– Не то слово. Однажды в детстве, посмотрев мультик «Остров сокровищ», решил стать пиратом. Неделю таскал у соседки штакетник и вязал плот у речки, тайно, даже мне не сказал. А потом сел на этот плот и поплыл по реке, «к морю». У самого города поймали. Его отец тогда ещё с ними жил, выпорол от души.
Макс рассмеялся:
– Да, Коваль молодец. Ребёнком построить плавсредство, которое не тонет! Я бы и сейчас не смог.
– Максим Андреич, идите сюда!
Учитель и Марина поспешили на голос.
В дальней комнате, которая, судя по беспорядку, являлась его собственной, Славка ждал возле компьютера. Как только учитель и Сычкова зашли, парень ткнул пальцем в монитор и завопил:
– Вот вам всё Приречье – четыре села и окрестности. А вот то самое место!
На экране была развёрнута спутниковая карта. Палец показывал на реку, которая петлёй охватывала четыре деревни, включая Красноселье и Яблоневку.
– Не видите? Сейчас приближу.
Стали видны даже огородные грядки.
– А сейчас?
– Ну, деревья на берегу.
– Это не просто деревья! Это осины! На берегу реки осиновый лесок! Там больше вообще никаких деревьев не растёт! Прикиньте? Холмик такой, небольшой, сверху деревья, и пляж песчаный, очень удобный. Но там никто не купается из местных, только приезжие. И постоянно кто-то тонет по пьяни. Бывало, и вешались люди, прямо на деревьях. В детстве не разрешали туда бегать, говорили, место нехорошее.
– Погоди, – деревянным голосом сказала Марина. – Мне позвонить надо.
Девушка достала телефон и набрала номер. Ответили не сразу.
– Ирка? Привет. Да-да, получше, завтра приду. Я тебе по делу звоню. Помнишь, ты бородавки сводила? Где тебе Николаевна сказала яблоко закопать? Серьёзно? – Девушка сделала большие глаза. Мужчины всё поняли. – Надо. Потом расскажу. Честно расскажу. Всё, Ир, пока, лекарство надо принять.
Убрала телефон в джинсы и улыбнулась:
– Марушкина ритуалом лечилась. Делалось всё в роще.
– Да мы уж поняли. Ты лучше скажи – ритуал помог?
– Слава, сейчас-то какая разница? – Марина покрутила пальцем у виска.
Юноша пожал плечами.
– Интересно просто.
– Помог. Все бородавки за неделю сошли.
Внезапно у Сычковой в кармане запиликало.
– Да? Здравствуйте, Ольга Васильевна.
Вячеслав стал размахивать руками и дёргать кузину за рукав. Марина показала ему кулак.
– Очень интересно, с удовольствием почитала. Я бы на вашем месте завела блог и там выкладывала всё самое интересное. Думаю, читателей была бы уйма.
Что ответила пенсионерка, парни не слышали, а Марина весело засмеялась:
– Конечно, я понимаю. Но вы сами всегда говорили, что учиться никогда не поздно. Да, спасибо большое, было очень познавательно. Если хотите, я как-нибудь приду, помогу разобраться с социальными сетями. До свидания.
Зашипевший Славка со всей дури пнул подругу по ноге. Та лягнула его в ответ, торопливо крикнув в трубку:
– Ольга Васильевна, подождите! Забыла совсем! Хотела спросить – а что за «места силы» такие?
Потирая ушибленное место и с упрёком глядя на Коваля, девушка опустилась на кровать.
– Ага, угу… Ясно. Понятно. Да вы что? Прямо здесь? А где? – Схватив со стола ручку, Марина стала писать на обоях. Слава снова хотел её треснуть, но Макс остановил порыв. Парень обиженно засопел.
– Очень познавательно. Так жалко, что вы со школы ушли! Да, я понимаю, конечно. До свидания.
Девушка убрала телефон, торжествующе посмотрела на сообщников и ткнула пальцем в стену:
– Перекрёсток возле старого кладбища. Центр Подзелёнок, возле колодца. Старые панские конюшни и заброшенный яблоневый сад. И, внимание, осиновая роща!
– Я рад. Только как мамке твои художества объяснить? Мы год назад ремонт сделали, меня убьют!
Марина только отмахнулась:
– Постером завесишь.
– Ладно. Предлагаю вернуться на кухню и закончить разговор там. – У Максима в голове уже сложился достаточно чёткий план действий. Оставалось обсудить его с ребятами и разобраться с некоторыми деталями.
До воскресной ночи оставалось всего ничего.
Глава 14
Субботним утром поднялся сильный ветер, который за несколько часов высушил землю, очистил небо и прогнал туман. Ближе к вечеру впервые за последний месяц почувствовалось дыхание подступающей зимы – температура упала сразу на пять градусов.
Славка в который раз мысленно обругал себя за то, что не взял перчатки – в руках парень держал пластиковую литровую бутылку с зельем, и пальцы уже порядком замёрзли. Ещё утром Коваль пробил отверстие в пробке – получилось самодельное устройство, отдалённо напоминавшее водяной пистолет.
Они с биологом сидели в засаде во дворе заброшенного дома, в котором Максим Андреевич застукал упыриху. Марину, хоть та и сопротивлялась, заставили обвешаться серебряными цепочками, кольцами и оставили дома – девчонка и так натерпелась, не стоило ей ещё и в сверхъестественную драку ввязываться.
Около одиннадцати вечера Вячеслав и учитель пробрались на старый двор и заняли позиции справа и слева от калитки. Заранее приготовленной из чеснока кашицей обмазали одежду и лица. Бондаренко для верности пожевал несколько зубчиков, заставил то же сделать и ученика. Судя по прочитанным старушкиным инструкциям, аромат чеснока перебивал человеческий запах – был шанс, что Инесса Геннадьевна просто не учует их под таким стойким амбре.
Парень посмотрел на соратника – преподаватель подмигнул и переступил с ноги на ногу. Ждали они уже больше часа.
– А если эта выдра не явится?
– Явится, никуда не денется. Марина утверждала, что встречи с вампиршей проходили только здесь, по крайней мере, те, что она хоть немного помнит.
В руках Максим Андреевич держал такую же бутылку. Глядя на перчатки, Слава завистливо засопел.
– Замёрз?
– Да не, всё нормуль. – Славка шмыгнул носом. – Как думаете, чаёк наш сработает?
– Не знаю, Слава, не знаю. Будем надеяться.
Зелье Максим Андреевич варил лично. Большую часть ингредиентов приобрёл в аптеке, но некоторые травы пришлось покупать у Николаевны. Та ничего не спрашивала, только предупредила, что белена достаточно опасное растение, и что стоит соблюдать осторожность при её использовании.
Славка же сходил с ножовкой в ту самую осиновую рощу на берегу реки, нарезал толстых сучьев, потом устроился в сарае и вытесал колышки. Когда Бондаренко увидел количество «оружия», которое притащил ученик, то смог лишь выдавить:
– Молодец, конечно, постарался. Но зачем столько-то?
– Как зачем? На всякий пожарный!
Колышки рассовали по карманам курток, да штук десять осталось лежать в рюкзаке, вместе с крепкой верёвкой и запасным литром снадобья.
– А зелье сил её лишит, или сознание заставит потерять?
– Тише ты, Коваль! Не услышим из-за тебя ничего!
– Молчу, молчу. – Слава поёжился и посмотрел на небо.
Полная луна презрительно глядела на будущее поле боя, удобно устроившись в партере – над крышей старой, покосившейся хаты. Её света и деревенского фонаря дальше по улице вполне хватало, чтобы рассмотреть детали обстановки. Оставалось дождаться врага.
Слава никогда не отличался терпением, а последние полтора часа были для него просто пыткой. Когда он уже решил предложить наставнику перенести охоту на другую ночь, послышался звук мотора. Максим Андреевич приложил палец к губам и повернулся лицом к калитке.
Машина подкатила к забору и остановилась. Мотор заглох. Мягко хлопнула дверца, раздались торопливые, еле слышные шаги. Макс удобней перехватил бутылку.
Слава сразу забыл о замёрзших пальцах. Адреналин ударил в голову, тело стало напоминать пружину. Никакого страха, только азарт.
Шаги внезапно стихли. Несколько секунд ничего не происходило. Потом что-то промелькнуло над тыном. Парни резко обернулись.
– Привет, личинки. Всё-таки нельзя было так долго тянуть с малышкой. Вот я и попалась! – Последнее слово Крокодиловна произнесла певуче, с улыбкой. На месте глаз запылало ярко-красное пламя – Если зимой пахнет чесноком, только дурак не поймёт, что рядом человечки прячутся!
– Здрасьте, Инесса Геннадьевна, – брякнул Славка и нажал на корпус бутылки.
Тоненькая струйка антиупыриного отвара брызнула Инессе прямо в лицо. Вампирша зашипела и отшатнулась.
Максим Андреевич с яростным воплем метнулся к чудовищу, сжимая бутылку обеими руками. Упыриха попыталась взлететь, но получился лишь невысокий прыжок.
– Думаете, вы первые, кто решил на меня поохотиться? – Голос стал хриплым, низким, неприятным. Утирая лицо рукавом, упыриха, скрючившись, пятилась от парней. Те по широкому кругу обходили Крокодиловну с разных сторон.
– Ваши травки, как и святая вода, практически не действуют. Просто те, кто об этом знают, уже не могут рассказать. – С этими словами красноглазая тварь выпрямилась и с лёгким хлопком исчезла.
– Где? Где она? – Макс стал вертеться, ища глазами врага.
– Максим Андреич! Она сбежала!
– Не дождёшься. – Внезапно материализовавшись совсем рядом, всклокоченное существо в дорогом пальто схватило наставника за грудки и швырнуло его с нечеловеческой силой. Мужчина пролетел через весь двор, врезался спиной в полуразрушенный сарай, свалился на землю и затих.
– Максим Андреи-и-ич! – Заорал Славка. Ему наконец-то стало страшно.
Что бы ни говорила Крокодиловна, зелье сделало своё дело. Упыриха больше не растворялась в воздухе, летать не пыталась и бегала за парнем совсем по-человечески, хоть и очень быстро. Даже запыхалась немного. А Славка, наяривая круги вокруг дома, сарая и полуразвалившейся бани, лихорадочно соображал, что же делать дальше. В бутылке отвара почти не осталось, поэтому Коваль отбросил ставший ненужным предмет, на бегу вытащил из кармана осиновый кол.
Секунды, которую парень потерял, пока возился с карманом, оказалось достаточно. Инесса Геннадьевна настигла его одним прыжком и повалила на землю. Коваля обдало резкой, насыщенной вонью разлагающегося тела – упыриха сегодня не позаботилась о парфюме.
– Отдай, мальчик! – Прошипело создание, вырвало колышек из руки и отбросило подальше.
* * *
Оксана и Виктор давно спали, по традиции выпив пива. В соседней кровати похрапывал Глебушка – Марина отвлечённо подумала, что родители зря отказались удалять брату увеличенные миндалины. Но затем мысли вновь вернулись к Славе и учителю.
Сказать, что Сычкова волновалась – это значит, не сказать ничего. Она сидела за компьютером, бессмысленно уставившись на десктоп. Ложиться спать даже не собиралась, пока не позвонит Слава.
Бред в её жизнь пришёл совершенно неожиданно. Девушка всегда отличалась трезвым рассудком и насмешливым отношением ко всему мистическому. Но за последнюю неделю пришлось поменять взгляды.
Страх за себя давно прошёл благодаря классному руководителю и другу-родственнику. Сейчас она переживала только за них. Но какая-то первобытная женская уверенность, что мужчины могут справиться с любой проблемой, немного успокаивала.
И, как оказалось, зря.
«Да-да, сиди, расслабляйся. Жди. Осталось недолго, всего несколько минут. Следующие – ты и твои мерзкие родственнички!»
Марину словно обдало ледяной водой. Сначала пришло удивление – как упыриха смогла залезть в голову, если на шее, в ушах и на пальцах серебряные украшения. Потом – почему голос упырихи – это не голос Крокодиловны, а чей-то другой, знакомый, но непонятно, чей именно.
И только спустя миг до девушки дошёл смысл сказанного.
Выскочила из комнаты. Пронеслась мимо спящих родителей, не думая о том, что может разбудить. Сени. В темноте сунула ноги в первые попавшиеся резиновые сапоги, схватила что-то тёплое с крючка у двери – мамина телогрейка. Двор. Трясущимися руками не сразу открыла щеколду на калитке.
Сапоги шлёпали и норовили соскочить с ног, значит, папины. Не обращая внимания на такую мелочь, девушка бежала по деревне. Сердце билось где-то на уровне челюсти.
Вот и нужная калитка. Рядом стояла машина. Звуки возни, стон были слышны из-за забора. Марину захлестнул ужас: «Только бы успеть!»
Не думая о последствиях, Сычкова рывком открыла гнилую дверь. Перед ней развернулась страшная картина – у сарая без движения лежал Максим Андреевич, а в паре метров от него барахтался Вячеслав, прижатый к земле той, что являлась к девушке и во сне, и наяву.
Марина, не издав ни звука, подлетела к упырихе, прыгнула ей на спину и вцепилась в волосы. Крокодиловна зашипела и попыталась спихнуть помеху, но Марина не сдавалась. Славка воспользовался этим и двинул кулаком твари в нос. Крокодиловна не ожидала такого поворота и на долю секунды замешкалась. Этого оказалось достаточно, чтобы парень смог спихнуть её с себя и откатиться.
Теперь вокруг построек носились трое, как яркая иллюстрация к поговорке про погоню за двумя зайцами. Но, видимо, зелье успело испариться, потому что Крокодиловна стала двигаться быстрей, в отличие от ребят, которые уже смертельно устали. Когда упырихе удалось подпрыгнуть и взлететь на несколько метров, раздался нечеловеческий торжествующий рёв. Марина от неожиданности споткнулась и растянулась рядом со слабо шевелящимся учителем.
– Маня! Берегись! – Коваль, забыв о себе, понёсся наперерез чудовищу, уже видя, что не успевает.
Она схватила девчонку за воротник телогрейки, подняла, как котёнка, и тряхнула. Марина завизжала и задрыгала ногами, пытаясь попасть по упырихе. А та резко повернула голову, глянула красными глазищами на Славу, и его словно огромным тараном отшвырнуло назад. Парень сознание не потерял, только возмущённо охнули рёбра при падении, да тело на несколько секунд забыло, что нужно дышать.
Неизвестно, каким был бы итог всего этого, но в тот самый момент, когда Крокодиловна отвлеклась на школьника, Макс, который пару секунд назад пришёл в себя и не сразу вспомнил, где находится, извернулся и ударил нежить осиновым колом. Туда, куда смог достать – прямо над голенищем сапога, под колено.
Колышек вошёл совсем неглубоко, сантиметра на два, но упыриха беззвучно рухнула. Осиновый кол чуть не выпал из раны, но Максим вовремя перехватил орудие и вогнал его глубже.
Деревяшка в плоть входить не желала, Бондаренко встал на колени и двумя руками стал вкручивать кол в тело вампира. Что-то хрустнуло, и орудие резко прошило ногу насквозь. Крови не было. На острие лишь поблёскивала какая-то мерзкая бурая слизь.
Марина села на пожухлую траву и истерически захохотала. К ней, шатаясь, подошёл Коваль, наклонился и со всей дури залепил пощёчину.
Девчонка ахнула, схватилась за щёку и ошарашено уставилась на Славу. В глазах появился проблеск разума.
– Максим Андреич, круто, что вы живы! Как вы её, а? – Славка со злостью пнул неподвижно лежащую тварь.
– Слава, не надо. Ни к чему нужное насилие. Она сейчас, по идее, всё видит и всё слышит. Просто парализована. Ну, мне так кажется.
Бондаренко со стоном поднялся. Голова нещадно болела, каждый вдох отдавался резкой болью.
«Ребро сломал, наверное». Вслух же учитель сказал совсем другое:
– Несите, ребята, верёвку. Мы так нашумели – как бы соседи милицию не вызвали. Будем действовать по плану.
Глава 15
Глаза больше не светились красным – только где-то в глубине зрачков остались алые сполохи. Нежить была мягкой, податливой, безумно холодной. Связали неумело, но крепко. Сычкова дрожащими руками обыскала пленницу, нашла в карманах билет на самолёт до Москвы, документы на имя какой-то двадцатипятилетней Ирины Корбут и странное кольцо густо-фиолетового цвета.
Перстень был таким горячим, что Марина не удержала его в руке и уронила в траву.
– Не надо никаких цацок здесь оставлять. Ещё найдёт кто-нибудь. – С этими словами Слава поднял украшение и сунул в карман.
– Тебе не горячо? – Сычкова удивлённо посмотрела на кузена.
Тот пожал плечами.
– Нет, кольцо как кольцо. Холодное.
– Как думаешь, почему оно светится?
– В смысле? – Слава достал перстень и стал вертеть его перед глазами.
– Да ты же сам видишь – как будто сердце бьётся.
Парень пожал плечами и опять спрятал колечко.
– Какое сердце, не трынди. Обычная бесцветная стекляшка.
– Ребята, хватит. Помогите лучше. – Максим, пыхтя, тащил парализованное тело.
Марина открыла калитку и выглянула. Людей на улице не было, вот только в доме напротив грохотала музыка и горел свет.
– Осторожно, Вакулины опять гудят.
– Так это хорошо, значит, никто из соседей наши крики не слышал! – Слава дёрнул дверцу багажника. Та с лёгким щелчком поддалась. Задумчиво глядя на чемоданы и дорожные сумки, парень добавил: – Девушка собиралась валить.
– Так, перетаскивай всё в салон. – Макс опустил упыриху на землю, облокотился на капот и попытался отдышаться, не обращая внимания на боли в груди. – Вячеслав, помоги.
– Да без вопросов, Андреич! – Коваль легко подхватил нежить и безо всяких сантиментов, грубо, словно мешок с картошкой, запихнул в багажник.
– Садитесь. – Учитель сел на водительское сиденье и завёл мотор. До осиновой рощи по полям ехать было всего ничего.
* * *
На берегу реки ветер совсем распоясался – раскачивал деревья, гнал по чёрной воде волны. В небе вновь появились тучи.
Машина мягко прошуршала шинами и остановилась рядом с рощей. Слава выскочил из салона и в первую очередь проверил пленницу. Та лежала всё так же неподвижно, тараща глаза.
– Слава, держи. Будешь чертить. – Бондаренко протянул обычный кухонный нож и схему, нарисованную на листочке в клеточку.
Схему нашла Марина. Ольга Васильевна, воодушевлённая «интересом» школьницы к мифологии родного края, прислала ей ещё кое-какие наработки. Девочка просмотрела письмо по диагонали – ей совершенно не хотелось забивать голову всякими сверхъестественными тварями, учитывая, что все они могли оказаться существующими на самом деле.
Но вот рисунок, подписанный как «Полесский защитный круг», привлёк внимание. В скобочках объяснялось, что предки использовали его для защиты от всякого лиха. Если нечисть оказывалась в круге, то она не могла выйти. Если внутри круга находился человек, то, соответственно, тварь не могла в него зайти.
Марине очень хотелось пообщаться с Инессой Геннадьевной. Но только тогда, когда и она, и друзья будут в безопасности. А как это устроить, если нужно убрать осиновый кол? С парализованной особо не поговоришь. «Полесская защита» – хороший выход.
Бондаренко поначалу был категорически против такого риска. Но девушка оказалась настойчива – она объяснила, что не сможет спокойно жить, не узнав, почему такое произошло именно с ней. К психологу с подобной проблемой не пойдёшь – так и у психиатра можно оказаться, а вот выяснить у виновницы как, зачем и почему – стоит. После фразы «психологическая травма на всю жизнь» преподаватель сдался.
Нашли хорошее место – четыре молодые осинки росли совсем недалеко друг от друга, между ними располагалась достаточно ровная площадка. Трава здесь практически отсутствовала, поэтому чертить было удобно. Макс развернул машину так, чтобы фары освещали нужное место, вытащил упыриху из багажника и уложил на землю между осинами. Слава стал рисовать круг, поминутно сверяясь с чертежом. Рисунок был двойной – снаружи просто кольцо, а внутри что-то, здорово напоминавшее орнаменты на старых рушниках.
В итоге Инесса Геннадьевна оказалась в самом центре. Слава придирчиво рассматривал свою работу. Марина достала из машины канистру бензина, подошла и стала рядом.
– Ну, готовы? – Макс сосредоточенно рассматривал пленницу. Ребята кивнули. Моментом прониклись все.
– Если что вдруг… В общем, я это… Мамке передайте, что Петя её мудак, пусть не смеет замуж за него выходить.
– Спокойно, Вячеслав. Сам ей завтра скажешь. – С этими словами Максим наклонился и резко выдернул осиновый кол.
Упыриха взметнулась над землёй и прыгнула на учителя. Вернее, попыталась – круг держал крепко. Марина ахнула и схватила Славу за руку.
– Отпустите, и я убью вас быстро. – Существо больше не притворялось живым, и голос потерял человеческие эмоции.
Марина сделала шаг вперёд и звонко выкрикнула вопрос:
– Почему ты мучила меня?
Тварь не ответила, только оскалилась и вновь попыталась прорваться сквозь круг.
– Отвечай. – Максим направил на Крокодиловну бутылку с зельем.
– Кто вас надоумил? Я же вижу, что вы даже не знаете, что делаете. – Упыриха вдруг села на корточки и попыталась дотронуться до внутреннего узора, но с тихим шипением отдёрнула руку. Глаза потухли, из них ушла ярость. Создание как-то обречённо посмотрело на друзей.
– Отвечай на вопрос.
– Что ты хочешь услышать, личинка? Какие-нибудь откровения? Все вы – просто пища для высших существ. Для меня и для того, что наблюдает за нами, тоже.
Все стали оглядываться, но в роще никого больше не было.
– Ты про Бога, что ли? – Слава продолжил вертеть головой.
Тварь мелко-мелко и противно захихикала. А потом вдруг завыла, вскочила, стала биться о невидимую преграду и кричать, глядя почему-то в сторону:
– Отпусти, отпусти! Буду вечно тебе служить! Не убивай!
Друзья ошарашено разглядывали пленницу.
– Кому это она?
– Тебе, наверное, Мань. Или Максиму Андреичу – он же её поймал.
Крокодиловна зашипела, завизжала, стала носиться по своей невидимой клетке. Над кругом стали появляться белые сполохи. Три зрителя заворожено наблюдали за метаниями, позабыв, зачем здесь собрались. Представление закончилось неожиданно – упыриха остановилась, с ненавистью посмотрела на Марину и сказала:
– Не нужно было тянуть. Надо было сожрать тебя ещё пару недель назад. – После этих слов тварь открыла рот и высунула язык.
На глазах язык стал вытягиваться, твердеть и заостряться. Уже через несколько секунд изо рта существа торчало что-то, напоминавшее гигантское острое жало.
Марина не выдержала такого зрелища, плеснула бензином на существо, чиркнула спичкой и бросила её вслед. Спичка потухла в полёте. Девочка дрожащими руками попыталась зажечь новую, но лишь уронила коробок и всё рассыпала.
Макс словно очнулся. Стараясь не смотреть в глаза нежити, мужчина достал из кармана зажигалку и подошёл поближе.
Тело, которое было давным-давно мертво, вспыхнуло, словно сухая ветка. Через минуту всё было кончено. Кучка золы – вот всё, что осталось от страшного существа. Ветер подхватил и закружил пепел.
Марина всхлипнула и рухнула на колени. Потом закрыла лицо руками и заплакала.
– Марина, не плачь, теперь всё будет хорошо. – Учитель сел рядом, обнял девушку за плечи. Та заплакала ещё сильней.
– Не, Максим Андреич, пусть поплачет. Мать говорит, со слезами вся боль выходит.
Слава покинул рощу, прошёлся по пляжу, остановился у воды. Пошарил трясущимися руками в карманах, достал вампирский перстень и бросил его как можно дальше в реку. Тот пошёл на дно.
* * *
В машине никто не произнёс ни слова. Первой высадили Сычкову. Слава довёл её до двери дома, убедился, что всё хорошо, вернулся и плюхнулся на переднее сиденье.
– Куда теперь?
– Ты домой, а я избавлюсь от машины.
– Угу. – Слава замолчал. Когда автомобиль остановился возле его калитки, парень повернулся к учителю:
– Максим Андреич! Вы зэ бэст. Спасибо за Маню, и вообще…
– Топай. – Макса отпустило. Искренняя благодарность парня дала понять, что он всё сделал правильно.
– Ага. Ну, до понедельника?
– Иди уже.
Машину Макс загнал на городскую окраину. Оставил ключи в зажигании, будучи уверенным, что уже к вечеру следующего дня «Тойоту» разберут на запчасти, а вещи из чемоданов растащат маргиналы. Решил, что сегодня можно шикануть, вызвал такси и с ветерком доехал до дома.
Перед сном хотел снять серебряную цепочку, но передумал. В голове долго крутились события нынешней ночи. С мыслью, что больше никогда не решится на подобное приключение, биолог заснул.
* * *
Она шла к этому несколько десятков лет. Пришлось помучиться, но итог оказался просто блестящим. Стараясь дышать глубже, чтобы унять старое сердце, остановилась у круга.
Он был идеален. Руны, начертанные рукой мальчика, ярко горели, а внутри зияла дыра. Обычный человек не увидел бы ничего необычного – земля как земля. Но на самом деле здесь Сила хлестала так, что старуха не удержалась и зачерпнула как можно больше.
Это было ошибкой – дряблое тело чуть не погибло от нагрузки. Женщина торопливо выплеснула всё назад. Не стоит спешить. Надо завершить ритуал.
Много лет она собирала ингредиенты. Хвост оборотня, зубы лешего, цветы папоротника были самыми доступными. Долгие годы наблюдала, интриговала, выискивала, сводила линии чужих судеб в нужную лишь ей точку. Последний рывок, убийство нежити в нужном месте нужным способом, казался недостижимым. Но всё получилось.
Проход, который сами того не зная, открыли детишки, был временным и нестабильным. Но, если всё сделать правильно, на его месте появится маленький постоянный прокол. И она наконец-то получит то, о чём так долго мечтала.
Осталось всего ничего. Старуха развязала полиэтиленовый пакетик, подошла к зияющей дыре и высыпала содержимое. Чёрное отверстие захлопнулось, словно какая-то чудовищная пасть. Послышались чавкающие звуки.
Несколько долгих минут ничего не происходило. Женщина вдруг подумала, что где-то ошиблась, и паника стала заполнять душу. Но земля завибрировала, и «пасть» снова открылась. Теперь энергия, проникающая в наш мир, была чистая, ровная, правильная. Её сдерживало наружное кольцо, нарисованное парнем. Женщина собиралась его укрепить, усилить, чтобы кому-нибудь другому не досталось ни капли.
Старуха удовлетворённо вздохнула. Не терпелось закончить, но что значат несколько дней по сравнению с десятилетиями ожидания. Оставалось привести сюда девчонку.
Глава 16
Хронический мелкий дождь, плюсовая температура и унылое серое небо из ноября нагло переползли в декабрь. Впрочем, подобное наблюдалось не первый год. Зимы стали на редкость мягкими, снег выпадал редко и лежал недолго. Многие находили прелесть в такой погоде – не надо запасаться шубами и толстыми шарфами.
«Как хорошо, когда тепло!» – писали на форумах любители европейской зимы.
«Зима должна быть зимней. Грязь не может заменить снег», – возражали поклонники морозов.
«Мы разоримся на отоплении! Низкая температура ударит по кошелькам!» – подключались к спору люди с экономической жилкой, а знатоки плодородия угрюмо заявляли: «Озимые пострадают. На полях должен лежать снег. Да и от садовых деревьев после такой зимы не стоит ждать урожай».
Васёк понятия не имел, что творится на форумах. И в интернете не бывал. Честно говоря, у него даже компьютера не было.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
