– Нам нужно время, чтобы собрать вещи.
– Подожду, куда уж я денусь. Тем более что ждать можно с пользой. – Цванг взял в руки ложку.
– Кстати, что у вас там происходит в Летендере? – поинтересовалась начавшая складывать посуду Майя. – Ожидается конфликт с легионерами?
– Конфликт? – делано удивился Штефан. – С чего ты взяла?
– Слышала, как один из них жаловался, что отдыхать вдали от начальства больше не получится. Выходные сейчас дают только желающим развлекаться в Летендере.
– Мало ли о чем болтают легионеры.
– За последнюю неделю количество посетителей в местных барах уменьшилось втрое.
– Интересно, какого демона я узнаю подобные новости от бывшей актрисы, а не от подчиненных Аврелии, – пробормотал Штефан. – Майя, не хочешь перевестись в службу безопасности? Достойную оплату гарантирую.
– Спасибо, я не настолько рисковая. – Женщина ненадолго исчезла в кладовой, чтобы вернуться уже с объемистым баулом. – Значит, про намечающийся конфликт ты не в курсе?
– Не в курсе, – признал Цванг. – Зато у меня заготовлен план на случай подобного конфликта. И у шефа наверняка заготовлен план. Так что слишком сильно можешь не переживать.
Ла Абель Гнец
– Сильвия, ты не слишком жестока с нашим супругом в последнее время? – поинтересовалась не спешащая браться за столовые приборы Лидия. – С момента возвращения из Солиано посещение целителя перед завтраком стало частью его обычного расписания.
– Наши тренировки действительно стали немного жестче. – Сильвия задумчиво поглядела в мою сторону. – Но в конечном счете это должно пойти на пользу. Потом. – Последние слова она произнесла таким тоном, словно сама сомневалась в их истинности.
– Ничего опасного в наших тренировках нет, – счел необходимым высказаться я, желая избавить обеих жен от пустых сомнений. – После половины из них вообще не возникает никакой нужды в помощи целителя. Я заглядываю к нему исключительно ради вашего спокойствия и из желания сохранить презентабельный внешний вид. Например, сегодня Макмайер сводил мне синяк на скуле. Надеюсь, никто не считает подобную «травму» серьезной?
– Я всего лишь беспокоюсь о твоем физическом состоянии, – мягко улыбнулась мне Лидия. – Кто-то же должен о нем беспокоиться?
– Раньше мне одной Рикки с ее заботой хватало.
– А потом ты совершил ошибку, женившись на женщине, которой не безразлично здоровье ее мужа.
– М-м-м. Ты вроде хотела обсудить какие-то финансовые вопросы? – Я поспешил сменить тему разговора. Ибо было в ее откровенной заботе что-то такое… мамино.
– Хотела, – согласилась чуть прищурившаяся Лидия. Она, похоже, раскусила мою игру, но не стала противиться и пошла навстречу. – Нам нужно организовать в подвале поместья полноценную сокровищницу. Векселя и безналичные расчеты, безусловно, являются достижениями современной цивилизации, но большинство банков империи принадлежат аристократам Дома Весов, что ставит нас в уязвимое положение. Необходимо превратить большую часть капитала в наличное золото, оставив на счетах лишь необходимый минимум.
– Здравая мысль. – Я прикинул, насколько тяжело будет расширить отведенные под архив и хранилище запрещенного оружия помещения и не проще ли окружить ловушками южные кладовые, предварительно переместив из них продукты. – Кубометров десять пространства хватит?
– Можно выдать нашим солдатам зарплату за следующий месяц авансом, – предложила Сильвия. – И места меньше потребуется, и от возможных проблем с досрочным завершением контракта со стороны наемников подстрахуемся: никто не любит возвращать уже полученные деньги.
– Боюсь, вы переоцениваете величину остатков на наших счетах, – саркастически заметила Лидия. – Десяти кубометров хватит даже на тот случай, если после окончания кризиса мы продолжим пользоваться подземной сокровищницей.
– Придется вести расчеты при помощи доставляющих золото курьеров, как сотни лет тому назад. И обеспечивать им охрану в пути.
– Не бросайся в крайности, Абель. Альтернативы существуют, но над ними стоит серьезно поразмыслить. Например, Фоссы перевели значительную часть своих средств в мелкий банк, принадлежащий кому-то из Дома Золотого Колоса. Есть банки принадлежащие «мечникам»…
– Не самый лучший вариант. Члены нашего Дома могут проигнорировать Давида, но не моего отца, если в его голову придет идея заморозить наши счета.
– Я знакома с одним банкиром, который не числится среди прихлебателей брата. Но сможет ли он сопротивляться давлению и как долго? В любом случае, хранить большую часть золота в сокровищнице гораздо надежнее.
– Значит, так и поступим, – вздохнул я, размышляя, где взять время на опутывание чарами еще одной части подвальных помещений.
* * *
– Ознакомился с последним заявлением императора? – поинтересовался Редфорд Калас у начальника своей службы безопасности.
– Еще час назад, когда оно только поступило. – Гнешек широко зевнул.
– Что можешь сказать по этому поводу?
– Могу сказать «спасибо» безвременно почившему Сэмюелю Фоссу за предоставление Давиду прекрасной возможности обвинить во всем Абеля. Открытый конфликт между Гнецами и Риттершанцами – именно то, чего мне не хватало для полного счастья.
– Устал от интриг и закулисной борьбы? – Ли Калас приподнял бровь. – Захотелось понаблюдать за реками крови?
– Ни в коей мере, – покачал головой Сокол. – Мне просто не нравится список фигурантов по делу о торговле запрещенным оружием. По какой-то роковой случайности все они являются членами семей – сторонников партии «благородства и воинской чести». Стоит мне инициировать цепочку арестов, и перед судом предстанет шесть аристократов из трех традиционно поддерживающих Денова родов.
– Рональд расстроится.
– Рональду придется публично размежеваться с влиятельными сторонниками или поставить под сомнение идеологию собственного семейства. В любом случае с мечтами о главенстве над Домом он может распрощаться.
– Эти люди действительно продавали фениксов на сторону?
– В основном они наживались на торговле ворованным серийным вооружением, продаваемом паре мелких семейств из Дома Весов в течение последних лет. Покровительствовала предприимчивым «весовщикам» Тамара Риттершанц, активно снаряжавшая поставляемым оружием собственные отряды. Реальные продавец и покупатель умело использовали готовые каналы сбыта для своих целей. Это косвенно подтверждается получением рядовыми исполнителями приказов, которые их начальство никогда не отдавало.
– То есть основных виновников утечки запрещенного оружия ты так и не нашел.
– Я еще не проводил аресты. Чисто теоретически мы можем добыть какую-нибудь информацию, забив подземелья перечисленными в моем списке людьми и начав проводить жесткие допросы.
– Но ты не уверен?
– После того как трое суток назад ответственный за тестирование и отбраковку фениксов лорд-капитан Манфред Шимер, обнаружив жену в объятиях собственного адъютанта, зарубил прелюбодеев и покончил жизнь самоубийством? Абсолютно не уверен.
– И потому вместо поиска доказательств хочешь окончательно стравить между собой Гнецев и Риттершанцев.
– До недавнего времени они и без меня прекрасно справлялись. К тому же вы не правы: я жажду примирить две великие семьи, а не посеять семена вражды, чьи всходы способны разрушить империю.
– Неужели?
– Посудите сами. Что произойдет, если мы обнародуем результаты расследования сейчас? Денова разругается со своими союзниками, Александро поудобнее устроится в кресле главнокомандующего, небольшая часть аристократов поверит в виновность Фосса и непричастность Абеля, а император и не подумает оправдываться или пересматривать свое заявление, в котором он объявляет младшего Гнеца государственным преступником и убийцей наследницы Владыки.
– Если старик станет настаивать на написанной им чуши, бездоказательно обвиняя одного из Ла, то в империи может начаться гражданская война.
– Крайне маловероятно. – Гнешек потер покрасневшие от недосыпа глаза. – Речь, совершенно очевидно, составлена не самим императором, что значительно снижает ее ценность в глазах глав Домов. Кое-кто, естественно, захочет выслужиться перед новой властью, но о формировании мощной коалиции речи не идет. Особенно после публичной демонстрации возможностей феникса, любезно устроенной Фоссом. Войну может начать только Дом Меча, оскорбленный голословными обвинениями, но нам ведь этого не надо.
– Раз ты так говоришь… – многозначительно протянул Калас.
– Совершенно точно не надо.
– А что нам надо?
– Нужен достойный преемник нынешнего главнокомандующего. Такой, который поведет Дом к процветанию, а не примется торговать секретами ради ослабления семьи-конкурента.
– Мне кажется, или ты сам буквально минуту назад приводил аргументы против оправдания Абеля?
– Я приводил аргументы против немедленного обнародования результатов неоконченного расследования. Кроме того, я сказал «достойный преемник», а не «очевидный ставленник Каласов». Необходимо, чтобы младший Гнец заявил о себе самостоятельно. Громко заявил. Полагаю, предъявление имперской аристократии истинных «воров» запрещенного оружия вполне подойдет.
– Как ты себе это представляешь?
– Героически. – Гнешек слабо улыбнулся. – Вряд ли кого-нибудь удивит, что объявленный вне закона аристократ использует силу для борьбы с подставившими его интриганами. Налет на Гнездо Фениксов, посещение родительского поместья, штурм резиденции Давида…
– Ты с ума сошел?! – Благодаря расширившимся глазам Ли Калас на какое-то мгновение приобрел определенное сходство с филином. – Даже если Абель согласится на подобную авантюру, у него банально не хватит сил. К тому же атака перечисленных тобой объектов сделает его уже настоящим преступником.
– Только если Дом Меча или император выдвинут претензии. Победителей, как известно, не судят. Что же до нехватки у Гнеца сил, то вы ошибаетесь: они у него есть. Подписанный с генералом Кригом договор до сих пор не вступил в силу лишь по причине отсутствия предоплаты. Полторы сотни элитных бойцов сидят без дела, Антон грустит от невозможности оказать услугу высокородному Ла. Нехорошо получается. Как думаете, могут ли деловые партнеры Гнеца, Мойл и Фосс, перечислить средства за него? Особенно Фосс. Он сейчас как раз спешно ищет, куда бы приткнуть финансы, выводимые из подконтрольных императору банков. Если пообещать ему вернуть их, пусть даже без процентов…
– Решил половить рыбку в мутной воде?
– В чистой не получилось, – развел руками Сокол.
– И для этого нам потребуется признать Абеля преступником?
– Хватит и отсутствия оправдательного вердикта Совета Дома. Нейтралитет – тоже позиция. Пусть Александро в одиночку сына преследует. Заодно и император своих шавок придержит. Лезть в дела рода – оскорбление. Даже с такими обвинениями.
– Многие все равно захотят выслужиться.
– Заодно оценим умения Гнеца выкручиваться из сложных ситуаций и избавляться от врагов. Нам ведь нужен настоящий главнокомандующий, а не марионетка.
– Допустим, я соглашусь, – задумчиво пробормотал Ли Калас. – Как ты будешь уговаривать Денова и их сторонников принять на Совете твою сторону, мне примерно ясно: вряд ли они захотят стать единственными обвиняемыми в незаконной торговле. Но что ты будешь делать, если Александро не оправдает ожиданий и, вместо требования открыть сезон охоты на его сына, вынесет на обсуждение вопрос о жестком ответе императору?
– Генерал Радомира Гнец вчера была помещена под домашний арест, – многозначительно произнес Гнешек.
– Интересно. – Ли Калас откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Впрочем, размышлял он недолго. – Хорошо. Я даю согласие. Абель уже знает, что ему не стоит задерживаться в Вельской области?
– Если и нет, то скоро будет знать. Он приблизил к себе Аврелию Томбсмит, а у этой девочки обширные связи и множество болтливых родственников.
Глава 6
Ло Аврелия Томбсмит
– Император прилюдно обвинил меня в убийстве Тамары Риттершанц и покушении на Давида, потребовав казни? – Абель захлопал глазами. – Но это же совершеннейшая чушь! Никто не может признать аристократа преступником без суда, даже Владыка империи. Это даже не традиция, а самый настоящий закон. Причем один из основополагающих. Высокородные взбунтуются от подобного отношения к их правам.
– Так пишет тетя Виктория, присутствовавшая в Весеннем дворце во время произнесения речи, – пожала плечами Аврелия. – Это вольный пересказ слов императора, а не дословный текст направленного Дому Крылатого Меча ультиматума. Вот в последнем, скорее всего, упоминаются и суд, и прочие обязательные бюрократические процедуры.
– Все равно непонятно, на что он надеется. Числящиеся моими фениксы хранятся в подвале поместья. Нет никаких оснований полагать, что я хоть как-то участвовал в подготовке убийства Тамары. А без доказательств суд не имеет смысла.
– Какие-то доказательства у Риттершанцев наверняка есть, пусть и сфабрикованные.
– Аврелия права, – подала голос Лидия. – Контролируя службу безопасности семьи, Давид мог преподнести отцу те выводы, которые ему наиболее выгодны.
– Ты же говорила, что Весенний дворец и его служащие полностью контролируются Тамарой, – напомнил Абель.
– Так было до ее смерти, – вздохнула дочь императора. – Кому они подчиняются сейчас – неизвестно. Но вряд ли отцу, который год стоящему одной ногой в могиле. Я имею в виду, по-настоящему подчиняются, а не формально.
– Пусть так. Все равно имперской аристократии потребуется нечто посерьезнее выводов одного служащего Риттершанцам следователя.
– Дворец – закрытая территория. Даже если иным Домам позволят направить туда своих дознавателей, получаемая теми информация будет строго дозированной. Опровергнуть выводы нашей службы безопасности им будет крайне сложно. Учитывая поступок изрядно подставившего всех нас Фосса – почти невозможно. Одиннадцать Домов ухватятся за возможность ослабить Дом Меча, лишив главнокомандующего наследника. Особенно после того, как они получили информацию об истинной мощи фениксов.
– То есть все поверят просто потому, что это им выгодно?
– Как всегда. – Лидия пожала плечами. – Если Дом Меча не обнародует результаты расследования, доказывающие твою невиновность, то может начаться вооруженный конфликт.
– И поэтому Флобер стягивает солдат в Летендер, – пробормотал Гнец. – Чтобы первой выслужиться перед Давидом, преподнеся ему мою голову.
– Вы слишком предвзяты, – сочла необходимым высказаться Аврелия. – Несмотря на многочисленные связи с Домом Весов, генерал Флобер – все же человек Александро Гнеца и не станет совершать поступки, могущие вызвать его неудовольствие. Кроме того, она до сих пор бездействует, хотя император уже разослал свое воззвание.
– И чего, по твоему мнению, ожидает Флобер?
– Вердикта Совета Дома.
– Полагаешь, меня все же решат арестовать?
– Почти наверняка. Хотя бы для того, чтобы избежать неожиданного хода с вашей стороны. Имперские аристократы еще не успели забыть обстоятельств вашей с Ла Лидией свадьбы и наверняка захотят подстраховаться: генералы предпочитают, чтобы любой конфликт развивался в соответствии с их планами.
– То есть Флобер заключит меня под стражу в соответствии с приказами Совета, а не распоряжениями Давида, – хмуро пробормотал Абель. – Невелика разница.
– Разница есть, – не согласилась Аврелия. – Несмотря на присутствие в городе значительного количества легионеров, вы по-прежнему остаетесь в относительной безопасности. Генерал не станет причинять вам вред, хотя бы из опасения гнева главнокомандующего.
– Если ей не предложат достойную компенсацию, – грустно улыбнулась Лидия. – Давид уже столько потерял в процессе противостояния с Абелем, что ради окончательного прекращения конфликта за ценой не постоит.
На комнату опустилась тишина, лишь изредка нарушаемая постукиванием ногтей дочери императора по подлокотнику кресла. Первым молчание нарушил Абель.
– Больше твоя родственница ни о чем не пишет? – несколько отстраненно и, похоже, абсолютно не интересуясь ответом на вопрос, поинтересовался он.
– Кроме совета срочно дистанцироваться от опального аристократа? – Аврелия позволила себе легкую улыбку, долженствующую разрядить ставшую слишком напряженной обстановку. – Нет.
– Не самое глупое предложение.
Девушка закатила глаза. Вне зависимости от прилагаемых ею усилий по демонстрации верноподданнического настроения, Гнец упорно сохранял за ней право уволиться в любой момент. Это было удобно, но также говорило о некотором недоверии. Абель держал девушку на расстоянии, упорно не желая понимать, что ей банально некуда идти.
Уволившись во время кризиса, она могла бы еще долго пытаться наняться хотя бы на аналогичную рыцарю должность. Это притом, что уже сейчас Аврелия руководила личной службой безопасности наследника Дома Крылатого Меча – абсолютный потолок для человека с ее титулом и фамилией. Что до риска… Главнокомандующий не выжил из ума, чтобы отправить своего сына на плаху, а мелкие неприятности, связанные с переделом сфер влияния главами двух Домов, можно и пережить.
– Моя родня всегда держала нос по ветру, – пожала плечами девушка. – После речи императора они отойдут в сторонку и всячески примутся изображать нейтралитет. Если вас казнят, они заявят, что всегда осуждали мой выбор покровителя, оправдают – станут хвалить за прозорливость и уверять в вечной поддержке. Обычное поведение маленькой небогатой, но достаточно родовитой семьи.
– Понятно, – вздохнул Гнец.
Ла Абель Гнец
– Подведем итоги сегодняшнего совещания. – Я обвел взглядом окружавших меня женщин и остановил его на пустующем сиденье Штефана. Мой друг отправился в Солиано на встречу с Соколом и сейчас наверняка расслаблялся в кресле на нижней палубе одного из курьерских воздушных кораблей. – Оставаться в Летендере дальше небезопасно. Еще день или два, и Флобер получит приказ от принявшего решение Совета Дома. Каков будет его точный текст, можно долго гадать, но вряд ли легионы генерала передадут в наше распоряжение. Скорее, наоборот.
– Куда полетим? – деловито поинтересовалась Сильвия.
– Пока просто подальше отсюда. Я еще не определился с порядком действий.
– Нас будут преследовать, – подала голос Рикка.
– Значит, надо будет объяснить преследователям опасность подобных действий. Придется применить силу.
– Убийство большого количества военных определенно вменят вам в вину, – заметила секретарь.
– Постараемся обойтись минимумом жертв. – Я поморщился. – В любом случае, сидеть здесь, полагаясь на то, что отец или Гнешек решат наши проблемы, – плохой вариант.
– Согласна. – Риккарда склонила голову.
– В Вельских горах целый лабиринт каньонов, – снова взяла слово Сильвия. – Если уходить в том направлении, есть приличный шанс затеряться и отойти на значительное расстояние незамеченными. Если после этого сменить нашу яхту на что-то менее приметное вроде транспортного корабля Фоссов, можно хоть всю империю пересечь без единой стычки.
– Только если главнокомандующий действительно не станет нас искать, – покачала головой Рикка.
– Нам нет нужды прятаться постоянно, – решил высказаться я, пока женщины не построили слишком далеко идущие планы. – Достаточно ускользать некоторое время, пока Сокол не решит обнародовать результаты расследования по делу о продаже запрещенного оружия. Или пока отец не определиться с форматом ответа императору.
– Неделя, – пробормотала Лидия. – Или две. Слишком долго Совет Дома Меча тянуть с ответом не станет, но побудем пессимистами: пусть будет две недели. Это возможно – ускользать две недели от всей имперской армии?
– Вся армия не будет нас преследовать, – ответил жене я. – А от наиболее инициативных вроде Флобер мы сможем оторваться. Особенно если продемонстрируем, что не намерены бороться вполсилы.
– А у нас есть возможности для подобных демонстраций? – недоверчиво спросила Лидия. – Кроме фениксов.
– Некоторые есть. Только места на борту яхты слишком мало. Аврелия, сможешь незаметно организовать доставку конфискованных у горцев и шахтеров алхимических смесей через горы?
– Попробую, – пожала плечами начальница службы безопасности. – Я бы ответила положительно, но с учетом крайне урезанных сроков и усилившейся активности легионеров Флобер… – Она развела руками.
– Я пыталась несколько дней назад проработать безопасные маршруты для пешего отступления через горы. Могу поделиться, – предложила Сильвия.
– Спасибо, – поблагодарила Аврелия.
– Достаточно будет, если ты в ближайшие дни уберешь алхимические смеси с наших складов и отправишь их по маршруту. – Я решил слегка облегчить задачу. – Прибытие в конечный пункт назначения не столь ограничено по срокам. Если сопровождающие груз люди потратят на переход через горы неделю, меня это вполне устроит. Главное, чтобы дней через семь-восемь кто-нибудь смог забрать смеси, не подвергаясь опасности нападения.
– Например, Фоссы, – предложила Лидия.
– Например, Фоссы, – согласился я. – Только надо будет перекрасить их корабль, чтобы он сошел за транспорт какого-нибудь другого торговца, имеющего интересы в том регионе, но никем не разыскиваемого.
Ла Лидия Риттершанц
Лидия была благодарна Абелю за устроенное им небольшое совещание. Она сидела, задавала вопросы, бросала ожидаемые фразы, которые за нее запросто мог произнести кто-то другой, и чувствовала, как отступает страх, нахлынувший на нее при известии о смерти Тамары. Нет, она давно не была наивной девочкой и прекрасно понимала красноречивое отсутствие быстрого ответа из Весеннего дворца. Но одно дело – догадываться, пусть и с крайне высокой долей вероятности, и совсем другое – получить подтверждение.
Они никогда не были особенно близки, воспринимая друг друга скорее как носителей общей редкой фамилии, чем родных сестер. Но Тамара всегда мешала Давиду, и уже только за это Лидия желала ей долгих лет жизни. Не сбылось…
Брат избавился от самого главного препятствия на пути к трону и уже вовсю крутил отцом, заставив того объявить Абеля государственным преступником. Саму Лидию ни в чем не обвиняли, но она была абсолютно уверена, что в планах Давида ей уготована та же судьба, что и мужу.
– Раз уж мы все обсудили, давайте приступать к выполнению, – обронил Абель. – Времени у нас мало.
Женщины принялись вставать одна за другой, потянувшись к выходу.
– Как думаешь? – поинтересовалась у все еще сидевшего мужа также не спешившая покидать кресло Лидия. – На яхте найдется место для архива документов, или мне стоит сохранить только самые важные бумаги, а все остальное сжечь?
– Если среди документов нет какого-то особенного компромата, то можно их просто оставить в подвале. Флобер вряд ли получит разрешение на обыск поместья. В крайнем случае, ты всегда можешь остановить ее людей, сославшись на то, что это внутренняя отчетность семьи. Пока пришлют законника и аудитора, пока начнут проверку…
– Интересно, как я буду останавливать обыскивающих поместье солдат, находясь за сотни километров отсюда? – перебила мужа Лидия. – Полагаешь, легионеры настолько вежливы, что последуют оставленному им письменному распоряжению?
– Письменному? – удивился Гнец. – Ты не собираешься оставаться в поместье?
– Ты собрался улететь без меня? – похолодела от внезапной догадки Лидия.
Муж и жена застыли друг напротив друга, хлопая ресницами: она ошалело, он растерянно.
– Ты. Собрался. Улететь. Без. Меня? – повторила дочь императора, с трудом выталкивая слова из разом пересохшего горла.
– Но это же разумно. – Гнец продолжал хлопать глазами. – Арестовывать будут меня, и именно я должен скрыться из города до полного прояснения ситуации. Сильвия, Рикка, Мика, Аврелия, Штефан – все они могут попасть под удар и поэтому должны отправиться со мной. Вдобавок они обладают неплохой боевой подготовкой и пригодятся в случае организации ответной атаки по Давиду. Тебе же здесь ничего не угрожает.
– Ничего не угрожает?! – женщина едва не задохнулась от возмущения.
– Ну да. Ты ведь сама говорила, что никто из солдат не посмеет тронуть дочь императора. А мы, скорее всего, поучаствуем в нескольких стычках. В таких условиях всегда есть вероятность пострадать.
– Вероятность?! – почти выкрикнула тяжело дышащая Лидия. – В том то и дело, что вероятность! – Страх душил ее, перехватывая горло и свиваясь ледяными кольцами внизу живота: Абель собрался сбежать, бросив ее на растерзание Давиду. – А здесь меня точно убьют! Полагаешь, Тамара погибла от неосторожного обращения с огнем?! Давид уже прикончил одну дочь императора! Думаешь, он не воспользуется возможностью избавиться от второй?! Или считаешь, ему сложно обвинить тебя еще в одном убийстве?!
– Не-е-е… – протянул Гнец, явно ошеломленный таким напором.
– Ты, демоны тебя раздери, клялся беречь мою жизнь! – Лидию трясло. Она вцепилась дрожащими руками в рубашку мужа, боясь, что тот исчезнет, если дать ему шанс. – Клялся! В храме Совершенства клялся! И трех месяцев не прошло! – Из расширившихся глаз женщины бежали слезы, но она их не замечала.
– Хорошо, хорошо. Мы улетим отсюда вместе. Я не оставлю тебя в опасности.
Лидия открыла рот, но вместо очередной тирады лишь вздрогнула и втянула побольше воздуха, еще крепче стиснув побелевшие пальцы, вцепившиеся в рубашку мужа. Запрыгала по полу оторванная пуговица.
Ла Абель Гнец
Я вновь сидел в своем кабинете и, подперев рукой голову, смотрел на входную дверь. Надо было работать, но мысли разбегались. В принципе, я довольно неплохо знал, что такое истерика… по книгам. Но в жизни мне с подобным сталкиваться не приходилось. К счастью. Потратив почти час на то, чтобы успокоить жену, я так и не рискнул сказать, что она не совсем права.
Следовало признать, что Давид действительно мог воспользоваться возможностью избавиться от младшей сестры. Но только при наличии гарантий сваливания вины на кого-нибудь другого. Смерть второй представительницы семьи Риттершанцев заставила бы аристократов разволноваться настолько, что они потребовали бы более тщательного расследования обоих инцидентов. Да и моя родня наверняка приложила бы значительные усилия для сохранения родственных уз с правящей семьей Дома Весов. Безопасность Лидии без проблем обеспечивалась почти где угодно.
Вот только говорить этого я ей не собирался: одной психической атаки мне хватило. Может быть, позже, когда удастся разработать способ оставаться спокойным в подобных ситуациях. А пока демоны с ней, пусть летит с нами. Все равно ни в одной серьезной операции я ни яхту, ни ее команду использовать не собираюсь.
– Доброго дня, Ла Абель. – Входная дверь приоткрылась, пропуская в кабинет Молчуна. – Вы хотели меня видеть?
– Хотел, – вздохнул я, отвлекаясь от мрачных дум о моральном состоянии Лидии и возвращаясь к собственным, тоже не слишком привлекательным, проблемам. – Вы в курсе последнего обращения императора?
– Нет. Что я должен о нем знать?
– Он обвиняет меня в убийстве Тамары Риттершанц и требует казни. Совет Дома должен дать ответ со дня на день.
Молчун помрачнел.
– Я так понимаю, что даже в случае оправдательного приговора у вас будут неприятности? – тихо произнес он.
– В случае оправдательного – нет. Но мы сейчас говорим не о приговоре и даже не о суде. Император бездоказательно обвиняет меня в серьезном преступлении, и я не собираюсь оставлять это просто так. Вне зависимости от решения Совета Дома.
Себастьян медленно кивнул.
– Я хотел обсудить с вами наши дальнейшие взаимоотношения. Полагаю, вы не горите желанием схлестнуться со слугами и наемниками Риттершанцев.
– Вы всегда были честны с нами, Ла Абель, и я постараюсь ответить вам тем же. Меня не пугают слуги императорской фамилии, но по выходу на пенсию мне бы хотелось спокойно доживать свой век, а не скакать по территориям сопредельных государств от имперских служб безопасности. Это с одной стороны. А с другой – я не слышал обращения императора, не присутствовал на вынесшем обвинительный приговор суде. Вдобавок где-то в сейфе моего генерала лежит полностью целый, а не разорванный на клочки оригинал контракта, по которому моя команда выполняет ваши задания. Мы продолжим наше сотрудничество. Хотя я был бы благодарен, если бы вы не стали сталкивать лбами мою команду и людей Риттершанцев.
– Хорошо. Тогда мне в очередной раз требуется несколько услуг.
– Слушаю.
– Необходимо провести разведку в близлежащих горах. Буквально по двум-трем направлениям. У меня есть подозрение, что Флобер держит там силы, способные помешать отлету воздушного корабля. На поиск два дня.
– Мало. Но мы постараемся. Если речь идет именно о силах, а не об отдельных магах или хорошо снаряженных диверсантах, – сделаем.
– Это не все. Необходимо вывезти отсюда Белинду Фосс и позаботиться об ее благополучном прибытии в Осеннюю столицу. Завтра она уже должна быть в пути. И по возможности на значительном удалении от Летендера.
Молчун дернул щекой. Затем отрывисто кивнул.
– Письма. – Я достал из верхнего ящика стола несколько запечатанных конвертов. – Здесь указаны разные адресаты, но все послания нужно доставить моей сестре. Справитесь?
– Срок?
– Как можно быстрее, но первые два дела важнее.
– Принято.
– Тогда не буду вас задерживать. – Я подтолкнул конверты в сторону Себастьяна.
* * *
Александро опустился в кресло и оглядел присутствующих. Шесть советников, курирующие основные направления работы Дома, от программ обучения до распределения налогов и вопросов внутренней и внешней безопасности, ответили ему взглядами разной степени заинтересованности.
– Полагаю, никто из вас не нуждается в напоминании, зачем мы здесь собрались? – тяжело проронил Гнец.
Он много думал в последние дни, прорабатывая возможные варианты выхода из сложившейся ситуации, и все же принял решение. Выбирая между войной с императором и благополучием семьи, главнокомандующий выбрал семью. К сожалению, его выбор означал уменьшение количества членов этой семьи в самое ближайшее время, но зато оставшиеся не только сохранят влияние, но даже преумножат его. Что в конечном счете приведет к дальнейшему процветанию Дома.
– А я бы послушал, – высказался сидевший на противоположном конце стола Гнешек. – Учитывая стилистику и смысл императорского заявления, не удивлюсь даже рассылке посланий с различным текстом.
Александро, прищурившись, посмотрел в покрасневшие усталые глаза Сокола и, не обнаружив там даже тени насмешки, кивнул. Уловив движение его головы, секретарь принялся зачитывать послание императора. Семеро мужчин молча слушали.
– Вы удовлетворены? – дав окружающим секунд десять на осмысление, спросил главнокомандующий.
– Полностью, – кивнул Гнешек.
– Кто-нибудь хочет высказаться?
– Поскольку дело касается вашего сына и наследника… – Ли Торлон замолчал, так и не закончив фразы.
– Нам не нужна война, – тихо и очень веско произнес Александро. – Тем более война гражданская. Я признаю обвинения императора и готов выдать его суду своего сына.
Тишина. Представители крупных семей по-прежнему молча смотрели друг на друга.
– Случавшиеся между нами разногласия всегда происходили из-за разных мнений о том, что же на самом деле является благом для Дома Крылатого Меча. – Рональд Денова грустно взглянул на своего вечного оппонента. – Я не считаю благом выдачу столь перспективного юноши. Тем более под надуманным предлогом.
Снова тишина.
– Против. – Тяжелое слово рухнуло как камень. Плита, перегораживающая единственный вход в крепость.
– Против.
– Против.
– Против.
– Все-таки мы не вправе решать этот вопрос за уважаемого Ла Гнеца, – вздохнул Ли Торлон. – За.
– Мне точно нужно что-то говорить? – поинтересовался прикрывший глаза Гнешек.
– В таком случае я, как глава семьи, оставляю за собой право решить этот вопрос традиционными средствами, – проронил Александро. – Надеюсь, никто не хочет помешать мне убить собственного сына?
– Ваше право. – Рональд Денова покачал головой. – Но Совет в этом участвовать не будет.
– Оповестите глав входящих в Дом Крылатого Меча семей о согласии семьи Гнец с высказанными императором обвинениями, – распорядился главнокомандующий.
– И добавьте к корреспонденции официальный вердикт Совета, – донеслось с противоположного конца стола.
Александро только кивнул. Он, подобно Гнешеку, хотел посмотреть, кто связывает свое будущее с политикой Совета Дома, а кто предпочитает союз Риттершанцев и Гнецев с первыми в роли ведущих.
Глава 7
Риккарда Цванг, секретарь
Рикка стояла на балконе, наблюдая за погрузкой в судно. В двух шагах от нее облокотилась на перила одетая в мужской костюм Майя. Несколько пересекающихся слоев иллюзорного облика, укрывших лицо и волосы актрисы, делали ее вполне похожей на Абеля. Во всяком случае, девушка на это надеялась. Она потратила на создание образа шесть часов и все еще была недовольна результатами своей работы: формы лица господина и его дублерши различались значительно, и при любой демонстрации эмоций существование иллюзии становилось очевидным.
Из-за своего несовершенства бывшей горничной пришлось изрядно потрепать нервы слугам, чтобы заставить их в ближайшие дни держаться подальше от «Гнеца» и его секретаря. Внимательность и желание услужить господину – это замечательно, но не тогда, когда они грозят утечкой информации. Так что пусть подчиненные управляющего поместьем копят обиду – лишь бы под ногами не мешались.
– Такими темпами корабль до обеда не загрузят, – заметила скучающая Майя. – Разве что к ужину управятся.
