Зверь

Где-то внутри у Марии шевельнулось странное чувство, будто пробежала волна холода.

– Чем я могу быть вам полезна? – спросила медиум низким бархатным голосом.

– Мой сын, – начала было Маша.

– Я знаю, – прервала её Элеонора, – он мёртв. – Она положила руку на лежащий рядом череп, закрыла глаза и продолжила: – Он умер год назад, вижу автомобиль. Вы вините во всём себя. Ситуацию нельзя было изменить. Память стирает его образ у всех, кроме вас.

На глаза Маши навернулись слёзы.

– Так что же вы от меня хотите? – вновь спросила она.

– Я хочу знать, что с моим мальчиком всё в порядке. Хочу знать, что ему там хорошо.

Элеонора пристально уставилась на женщину. Помолчав какое-то время, она сощурила глаза и сказала:

– Ведь одного моего слова вам будет недостаточно. Я права? Вы хотите услышать, а ещё лучше – увидеть сына.

По щекам Маши потекли мокрые дорожки. Женщина часто закивала в знак подтверждения слов медиума.

– Вы должны понимать, что это опасно, – продолжила Элеонора, – тревожить души мёртвых не следует понапрасну. Мне придётся открыть дверь в портал.

В комнате повисло молчание.

– Впрочем, – продолжила медиум, – будь по-вашему. Я вижу, вы мне не верите. Я вызову вашего сына. Дух ребёнка слишком неустойчив. В любой момент, если не дать ему за что зацепиться, его может утянуть обратно в портал, поэтому я дам ему временное убежище.

Медиум поднялась из-за стола и подошла к выполненному в старинном стиле шкафу. Дверца бесшумно открылась, и из его недр Элеонора вытащила обычную куклу.

Лысая голова пупса была прикреплена к мягкому поролоновому телу. Ручки и ножки были резиновыми. Распахнутые голубые глазки безжизненно смотрели в одну точку. Медиум села обратно за стол и положила пупса перед собой.

– Мы дадим возможность духу вселиться в эту куклу, – снова начала она. – Конечно, вы не увидите сына, но слышать вы его будете. Долго держать портал открытым я не смогу, это слишком энергозатратно. Но на несколько минут меня хватит.

– Как я пойму, что мой сын здесь? – Маша задала вопрос, не сводя глаз с куклы.

– Вы почувствуете, – коротко бросила медиум.

В комнате повисла тишина. Нажав на лежащий рядом пульт управления, Элеонора приглушила свет и закрыла глаза. Её тонкие пальцы с красными длинными ногтями плотно обхватили голову пупса. Через секунду всю комнату заполнил тихий шипящий звук, словно где-то включился телевизор, не поймавший сигнал антенны. Элеонора дёрнулась и обмякла. Маша крутила головой, блуждая взглядом по комнате, и не знала, чего ожидать. В помещении стало заметно холоднее. Женщина зябко поёжилась.

«Мамочка», – вдруг раздалось совсем рядом. Голос был так близко, что, казалось, его обладатель спрятался за спинкой трона, на котором сидела медиум.

– Васенька? – тихо произнесла Маша. – Васенька, это ты?

– Да, мамочка, – ответил голос.

Женщина закрыла рот руками, чтобы не зареветь в голос.

– Сыночек, я так соскучилась, – прошептала Маша. – Милый, расскажи мне, как ты?

– Всё хорошо, мамочка, только… – ответил детский голос и вдруг оборвался.

– Что только? – вскрикнула мать. – Что только, сынок? Не молчи! Тебе плохо? Мама что-то сделала не так?

В этот момент произошло непредвиденное. Медиум вдруг резко отдёрнула руку от куклы и, схватившись за горло, захрипела. Из её рта пошла пена, Маша в ужасе смотрела на неё.

И тут Элеонора резко открыла глаза и каким-то диким, нечеловеческим взглядом уставилась на женщину. От страха Маша закричала и, подбежав к двери, начала звать на помощь. Молодой человек появился моментально и подскочил к медиуму.

– У неё приступ, – закричал он, – нужно срочно вызвать скорую!

Парень выбежал в соседнюю комнату, а Маша в ужасе смотрела на синеющее лицо мадам Элеоноры. Вернулся молодой человек, и Маша пояснила ему, как всё произошло. Скорая приехала быстро. В общей суматохе никто не заметил, как посетительница покинула дом, а со стола исчезла кукла…

***

Клим шёл по берегу лесного озера. Солнце опускалось к горизонту, окрашивая верхушки деревьев красным цветом. Чуть поодаль чинно вышагивал Айс. Харт и Тор не выказали желания прогуляться с хозяином. Мужчина всё так же продолжал жить один, ничуть не жалея об этом. Ночные вылазки в лес он делал периодически, общения с собаками ему хватало. За свою жизнь он достаточно наобщался с людьми и считал вполне нормальным минимизировать встречные контакты.

Конечно, полностью исключить общение он не мог. Приходилось выезжать в город. Иногда он принимал людей, которые просили его о чём-либо в сфере магических услуг. Правда, просто так к Климу было не попасть. Только через звонки знакомых, кому он доверял безоговорочно.

Также встреча с людьми могла произойти нечаянно. Как, например, в этот раз. Ещё издали мужчина заметил, что по противоположной стороне озера гуляют отец и дочь. Избежать контакта было возможно, только если уйти в лес, чего на данный момент делать Клим не хотел. Они медленно брели навстречу друг другу.

– Он не укусит? – ещё издали крикнул мужчина, ставя дочь позади себя.

Клим посмотрел на Айса и улыбнулся.

– Ты как? Есть не хочешь? – обратился он к собаке с ухмылкой.

Айс поднял крупную голову, посмотрев на хозяина, и равнодушно поплёлся дальше.

– Нет, не переживайте, – откликнулся Клим в ответ на вопрос мужчины. Настал момент, когда они прошли совсем рядом друг с другом. Девочка, держа отца за руку, чуть дёрнула его, прося остановиться.

Айс продолжал свой пеший путь, не обращая на них внимания.

– Он такой огромный, – заворожено сказала девочка.

– Это ещё не огромный, – улыбнулся Клим, останавливаясь. – Вот когда-нибудь ты увидишь меня с чёрным псом и тогда поймёшь, что Айс не такой уж и большой.

Мужчина протянул руку отцу девочки и представился.

– Сергей, – ответил тот, пожимая предложенную руку. – Так это вы живёте у леса? А мы почти в середине деревни.

– А у вас две собаки? – вклинился в разговор ребёнок.

– Три, – ответил Клим.

– Ух ты! И все они такие большие?

– Все. Но особенно Тор.

– А они кусаются? – спросила девочка. Было видно, что ей хочется погладить собаку.

– Если не обижать, то нет. Погладь, не бойся, – предложил ей Клим.

Девчушка подошла к псу и робко дотронулась до холки. Айс никак не отреагировал, и девочка осмелела.

– Меня зовут Даша, – сказала она, наклоняясь к собаке и протягивая руку. Приблизив морду к протянутой ладошке, Айс отрывисто и шумно принюхался. Даша засмеялась и отдёрнула руку.

– А вы часто с ними гуляете? – спросила она, обращаясь к Климу.

– Здесь не очень, мы чаще уходим в лес. Больших собак люди боятся, – пояснил ведьмак.

– Очень жаль, – погрустнела девочка, – мне бы хотелось увидеть других ваших собак.

– Обязательно увидишь, – улыбнулся ей Клим. – Ну что ж, нам пора.

И, попрощавшись, встречные вновь разошлись. Отойдя чуть дальше, Клим оглянулся, а потом, опустив глаза, посмотрел на руку, которой он здоровался с Сергеем. Ладонь словно пульсировала изнутри…

***

Спящий дом огласил детский крик, разорвав тишину ночи. Сергей и Маша влетели в комнату вопящей дочери. Даша сидела на кровати, поджав колени к подбородку, и ревела.

– Мама, мамочка, – кинулась девочка к родительнице.

– Что случилось, зайка? – с тревогой спросила мать, прижимая к себе трясущуюся дочь.

– Мамочка, там, – Даша показала пальчиком в угол комнаты, – там кто-то был, он смеялся, и его глаза блестели. Он смотрел на меня!

Девочка уткнулась в шею матери и заплакала. Сергей включил свет. В комнате всё было по-прежнему. Угол, на который указывала дочь, был пуст.

– Дашунь, может, что-то приснилось? – предположил отец. Он демонстративно похлопал рукой по стенам угла.

– Нет, папа, – всхлипнула дочь, – я слышала, я правда слышала.

В эту ночь им пришлось забрать Дашу к себе в комнату. Нечто смеющееся с горящими глазами очень сильно напугало её, и она наотрез отказалась спать одна.

Ранним утром Клим возвращался с пробежки в сопровождении своей четвероногой охраны. Впустив собак на территорию, он остановился и устремил взгляд в сторону деревни. Где-то там, среди домов, появилось что-то тревожное. Совсем недавно такого чувства не возникало. Постояв с минуту, он пошёл в дом.

Наступали выходные. Переделав за остаток утра все запланированные дела, Клим решил отправиться на прогулку к озеру пораньше. К вечеру в выходные, если погода не подводила, там делалось многолюдно. Молодёжь затаривалась пивом и мясом и оттягивалась за всю рабочую неделю.

Сергея и Дашу он заметил ещё издали. Помня своё обещание показать девочке здоровенного Тора, он взял курс на них. Подойдя ближе, Клим поприветствовал отца девочки и принялся рассказывать ей о собаке. Дашка была в восторге. Лобастый Тор тяжело дышал. Солнце припекало чёрную шкуру, собаке было жарко. С розового языка скатывались капельки. С одной стороны морды с отвисшей губы свисала прозрачная нитка слюны.

– Фууу, – завизжала девчонка и закатилась звонким смехом. Было видно, что ей вовсе не противно видеть слюнявого пса. Он невероятно забавлял её своим видом.

– Ему жарко. Может, нужно его искупать? – с невинным видом спросила Дашка в надежде, что и ей отец разрешит помочить ножки в озере.

– Может, и нужно, – согласился Клим. – Тор, в воду, – крикнул он псу. Собака пошлёпала в сторону воды. Два других пса тоже пошли за ним.

– Только недолго! – строго сказал Сергей, видя молящие глаза дочери. Захлопав в ладоши, Даша тут же скинула кеды и отправилась за Тором, который к тому времени уже успел полностью вымокнуть. Сейчас он стоял у кромки озера. Пёс словно ждал, когда к нему подойдёт девочка. И как только она оказалась рядом, начал по-собачьи стряхивать с себя лишнюю влагу. Визг вперемешку со смехом огласили окрестность. Дашка неслась от собаки, которая полностью окатила её шквалом брызг.

Клим и Сергей уселись на берегу и мирно разговаривали.

– Почему вы построили дом так близко к лесу? – задал вопрос Сергей.

– Если честно, то хотелось быть подальше от людей, – ответил Клим. – Да и род деятельности предполагает уединение.

Сергей с интересом посмотрел на Клима.

– А что же это за род деятельности, если не секрет? – спросил он.

Клим чуть подумал, а потом произнёс:

– Если не уходить глубоко, то меня можно сравнить с шаманом.

Брови Сергея поднялись вверх от удивления.

– С шаманом? – переспросил он. – Это очень интересно. Хотите сказать, что в нашем современном мире ещё есть место колдовству?

– Колдовству не в обычном его понимании. Ведь согласитесь, что если вы не видите потусторонний мир, это не значит, что его не существует. Просто вы с ним ни разу не сталкивались.

– Вы правы, ни разу. Поэтому не особо верю во все эти сказки про привидения и демонов.

Клим рассмеялся.

– Вот вы сейчас, говоря о привидениях, наверняка представляете себе нечто мультяшное, в виде пыльного облака. А меж тем есть довольно агрессивные сущности, которые могут значительно подпортить жизнь человеку. Ну да прекратим этот разговор. На данный момент мы с вами по разные стороны. Единственное, что я вам скажу, – не обязательно верить в демонов, им достаточно того, что они верят в вас.

На этом разговор про неизведанное был окончен. Сам Сергей перевёл тему на собак, от которых по берегу носилась счастливая Даша.

– Здравствуйте, – услышали мужчины за спиной и оглянулись. Позади них стояла Мария.

Сергей вскочил и приобнял жену, представляя её Климу.

– Ты вышла нас встречать? – спросил мужчина.

– Да. Вас долго не было, и я решила пойти навстречу, – ответила ему Мария.

– Мамочка! – воскликнула Даша, завидев мать, и рванула к ней.

И тут случилось непредвиденное. Мирно топтавшийся с девочкой Харт вдруг преградил ей путь и, оскалившись, зарычал на Машу. Подошли два других пса и, встав рядом, словно взяли девочку в кольцо. Они недружелюбно смотрели на женщину, вздыбив холку. Маша замерла, Сергей закрыл жену собой.

– Эй, ребята, что с вами случилось? – Клим подошёл к собакам и, растолкав их, взял Дашу за руку. Он подвёл её к родителям. Собаки стояли не шелохнувшись. Харт агрессивно поднимал верхнюю губу, оголяя ряд кипенно-белых зубов.

– Почему они так отреагировали? – спросил Сергей, заводя дочь за свою спину.

– Не понимаю… Отчего-то они восприняли вашу жену за угрозу для Даши. Простите, что они напугали вас, – обратился Клим к женщине. – Нам пора, рад был познакомиться. Ещё раз простите.

Присвистнув собакам, Клим быстрым шагом стал удаляться в сторону леса. Родители с ребёнком пошли в сторону деревни.

***

– Мамочка, откуда это? – спросила Даша, демонстрируя матери кукольную одежду. Маша быстро подошла к дочери и, выхватив вещичку из её рук, быстро сунула её в шкаф.

– Это мамино, зайка, мне это нужно, – оправдывалась Мария, кляня себя за рассеянность. Одежда была нужна для её Васеньки. Точнее, для куклы. Но Маша вовсе не хотела, чтобы об этом кто-то знал. С тех пор как кукла появилась в доме, женщина постоянно ощущала чьё-то присутствие, наивно полагая, что это дух умершего сына, который, ввиду припадка медиума, не успел выйти из пупса.

Конечно, женщина не могла знать, что голос сына в момент контакта прервался из-за того, что более сильная сущность просто вышвырнула его обратно в портал, заняв вакантное место. И уж конечно, она не подумала связать приступ Элеоноры с тем, что при вызове духа что-то могло пойти не так.

Сейчас Мария каждый раз ждала, чтобы дочь и муж поскорее ушли из дома, а сама бежала в подвал, где на одной из полок, в тёмном углу, она устроила маленькое пристанище для вернувшегося Васеньки.

Следующим утром Сергей проснулся злым. Вот уже две ночи он не мог восстановить силы. Снов не было. Была удушливая тяжесть в груди, от которой он просыпался по несколько раз за ночь, вставая наутро разбитым и раздражённым. Ему не хотелось находиться дома. Наскоро завтракая, он уходил в гараж или копался в сарае. Как только просыпалась дочь, он буквально удирал с ней из дома под предлогом прогулки. Маша же, наоборот, цвела. То, что муж не сидит на кухне с кроссвордом, её очень радовало. Появлялась возможность спуститься в подвал.

Этой ночью, стараясь не разбудить Сергея, она тихонько спустилась в темноту и, сев на стул рядом с куклой, тихонько позвала: "Васенька!"

Сначала всё было тихо. Женщина позвала ещё раз. И откуда-то из-за спины отозвался голос. То, что он был вовсе не похож на голос умершего сына, её не волновало. Главное, он здесь, он отзывается! А голос? Ну, ведь шёпот, поэтому и не похоже…

***

Утром Клим вышел во двор и подошёл к Харту.

– Ну, друг мой, по-моему, ты сегодня был в ударе! – сказал он, обращаясь к собаке. – Всю ночь напролёт такой концерт! Пойдём-ка со мной в дом.

Ночью Харт действительно выл, фактически не переставая. И сейчас Клим намеревался узнать, что в сознании собаки так сильно его встревожило.

В самой дальней комнате, переоборудованной под личный кабинет, стоял сумрак. Ведьмак посадил собаку перед креслом, а сам занялся приготовлением. В углу в глиняной плошке чадила трава. Мужчина взял пару синих свечей и поставил их на полку, висящую над самым изголовьем кресла, в которое он должен был сесть.

От огня свечи тихонько потрескивали. Клим уселся поудобнее, его губы шептали заклинание, дым от травы наполнял помещение ароматным запахом. Мужчина свесил руку. В эту же минуту подошла собака, и его ладонь оказалась у Харта на голове. Клим закрыл глаза.

В сознании потихоньку сформировывались картинки. Отчего-то они были уже знакомы ведьмаку. Сейчас он видел мир глазами собаки. Клим, Сергей, Даша, – все они мелькали в голове, создавая образы. И вдруг откуда-то появилось это чувство опасности. Клим прочувствовал, как мышцы собаки напряглись. Пёс словно превратился в камень, вглядываясь в сторону деревни. Там вдалеке шла женщина. А вокруг неё, извиваясь тонкой змеёй, клубилось что-то чёрное и зловонное. Это нечто не отставало от женщины ни на сантиметр, периодически скрываясь в ней самой и вновь выползая наружу. Клим убрал руку с головы пса, поднялся с кресла и настежь открыл окно.

– Спасибо, Харти, – произнёс он, отворяя перед псом дверь и выпуская его наружу. Теперь Клим совершенно точно мог понять причину, по которой собаки проявили агрессию по отношению к Марии. Чёрной сущностью, вившейся вокруг женщины, был элементарий.

Ведьмак был хорошо знаком с этими сущностями. Ему было известно, как часто души людей, так и не нашедших гармонии и мира в себе, потакая своей злобе и развращению, становились элементариями. Не желая и после смерти обрести единения с Творцом и стать одним целым с блаженной вечностью, они искали любую возможность проникнуть в мир живых для продолжения своей жизни, полной мерзости и греха…

***

С того дня, как Мария принесла куклу, прошла неделя. Атмосфера в доме значительно ухудшилась. Некогда тихая и спокойная, Маша стала всё чаще кричать на дочь за то, что та будто выдумывает сказки о ночных кошмарах, о том, что в доме стало периодически невыносимо пахнуть. А однажды дошло до того, что мать с силой отвесила Даше пощёчину. Девочка пожаловалась, что в её комнату ночью приходит какой-то страшный мальчик.

– Мамочка, я хочу, чтоб он убрался из нашего дома навсегда, – выкрикнула дочь, за что и получила оплеуху от разъярённой матери.

Сергей за эту неделю вообще не помнил, когда полноценно спал. Каждую ночь он просыпался от приступа удушья. А пару раз он мог поклясться, что видел, как нечто чёрное висело над ним, когда он вскакивал в постели, жадно глотая воздух.

Теперь всё чаще дочь и отец старались находиться вне дома. Сергей пытался поговорить с женой о том, что в доме что-то не так, что-то поменялось, да и Дашка часто жалуется, что она чувствует на себе чей-то злобный взгляд. На что Мария закатывала глаза и просила не подыгрывать капризам дочери.

В один из вечеров, придя с работы и поужинав, Сергей предложил Даше погулять. Они шли по берегу озера, когда из леса навстречу им вышел Клим. Поравнявшись, Даша тут же начала гладить собак. Мужчины стояли молча.

Не в правилах Клима было навязывать свою помощь. Хоть он уже и знал, что наверняка в семье творится неладное. Но прошлый их разговор с Сергеем о неверии в потустороннее давал ему право не вмешиваться. Но узнать, верны ли его мысли, всё же хотелось.

– У вас красные глаза, – сказал Клим. – Не высыпаетесь?

– Есть такое дело, – согласился Сергей. – Последнее время тревожно на душе. У жены стало часто меняться настроение, да и вообще. Дашка чудит.

– Чудит? – переспросил ведьмак.

Сергей внимательно посмотрел на Клима. Он и сам не понимал, почему вдруг решил рассказать незнакомому мужчине, что творится у них в семье. И, чуть помолчав, продолжил:

– Чудит. Ночами спать перестала, всё ей какой-то мальчик мерещится. Говорит, что за нами в доме кто-то постоянно наблюдает. Эх, ладно, – махнул он рукой, – мелочи это всё. Детский возраст… Наверное, пройдёт.

– У Даши возраст, а у вас тогда что? – вкрадчиво спросил Клим. – Отчего не спите вы?

– Я… – Чуть помолчав, Сергей ответил: – Возможно, сердце начало сбоить. Задыхаюсь.

На этом разговор прекратился. Сергей вдруг решил, что и так достаточно сказал чужому мужику. А Клим лишь убедился, что сущность действительно есть…

Вечером следующего дня ведьмак сидел перед монитором ноутбука, когда обратил внимание на собачий лай. Выйдя на крыльцо, он услышал, как в калитку кто-то настойчиво стучит.

Солнце уже скрылось за горизонт, на улицу опускался вечерний сумрак. Идя к двери, Клим раздумывал, кто мог прийти к нему в столь поздний час. Открыв калитку, он вскинул брови от удивления. Перед ним стоял абсолютно пьяный Сергей, за руку он держал заплаканную Дашку. Клим посторонился, впуская гостей на свою территорию.

– Больше не выдержу, – заплетающимся языком бормотал Сергей. – Этот дом, он сведёт меня с ума! А она! Она будто не замечает. Я пришёл к тебе, чтобы ты её заколдовал, – бубнил мужчина, уже засыпая. Клим улыбнулся, услышав фразу: «Заколдовал её».

И, не обращая внимания на Сергея, он переключился на Дашу.

Чайник закипал, мужчина поставил на стол печенье, нарезал бутербродов и усадил Дашу перед собой. Девочка всхлипывала.

– Что случилось, Даша, чем ты расстроена?

Девчушка вытерла кулаком слёзы.

– Сегодня днём, когда мы с папой вернулись с прогулки, я вошла к себе в комнату. Над моей кроватью висело что-то чёрное и очень плохо пахло. Я закричала. Когда мама и папа вошли, там уже ничего не было. Мама стала ругаться, что я требую слишком много внимания. А я лишь хотела, чтобы мне не было страшно, – ответила девочка и заплакала.

– Даш, – начал Клим, – давай я тебе задам пару вопросов, а потом кое-что расскажу.

Дарья кивнула.

– Скажи мне: возможно, у вас в семье совсем недавно происходило что-то плохое? – спросил он. – Что-то, что могло сильно расстроить маму?

Даша не замедлила с ответом. Она хоть и была ребёнком, но прекрасно понимала, что когда в семье кто-то умирает, это ранит всех. А тем более, когда умирает ребёнок. Конечно, она видела, как тяжело было маме и папе.

– Умер мой маленький братик, – ответила девочка. – Мама очень сильно переживала, много дней лежала в постели, отвернувшись к стене.

В голове Клима начинал складываться пазл. Конечно, истинную причину того, как к Марии мог прицепиться элементарий, мужчина не знал, но прекрасно понимал, что постоянные мысли об умершем ребёнке вполне могли притянуть из астрала душу мертвеца.

– Послушай, Даш, – произнёс Клим, – ты не думай о маме плохо. Думай о том, что это и не она вовсе. А, например, злой колдун поселился в маме и похитил её, спрятав глубоко внутри. Он говорит и делает всё за неё, специально, чтоб вы с папой расстроились.

Дашка смотрела на Клима широко распахнутыми глазами.

– А маму можно вернуть назад? – шёпотом спросила она. – Колдуна прогнать можно?

– Конечно! – ободрил её ведьмак. – Нужно только верить, что мама вернётся и снова станет прежней.

Умом Клим понимал, что несёт ересь, да и Дарья не трёхлетка, чтоб верить в сказки. Но что ещё он мог сказать девочке?!

«Даша, твоя мама притащила в дом мертвяка!» – скажи он это ребёнку, и психологическая травма на долгие годы ей обеспечена. Тем более что нечто страшное она уже видела сама.

Уложив девочку спать на своей постели, Клим укрыл спящего за столом Сергея покрывалом, а сам заперся в кабинете. Он взял с полки одну из старинных книг и погрузился в чтение.

Утром его разбудил стук в дверь комнаты. Вошла Даша.

– Дядя Клим, вы проснулись? – спросила она.

Клим осмотрелся. До поздней ночи он читал и, видимо, не заметил, как сон сморил его. Встав с кресла, мужчина потянулся и вышел из кабинета. За столом сидел хмурый Сергей.

– Прости, – начал он, едва Клим показался из-за двери, – сам не знаю, зачем пришёл. Не пью я, в общем-то. Но вчера не выдержал. Всё кувырком пошло! Жена словно не моя, Дашка постоянно говорит о страхе. – Сергей замолчал и опустил глаза в пол.

– Ну, вчера ты мне рассказал, зачем пришёл, – улыбнулся Клим.

– И зачем же? – спросил Серёжа.

– Хотел, чтоб я жену твою заколдовал.

Сергей растёр лицо руками.

– М-да уж… Не пил, и нечего начинать, – проговорил он. – Прости ещё раз.

– Даш, иди проведай, как там собаки на улице, – сказал Клим. Когда девочка вышла из дома, он заварил Сергею трав вместо чая и, подав кружку, начал:

– Послушай, мне в принципе не важно, веришь ли ты мне или нет. И не в моих принципах самому что-то предлагать. Только ведь ты и сам понимаешь, что в доме, кроме вас, поселилось ещё что-то. Даша боится не эфемерной опасности. Она ребёнок и видит по-другому. Я не буду тебя ни в чём убеждать. Скажу одно: обрати внимание на жену. Куда ходит, что делает. Или, может, в вашем доме появилась вещь, которой раньше не было. И, если что-то тебя насторожит, приди ко мне.

Выслушав Клима, Сергей поднялся, попрощался и вышел из дома. Он позвал дочку и вместе с ней отправился восвояси.

Марию дочь с Сергеем нашли на кухне. Она как ни в чём не бывало готовила еду, тихонько мурлыкая себе под нос какую-то песню. Маша обернулась.

– Скоро будем обедать, – сказала она, словно Даша и Сергей никуда не уходили. Как будто не было этой ночи, которую ни муж, ни дочь не провели дома.

Сергей не стал начинать разговор и молча прошёл в ванную. Даша, так же молча, ушла в свою комнату.

К вечеру желание пообщаться не возникло ни у кого из троих обитателей дома. Дашка закрылась в своей комнате и изо всех сил старалась уснуть, пока мама и папа не погасили свет. Сергей на кухне пил чай и читал газету. Мария смотрела телевизор.

Пришло время ложиться спать. В безмолвии муж и жена, отвернувшись друг от друга, погасили свет.

Сергей проснулся ночью от того, что замёрз. Он потянул на себя одеяло и понял, что лежит на кровати один. Потихоньку поднявшись, мужчина, стараясь не издавать шума, вышел из комнаты. Зал, кухня и комната дочки были погружены в темноту. Он посмотрел в сторону ванной и туалета – там тоже не было света. И лишь только выйдя в коридор, Сергей заметил тонкую желтую полоску, идущую от двери в подвал. Мужчина подошёл и прислушался. Тихий голос Маши он узнал сразу. Она с кем-то разговаривала. Отвечавший ей голос был отвратителен. Скрипучий и какой-то ехидный. Говоривший словно передразнивал её. А она, будто не слыша этого, продолжала задавать вопросы.

– Васенька, я не могу поднять куклу в дом. Папа увидит и наверняка решит, что это неправильно.

– Надо в дом, мама, мне здесь темно и страшно, – мерзко пищал голос.

– Нельзя, маленький мой, я так боюсь потерять тебя снова, – увещевала Мария.

Сергей приоткрыл дверь и проскользнул на лестницу. Он присел и изо всех сил старался рассмотреть, с кем может разговаривать жена. Маша сидела в самом тёмном углу и что-то держала на руках. Спустившись ещё ниже, мужчина затих и вытянул шею, чтобы лучше видеть.

По спине пробежали мурашки и волосы на голове приподнялись, когда он смог рассмотреть. Мария сидела на табуретке, держа на руках куклу, и качала её, словно ребёнка. А саму женщину густой тьмой, словно щупальцами, обвивало нечто чёрное и тощее. Сергея заколотило от страха. Так же тихо он поднялся выше и, стараясь не скрипнуть ни одной половицей, вышел из подвала в коридор. До утра он не сомкнул глаз, сидя на кресле в комнате дочери на случай, если то, что теперь обитало в их подвале, решит подняться сюда.

Утром, едва забрезжил рассвет, Сергей вышел от Даши. Пройдя мимо их совместной с женой комнаты, он заглянул в неё. Маша мирно спала. Не теряя времени, мужчина выскользнул из дома и направился к лесу.

Клим как раз собирался на утреннюю пробежку, когда к нему пришёл Сергей. Вид у мужчины был такой, словно он сошёл с ума. Взъерошенные волосы, воспалённые глаза, взгляд, полный тревоги. Его бил озноб. Сергей влетел в дом, сел за стол и незамедлительно начал рассказывать. Клим слушал внимательно, не перебивая. Когда Сергей закончил, в помещении воцарилась тишина.

– Куклу во что бы то ни стало нужно вынести из дома и уничтожить, – заговорил Клим. – Она своеобразный дом для элементария.

– Что такое элементарий? – пытаясь разобраться, спросил Сергей.

– Это душа злобного человека, утратившая связь со своим высшим «я». Плоть лишилась человеческих возможностей. Элементарию трудно смириться с этим. Он пытается прикрепиться к живому, подчинить его себе в надежде через него продолжить жить, питаясь энергией живых. Главное – не допустить, чтобы Мария принесла куклу в дом из подвала открыто, – пояснял Клим.

– Не понимаю, в чём разница, – спросил Сергей. – Кукла и так уже в доме.

– Мария внесла её тайно, как бы указав элементарию его место. Если она внесёт куклу в дом открыто, то покажет, что согласна полностью подчиниться духу.

Сергей кивнул в знак того, что теперь увидел разницу. Мужчины договорились, что Даша уведёт мать гулять, а Сергей тем временем возьмёт куклу и принесёт её ведьмаку.

Вернувшись в дом, Сергей застал жену на кухне. Маша готовила завтрак, Даша сидела рядом за столом. Мужчина незаметным взмахом руки подозвал к себе дочку и вышел с ней на крыльцо. Он попросил Дашу после завтрака уговорить маму пойти прогуляться с ней до озера. Без лишних вопросов девочка согласилась.

Когда посуда была вымыта и на кухне наведён порядок, дочь предложила матери погулять. Женщина согласилась, и уже через десять минут за ними захлопнулась дверь.

Выждав ещё пару минут, Сергей направился в подвал. Он зажёг свет, чтобы быстрее найти куклу, и сразу же направился в нужный угол. Игрушечный пупс расположился на полке в корзине. Мария устроила в ней колыбель для куклы. Она лежала, будто в люльке, окружённая белой тканью с рюшами.

Сергей схватил пупса и направился к лестнице. Как только его нога коснулась первой ступени, свет в подвале погас, а через пару секунд вспыхнул вновь. Мужчина стоял и часто моргал, смотря на руку, в которой была кукла. Вместо неё там был походный фонарик с длинной рукоятью. Он потряс головой, смахивая наваждение. Повернув голову, Сергей посмотрел в угол. Кукла как ни в чём не бывало лежала в корзине.

Медленно он опять двинулся к ней. Вытащив игрушку, мужчина направился к выходу. И, ровно как и в первый раз, свет потух, а когда зажёгся, в руке у него лежал молоток. Кукла снова лежала в корзине. Со зла Сергей выругался и швырнул молоток в угол. Резко развернувшись, он почти подбежал к пупсу и, схватив его, крепче сжал руку.

«Ай-ай-ай, – раздался тонкий детский голосок, – папочка, мне больно, за что ты так?»

Сергей замер. Он был готов поклясться, что сейчас слышал голос умершего сына. Но в тот же миг прямо над ухом раздался мерзкий, ехидный смех, и Сергеем завладел дикий, животный страх. Он рванул к двери, преодолев расстояние за три прыжка. Напоследок он обернулся и увидел, как в его сторону из темноты угла летит молоток. Дверь захлопнулась, а инструмент, ударившись об её обратную сторону, упал на пол. Нужно было срочно что-то делать, пока не вернулись жена и дочь. Он прямиком отправился к Климу.

Они сидели друг напротив друга.

– Значит так, – начал ведьмак, – сейчас ты идёшь к Даше и жене и держишь их на улице столько, сколько сможешь. Я сам вынесу куклу из дома.

Договорившись, Сергей пошёл к озеру.

Клим же, поразмыслив ещё пару минут, отправился к себе в кабинет. Времени было мало. Открыв шкаф, мужчина достал из его недр среднего размера деревянный ящичек с крышкой. Со стороны эта конструкция была чем-то похожа на гроб. Поставив его на стол, Клим подошёл к камину и, вынув из очага уголь, вернулся к столу.

Нараспев, тихим голосом он читал заклинание и чертил углём на ящике знаки и символы. Закончив с этим, мужчина снял с полки пузырёк с маслянистой жидкостью и крестообразно накапал ею внутрь ящика.

Взяв красную свечу, на обратной стороне ведьмак нарисовал воском треугольную ловушку Гекаты, зная, что эта печать способна удержать многих духов. Когда домовина была готова, Клим обернул её тёмной тканью и, прихватив с собой толстую чёрную свечу, отправился в дом Сергея.