Страница 1 из 4
– Больше никаких мужей! – заявила я, сверкнув глазами на стоявшую у перил парочку. Ребята резко прекратили миловаться и поспешили на берег. Неудивительно – несмотря на ночное время суток, мы с подругой кричали и смеялись, всем видом демонстрируя безудержное веселье, способное не только насторожить редких прохожих, но и порядком напугать. А что? Парк, сумерки – свобода! – И никаких любовников! – Для пущей убедительности я махнула банкой пива, которое громко булькнуло, подтверждая мою правоту. – Кота себе заведу, вот… то есть кошку!
– Ой, не зарекалась бы ты, Катюха! – пьяно хихикнула Янка, идущая вслед за мной по пешеходному мосту, освещенному яркими фонарями. – Мужик в доме нужен.
– Зачем это? В качестве приставки к телевизору? – насмешливо уточнила я, обернувшись. – Или в виде довеска к ноутбуку с бесконечными «стрелялками», от которых нервный тик не только у меня, но и у соседей? А, точно, вспомнила! Мужик нужен, чтобы было о ком заботиться: стирать, убирать, кормить. И чьи капризы терпеть! Мы, женщины, ведь без этого никак не можем. – Я саркастически (или истерически?) расхохоталась.
– А как же лампочку в люстре поменять? Ту, которая у тебя в спальне вечно подмигивает, доводя меня до нервного тика. Или полку, к примеру, повесить, – не сдавалась подруга.
– И лампочку поменяю, и полку повешу. Сама! – фыркнула я, а потом со вздохом добавила: – Когда новую квартиру сниму. Ну а заботиться однозначно лучше о кошке. Она хотя бы оценит.
Глядя на воду, я еще глотнула «лекарства» от хандры. Впрочем, сегодня пивом я вовсе не горе заливала, а отмечала развод. Да-да, именно отмечала, что бы там ни говорили бывшая свекровь и ее дражайший сыночек. Потому что окончательное и бесповоротное избавление от клеща, три года сосавшего мою кровь, было самым настоящим праздником.
Несколько месяцев назад я наивно полагала, что у нас нормальный брак, несмотря на все проблемы, а некоторая холодность в отношениях – результат моей большой загруженности на работе. Потом все случилось почти как в анекдоте. Я раньше приехала домой с питерской выставки, репортаж о которой делала для местного телевидения, и увидела прелюбопытнейшую картину: мой благоверный, самоотверженно пыхтя, «объезжает» на наших шелковых простынях крашеную «кобылку», которую (внимание!) год назад его мама представила мне как свою ПЛЕМЯННИЦУ.
Я настолько охренела, что даже ничего не сказала. Просто взяла в руки пуфик, подаренный все той же свекровью, взвесила его, прицеливаясь, и швырнула в рванувшего с места преступления мужа. Под громкий визг любовницы он кинулся не к двери (там я стояла), а в шкаф. Не знаю зачем: возможно, вход в Нарнию искал. Ну или выход. Судя по грохоту, не нашел. Однако копаться в ворохе рухнувшей одежды, под которой оказался погребен изменник, я не стала. Плюнула и ушла… юристу звонить.
А самое забавное, что этот кобель еще и недоумевал потом, с чего я вдруг решила разойтись! Мол, все мужики изменяют – это нормально, а я строю тут из себя прЫнцессу. У нас ведь общий дом (моим отцом, кстати, купленный), машина, планы. А «постельные грелки» – это так, временное развлечение. И ладно бы только он, но и мамаша его по ушам мне ездила, требуя не обижать мальчика. Когда же поняла, что бой проигран, начала распускать сплетни о том, как я сильно страдаю, потому что от меня ушел такой перспективный муж.
О как!
В конце концов этот упырь и правда ушел… прихватив с собой все мои личные сбережения. Козлина, что с него взять! А ведь нам с ним еще дом продавать, чтобы поделить вырученную за это сумму… У-у-у, ненавижу мужиков! Где там мое «успокоительное»?
Потягивая хмельной напиток, я уставилась на темную гладь реки. Окунуться бы, смыть с себя все гадкие воспоминания. Жаль, не получится – май ведь, не июнь. А я не настолько захмелела, чтобы лезть в холодную воду.
– Кать, ну не все же парни такие, – встала на защиту условно сильного пола подруга.
Оно и понятно – у нее недавно новый ухажер появился: смазливый и при деньгах. Короче, находилась Янка сейчас на самом приятном этапе отношений – конфетно-букетном. Потому и смотрела на кобелиную натуру обладателей Y-хромосомы сквозь розовые очки.
Зря она так. Надо учиться на ошибках… моих!
– Все до единого! – возразила я. – Лжецы, подлецы, бабники или альфонсы. Эгоистичные сволочи, вытирающие об нас ноги и ждущие подходящего момента, чтобы всадить нож в спину. И твой красавчик такой же! – сказала, забираясь на перила. – Просто умело маскируется.
– Вовсе нет! – возмутилась Янка, с убежденностью не очень трезвой, но очень правой девицы, настаивая на своем.
– Да! – уперлась я, уверенная, что отныне вижу всех мужиков насквозь, ибо опыт.
– Нет! Ты его плохо знаешь.
– Не вопрос! Сейчас исправим, – загорелась «гениальной» идеей я. – Ради твоего спасения я на все пойду. Спорим, он клюнет на меня, невзирая на ваш роман? Где там его номерок был записан? А вот! – Достав мобильник, я быстро нашла нужный контакт. – Все мужики такие. ВСЕ! Готовы врать, изворачиваться, изменять… Все они предатели! Вот прямо сейчас позвоню твоему хахалю и проверю…
Я не успела договорить, ощутив внезапный толчок: резкий и сильный. Дальше все происходило будто не со мной и отчего-то напоминало замедленную съемку. Нелепый взмах руками в бестолковой попытке ухватиться хоть за что-нибудь, удивленное лицо Янки и ее отчаянное «нет!», резанувшее по ушам…
Я так толком и не поняла, чего именно она испугалась: того, что скинула с моста подругу, или того, что ее парень действительно на меня клюнет. Жизнь перед глазами не пролетела – то ли помирать я пока не собиралась, то ли память из-за шока подвела. Очутившись в реке, начала яростно барахтаться в попытке выплыть, но что-то тянуло вниз, будто камень, а сердце, казалось, вот-вот вырвется из груди. Когда холодные воды с громким чавком сомкнулись над головой, мозг и вовсе отказался анализировать ситуацию, запоздало напомнив, что я все-таки дура, раз умудрилась довести до греха даже лучшую подругу.
Мгновение – и расплывающиеся огни фонарей исчезли в ночной черноте… как та проклятая лампочка, которую давно следовало заменить.
Позже…
– Действительно дура! – поддержал меня незнакомый женский голос в кромешной темноте: раздраженный и неприятный. – Это ж надо было так нелепо самоубиться!
– А может, пусть еще поживет? – предложил голос мужской. Несмотря на мое негативное отношение к сильному полу, я сразу прониклась к нему симпатией.
– Пусть! – согласилась невидимая стервоза. – Но не здесь, – добавила она мстительно и захихикала в лучших традициях маньяков из дешевого хоррора.
Я, затаившись, слушала их странный диалог. Вокруг было темно и холодно, но совсем не мокро. А еще мне почему-то казалось, что я не человек, а невесомая пылинка, увязшая в чернильно-черном желе. Ни пошевелиться, ни вздохнуть… ни возмутиться, в конце-то концов! Неужели я все-таки утонула?
Эй, народ! Мне нельзя так глупо умирать! Это нечестно! Я только жизнь с чистого листа начала!
– Успокойся, дитя, – сочувственно произнес таинственный незнакомец. – Ты получишь второй шанс, обещаю. Я даже сделаю тебе особый подарок.
Хм, а он правда хороший. Может, Янка все-таки права: НЕ все мужики сволочи?
– Может, и не все, – снова захихикала стервоза, отвечая на мои мысли. – Но тебя ждет встреча с отборными экземплярами. Уж я-то позабочусь.
И что я ей такого сделала?
– Самоубилась по-идиотски! – заявила обитательница тьмы, вернувшись к тому, с чего начала, хотя я вроде не сама с моста прыгнула. А потом эта незримая злыдня как гаркнет: – Брысь!
Я даже понять не успела, что происходит, не то что огрызнуться. Меня с бешеной скоростью понесло в неизвестность. Испугаться тоже не вышло (что, кстати, хорошо!), потому что мрак, царивший вокруг, поглотил не только чужие голоса, но и мои мысли.
Очнулась я от какого-то странного бормотания. Хотя, скорее, от песнопений. Или что там сатанисты в фильмах себе под нос бубнят, когда какое-нибудь мрачненькое заклинание зачитывают? Вернее, сатанистки – голос-то женский. Именно он меня и разбудил, назойливой осой впиваясь в мозг.
«Наверное, телек работает», – решила я.
Сладко зевнув, порадовалась тому, что ночные злоключения – всего лишь сон, и смело открыла глаза, рассчитывая увидеть родную спальню или, на худой конец, гостиную в Янкиной трешке. Не увидела!
Закрыла глаза, снова открыла – картина не изменилась, что несколько озадачило.
Вместо родных пенатов был какой-то средневековый интерьер со стрельчатыми окнами (завешенными серым полотном), каменным полом и кучей свечей, а вместо подруги – незнакомка в черном балахоне. Она стояла на коленях и что-то увлеченно бормотала. Все бы ничего, но расположилась эта странная дамочка НА ПОТОЛКЕ: в самом центре начерченной мелом пентаграммы!
Обескураженно хмыкнув, я почесала крыло.
Левое.
Ась?
От изумления резко дернулась и, как итог, свалилась с планки, на которой висела вниз головой. Не просто висела, а еще и спала, словно летучая мышь! Большая такая… мышка. От болезненного падения меня спасли крылья, сработавшие в режиме «автопилот». Приземление получилось не самым красивым, зато почти безболезненным. Я плюхнулась на маленький коврик аккурат напротив коленопреклоненной девицы и во все глаза уставилась на нее.
Вскинув голову, незнакомка ответила тем же. Как выяснилось, это не «сатанистка» потолок облюбовала, а у меня с ориентацией в пространстве возникли некоторые сложности. Впрочем, не только с ней.
– Получилось! – победно воскликнула девица, чьи желтые глаза напоминали расплавленное золото, еще и зрачки были вертикальные, как у кошки.
Ха! Подумаешь, зрачки! У меня самой тут полный комплект: крылья, хвост… разрыв шаблона.
Э-э-э… хвост?
Забыв о незнакомке, я уперлась взглядом в длинный лысый отросток с кокетливой белой кисточкой на конце. Выгнувшись буквой «зю», хвост тоже изучал меня. Во всяком случае, ощущение возникало именно такое. Протянув руку, попыталась его схватить, но он ловко увернулся, еще и извиваться начал, как готовящаяся к прыжку гадюка. Боясь, что агрессивно настроенный шланг меня сейчас нокаутирует, я прикрылась крыльями, которые тоже принялась с интересом разглядывать (раньше-то такого добра в наличии не было). Крылья оказались очень красивыми, а еще большими, кожистыми… белыми.
Мама дорогая, я еще и альбинос! Ну, точно, мышь… лабораторная.
– Кайярдэ! – позвала незнакомка… не знаю кого. Может быть, собачку? Или какого-нибудь мифического демона (от этих сатанистов всякого можно ждать). Повертев головой в поисках бесхозных животинок, я вопросительно выгнула бровь. – Кайярдэ? – обратилась ко мне желтоглазая, на сей раз уточняя.
Собачкой я себя не чувствовала, демоном тоже (крылья и хвост имелись, но копыт-то не хватало!), а потому вполне обоснованно возмутилась:
– Сама ты Каркадэ! Меня Катей зовут. Катя, Катенька, Катерина. Понятно?
– Кайя, – кивнула девица, расслабившись, и добавила: – Понятно.
– Ты Кайя? – У меня с пониманием в отличие от нее дела обстояли хуже.
– Ты! Катя, Кайя… созвучно ведь!
– А-а-а, – протянула я, пытаясь определить, нравится мне новая вариация моего старого имени или нет.
– Будешь представляться Кайей, если спросят. Как сокращение от Кайярдэ, – начала инструктировать «сатанистка». – Это допускается правилами Дэримора, – сообщила она с серьезным видом.
Пфф… Дэримор – Берримор, Кайярдэ – Каркадэ… бред какой-то! Затянувшийся ночной кошмар, который срочно пора прекращать, то есть просыпаться!
С этой, безусловно, мудрой мыслью я себя от души ущипнула. Ойкнула, всхлипнула и… не проснулась.
Ешкин кот, неужели все наяву?
– Прошу без членовредительства! – заявила желтоглазая. – Мне это тело еще князю показывать.
– Тело? – переспросила я, снова разглядывая себя, насколько позволяла поза. Руки с изящными тонкими пальцами и длинными ноготками, больше похожими на острые коготки. Босые ноги в удобных шароварах. Высокая грудь, прикрытая какой-то тряпочкой. В принципе, все неплохо, но зачем это кому-то показывать? – То есть МОЕ тело? – потребовала конкретики я.
– Вообще-то тело демоницы, – немного помедлив, пояснила… точно сатанистка – кто еще в своем уме будет связываться с инфернальными сущностями? – Но теперь оно твое, да. Кстати, а ты кто?
Актуальный вопрос… причем в обе стороны.
– А ты кто? – вскинула бровь я, перейдя от осматривания себя к ощупыванию, ибо зеркала поблизости не наблюдалось, а голову тоже охота было изучить. Ничего такая голова, кстати, вполне человеческая, с легким эльфийским колоритом: острые аккуратные ушки, похожая на африканские косички прическа… изящно выгнутые ребристые рога.
Елки зеленые! Рога?!
Это та мстительная стервоза из «тьмы» меня рогоносцем в новой жизни сделала, что ли? Символично, ничего не скажешь! А особый подарок от «доброго» дяди – не поддающийся дрессировке хвост?!
У-у-у… Гадские невидимки!
– Меня зовут эйра Эльзарэ Кавайр, по мужу Аквамарин, – представилась незнакомка, пичкая меня именами, запоминавшимися с трудом.
Голова и без того пухла от разных мыслей, пытаясь решить уравнение нереальной реальности, а тут эта Эльзарэ Кавайная… тьфу ты, Кавайрная! Хм, может, все-таки коварная? Фамилии не лгут!
Кто б знал, как же мне хотелось, чтобы этот дурдом наконец закончился.
Я зажмурилась на мгновение, затем снова огляделась – хрен там, а не ночные грезы! Добро пожаловать в фантастику, Катерина!
– Можешь называть меня просто Эльзой, – сжалилась желтоглазая. Я кивнула и даже улыбку выдавила… судя по ощущениям, клыкастенькую. – Приятно познакомиться, Кайя!
Следовало сказать: «И мне». Но я пока не до конца разобралась в ситуации, поэтому от ответных расшаркиваний воздержалась. По всему выходило, что я либо впала в кому после ночного купания в реке и у меня начались отборные глюки, либо попала в какой-нибудь левый мир, как героиня фэнтезийного романа. Тот и другой вариант ничего хорошего не сулили. Мне нравилась моя земная жизнь, а не это вот все!
Невольно вспомнился долгожданный развод, холодное пиво (которое сейчас бы не помешало) и глупый спор с подругой, закончившийся моим фееричным падением с моста. Ой, божечки! Янка ведь, наверное, с ума там сходит от неизвестности, не зная, жива я или как? А вдруг и того хуже, ее за попытку убийства в полицию загребли? Она же не хотела меня толкать! Просто спьяну силу не рассчитала, когда я на ее хахаля наехала.
Стало безумно стыдно за устроенную провокацию.
– Полагаю, ты ждешь объяснений, – отвлекла меня от мук совести Эльза.
– Было бы неплохо, – кивнула я, расправляя крылья. Опасность миновала: хвост успокоился и лентой улегся возле моих ног. Агрессии он больше не проявлял (признаков жизни – тоже).
– Ты, вероятно, умерла, – сказала девушка и замолчала, ожидая моей реакции. Я лишь неопределенно пожала плечами, мол, вероятно. – А потом твоя душа, не успев очиститься перед перерождением, вселилась в тело Кайярдэ.
– Почему? – Я внимательно оглядела ее мрачный наряд и странный рисунок на полу. «Тараканы» в голове оживились, бросили не поддающееся решению уравнение и принялись наперебой выдвигать фантастические теории.
– Потому что я провела магический ритуал, – подтвердила одну из них Эльза.
– Зачем?
– Из любви к искусству! – вспылила она, сверкнув кошачьими глазами, будто я какую-то глупость сморозила. Хотя, может, и глупость, но любопытства сей факт не отменяет. – Нам с князем выпала великая честь доставить невесту из темного мира в замок владыки! И невеста эта – ты! – звучало пафосно и… дико. Еще более дико, чем наличие крыльев с хвостом. – Вернее, не ты, а эйла Кайярдэ Суан, на которую пал жребий брачного артефакта. Потом ты… то есть она… подло сбежала обратно в темный мир, бросив нас со своим бездыханным телом. Пришлось срочно «замораживать» его и искать подходящую душу, память которой еще не стерли. Души без груза былых воспоминаний заселяются только в новорожденных детей. А взрослую демоницу с мозгами младенца вряд ли пустят на королевские испытания.
– Куда-куда меня не пустят? – Я подлетела из положения сидя, растревожив не только крылья с хвостом, но и волосы… которые начали шипеть и извиваться, будто змеи.
Ек-макарек! А я точно переживу этот «второй шанс»? Мое новое тело меня не прибьет ненароком?
– На испытания в Обитель зла.
– Трындец! – плюхнувшись обратно на коврик, высказалась я. Емко и по существу. Заодно и обнаружила, что язык, на котором мы говорим, не русский, но при этом я его отлично понимаю и даже обогащаю, учитывая некоторые словечки.
– Трынд… что? – Брови Эльзы сложились домиком, когда она попыталась повторить за мной. А «ек-макарек» ей, похоже, и вовсе не по зубам оказался.
Ха! Великий и могучий непобедим, то есть неповторим! Без тренировки уж точно.
– Говорю, что только Обители зла мне для полного счастья и не хватало, – иронично усмехнулась в ответ. – Это что хоть такое? – Явно ведь не фильм ужасов с Милой Йовович в главной роли. Или все-таки он? В коматозных играх разума можно и в киношку загреметь. Почему нет?
– Обитель зла – это сердце королевского замка, которое питает силой весь Дэримор. Место загадочное и опасное. Говорят, оно порождает реалистичные иллюзии. Для кого-то может оказаться кишащей чудовищами чащей, а кто-то в бальном зале очутится и проведет лучшую в своей жизни ночь. Все зависит от того, нравится испытуемый Оз или нет.
Оз! Я точно не сплю? Меня ведут в страну Оз (то есть в замок)… на заклание. Приплыли, угу!
– Это все варианты… э-э-э… маршрутов? – уточнила, почесывая когтистой лапкой затылок, шевелюра на котором, к счастью, оказалась смирной.
– Наверное, есть и другие. – Эльза пожала плечами. – Я сама там никогда не была, но наслышана. И все-таки… ты кто, Кайя? – сменила тему она. – Кем была до переселения: русалкой, фэйри, оборотнем…
– Человеком.
– Ведьмой?! – отчего-то обрадовалась желтоглазая.
– Не думаю.
– Да ты точно ведьма! – воскликнула она, отвергая мои сомнения. – Иначе бы твоя душа с телом демона не слилась. В тебе просто обязана быть магическая сила… много силы! Может, ты еще неинициированная… была.
– А теперь, значит, инициированная… стала. – Я снова покосилась на хвост, крыло и на все то, что попадало в мое поле зрения при таком повороте головы.
Хорошенькая инициация получилась, ничего не скажешь.
В глаза бросилось похожее на браслет тату на запястье. Интересно, а другая нательная «живопись» у меня имеется?
– Надо у князя уточнить, – ответила Эльза. В первый момент я не поняла, о чем она, потому что вопросов вроде как не задавала, а размышляла о татушках. – Он лучше всех в темных сущностях разбирается.
В темных сущностях? Это я-то темная?! Да я даже внешне светлая, не говоря уже о душе! В прошлой жизни была природной блондинкой, в этой и вовсе угораздило в бледную моль перевоплотиться.
Такое вот я белое и пушистое чудо… вище!
– Я не только демон теперь, но еще и темная ведьма? – решила удостовериться, что все понимаю правильно.
– Ага. Правда, здорово? – Эльза продолжала радоваться моим гипотетическим способностям, которые множились на глазах.
– О да! Чем дальше – тем веселее, – хихикнула я. Отрывисто так, негромко… без пяти минут истерически. – Кстати! А кто у нас князь, которому ты тело мое собралась показывать? Ты его уже не первый раз упоминаешь. Это твой супруг, да? Тот, который Аквамарин.
– Нет. Муж мой на нашем острове остался, у него дела. А князь, о котором я говорю, – мой наставник эйрин Опал.
– И куда упал этот «прошлогодний лист»? – Хихиканье сменилось издевательским смехом, ибо нервы продолжали сдавать. – Вернее, опал.
– Прошлогодний?
– Лист! – с готовностью повторила я, хотя прекрасно понимала, что фамилию эйрин получил от названия камня, как и благоверный Эльзы. – Листья опадают, князь Опал пропал… – Видя ее замешательство, начала объяснять собственные ассоциации, но девушка перебила:
– Кайя, прекрати! – всплеснула руками она, отчего огоньки свечей, горевших повсюду, дрогнули и дружно закоптили. От характерного запаха я поморщилась. – Не шути над ним! Он один из сильнейших чародеев Дэримора, – предупредила желтоглазая. – Эйр – это обращение к аристократам. Можно говорить «эйр» или «эйра» вместо «ваша светлость», «ваша милость» или «ваше сиятельство». Я, к примеру, для всех эйра Аквамарин, для хороших знакомых эйра Эльзарэ, для близких и друзей – Эльза, – снова начала просвещать она. – А эйринами называют исключительно архимагов. Их вместе с владыкой всего семь. Они были избраны Оз из большого числа достойнейших чародеев, получили новые имена и стали хранителями печатей семи пограничных миров. Мой муж один из них – он тоже князь, но в отличие от эйрина Опала страж портала, связывающего Дэримор с Атлантидой, населенной в основном миролюбивыми морскими существами, а не демонами разных мастей.
Атлантида, значит… И почему я не удивлена?
Черт! Это точно кома! Окажись я не в стране своих фантазий, а на другой планете, названия были бы другие, хотя… может, они и есть другие, просто мой мозг при переводе адаптирует их подо что-то знакомое.
А-а-а… заткните кто-нибудь разгулявшихся «тараканов»! Какой, к бесам, перевод? Я же сама говорю на этом русско-нерусском языке и ничего ни для кого не адаптирую!
– Опал, Аквамарин… имена даются в честь полудрагоценных и драгоценных камней? – спросила очевидное, чтобы остановить поток взбесившихся мыслей.
– В честь камней, да. Волшебных. Каждый хранитель владеет таким.
– Так, понятно… что ничего не понятно. – Я качнула рогатой головой, намотав на палец неожиданно розовую змеекосичку. Не просто розовую, а бледно-сиреневую с переходом на конце в яркий оттенок фуксии. Хм, разве волосы недавно не были снежно-белыми? – Скажи прямо, Эльза: зачем этому ОПАЛьному князю мое тело? – Не думаю, что архимаг впал в чью-то немилость (кроме моей), но вариации с его именем доставляли мне удовольствие и снимали напряжение. – То есть тело эйлы Кайярдэ Суан.
– Ты запомнила! – Улыбка желтоглазой была запредельно счастливой. Боясь, что она сейчас окончательно впадет в эйфорию и я больше ничего от нее не добьюсь, повторила с нажимом: – Тело мое этому хрену с камнем зачем?!
– Чтобы выпороть, – спокойно, если не сказать безразлично, ответил… хрен без камня, но зато в пальто. В белом!
– За что?! – возмутилась я. Хвост моментально сделал боевую стойку, тоже несогласный с такой несправедливостью.
– За излишнюю болтливость, эйла Суан.
– Меня Катя зовут… то есть Кайя, – буркнула недовольно. Все эти эйры с эйринами и эйлами только добавляли путаницы.
– Я эйрин Дантэгро Опал, князь-хранитель шестого мира, но вы, эйла Кайя, можете называть меня просто ваше темнейшество. – Уголки его губ дрогнули, а светлые глаза, похожие на серебристые льдинки, насмешливо блеснули. В сочетании с черными ресницами и того же цвета волосами смотрелось это пугающе.
Темнейшество, значит. Стоит такой весь в белом и давит своим статусом. Еще и поркой угрожает! Садюга доморощенный!
Как давно этот тип подпирал дверной косяк, я не знала, потому что ни шагов, ни звука поворачивающегося ключа в замке не слышала. Да и дверь, чтоб ей в щепки разлететься, находилась за моей спиной, так что явиться эйрин мог когда угодно. А Эльза (кошара драная!) меня о такой возможности даже не предупредила.
– Дантэ! То есть… ваше темнейшество, – поднявшись на ноги, воскликнула… вероятно, княгиня. Свечи вновь дружно закоптили, вызывая у меня тревожные ассоциации и желание заткнуть нос – какой-то слишком уж обостренный у демониц нюх… или, правильней сказать, у ведьм? – У меня получилось! У нас. Я ее оживила! Вернее, не ее, а тело, но так даже лучше. Теперь мы точно доставим во дворец невесту из темной империи! – сообщила она с гордостью за свои труды.
– А если ТЕЛО против? – Я в задумчивости поглаживала свой воинственный хвостик, который на сей раз не возражал.
– ТЕЛУ слова не давали, – припечатал князь, глядя на меня свысока… в том смысле, что он стоял, а я на полу сидела. Хотя и в другом смысле, пожалуй, тоже.
Надо полагать, обещание невидимой стервозы про отборных экземпляров всех мастей, которые ждут меня в новой жизни, начало стремительно сбываться. Вот и первый образчик на огонек заглянул… страшно подумать, каким окажется второй!
– Эй! – возмутилась я.
– Не эй, а эйрин, – поправил князь.
– Знаете что, темнейш-ш-шество! – зашипела я в унисон с косичками, которые снова начали извиваться. – Может, я раньше и не была Кайярдэ, но теперь-то именно ею стала. Со всеми вытекающими! И с новыми «девайсами» уже почти освоилась, – добавила, имея в виду анатомические дополнения в виде крыльев и прочего, хотя вряд ли он понял. – Хватит мне хамить! Если вам от меня что-то нужно, давайте договариваться. Иначе хрен вам будет, а не темная невеста!
– Хрен, надо полагать, ваше любимое слово, принцесса?
– Принцесса?! – Глаза мои округлились, волосы притихли, а хвост начал поглаживать руку сам: ободряюще так, мол, держись хозяйка, то ли еще будет. – Охренеть! – выдохнула я, подтверждая догадку князя… ту, которая про любимое слово.
Тем же вечером…
Замок Опал (с названиями в этом мире особо не мудрили) находился на острове Опал, окруженном темной водой, соваться в которую было опасно для жизни. Выбраться из этого «милого» местечка мы могли двумя способами: через портал и на ездовых вивернах. Причем первый вариант почему-то считался гораздо более опасным, нежели второй. Это сильно расходилось с моими знаниями о порталах, почерпнутыми в земной киноиндустрии и книгах. Но в детали я пока не вдавалась, мне и без того было над чем подумать. Например, над своей новой внешностью.
Предоставленная самой себе, я стояла в комнате перед огромным зеркалом и с живым интересом изучала отражение. То крылом поведу, то рог пощупаю, то хвост… тоже пощупаю, потому что в остальном он сам себе хозяин.
– Приветик, эйла Кайя, – шепнула я, приглаживая сменившие цвет косички. И ладно бы только они! Мои белые крылья тоже обзавелись фиолетовыми прожилками, а их внутренняя сторона заметно порозовела, как и кисточка на хвосте. Почему это произошло, не знал никто. И только его темнейшество предположил, что таким образом тело реагирует на новую хозяйку.
Реагирует или, может, бастует? Розовый – точно не мой любимый цвет!
Я расправила крылья, проверяя контроль, чуть махнула ими, опустила – все вроде в норме. Хвост заинтересованно поднял кисточку, «наблюдая» за моими опытами. Удивительно, но ни он, ни все прочие новшества мне абсолютно не мешали, будто я не пару часов, а всю жизнь с ними проходила. С языком, на котором говорила, как на родном, та же фигня. И только с памятью были большущие проблемы.
О прошлом демоницы я знала лишь то, что рассказала мне Эльза. Никаких остаточных воспоминаний, внезапных озарений и других полезных «фишек» мне, как попаданке, к сожалению, не перепало. Пришлось слушать информацию и запоминать по мере сил и возможностей, чтобы потом в тишине и покое ее переварить.
Перевариваю, угу. Но пока с трудом.
Итак, эйла Суан, чье тело отныне принадлежит мне, была младшей принцессой демонического императора. Вернее, императора демонов, хотя одно другого не исключает. Младшей – это не второй-третьей, как у большинства нормальных людей, а аж тридцать девятой (у ее папаши с плодовитостью все точно в полном порядке)! Учитывая наличие десяти жен у султана из темного мира, ничего удивительного.
Когда на Кайярдэ пал выбор брачного артефакта Дэримора, на запястье ее появился характерный рисунок, стереть который невозможно, как и избавиться от него другими способами. Даже если руку отрубить, проклятая вязь снова проявится, но уже в виде ошейника, пояса или чего-нибудь другого. Принцессу, надо полагать, такое внезапное замужество еще и за человечишку, пусть и за самого главного в срединном мире, совершенно не устроило. Дева взбунтовалась и попыталась сбежать, но «добрый» папа сдал ее в руки эйрина Опала. Вернее, позволил князю призвать Кайярдэ в центр пентаграммы, а потом снова запечатать проход в темную империю.
Ее высочество негодовала: сыпала проклятиями, швырялась молниями, громила все на своем пути, пытаясь убить архимага, его помощницу… все живое. В итоге убила себя, чем и досадила обидчикам. Однако те не растерялись и заменили беглую душу эйлы бесхозной моей. Вот, собственно, и вся история.
Ах да… забыла сказать, что невеста из другого мира нужна местному владыке не для большой и чистой любви, и даже не для укрепления дипломатических отношений с демонами. Оказывается, главный архимаг всея Дэримора проклят – он бесплоден (теряюсь в догадках, кто и за что его так наказал). Но по утверждению местного оракула, девушка из другого мира решит проблемы его величества с продолжением рода раз и навсегда.
Только невеста должна быть не абы какой, а непременно избранной артефактом. И так как узор на руке моей не изменился в отличие от расцветки волос, я по-прежнему подходящий экземпляр на роль будущей мамы для венценосного отпрыска. Я и еще пять девчонок из других миров, которых на испытания в Обитель зла везут князья с драгоценными фамилиями (Или прозвищами? А, не важно!).
Даже не знаю, радоваться такому раскладу или паниковать? Тот случай, когда конкуренция приветствуется, ибо замуж я, как и настоящая Кайярдэ, совершенно не желаю, но никто ведь не гарантирует, что этот отбор будет не на выживание. А жить мне, в отличие от предшественницы, очень даже хочется! Пусть и в такой вот крылато-хвостато-рогатой упаковке.
Ничего, кстати, упаковочка получилась: ухоженная, симпатичная. Светлая кожа, стройная фигурка, длинные густые волосы, заплетенные в мелкие косички, некоторые из которых умеют шипеть. Ребристые изогнутые рожки, торчащие из прически, а не изо лба (что тоже радует), заостренные кончики ушей, выразительные голубые глаза с неожиданно темными бровями и ресницами (вероятно, и у демонов салоны красоты имеются), аккуратные клычки, ничуть не портящие улыбку, и роскошные бело-розово-фиолетовые крылья за спиной.
Красотка!
Забавно, но новая я чем-то напоминала меня прежнюю. Тот же рост и телосложение, похожие черты лица, интонации, жесты… хотя жесты, наверное, вместе с интонациями от настоящей меня эйле Кайе как раз и достались. Интересно все-таки у демонов жизнь устроена. Захотела принцесса – и покинула тело, теперь промаринуется в местном пункте передержки душ, а потом выберет себе новую рогатую оболочку и получит второй шанс на долгую и счастливую жизнь в родном мире.
Правда, будет это веков эдак через цать, если верить Эльзе, но ее высочество такие мелочи не испугали (оно и понятно, в их местном «чистилище» время ведь не ощущается). Видать, с семьей у девчонки отношения совсем не складывались, раз она предпочла отказаться не только от навязанного замужества, но и от родственников. Хотя, учитывая их предательство… Да, пожалуй, ей было за что их всех возненавидеть.
Рассматривая себя в зеркале, я невольно подумала, что экзотический внешний вид, безусловно, хорош (для темной невесты, угу), но без крыльев и рогов как-то привычней. Вот бы их убрать! Замечтавшись, я на мгновение прикрыла глаза и…
Хлопок, раздавшийся за спиной, заставил не только резко их открыть, но и развернуться в прыжке. В том смысле, что я подпрыгнула от неожиданности и обернулась из любопытства, чтобы уткнуться носом в искрящуюся сиреневую пыль с ярко-розовыми вкраплениями, которая пахла… мм, розами! Обалдело хлопая ресницами, я заторможенно наблюдала, как тает эта благоухающая красота. Ничего странного больше не происходило, поэтому я вновь взглянула в зеркало… и испуганно ойкнула.
Крыльев и рогов у меня больше не было!
Зато на полу сидел бело-розовый мохнатый шарик с маленькими лапками и огромными голубыми глазами, полными укоризны, а над ним летал еще один без рожек, но с кожистыми крылышками подозрительно знакомой раскраски. Я бы так и стояла, в удивлении глядя на эту пушистую парочку, если бы не весьма ощутимый шлепок пониже талии, которым одарил меня вредный хвост. Снова подпрыгнув, я опять ойкнула.
– Повежливей! – воскликнула в возмущении и воровато покосилась на дверь – не дай бог меня застукает эйрин или его помощница.
Мы с ними сделку заключили: я их слушаюсь и изображаю на отборе ее демоническое высочество, а они помогают мне выйти из Оз живой и, в идеале, незамужней. Потом по мере сил и возможностей устраивают мою жизнь в срединном мире, потому что возвращать в семью лжепринцессу нельзя. Хороший же договор! Для всех выгодный. А тут бац – и я бескрылая, безрогая девчонка… с хвостом. Сложно не заподозрить подмену.
– Зачем ты нас разлучила, Кайя? – пискнул летающий пушистик. – Верни нам прежний вид, а? – жалобно протянул он, глядя так грустно, что у меня ком к горлу подкатил.
– Крылышки? – не веря глазам, уточнила я. – Это правда вы?
– Мы, – кивнул пушистик. Вернее, качнулся вперед, ибо голова и тело у него, похоже, были едины.
– А… – Я посмотрела на рогатика.
– Рожки, да, – представился тот, шаркнув лапкой. – К вашим услугам, эйла!
– И ты так умеешь? – обратилась я к хвосту, который не отделился и не изменился в отличие от товарищей. Впрочем, я его в список желаний, кажись, не вносила.
Изобразив какую-то странную фигуру, хвост уверенно кивнул… понятное дело, кисточкой.
– Невероятно! – выдохнула я восторженно. А потом снова испугалась, потому что, как вернуть все обратно, не имела ни малейшего понятия. Да я даже не знала, как оно в нынешнее-то состояние пришло! Надо было не в зеркало пялиться, а способности изучать. Эх я! – А… делать-то что? Просто пожелать? – спросила у компании.
Судя по раздраженному движению хвоста, он бы высказался на сей счет, но говорить могли только рога с крыльями. Они и заговорили… наперебой. И мы бы с ними непременно во всем разобрались, не раздайся громкий стук в дверь с не менее громким голосом архимага.
– Немедленно откройте дверь, эйла! – потребовал князь, дернув за ручку, – счастье, что она на ключ заперта. – Или я вышибу ее к бесам! – Судя по тону, Дантэгро не шутил.
Мне бы пойти и открыть, раз так настойчиво просят, но вместо этого я схватила в охапку двух пушистиков и метнулась в ванную комнату, смежную с моей спальней, откуда и крикнула, пряча за недовольством испуг:
– Ваше темнейшество! Я не одета!
– Что ты де… – попытались выяснить крылышки, глаза которых от удивления стали еще больше и круглее, но я перебила:
– Тихо! – приказала им, со спринтерской скоростью стягивая с себя одежду. Вдруг этот псих решит удостовериться?
– Гм, – глубокомысленно выдали рожки, и только хвост понял мой план без слов и даже принялся помогать с завязками на топе.
– Эйла Кайя! – прозвучало угрожающе.
– Я в ванной! – пискнула, заматываясь в широкое полотенце. Из второго (поменьше) я наскоро соорудила тюрбан, чтобы скрыть сухие волосы и отсутствие рогов. В том, что о трансформациях Кайярдэ архимаг и его помощница не знают, я почему-то не сомневалась. И терять такой козырь, открывая им правду, пока что не хотела.
– Не морочь мне голову! – рявкнул эйрин, переходя на «ты». Судя по грохоту и по усилившейся громкости голоса, обещание свое он исполнил – дверь вышиб.
Ну и как я теперь спать тут должна? Или спать мне больше уже не придется?
Дабы спасти от незавидной участи комнаты ванную, я слегка приоткрыла створку и выглянула в образовавшийся проем – мол, никого не морочу, вот она я. Полуголая и в тюрбане! А то, что крыльев за спиной не видать, так это все из-за ракурса.
– Вас манерам не учили, князь? – прошипела вроде как раздраженно, хотя пальцы, придерживающие дверь, подрагивали. В отличие от него я как-то уже привыкла ему «выкать», пока мы втроем обсуждали мое ближайшее будущее.
– Я постучал, – застыв посреди комнаты, заявил этот наглец.
Сейчас эйрин Опал был весь в черном, что добавляло его внушительной фигуре зловещей мрачности. Растрепанные волосы выбились из хвоста и непослушными прядями падали на лицо. Взгляд исподлобья, казалось, прожигал насквозь, мешая мне с чистой совестью врать. Но я все равно не собиралась раскрывать все карты перед вынужденным союзником, потому что, несмотря на сделку, доверяла ему с оглядкой. Поэтому, вдохнув поглубже, продолжила ломать комедию.
– Постучал он, угу. И, по-вашему, я должна была тут же выскочить из купальни и бежать открывать вам в чем мама родила?! – добавила в голос побольше возмущения, отвечая ему не менее выразительным взглядом. – С какого перепуга вы вообще ко мне вломились? Что такого страшного произошло?
– Ты колдовала.
– И? – Я решительно не понимала, за что пострадали дверь и мои нервы.
– На тебе заклинание от попыток наложить на себя руки, но демоны – народ изобретательный… – Он прищурился, продолжая меня изучать, хотя и не делал попыток приблизиться. – Вдруг ты какой-нибудь заковыристый способ побега придумала.
– Что? – воскликнула огорошенная новостью я. – Снимите это немедленно!
– Что снять? – озадачился Дантэгро и почему-то уставился на мою грудь, прикрытую полотенцем.
Один мир, другой – а мужики везде одинаковы!
– Чары, конечно! – более спокойно пояснила я… и как бы невзначай поправила свое импровизированное одеяние. А что? Надо пользоваться преимуществами, дабы сбить ищейку со следа. – Снимите с меня эти ваши заклинания! Никуда я не побегу и уж точно не самоубьюсь. – Хватит, наплавалась уже. – Мы ведь обо всем договорились, – напомнила ему я.
– Демонам верить нельзя.
– Я не демон.
– Ведьмам тоже, – усмехнулся князь. – Вот ты закутана в полотенце, а кожа сухая, – начал отмечать несоответствия он. – Так чем, позволь узнать, ты занимаешься в ванной? – спросил, делая медленный шаг ко мне.
– Стойте! – испуганно вскрикнув, я выставила вперед ладонь. Не найдя лучшего, пригрозила: – Если продолжите в том же духе, из-за пикантности ситуации вам самому на мне жениться придется.
