Эрик подошел к следующему люку и слегка наклонился, чтобы сенсор отсканировал сетчатку его глаза. Ух ты! Так у них здесь можно менять способы идентификации! Хотя стоило подумать о линзах, энтузиазм тут же сошел на нет. Даже на пальцах у меня специальные тонкие перчатки из гидропластика, меняющие отпечаток пальцев и цвет кожи. А еще на них налеплены морщины для правдоподобности. Маска на моем лице сделана из того же материала, и хоть она обтягивает, как вторая кожа, все под ней чешется до безумия. Я терпела все это время, чтобы не выглядеть прокаженной, но стоило оказаться одной в комнатке пять на восемь нардов, наконец, смогла сделать несколько глубоких вдохов. Даже пискнуть и подпрыгнуть, потому что эмоции били ключом. Сбросила рюкзак на пол, нашла в дальнем правом углу санблок и сразу же бросилась к зеркалу. Заглянув в свое отражение, окончательно убедилась, что все на месте, и я действительно старый узкоглазый китаец.
– Составу корабля "Армагеддон" немедленно занять свои каюты, – прозвучал голос системы. – Повторяю, составу корабля…
Ну вот, я уселась в кресло у илюминатора и пристегнула ремни безопасности. Это не обязательно, потому что подъем в атмосферу никак не ощущается внутри корабля благодаря балансовым подушкам, но сейчас мне необходимо было успокоиться.
– Корабль стартует через пять, – раздался голос, начиная отсчет.
– Четыре…
Я посмотрела в маленькое окошко и увидела серый пол космопорта. Ну вот…
– Три…
Назад уже нет пути, теперь только вперед…
– Два…
Ничего, все будет хорошо!
– Пуск.
Корабль слегка дернулся и начал плавно подниматься наверх. А я глубоко вздохнула, отстегивая ремни. Ну, вот и все. С каждой секундой моя планета становилась все меньше, и, наконец, окончательно пришло осознание того, что я вырвалась в свободное плаванье. Надеюсь, это хорошее начало новой жизни. Устало потерла глаза и осмотрелась вокруг.
Вся моя каюта была трансформерной системы. То есть, мебель выдвигалась по надобности, кроме койко-места и кресла – они были стационарными. Быстро обшарив все стены, нашла большой шкаф-нишу, с репликатором формы, письменный стол возле койки, выдвижную панель с персональным планшетом, еще пару полок, а все остальное – санитарные удобства.
Вот теперь я разрывалась между желанием стянуть всю свою маскировку и с головой стать под ионный душ, или залезть в систему корабля, чтобы все здесь разнюхать. Но хорошенько подумав, решила все же принять душ. Капитан или другие "вышки" ко мне не точно зайдут, сдался им психолог во время взлета. А вот потом неизвестно, когда я смогу вновь стать собой.
Нажала на сенсоре иконку душа, и тут же из стены вылезли две пластины – одна служила поддоном со стоком, а вторая крышкой, из которой спускалась тонкая пленка для защиты от капель.
Я даже застонала от блаженства, когда, наконец, сняла с лица гидропластиковую маску. Потерла щеки и лоб, а затем стала быстро снимать остальное. Перчатки с рук первыми полетели на стул. За ними черный плащ, под которым целый мешок маскировки. Обычный на вид комбинезон скрывал под собой накладные мышцы, предающие моему телу мужское очертание. Вообще-то фигура у меня очень женственная, даже Риа сказала, что это гнилой номер, и мне стоит прикинуться бабулей. Но я лишь гордо задрала голову, надевая перед зеркалом накладной пивной животик. Грудь примотала бинтами, так что она плавно перетекала в "жир" на пузе, а оно уже сливалось с тучными ягодицами и ляжками. Ну да, попка у меня очень округлая и упругая, потому пришлось и на нее наложить эффект "обвисшего зада". В итоге, когда я предстала перед Рией в полном образе, она долго кивала головой, а затем вынесла вердикт:
– Не годится! Слишком сексуальный дедок вышел! От барышень отбоя не будет!
Вспомнив подругу, стало немного грустно. Мне будет очень её не хватать. Но мы поклялись друг другу ни за что не терять контакт. И как только я обоснуюсь где-то, сразу дам ей знать, а она будет прилетать в гости.
Глава 3
Оставшись полностью голой, я стала на тонкий поддон и отрегулировала температуру ионного потока. Нас в академии учили закаляться, чтобы экономить на обогреве. А еще всем девушкам нужно было обязательно коротко стричь волосы, чтобы не тратить время на мытье. Но я, конечно, со своей шевелюрой прощаться не хотела. Нет, в первый год все таки постриглась под полный ноль, потому что дядя не верил, что я решусь. Но блин, не настолько я зациклена на себе, чтобы отказываться от мечты всей жизни ради косы до пояса. Она, кстати, висит дома над моей кроватью! А на втором курсе дядя сам лично пошел к нашему куратору и "попросил" сделать для меня исключение. Куратор "просьбе" внял, и уже к седьмому курсу я вновь отрастила свои густые волосы. Правда, только до плеч. Сейчас они аккуратно сложены в пучок, а маска делает мою голову полностью лысой. Риа посоветовала перекрасить их в черный, потому что, если хоть прядь покажется наружу… Ну да, все офигеют, как минимум. Где вы видели китайцев с рыжими волосами? Да и вообще… Моя внешность абсолютно не вписывается в стандарты Старой Земли, ведь большая часть населения – чернокожие или метисы. А они уже в свою очередь делятся на китайцев и европейцев по разрезу глаз. Хотя это абсурдно, потому что история гласит, что европейцы когда-то были вовсе белокожими. Но пять сотен лет назад на Мертвом континенте произошел большой ядерный взрыв, погрузивший Землю в огромную тучу ядерной пыли на целых два года. Это сейчас континент мертвый и необитаемый, а раньше он носил гордое название "Америка". Кажется, он даже делился на южную и северную. Но суть в том, что там было много светлокожих людей. Сразу после взрыва очень многие смогли эвакуироваться. История умалчивает подробности, но в моей семье все всегда верили, что этот взрыв был подстроен специально. А как еще объяснить тот факт, что эвакуировались в основном только "белые люди", а потом так быстро нашли подходящую по климату планету АМП-1097864 в системе Гидра, которую позже назвали Новой Землей? Они там быстро обосновались, и сейчас до безумия помешаны на чистоте первозданной природы, экологии, и даже собственной расы. Браки с инопланетянами у них категорически запрещены. Расисты они там все, короче…
Вот моя бабушка, бунтарка по натуре, оттуда, и вся моя внешность оттуда – светлая кожа, зеленые глаза, рыжие волосы и рост ого-го! А тут, на Земле, остались лишь узкоглазые и темнокожие, которые за многие годы перемешались между собой, и сейчас только по разрезу глаз и уровню "темноты" можно различить народ. А еще в истории говориться, что раньше люди с узким разрезом глаз назывались азиатами, а китайцами были лишь жители огромной и мощной страны Китай. Но позже как-то прилипло к ним это прозвище, и все! Ну а после присоединения заселенных планет Солнечной системы к Галактическому Союзу, и вовсе пропали страны, нации, народности. Остались лишь равноправные по развитию регионы на едином заселенном континенте Земли, с общепринятыми нормами и межгалактическим языком. Европа, Центральная Африка, Южная Африка, Центральная Азия, Китай, Тибет-Лу, Индея и Австалион. Родители моих мамы и дяди Эдгара родом с Австралиона. А мой дедушка, который папин папа, с Европы, но женился на бабуле из Новой Земли. Её назад, на родную планету, не приняли, потому она доживала жизнь здесь. И по непонятно каким причинам, победили гены бабушки, хотя эволюция показала, что они должны быть слабее. Так что, мой папа тоже рыжий и совсем не китаец. А вот во мне кровь уже немного подмешалась, и глаза у меня узковаты, как у мамы. Но все равно, для девушки я очень высокая и необычная. "Прекрасный цветок", как всегда говорит дядя Эдгар. Хотя, честно, ужасно раздражает, когда все вокруг пялятся, как на чудо Вселенной, а мужчины видят во мне только необычный экспонат для своей коллекции любовных заслуг. Один такой "коллекционер" уже разбил в пух и прах надежды на счастливую семейную жизнь, а заодно и мое сердце. Хорошо, что это случилось на первом курсе академии. Я долго отходила, застав своего жениха в постели с другой, точнее, их там было две, но не суть… В конце концов, я смогла полностью отстраниться и погрузиться в учебу. Не заводила романов, не отзывалась на флирт, мне было просто не интересно мужское внимание. Оно вызывало лишь раздражение и отголоски старой забытой боли.
– Ну вот, опять… – грустно прошептала, смывая мыльную пену. Ненавижу вспоминать об Айване.
Правда, перед отъездом Риа меня очень порадовала, рассказав последние сплетни. На это раз Айвана застали в постели с двумя… гуманоидами из той самой Церры. Они там все полигамны и очень любвеобильны! Короче, позор на всю академию ему гарантирован!
Выключив ионную воду, я поняла, что окончательно расслабилась. Тут же, в душе, была функция сушки, но мне пришлось немного дольше поторчать под соплом, чтобы высушить влажные волосы. Да, действительно неудобно. Возможно, мне придется обрезать их, чтобы не задерживаться каждый раз. Но не сейчас! У меня есть занятие куда интереснее.
Ступила на теплый пол и обреченно покосилась на стул со всем моим "боевым снаряжением". Надо все таки одеться, а то мало ли… у капитана будет стресс после общения с моим дядей, и он обратится за помощью к "мозгоеду". От одной мысли, что мне придется оставаться один на один с этим страшным мужчиной, тело пробила мелкая дрожь. Я никогда не видела Кристона вживую, но много раз смотрела по галовизору его выступления. Он был прекрасным оратором. Если честно, я балдею от его голоса, будто впадаю в какой-то транс. Помню, когда дядя включал информационный канал вооруженных сил, и там выступал Кристон, я просто закрывала глаза и наслаждалась низким урчащим голосом, даже не вслушиваясь в смысл слов. И лишь дурацкие комментарии дяди вырывали меня в реальность. В любом случае, мне нужно попытаться не попадаться капитану на глаза вообще. Он не глуп, хотя дядя думает иначе. До сих пор стремно от его сканирующего взгляда. А если он еще и заведет разговор, точно раскусить меня, как лунный орешек. Нужно приходить в столовую раньше, быстро есть и сбегать до прихода чудовища. Не попадать в передряги, просто быть невидимкой.
– Я смогу! – уверенно произнесла своему отражению, натягивая последний элемент маскировки – маску.
Ну вот, снова я – не я. Когда больше ничего не мешало, и я чувствовала себя чистой и свежей, сразу бросилась к персональному планшету, или ПП. Правда, неприятный зуд вернулся. Нужно стырить у дока какую-то антигистаминную мазь.
– Пожалуйста, пройдите идентификацию, – прозвучал голос системы с нажатием пускового сенсора.
Задрали! Да сколько можно? На каждом шагу проходить эту идентификацию. А чтоб в туалет сходить, тоже нужно запястье подставлять? Мои перчатки доходили до локтей, но в области татуировки утончались до микропленки, которая лишь затемняла цвет кожи, но не скрывала рисунок штрихкода. И вот сейчас, глядя на свое запястье, поняла, как сильно облажалась. После ионного душа краска намокла, и, видимо, я не до конца её высушила, потому что сейчас мой штрихкод напоминает одно сплошное черное пятно.
– В бездну! – выругалась я. – Метеорит в трещину! И что ж теперь делать?
Взялась за голову и стала расхаживать по каюте взад-перед. Правда, больше трех шагов делать не получалось.
– Так, без паники, – успокоила я себя, вспоминая слова папы. Он всегда был спокойным, рассудительным, и мог найти выход из любой ситуации. "Всегда есть варианты, детка", – говорил он.
– Варианты! – воскликнула я. – Варианты идентификации. Док использовал сетчатку глаза. Я не могу снимать линзы каждый раз, остаются отпечатки пальцев. Подбежала к внутрекаютной панели системы корабля, молясь, чтобы она вновь не затребовала штрихкод.
– Способы идентификации, – произнесла я.
– Способы идентификации, – повторил голос. – Распознавание персонального штрихкода, сканирование сетчатки глаза, определение по отпечаткам пальцев правой руки. Желаете изменить способы идентификации?
– А функции распознавания голоса у вас тут нету? – с надеждой спросила я мужским басом.
– Функция распознавания голоса отсутствует в связи с низким уровнем защиты, – ответил заумный голос.
Да уж, в наше время сменить голос можно многими способами. От пилюль, до операции. Я решилась на второе, потому что, только так можно менять нужный тембр в любое время. Плазменный мембраны обволакивают нервы, ведущие к голосовым связкам, и могут регулировать их звучание. Ну, по крайней мере, я так поняла из всех тех заумных слов, что мне говорила доктор Сарт. Это работает, а больше знать не хочу.
– Желаете изменить способы идентификации? – оборвал мои мысли голос системы.
– Желаю, – несмело ответила я. Только вот нормальных идей не было. – А сколько пальцев нужно для опознавания?
– Для опознавания личности и входа в систему необходимо три пальца правой руки гуманоида.
Ну да, меньше у гуманоидов уже и не бывает. Тогда это какие-то клещеподобные.
– Ну что ж, – вздохнула я, поднося к сенсору руку в перчатке. Когда мы с Рией забивали информацию в штрихкод, отпечатки с гидропластика тоже сняли. Вот только они уже кому-то принадлежат. Я же купила их и эту маску в лавке приколов и немного переделала по необходимости. Так что, отпечатки сделаны по чьей-то модели и одинаковые на всей партии этой продукции. Надеюсь, в системе не нашелся еще один такой же умник, как я!
Прозвучал короткий писк, затем загорелся белый свет и на сенсоре появились галограммы двух мужчин. Меня, старого китайца, и еще одного молодого узкоглазого.
– Отпечатки пальцев совпадают с другим индивидом, – произнес голос, а я застыла, не дыша. – Подтвердите свою личность, выбрав одно изображение из представленных на галоэкране.
Я глубоко вздохнула, почувствовав, как волна радости и облегчения поднимается внутри. Нажала свою галлограмму и сжала руки в кулаки, боясь шевельнуться.
– Новый способ идентификации подтвержден, – произнесла система.
Я подняла руки вверх и подпрыгнула на месте, не в силах удержать счастье от своей маленькой победы.
– Такс, – задорно произнесла я, потирая руки. – Проверим-ка.
Вновь подбежала к ПП и нажала пусковой сенсор.
– Пожалуйста, пройдите идентификацию, – прозвучал голос.
– Ага, ага, – нетерпеливо заерзала на стуле, кладя руку на экран.
Синий луч медленно пополз вниз, сканируя изображение, а когда, наконец, я дождалась вердикта, то чуть не грохнулась со стула. Загорелся красный свет и раздался противный писк.
– Идентификация не пройдена. Зафиксировано вторжение в систему, – прозвучал строгий голос.
– Нет, нет, – судорожно шептала я, пытаясь выключить планшет трясущимися руками. Это ж теперь капитану и всем "вышкам" придет сообщение. Катастрофа! Просто катастрофа!
– Тварь! Вырубайся! Ну! Давай, вошь астероидная!
Я лупила ладонью по экрану, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы противный писк прошел. И в какое-то мгновение синий луч опять активировался, сканируя мою ладонь. Я затихла, с подозрением глядя на тонкую ползущую полосочку. А затем загорелся белый свет и системный голос сообщил:
– Идентификация пройдена успешно. Ли Тай Чу допущен до системы "Армагеддона".
– Да чтоб, ты бл₽&@?! провалилась сквозь землю, марсианская за₽₽&@?!, – распылилась я, сметенная чувствами злости и облегчения. Ведь пронесло же все таки…
– Безмозглый, долбанутый хлам! – прошипела я на персональный планшет и вдобавок пристукнула ногой.
– Ну почему же, – прозвучал насмешливый мужской голос у входа. – Самая последняя модель ПП – "Т-101". Даже у Канцлера дома хуже.
Я медленно обернула голову, вовремя вспомнив, что глаза не должны быть вылупленными.
– Зд-драсте, – пискнула я.
Это был не кэп, что уже лучше всего на свете. На пороге стоял высокий солидный мужчина средних лет. Красивый, даже очень. Кажется, я непроизвольно открыла рот и бесцеремонно разглядывала его фигуру с ног до головы. А когда остановилась на удивленном лице, вмиг подобрала челюсти. Дедули не западают на командный состав! А передо мной стоит именно один из высшего состава, как я понимаю, главный механик.
– Добрый день… вечер, – запнулась я. Прокашлялась и усилила голос. – Я доктор Ли Тай Чу. Вас что-то беспокоит?
Блин, это прозвучало глупо и неуместно. Но ведь я никогда не принимала пациентов, и без понятия – о чем с ними можно говорить?
Мужчина, европеец, между прочим, метис, с широкими плечами, в обтянутом космическом комбинезоне. Он в удивлении поднял брови и так же пристально осмотрел меня.
– Вы здесь и часа не пробыли, а уже нарушили работу системы, и спрашиваете, беспокоит ли что-то меня?
Да, знаю… идиотизм полнейший. Увидев мое растерянное лицо, красавец-мужчина снисходительно усмехнулся и шагнул мне навстречу.
– Я эйрэ Олко Пэйто, – представился он. – Главный механик корабля "Армагеддон".
Я протянула руку, как обычно здороваются мужчины, но он даже не взглянул на нее. Вот же дура! Он же с Марса, и имя у него соответствующее, а они там не приемлют рукопожатий и вообще прикосновений.
– Так что у вас стряслось? – спросил эйрэ Пэйто, кивая на ПП.
– Эмм… Я перепутал руку, – с легкостью солгала. – Изменил способ идентификации, а когда нужно было поднести отпечатки, положил на панель левую вместо правой.
Закончив свою скороговорку, сделала самый невинный вид, глядя куда угодно, только не в глаза эйрэ.
Ниже по званию "капитана" на военных космических кораблях являются "бастон", а уж потом "эйрэ". При том, пилоты не могут носить какие-либо звания, потому к Александру Вусту можно обращаться только как "первый пилот".
– Бывает, – вынес вердикт, первый механик. – Но теперь-то получилось?
Он подошел к панели персонального планшета и склонился над галоэкраном.
– Вроде, да, – несмело произнесла я, натягивая рукав на размытый штрихкод.
– Давайте еще раз проверим. Поднесите свою ладонь. Правую руку, – напомнил он.
Тоже мне, умник. Недовольно поджав губы, положила пальцы на сенсор. И хотя система и так уже открыла мне доступ, синий луч вновь стал сканировать отпечатки. Я лишь надеялась, что дурацкая машина не запищит страшным визгом опять.
Но и на этот раз пронесло. Загорелся белый свет, и голос оповестил о доступе к системе корабля.
– Ну что ж, – протянул эйрэ. – Раз уж я здесь, покажу вам, как пользоваться ПП.
– Я справлюсь и сама-ааа… сам! – поняв, что только что конкретно проговорилась, под пристальным взглядом эйрэ Пэйто стала трещать без умолку. – Запросто! У меня внучка в космической академии учиться. И перед испытами все мне рассказывает. А у меня память хорошая, я ведь в Тибет-Лу жил долгие годы. Там, знаете, красивая природа, чистый воздух, и это очень хорошо сказывается на па....
– Знаю, – оборвал меня мужчина. – Мне доктор Праус уже рассказал. А вы в каком регионе были: северном или южном?
О, нет! Если он знает про Тибет-Лу больше меня, то точно каюк! И когда это они успели обо мне посплетничать?
– Везде понемногу, – поверхностно ответила я. – А как увидеть маршрут полета? Сюда тыкать?
Я, конечно, прекрасно знала, куда именно нужно тыкать, но специально открыла другой раздел. Моя маленькая хитрость удалась, и Олко стал объяснять на пальцах, как пользоваться тем, чем я управляла чуть ли не с пеленок. Помню, когда папа еще был жив, у него всегда был ПП под рукой. Конечно, он был предназначен для хозяйственных нужд и от космического значительного отличался, но азы-то одинаковы. С помощью домашнего планшета можно управлять домом и бытом. Регулировать температуру, свет, поток воздуха, всю электротехнику, санроботов, да все, что угодно. Но я, конечно, больше всего любила играть в игры. Мне казалось, это самая важная функция персонального планшета. Интересно, на этом есть "Марсианская ферма"?
– А вот эта иконка обозначает связь с капитаном, – прервал мои мысли эйрэ. – Сейчас проверим!
И с этими словами он нажал сенсор вызова. Я опять округлила глаза, понимая, что сейчас буду говорить с самим капитаном Кристоном.
– А может не надо? – пискнула я. – Он же сейчас управляет полетом…
– Слушаю? – прозвучал урчащий голос по ту сторону галоэкрана. Я замерла, прикидываясь каменной статуей. А вдруг пронесет?
– Проверка связи, капитан, – отозвался эйрэ Пэйто. – Ложная тревога, вторжения в систему не было.
Кэп все это время смотрел только на меня, но его страшное лицо не выражало ни единою эмоцию, словно на нем такая же маска, как и на мне.
– Ясно, – наконец, произнес он, а затем все же посмотрел на своего помощника. – Мы уже вырвались из земной атмосферы, ты мне нужен.
– Иду, – кивнул эйрэ и отключил связь. – Кстати…
Он вернулся в меню системы и включил карту.
– А вот и маршрут нашей миссии. Всего хорошего, доктор Тай Чу.
Не бросив на меня больше и взгляда, он вышел из каюты так же тихо, как и зашел.
– Ааааафигеть! – выдохнула я, прижав руку к колотящемуся сердцу. Нет, я точно подохну от переизбытка адреналина!
Сделав пару глубоких вдохов, приказала себе успокоиться, и переключила все внимание на карту Солнечной системы. Маленький значок трезубца обозначал военный истребитель Земного Союза. Мы как раз приближались к Луне. Затем пройдем орбиты Марса, Юпитера, Сатурна, Урана, Нептуна и, наконец, доберемся до Плутона – мертвой планеты. По прогнозу, нам на пути покажутся лишь Юпитер и Уран, остальные планеты будут по ту сторону Солнца во время перемещения нашего корабля. На Юпитере ничего интересного нет, кроме нескольких шахт плазмия, извлечение которого организовал мой дядя. А вот на Уране полным полно урановых руд, которые у нас закупают жители Новой Земли. Они им нужны для каких-то отсталых, но экологически чистых производств.
Обшастав всю систему, я усвоила следующее. Женский голос, что визжал о вторжении, зовут Мира. На борту двадцать пять человек, из которых я одна единственная женщина, хотя об этом, конечно, никто не догадывается! Пока… Ну и самое главное – останавливаться мы не будем. Вообще! Только на Плутоне. Ну а потом, как миссия будет выполнена, между прочим, опасная, не известно, когда мы вернемся, и вернемся ли вообще. А если нам таки повезет, то меня просто доставят обратно на Землю. И тут я раскисла окончательно.
– Это была глупая идея, – наконец, признала вслух.
Все это! Маскарад, побег, нарушение закона… законов. Глупо, бездна засоси, очень глупо. Надо было сразу лететь на Церру. По крайней мере, там бы у меня было намного больше шансов сбежать, чем сейчас. Не знаю даже, что должно случится, чтобы я исчезла из этого корабля? Может, нарушить еще пару десятков законов и угнать спасательную капсулу? Или даже капитанский звездокар? Пока мы еще не отлетели далеко от Луны, я могла бы там скрыться… Фигня! Очередной идиотский план Анлиты Айдар. Капитан Кристон истребит меня плазменной пушкой и не моргнет. Единственный вариант, это если очень-очень повезет, когда что-то поломается, и придется возвращаться на Землю. Нас отпустят на несколько суток, пока будет производится ремонт, но мне этого времени хватит, чтобы бесследно исчезнуть. На лице расплылась довольная улыбка, а шестеренки в голове закрутились с бешеной скоростью. Как бы мне "помочь" чему-то безвозвратно поломаться?
Я вновь бросилась к ПП, рассматривая детальную схему Армагеддона. Провозившись достаточно долго, чтобы снова вспотеть, я так и не смогла определиться. Проблема состояла в том, что все важные технические места были закрыты люками, а доступ к ним имел лишь командный состав. Конечно, это продумана именно на тот случай, когда молодая амбициозная девушка в прикиде старика хочет поломать военный корабль, потому что ей не хочется лететь на Плутон.
– Ладно, – устало вздохнула я, чувствуя, как раскалывается башка от перенапряжения. Взор упал на мягенькую постельку, а разум тут же отдал команду: "Спать!". Я ведь не отдыхала третьи сутки, скрываясь от стражей в космопорту. И стоило телу расслабиться на гидроматрасе, как сознание тут же беззаботно уплыло в сон. Нет сил ничего решать, будь, что будет!
Глава 4
– Доктор Тай Чу! – донеслось мне вдогонку.
– В пропасть! – прошептала я, а затем с натянутой улыбкой обернулась назад. Трое суток по корабельному времени мне удавалось избегать весь командный состав, а тут на тебе! Поймали в коридоре у пищеблока.
– Добрый день, первый пилот, – протянула я.
Алек, как всегда, смерил мое тело недовольным взглядом и снова вернулся к лицу.
– Почему вы до сих пор не в корабельной форме, как подобает? – проревел он на весь коридор. Уверенна, не то, что в пищеблоке было слышно, а даже в рубке.
Ну вот, блин, так и знала, что влетит за это. Ну что ж, я виновата, что в первый же день поломала репликатор в своем шкафу? Нет, я, конечно, успела сделать себе форму, но она слишком обтягивает мое тело. Из-за тонкой ткани видно буквально каждый бугорок. А когда я задала роботу новые параметры, на два размера больше, он наотрез отказался, мотивируя это несоответствием с предыдущими показателями. Ну, я его и разобрала, починить хотела. А обратно вот… Если уж совсем честно, когда нам на втором курсе преподавали "Мелкую роботомеханику", я прогуливала. У меня был депресняк, связанный с Айваном.
– Если вы за три дня пребывания на военном корабле еще не усвоили, – прервал мои воспоминания первый пилот, разрываясь на весь "Армагеддон", – что здесь принято носить форму, то, возможно, несколько ночных дежурств научат дисциплине.
Я удрученно опустила голову, рассматривая свои ботинки на три размера больше моего. Никто не любит ночные дежурства. Когда на пятом курсе мы проходили практику на круизном лайнере, я поссорилась с Миланой, своей однокурсницей, и подсыпала ей синьку в ионною насадку для душа. В итоге, она несколько дней ходила синяя, как виаторцы из системы Абра. И нет, чтобы промолчать, она, зараза астероидная, нажаловалась нашему куратору. Ну и заработала я три ночных дежурства подряд. Нудно, спать хочется ужасно, сидишь в этой рубке с пилотом, тупо смотришь в обзорное стекло, а эти бесконечные звезды маячат без остановки… Стоп! Стоп! Стоп! Назад! Это ж меня в рубку допустят! На целую ночь! Я резко подняла голову на Вуста, не забыв еще больше прищурить глаза, и со всей ответственностью произнесла:
– Нарушение осознаю, исправлюсь. К дежурству готов приступить сегодня.
Александр Вуст недоверчиво посмотрел в мои глаза, но все таки поверил.
– Явится в рубку в девять вечера по корабельному времени, – строго бросил он, разворачиваясь в столовую. – В форме!
– Есть! – воскликнула я, прижимая руку к сердцу, отдавая честь. И стоило ему скрыться за люком пищеблока, как моя китайская физиономия расплылась в предвкушающей улыбке. Сегодня вечером я выпущу свою шаловливую натуру на свободу! И не беда, что там будет еще и пилот. У меня есть время до вечера, чтобы придумать, как его заболтать. Довольная и в приподнятом настроении поскакала в свою каюту ожидать пациентов. А то, что они не хотят приходить – не моя проблема, в общем-то.
Как добралась до своего маленького королевства, сразу залезла в ПП. За три дня я ни разу не возвращалась к попытке разработать план "Возвращение домой", потому что не верила на удачный исход. Но теперь, когда представилась такая возможность, стала активно изучать технические характеристики. Конечно, я и так их знала, но когда визуально можно увидеть, думается лучше. Итак, планшет показал мне трехмерное изображение рубки. По центру под обзорным окном находится огромная панель управления, которая делится на три блока. За центральным сидит пилот и может взять управление на себя, когда отключена программа автопилотирования. С правой стороны размещен пульт управления снарядами. Обычно, это место занимают капитан или главный механик. Ну а с левой стороны блок прогнозирования полета и составления маршрута. Вот там я и буду дежурить всю ночь, наблюдая за тем, чтобы наш корабль случайно не сошел с назначенного пути. Ну мало ли, какой-то метеорит попадется на пути, или еще хуже – пиратский корабль. Конечно, со мной будет пилот. Их на корабле два, не считая капитана Кристона, который, несомненно, прекрасно умеет управлять своим кораблем. О, я надеюсь, что сегодня будет пилот из основного состава, а не Александр Вуст. От одного его голоса меня передергивает. И, конечно же, больше всего я надеюсь, что этой ночью капитан будет крепко спать и не придет проверять мое дежурство.
Не отвлекаясь больше на мысли о кэпе и все способы, которыми он будет меня убивать, решила вспомнить курс кораблестроения. Итак, весь "мозг" корабля находится под панелью управления. Если я поврежу что-то серьезное, то мы зависнем в открытом космосе и ни туда и ни сюда. Может поломать навигационную систему? А что? Это прекрасная мысль. Нет, капитан, конечно может оказаться отчаянным парнем и продолжить миссию "вслепую", но тогда огромная вероятность, что мы заблудимся и опять зависнем в открытом космосе. А еще слишком палевно. Именно в мое дежурство навигационная система, за которой я сидела – сломалась.
– Да уж… – удрученно вздохнула.
А может тогда сломать передатчик связи с Землей? Тоже мысль! Капитан каждый день о каждом важном событии должен докладывать моему дяде. Ведь именно он организовал миссию "Плутон-20". А если Кристон потеряет с ним связь, то и все дальнейшие поползновения бессмысленны. Проблема в том, что ломать передатчик в рубке не смысла. Его легко можно починить. Другое дело ликвидировать антенны, а они находятся снаружи корабля. Не вариант для меня.
Я сидела над планшетом не меньше часа, перебирая разные варианты пакостей. От отравления капитана, до разгерметизации нижнего яруса истребителя. Но стоило только подумать о расправе, если кто узнает, что это моих рук дело, вся решимость сразу сходила на нет.
Так ничего толкового и не придумав, тяжело вздохнула и начала собираться на дежурство. Оставался еще час. Пациентов даже не ждала, никто и не думал посещать мозгоеда. Потому, я решила принять душ. Краска, что нанесла Риа уже полностью смылась, так что на запястье остался мой родной штрихкод. Если придется где-то его активировать, меня сразу раскусят. Посушив волосы, в очередной раз подумала, что надо их обезать. Но опять нашла причину, чтобы этого не делать.
– Не успею!
Осталось полчаса, а мне еще нужно было натянуть эту дурацкую форму, облипающую как вторая кожа.
Я стояла у зеркала и крутилась в разные стороны.
– Это ужасно, – застонала я. – Просто катастрофа!
Действительно, я даже с трудом походила на гуманоида, скорее на тумбочку с человеческими конечностями. Плечи узкие, но зато толстые руки, затем сразу идет грудь, перетекающая в живот, который напоминает спасательный круг. И все это держится на тонюсеньких ножках. Потому что предполагалось, что на мне будет плащ. И мой комбинезон свободного покроя, под ним ничегошеньки не разобрать. Но он, блин, черного цвета, а корабельная форма – синего.
– Ууум… – заныла я, поворачиваясь к зеркалу задом. Там вообще все печально. – Нельзя так показываться.
Я и не заметила, как быстро пролетело время.
– Ли Тай Чу! – разнеслось на всю каюту.
Я подпрыгнула на месте от неожиданности и схватилась за сердце.
– В бездну! – выругалась я.
– Вы опаздываете! – опять прогремел голос. Это был Вуст, он орал на меня с экрана ПП. Я в испуге глянула на часы и нахмурила брови.
– Но ведь только без пяти девять, первый пилот.
– Вот именно! Опаздываете! Немедленно в рубку!
– Иду.
Я продолжала смотреть на него, ожидая, когда же он отключится. Но он лишь сверлил меня злым взглядом и, кажется, закипал все больше с каждой секундой.
– Я сказал, в рубку!
Он завизжал так, что у меня в ушах зазвенело из-за моего сверх-чувствительного слуха. И не желая больше нарываться на неприятности, выбежала с каюты со скоростью метеорита, даже не проверив свою маску. Хорошо, что в подъемнике зеркальная стена, и я смогла точно убедиться, что все на месте, ничего лишнего не видно. Но мой вид меня просто убивал.
Когда вошла в рубку, первый пилот стоял прямо напротив входа, сверля меня проникновенным взглядом. Но затем его внимание привлекла моя форма, точнее идиотская фигура в этой самой форме.
– Ли Тай Чу прибыл на дежурство, – отдала честь я, прижимая руку к сердцу.
Как в замедленной съемке увидела, что уголки глаз первого пилота опускаются, а губы расползаются в улыбке.
– Кхм, – он приглушил смех наигранным кашлем, закрывая рот кулаком, а взгляд опустил под ноги, чтобы не рассмеяться во всю.
Метеоритный дождь! Я действительно выгляжу ужасно, если даже этот хам застеснялся в открытую показать свою реакцию.
– Доктор Тай Чу, – продолжил Вуст, резко повернувшись ко мне спиной. Да, могу себе только представить, какую рожицу он сейчас скорчил.
– Вы будете нести ночную с вахту со вторым пилотом Адамом Вайтеном.
Действительно, в рубке мы были не одни. У пульта сидел второй пилот, внимательно всматриваясь в датчики. И только услышав веселые нотки в голосе своего командира, непонимающе повернулся ко входу. Глаза мужчины метнулись с меня на Вуста, а затем многозначительно округлились. И теперь и этот гуманоид прикрывался кашлем, сдерживая смех. Ну все! Мне надоело это издевательство, и я с гордо поднятой головой зашагала в сторону дежурного места у пульта навигации.
– Ну что ж, – хмыкнул Александр Вуст, вмиг посерьезнев. – Второй пилот Вайтен введет вас в курс дела. Самое главное – ничего не трогайте без разрешения. Внимательно смотрите в обзорное стекло и на радар. Если увидите что-то подозрительное – сразу сообщайте второму пилоту. Это ясно?
– Ясно, – бросила я со своего кресла. Наверно, просижу в нем всю ночь, чтобы не травмировать психику молодого парня.
– За нарушение устава вас ждут разные степени наказания. Самое слабое – дежурство в санитарной части. Самое строгое, кстати, любимое капитана – изгнание в открытый космос.
Он замолчал, выжидательно смотря на меня. Честно говоря, мне с трудом верилось, что они меня выбросят за борт. Во-первых, я хоть и военный психолог, все равно на корабле нахожусь в качестве гражданского лица, именно так указано в моем трудовом контракте. И по идее, армейскую подготовку я не проходила, меня просто взяли с "улицы". А это значит, что казнить они меня не могут, только отдать под трибунал по прилету домой. Ну и во-вторых, стоит сказать, кто мой дядя и они даже кланятся начнут. Вуст, наконец, заткнется и прикусит свой язык. А вот на счет кэпа я не уверенна, тот такой, что может и отыграться на мне за все конфликты с дядей. Чувствую, драть мне полы до конца полета.
– Ясно, – кивнула я.
Ответ первого пилота удовлетворил, и он засобирался к выходу. Но на прощание не удержался и еще раз окинул меня с ног до головы. Хотя в глаза посмотреть не осмелился, а резко развернулся и вышел из рубки прочь.
– Ну, что ж, – хмыкнул этот Адам. – Заступаем на дежурство?
– Заступаем, – кивнула я.
***
Как оказалось, дежурить с Адамом было весело. Этот молодой чернокожий европеец с модными сейчас фиолетовыми волосами совсем недавно окончил Космическую академию. То-то мне его лицо показалось знакомым. Он на три года старше, и я помню некоторых его однокурсников. Уверенна, меня он тоже знает, с моей-то внешностью и родством. Так что, самым главным было делать вид, что я полный чайник, когда он инструктировал по технике безопасности, и переспрашивать обо всем по несколько раз. Зато мне повезло с его болтливостью. Его рот буквально не закрывался ни на секунду, он то и дело рассказывал приколы нашей академии, вспоминая самых отличившихся курсантов и кураторов.
– Ну все, – остановила его жестом руки, пытаясь отдышаться от смеха. – Прошу, хватит, у меня уже щеки болят.
– О, так вы смеялись все это время, док? – удивился Адам, с интересом разглядывая мое лицо. – А я так и не понял, откуда этот странных хрюкающий звук.
На нас накатила новая волна хохота, и я ухватилась за пузо, чтобы оно окончательно не сместилось на бедра.
– Нет, ну правда, – не унимался он. – По лицу и не скажешь, что вы вообще знаете, как это делается. Только все тело трясется волновыми движениями и это "хрррраа", "хррюю"!
Он начал копировать мой смех, естественно, приукрашивая, отчего было смешнее в десять раз. Но я не виновата, что ретранслятор голоса превращает мой звонкий девичий смех в "это". Нет, нужно срочно успокоиться! Он уже заметил, что мое лицо не выражает эмоций, значит, стоит перестать содрогаться… Как он сказал? Волновыми движениями! Могу только представить, как гидросиликон в накладном пузе содрогается при каждом моем вздохе.
– Ну ладно, – подытожил он, раскачиваясь в своем кресле. – Сменим тему.
Немного подумав, добавил, продолжая пристально разглядывать мой профиль – я уже боялась поворачиваться к нему прямо.
– Знаете, док, это хорошо, что вы умеете посмеяться над собой. Обычно Вуст присылает мне на дежурство помощников капитана – Риктора и Ослана. Они мои одногодки, но ни с одним еще ни разу не было так весело, как с вами.
– Ну, возможно, это к лучшему, – посерьезнела я. – Ведь у тебя ответственная работа, ты всегда должен быть начеку и не отвлекаться на шутки.
На самом деле, я давно подметила, что Адам слишком несерьезный для пилота. Да, полет идет спокойно и гладко, но я уже трижды заметила на радаре пролетающие неподалеку метеориты, в то время как он травил свои шутки, и даже не соизволил глянуть на галоэкран. Вряд ли у него глаза в ушах или на затылке, потому что он все время был повернут ко мне.
– Да ладно вам, – махнул рукой Адам. – Что здесь может случиться? Мы же в орбите Марса – это самая тихая зона в нашей системе. Полночи прошло, а даже ни один метеорит рядом не пролетел.
Я закатила глаза, пока он не видел, и прикусила язык, чтобы не сказать колкость. Да уж, вот тебе и "профессионал"! Я лишь надеюсь, что во время дежурства с помощниками капитанов он все таки серьезнее. А то как я теперь буду спать по ночам?
– А кто еще дежурит кроме помощников? – перевела тему я.
– Ну, в основном, все понемногу. Чаще всего дежурство назначается в качестве наказания. Вот вам за что влетело?
– За то, что форму не носил, – буркнула я.
Он на секунду затих, а затем снова разразился громким хохотом.
– Вот, честное слово, док… – сквозь смех хрипел он, – лучше бы вы в своем плаще ходили…
Мне уже не было смешно, даже раздражать стало. Сама знаю, что лучше…
– Что здесь происходит? – у входа раздался яростный рев, и мы с пилотом подорвались со своих мест. А вот теперь для смеха точно нет причин.
– Капитан, – кивнул Адам, делая самый серьезный вид, на который был способен.
Я же стояла, как онемевшая статуя около своего дежурного места, боясь даже вздохнуть, чтобы не привлечь внимание чудовища.
– Я задал вопрос, второй пилот, – повторил Кристон, делая шаг к нему. – Отвечай, чем вы здесь занимаетесь?
– Так…э… Дежурим, капитан, Кристон, – нашелся парень.
Я его понимала, под таким взглядом очень сложно устоять, не то, что собрать мысли в кучку и на вопросы отвечать. Да, влипли мы конкретно. Мне-то может и сойдет, я ведь лишь дежурный, а вот второй пилот нарушил как минимум три правила той самой инструкции техники безопасности ночного дежурства.
– Все под контролем, капитан, – слабо выдал паренек.
– Да ну, – съязвил кэп. – А тогда ответь мне, второй пилот, сколько метеоритов пролетало в опасной близости от корабля за последние четыре часа?
Адам пожал плечами и почесал затылок.
– Да вроде как....
– Три! – оборвала я его, пытаясь спасти ситуацию. Ну да, жалко мне стало парня. Будь мы на любом другом корабле, даже не стала бы вмешиваться, но это ведь Кристон. Ходили слухи, что он отправил одного бедолагу в спасательной капсуле на Землю за мелкую провинность. Беда в том, что капсулы предназначены на полет расстоянием не больше, чем от Земли до Марса. А они уже были за пределами Марсианской орбиты. В итоге, того бедолагу перехватили у Луны и еле откачали. И это не самые страшные рассказы об этом капитане.
Я не смогла долго выдержать взгляд красных глаз и повернулась к Адаму.
– Второй пилот Вайтен дал мне задание отслеживать все приближенные объекты. Мною были замечены три метеорита, одна комета вдалеке и совсем далеко марсианский спутник компании "Эппл".
Выдав все на одном дыхании я смолкла, опустив взгляд вниз. Ну вот, теперь наступило напряженное молчание, и все ожидали вердикта капитана. А я задумалась, как он узнал о метеоритах? Неужели, у него в каюте стоит собственный радар? Или он имеет особый доступ со своего ПП ко всем датчикам центральной панели управления?
Я не видела, но очень хорошо ощущала, что он смотрит на меня своим сканирующим взглядом.
– Адам, – наконец, произнес капитан, на удивление спокойным голосом. Но мне лично в его спокойствие верилось с трудом. – Иди, собирай вещи.
– Что? – переспросил опешивший второй пилот.
