– Извините! Пожалуйста, простите. Давайте сделаем вид, что между нами этого разговора не было?
Пошла на попятную? Лучше бы честно ответила на мой вопрос. Но я могу быть настойчивым:
– Ты не ответила на мой вопрос. Зачем тебе это?
Я замер в предвкушении, ожидая от неё правдивого ответа.
– Да, конечно, вы имеете право это знать. Не подумайте, что я какая-то легкомысленная и разбрасываюсь подобными предложениями… Напротив, вы первый и единственный мужчина, которому я подобное предлагаю.
– Почему?
– Можете считать, прихоть у меня такая. Давно не было… близких отношений с мужчиной…
Она говорит правду, хотя в такое мне верится с трудом. Жизнь полна сюрпризов! И всё же я чувствую, что она не лжет. Да и информация, которую я о ней собрал из разных источников, подтверждает её слова… А моя истинная пара, выходит, полна сюрпризов.
– Шесть лет, – тем временам продолжила пояснять Яна, – шесть лет у меня не было физиологических отношений с мужчиной. А я пока ещё молодая женщина, по крайней мере таковой себя считаю! Простите меня за этот разговор. Думаю, вам лучше уйти пока я не сгорела от стыда…
– Я согласен, – поторопился дать я ей свой ответ.
Глава 4
Яна
– Я согласен, –его голос прозвучал словно удар молота.
Согласен? Серьёзно? То есть, мне удалось сделать этот шаг? Сейчас у меня как раз середина моего женского цикла, то есть, с медицинской точки зрения благоприятный период для зачатия. Конечно, я не наивная дурочка и прекрасно понимаю, что с первого раза не факт, что получится. Некоторые супружеские пары идут к такому годами. Но стоящий напротив меня мужчина очень хороший кандидат в отцы моему ребёнку, и грех не воспользоваться таким шансом. А может, если нам обоим процесс понравится, мы с ним встретимся и не один раз, чтобы, так сказать, закрепить позиции…
Кого-то другого искать на эту роль пока меня не тянет. Да. Французский художник с аурой власти и силы, и к тому же красавчик, для задуманного – лучший вариант. Намного лучше, чем непонятно какой донор. Уж я-то знаю, что в клинику донорами чаще всего идут те неудачники, которым нужны причитающиеся копейки за сданный биоматериал. Состоятельные, самодостаточные и успешные личности на такое точно не пойдут.
Сама себе утвердительно махнула головой и поняла, что он все ещё стоит напротив и смотрит на меня.
– К-хм, у меня через час заканчивается смена. вам удобно было бы меня подождать?.. Или встретимся позже, в назначенное время?
– Я подожду.
– Хорошо, спасибо. Обещаю не задерживаться.
Он вышел из ординаторской. Проводила взглядом его удаляющийся от меня горделивый и властный стан и выдохнула. Ох, и кашу я заварила!
Смена закончилась. Я переоделась, и вышла из ординаторской. Поля в районе моей видимости не было. Передумал? Сбежал? Совершенно не удивлюсь такому раскладу.
Но когда я спустилась по лестнице в холл больницы, то облегчено вздохнула, понимая, что ошиблась. Там на кушетке сидел он, ожидая меня. Сердце забилось в волнительном ритме. Он очень необычно смотрелся на этой кушетке. Шикарный, одетый в деловой костюм с иголочки, с аурой уверенности, силы, влиятельности и богатства, он очевидно выбивался из привычного для моих глаз больничного антуража. Аж самой себе завидно стало, что этот мужчина ждёт меня! Поэтому меня нисколько не удивили оценивающие нас любопытные взгляды, когда я подошла к нему.
– Я освободилась. Можем ехать?
Он встал и жестом показал мне, что готов, но только после дамы. Так молча мы вышли из клиники. Естественно, он, как галантный кавалер, на выходе опередил меня и открыл дверь, придерживая и пропуская. Ох, я уже и отвыкла от таких манер!
– Моя машина вон там, – указал он мне на парковку, и я последовала за ним к шикарному автомобилю.
В марках машин я не сильна, но его внедорожник мне очень понравился, роскошный как внутри, так и снаружи. Он придержал мне дверь и помог усесться на переднее пассажирское сидение. Сам неторопливой, вальяжной походкой обошёл машину и сел в водительское кресло. Между нами возникла пауза.
– Ну что, куда поедем? – из раздумий меня вывел его голос.
И правда, куда? Как-то сразу я об этом не подумала. Но с учётом моих определённых намерений… В гостиницу я не хочу. Это пошло, буду себя чувствовать проституткой.
По-своему восприняв моё молчание Поль заговорил:
– Я остановился в отеле «Летте», в их ресторане неплохо готовят. Ты ведь голодна?
– Нет! Поехали, лучше, ко мне домой, пожалуйста. Не хочу в отель. вы ведь не против?
–Я думал, что мы уже давно на «ты» перешли.
– Да, конечно. Извини. Ты прав. Мне просто сложно так сразу перестроиться… Ты не против поехать ко мне?
– Нет. Говори адрес.
Он настроил навигатор на мой адрес, и дальше мы ехали в полной тишине. Странно, но эта воцарившаяся между нами тишина почему-то не напрягала. Да, было неловко, я чувствовала себя немного сконфуженно, потому что попала в необычную для себя ситуацию и предполагала, что нас двоих ждёт дальше. Но при этом, несмотря на всю пикантность ситуации, мне с ним было комфортно. Как будто он мой старый друг, и я давно его знаю… Если, конечно, исключить мысли о том, с какой целью мы направляемся ко мне.
Он остановился возле моего подъезда, и уже через мгновение, пока я неторопливо отстегивала ремень безопасности, Поль открыл дверь с моей стороны. Я вышла, достала ключи из сумочки и пошла к подъезду. Краем глаза увидела, что он замешкался. Сделала полуоборот в его сторону, и как можно более ироничным голосом, стараясь не показать, что меня это сильно беспокоит, спросила:
– Передумал?
Он тут же оказался рядом. Приобнял меня за талию, заявляя на меня свои права, низко склонил ко мне голову, так, что я кожей чувствовала жар его дыхания. Хриплым голосом и практически шёпотом Поль ответил:
– Я – нет. А ты?
– И я.
Он хмыкнул и проговорил:
– Что же, у тебя ещё был шанс передумать…
Странная какая-то фраза. Это, вообще-то, моя инициатива, почему я должна передумать? В подъезд мы зашли уже молча, и в лифт тоже. Я шла, а он тенью следовал за мной. Уже на лестничной клетке, открывая ключом дверь, я немного замешкалась и его предупредила.
– Поль, надеюсь, тебя не смутит небольшой беспорядок у меня… Идея пригласить тебя появилась спонтанно, и я не готовила квартиру к приходу гостей.
– Тем лучше. Не люблю, когда в квартире стерильно и показушно.
Да уж, у этого мужчины нестандартное мышление. Я вошла в квартиру, разулась, и сразу же прошла в зал. Там на полке стояли мои фото с Тимуром. Не хочу, чтобы они на нас смотрели… Неправильно это.
Я не слышала, как Поль прошел следом за мной, и вздрогнула, когда за спиной услышала его голос:
– Зачем их убирать?
– Ты меня напугал! Не подкрадывайся так незаметно! А что касается фотографий… так будет лучше. Ты, кстати, что-то говорил про ужин. Ты голодный? Шикарный ужин не обещаю, но супом с фрикадельками могу накормить. Или же можем заказать что-нибудь по телефону…
– С фрикадельками? Звучит многообещающе.
– Хм, скажешь тоже!
Честно говоря, я не знаю, что делать и как дальше с ним себя вести. Не сразу же в спальню его тащить! Поэтому идея насчёт ужина пришлась кстати. Так хотя бы поужинаем, пообщаемся немного…
Я прошла в ванную, не спеша помыла руки. В его сторону даже не оборачивалась, но чувствовала, что он рядом. вытерев руки, повернулась в сторону выхода и воткнулась в его широкую грудь. В присутствии такого крепкого и высокого мужчины пространство ванной комнаты показалось маленьким и неудобным.
Неторопливо я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Не найдя ничего лучше, я всучила ему полотенце для рук, и проговорила:
– Ты пока мой руки, а я подогрею суп.
Молча он взял из моих рук полотенце, а дальше проницательно и волнующе наблюдал за тем, как я протискиваюсь между ним и тесным пространством ванной комнаты. Незаметно пройти не удалось. Непроизвольно всё же я задела краешком своей груди его локоть. По моему телу пробежали мурашки, а ещё мне на мгновенье показалось, что его взгляд потемнел, а губы растянулись в ухмылке. Однозначно ситуация доставляет ему удовольствие! Он словно матерый хищник, загнавший свою добычу в ловушку и получающий удовольствие от её жалких трепыханий. В нашем случае вместо трепыханий жертвы была неловкость, которую я испытывала при нем в своей же квартире.
Быстрым шагом я отправилась на кухню. Достала кастрюлю с супом из холодильника и поставила её разогреваться на плиту. Сама же принялась мыть огурцы с помидорами, для того чтобы быстро приготовь салат.
Довольно скоро Поль появился на кухне. Неторопливо он подошёл ко мне, взял нож из подставки, и чашку с мытыми овощами из моих рук. На мою поднятую от удивления бровь он пояснил мягким и в то же время бескомпромиссным голосом:
– Я их порежу, а ты пока можешь накрыть на стол.
Нормально?! Он уже и указания мне в моём доме раздаёт! И больше всего меня задело, что где-то глубоко внутри мне самой всё это нравится. Этакая семейная идиллия у нас с ним получается: муж режет салат, жена накрывает на стол. Вот только мы не муж и жена и не будем ими! В лучшем случае, нас ожидает пара ночей. А потом каждый вернётся к своей привычной жизни. Моя жизнь и работа здесь, а его – во Франции. Не хватало ещё моей бурной романтичной фантазии разыграться и унести меня в мир грёз!
Единственное, что может изменить привычный для меня расклад – это если при самом прекрасном стечении обстоятельств мой план будет успешным. Тогда я уже не буду чувствовать себя такой никчёмной и одинокой. Появится в моей жизни человечек, мой ребеночек, которому я буду дарить всю свою нерастраченную нежность и любовь.
Погрузившись в мысли, я довольно быстро накрыла на стол, и мы сели есть. То и дело во время приёма пищи я ловила на себе его задумчивые взгляды. А иногда и он замечал мои попытки его рассмотреть. Но сам ужин проходил в полнейшей тишине, если не считать его комплимента о том, что я вкусно готовлю. Вкусно? Это всего лишь самый обычный суп. Но его похвала была мне приятна.
Когда мы поели, Поль встал и, к моему удивлению, начал убирать посуду со стола. К удивлению, потому что не вписывался его образ делового, влиятельного мужчины, популярного художника в то, что он так запросто и довольно быстро орудуя ножом, резал нам салат, ел мой суп, а потом начал убирать со стола. Он бы ещё посуду взялся у меня мыть… Промелькнула мысль и вдруг я отчётливо поняла, что он может. Поэтому, когда посуда со стола перекочевала в раковину, я не выдержала, подошла к нему и взяла его за руку. Подобной инициативы от меня он явно не ожидал. А я проговорила:
– Оставь посуду. Я тут поняла, что так толком и не показала тебе свою квартиру.
И я повела его в коридор, поясняя:
– Как ты, наверное, уже понял, у меня двухкомнатная квартира. Кухня, там, где мы были, ванная, зал… А вот здесь спальня.
Я толкнула дверь в спальную комнату и, всё также держа его за руку, провела Поля внутрь. Скромно без изысков: шифоньер, прикроватная тумба, и двуспальная кровать.
Развернулась к нему, не доходя пары шагов до кровати, так и не вырывая своей руки из его ладони. Присмотрела ему в глаза и увидела, что они немного потемнели и приобрели соответствующий хищный блеск. Свою вторую руку я недвусмысленно положила ему на грудь, и он не заставил себя ждать. Придерживая свободной рукой мой затылок, он впился в мои губы поцелуем.
Изначально он неторопливо прикоснулся к моим губам, и я вдруг подумала, что за столько лет без мужчины уже разучилась целоваться. Но, тем не менее, я ему ответила, обхватив его губы своими. Для него этот мой жест стал негласным призывом к действию, потому что далее он целовал уже более напористо и страстно. Завоёвывая, будоража моё сознание, давая понять, что спокойной сегодняшняя ночь точно у нас не будет.
Все сомнения в том, смогу ли я вот так просто переспать с малознакомым мужчиной, исчезли сами собой. Я хочу его. Очень хочу. Давно такого не испытывала, и думала, что уже не испытаю.
В процессе поцелуя я начала расстегивать пуговицы его рубашки. Он понял мои действия и помог мне с этим. Вскоре совместными усилиями мы сняли его рубашку и кофту, что была на мне, она полетела вслед за рубашкой на пол. Ладони моих рук вновь оказались у него на груди, и тут я почувствовала, что что-то не так. Его кожа была не гладкой, как я ожидала, а ребристой. Я оторвалась от его губ, и уставилась на голое тело мужчины.
Мамочки мои! Все его тело было в шрамах и рубцах. Испещрено и исполосовано. Я хирург, и в силу своей работы мне приходилось видеть пациентов в разных состояниях. За годы работы я насмотрелась такого, что казалось меня уже ничем не удивить. Но эти шрамы! Что это: ожог? Похоже на него, и в тоже время не совсем. Будто помимо ожога тело ещё резали и надрывали.
Поль резко отпрянул от меня, и повернулся ко мне спиной. Она была не лучше. Исполосована такими же многочисленными белыми шрамами. Без сомнения, это старые рубцы и шрамы, и им уже не один год.
– Уходи, – резко бесцветным голосом процедил он, что отрезвило меня и вывело из раздумий.
– Что? – непонимающе проговорила я.
Он ответил, все так же не поворачиваясь. Его спина и тело были напряжены, как тетива лука. Ответил он уже более спокойным, вкрадчивым голосом:
– Я все понимаю. Тебя шокировал мой вид. Это уродство.
Он резко повернулся ко мне лицом. В его глазах читалась решительность.
– Ты иди. Я выйду вслед за тобой и покину твою квартиру.
– Зачем? Я не хочу, чтобы ты уходил.
Я сделала шаг, сокращая разделявшее нас пространство. И вновь коснулась кожи его груди, поглаживая её и выводя на ней витиеватые узоры.
Он перехватил кисти моих рук. Наши глаза встретились на этот раз в непримиримой борьбе. Но проигрывать я не собиралась. Первой заговорила я, не позволяя ему что-то возразить:
– Как врачу с профессиональной точки зрения мне интересна природа твоих шрамов. Но, как женщина, сейчас я не готова тратить время на разговоры об этом. Надеюсь, что потом ты мне всё сам расскажешь.
Он смотрел на меня, не отрываясь. На его лице застыла маска непонимания и неверия. Я же, выдернула свою руку из его захвата, положила её обратно на его грудь и проговорила, потянувшись за поцелуем:
– Поль, я буду трогать тебя и гладить, сколько захочу. И ты не трать время понапрасну. Лучше поцелуй меня.
Его рука опустилась на мою грудь, сминая её сквозь ткань бюстгальтера. Он внимательно проследил за своей рукой взглядом, и без сомнения, открывшаяся его взгляду картина доставила ему довольствие. Мне показалось, что в этот момент его глаза застилала поволока возбуждения и страсти. А затем он приник к моим губам.
Его реакция однозначно мне показала, что в таком виде, с этими шрамами, его принимали не все женщины. Ну, и дуры! Ведь даже несмотря на эти рубцы и шрамы, его накачанный пресс, широкие плечи и рельефные мышцы производили приятное впечатление. Такой вид для меня значительно лучше, чем обвисшие бока и пивной живот. А шрамы… У кого их нет? Пусть и не в таком количестве. У меня они не вызвали отторжения или неприязни, скорее, интерес. При этом Поль мне не стал противен. Даже наоборот, мне хотелось его целовать. Везде. Гладить его тело и наслаждаться его реакцией на мои прикосновения. И эти шрамы тоже, которые, судя по его реакции, вызывают не только физическую боль, но и душевную.
А еще, я вдруг осознала, что открывшаяся правда про шрамы Поля, пошла мне на пользу. Зная его изъяны, я уже не считаю его таким уж недосягаемым совершенством. Эта ситуация показала мне, что казавшийся эталоном и идеалом французский красавчик обычный человек, со своими тайнами, комплексами и заморочками. Как ни странно, это приободрило меня, и позволило мне действовать с ним более уверенно и раскованно.
Я оторвалась от его губ, укусила его за мочку уха, прошлась дорожкой поцелуев по шее и приникла губами к его груди.
– Не надо, – на этот раз хриплым от возбуждения голосом прошептал он, предпринимая попытку отстранить меня от себя.
– Но я хочу! – Произнесла я, тем не менее, отрываясь от него.
Но это я сделала исключительно для того, чтобы, взяв его за руку, повести к кровати и скомандовать ему:
– Ложись. Здесь нам будет удобнее.
Его лицо вытянулось от удивления, и он произнёс:
– Ты меня удивляешь. Я думал, что ты скромная и стеснительная. Ты ведь краснела, когда предлагала мне тебя пригласить! А оказывается, ты решительная и любишь доминировать?
Его слова вызвали улыбку на моем лице. Не отвечая на его вопрос, я лишь продолжила командовать:
– И это (указала на брюки) сними…
– Хм, тогда и ты тоже, – Он указал на мои брюки, и мы с ним синхронно начали раздеваться.
Не замечала, что я люблю доминировать в постели. С Тимуром у меня было всё иначе. Он моя первая любовь. Он был первым и до сегодняшнего дня единственным мужчиной в моей жизни. Но сейчас всё иначе. Я должна распалить страсть Поля. Я должна его заставить так сильно забыться в моих объятиях, чтобы он забыл о предохранении и каких-либо осторожностях. Я должна. Иначе все будет напрасно.
Глава 5
Яна
Полностью освободившись от одежды, он послушно лёг на кровать, наблюдая за тем, что я буду делать дальше. А мой взгляд уперся в его мужское достоинство, которое оказалось внушительных размеров, и уже было в полной боевой готовности. Вначале я стыдливо увела оттуда взгляд, и тут же увидела, как на его губах появилась снисходительная усмешка, говорящая мне: «А, всё-таки ты не такая уж и смелая!». И правда, а что это я?! Так-то мне тридцать шесть лет. Я врач, и что я только не видела за свою врачебную практику! А тут вдруг смутилась.
Вновь перевела взгляд, и на этот раз уже сама улыбнулась ему. Поля такая игра, похоже, забавляла. Не став раздеваться полностью, оставшись в нижнем белье (хорошо, что с утра, я, словно почувствовав что-то, надела красивый комплект кружевного белья, а не повседневные трусы из хлопка), я забралась на него сверху. Он лежал молча, наблюдая за моими действиями и словно боясь спугнуть. Но сейчас мной одолело игривое настроение и потребность пошалить. К тому же я не из робких, и привыкла доводить дело до конца. Да и его шрамы и рубцы меня нисколько не смущали, скорее, это выглядит необычно. Но так и тянет их пощупать, и провести по ним рукой. Это я, собственно говоря, и сделала, сразу после того, как оседлала лежавшего обнаженного мужчину.
Затем, приникла к его губам быстрым поцелуем, и далее начала спускаться дорожкой из поцелуев ниже. Услышала его сдавленный вздох. Судя по его сжатым в кулаки рукам, он уже еле сдерживается. Но мне этого мало. Я кокетливо приспустилась, и попкой аккуратно потерлась об его чувствительный орган, отчетливо при этом ощущая сквозь тонкую ткань трусиков наглядное подтверждение его желания.
А дальше я и оглянуться не успела, как он быстро расправился с застёжкой моего бюстгальтера и он тут же полетел вниз. Губы Поля жадно приникли к моему соску. Я застонала, понимая, что начинаю дрожать от накатившего на меня возбуждения и того жара, который скапливается внизу живота.
Обведя и пососав ореол соска одной груди, его рот направился к другой, а затем я услышала характерный треск ткани. Мои трусики теперь оказались лоскутом ткани. Как же так? Отвлекая меня манёврами, которые он производил с моей грудью, он испортил моё бельё!
– И зачем? Я бы могла их снять! – Обидчиво и с нотками крайнего возмущения проговорила я.
Хороший комплект белья вообще-то был. Дорогой. Да и удобный, мне он очень нравился.
Его ладонь погладила меня по спине, а затем вновь вернулась к груди, в то время как он прошептал:
– Не переживай, значит, теперь с меня новый комплект белья. Обещаю. И не один. Просто я решил таким образом немного ускорить процесс… Мне жаль, если эти трусики были тебе настолько дороги…
– Были, – проговорила я, приподнимаясь в тот момент, когда Поль вытащил остатки ткани от трусиков из-под меня. И потом, продолжая игру, я решила бросить ему вызов. – Проверим, стоили ли они того.
Он хмыкнул, принимая мой вызов, и многообещающе посмотрел на меня. И вновь поцелуй в грудь, в то время как его теплые, почти горячие пальцы прижались к моему клитору.
А он опытный любовник, знает, какие точки находить, чтобы я трепетала! Он начал выводить узоры уже ТАМ, и я не выдержала, обхватила рукой его каменный ствол и провела по нему вверх-вниз. Пусть знает, что в эту игру можно играть вдвоём. Думаю, что мой посыл до него дошёл, так как он издал полухрип-полустон, что отозвалось во мне радостным теплом.
– Яна… – прохрипел он, пытаясь то ли остановить меня, то ли возразить, а может, и вовсе побудить к действию?
Договорить я ему не дала. Прикоснулась пальцем к его губам.
– Тс-с…
Он обхватил мои пальцы губами, продвинул их глубже в рот и начал посасывать. Это получилось так интимно и так возбуждающе.
В его руках я трепетала и жаждала продолжения. При этом сам факт того, что я сверху и руковожу процессом, безумно меня заводил. Поль убрал руку от средоточия моего желания, и я ощутила, как сильно мне не хватает прикосновений его тела внутри меня. Хочу его, хочу большего.
Он же перевёл ладони на мои ягодицы, и принялся ласковыми и в то же время дразнящими движениями массировать их. Потом обеими руками крепко сжал мои ягодицы. Отпустил и снова сжал. У меня сейчас снесет крышу оттого, что я хочу ещё. Больше. Всего его!
Щеки горят от возбуждения и страсти, сердце пустилось в бег, мои соски уплотнились и призывно возвышаются, требуя внимания к себе. Он мягко прикусил мой сосок, и я понимаю, что подо мной уже мокро. Не помню, чтобы я была такой одержимой близостью и чувствовала такую безумную потребность отдаться мужчине, быть заполненной им. Может быть, эта моя идея фикс с ребенком так стимулирует?
Но думать об этом сейчас не хочу. Ни о чём думать не хочу. И ждать его действий тоже. Я приподнялась, все также поглаживая его член, и направила его между своих складочек. Потерлась о него, понимая, что мы оба уже находимся на грани и желаем одного и того же. После нескольких поглаживаний и дразнящих движений я подняла попку ещё выше и направила его орган в себя, сантиметр за сантиметром плавно продвигая его внутрь, и ощущая при этом теплоту и наполненность. Да. Так. Хорошо.
Он мне не мешал. Лишь сильнее и интенсивнее сжимал и ласкал мои груди и бедра. У меня вырвался всхлип, затем ещё один, когда я плавными поступательными движениями насаживалась глубже, наслаждаясь возникшими ощущениями, будто внутри меня оголенные провода, и каждое касание и проникновение, заставляет получать новые ранее недоступные мне чувства.
Поль
Моей паре, как оказалось, есть чем меня удивить. Она не такая простая и скромная, какой пыталась предстать изначально. Сейчас на мне находилась страстная и очень чувственная женщина. А ещё она потрясающе красива.
Не знаю, как я сразу не разглядел, насколько она восхитительна. Меня пугает то, насколько остро и сильно я на неё реагирую. Так быть не должно. Не с первого раза. Она же человек!
Но то, что сейчас происходило между нами, мной и обычной человеческой женщиной, обыкновенным снятием напряжения точно не назовёшь. Она свела меня с ума. Только сейчас я понял, что теряю выдержку ,и мой волк подобрался так близко, что ещё чуть-чуть, и возьмёт надо мной верх.
Она насаживалась на меня, постанывая и дрожа от возбуждения. выбирала темп и доводила нас до исступления, сама того не подозревая. Такая чувственная, страстная, моя!
Не выдержал. Снял её с себя. Увидел, не понимающий и сердитый взгляд. Аж смешно стало от такой её непосредственной и открытой реакции. Такая милая.
– Детка, извини. Давно у меня не было женщины… В другой раз обязательно продолжим в таком темпе, а пока…
Я перевернул её животом вниз и поставил на четвереньки.
– Ты ведь не против?
– Н-не-ет.
Так лучше, даже если волк начнёт вырываться наружу, она этого не увидит. Я резко вошёл в неё, и стон, который издала Яна, был самой лучшей песней на свете.
– Да, вот так, постони для меня…
Я стал ритмично вбиваться в её тело, позволяя инстинктам взять верх, но при этом, не позволяя вырваться своему волку. Я установил тот темп, который нам необходим. Главное, что женщина подо мной правильно реагирует на мои телодвижения, получая не меньшее удовольствие, чем я. Это подтверждают её всхлипы и то, как она изначально старалась мне подмахивать и помогать. Точно понимаю, что ей хорошо, и вот уже крик:
– О, да, да, да… – вырывается из неё наружу.
Мой темп становится все быстрее, и она уже не выдерживает, её руки опускаются, а сама она ложится грудью на кровать, оставляя приподнятой свою попку. Меня это ещё сильнее будоражит, и уже через пару движений я слышу её крик удовольствия и ощущаю, как в конвульсиях содрогается её тело. Оргазм. Её оргазм словно бальзам для моей души. Моя, ей должно быть хорошо со мной.
А далее волк всё-таки берет верх, и вопреки моим желаниям и установленным внутри себя ограничениям и запретам, мой волк впивается в её шею, оставляя метку. Видит Бог, я этого не хотел. Мне не нужна метка! Она только всё осложнит.
Не должен был этого делать. Обязан был сдержать волка. Но потерял от неё голову. И вот теперь факт проставления метки доводит до кульминации и меня…
Она легла на бок, отвернувшись от меня. Это неприятно задело. Но всё же я с лёгкостью, одной рукой, придвинул её за талию к себе и собственнически положил на неё руку. Пусть она и отвернулась от меня в другую сторону, но я здесь. Рядом.
Ох уж этот мой волк и его инстинкты! Он нашёл свою истинную пару, которую искал сотни лет и теперь не собирается отказываться от неё, вопреки доводам моего разума. А меня одолевает злость. Как я мог не сдержать своего волка и пометить её? Словно малолетний пацан, потерявший от ласк голову. Ведь когда направлялся с ней сюда, все для себя определённо решил. Человеческая пара не для меня. Уж лучше волчица, которой движут инстинкты, чем человеческая самка. Ведь находясь с ней, рано или поздно неосознанно начнешь доверять и получишь удар в спину.
Я решил во что бы то ни стало попытаться зачать с ней ребёнка. Потом найду аргументы и смогу убедить её, что ребёнку будет лучше со мной. Нужно будет, заплачу ей целое состояние, но заберу его себе. А она молодая, ещё найдёт себе человека и вполне может родить для него. Я же другой такой возможности, кроме этой, уже иметь не буду.
Однако, вопреки всему, мой волк решил все иначе, отметив свою самку. Может быть, в этом есть смысл? Если вдруг она забеременеет, то та перестройка, что произойдёт с ней под действием моей слюны, поможет слабой человеческой самке выносить здорового и крепкого ребёнка. Это очень важно.
Женщина притихла, но я чувствую по её дыханию, что она не спит.
– Не спишь? – Прошептал ей на ухо, заправляя за него выбившуюся прядь.
От моего шёпота она дёрнулась и перевернулась на другой бок лицом ко мне.
– Не сплю, – так же тихо она ответила мне.
Лохматая, все ещё раскрасневшаяся после страсти, и такая сексуальная при этом!
– Ты очень красивая.
– Скажешь тоже! – произнесла она, явно не веря моим словам, а потом коснулась рукой до моего укуса.
– Ты мне еще после всего произошедшего не веришь?! Я голову от тебя потерял.
–Что у меня здесь? – Она потирала место укуса.
Я убрал её руку, лизнул языком ярко-красную отметину и виновато произнёс:
– Я тебя укусил в порыве страсти, извини.
– Укусил? – Она расширила от удивления глаза, явно не веря в услышанное.
– Я же говорю, что ты настолько красивая и страстная, что я голову от тебя потерял.
– То есть, ты не только трусы мои порвал, но ещё и укусил меня? – с деланным возмущением проговорила Яна, а затем потянулась ко мне и неожиданно прикусила основание моей шеи.
– Ну, ты сама напросилась! – произнёс я, переворачивая Яну на спину, отчего она лишь непосредственно захихикала.
Да уж, после того, что она отвернулась от меня в другую сторону, не ожидал такой доброжелательности и непосредственности от неё. Не выдержал, и впился в её губы поцелуем, заявляя на неё права.
И она ответила, дразня, заводя и играя. В очередной раз потерял голову от такой многогранной и желанной женщины. Теперь еще долго из постели не выпущу!
Глава 6
Проснулась. Все тело ломило от непривычной ночной физической активности. Вспомнила ночь, и жар прилил к моим щекам. Это было так… эмоционально, страстно, неистово. Но в его руках я млела, горела, умирала и возрождалась вновь, как птица феникс. Сама от себя не ожидала, что полезу первой к нему, давая понять, что не против второго раунда. Не знаю, что на меня в тот момент нашло! Это была я, и в то же время не я. Более раскрепощенная, чувственная… не предполагала даже, что я такой могу быть. И вроде не пила ничего.
– Ты уже проснулась? – на пороге комнаты появился Поль, что оказалось для меня полной неожиданностью. Я полагала, что он уже ушёл. А он стоит в проеме двери моей спальни, как ни в чём не бывало!
У него голый торс, лишь брюки на себя надел. Чертовски сексуальный мужчина! И на эти его шрамы я неадекватно реагирую. Руки так и чешутся их потрогать и погладить.
Посмотрела на него, натянула повыше простынь, чем заслужила его ухмылку, и ответила хриплым после сна голосом.
– Проснулась. Доброе утро, – от его взгляда почувствовала себя несколько сконфуженно. Вроде это не я плавилась ночью от его рук, стонала и требовала большего…
– У тебя выходной? Тебе не нужно на работу?
– Нужно. У меня сегодня ночное дежурство…
– Как? Опять?
– Что значит – опять? Ты следишь за моим рабочим расписанием? – недоуменно произнесла я.
Да, я опять поменялась с коллегой сменами, хотя меня Лиля за такое ругает, но не люблю я одиночество, и дома не люблю находиться одна, уж лучше на работе, там я нужнее и полезнее. Но он-то не должен об этом знать? Откуда у него такая осведомленность?
Следующие его слова удивили ещё больше:
– Ну, раз ты уже проснулась, то пошли завтракать. Я всё приготовил.
Он ещё и завтраки готовит? Идеальный мужчина! Так. Стоп. Мне нельзя на него западать. Я не должна. Пара ночей – это всё, на что я должна рассчитывать, а дальше мавр сделал своё дело, мавр может отдыхать.
Я умылась, привела в порядок свой взлохмаченный и взъерошенный вид, и прошла на кухню. Меня ждал накрытый стол. Поль приготовил омлет с помидорами, ветчиной и зеленью, на другой тарелке лежали блины. Вокруг витал вкусный аромат кофе.
– Ты пек блины? – в удивлении спросила я.
– Да. А что тебя удивляет?
– Ничего. Просто не каждый мужчина умеет это делать…
– Я много чего умею, – хриплым и возбуждающим голосом проговорил он, от чего по моему телу пробежали мурашки.
Почему я так на него реагирую? Не должна, однозначно не должна… но лишь от его одного подобного намёка о его умениях у меня уже начинают мокнуть трусики. Когда со мной такое было? Никогда!
И еще эта его услужливость… Вот с чего завтрак? Ну, ладно, омлет, ладно кофе… но блинчики!
Мой бывший муж, Тимур, например, никогда не занимался готовкой. Он искренне полагал, что это женское дело. Не говоря уже о том, чтобы печь блины.
Завтрак получился очень вкусным. Я сама не заметила, как быстро опустошила тарелку с омлетом и перешла на блины. Только сейчас заметила его задумчивый, внимательный взгляд. Смотрит он на меня… Оценивающе.
– Что такое? Что-то не так?
– Ты ешь, потом нам нужно поговорить.
– Говори. Можешь считать, что я уже закончила.
– Ты доешь лучше.
– Спасибо. Завтрак был вкусный. А ты своим молчанием лишь интригу создаёшь, говори уже, что ты хотел?
– Хорошо, – спокойным и ровным голосом проговорил Поль. А потом его вопрос заставил меня изрядно понервничать. – Ты в курсе, что ночью мы не предохранялись?
Вот так сходу в лоб спросил он. В курсе ли я?! Я этого и добивалась от него всю ночь, чтобы он даже и не думал о предохранении… Только вот такого шага, как этот наш с ним разговор, я не ожидала. Какой же Поль ответственный.
– К-хм, не переживай… сейчас у меня не опасный период …
Он вмиг весь подобрался, как хищник на охоте, что его так насторожило в моих словах?
