– Я так понимаю, это у вас с детства?
– Что с детства? – переспросила я.
– Всякие происшествия на вашу голову и головы всех, кто находится рядом, – любезно объяснился декан.
Я задумалась. Ну да, с детства. Я всегда была в центре всех историй, случающихся у нас на районе. Ходила в ссадинах и синяках, умела драться, ругаться и вообще была сорвиголова. Бабушка постоянно говорила:
– Бесёнок, а не девчонка! Вся в отца!
Правда, кто был мой отец, она не объясняла. Собственно, как и о матери. Сколько я себя помнила, жила у бабушки на попечении. Не слишком меня балующей, но и не обижающей. А после её слов об отце меня всегда брала гордость, значит, я в отца. А отца я хоть и не видела, но уважала. Я ведь в него. И старалась это почётное звание не опозорить.
Уже перед смертью бабушка вдруг преподнесла мне подарок, небольшой круглый кулончик с камнем в центре на серебряной цепочке.
– Забери, бесёнок, – сказала с жалостью и нежностью. – А то помру и не отдам. Это твоего отца. Ещё тем бесом был. Невесть, как жизнь распорядится. Вдруг да встретитесь.
В то время слово «бес» я считала скорее нарицательным.
Бабушка померла, когда мне было девятнадцать.
И в нашем небольшом домике как-то разом стало тихо. Я горевала. Искренне. Ведь бабуля была единственным родным мне человеком. А друзьями я не слишком-то обзавелась. С детства родители старались своих чад подальше от меня держать. Благо училась я хорошо и смогла поступить хоть не в лучший институт, а в районный филологический, но на бюджет. По вечерам подрабатывала в кафе официанткой. Не шиковала, но на жизнь хватало. И я точно знала, что мне обязательно нужно закончить институт. С документами о высшем образовании устроиться работать легче. Но хотя я изо всех сил пыталась никуда не попадать, происшествия находили меня сами.
– Замучила. Просто чёрт какой-то, а не девка, – выдохнул ректор, раздражённо смотря на меня.
А я смотрела на нового декана по мифологии.
А тот на меня, очень пристально. А потом вдруг подошёл и, протянув ко мне руку, распахнул ворот моей рубахи, буквально сорвав верхние парочку пуговиц. И уставился в образовавшееся, глубокое до неприличия декольте.
Я задохнулась от возмущения и… Господи, какие у него руки… горячие. Нет, не возбуждающие, а именно горячие! Пышущие жаром! Или нет, это камень в кулоне. От прикосновения декана он осветился синим и стал горячим.
– Что вы себе… – не успела договорить.
– Это у вас откуда? – мрачно поинтересовался декан, смотря на то самое отцовское украшение. С момента как бабушка умерла, я никогда не снимала его.
Я тут же пришла в себя. Сначала вспыхнула до корней волос, потом ворот из рук декана вырвала, прикрываясь. И зло буркнула:
– По наследству достался.
Лицо декана стало совсем мрачным. Он пробурчал что-то вроде:
– И откуда вы на мою голову. – После чего повернулся и произошло нечто совсем невообразимое.
Декан щёлкнул пальцами, и ректор застыл в одной позе. Открыв рот, явно что-то собираясь сказать, но остался сидеть каменной статуей за столом.
А декан отошёл от меня и, рассматривая словно невидаль, продолжал нашёптывать:
– Истинное исчадие. Бесовская натура. И откуда здесь? И что теперь с ней делать? Чувствую, кара будет на мою голову. Но и здесь оставлять нельзя.
– Эй, – позвала я, – не делайте вид, что меня здесь нет.
Декан откашлялся.
– Вставайте, – приказал. – Удобнее будет.
Я засомневалась. Уж слишком это строго было сказано и как-то… Вернее, каким-то голосом потусторонним, будто из-под земли. И по всей комнате пронеслось горячим, обжигающим ветерком.
– Неа, – сказала я. – Не встану.
И посмотрела на замершего ректора.
«Чур меня! Что здесь происходит?»
– Ну как хотите, – сказал декан. – Считайте, что я предупредил. – И щёлкнул пальцами.
В комнате тут же потемнело, а у меня в ушах раздался звон.
«Матерь божья! Что происходит?» – подумала я. И тут же стул подо мной исчез, а я шмякнулась филейной частью на что-то твёрдое.
Тьма растаяла.
– Ох, – сказала я, сидя потирая то, чем ударилась.
– А я предупреждал, – раздалось рядом язвительное от декана.
Я на него покосилась и мимолётно попрощалась со своей психикой.
Декан всё ещё оставался деканом, но у него выросли рога и глаза стали чёрные-чёрные. Совсем без белка. А ещё кабинет вокруг тоже изменился.
Я будто попала в другой век.
Сбоку от меня высился деревянный шкаф со стеклянными дверцами, за которыми угадывались книги в раритетном переплёте. Чуть дальше в углу винтажное кресло, рядом с ним низкий столик на резной ножке-треноге.
А напротив меня высоченное окно. Чуть сбоку от него кресло с массивными подлокотниками в виде голов демонов и чёрный дубовый стол, на коем красовался череп. А за окном ночь. К слову, в кабинете было сумрачно, очень сумрачно. Лунный свет лизал подоконник и неровно вырисовывал тени предметов.
Я встала. И чуть снова не села, увидев пейзаж за окном. Погост. Огромная, просто какая-то нереально большая круглая луна освещала кресты, склепы и надгробия. Красота жутчайшая.
Я покачнулась.
«Бред! Я сплю? Одурманена? Померла?»
– И кто здесь у нас? – раздался незнакомый голос за спиной.
Я повернулась. В кабинет входил…
«Матерь божья!»
– Хм-м-м, – сказали мне. – У нас здесь не принято вспоминать таких особей. Они, конечно, уважаемы нами, но постарайтесь избегать частого упоминания.
«Демон! Как есть демон!»
Высокий, метра два ростом. С огромными витыми рогами и красными глазами.
– Так кто у нас здесь, декан Айдан?
– Бес! – раздалось рядом со мной.
Покосилась.
«Угу. Точно сошла с ума». Рядом стоял всё тот же декан, только с рогами и чёрными глазами.
– Бес? – разом приуныл вошедший. Подошёл ко мне ближе и внимательно присмотрелся. – Откуда взялась?
Отстранился, прошёл через кабинет и уселся в кресло в углу, положив ногу на ногу. Декан прошёл следом, и устроился в другое кресло, у стола.
– Проверял наличие знаний мифологии в мирских институтах и наткнулся на бесовку. Собственной персоной. И судя по всему, она знать не знает о своей истинной сути. Наводила в местном институте полную неразбериху.
У того, что с большими рогами, чуть-чуть приподнялись брови.
– Может, ошибаемся?! Ведьма какая или, на худой конец, оборотень.
– Бес, – уверенно произнёс декан. – Я тоже сначала усомнился было. Но…
Он встал и прошёл ко мне. Снова нагло распахнул ворот рубахи.
– Бесовской камень! Родовой. И судя по всему, он её принимает.
Ректор даже приподнялся. На его лицо совершенно невообразимым образом появились очки. Он сощурился, смотря на мой кулон.
– Абсолютно точно. Оно. Бесовское.
И тут же рухнул назад в кресло.
– Только неучтённого беса нам не хватало. Да ещё и не инициированного. Любопытно, кто же наследил: папаша или мамаша?
Декан ворот мой отпустил и вернулся в кресло.
– Кто бы ни был, это был не простой бес. Я пытался его пробить, но глухо. Защита хорошая. Судя по цвету, ставил высший.
– Этого только не хватало нам, – демон очки снял, и те пропали в воздухе. Сложил руки на груди. – То есть избавиться не получиться. Вибрация пойдёт, получим так, что мало не покажется.
– Деинсталлировать? Лишим силы, пока не успела ничего натворить. Бес в её возрасте без умения контролировать особенности рода и магии, это опасно.
– Но не смертельно, – протянул демон и встал. Подошёл ко мне. – Вы же знаете законы. Просто так, на пустом месте мы не имеем права лишить девочку силы.
– И что вы предлагаете с ней делать?
– А что у нас делают в таких случаях, – усмехнулся демон, рассматривая меня. – Учить быть бесом, контролировать свою бесовскую суть. Обычно это в школах бесов проходят, но девушка уже взрослая, оставим её в нашей академии. Отказаться мы всё равно не сможем. Мы её нашли, мы теперь за неё и отвечаем. Совет высших так нам и скажет. Вы всё прекрасно знаете. Тьма следит за каждым. Мы обязаны помогать подобным нам. Будем пробовать учить девочку. А попутно постараемся найти её родителей. Было бы намного проще передать её им.
Декан поморщился.
– И не мог её найти кто-нибудь другой. Вот же кара на нашу голову.
– Цыц, – нахмурился демон и обвёл взглядом кабинет. – Не дай нечистые услышат.
И тут я пришла в себя.
«Стоп-стоп. Это о чём они здесь толкуют? Меня собираются оставлять в какой-то совершенно неведомой академии и… Где я? И что происходит?»
Судя по всему, эти вопросы отразились на моём лице. Демон с огромными рогами мне улыбнулся и вежливо произнёс:
– Раз уж вы попали к нам, давайте знакомиться. Я ректор Института высших темных сил, Шаркен Кастрагорен. А вы?
– Лия Меркулова.
– Добро пожаловать в мир Антогор, тёмный мир, находящийся под властью демонов. Вы находитесь сейчас в нашей академии. И останетесь здесь до вашего полного обучения. К сожалению, мы не имеем права выпускать в наш мир совершенно неконтролируемого беса. И так как обнаружили вас мы, то, согласно закону, если не найдутся ваши родители, то мы и несём за вас ответственность. Буду честен, намного проще было бы вас деинсталлировать, лишить всяческой силы и отправить назад в человеческий мир. Но находящийся у вас на шее кулон намекает на высокое положение одного из ваших родителей. И меньше всего мне бы хотелось нажить себе неприятности, если они всё же найдутся. Хотя и с вами проблем будет немало. Но прошу запомнить: лишить вас силы мы можем законно, если докажем, что вы не способны обучиться контролировать себя и, следовательно, опасны для окружения.
– Это почему я опасна? – нахмурилась я и попятилась назад.
– За вами неприятности и курьёзы по пятам ходят, – любезно объяснил мне ректор.
– Прям уж так и ходят, – нахмурилась я и отступила ещё на шаг. Позади что-то мявкнуло, шикнуло и зашипело. А потом меня обдало паром. Благо хоть не горячим.
Я повернулась. Позади стоял котелок и смотрел на меня… Божечки! Котелок смотрел на меня из глубины тёмного варева большими жёлтыми глазами.
– Аккуратнее! – выдал он и подмигнул мне.
А я икнула, закатила глаза и ухнулась в обморок.
Именно так всё и начиналось.
А сегодня я уже стояла с сумками у гружёного экипажа, отправляющегося в настоящую глушь. В древнюю, как сама преисподняя, пригородную Академию Демонов, куда попадали только самые неудачные исчадия тёмных сил.
Глава 2
Карета покачивалась, сидящий напротив меня бывший декан молчал. Угрюмо так молчал, старательно смотря в окно.
А мне, с одной стороны, было приятно, что я нахожусь в исключительной близости с Айданом, а с другой страшно. Всё-таки такая подстава. Но кто мог знать, что ректор решит сослать его вместе со мной. И мне от этого было совсем не радостно.
Путь до Хатершама оказался долгим. И если поначалу карету просто покачивало, то ближе к вечеру уже кидало из стороны в стороны. На пути больше не встречались даже маленькие деревеньки. Только деревья и поля. Поля и деревья. Река с узким мостом, проводившим нас скрипом деревянного настила. А потом снова лес и поля.
Тропинка становилась всё ухабистей. И у меня на каждой кочке желудок подпрыгивал. Ещё бы, я успела с утра только хлебом с сыром перекусить перед поездкой. Мне кухарка, добрейшая тётка Троня, чертиха ещё та, сунула с собой кулёк с бутербродами, буркнув:
– Дорога длинная.
Спасибо ей большое.
