– Я уже сказала – он несколько раз не приходил на работу, и Джанин пришлось его уволить.
– И ему это не понравилось.
– Не совсем, – Дебра снова заёрзала.
Джо не сводила с неё взгляд и ждала.
– Дело вот в чём – Джанин подозревала, что он злоупотреблял психоактивными веществами. И она попыталась дать ему совет.
Бинго.
– Дать совет?
Взгляд Дебры снова заметался.
– Она начала его допрашивать, сказала, что он подсел на болеутоляющие. За год до этого он попал в аварию и перенёс операцию. Он был очень хорошим и надёжным сотрудником, отлично справлялся с работой. Но потом начал пропускать сроки и ошибаться. Не явился на несколько встреч с клиентами и использовал все свои больничные. А потом вообще перестал появляться без всяких звонков.
– И ему не понравилось, что она предположила существование такой проблемы.
– Нет. Он всё отрицал. Очень яро. К тому моменту ей надо было бы уже бросить эту затею, но она продолжала настаивать и предлагать помощь. Он ощетинился и потребовал разговора со мной. Когда я спросила её, почему она не отступилась, Джанин сказала, что у неё есть друг, который недавно прошел реабилитацию от алкоголизма, и она не может смотреть, как Джон так просто прожигает свою жизнь. Я сказала ей, что мы не можем ничего ему навязать.
Джо оценила ситуацию.
– И потом она отказалась от этой идеи, и он просто мирно ушёл?
Дебра кивнула.
– Как думаете, он мог переживать за то, что Джанин расскажет об этом другим сотрудникам?
– Нет. Джанин была очень тактичной, все это знали, – заверила Дебра, потом сжала челюсть и снова расслабила. – Если честно, очень вероятно, что Джанин могла ему потом позвонить, и ему это не понравилось.
– Вы считаете, эта ситуация настолько её встревожила, что она нарушила свои тщательно соблюдаемые границы? – спросила Джо, сузив глаза, и подумала: «Или это Дебра просто пытается защитить компанию?»
– Я не знаю, – ответила начальница и отвела взгляд.
– Разве Ренки тогда не написал бы вам и не подал бы жалобу?
Дебра снова встретилась глазами с Джо и ответила ледяным тоном.
– Понятия не имею, как бы он на такое отреагировал. Я знаю лишь то, что Джанин на удивление сильно о нём переживала.
Джо быстро прикинула, стоит ли ей настаивать на деталях, и решила, что ловить здесь всё равно нечего. Дебра чётко представила свою позицию.
– У неё не было проблем с другими сотрудниками?
– Нет. Ей не приходилось увольнять многих. Но если хотите, я предоставлю вам полный список, – предложила Дебра, уже явно расслабившись.
– Это бы нам помогло. Вы сказали, что она была хорошим сотрудником. Вы бы назвали её профессионалом своего дела?
– Определённо. Пожалуй, она была лучшим работником, с каким мне доводилось работать. По ней будут скучать – и как по сотруднику, и как по человеку, – ответила Дебра, и ее глаза заблестели – хотя бы на этот счёт она была честна.
– Учитывая офисную политику, трудно быть настолько хорошим в своём деле и не испытывать на себе профессиональную ревность. Кто-нибудь хотел получить её работу или, может, боялся, что она займёт их позицию?
Шея Дебры вспыхнула.
– Если вы клоните к тому, чувствовала ли я в ней угрозу, то нет. Джанин была счастлива на своём месте. Она не была заинтересована в продвижении по служебной лестнице. И даже если так, она была таким человеком, который лучше подождёт, пока откроется свободная вакансия, чем попытается кого-то сместить. А если ей кто и завидовал, то я об этом не знала.
– И всё же нам придётся поговорить со всеми членами её команды и со всеми, кто с ней работал, убедиться, что у них есть алиби на тот вечер. То же самое касается и вас.
Румянец дошёл до ушей Дебры.
– В тот вечер мы с мужем ужинали в «Панаше» с друзьями. Они могут это подтвердить, и мой муж расплатился кредитной картой. Я добавлю их контакты в список.
Джо встала.
– Спасибо за вашу помощь. Я бы хотела поговорить с другими сотрудниками и забрать список контактов перед уходом.
Дебра кивнула в знак согласия и проводила Джо до отдела Джанин.
– Все в этих кабинках работали в команде Джанин, – сказала начальница и зашла в первую. – Кори, это лейтенант Фурнье, она задаст тебе несколько вопросов о Джанин.
* * *
– Вот такие дни и убивают веру в человечество, – выдала Джо, когда забиралась в машину.
– А мужчин, душивших женщин в отелях, тебе недостаточно? – спросил Арнетт со скептическим выражением на лице
– Нет. Это ненормальное зло. А вот корпорации, прикрывающие свою задницу, – это холодное системное зло. А что это за запах?
– Я заехал за бургерами. Подумал, что ты тоже проголодалась. Это не так вкусно, как мясной сэндвич от «Сала», но сойдёт.
– Ты просто бог.
– Скажи это моим дочкам.
Джо развернулась и схватила пакет.
– Что узнал от Лорейн Барнотт?
– Немного. В основном она подтвердила то, что мы уже узнали от мужа и Паолы, и даже это было тяжело. Я уже несколько месяцев не хотел так курить.
– Не хотела говорить?
– Не совсем. Скорее, была настроена враждебно. Она ясно дала понять, что я отнимаю у неё время, так как убийство было «случайным». Она посчитала оскорблением то, что я «рассматриваю личную жизнь Джанин под микроскопом», – процитировал он и для пущей убедительности сделал паузу. – Пока я не упомянул ссору с Терезой.
– О-о-о, расскажи!
– У неё прямо всё лицо перекосило. Назвала Терезу «самовлюблённой испорченной девкой», которая не ценила, что в её жизни появился человек, который заботится о ней и старается помочь. А парня Терезы она назвала «нахальной соплёй» и поправила меня, когда я сказал «козёл» после её описания. А потом началось самое интересное. Сказала, что он никого не уважает и даже к старшему поколению относится как к «собутыльникам». И ещё он постоянно лапает Терезу прямо на глазах у её родителей, как будто хочет что-то доказать.
– Значит, никаких манер? – уточнила Джо и подумала про свою маму, которая любого такого парня сразу выставила бы за дверь.
Арнетт покачал головой.
– Более того. Она сказала, что он был странным, но она никак не могла понять, в чём именно. И когда я спросил, мог ли он как-то навредить Джанин, Лорейн сказала, что такое возможно. И это не было похоже на то, что она просто хотела впутать его в неприятности. Мне казалось, что она действительно шокирована этой идеей.
– Может, она просто удивилась?
– Как бы не так. Эта перемена была такой явной. До этого она утверждала, что убийство никак не связано с личной жизнью Джанин. Упрямо повторяла, что у неё не было проблем на работе, в браке, ничего нелегального, всё чисто и точка – пока не подумала о Филиппе.
Джо взглянула на свои часы. Рассказ Паолы об этой ссоре беспокоил Джо, и реакция Лорейн лишь усилила оркестр предупреждающих звоночков.
– Нам надо поговорить с её племянницей.
– Согласен.
Джо вытащила телефон и позвонила Роджеру Хаммонду, чтобы узнать контактную информацию Терезы, а затем вбила адрес в навигатор.
– Похоже, она живёт в пятнадцати минутах езды, мы успеем?
Арнетт задумался.
– Должны.
– Я не вижу другого выхода. У меня есть пара зацепок с работы, но временные рамки странные, оба подозреваемых ушли с работы довольно давно. А это единственный намёк на хоть какой-то разлад в её личной жизни, и двое самых близких друзей сильно отреагировали на это воспоминание. Вряд ли в этой ситуации мы сможем обойтись телефонным звонком.
Глава шестая
Джо снова проверила время, когда Арнетт встал в пробку.
– Вот чего бы мне действительно хотелось – так это заявиться без предупреждения и увидеть настоящую реакцию. Но, думаю, нельзя рисковать, её может не быть дома, – подметила она и набрала номер. Тереза ответила со второго гудка. Джо чувствовала, как Тереза взвешивает свои варианты, но после того, как она ясно дала понять, как сильно расстроена тем, что ей пришлось отменить свидание с подругой, она согласилась поговорить с ними.
Пробка рассосалась. Они прибыли на несколько минут раньше и осмотрели окрестности. Дом выглядел запущенным, обветшалым – было ясно, что там живут, но никто о нём не заботится. Растений вокруг дома почти не было, краска и крыша явно пережили сроки своей годности, а куча маленьких поломок требовала ремонта. Наверное, Тереза жила в квартире с соседями.
Когда Тереза открыла дверь, в голове Джо мелькнуло видение угрюмой мышки. На ней были джинсы и бесформенный серый свитер, каштановые волосы стянуты в непослушный, вьющийся хвост, отчего она выглядела моложе своих двадцати четырех лет. У неё были тёмные глаза, которые могли бы сражать наповал, но весь эффект портили слишком миниатюрные черты лица – зубы выглядели так, будто они принадлежали малышу, а нос заканчивался крошечной точкой. В ней было килограммов пятнадцать лишнего веса, а кожу покрывали шрамы от прыщей. Нетрудно поверить, что в подростковом возрасте ей пришлось несладко.
Она молча повернулась к ним спиной, протопала в гостиную и, скрестив руки на груди, плюхнулась на потёртый диван рядом с мужчиной, который, как предположила Джо, был её парнем. Парень – не совсем верное название, поскольку на вид он казался лет на десять старше Терезы – обнял её и поцеловал в лоб, не отрывая взгляда от Джо.
Тереза оборвала Джо, когда та начала представляться.
– Я не понимаю, зачем вам со мной говорить. Я здесь совершенно ни при чём.
Джо глубоко вдохнула и напомнила себе быть вежливой. Но что-то в этой девушке выводило её из себя.
– Спасибо, что вы уделили нам время. Мы разговариваем со всеми, с кем ваша тётя была близка.
– Мы не были близки, – выдала Тереза и злобно уставилась на Джо. Та снова перевела взгляд на парня.
– Я лейтенант Жозетт Фурнье, а это детектив Арнетт, полиция округа Окхерст. Вы – друг Терезы?
Он вскинул подбородок и скопировал злобный взгляд Терезы.
– Я Филипп, её жених.
– Поздравляю с будущим браком.
Он прищурился.
– А можно побыстрее, дорогуша? У нас с Терезой планы на вечер, а мне ещё нужно закончить с работой.
Арнетт замер на долю секунды от столь откровенного пренебрежения, но потом выдвинул деревянный стул из угла комнаты. Джо сохранила неприступное выражение лица и села на краешек кресла рядом с диваном.
– Тяжело работать по ночам. Чем же вы занимаетесь? – спросила Джо.
– Я фрилансер, веб-дизайнер и программист, а у фрилансеров время – деньги.
– Ну что ж, не смеем вас задерживать. Нам нужно поговорить только с Терезой, – ответила Джо.
– Я бы хотел остаться, – сказал Филипп.
Джо кивнула и перевела взгляд на Терезу.
– Расскажите нам, пожалуйста, о ваших отношениях с тётей.
– Да тут нечего рассказывать, – ответил Филипп. – Они виделись в последний раз больше года назад.
Так вот как всё будет идти. Джо внимательно оглядела Филиппа. Его рыжевато-каштановые волосы окружали голубые глаза хипстерскими волнами; его лицо можно было бы назвать «точёным» или даже «в стиле старого Голливуда», вот только пропорции были неправильными, как у карикатуры. На нём была мятая рубашка и вельветовые брюки, которые слишком туго обтягивали бедра. А у тебя, случайно, нет фетровой шляпы, парнишка?
Джо сохранила спокойный голос.
– Я бы хотела услышать мнение Терезы, если вы не против.
– Я против. А вы, кажется, не понимаете, что ей нечего вам рассказать, что могло бы помочь. И всё же вы рушите ей психику без всякой причины. Если бы я был дома, когда вы позвонили, то сказал бы ей послать вас к чёрту.
– Ваше беспокойство за невесту умиляет. Однако, кто-то задушил её тётю, и нам нужно проводить расследование, против вы или нет. Итак. Мы можем задать вопросы здесь, пока вы будете держать её за руку, или же мы пригласим её в участок, и там вас не пустят в комнату допроса. Выбирать вам. Если честно… – осеклась Джо, и ее взгляд заметался между сидящими на диване, – весьма подозрительно, что вы так отказываетесь отвечать на элементарные вопросы, когда члена вашей семьи зверски убили.
Лицо Филиппа запылало красным, и он нагнулся вперёд. А потом, кажется, передумал и откинулся на спинку дивана, нацепив на лицо улыбку и прижав Терезу к своей груди. Вид её миниатюрных черт под этой рыжей копной заставил Джо подумать о маленьком животном в лапах льва.
– Конечно, вы правы, детектив. Простите за неудобства. Вся эта ситуация стала для нас таким шоком. Конечно, мы поможем вам всем, чем сможем, – заверил Филипп.
Джо повернулась к Терезе с непроницаемым лицом и начала снова.
– Спасибо. Итак, расскажите о ваших отношениях с тётей.
– Как он и сказал, говорить нечего. Мы не виделись больше полутора лет.
– А до этого?
Её лицо напряглось.
– Я навещала её пару раз, иногда мы разговаривали.
– Мне сказали, вы были очень близки.
– Что вы имеете в виду под словом «близки»?
Джо смотрела на неё, не моргая.
– Это и имею в виду. Тётя играла важную роль в вашей жизни, а теперь нет. Почему это случилось?
Лицо Терезы снова напряглось, и она оглянулась на Филиппа, который сжал челюсть.
– Потому что она контролировала каждый мой шаг, вот почему, – наконец выплюнула она.
– Как она вас контролировала?
– Иногда я спрашивала её совета, и она говорила, что мне делать. Но если я не слушалась, она бесилась. И ей не нравился Филипп, она постоянно пыталась нас поссорить.
– Почему же он ей не нравился?
– Она никогда не говорила этого. Она лишь намекала. Как и намекала об ужасных вещах обо мне. И морально шантажировала.
– Каким образом?
– Например, мы с Филиппом поссорились. Я поставила Филиппа в неудобное положение. Я не отдавала отчёт своим действиям, а когда он разозлился и сказал мне об этом, я взбесилась. Он попросил меня уйти, пока я не успокоюсь, и я ушла к родителям. Он сказал, что позвонит мне, когда будет готов помириться. Ей это не понравилось.
– И что она сказала?
– Что я могла бы всё решить иначе, что он не брал в расчёт мои чувства и что ей не нравилось, что я расстроилась.
О, ужас.
– Как она вам советовала с этим разобраться?
Тереза заёрзала в кресле и крепче прижала руки.
– Разве вы не понимаете? Не в этом дело.
– Сделайте мне одолжение.
– Она сказала дать ему несколько дней и написать то, что я хочу ему сказать, чтобы я не разволновалась и не бесилась. Но суть не в этом. Он ей не нравился, и она хотела, чтобы я его бросила.
– Она так говорила?
– Она сказала, что, похоже, мы совсем по-разному смотрим на жизнь, и нам придется учиться идти на компромиссы. И что, если он не хочет этого делать, я должна хорошенько подумать, подходит ли он мне.
Тереза состроила гримасу, чтобы слова звучали издевательски.
– И вам не понравилось, что она его критиковала, – сказал Арнетт с жёстким выражением лица. Взгляд Терезы метнулся к нему.
– Она была ужасно к нему несправедлива! Просто завидовала, что первый раз в жизни у меня появился кто-то кроме неё, кто был для меня важен.
– И поэтому она морально вас шантажировала? Как? – спросила Джо.
– Ну, я на неё разозлилась и решила не разговаривать с ней пару месяцев, чтобы она поняла – я не стану с ней общаться, если она будет так себя вести. И потом я написала ей, что мы с Филиппом опять поссорились, а она ответила, что ей некомфортно давать мне совет из-за того, что произошло, – сообщила Тереза и пальцами показала кавычки. – Грубо говоря, она отказывалась со мной говорить, если я её не слушалась. Полная хрень. Я была так расстроена, что Филипп целую вечность меня успокаивал. Мы часами говорили о том, как это ужасно с её стороны, так меня шантажировать, и что я больше не могу с ней общаться.
– И тогда вы говорили с ней в последний раз?
– Филипп помог мне написать ей электронное письмо, чтобы объяснить ей, что она ведёт себя неправильно и что я не позволю этому продолжаться. Она ответила, что всё это сказала не я, а Филипп, и что она не собирается общаться со мной через него. Она попросила меня позвонить, когда я успокоюсь, и тогда мы поговорим без Филиппа. И я послала её к чёрту.
Тереза с обожанием улыбнулась Филиппу, и он нагнулся, чтобы её поцеловать. В голове Джо промелькнула мысль о собаках Павлова.
Она прочистила горло, чтобы парочка перестала.
– Я понимаю, что вы давно не виделись, но когда вы ещё были близки, какие у них были отношения с вашим дядей?
Тереза закатила глаза.
– Они постоянно препирались друг с другом. Меня это с ума сводило, особенно в детстве. Теперь, когда я узнала о ней правду, мне его жалко. Наверное, это так ужасно – быть женатым на такой чокнутой.
Джо скорее почувствовала, чем увидела, как Арнетт заёрзал на стуле.
– Получается, это был несчастный брак?
Она вздрогнула, и её глаза округлились.
– Нет, думаю, они любили друг друга, но просто часто ссорились. Они никогда даже не думали о разводе или о чём-то типа того.
– Но всё же вам кажется, что они были несчастны? – настаивала Джо.
– Нет. Это просто их фишка. В смысле, они сюсюкались и всё такое, – сказала Тереза и пожала плечами. – Дядя Роджер любил её.
– Она тоже любила его?
– Наверное, да.
Джо задумалась. Осуждающие сплетни от недовольного родственника или нечто большее? Она сменила направление.
– Вы знаете кого-то, кто хотел бы навредить вашей тёте?
Казалось, и Тереза, и Филипп сразу же расслабились.
– Нет. Но я не расскажу ни о каких недавних событиях.
Джо кивнула и закрыла блокнот.
– Думаю, на этом, пока что, всё. Я буду признательна, если вы мне позвоните при любой новой информации, – она передала девушке визитку, пока Арнетт шагал к двери.
– Спасибо, офицер, мы позвоним, – вставил Филипп, делая акцент на ранге.
Джо подавила смешок. Я лейтенант, тупая ты башка. И мы оба знаем, что ты об этом не забыл.
Они молча вышли из дома. Когда Джо обходила машину, она увидела, как Филипп наблюдает за ними из окна с нарочито нейтральным выражением лица. Джо видела, как он смотрел на них, пока они выезжали на дорогу.
* * *
– Вся эта история попахивает бредом, – заметил Арнетт, пока они выезжали на шоссе, и включил радио.
Краешек рта Джо пополз вверх, пока она перестраивалась на другую полосу.
– Это абсолютно другая точка зрения. Без сомнения, правда где-то посередине, но я подозреваю, что Джанин рассказала бы нам совершенно другую историю, и я хочу спросить об этом у Паолы.
– У меня нет её телефона.
– Можно сначала доехать до аэропорта. К тому же я хотела бы позвонить сама.
Как только они прошли паспортный контроль, Джо набрала номер Паолы. Та взяла трубку после второго звонка.
– Здравствуйте, лейтенант. Что-то случилось?
– Нет, простите, если напугала. Мы летим обратно в Массачусетс, но у меня есть парочка вопросов, если я вас не отвлекаю.
– Конечно, – одобрила Паола, в голосе которой слышалась нотка любопытства.
– Вы говорили, что Джанин перестала общаться с племянницей. Можете сказать, почему?
– Если я правильно помню, её парень, Филипп, выставил Терезу из дома и никак не общался с ней неделю. Тереза запаниковала, потому что он даже на смс-ки не отвечал. Я точно это помню, потому что ужасно взбесилась. Это же оскорбительно.
Джо сжала челюсть.
– И Джанин тоже разозлилась?
– Ей это не понравилось, конечно, но она пыталась давать конструктивные советы. Сказала Терезе, что раз Филипп не хочет говорить сейчас, ему нужно дать время, а пока написать самой, что она хотела бы сказать. Чтобы расставить мысли по полочкам, понять, о чём она на самом деле хочет поговорить.
Это разумнее, чем то, как повела бы себя я. Джо заткнула второе ухо и повысила голос, чтобы перекричать объявление о рейсе.
– И с чего бы такой совет расстроил Терезу?
– Думаю, больше всего её расстроило то, что Джанин советовала поговорить с парнем о том, как сильно ранила её эта ссора и его молчание. Джанин настаивала на том, чтобы Тереза нашла более конструктивный способ донести свои чувства до Филиппа, если она хочет, чтобы они встречались и дальше.
Джо кивнула. И это разумно.
– Тереза сказала, что у Филиппа просто такой характер, и Джанин ответила, что в этом случае Терезе надо решить, сможет ли она жить с таким партнёром. И, думаю, именно это напугало её – сама мысль о расставании с Филиппом, о том, что она может его потерять.
– И Джанин разозлилась, когда Тереза не воспользовалась её советом?
– Боже, конечно же нет. Тереза ни разу в жизни не следовала советам Джанин, сколько я их знаю. Тереза просто приходила к Джанин, и если ей не нравилось высказанное мнение, она сразу нападала, обвиняла, а потом пропадала на некоторое время.
– Нападала?
– Ещё как. Однажды Тереза сильно запала на одного парня. Они пару раз встречались, но он странно себя вёл. Не мог ничего заранее спланировать. И не мог говорить, когда она звонила – либо вообще не отвечал, либо просил перезвонить. Любая дура бы догадалась, что у него была вторая девушка. И когда Джанин предположила этот вариант, Тереза съехала с катушек. Сказала Джанин, что такое может предположить только циничный и злой человек, и это жестоко – обвинять нормальных людей в подобных вещах. Она даже сказала, что Джанин наверняка в прошлом кто-то «сильно помотал», – выдала Паола, возмущённо сделав акцент на последних словах.
Через громкоговорители снова послышались объявления.
– Подождите секунду, – попросила Джо, а когда всё стихло, вернулась к разговору. – Прошу прощения.
– Ничего. В аэропорту тихого местечка не найти.
– И как Джанин отреагировала на то, что сказала Тереза?
– Она очень обиделась и рыдала полчаса. Но всё это время старалась оправдать Терезу. Говорила, что она это не специально, что в её возрасте все девочки такие резкие. А я сказала, что всё это полная чушь. В то время Терезе уже почти исполнилось двадцать три, и я заявила Джанин, что так ведут себя в тринадцать, а не в двадцать три. Но Джанин всё равно стояла на своём, уверяла, что Терезу так сильно контролировали родители, что у неё не было возможности эмоционально расти.
После этих слов Паола остановилась на секунду и рассмеялась.
– Но самое смешное в том, что тот парень действительно скрывал невесту. Тереза просто убивалась, но как будто забыла, что Джанин об этом предупреждала.
– И Джанин не разозлилась, не поругала Терезу, что та её не послушала?
– Да вы шутите, что ли? Она помогла Терезе написать письмо тому парню, где она описывала свои чувства, чтобы Тереза смогла закончить эти отношения и двигаться дальше. Тереза тысячу раз попадала в разные передряги. И Джанин тысячу раз сидела с ней и помогала оправиться от них. Проводила за руку через все невзгоды. Даже когда Тереза поступала наперекор всем советам Джанин.
Джо надавила ещё, чтобы узнать реакцию Паолы.
– И это никогда не волновало Джанин, даже учитывая, что такое происходило постоянно?
– Ну, конечно, её выводило из себя, когда Тереза так и не училась на своих ошибках. Но в целом нет, Джанин на нее не злилась.
– Тогда почему в последний раз всё пошло по-другому?
– В основном потому, что Тереза настолько резко напала на Джанин, что она уже больше не могла найти этому оправданий. Тереза обвинила Джанин в необъяснимо ужасных вещах, типа «морального шантажа», и использовала якобы достоверную информацию, чтобы обидеть Джанин.
Брови Джо взлетели вверх.
– Например?
– Она знала, что старая подруга Джанин – Марлена, мы обе её знали – перестала с ней общаться. Тереза заявила, что всё это из-за того, что Джанин контролирует каждый шаг своих друзей, и это всех отталкивает. Полная ерунда – у Марлены развился сильный алкоголизм, и она уехала в реабилитационный центр в Калифорнии. У неё там семья, и когда она выписалась, то решила жить поближе к ним. Джанин не говорила этого Терезе, потому что о таких вещах не принято распространяться.
– Понимаю, – сказала Джо.
– Думаю, Джанин наконец-то поняла, что это не подростковый возраст, а просто ужасный характер. Тереза тогда была на редкость злой и агрессивной, и Джанин просто не могла больше этого выносить. Поэтому после той ссоры они больше не общались.
– Обычно Джанин всегда пыталась решить всё мирно?
– Это точно. Она всегда смягчала ситуацию, ждала, пока Терезы перестанет истерить. Но тогда в ней будто что-то щёлкнуло, я даже помню слова, которыми она воспользовалась. Что она просто позволяет Терезе так себя вести, и поэтому та думает, что так обращаться с людьми – нормально. Не поймите меня неправильно, если бы Терезе нужна была её помощь, Джанин сразу бы примчалась. Но она сказала, что нельзя продолжать эти односторонние отношения, что Терезе уже пора начинать брать на себя ответственность за свои слова и поступки, как и любому другому взрослому человеку. Ну, разумеется, такого ждать не приходилось.
– Понятно. Вы сказали «в основном» поэтому ситуация закончилась иначе. Было что-то ещё?
– Ну… Ладно. Джанин очень осторожно про это говорила, но я так поняла, что Филипп сыграл в этой ссоре не последнюю роль. Она сказала что-то вроде того, будто это он полностью вёл весь диалог. Я знаю, что Джанин хотела поговорить с Терезой наедине, без Филиппа, но Тереза отказалась. Думаю, её это действительно беспокоило.
Какой скромный этот парнишка Филипп!
