого магнитофона. Комнатку заполнила нудная медитативная музыка.
– Ах, я от нее просто балдею… Душа в нирване, мысли гуляют по Шамбале, а в подсознании дрожат образы предыдущих инкарнаций…
– А меня так просто тошнит! – огрызнулась Илона. – Нэд, с тобой все в порядке?
– Голова кружится… немного. Мне доводилось бывать в шатрах арабских предсказателей по внутренностям, там такой же запах.
– Нэд, душка, ты ведь не хочешь сказать… что там вскрывали… птичек?
– М-м… в основном это были обезьяны, – подумав, припомнил рыжий рыцарь. – Маг входил в транс, поил животное смесью вина и собственной крови, потом под пение вскрывал ему живот ритуальным ножом, вываливал все внутренности на стол и уже по содержимому…
– По чему?! – прикрывая рот, едва выдохнула Илона.
– По запаху, по цвету, по месторасположению…
– Уп! – Валера резко побледнел, так же, как и его соседка, прикрыв ладошкой рот.
