Страница 6 из 6
Быть жертвами Лорэй надоело, и они всё чаще пробовались на роли злодеев.
– Не отказался, – с тоской в голосе призналась Эйнджела.
Душу согревали воспоминания о тех ярких, неподдельных чувствах, что жили в душе репликанта. Но даже они не могли заглушить зов его долга. А долг велел сержанту выполнить приказ. Но так уж сложилось, что жертве плевать, ведёт её на казнь влюблённый или равнодушный палач. Финал всё равно один.
Если бы всё сложилось иначе… Если бы они не были теми, кем их сделали…
– Ну вот и валим, пока они разбираются между собой, – поторопила Свитари впавшую в рефлексию сестру. – В идеале – поубивают друг друга и оставят нас в покое.
За злыми словами Ри эмпат почувствовала скрытую боль и беспокойство.
– Погоди, – Эйнджела посмотрела на бесчувственного безопасника, – я хочу поговорить с Грэмом.
Ри подозрительно уставилась на неё, будто не уверенная в здравом рассудке сестры.
– И на кой? Рассказать ему печальную историю жизни?
– Я ему должна, – твёрдо сказала Эйнджела. – Он мне жизнь спас. Хочу объясниться.
– Ну офигеть теперь, – раздражённо буркнула Свитари, но от дальнейших возражений воздержалась.
Мнению сестры она доверяла с самого детства. Лишённая дара эмпатии, Ри всегда восхищалась умением Эйнджелы проникать в души и головы людей. И если сестра считает, что поговорить с безопасником будет правильно – значит, это правильно. Точка.
Пока Эйнджела вскрывала упаковку с антидотом, входящим в базовую комплектацию игольных парализаторов, Ри надёжно зафиксировала лейтенанта в кресле. Одну руку она пристегнула к подлокотнику его же наручниками, вторую привязала ремнём. Тоже, кстати, принадлежавшим безопаснику.
Очнувшийся лейтенант не кричал, не ругался. Просто окинул всё ещё мутным взглядом комнату, оценил своё положение и уставился на сестёр:
– Полагаю, это не эротическая игра, а часть какого-то плана?
Было видно, что собранность стоит ему огромных волевых усилий: антидот не мог полностью нейтрализовать действие транквилизатора. Даже сидел лейтенант в основном за счёт привязанных рук, едва не сползая на пол. При этом феромоны всё ещё будоражили кровь мужчины и того одолевали разом злость и возбуждение.
Оба чувства он достаточно успешно подавлял.
– Поверь, красавчик, мы бы с большим удовольствием покувыркались с тобой в постели и разошлись, довольные друг другом, а потом ещё и присылали открытки на Рождество, но… – Ри развела руками. – Твоё начальство хочет спалить нам мозги.
– Откуда дровишки? – невольно процитировал Грэм своего старшего коллегу. – Вам даже ещё ничего не предъявляли. Считали свидетелями. А теперь вы – как минимум, каторжане. За нападение на военнослужащего, находящегося при исполнении.
– Да, исполнял ты знатно, – усмехнулась Ри и задумчиво провела пальчиком по табельному оружию Нэйва, лежащему на столе. – Слушай, Эйнджи, а может, пристрелить его? Спишут на репликантов. Его убили, нас похитили…
Она гаденько улыбнулась безопаснику, дав волю дурному настроению и бурлящей в душе злости.
– Это лучший выход для вас, – неожиданно сказал Нэйв. – Обеих.
Лорэй посмотрели на него, как на сумасшедшего.
– Предлагаю его послушать, – пистолет лёг в руку Свитари. – Он же от нас уже не отстанет.
– Мы не убийцы, – твёрдо сказала Эйнджела. – Хватит.
Свитари зло скривилась, но вернула пистолет на стол. Её сестра присела рядом с Нэйвом, чтобы тому не приходилось задирать голову.
– Прости за это, – виновато попросила она. – Но у нас нет выбора. Скажи, ты правда считаешь, что власти пожалеют никому ненужных шлюх, когда на кону возможность получить важную для Консорциума информацию? Да нас грохнут просто ради того, чтобы эти данные снова не попытались забрать корпораты. И у вас, и у них нам крышка. Понимаешь?
Эйнджела искренне хотела, чтобы он понял. Почему-то это было важно. Может, потому, что этот человек был честен и добр с ней. Редкое качество в дрянном мире.
Нэйв уставился ей в глаза. Контрразведчик в нём победил обманутого и разгневанного юнца, и теперь в голове лейтенанта шла напряжённая работа мысли. Головоломка с сёстрами обрела ряд недостающих элементов и стала куда понятней. Информация, нужная и Консорциуму, и кому-то, облечённому некоторой властью в Союзе. Причём такая, что в ход пошли наёмные убийцы. Судя по тому, что сёстры готовы повесить на себя тяжелейшую уголовную статью, но рискнуть и удрать – дело для них действительно серьёзное.
– Может, тогда вы расскажете мне? – предложил лейтенант. – А я вам помогу скрыться, получить новые личности.
Эйнджела только вздохнула:
– Нечего рассказывать. Импланты заблокированы. Мы не знаем, что там. Всё, что мы хотим – найти хорошую клинику, способную вытащить их из нас, не спалив мозги. Получится – пришлю почтой, и делайте с ними что хотите. Или у тебя есть спецы корпоратовского уровня под рукой? – с надеждой спросила она.
– К сожалению, нет, – честно признался Грэм. – Помимо специалистов необходимо ещё и оборудование. Но откуда-то же вы знаете, что за эту информацию вас убьют и в Консорциуме.
– В Консорциуме нас не ждёт ничего хорошего по другим причинам, – хмуро буркнула Ри. – Но тебя это не касается.
– Ошибаешься, – неожиданно мягко ответил Нэйв. – С того момента, как мне поручили ваше дело – меня касается всё. Иногда – даже в прямом смысле. Но это мелочи, мисс Свитари. Важно другое. Понимаете, если вы сейчас сбежите – охоту за вами начнут уже все. Контрразведка, Служба безопасности Союза, полиция, Консорциум и наёмники тех, кто желает вашей смерти. Даже без наёмников найдётся немалое количество доброхотов, готовых сдать вас за деньги, причём небольшие.
– Что за наёмники? – к удивлению лейтенанта напряглась Свитари.
– У сестры спроси, – пожал плечами тот. – Я подозреваю, что она знает куда лучше. Стреляли-то в неё.
Встревоженный взгляд Свитари метнулся к Эйнджеле. Та лишь пожала плечами.
– Понятия не имею.
Ри грязно выругалась и окинула безопасника взглядом, будто оценивая.
– Охоту за нами уже начали все, – в её голосе звучала сумасшедшая, отчаянная бесшабашность человека, которому нечего терять. – А ты сейчас так красочно перечислял, что я чётко осознала – нихрена ты не потянешь против всего этого дерьма. Ты – такая же букашка под сапогами больших людей. Расцветка только построже. Да нас цельный адмирал из такого дерьма не вытащит. Единственный выход – найти нору поглубже и сидеть в ней, не отсвечивая.
Эйнджела мрачно кивнула, соглашаясь с сестрой. Нэйву она верила. Тот действительно приложил бы все силы, чтобы помочь им. Но много ли тех сил у жалкого лейтенанта? Ему отдадут приказ и он, точь-в-точь как репликанты, сам принесёт их головы на блюдечке.
– Да, я не всемогущий волшебник, – согласился лейтенант. – Но выбранная вами стратегия ещё хуже. Вы как лисы. Это небольшие хищные животные с Земли. Красивые, хитрые звери. В старину среди людей благородного сословия было модно на них охотиться. Беда лис была в том, что они тоже считали лучшей стратегией отсидеться в норе. Не подозревая, что ищейки по следу находят нору, а охотники, заткнув запасные ходы соломой, подожгут её и пустят дым. И тогда у лисы лишь два выхода: задохнуться или выбежать под выстрел. Я предложил единственный вариант, который позволит сохранить вам жизнь. Думайте сами. Но если вы сбежите – я приложу все усилия, чтобы как можно быстрее вас вернуть. Не ради данных. А просто чтобы у вас осталась возможность выжить.
Он замолчал, глядя в глаза Эйнджеле. Та какое-то время смотрела на него, обдумывая сказанное, потом отвела взгляд.
– Хочешь пить? Я закажу уборку номера через шесть часов. Тебя найдут.
– Меня найдут гораздо раньше, – отозвался Нэйв. – И лучше для вас, чтобы первым вас нашёл тоже я. Решили бежать – дело ваше. Но помните: забившаяся в нору лиса становится добычей охотника.
– Можно подумать, покорно стоящие в стойле коровы не превращаются в стейки, – усмехнулась Свитари и сноровисто соорудила кляп из гостиничной наволочки. Лишив безопасника возможности позвать на помощь, она заботливо послушала, дышит ли тот носом, и кивнула сестре.
– Порядок, пошли.
Она вновь нацепила рыжий парик, кинула сестре бейсболку и визор, и Лорэй покинули номер. На его двери активировался режим «Не беспокоить».
– И как мы уберёмся с планеты? – спросила Эйнджела.
Она старалась, чтобы голос не дрожал, но получалось плохо. Ей овладел страх.
– Твой дружок говорил очень правильные слова про выкуривание лис из норы. Подожжём весь лес и сбежим с полумиллионом других животных.
Она вытащила из рюкзака планшет, активировала программу, как учил Блайз, и ввела код. По всему городу зазвенели сигналы тревоги. На улицах отключалось освещение, падали аварийные переборки, а операторы вентиляционных установок, генераторных станций, центров очистки воды и водных резервуаров с ужасом обнаружили, что потеряли управление объектами. На терминалах загорались сигналы один страшнее другого. «Критическая перегрузка», «Сброс излишков воды», «Выброс отравляющих веществ» – неполный перечень того, что видели операторы.
Город стремительно погружался в панику.
Репликанты лежали за россыпью камней. Их положение с каждой минутой становилось всё хуже: противник бросил на поиски диверсантов все наличные силы. Пока репликантов выручали темнота и несовершенство систем обнаружения Союза, но везение не могло продолжаться вечно.
Если до рассвета им не удастся выбраться за периметр – шансов выжить нет. Бдительный солдат заметит странное марево, и Чимбику с Блайзом останется лишь принять безнадёжный последний бой. И то не очень долгий: боеприпасов у них немного, да и мест, где можно вдвоём закрепиться и держать оборону, в обозримом пространстве не наблюдалось. Сколь бы ни отставал Союз в технологиях, в мозгах отставания точно не было: вся территория на поверхности, над подземной базой, являла собой плоскую пустошь, над которой редкими бугорками возвышались замаскированные элементы инфраструктуры.
Сержант наблюдал за вражеской суетой, мрачнея с каждой секундой. А Блайз наоборот – весело мурлыкал себе под нос какой-то мотивчик.
– Какой план, солист? – поинтересовался у него сержант.
– Сейчас противнику станет «кюхельбекерно и тошно», – с удовольствием щегольнул знаниями Блайз.
– Чего-чего? – сержант настолько удивился новому слову, что даже на секунду отвлёкся от слежки за перемещениями вражеских солдат. – Это что за «кюхельбекерно» такое?
– Это слова древнего поэта, с Земли! – гордо заявил Блайз. – Пушкин звали.
– Ты поэзией увлёкся? А детективы?
Хрустнул гравий под гусеницами. В пяти метрах от репликантов остановился вездеход, и оружейный модуль на его крыше медленно, словно принюхиваясь, начал поворачиваться. Чимбик и Блайз инстинктивно попытались вжаться в землю, словно это могло спасти от очереди двадцатимиллиметровых снарядов. Ствол орудия навёлся точно на их укрытие, помедлил мгновение и двинулся дальше, выискивая цель. Несколько секунд спустя, показавшихся репликантам вечностью, вездеход поехал дальше.
Чимбик облегчённо выдохнул.
– Не я. Ри, – машинально перейдя на шёпот, продолжил разговор Блайз. – Знаешь, сколько она стихов и песен знает? Я…
– Заткнись, Блайз, – привычным способом заткнул фонтан красноречия Чимбик. – По делу.
– По делу. Ри скоро должна устроить в городе панику.
– Ты всё же перехватил управление жизнеобеспечением, – догадался сержант.
– Да, садж, – радостно кивнул Блайз. – Паника будет знатной. Правда, Ри попросила, чтобы никто не погиб, поэтому тревога будет ложной. Но если не сработает – придётся запускать второй план и устраивать всё по-настоящему.
– Если сработает – хватит и этого, – успокоил его сержант. – А почему именно она? Сам что, не можешь?
– РЭБ, – коротко ответил Блайз.
Сержант молча кивнул, признавая правоту брата – средства радиоэлектронной борьбы Союза сбрасывать со счетов было глупо. Брат поступил правильно, избежав ненужного риска.
– Дальше, – потребовал сержант.
– Как только начинается паника – мы сразу выдвигаемся к комендатуре отбивать Эйнджелу. Ри туда ещё в самом начале подвела один из наших дронов, и он ведёт наблюдение. Войдём в город – дрон сразу скинет всю накопленную информацию. Эйнджелу обязательно будут эвакуировать – вот по пути и перехватим. Нет – придётся штурмовать комендатуру, но там ничего серьёзного: объект совершенно не пригоден для обороны.
– Рисково, – резюмировал Чимбик. – Но делаем.
Вскоре суета вражеских солдат изменилась: и наземные машины, и люди кинулись к шлюзам. Через несколько минут поиски продолжали лишь воздушные дроны-разведчики да несколько отделений киборгов.
– Ри, умница, как почувствовала, – Блайз в порыве эмоций хлопнул сержанта по плечу. – Обожаю её.
– Вот вернёмся – ей это и скажешь, – недовольно буркнул Чимбик, окончательно уверовав в обоснованность своих опасений.
Блайз не удержался от соблазна. Осталось узнать – насколько далеко это зашло, и как это скажется на дальнейших действиях брата.
– А пока – заткнись, Блайз. Идём за Эйнджелой, – сержант перехватил оружие и развернулся на животе, выбирая направление.
Репликанты поползли к границе базы.
Даже вечный скептик Чимбик вынужден был признать, что в этот раз Блайз выполнил работу мастерски. Транслирующиеся из динамиков и дублируемые уличными экранами жуткие сообщения ложились на слухи о происшедшем днём, вызывая страх даже у самых отпетых оптимистов. Люди вспоминали давно забытые инструкции по пользованию аварийными скафандрами и действиям при катастрофах, хватали в охапку домочадцев и бежали прочь из своих ставших такими ненадёжными жилищ.
Полиция и войска с трудом удерживали население от паники, не стесняясь использовать при этом любые доступные средства. Лучше забить одного паникёра, чем допустить давку, в которой могут погибнуть сотни.
Сапёры без оглядки на стоимость вскрывали переборки, заблокировавшие кварталы. Перед лифтами, лестницами и эскалаторами выстроились тонкие цепочки людей в форме. Любое неповиновение или попытка прорваться силой немедленно пресекались жесточайшим образом.
На верхних уровнях спасатели и полицейские разбивали живой поток на ручейки, текущие к подземным и наземным взлётно-посадочным площадкам. Мобилизовали абсолютно все летательные аппараты, способные принять на борт больше двух человек. Несколько владельцев шикарных космических яхт, попытавшихся возмутиться «произволом военщины», были показательно расстреляны, после чего никаких возражений со стороны остальных судовладельцев не поступало. Шаттлы, лёгкие космолёты, конвертопланы, туристические и грузовые дирижабли забивались под завязку и тут же уходили в небо, освобождая место следующей машине.
Репликанты наблюдали за всей этой суетой с помощью «мух», пробираясь к комендатуре техническими тоннелями.
– Чёрт! – внезапно воскликнул Блайз.
– Ты чего? – напрягся Чимбик, предчувствуя недоброе.
– Дрон, – ответил Блайз убитым голосом. – Что у комендатуры.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
