– Ее наследие? – Ренар слегка прищурился. Мысли в его голове начали носиться с бешеной скоростью. Он сам не заметил, как использовал ускорение своего сознания. Но женщина заметила и одобрительно прорычала что-то себе под нос. В его голове словно щелкнул выключатель. Разрозненные картинки мозаики встали на свои законные места, и пришло понимание. – Родика.
Только его учитель могла оставить ему в голове ментальную закладку в виде этой красивой, но такой чуждой ему женщины.
– Да, – глаза красавицы красиво вспыхнули. – Я Проводник.
– Вы реальны? – Спросил он и тут же поправился. – То есть, я хотел узнать, ваш образ был основан на образе реально существующей шие?
– Мой образ был реальным, и я реальна. Точнее такие проводники как я, одновременно и реальны и нет. Даже без реальных прообразов.
Увидев выражения его лица, она весело рассмеялась.
– Немного путано, да?
– «Немного» не то слово, – он усмехнулся на правую щеку.
– Я реальна, потому что реален ты, – ее глаза все еще весело смеялись, а на губах играла легкая улыбка.
– И не реальны, потому что только я могу вас представить?
– Порода, – очень довольно улыбнулась женщина улыбкой, что больше походила на хищный оскал зверя. – Как говорится, кровь не водица, а руда.
– Женщина, – не смог он удержаться и увидев непонимание на ее лице, продолжил. – Почему именно этот образ. Я раньше никого не встречал с вашей внешностью.
– Родика решила, что тебе будет приятней вести диалог с женским образом, – женщина извечным женским движением поправила платье. – Моя внешность, это тоже именно ее выбор. Откуда она взята, я не знаю.
– Правильно решила, – усмехнулся он. Все-таки во время их ментальных занятий он не мог скрыть от нее ничего. Впрочем, и она тоже полностью открывалась перед ним. Не потому что он так хорош в ментале, наоборот, все, на что его хватило, это научиться правильной медитации и умению раскладывать и структурировать свои знания. Она это делала лишь для того, чтобы он ей доверял. – Значит, все-таки, это есть во мне.
– Да, – она подошла к нему вплотную, и только сейчас он заметил, что тьмы вокруг уже давно нет. Они просто висели в белом пространстве. – Как и в любом шие.
– Я алви.
– Да хоть иланиец, – отмахнулась она от него. – Все равно ты ее потомок.
– Вы автономны? Просто, это в первый раз, когда я могу беседовать с такой как вы.
– Отчасти. Я могу вести беседы на любые сторонние темы, но мои действия ограниченны алгоритмом, что заложила в меня создатель, – ответила она.
– И какова же цель вашего создания? Насколько я помню, проводники служили для разных целей.
– Я была создана Родикой для того, чтобы помочь тебе с перестройкой организма.
– Понятно.
– Приступим? – Она приподняла брови.
– Хорошо, – согласился он. – Что мне делать?
– Посмотри на свои руки, – начала она. Ренар приподнял их на уровень глаз. – Видишь, цепи, что приковывали тебя к полу, исчезли? Это потому что ты, наконец, смог адаптироваться к этим силам и готов к тем изменениям, что последуют с их пробуждением. Также ты уже освоил их зерна. Не без помощи этой вайлы, между прочим. Полгода жизни рядом с ней определенно пошли тебе в этом плане на пользу.
– Спасибо я ей за это говорить не буду, – он нахмурился.
– И не нужно, – она удивленно посмотрела на него. – Наоборот, при вашей следующей встрече дай ей хорошего пинка, чтобы больше не смела так себя с тобой вести. – В голосе женщины стало более отчетливо слышно рычание. Глаза ее зажглись ало-золотым пламенем. – Никто не смеет так поступать с архонтом. Ее помощь лишь позволяет оставить ее в живых. – Она успокоилась и продолжила. – Так вот. Теперь тебе осталось только сбросить эти оковы, что остались на твоих руках.
– Как?
– Просто наполни сиянием хекон и каору, как ты это проделал с сестом. Представь, как вначале каора заполняется сиянием. Потом проделай то же самое с хеконом, направив сияние из первых двух в него. Присаживайся, я тебе с этим помогу.
Ренар послушно присел, скрестив ноги. Женщина зашла ему за спину, и он услышал шуршание ее платья, от того, что она присаживается на расстоянии вытянутой руки от него. Ладони женщины прикоснулись к его спине в районе лопаток. Ее левая ладонь была теплой и очень приятно грела. Правая ладонь была прохладной. Но это была прохлада, что была, не менее приятна, чем тепло левой ладони. Все это было странно и непривычно. Возникло ощущение чего-то близкого, родного.
– Закрой глаза, – мягко прозвучал ее голос с чарующим и раскатистым звуком «р». Ренар повиновался. – Дыши глубоко и равномерно, как при простой медитации. Почувствуй, как каора начинает впитывать сияние, что разлито вокруг.
Ренар, сделал глубокий вздох, и начал ясно ощущать, как в его верхний энергетический центр стало поступать огромное количество сияния. Оно было не таким спокойным и тягучим, как в нижнем энергетическом центре. Сила в каоре ощущалось как бескрайнее небо, наполненное легким, игривым и быстрым ветром. Ветром, что мог, играясь и хулиганя, как слегка обдувать, так и вырывать с корнями вековые деревья.
– Молодец, – похвалила она его. – Теперь направь сияние обоих центров в хекон.
Мысленно представив, что его верхний и нижний энергетический центры словно раскрылись навстречу друг другу, он почувствовал, как в его среднем энергетическом центре начало появляться сияние. Ощущения от сияния в хеконе были еще более необычными, чем в сесте и каоре. Он все также не чувствовал границ как в случае верхнего и нижнего центров, но теперь в его голове четко возникла картина звездного неба. Оно было таким же бескрайним, как и в каоре, но исчезла игривость. Вместо этого спокойствие и тягучесть сеста, непередаваемым образом сплелись с легкостью и быстротой каоры, образовав что-то непонятное, но очень приятное и родное.
С каждым его вдохом средний энергетический центр заполнялся все больше и больше. Наконец, он начал чувствовать, что хекон полон, но границ его так и не ощутил. Только чувство наполненности и все. Глубоко выдохнув, он открыл глаза и увидел, что женщина легко парит перед ним. Ее прекрасные глаза горели довольством и торжеством.
– Ты смог! – Голос ее громом прошелся по пространству, которое снова видоизменилось. Стало темно красным, с алыми, золотистыми и серебристыми мазками, словно на полотне гениального, но сумасшедшего художника. – Моя работа закончена и теперь я могу исчезнуть. Прощай, юноша с приятным сиянием.
С этими словами ее образ пошел легкой рябью и, спустя мгновение, она растворилась в пространстве.
На следующее утро он проснулся уставшим. Словно и не спал вовсе. Еле встав с кровати, он медленно пошел в душевую комнату, чтобы под контрастным душем хоть немного взбодриться и прогнать сон.
Когда он снимал нижнее белье, увидел, что браслета ограничителя на его правой руке больше нет. Удивившись этому, он вышел из душа и подошел к кровати. После недолгого осмотра на простыне увидел пепел, что остался от браслета.
Хорошо, что постельное белье не начало тлеть во время сна, подумал он с облегчением и вернулся в душевую.
После душа, ему стало немного легче. Прохладная вода, после такой тяжелой ночи, заставляла его чуть ли не урчать от удовольствия. Сейчас же он стоял перед зеркалом и осматривал себя с разных сторон, периодически поворачиваясь то одним боком, то другим.
Эта ночь принесла несколько изменений в его внешность. Лицо и рост остались прежними, но вот его телосложение заметно изменилось. Руки и ноги стали немного мускулистее. Тонкая талия, что присуща всем алви, стала заметно шире, придавая его фигуре более атлетичный вид. Мышцы пресса, что раньше легко просматривались, теперь были едва заметны. Даже с учетом того факта, что за эту ночь он очень сильно похудел. Лицо осунулось, щеки впали. Что же теперь будет, когда он доберет весь потерянный ночью вес? Скорее всего, теперь можно забыть о красивых кубиках пресса. Радовало только то, что телосложение хоть и заметно видоизменилось, но осталось пропорциональным и гармоничным.
Присмотревшись к лицу, он недовольно нахмурился. Следы его гордости, его шрамы исчезли. Видимо ночью, во время перестроения организма он упустил контроль над своей регенерацией и шрамы рассосались.
Бездна! Второе утро подряд начинается неприятно, проворчал он вслух и скривился.
В остальном видимых изменений не было, разве что значительно увеличился волосяной покров на его теле. Если раньше его тело было в основном безволосым, то теперь на его груди, животе, руках, ногах и ягодицах появились темные волосы. Плохо это или хорошо, он пока не решил, но это точно не портило его внешнего вида. Скорее наоборот шло на пользу, придавая мужественности.
Пройдя на кухню, он сделал себе горячий кофе, пару бутербродов и принялся размышлять.
Вчера ночью он полностью освоил зерна двух своих учителей. Причем не простых зерен, а «ицу айно», зерна сути. Он и раньше имел гены и шие и алви, к последним себя и причислял, но благодаря их зернам это станет особенно заметно. Такие зерна чистокровных алва и шие, не могут не оказать влияния на него. Он точно знал, что его кости теперь не уступают по прочности костям шие, а ловкость и скорость будут как у чистокровных алви. Хороший тандем, если сюда еще прибавить его невероятную выносливость и усиленную регенерацию, что достались по материнской линии, то получается невероятно убойная смесь. Благодаря только одним физическим возможностям он будет показывать четвертый-пятый уровень усиления тела эллу. Очень впечатляет. Раньше его потолком были показатели третьего уровня.
Также вчера ночью он, смог пробудить все свои способности архонта. Драконий взгляд, драконье пламя и способности сенсора. Есть, конечно, еще больше полутора десятка способностей, но он унаследовал только эти три. Что, не смотря ни на что, тоже очень хорошо. Вот, например, зачем ему способность читать мысли? Ему его слабой способности к эмпатии за глаза хватает. Конечно, с одной стороны иметь возможность узнать замыслы своих врагов и противников это очень большой плюс, но с другой… Не нужны ему были такие проблемы. Многие знания, многие печали, любила приговаривать одна девушка, и он был с этим полностью согласен.
Присутствовало очень сильное желание, проверить какое именно пламя досталось ему, или активировать взгляд и посмотреть на мир по новому, или же опробовать свои приобретенные способности сенсора, но Родика оставила ему очень четкие и ясные указания. Как только он полностью пробудит свои способности, ему ни в коем случае нельзя использовать сияние и свои новообретенные способности пару декад, чтобы не повредить свои энергетические центры и каналы, которые сейчас были нестабильны. Поэтому в данный момент это было невозможным, и он, к большому своему разочарованию, не мог утолить свое любопытство.
Благодаря Родике он прекрасно знал, как именно нужно использовать и тренировать его новые способности. Посидев еще пару минут, он выбрал примерный план по их тренировке из многих, что передала ему учитель.
Посмотрев на остывший кофе, он грустно вздохнул и вылил его в раковину. Бросив взгляд на часы, обнаружил, что у него есть еще примерно пятнадцать минут, до выхода на улицу.
Подойдя еще раз к зеркалу, снова внимательно присмотрелся к себе. Шрамы и раньше были не сильно заметны, но любой внимательный разумный сможет заметить их исчезновение. Ренар пристальней всмотрелся в свое лицо. Придется хитрить, пока он не уедет из этого города. Жаль, конечно, бросать такое спокойное место, но это необходимая мера, если он хочет и дальше скрывать большую часть своих сил и способностей от всевидящего ока империи. И самое главное, сейчас нужно ввести в заблуждение его персонального наблюдателя последних лет – Арлока ди Гарсиа.
Пройдя к комоду, он открыл его и несколько минут рассматривал содержимое. Найдя искомое, он закрыл комод и подошел к кровати. В руках у него была небольшая походная аптечка. Положив ее на кровать, открыл. Достав бинт и несколько пластырей, встал. Подошел к зеркалу и начал сноровисто себя перебинтовывать. Вначале перебинтовал лоб, таким образом, что его левая бровь, большей частью оказалась закрыта бинтом. Потом выбрав пару подходящих по размеру пластырей, наклеил их с левой стороны рта. Говорить будет неудобно, но зато теперь создается полное впечатление, что он сильно травмировал лицо. Нехорошо, конечно, обманывать старого иланийца, но и рисковать он не хотел. Бросив последний взгляд и отметив, что после легкого завтрака щеки уже не выглядят сильно впалыми, он остался доволен своей маскировкой.
Опустив взгляд, оценил свое тело. Придется теперь одеть большую и бесформенную кофту. В ней будет жарко, но только так он мог скрыть изменения в своем телосложении. Никто просто не поверит, что алв за одну ночь смог настолько поправиться. Поэтому, чтобы никто не пришел к выводам о его трансформации, придется немного пострадать от жары. Хорошо, что его голос не претерпел особых изменений. Незначительные, легко можно списать на травму головы. Во всем этом маскараде был и большой минус, такие резкие перемены наоборот могли вызвать вопросы. Особенно у Арлока. Как бы к нему не относился Ренар, но никогда не допускал даже мысли, что тот глупец или дурак. Нет, в маленьких серых глазах имперского наблюдателя светился ум. Но придется рискнуть.
– Ренар? – Прозвучал удивленный голос лана Питсора.
– Я, лан Питсор! – Отозвался он и подошел к старику.
– Что с тобой случилось? – Спросил тот с искренним беспокойством, разглядывая его лицо.
– Неудачно провел спарринг, – легкомысленно отмахнулся Ренар и беззаботно улыбнулся, демонстративно стараясь беречь левую сторону лица.
– А, – старый иланиец хотел задать вопрос, но передумал. – Зачем тогда сегодня вышел? Позвонил бы и предупредил. Лучше бы дома отлежался.
– Да ерунда, это, – беззаботно отмахнулся он. – Руки ноги целы, значит, могу работать.
– Все ищешь неисправность? – По-своему растолковал его заявление владелец гаража. – Упертый ты парень.
– Но ведь неисправность есть, нам сделали заказ, значит, нужно ее исправить, – возразил он.
– Да, ты прав, заказы нужно выполнять, – согласно кивнул лан Питсор, забавно тряхнув своими белыми кудрями.
– К тому же, я хотел по другому вопросу с вами поговорить, – Ренар сделал немного виноватое лицо.
– Что-то серьезное?
– У меня, к сожалению, возникли неотложные дела, лан Питсор, – начал он сразу. – И обстоятельства вынуждают меня уехать уже завтра.
– Понятно, – кивнул старик. – Помощь, может, какая нужна?
– Нет, спасибо, – отказался он от его предложения.
– Хорошо, – не стал настаивать тот. – Надолго уезжаешь?
– Да, скорее всего я буду занят несколько лет.
– Понятно, – иланиец погладил свой подбородок. – Что ж, будь аккуратен и береги себя.
– Не будете уточнять, что у меня за дела? – Он слегка удивленно улыбнулся.
– Зачем? – Удивился в ответ Питсор. – Ты парень смышленый, ответственный, просто так бы не стал срываться с места.
– А может, я в чем-нибудь плохом замешан и бегу? – Не зная зачем, стал настаивать Ренар.
– Ты? – Засмеялся старик. – Нет, я достаточно тебя узнал. Это не про тебя.
– Спасибо, – искренне поблагодарил он его.
Приятно когда о тебе такого хорошего мнения. А реакция иланийца очень сильно ему понравилась.
Пройдя в гараж, он подошел к своему рабочему месту и стал возиться с поворотным механизмом. Так он провозился до вечера, пока владелец гаража не позвал его.
– Ладно, давай, закругляйся на сегодня, и пойдем. Нужно же перед твоим отъездом нам выпить по парочке кружек холодненького пива, – с улыбкой пояснил ему старик. – Ты уж не сердись на старика.
– Что вы, – отмахнулся алв. – Я сейчас, подождите.
Ренар подошел к своему рабочему столу. Быстро разложил запасные детали и инструменты по местам, скинул свою рабочую куртку на стул, стоящий рядом. Подошел к умывальнику у дальней стены, хорошо помыл руки и вернулся к иланийцу.
– Готов? – Спросил тот его.
– Готов, – подтвердил Ренар.
– Тогда пошли.
Они вышли на улицу. Старик быстро закрыл гараж и подошел к своему автомобилю.
– Залезай внутрь, незачем пешком по городу шастать, ноги нагружать, – сказал лан Питсор ему, садясь за руль.
Ренар покорно сел рядом с водителем. Мотор при запуске слегка натужно взрыкнул, равномерно загудел, и они тронулись в путь.
Ехали они молча. Иланиец все время внимательно смотрел на дорогу, а Ренару было неудобно отвлекать его от этого. Спустя пятнадцать минут неспешной езды, они остановились возле одного из баров.
Они вошли в бар. Хоть время было только послеобеденное, но в зале уже было достаточно много разного народа. Пройдя вглубь зала, сели за столик у стены. К ним сразу же подскочила принимать заказ девушка официантка.
– Жаль, что уезжать надумал так скоро, – грустно начал иланиец, когда они сделали заказ, и официантка отошла от их столика. – Ты способный.
– Спасибо. Мне тоже жаль, – вздохнул он. – Я вначале планировал задержаться здесь года на два-три подольше, но не получилось.
– Учиться поедешь?
– Нет, пока, – ответил он. – Я еще пару лет перед этим собираюсь поработать механиком. Наберусь опыта на практике, потом уже сдам экзамены на диплом.
– Ясно, – кивнул своим мыслям Питсор и протянул ему руку со сложенным листом бумаги. – Вот, держи.
Ренар взял бумагу, развернул и, прочитав, вопросительно посмотрел на иланийца.
– Бери-бери, – махнул ему освободившейся рукой тот. – Это, конечно, много не значит, но рекомендательное письмо от меня кое-где еще имеет вес. Может и пригодится.
– Спасибо, – благодарно кивнул он и убрал лист бумаги в карман брюк.
Он сделал глоток, только что принесенного официанткой пива.
Иланиец тоже пригубил свой бокал:
– Аахх, хорошее пивцо. Да?
– Хорошее, – согласился он.
– Как у тебя обстоят дела с командиром? – Неожиданно спросил Питсор.
– Командиром? – Ренар недоуменно посмотрел на старика. О ком тот сейчас спросил?
– Ах, да, – хлопнул себя по лбу иланиец. – Ты же не в курсе. Я, до того как переехал сюда и открыл свой гараж, раньше работал наемником. Был полевым техником в гильдии «Драконы».
– Ого, – уважительно посмотрел на старика Ренар. Быть просто штатным техником в наемничьей гильдии считается уже хорошим достижением, особенно если гильдия успешна. А полевые техники считаются лучшими. Очень часто случается так, что им приходилось производить ремонт в неблагоприятных условиях. Поэтому в полевые техники берут только лучших специалистов.
– Давно это было, – продолжил Питсор, довольный его реакцией. – Там же в гильдии я, кстати, и познакомился со своей жинкой.
– А кем была лани Дилинна?
– Моя девочка была штурмовиком, – довольно улыбнулся Питсор. – Наденет доспех, штурмовую винтовку в руки и вперед.
– Серьезно? – Удивился Ренар.
– Серьезней некуда. Ее позывной «Таран» был. И за все время ни одного серьезного ранения. За все восемьдесят шесть лет работы наемницей. Ушибы, синяки, растяжения, порезы были и все, больше ничего серьезного. Даже пары маленьких переломов или слабых сотрясений мозга. Позывной за ней так и остался, кстати. – Помолчал несколько секунд. – Были времена, да.
– А как же вы туда попали? – Ренар взял небольшой поджаренный хлебец с сыром и аппетитно им захрустел.
– Мы с Дилинной были сиротами, – немного откинулся на спинку своего стула старик. – В гильдии уже более пятисот лет существует специальный приют, куда принимают несколько сотен сирот со всего Ауалура. Командир тогда много сил потратила на это. Там, в приюте этом, детей воспитывают, обучают, заботятся. Потом гильдия отправляет их в разные специальные школы и университеты, чтобы те, стали специалистами и получили хорошую профессию. Даже в Университет Срединного моря отправляют на учебу. Так-то. – Немного задрал нос Питсор. – Я вот, например, всегда любил ковыряться в железках и разных механизмах. Прям как ты сейчас. Меня и отдали в Срединный на техника-механика. А после, самых лучших выпускников глава гильдии к себе в личный отряд берет, если те хотят. Мы с Дилинной как раз из таких сирот и были. – Иланиец ностальгически вздохнул. – Как моя девочка была хороша. Она была в тройке лучших выпускников по результатам выпуска того года по всему Кастану. До сих пор не знаю, что она нашла в смешном и кудрявом технике?
– Внушает, – уважительно кивнул он и сделал еще один глоток пива.
– Конечно, – добродушная улыбка иланийца стала еще шире. – Вот мне и интересно стало, командир тебя к себе сразу заберет или потом? До чего вы с ней договорились?
– С кем? – Спросил Ренар, уже догадываясь, о ком именно пойдет речь.
– С командиром, нашим, – как само собой разумеющееся, ответил Питсор.
– Так я же с ним не знаком.
– Не знаком, он, – впервые на его памяти проворчал иланиец. – Жил с ней несколько месяцев в одной квартире, а теперь не знаком. Да и сам говоришь, что дела и срочно уехать нужно.
– Графиня Власта дэ Авентурас?
– Власта, Власта, – кивнула старик. – Мой командир, основатель гильдии «Драконы» и ее бессменная и единственная глава.
– Понятно, – Ренар закрыл глаза. – А что у меня с ней должно быть? – Невинно и со спокойным видом спросил он, отставив от себя бокал с пивом.
– Ну, – слегка замялся старик. Отчего Ренар иронично усмехнулся про себя. Было очевидно, что старик прекрасно знает все о Власте. – Я-то откуда могу знать? Вот и спросил. Вдруг ты к нам в гильдию собираешься. Говорю же способный. Там бы, такие способны, как ты, пригодились. Да и мое письмецо в нем оценят лучше. Все-таки ж старожилы там еще должны меня помнить.
– Нет, – он слегка улыбнулся. – Она сегодня как раз в гильдию уехала по своим делам, а я по своим делам уеду. Вот и все.
Питсор ненадолго оторвал взгляд от бокала, в который смотрел с мечтающим выражением лица, и серьезно посмотрел на него.
– Жаль, – только и сказал иланиец.
Вот и поговорили, хмыкнул алв. Что же всем так интересно как у него складываются дела с этой заразой? Что он в ней еще упустил?
– Я и не знал что ты эллу, – снова неожиданно спросил Питсор и с интересом посмотрел на него.
– А откуда вы узнали, лан Питсор?
– Князь, – коротко ответил иланиец.
Вот же какой болтливый князь, скривился Ренар. Питсор, заметив его гримасу, обеспокоено посмотрел.
– Рану немного дернуло, – быстро пояснил он на вопросительный взгляд. – Я думал это не важно, – аккуратно сделал глоток пива. – В моей работе механика это никак не пригодится.
– Не скажи, – не согласился старик. – Ты ведь можешь сдать экзамены и стать инженером, а не простым механиком или техником. Там нужно уметь манипулировать сиянием.
– Я люблю копаться именно в моторах, поворотных механизмах и так далее, а не заниматься отладкой боевых доспехов, – недовольно нахмурил брови от раскрывшихся перспектив Ренар. – Не люблю я все эти системы управления, настройки.
– За ними будущее парень, – назидательно сказал иланиец.
– Будущее за людьми, а не за системами. Системы всего лишь зафиксированные алгоритмы действий.
– Всего лишь, – Питсор весело хмыкнул. – Инженер это механик и техник в квадрате. В боевых доспехах есть не только системы управления. Шестеренок и вообще механизмов в них хватает.
Ренар слегка откинулся на спинку стула и, подняв правую бровь, спросил:
– Возможно, но я не имею особого желания возиться с устройствами для убийств.
– Боевые доспехи изобрели для защиты мирного населения от нападений даугров, – возразил старый иланиец.
– Вот только об этом благополучно забыли, – ответил он, а Питсор опустил глаза.
Возразить бывшему наемнику на этот комментарий Ренара было нечего.
В баре они просидели почти до самой ночи. Пили пиво, хрустели разнообразными закусками и вели неспешную беседу. В основном говорил старый иланиец. Он вспоминал свое наемничье прошлое, разные забавные и подчас курьезные ситуации. Ренар иногда еле удерживался, чтобы просто не заржать в голос на весь бар. Пару раз к ним подсаживались какие-то знакомые лана Питсора, но поздоровавшись и посидев минут десять или пятнадцать, уходили, оставив их вдвоем. Что интересно, старый иланиец больше никак не упоминал про Власту. Видимо, придя к каким-то своим выводам, он решил не затрагивать тему его взаимоотношений с его бывшим (или нет?) командиром.
Вечер, как Ренар считал, был намного лучше утра. Приятная компания, вполне приличное пиво и закуски, вместе с интересными историями, что может быть лучше? Только осознание мысли, что завтра у тебя выходной, и ты можешь спать сколько угодно. Никуда спешить не нужно. Хмель приятно шумела в голове, но он не был сильно пьян. Небольшое, легкое опьянение и все. Чтобы результат был сильнее, ему нужно было пить что-то намного крепче пива, и в гораздо большем количестве.
Но он нуждался в отдыхе. Моральная усталость этих двух дней давала о себе знать. Происшествие с Властой, перестройка организма, последовавшая следом и произошедшая, скорее всего, благодаря именно пепельноволосой заразе, которая невольно ее ускорила со своими «обнимашками», сильно поколебала его внутреннее спокойствие. Как говорят алви, его внутренняя гармония, его «Икляйн», была нарушена. При этих мыслях на его губах появилась веселая и несколько злая улыбка. Одной графине очень повезло, что она уехала. А если она еще появится в ближайшие две декады и появится перед ним, то ее можно будет смело записывать в любимицы судьбы. Ибо так везти простым смертным не может. Ведь сейчас он ничего не сможет ей противопоставить.
Придя домой, он сразу же лег спать. Ночь была спокойной, и он проспал до позднего утра.
Глава 4
Собраться на следующий день после посиделок с ланом Питсором, не составило огромного труда для него. Прекрасно выспавшись и отдохнув, он быстро собрал свои нехитрые пожитки в две сумки. Одну большую, наплечную, где были остальные, маловажные и ненужные ему вещи, и вторую, большой кожаный рюкзак, в котором были две смены белья и носков, комплект запасной одежды, документы, немного наличных денег разного достоинства и простой револьвер с отличной парой кинжалов.
Кинжалы были из хорошей стали. Не поларис, конечно, и не ирадиур, но тоже вполне приличная. Пара даже имела клеймо кузнеца, выковавшего их, что говорило о хорошем качестве этой продукции. Имя на клейме «Рикар ур Дан» было ему не знакомо, но разрешение иметь свое собственное клеймо выдавали только очень искусным кузнецам. Стоили кинжалы недорого, всего шесть сотен золотых имперских реалов. За такие кинжалы вполне приемлемая цена. Относительно конечно. Например, их могли себе позволить уже не все жители Ауалура, только те, кто был уже довольно обеспеченным. Отдавать сумму, на которую может прожить семья из трех разумных в течение трех месяцев, простому рабочему было бы откровенно глупо.
Но он мог себе это позволить. В конце концов, он и так жил, влача более чем скромное существование, на жалкие сто двадцать золотых в месяц. Даже не имперских. С учетом того, что раньше, до самостоятельной жизни, он только на себя лично тратил двести золотых в месяц. Впрочем, такая жизнь его многому научила.
Когда он все уложил, то присел и серьезно задумался, смотря на документы, лежащие перед ним. Перед ним была дилемма. С одной стороны за этот год он уже привык к имени Ренар Эвре. Пусть имя Ренар и было придумано ему в насмешку учителями перед его отъездом, как и документы, что они сделали на это имя, но он целый год отождествлял себя им. Сложно было, особенно вначале, но потом стало легче. Привык даже. Ну, а сели серьезно, где они откопали это имя «Ренар»? Он до сих пор задавался этим вопросом. Разве в нем было что-то от иланийца? Нет конечно! Как на него ни посмотри, но кровь алви была заметна сразу. С примесью, конечно. Точнее раньше была заметна с первого же взгляда. После ночи с перестройкой, сейчас он больше чем когда-либо походил на коренного имперца. Это не было плохо, но все равно было немного неприятно от осознания этого факта. Столько лет он всеми силами избегал любого намека на возможность связать его с имперцами и все напрасно. Как говорила Ведана – «от своей судьбы не уйдешь». Он в судьбу не верил, считая, что люди сами творят свою судьбу. Но хорошо пошутить судьба могла. Это он усвоил.
С другой стороны, выдержав целый год, он выполнил последнее условие того дурацкого спора и теперь мог наконец использовать свое имя – Акира Кудо, или даже более привычное второе – Радмир, которым его наградила Родика. По древним традициям мастеров сэйбо у шие, беря его в официальные ученики, она должна была дать ему имя. Для чего это делали, не помнили и сами шие, но традицию блюли беспрекословно. Слегка улыбнувшись своим воспоминаниям, он покачал головой. Именно в тот день Родика впервые была с ним строгой. Шие, торжественно что-то говорила на коаже, но он был слишком мал, всего три года, и коаж не знал совершенно. Он знал только общий язык и наречие лунных алви – ойц, на котором с ним разговаривала дома мама. Слава всем богам, его мама никогда не считала, что знание большого количества языков обязательно в столь малом возрасте. Двух вполне достаточно, говорила она. Что не помешало ей, со временем, найти для него зерна с еще пятью языками, помимо наречий остальных трех ветвей алвского народа. Но те слова Родики навсегда запали ему в душу, особенно последнее, которое она произнесла с характерным для себя рокочущим звуков «р», начертив на его лбу пальцем кроваво-красную вертикальную линию – «Радмир». Его имя как будущего мастера сэйбо.
Посмотрев еще раз на два пакета документов с разными именами, он решился. Протянув руку, взял те, на которых было его настоящее имя – Акира Радмир Кудо. Имя «Радмир» также стало официальным в тот день. Тоже традиция.
Пройдя на кухню, он взял пустой мусорный бачок и кинул туда вторые, с именем Ренар Эвре. Достал спички и поджег ненужную бумагу. Документы хорошо взялись огнем и спустя три минуты полностью сгорели, оставив лишь пепел и запах дыма.
Раздался стук в дверь. Выйдя из кухни, он подошел к двери.
– Кто там?
– Фигуристая красотка тебя ждет, открывай, – раздался ответ грубым голосом Саардана.
Очень сильно захотелось съязвить, но он удержался от этого. Меньше мороки.
Саардан зашел быстрым шагом, когда дверь отворилась, и он его пропустил.
– Чего так долго? Неудивительно, что у тебя женщины нет, столько мариновать людей под дверью, – сразу же заворчал тот вместо приветствия.
Услышав это, он сразу же вспомнил момент, когда Власта пришла к нему и их диалог через дверь. Не сдержавшись, он рассмеялся.
Саардан недоуменно посмотрел на него.
– Мда, – только и смог тот произнести вначале. – Говорил я тебе Радмир, – специально выделил его полное имя, вместо привычного «Эр», – что книги не доведут до добра. Нет бы как все нормальные парни твоего возраста, по морде кому заехать, девочек пощупать. Ты же молодой совсем.
В ответ на это Радмир снова рассмеялся.
– Ну и чего ты ржешь как муркатная гиена? Эр, я к тебе обращаюсь.
– Ох, – с трудом пересилив приступ смеха, он глубоко вздохнул. Нервы. – Учитель, не обращайте внимания, это просто так. Я не над вами смеялся.
Саардан недоверчиво посмотрел на него, слегка прищурив глаза. Радмир в ответ на его взгляд сделал самое невинное лицо и улыбнулся.
– Врешь, – подвел итог своему осмотру рурец.
– Нет, – ответил он. – Точнее не совсем. Вы мне своими словами напомнили один эпизод смешной. Вот и все.
– Ясно, – все еще сомневаясь, протянул его учитель, и, оглядевшись, спросил. – А ты куда-то уезжаешь?
– Да, – Радмир повернулся к нему спиной и пошел к сумкам.
– А чего гарью пахнет?
– Документы жег, – спокойно ответил он.
– Какие документы? – Снова подозрительно спросил Саардан.
Видя эту реакцию своего учителя, Радмир снова захотел рассмеяться, но сдержал себя, сохранив спокойное выражение лица.
– Те, что вы мне с Вёлундом подсунули, – услышав ответ, учитель фыркнул. – Я все-таки выполнил ваше условие. Или вы не согласны?
– Согласен, – выдохнул Саардан обреченно. Уж кто как не он знал, что порой Радмир бывает жутко упрям и может шутить похлеще другого своего учителя – Вёлунда. Чаще всего только отвечая на его подначки, но при этом всегда возвращая шутку в несколько раз сильнее. – Говори, – обреченно сказал рурец.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
