Елена Помазуева
Кровная месть
Глава 1
В замке герцога Даркар.
Замок возвышался над городом. Его каменные стены, сложенные из грубо отесанных камней, подавляли людишек, влачивших существование рядом с родовым гнездом Даркаров. Согбенные, в потрепанной одежде они двигались по своим мелким делам мимо монументальных сторожевых башен, составлявших основу для оборонительной стены. Никакая армия со стенобитным орудием не в состоянии разрушить укрепление, построенное несколько веков назад.
Мулы недовольно мычали, колеса телег поскрипывали, а гортанные голоса перебрасывались короткими репликами. Привычные звуки не отвлекали стражников, с ленцой прохаживающихся по периметру каменной стены. Прижатые к широким плечам копья воинственно щетинились острием в небо, где в летнюю пору не было ни облачка.
Высокий мужчина, одетый в неброскую, но добротную одежду, напоминающую военную форму, остановился перед кованными решетчатыми воротами замка. Он внимательно осмотрел строение, опытным взглядом отметив довольные лица стражников, их обмундирование в отличном состоянии, а потом оглянулся на горожан, неторопливо проходящих мимо. Никому не было дело до незнакомца, появившегося в этих местах.
Каждый день в городок, притулившийся у подножия родового гнезда Даркаров, приходили желающие попытать свою удачу. Кто-то искал работу среди таких же, как и они, тружеников, в надежде заработать на хлеб и по возможности осесть под крылышком у доброго господина. Комедианты развлекали толпу, собирая скудное вознаграждение среди местных, махнувших рукой на поиски лучшей жизни. Воров здесь не жаловали. Смерть их настигала сразу же после поимки. Никакие жалобные истории не могли смягчить сердце лорда Даркара, правившего жесткой рукой своими подданными.
Герцогство простиралось на огромное расстояние. Крестьяне круглый год были заняты на полях лорда. Они сеяли, убирали урожай, косили сено для скотного двора, и в ответ Даркар платил им медной монетой. Край процветал, герцог богател, а обычный люд терпел и на праздники восхвалял своего господина. Впрочем, как и везде в королевстве.
Этот край ничем не отличался от того места, из которого пришел незнакомец.
По его внешнему виду можно было сказать, что он высок ростом, широк в плечах и по осанке напоминал военного, ушедшего в отставку. Только кто добровольно уйдет со службы, где можно сытно жить и в меру бесчинствовать под прикрытием господина?
Запыленные темно-русые волосы развивал ветерок, поднявшийся к вечеру. Мужчина тряхнул головой, наслаждаясь появившейся прохладой в конце летнего дня. Через плечо перекинут кожаный ремень дорожной сумки, за широким поясом торчали рукояти двух кинжалов. Высокие сапоги покрылись пылью. Глядя на него можно предположить, что он определенно проделал длинный путь и теперь ищет место для ночлега.
Однако, он стоял у ворот замка и не спешил найти трактир, где можно снять комнату с койкой и перекусить за большим столом в общей комнате. Наверняка его мучила жажда, так как губы потрескались от солнца и ветра. И все же он внимательно осматривал замок, не торопясь пройти мимо, как это делали окружающие его горожане.
Некоторые проявляли осторожное любопытство и бросали на могучую фигуру короткие взгляды. Другие наоборот сторонились странного незнакомца, не вписывающегося в их привычную жизнь. Никому из прохожих не хотелось разгадать загадку его появления в небольшом городке.
Мужчина шагнул к воротам и решительно окликнул стражника:
– Эй, служивый! У меня письмо к герцогу Даркару!
Голос прокатился под сводами каменной арки густым баритоном, привлекая внимания часового. Стражник окинул взглядом заговорившего с ним человека и сделал знак подойти. Сам он находился в тени стены и покидать прохладное место не собирался. Незнакомец шагнул вперед и вытянул из-за пазухи свернутое письмо. Он продемонстрировал красную печать, где от оттиска по кругу расползлись высохшие выпуклости. Писавший не пожалел яркого воска, когда запечатывал письмо.
Стражник внимательно осмотрел оттиск, затем самого посланца и только после этого коротко кивнул, разрешая войти внутрь. Он объяснил, куда нужно пройти и кого спросить, чтобы его проводили к его светлости.
В ворота следом за незнакомцем вечер вдохнул раскаленный воздух, принесся с собой пыль, запахи города и удушливость летнего жара. Стражник недовольно проворчал, обвиняя в порыве уходящего дня прибывшего путника.
Мужчина прошел вперед, осмотрелся во внутреннем дворе замка и направился к указанной двери. Когда он протянул руку к массивной деревянной ручке, дверь резко распахнулась, и на него вихрем налетел худенький подросток. Он опасливо оборачивался назад и совершенно не ожидал увидеть перед собой кого-то.
– Дьявольщина! – ругнулся недовольный мужчина, почувствовав тяжесть каблука сапога мальчишки.
Хоть тот невысокого роста и щуплого сложения, однако, отдавил ногу со всей силы своего веса.
– О, простите! – испуганно пискнул подросток и отпрянул назад.
Неловкость сыграла с ним еще одну злую шутку. Парень ударился плечом о косяк, да еще в том самом месте, где находилась металлическая планка, укреплявшая вход. Мужчина был недоволен и зол, он уже рассчитывал на предстоящий отдых после длительного пути, и совершенно не обрадовался нечаянному инциденту.
– А! – отчаянно вскрикнул от боли пацан.
Мужчина сначала порадовался постигшему наказанию неловкого парня, а затем посочувствовал. У самого нога болела от неудачной встречи с каблуком торопыги.
От неожиданного удара плечом шапка подростка наползла тому на глаза, а когда он принялся активно тереть пострадавшее плечо, быстро съехала на бок и свалилась на землю. На плечи подростка упали тяжелые пшеничные локоны. Их роскошный вид и блеск резко контрастировали с общим видом поношенной и плохо сидящей на угловатой фигуре одежде.
Подросток резко наклонился, чтобы поднять потерянный головной убор, и волосы водопадом мелькнули перед изумленным взглядом мужчины. Худые кисти рук выглянули из-под потрепанных рукавов, они напялили шапку на голову, а затем торопливо принялись запихивать пшеничную роскошь под вязанное изделие из шерсти.
На него с испугом глянули огромные зеленые глаза.
– Прошу вас не говорите никому обо мне, – умоляюще тихо прошептала девушка.
– Ты воровка? – строго спросил мужчина, – Если ты что-то украла, я тебя покрывать не буду.
– Нет-нет, господин, – заторопилась она, – Я лишь хотела выйти в город, чтобы родители не узнали об этом.
– К любовнику? – по какой-то иррациональной причине мужчине высказанное предположение совершенно не понравилось.
Он предпочел бы ухватить девушку с пшеничными волосами за локоть и лично отвести к родителям. Да еще высказать им свое неудовольствие, потому что плохо смотрят за юной дочерью. Не дело молодой девушке переодеваться в потрепанную мужскую одежду и отправляться в город, где любой может ее обидеть.
Если бы у него была дочь … Правильно, он именно так сразу на нее и посмотрел, как на дитя, которое возможно у него где-то есть. Жизнь военного всегда полна приключений, в том числе любовных. А о том, что он не знал о наличии у него детей, еще не говорили об их отсутствии.
Стоящий перед ним ребенок женского пола слишком хрупок, нежен и красив, чтобы позволить ему попасть в беду. Зеленые глаза завораживали, а показавшиеся всего на мгновение пшеничные локоны околдовывали. Если уж его закаленное войной и сражениями сердце дрогнуло, то что можно сказать об отбросах за стенами замка?
– Что вы, господин?! – от вопроса о любовнике глаза девушки открылись еще больше и бравый вояка вдруг увидел перед собой безбрежную гладь океана, – Я лишь хотела навестить горничную леди Даркар. У нее заболел сын, и я несла гостинец.
С этими словами девушка вытащила из-за пазухи три наливных яблока. Спелые фрукты не смогли отвлечь внимание мужчины, и он заметил нижнюю рубашку, мелькнувшую в разрезе стеганой куртки. По краю округлого ворота были пришиты кружева.
– Проживет ребенок без твоих яблок, – недовольно бросил мужчина и шагнул в дверной проем, заставляя девчонку войти внутрь.
– Кто вы такой? – огрызнулась она, – Отойдите в сторону и дайте мне пройти!
В голосе послышались нотки властности, и это окончательно убедило военного в правильности своей догадки. Подобным тоном никакая горничная не станет разговаривать с мужчиной выше ее на голову и гораздо сильнее физически. Он вполне мог зажать ее в углу и сделать все, что заблагорассудится. Девушки из народа понимали простую истину и всегда разговаривали с ним чрезвычайно вежливо.
– Как я понимаю, имею честь разговаривать с леди Даркар? – он немного отступил, но ровно столько, чтобы отвесить шутовской поклон. Он даже шляпой помахал перед ее коленями.
Дочь владельца замка окинула его негодующим взглядом. Зеленые глаза пытались испепелить незнакомца, с легкостью разгадавшего ее маскарад. Теперь он обязательно расскажет обо всем отцу и ее запрут в комнате надолго, лишив возможности свободно передвигаться. И срок наказания неизвестен. Вполне возможно, эта выходка подстегнет герцога Даркар к поискам подходящего кандидата ей в мужья, и из собственной спальни она выйдет только к алтарю, где ее будет ожидать незнакомец.
Отец уже давно говорит о предстоящем замужестве. Причем мнение невесты абсолютно не учитывалось. Лорд Даркар перебирает имена женихов, интересуется их положением при дворе, материальном состоянии и ему безразличны чувства дочери. Родители до безумия любили единственное дитя, а потому считали себя обязанными обеспечить будущее молодой девушки, как можно выгоднее выдав ее замуж.
Все эти мысли пролетели с быстротой молнии в голове юной леди Даркар, пойманной на переодевании и дерзком поступке. Она понимала всю сложность ситуации. Надо было что-то срочно придумать. Нужно убедить грубияна не рассказывать о ее выходке.
Что делать?
В отчаянном порыве она кинула к нему на шею и, привстав на носочки, уткнулась губами в его обветренные и потрескавшиеся губы. Она чуть приоткрыла рот и почувствовала вкус степей и полыни, запах свободы и приключений. Неожиданно для себя, из любопытства узнать какова на вкус незнакомая ей жизнь она высунула кончик языка и лизнула потрескавшуюся кожу.
Мужчина вздрогнул, совершенно не ожидая от нее импульсивного действия, но не отстранился, позволив ей проявить инициативу. Где-то глубоко внутри он восхитился отчаянной смелостью, подтолкнувшую девушку на этот поступок. Она не была опытна в соблазнении, но именно наивность возбуждала и завораживала.
Он приподнял руки в желании отстранить ее от себя, но, когда положил ладони на худенькие плечи, скрытые бесформенной одеждой, она громко вздохнула. Он услышал многое в этом звуке – томление, тоску и стремление постичь большего. Мужчина не удержался и ответил на призыв. Его просили показать то, чего не знала юная дева, и он не в силах был отказать.
Его губы дарили поцелуй с нежностью. Он не собирался пугать напором страсти, свойственной грубым солдатам. Она хотела получить романтики, и это была его обязанность показать горизонты, за которыми скрывается нечто большее, чем случайно сорванный поцелуй.
Ее губы слушались руководства, отдавались искусному партнеру и дарили наслаждение своей свежестью и невинностью.
Он понимал, что не имеет права целовать дочь владельца замка, грозного господина, держащего в повиновении тысячи людей, но оттолкнуть хрупкий росток юности посчитал кощунством. Это был ее первый опыт поцелуя, и мужчина старался сделать так, чтобы она насладилась им и запомнила надолго. Ничего незначащая ласка для него, подаренная неожиданно девушке с пшеничными волосами, делала его благороднее в собственных глазах. Словно он указывал путь, по которому вскоре она пройдет, и будет с нежной улыбкой вспоминать о первом поцелуе, случившимся с незнакомцем.
– И все равно я не позволю вам покинуть замок, – сказал мужчина с улыбкой, когда их безумно долгий поцелуй закончился.
Его пальцы обхватили выбившийся из-под шапки светлый локон, завили вокруг себя, а затем аккуратно спрятали под шерстяную вещь.
После поцелуя грудь девушки волновалась, он ощущал колебания рядом со своей. Зеленые глаза посмотрели на него серьезно. Она растерялась и не знала, как выпутаться из ситуации, в которую сама себя завлекла.
– Прошу вас, не говорите никому, – умоляющим шепотом произнесла леди Даркар.
– Об этом? – вояка дотронулся рукой до шапки, – Или об этом, – теперь подушечки его пальцев дотронулись до ее губ.
Мужчина все еще продолжал обнимать хрупкий стан, не торопясь выпускать из объятий, а потому с удовольствием пронаблюдал за полыхнувшим румянцем на щеках девушки. Сейчас он преподавал ей второй урок – нельзя бездумно целоваться с незнакомцем. Если до этого он мог рассказать только о маскараде и неподобающем поведении для высокородной леди, то сейчас она дала в руки мужчины серьезное оружие против себя.
Девушка смешалась и попыталась отступить назад, при этом кончик ее языка быстро пробежался по губам, привлекая ненужное внимание. Ей не хватало опытности в любовных делах, и именно из-за этого только усугубляла ситуацию. Изящные кисти рук сжались в кулачки, и она принялась вырываться из крепких объятий.
– Я никому не расскажу о нашем … разговоре, – он намеренно сделал паузу, заставляя ее сильней прочувствовать допущенную ошибку, – только при одном условии.
– Каком? – она вскинула на него взгляд, и он отчетливо прочитал страх и отчаяние.
– Вы больше не станете переодеваться мальчишкой, – он старался надавить на нее, произнося слова, – И ни при каких обстоятельствах не будете выходить за пределы замка без сопровождения. Я понятно объяснил?
Зеленые глаза пытливо смотрели на мужчину, в них сквозило неверие. Она допускала для себя гораздо худшие наказания – от скоропалительной свадьбы с незнакомцем, который вполне может оказаться гораздо старше ее, и до телесного наказания. Отец вполне мог расправиться с непослушной дочерью, приказав кому-нибудь из служанок выпороть розгами. Он часто прибегал к такой мере, если Эсма ослушивалась запретов или вела себя своевольно.
– Мы договорились, ваша светлость? – военный слегка приподнял левую бровь, ожидая ответа.
Он не был красив в полном понимании этого слова. Долгие годы, проведенные им на полях битв, холодные ветра зимой, промозглая погода в межсезонье и летняя жара поработали над лицом мужчины. В нем присутствовала суровость, проявляющаяся во всем. В чертах лица, в движениях, во всем облике. Простая, но добротная одежда военного кроя подчеркивала мускулистое тело, привыкшее к лишениям. Он запросто мог уснуть у костра зимой, завернувшись лишь в плащ, и не подхватить даже простуды. Крепкий организм справлялся и с ранениями, позволяя вставать на ноги в самые короткие сроки.
Он зарабатывал тем, что сражался за других, ради чужих интересов, получая оговоренное жалование. Если ему не платили, он уходил в поисках того, кто готов взять на службу. Наемник без семьи, родных и близких. Он даже не мог сказать о ком-то, как о друге, потому что в следующий раз вполне мог оказаться по разные стороны сражающихся.
– Я рассчитываю на ваше слово чести, – она поджала губы, опасаясь предательства с его стороны.
– Даю слово чести, но и от вас требую того же, – внутренне он улыбнулся.
Откуда у наемника может быть честь? Хорошо, что наивная душа не подозревает об этом. Иначе пришлось бы преподнести еще один урок и потребовать денег за молчание. Все в этом мире продается, и со временем леди Даркар об этом узнает. Пусть от кого-нибудь другого. С него на сегодня вполне довольно быть в роли воспитателя для невинной девицы.
– Даю слово чести, что не стану переодеваться и выходить в таком виде за пределы замка, – в зеленых глазах промелькнула хитринка.
Он не сомневался, что она что-нибудь обязательно придумает и снова попытается сбежать навстречу приключениям. Лишь бы не на его веку. Не хватало еще бегать по убогим жилищам в поисках своенравной дочери владельца замка.
– Я ищу Валькана, – сделав вид, что удовлетворился ее обещанием, произнес наемник.
Леди Даркар воодушевилась, почувствовав твердую почву под ногами. Замок и его обитатели ей известны. Так почему бы не указать направление, в котором можно найти секретаря отца? Она подробно объяснила, как пройти в каморку, занимаемую господином Вальканом, исполняющего обязанности помощника и стряпчего в их семье.
Мужчина направился в указанную сторону, а девушка поторопилась незаметно пробраться в свою комнату. Ее еще не скоро должны были хватиться, но она предпочла отменить вылазку в город. Если уж не сложилось, то лучше не рисковать.
После короткого разрешения наемник вошел в комнату с низким потолком и окинул взглядом полную фигуру мужчины, сидящего за столом. Обритый налысо череп неприятно светился в полумраке. Мутноватые глаза смотрели на вошедшего с пренебрежением. Скольким просителям приходилось указывать на ворота без удовлетворения просьб? Валькан давно научился говорить вежливо, но непреклонно, чтобы у посетителя не оставалось призрачной надежды.
Сейчас перед ним предстал интересный персонаж, и секретарь прикидывал о каком деле сейчас пойдет речь.
– У меня письмо к герцогу Даркару, – сухо произнес визитер.
Он стоял, широко расставив ноги, сложив руки в замок перед собой. Поза расслабленная, но при этом значительная. Валькан почувствовал исходящую от мужчины силу и готовность к любым опасностям.
– Можете отдать его мне, я передам, – процедил секретарь и протянул перепачканную в чернилах длань через стол.
Вставать перед незнакомцем не собирался, но и недооценивать не стал.
– Мне заплатили за вручение лично в руки, – и на лице не промелькнуло ни тени эмоции.
Это не просто гонец с депешей. Наемник, привыкший получать вознаграждение строго за свои деяния.
– От кого? – поняв, что посетитель добровольно не расстанется с посланием, спросил секретарь.
– От барона Лавита, – был столь же короткий ответ.
– Так что же вы сразу не сказали? – оживился Валькан, – Идемте, я вас провожу.
Замок был огромен. Его строили с таким расчетом, чтобы при необходимости в нем можно пересидеть осаду в несколько месяцев, разумеется, при достаточном наличии провианта и воды. Наемник со знанием дела осматривал планировку и укрепления. Он оценивал узкие бойницы окон, из которых удобно убивать врагов, оставаясь в относительной безопасности. Извилистость коридоров и переходов, над которыми нависали балконы, позволяющие расстреливать в упор неприятеля, если тому удалось прорваться внутрь. Крепкие стены, способные выдержать прямое попадание ядер и магическую атаку. На всех несущих балках и стратегически важных моментах для целостности сооружения располагались охранные амулеты, усиленные не одним магом.
Хозяева замка из поколения в поколения постарались превратить свой дом в несокрушимую крепость.
– Его светлость сейчас прогуливается в саду. Недавно распустились розы, присланные ему в подарок его величеством, – почтительным тоном сообщил Валькан.
Его пухлое тело семенило полными ногами перед наемником, и когда секретарь говорил, то оборачивался к собеседнику, насколько ему позволяла комплекция.
– Как вас представить, господин? – остановился секретарь, выйдя из замка.
– Кроул Черный пес, – раздался короткий ответ.
Они оказались за пределами строения, а перед их взглядом раскинулся живописный сад. Вдалеке виднелась каменная стена, защищавшая со всех сторон родовое гнездо герцога Даркара, но изнутри ее живописно украсили плетущиеся растения.
«Наверняка это любимое место прогулок юной леди» – отчего-то подумалось гостю. Но потом он увидел высокую мужскую фигуру в дорогой одежде. Лорд Даркар стоял среди пышной растительности и рассматривал что-то перед собой.
– Ваше сиятельство! – поспешил к герцогу Валькан, – К вам посланник Кроул Черный пес с личным письмом от барона Лавита!
Голос пролетел через пространство и достиг слуха Даркара. Мужчина развернулся и издали посмотрел на визитеров, нарушивших его уединение. Он коротко кивнул, позволяя подойти ближе.
Черный пес достал свернутое письмо из-за пазухи и неспешными шагами приблизился к герцогу. Он протянул послание и встретился с холодным взглядом зеленых глаз. Дочь и отец очень похожи. Оба красивы, но каждый по-своему. Девушка была милым и очаровательным созданием, мужчина мог одним взглядом поставить врага на колени. Грозная сила, исходящая от лорда ощущалась физически.
– Давно в дороге? – вежливо поинтересовался герцог, срывая печать с послания после того, как удостоверился в ее целостности.
– Две недели, – просто ответил Черный пес.
Хозяин замка больше не обращал внимания на наемника, внимательно разбирая строки написанного. По мере чтения лицо становилось все более хмурым. Секретарь, заметив перемену в настроении своего хозяина, расплылся в подобострастной улыбке.
Глава 2
Там же.
– Что-то случилось, ваша светлость? – тревожным голосом спросил секретарь.
Герцог молчал, невидящим взглядом уставившись в землю перед собой. Наемник так же не сводил озадаченного взгляда с хозяина замка. Что могло растревожить местного правителя? Его власть на этих землях приравнивается к королевской. Что могло сообщаться в письме, что заставило грозного герцога стать хмурым и встревоженным?
Черный пес наблюдал за изменениями на лице Даркара, а потому был уверен в своей оценки эмоций, испытываемых герцогом. Лорд не произнес ни слова, не сделал ни одного жеста и даже следил за выражением лица, но внутри у него все клокотало.
– Ваша милость, – прокашлялся Черный пес, – ответ будет?
Задавать вопросы не в его власти. Наемник не тот человек, с кем герцог будет обсуждать проблемы. Какими они не были. И все же зеленые глаза, напоминающие одну шуструю девицу, смотрели зло и немного рассеяно, не позволяли развернуться и уйти, оставив разбираться с возникшими проблемами главу рода Даркар.
– Валькар, распорядись об ужине и ночлеге для господина Кроула, – вместо ответа на вежливый вопрос отозвался высокомерный герцог.
Больше в э саду Черному псу делать нечего. Он выполнил работу, за которую уже получил вознаграждение, и хотя он рассчитывал переговорить с хозяином замка о найме, ничего не оставалось, как покинуть Даркара. В любом случае вести, которые он принес, оказались нерадостными, а разговор можно отложить до завтра. Глядишь, к утру плохое настроение хозяина замка изменится, (недаром говорят у него жена красавица) и утром разговор состоится более плодотворный.
Черный пес развернулся к замку, и секретарь засеменил рядом. Под их ногами похрустывал мелкий гравий из каменоломен его сиятельства. Садовник старался создать здесь дивный уголок. Кроул не был сентиментальным, он часто видел смерть и не привык любоваться красотами, созданными руками человека. Но это место несло какой-то странный отпечаток девушки с зелеными глазами и с волосами цвета пшеницы. Она будто незримо присутствовала здесь, а Черный пес еще ощущал вкус ее губ. Достаточно было облизнуть свои.
Он ошарашено остановился, потому что действительно на его губах остался сладковатый аромат. Едва слышный и все же заметный. Он грубый вояка, закаленный в сотнях сражениях, после одного поцелуя стал обращать внимание на цветочки в саду и теперь облизывает губы, чтобы вспомнить ощущения от прикосновения избалованной девчонки? Ха! Да три раза ха! Ему надо было распотрошить ее грубую одежду и руками сжать крохотные груди, чтобы эта любительница приключений на всю жизнь запомнила их встречу.
Да он и сам не забудет.
Дьявольщина! Что за дурь у него носится в голове? Сиськи помять надо было, да и между ног втиснуться. Он грубый наемник, берущий любую женщину при захвате покоренного города, или кто? Да и с работой неизвестно что. Он-то рассчитывал наняться к герцогу, а если тот не в духе и неизвестно в каком настроении лорд будет завтра, то, Пес, ты идиот, упустивший возможность облапать хозяйскую дочку. Она же сама на шею вешалась! С поцелуями полезла!
Как не уговаривал себя Черный пес, он не мог думать о молодой леди Даркар как обо всех встреченных им женщинах. Кто-то сам поднимал юбку и с готовностью предлагал себя, кого-то приходилось брать силой, но ни разу в его жизни он не испытывал странного чувства благоволения перед невинностью, потянувшейся к нему за помощью.
«Будь ты трижды проклята, зеленоглазая колдунья!».
После этого пожелания Черному псу стало легче. Он шел вслед за услужливым секретарем по переходам замка и надеялся отдохнуть от длительного пути. Он свою работу сделал. Вознаграждение получил и теперь абсолютно свободен от всех обязательств.
На кухне пышногрудая кухарка, подавшая ему горячую еду, стрельнула в него глазками. Мужчина ответил многозначительной улыбкой. Затем понаблюдал за ее поведением. Сначала она догнала лысого Вальена и что-то жарко ему зашептала, слегка привалившись грудью к плечу мужчины. Черный пес поморщился от явной демонстрации готовности. Секретарь согласно покивал и что-то ответил. Потом женщина вновь подошла к наемнику, старательно при этом покачивая бедрами. Надо отдать ей должное, при большой груди сама она не страдала лишним весом.
Но почему-то сейчас Черный пес сравнивал аппетитные формы с теми, к которым не стал сегодня прикасаться. Наметанным глазом он определил хрупкую фигуру под грубым нарядом. И что неприятно удивило, стройность леди Даркар ему нравилась гораздо больше, чем готовая разделить с ним постель горячая женщина.
– Господин что-нибудь еще желает? – шаловливый тон.
Белоснежная пухленькая ручка взметнулась к вырезу на груди, и указательный пальчик, дразня, прошелся по краю ткани. Лучшего намека на приглашение не придумаешь. Чистая, сытая женщина приглашала сегодня ночью разделить радости любви. Что еще нужно для наемника, который утром покинет гостеприимный дом?
Черный пес откинул в сторону сомнения и нырнул взглядом в соблазнительную ложбинку между полных грудей. Женщина наклонилась вперед, демонстрируя пышную, белоснежную плоть. Мужчина проглатывал куски кушанья, быстро пережевывая. Ему хотелось сорвать ткать, обнажить упругую грудь и смять пальцами возбужденные соски. Женщина правильно поняла его горячий взгляд, и на ее губах заиграла довольная улыбка.
Едва он закончил ужин, они удалились в ее комнату. Там было чисто, пахло свежим бельем и тонким, чем-то непередаваемым женским. Он втянул запах и обратил взгляд на постель. Обычная деревянная кровать для прислуги. Значит, сегодня он будет спать, прижавшись к горячему женскому телу.
Податливая женщина в объятиях – мечта любого мужчины. Белое, пышное тело, готовое исполнить любую мечту и фантазию. Он удовлетворял свою похоть, заталкивая в самый дальний уголок памяти неожиданный поцелуй с невинной леди Даркар.
Это было что-то иное, не имеющее никакого отношения к происходящему. Однако малейшее воспоминание о губах юной леди возбуждало его, и он вновь и вновь вторгался в готовую плоть. Чувства женщины его не волновали. Он знал о ее готовности, больше ничего не интересовало.
– Ты жеребец, – грубо похвалила кухарка, в очередной раз обмякнув в его руках, – Скоро рассвет, а ты даже не устал.
– Устал, – лениво ответил Черный пес, рассматривая серый квадрат окна.
Он сам не ожидал такого влияния на себя. Невинная девчонка, потянувшаяся к нему. В низу живота вновь вспыхнуло пламя. Он потянулся руками к телу доступной женщины, желая найти облегчение.
«Колдунья. Сожгла душу».
– Опять? – удивилась белотелая женщина, ощутив его возбуждение, – Красавчик, мне пора бежать на кухню, а ты ни минутки не дал поспать.
Она говорила довольным тоном и с готовностью развела ноги. Но сейчас он хотел не этого. Он понял, его не отпускает леди Даркар. Черный пес перевернул податливую женщину на живот и накинул на ее тело ткань. Он хотел закрыть глаза и представлять под своим пылом хрупкую фигуру девушки, почти подростка с зелеными глазами.
Все было намного лучше, чем до этого. С его губ срывались стоны. Он закрыл глаза и его язык вспоминал те мгновения, когда изучал рот невинной девы. Да! Ему удалось ощущение полного присутствия. Женщина стонала под его напором, и Черный пес, испорченный победами и легкодоступными женщинами, представлял в своих руках дочь хозяина замка, где ему предоставили ночлег.
Он почти ощущал руками бедра стройной нимфы, его плоть почти вонзалась в нее, даря освобождение от чар зеленых глаз. Когда его накрыла разрядка, мир вокруг потерял значение. Ничто не могло отвлечь от полученного удовольствия. Никакие крики, выстрелы и взрывы магических зарядов. Ему было все равно, что творится там за пределами его счастья – быть с ней.
– Ай! А-а-а! – орала где-то в испуге женщина.
Он давно привык к подобным крикам, когда врывался в захваченные города. Мужчины пытались защитить своих женщин, но разгоряченные битвой наемники желали поверить в то, что они еще живы. Им нужны были женщины, они брали их силой, редко по договоренности. Они утверждали себя, свое право завоевателей.
Но сейчас все было иначе. Он не продирался много часов сквозь противника, кроша и рубя на куски человеческие тела. Звуки доносились откуда-то издалека, возвращая к реальности.
– Что это? – встревожено обернулся к окну, где иногда виднелись вспышки огня.
– Я не знаю! Не знаю! – голосила женщина.
Осознание действительности пришло мгновенно. Он откинул ненужное теперь тело в сторону. Женщина всхлипывала, суетливо пыталась найти одежду, укрыться одеялом. Черный пес сразу понял тщетность ее попыток. Никакая ткань не остановит насильника.
По звукам, доносившимся вокруг сквозь толстые стены, наемник легко догадался об идущей битве в замке. Ему не требовалось много времени для расчета шансов на выживание. Только побег из здания даст ему возможность остаться живым.
Его здесь ничего не держит. Герцог не заключил с ним контракт, ему никто не оплатит геройство.
Привычный к любым неожиданностям, Черный пес оделся быстро. Успел проверить оружие, закинуть на плечо походный рюкзак, с которым пришел в замок. Он открыл дверь и шагнул в коридор. Здесь звуки битвы стали гораздо громче. Наемник прислушался, чтобы определить направление.
Его недавняя прогулка по замку помогла сориентироваться в каком направлении можно уйти. Пусть жизнь наемника недорого ценится работодателями, но самому Кроулу еще хотелось походить по земле. Черный пес поспешил по коридору прочь от звуков битвы. Он успел вовремя свернуть за угол, когда послышались тяжелые шаги. Замерев за поворотом у стены, услышал как дверь в комнату, которую только что покинул, распахнулась, и оглушительный женский визг резанул по ушам.
Что ж нападающие, кто бы они ни были, добрались до слуг. Его отзывчивая любовница познает на себе все прелести покоренной стороны. Даже если герцог в итоге перебьет врагов, женщины в его замке пострадают.
Кроул отчетливо скрипнул зубами. Молодая леди Даркар. Ему бы не хотелось, чтобы девушка испытала на себе то, что сейчас происходит в покинутой им комнате. Идти на выручку кухарке наемник не собирался, ему собственная жизнь дороже. Все, что сейчас необходимо сделать –в суматохе незаметно покинуть замок, ставший ловушкой.
Черный пес осторожно пробирался к выходу из кухни. Он предполагал, что наемники первым делом наведаются туда, но кроме этого других путей к побегу вспомнить не мог. Долгий переход в сад не приемлем. Замок кишит неизвестными убийцами, а ему хотелось бы сохранить шкуру целой. Дверь, где он столкнулся с леди Даркар, находилась неподалеку от парадного входа, а значит, там тоже должны толкаться возбужденные убийцы.
Оставался черный ход с кухни, но если проявлять осторожность, то можно попытаться выскользнуть из замка.
Неожиданно на Кроула откуда-то сверху свалилось тело.
– Дьявольщина, – прохрипел привычный к трупам наемник.
Лишь бы никто не заметил его присутствия. Вскинул голову и посмотрел вверх. Узкая лестница уходила пролетами вверх, цепляясь за выставленные деревянные балки, торчащие из стены. Посередине небольшое свободное пространство, именно оттуда на него свалилось тело. Убитые не его забота. Странно, но на него никто не смотрел. Лестница была абсолютно пустой. Словно труп выбросился сам с верхотуры.
Черный пес попытался осторожно отступил в сторону. Вдруг сейчас появятся соратники погибшего? Ему не хотелось отвечать на их вопросы. Шаг. Еще шаг. Он тревожно поглядывал по сторонам и не забывал осматривать лестницу.
Тень на каком-то пролете мелькнула быстро, и Кроул решил отнести это видение за счет адреналина, пульсирующего в крови. Настороженный взгляд ничего не нашел, потому он продолжил свой путь к свободе и возможно к спасению жизни.
В кухне хозяйничали наемники. Одни били посуду, другие переворачивали котлы, с диким смехом рассуждая, что хозяевам это ни к чему. Двое насиловали работниц кухни, пришедших к началу работы. Женские крики и мужской смех – обычное сопровождение при таких захватах.
Черный пес не видел в этом ничего особенного. Он бы и сам так себя вел. Сегодняшняя ночь дала ему опустошение и желание выжить. Но если бы он оказался на месте этих парней, то скорей всего не отказался бы занять место между ног одной их женщин.
Отчего-то в этот раз наблюдение насилия не возбуждало. Наверное, потому что он находился с другой стороны. Странно, но впервые он был мирным человеком, случайным свидетелем, желающим уйти живым и спасти свою никчемную жизнь.
– Эй, – его кто-то тронул за рукав.
От неожиданности Кроул, готовый ко всему, выхватил кинжал и успел прижать тонкое лезвие к захватчику. На него из темноты взглянули затянувшие в омут зеленые глаза. Рука не дрогнула, но в последний момент остановилась. Леди Даркар не входила в число наемников и явно не желала убивать.
Она замерла под клинком и с тревогой смотрела прямо в душу наемнику. Где только она ее нашла? Никто, даже сам Черный пес не подозревал о ее существовании, а колдунья заглянула и Кроул пропал.
– Леди Даркар, – выплюнул наемник имя, как ругательство.
Нахождение рядом с ним означало смерть обоим. И, если ему повезет, то быструю, за девицу с колдовскими глазами он не мог поручиться. Он слишком хорошо знал, что с ней сделают захватчики.
– Они пришли ко мне, – торопливо и сбивчиво начала говорить она, – Их было трое. А я … – всхлип, – у меня под подушкой нож. И папа учил бросать. А я … – снова всхлип, – кинула и попала.
– Сколько вы убили? – сквозь стиснутые зубы спросил Кроул.
– Двоих, – виновато выдохнула леди Даркар, – То есть у меня было два ножа, и они упали, а на груди кровавое пятно.
– Сколько осталось? – Черный пес готов был растерзать истеричную девицу.
– Ни … – она судорожно мотнула головой, – нисколько.
– Как? – вопрос повис между ними.
– Он расстегнул штаны, а я кинула в него масляной лампой, – она отвела глаза в сторону, – Второй … вот.
Она показала кивком головы на распростертый труп мужчины у ног Кроула. Эта хрупкая девчонка смогла выбросить крупного и подготовленного мужчину с лестничного пролета? Черный пес ей не поверил, но труп лежал чуть в стороне без признаков жизни, а потому он решил оставить выяснение подробностей на потом. Хотя это «потом» сейчас его волновало сильнее всего.
Кроул окинул взглядом девчонку. Снова шерстяная шапка до самых глаз, бесформенная одежда, скрывающая женскую фигуру. Когда только успела переодеться? Не спала же она, в самом деле, в этом тряпье?
– Слушай сюда, – неожиданно для себя наемник перешел на простое обращение, но ситуация требовала от них слаженных действий, а не вежливого раскланивания, – Мы пройдем через кухню. Там… – Черный пес замялся, понимая жесткость ситуации.
– Можно уйти через другую дверь, – тут же вклинилась молодая хозяйка замка, – Слуги иногда ею пользуются, если вносят громоздкие вещи. Обычно она закрыта. Вальянт выдает ключи.
– И мы выйдем через закрытую дверь? Или предлагаешь искать лысого толстяка по всему замку? – Кроул вскипел негодованием.
Он пытается спасти себя, ее от неминуемой гибели, а эта, мягко говоря, леди до сих пор не осознала опасность. Надо всего лишь выйти через закрытые двери, а ключ добыть, мотаясь в кишащем убийцами замке.
– У меня есть ключ, – сухим и обиженным тоном произнесла дрянь.
И еще какая! Он переживает за нее всю ночь … Ладно он хотел удрать отсюда, оставив девчонку в замке на растерзание наемников, но она ему за это недолгое время успела душу вымотать, пока он уговаривал себя в правильности подобного решения. А это непозволительно никому! И при этом у нее есть ключ к спасению.
Он вырвал из ее рук тяжелую кованную вещицу и потребовал:
– Веди!
Даже если она пропадет на пути к спасению, у него останется ключ от закрытой двери – реальный шанс на выживание. А все остальное не его забота. Он в охрану или спасателем к герцогу не нанимался!
Она шла чуть впереди, в полной темноте спокойно разбирая повороты. Путь оказался недолгим. Кухня располагалась не в центре замка, а в стороне, чтобы удобней доставлялись продукты. И заветная дверь находилась неподалеку.
Им удалось пройти незамеченными. Наемники стремились скорей пройти к жилым помещениям, чтобы предаться мародерству. Лишь два раза пришлось затаиться за бочками и еще раз за корзинами с овощами. Нерасторопность кухонных рабочих, оставивших переноску продуктов на следующий день, спасла им жизнь.
Ключ вошел в скважину и тихо проскрипел. Вальянт явно экономил на смазке замков. Что ж скаредность осталась на совести секретаря, а перед ними распахнулись двери к свободе. Кроул сам не заметил как жадно вдохнул горелый запах улицы. Ему казалось, что стены замка давят на него, хотелось быстрей выбраться из каменной ловушки.
По опыту он знал, замок вполне может выдержать осаду, но если враг проник незаметно, то всех жителей можно перерезать как свиней на бойне. Черному псу не раз приходилось проделывать подобное, обагряя руки в людской крови.
– Сюда, – придушенным шепотом выдала леди Даркар и потянула за рукав.
Кроул послушался. Она должна лучше него знать расположение дверей, калиток и хозяйственных помещений. Самому Черному псу не хватило времени на изучении внутреннего двора.
Они успели юркнуть в какой-то пыльный сарай, когда за их спинами прошли трое наемников с факелами. Короткие мечи темнели, и с них капала кровь. Кажется, началась следующая фаза, от захвата перешли к убийствам. Резня в самом разгаре.
Леди Даркар толкнула его в толщею сена и прыгнула следом. Кроул спружинил при приземлении, но совершенно не ожидал падения на себя другого тела. Рефлексы сработали молниеносно. Он перекатился и подмял под себя девушку. В полной темноте она не произнесла ни звука. Слышалось только ее прерывистое дыхание и хрипло-рваное его.
Черный пес не мог освободить девушку из неожиданного захвата. Ему не хватало на это силы-воли. Он впитывал в себя ощущения, когда его тело вжимало под собой притягательные формы. Именно этого ему не хватало сегодняшней ночью. Ему приходилось дорисовывать линию бедер, плавный изгиб талии. А еще он страстно желал разоблачить от одежды девичий стан и насладится ее невинностью. Дьявольщина! Он наемник! Ничем не лучше тех, кто атакует сейчас замок ее отца! Он вполне мог быть на их стороне, а эта зеленоглазая колдунья принадлежала бы ему по праву сильнейшего.
Если бы он только знал, что она здесь. И сводит его с ума своим телом, запахом и страстью, помешанной на нежности.
Медленно, словно прошло целое столетие, он наклонился и коснулся ее губ. Ему жизненно необходимо было вспомнить их вкус. Сегодняшней ночью он целовал другую, заставляя себя думать об этом нежнейшем бутоне. Но разве может сравнивать?! Кроул умирал в поцелуе. Сегодняшней ночью, несмотря на всю извращенность фантазии, ему не хватало этих губ, девичьего тела и того чувства, которое просыпалось в нем.
Он хотел именно эту девушку! И никто другой не мог ее заменить!
Молодая и неопытная леди Даркар ответила на его грубое посягательство. Ее рот отдавался наемнику, раскрывался и поддавался любому безумию. Он пробовал ее не только губами, язык вторгался внутрь, словно захватчик. И она отвечала ему тем же! Этого потрясения Кроул не мог вынести. Захват рук ослаб, и пальцы потянулись к груди. В ответ она лишь что-то простонала.
Сдерживаться не получалось. Он приподнялся и судорожно распахнул стеганную одежду, предназначенную скрыть девичьи прелести. Девушка не второпях не надела рубашку с кружевами, белая грудь предстала во всем великолепии. Он не мог совершить кощунство и дотронуться грязными руками до прекрасной груди. Кроул склонился и коснулся губами темной вершины соска. Их стон слился в один.
Черный пес, развращенный насилием в битвах и доступностью женщин в мирной жизни, испытал ни с чем несравнимое наслаждение от поцелуя сжавшейся от возбуждения до размера горошины вершины. Он не мог остановиться. Его язык и губы ласкали, облизывали и находили восхитительным вкус возбужденной плоти. Пока одна рука сжимала округлость груди, вторую целовали губы. Как же он об этом мечтал!
Почувствовать какая на вкус эта невинная девочка, смело предложившая ему свои губы для первого поцелуя. Он совсем не благороден, Черный пес готов наслаждаться страхом женщин во время захвата. Но сейчас все было иначе.
Его плоть возбудилась от одного прикосновения к невинному телу, но инстинкты не вопили о немедленном удовлетворении. Он ощущал какое-то извращенное удовольствие от отсрочки, тем более ее реакция обещала большее. У Кроула снесло крышу, когда он принялся целовать каждый открытый участок тела. Рот и нежные губы, впервые познавшие грешные поцелуи, шею с бьющейся жилкой в изгибе, сжавшиеся от возбуждения вершины грудей, темнеющие на фоне белоснежной кожи.
Это сводило его с ума, и он хотел остаться таким – потерявшим разум, с клокочущим сердцем и упоенно растягивающим сладострастную пытку.
В этот момент на его голову обрушилось что-то тяжелое.
– Прости, – прошептал тихий девичий голос.
Глава 3
Два года спустя. Особняк графа Розефальд.
– Леди Тарина, ваше сиятельство! – разбудил голос горничной.
Молодая девушка заботилась обо мне, внешнем виде и очень переживала, если из прически выбивался хоть один волосок. К моему пробуждению одежда всегда выглажена, подобраны туфли к домашнему платью, а вода для умывания подогрета.
Я ценила ее старания, а потому не огорчала верную наперсницу. Сколько пришлось пережить в последнее время!
