– Тогда если не хватит огня, с тебя кислота. Огонь на счет три: раз, два…
Хэйт тоже собралась поучаствовать – огоньками. Благо, гадский половик хоть и не являлся мобом, был вполне разрушимым предметом. И ей хотелось верить, что хотя бы на предметы и этом сумасшедшем доме не распространяется устойчивость к магии!
– Три! – дал отмашку Рэй, с лука эльфа сорвалась пылающая стрела, саламандра метнула огненный диск, от адептки полетели угольки.
Половик полыхнул, за считанные секунды почернел и рассыпался пеплом.
Стеклянные монстры, ожидавшие своей очереди на суицид, замерли, совершенно потеряв инициативность.
– Половик-убийца: этой осенью во всех кинотеатрах страны, – передернуло Хэйт. – А мы, значит, побывали на премьере.
– Азиатское название тогда – циновка-киллер? – уточнил, смеясь, Локи.
– Ниндзя-татами, – предложила свой вариант наиболее пострадавшая – Маська.
– Коврик-аннигилятор для йоги, фитнесса и аэробики, – не остался в стороне Рэй. – Запад.
– Персидский ковер-самосдох. Хорошо, что Барби сейчас не здесь, – подвел черту под выбором названия для блокбастера Кен.
Все дружно закивали, даже Локи, знакомый с орчанкой всего лишь несколько часов.
Про комнату с половичком ничего не говорилось на форуме, так как именно в нее невидимка, подаривший Стеклодуву несколько вещей «на вырост», банально не заходил. Она была как бы и не обязательна, для подъема выше существовала лестница, к кухарке (мини-боссу) вела другая дверь, а эта, с половичком, исполняла функцию чулана. И спуска в подпол, где, увы, не нашлось ничего интересного. Только полки, заставленные стеклянной (кто б сомневался?!) посудой. Рэй обрадовался было, найдя тайник, но вскоре высказывался в стиле и духе Барби: в жестяной коробке лежали… разноцветные стеклянные бусины, по заверению Маськи, стоящие сущие медяки.
Возможно, картография помогла бы обнаружить в этом тесном пространстве настоящий клад, но для ее активации надо было вычистить весь дом.
Кухарка, к которой заглянули на огонек сразу после того, как Рэй перестал материться, задала им такого жару, что семь потов с ребят сошло едва ли не буквально. Эту даму язык не поворачивался назвать «гномка» или «гномочка», она была – гномиха, с фигурой колобка, толстокожестью бегемота, регенерацией тролля, отсутствием уязвимых мест (авантюрист смог назвать только глаза, две крохотные бисеринки, едва различимые на фоне широких щек и семи подбородков) и тесаком. Силушкой кухарка обделена не была, как и дополнительными подручными средствами: удары металлическими крышками приводили к ошеломлению всех противников, пар от кастрюль на плите обжигал любого, кто к даме приближался, кухонные ножи и вилки отменно применялись в качестве метательного оружия, а кому не хватало и этого – у кухарки имелась добавка, в виде раскаленной сковороды, которую она то и дело подхватывала с огня левой рукой и лупила замешкавшихся бойцов ближнего боя.
Пар от кастрюль еще и не исключительно вверх шел, эта нехорошая гномская женщина им управлять могла, как струей воды из брандспойта. Хорошо еще, «парометы» были сами по себе неподвижными, с плиты кухарка их не снимала.
Самым же неприятным умением было сильно похожее на Маськино «от винта»: огромное (вширь) тело гномихи закручивалось с немыслимой для такой комплекции скоростью, выставленный горизонтально тесак, если входил в игрока, урона наносил много больше, чем обычный пропущенный удар этим же тесаком вне состояния «пропеллера». Зато, когда время действия умения (от пяти до десяти секунд) проходило, кухарка на такой же срок останавливалась, пошатываясь, только звездочек над головой кружащихся не хватало. Это было идеальное время для вливания урона в спину, Рэй в те секунды отрывался по полной. Однако, чтобы дожить до ступора, приходилось очень-очень быстро реагировать: колобкообразная дама аж размазывалась в движении, входя в раж, как этот скилл для краткости окрестил Кен. Маська разок не увернулась, так еле откачали лечением и эликсирами.
Только один недостаток нашли у этого мини-босса – недостаток маневренности, кроме этих вот «закруток», она не отходила далеко от плиты, что отчасти компенсировалось бесконечным метательным боезапасом: за час почти реального времени, что били кухарку, ножи у нее не закончились.
Тяжелой люстры в кухне не было, и с наскока сию даму было не победить. Зато были – потолочные балки, причем не под самым потолком, а в полуметре от него, на них и загнали при помощи доброго слова и среднего размера голема Хэйт, Кена и хозяйку голема, доставшую арбалет. Второй раз подставлять малую под «пропеллер» было признано непрофитным: ловкостью она уступала «коже» (авантюристу с кинжальщиком), и не настолько велик был гномий урон, чтобы рисковать.
Саламандру Рэй усадил на дальнюю от плиты перекладину, а Хэйт не стала рисковать неповоротливым и слегка раскабаневшим в залах-пещерах Бестий детенышем гидры, его пришлось отозвать, в горячке боя было трудно уследить за случайным ножом или струей пара от кастрюль. Самые юркие, Рэй с Локи, остались внизу, чтобы держать на себе агрессию гном-бабы (не путать с бабой-гномом!) и при этом иметь возможность увернуться от ответных атак: с тесаком и сковородкой кухарка обращалась мастерски.
Для чего кинжальщик оставил призванной питомицу, несмотря на невосприимчивость магии у кухарки, стало ясно, когда он не успел отскочить под «раж». Короткая команда: «Дым», – и его фигура стала полупрозрачной, окутавшись… дымом. Гномиха в состоянии «пропеллера» мелькнула перед дымчатым лицом, пропала, чтобы проявиться уже за спиной неудавшейся жертвы. Целехонький и уже не дымчатый Рэй проводил взглядом вращающиеся телеса.
Механика была схожа с бестелесностью Массакре, только в отличие от шансовой пассивки, саламандра умение активировала в нужный хозяину момент, или голосом, или нажатием обозначенной пиктограммы. Откат – это чуть позже парень уточнил для любопытствующих – у скилла был четыре часа. На последовавший вопрос авантюриста: «Каково это, когда сквозь тебя пролетает центнер?», Рэй отшутился, мол, отделался легким испугом и ощущением щекотки.
Спустя половину часа Хэйт запарилась от однообразия и «широкого» выбора доступных умений. Очевидно было, что урона их неполной группе, еще и ниже по уровню, чем обитатели данжа, недостаточно. Чужих людей (эльфов, гномов – не считая мини-боссов) в доме не было, но все равно, царапающее по драгоценной паранойе решение далось адептке через силу.
«Если не доверять своим, своему клану, своим… друзьям уже, пожалуй, то кому вообще я могу доверять?» – постаралась убедить себя девушка.
– Расспросы не приветствуются, запрет на разглашение. Кто заскринит, запишет видео, сольет в любой форме информацию об увиденном, будет переведен из Ненависти в Любовь, – ледяным голосом, морщась от принятого решения, как от съеденного лимона, сообщила присутствующим Хэйт. – Любить буду вот этим самым посохом.
И заменила посох духовой трубкой, иглами и ядом. Трубку после боя с Таришей сдать не потребовали, кое-какой запас игл и яда у нее оставались, а после, пока шли суд да дело в гномьих землях, через аукцион нашлись и иглы, и несколько видов ядов, причем по бросовым ценам. Яд не магического, а алхимического происхождения на этом мини-боссе работал, как надо, это еще авантюристом и кинжальщиком было проверено.
Процесс убиения толстенной во всех смыслах гномихи ускорился. Напоследок дама приберегла сюрприз: кулек жгучего перца, раздутый по всей кухне богатырским дыханием дамы. Перец, кроме непрерывного принудительного чихания, подарил ослепление, дезориентацию и жгучую боль на всех неприкрытых доспехами участках тела. Очищающее пламя пришлось как нельзя кстати, причем из-за слепоты система предложила Хэйт голосовую активацию умения. Дальше было дело техники и длани очищения, начиная с убийцы: его за недолгое действие ослепления гномиха успела приложить сковородкой и готовилась, судя по всему, разделать кинжальщика на шашлык. Или карпаччо, там как раз мясо тонко-тонко нарезается.
От кухарки (с пылу, с жару, как высказалась гномочка) группе досталось два предмета, без обсуждения ушедшие в инвентарь лидера клана Ненависть: поварешка и редкий рецепт, кулинарный, что было вполне логично. Никто, кроме Хэйт в клане не занимался кулинарией, так что никакой конкуренции и быть не могло.
А еще бой принес прибавку к статам: плюс пять к силе и две единички к ловкости. Если до этого ее участие в схватках в РМ («реалити-моде») сводилось к минимуму: с порога и до кухарки адептка получила лишь одно поощрение от системы, единичку к интеллекту после запуска угольков в половичок, что не сразу и заметила, так как убрала часть оповещений, выпадающих в процессе боя, а после приняла за издевку; то за стрельбу из трубки система отсыпала щедро, правы были азиатские аналитики.
Осмотр лута Хэйт начала с рецепта: изучить его было нельзя, но свойства окрылись.
| Рецепт кулинарного дела: Тыквенный сюрприз. Срезать верхушку с тыквы, убрать семена и мякоть. Мелко нарезать мясо (по вкусу), корнеплоды, лук, морковь; смешать, сдобрить маслом и специями. Соль по вкусу. Наполнить тыкву смесью из мяса и овощей, залить водой до краев, укрыть смесь пряными травами. Накрыть тыкву верхушкой и убрать в печь на 2 часа. При приготовлении в переносной жаровне время приготовления увеличивается до 3 часов. Количество порций: 1.Накладываемые эффекты: Повышает живучесть на 100. В зависимости от выбранного мяса возможны дополнительные эффекты. Время действия эффектов: 180 минут. Допустимо сочетание эффектов с эффектами от других блюд (класса «обычное»). Ранг: подмастерье. Класс: редкое. |
В принципе, до ранга подмастерье не так и долго ей осталось расти – при должном старании и относительно свободном времени. Теперь и стимул появился, даже два: с давнишних пор пылился у нее рецепт крем-супа из мяса речного краба. Да, тыква-сюрприз готовится не быстро, причем по одной порции, зато эффект долго длится, а если совмещать приготовление тыквы с какими-либо другими рецептами, то и срок приготовления не проблема. Нужна только хорошая кухня, вроде той, что у Сорхо в Обжорке.
Поварешка при ближайшем рассмотрении также была признана годной.
| Поварешка Послевкусие. Тип: предмет-модификатор для набора ремесленной профессии; одноразовый, непередаваемый. Приготовленные с помощью поварешки Послевкусие напитки и супы сохраняют накладываемые блюдом эффекты на 50 % дольше. Класс: редкое. При использовании добавляется к набору инструментов для кулинарии (навсегда). |
Пока Хэйт изучала новинки, ее компаньоны осматривали кухню на предмет того, чем бы еще поживиться. Нашли кладовую с овощами, кое-какие травы в связках, полку с приправами и ледник с оленьим и медвежьим мясом. Мясо и травы отправились в инвентарь адептки, овощи оставили на месте. Девушка представила на секундочку, как бы ржал ее знакомый повар, если бы она притащила с места сражения гору овощей, вывалив их, как когда-то капустные кочаны, на стойку в его трактире.
По поводу раскрытия страшной тайны – стрельбы из духовой трубки – никаких вопросов не воспоследовало. Только одобрительно-восхищенные взгляды и жесты. Даже гномочка ухитрилась смолчать, ограничившись выставленным вверх большим пальцем, да проведением пальцами вдоль губ, мол: рот на замке.
«Светить всегда, светить везде, светить до последнего хрюка. Иль со щитом, иль на щите, вот лозунг мой – и Рюка!» – жестоко извратила строки Маяковского в чатике Барби, пока Хэйт набивала инвентарь.
Это она по выбранной чародеем стихии проехалась. Свет, та его урезанная часть, что доступна для изучения классу Рюка, это не исцеления с благословениями, как можно было бы подумать, а разные вспышки и блики, от массовых до точечных, с эффектом ослепления. Клеймо света, режущее защиту врагу; карающий свет, на секунду ошеломляющий врага, плюс немного урона; возмездие света, оцепеняющий скилл; еще ряд дебаффающих мерцаний и сияний. И призыв света, усиливающий урон от оружия чародея. Не все из перечисленного, до большинства умений Рюку еще расти и расти, но кое-чем он уже мог «засветить» противника. Именно свет давал другу Хэйт маневр в контроле, даже тьма – стихия с широким выбором дебаффов – уступала, больше уходя в урон и порезку характеристик. Свет был ситуативен и, как высказался Рюк: «Его нельзя разыграть, катаясь лицом по иконкам», – и тем был ему интересен.
– Похоже, народ заскучал и решил пощупать мини-босса, – осмыслил прочитанное Рэй. – Любопытно, хрюк последний – это у Рюка или того, с кем они воевали?
– Барби весела, так что я за второй вариант, – улыбнулся Кен.
С ним согласились: случись в данжике вайп, в чате появились бы не от одной орчанки комментарии.
Если бы не длительное время приготовления, Хэйт предложила бы ребятам подпереть дверь в кухню (мини-боссы возрождались существенно дольше обычных мобов) и сделать перерыв. Она состряпала бы свеженький суп из десяти трав, все же бонус от новенькой поварешки виделся весьма полезным. Чем реже приходится обновлять баффы от пищи, тем ниже вероятность остаться в затяжной схватке без них. Не говорить же вражинам: «Постойте, уважаемые, где стоите, мне нужно перекусить».
Но они и без того потеряли час на возню с кухаркой, и не верилось ей, что вот так, с наскока, неполной группой, без полноценного лекаря, им удастся пробиться там, где другие терпели неудачу. Рано или поздно удача и смекалка дадут сбой, и очухаются они уже в гномьем форте. А пока этого не случилось, вместо перерывов и посиделок (в холле насиделись) лучше было продолжить прохождение дома.
«Три этажа. И подземный этаж. Лучше несколько. Зависит от одобрения строительного плана», – на удивление, в чате отметилась не Барби, а Хель.
«Подробнее?» – спросила в чате же Хэйт, как наименее занятая в процессе избиения стекляшек.
«Завтра мне передадут чертежи. Есть инженер. Оборудуем под землей помещения для тренировок. Двор, возможно, тоже. Первый этаж для представительства мануфактуры, кузни, лаборатории и прочего. Второй: зал для сборов клана и личные комнаты основателей, кроме лидера. Главе клана третий этаж», – последовал развернутый ответ.
«Мне и одной комнаты хватит», – смутилась глава клана.
«Неверно. Для дворянства не хватит. Этажа – да. Для главы титул «дворянин» желателен. Скидки, бонусы и репутация всему клану», – отмела возражение демоница.
– Несколько подземных этажей для тренировок, – с трепетом проговорила Мася. – Несколько!
«Малый портальный камень тоже лучше установить под землей», – добавила к вышесказанному Хель.
– Нам нужно очень много трофеев, – с надломом в голосе сказала Хэйт. – Я бы предложила ускориться, но вы и без того шустрите, как можете…
– Старый, забытый мем из древней культовой игрушки помните? «Нужно больше золота!» Это ж про нас, – продемонстрировал стремительность вливания в коллектив Локи. – «Нужно построить зиккурат!»
Малый портальный камень с возможностью переноса по трем (максимум) координатам: либо к стационарным портальным вратам, либо к другому такому камню, стоил скромных сто тысяч золотых.
– Как насчет того, чтобы открыть еще одну расу? – предложила рачительная гномка, причем по голосу так и не сказать было, шутит она или спрашивает всерьез. – Водоплавающих отметаем, остаются летающие.
– Письмо! – полным уныния голосом возвестила чернильная клякса.
– Летающие уже заняты. Разработчиками для переноса почты, – вздохнула Хэйт, гадая, что случилось у Сорхо?
Ведь все прочие игровые ее знакомцы из френдлиста с недавних пор могли просто написать сообщение в чат клана, не заморачиваясь с корреспонденцией.
Рэй с Локи быстро сработались. Знание уязвимых мест превратило разбор местных мобиков на осколки в рутину. Не будь разницы в уровнях, для приноровившихся ребят зачистка помещений и вовсе бы трудов не составила. Посмертные осколочные взрывы старалась брать на себя Маська, а на остальное хватало лечения с регенерацией от Хэйт. Не спешить и не подставляться, с этим девизом можно было выбить все стекла в доме.
Хэйт заскучала: эффективность трубки с иглами была ощутима на кухарке, но у мобов от игл разве что царапки на поверхности появлялись. Чем аккуратнее они перемещались, тем реже нужно было лечить товарищей по группе.
И потому она пошла на вольность, какую никогда бы не позволила себе в обычном походе: достала лист бумаги с карандашом и начала делать эскиз стеклянной козочки, как раз заносящей копытце для удара. Так, подлечивая периодически, она с дюжину листов перевела. Наброски же отправлялись в инвентарь, на место чистых листов. Когда же все мобы первого этажа были убиты хотя бы по разу, и группа собралась на перерыв с перекусом в холле, перед подъемом по лестнице на второй этаж, Хэйт занялась наброском горничной, по памяти. Благо, люстра все еще валялась: вероятно, пока в здании есть игроки, так она лежать и будет. Чинить цепь никто не станет.
Потом, в порыве срочного вдохновения, попросив приятелей обождать несколько минут, перенесла на лист и кухарку, с тесаком в одной руке, сковородой в другой, с паром от кастрюль и оседающим облаком из ядреных приправ на фоне.
| Прогресс достижения: Взгляд истины! Уровень достижения: 3.Вы создали серию набросков, зачастую не выходя из состояния боя. Теперь, благодаря вашим способностям художника, вы сможете видеть степень уязвимости и сопротивлений монстров! |
– Друзья, я готова к свершениям, – горящим взором окинув холл, сказала адептка. – Благодарю за ожидание. Поверьте, оно было не напрасным!
Как выяснилось вскоре после подъема на второй этаж, степени отображались не в процентах, что было бы удобно для нее, а текстовыми обозначениями. Так, устойчивость к магии у стекляшек была полной. Уязвимость же к разным типам оружия (у разных стеклях) варьировалась от незначительной до средней. Предположительно, если создатели игры не изменили своим привычкам, шкала выглядела так: незначительное – слабое – среднее – сильное (как раз такого не попалось пока взгляду) – полное. Подводить числовые или процентные промежуточные итоги все же было рано. Только с полнотой все было ясно без попыток вычислений.
Собственно, в рядовых схватках с мобами участие Хэйт на этом и завершилось: как только ребята узнали, за что она получила доступ к новой информации, все дружно забряцали бутыльками с эликсирами. И попросили весьма настойчиво не отвлекаться, если прямо помирать кто-нибудь не начнет. И то, об умирании пообещали предупредить громким возгласом. Заранее.
Осведомились, много ли у нее с собой листов. Хэйт повинилась, что по ошибке купила вместо одной стопки из ста листов десять таких стопок: кто-то выкинул их на аукцион по цене ниже, чем у неписей, а как там лишний нолик в сделке появился, ей неведомо. Впрочем, вся сделка «потянула» на два с половиной золотых, что не превысило честно поделенного прибытка от распроданного хлама из озерного сундука. Так что на весь сумасшедший дом с лихвой должно было хватить материала для набросков.
Геро получил команду держаться строго за спиной хозяйки на метровом расстоянии, чтобы и опыт шел, и не отхватил стеклянного заряда в организм. К моменту неприятной встречи с помощниками Стеклодува детеныш гидры добрался до двадцать пятого уровня и нового умения. Пассивного, по доброй традиции. Еще одно «шкурное» умение легло в его копилку, к «толстокожести» прибавилась «чешуйчатая кожа» с занятным описанием: при полученном ударе оружие противника может соскользнуть при условии успешной проверки на прочность. Как всегда, без бутылки (хотя бы эликсира завалящего) понять по описанию, как оно будет действовать, было проблематично. Зато чешуя питомца, прежде зеленая, потемнела до малахитовой, по краям окрасившись бордовым.
Гномочка пообещала вскорости «милому малышу» (это питомцу адептки, а не кому-то из присутствующих парней) сделать подарочек, но сначала им всем дружно придется завалить дядечку… дядечек… что-то среднее.
Это ее так вид помощников сбил с толку, они были сиамскими близнецами, с одной парой ног, но выше талии тело разделялось на два: две грудных клетки, две пары рук, две головы. Убийца, пробегавший второй этаж исключительно в режиме невидимости, о помощниках упомянул вскользь, без каких-либо деталей. У деталей же было два щита, булава и нечто изогнутое, что Хэйт приняла за серп, а Кен со знанием дела назвал – хопеш.
Как вскоре выяснилось, точек зрения на бой у них тоже было две: Локи с Рэем попробовали помощников «растащить», поочередно нанося удары и отпрыгивая с двух разных боков близнецов. И те, как миленькие, растаскивались: каждая половинка пыталась прикончить своего противника, в итоге они мялись на небольшом пятачке. Оставшаяся группа так же поделилась, Кен стрелял со стороны Локи, Мася развлекалась с арбалетом со стороны Рэя. Хэйт поручили сначала, пока вроде как нет особой опасности, сделать набросок, а потом уже включаться в сражение.
Не обошлось без сюрпризов: сдвоенные гномы подпрыгивали, оглушая противников на пару секунд, швыряли случайным образом свое оружие в одного из врагов: так, один раз прилетело булавой в рисующую Хэйт, вообще к тому моменту ничего не сделавшую в этом бою. Хорошо еще, что дружный окрик помог среагировать и частично уклониться, летящая булава ударила вскользь, всего четверть здоровья сняла. О последствиях прилета булавы в головушку оставалось только догадываться. К счастью, товарищи не зевали. К несчастью, брошенное оружие снова оказывалось в гномьей руке спустя несколько секунд.
«Кому метательные шпильки, кому хопеши с булавами», – покачала не разбитой головой Хэйт и вернулась к наброску.
Щиты «гномодублей» тоже были не для красоты: на них и часть ударов с выстрелами принималась, они же и оглушение наносили. Впрочем, знакомые с траекторией движения щита при станящем ударе на примере своей гномочки, убийца с авантюристом не попадались под аналогичные удары помощников.
При падении здоровья в «красную зону» помощники издали вопль с эффектами: ошеломления, головокружения и потери слуха. Правда, после кухарки с ее специями к чему-то подобному ребята и готовились, так что к началу вопля совсем рядом с ними никого не оказалось, а пока парочка решала, в какую сторону им ковылять, самый опасный эффект ошеломления закончился.
Словом, кроме запаса здоровья и частоты блокирования ударов, ничем близнецы не выделились. Как-то даже разочаровали.
Зато с них выпали: щит и… сорок пять золотых. Это были первые монеты, полученные в стенах дома Стеклодува, как будто вся наличность работников осела в карманах этих «вышибал».
| Щит Вечного Рока. Тип: щит. Класс: легендарное. Защита: 230. Прочность: 420/420.Дополнительная защита щитом при попадании по нему: 340.Шанс срабатывания блока: 20 %.Шанс уворота: -20 %.Живучесть: +85.Необходимый уровень: 35. |
По трудам была и награда: не сказать, что кто-то сильно утомился в этом бою, так что и единственному цельному предмету (плюс золотишко!) были рады. Хэйт так и вовсе четверть боя карандашиком по бумаге шкрябала, а потом чуть-чуть иглами «поплевалась», стараясь попадать не в щиты. И даже за эту малость система насчитала ей бонусных четыре единички к силе и одну к ловкости.
Щит отдали гномочке, хотя та, скромно шаркнув ножкой, сообщила, что ее нынешний щит ничем не хуже. Кен отлично помнил параметры экипировки своей прекрасной половины (особенно стоимость брони), и эпический щит на двадцать пятый уровень выдерживал сравнение с легендаркой тридцать пятого. Так что Масе поручили хранить у себя ценность, чтобы после выставить на аукцион, если ценность сия не выпадет при весьма вероятной смерти на этаже с главным боссом.
Дальше, вплоть до подъема на третий этаж, художница занималась художествами, изредка отвлекаясь на подхил.
Перед подъемом было совсем жиденько в плане мобов. В клан-чате подозрительно притихла Барби…
«Ребят, у вас там все хорошо?» – спросила Хэйт, закончив очередной набросок.
«Норм», – откликнулся Монк. – «Небольшое спонтанное ПВП. Почти закончилось».
«Подробности клещами тянуть? Как вы вообще ухитрились найти ПВП в данже с посещаемостью чуть выше нуля?» – девушке оставалось только головой качать.
«Свинья грязи найдет», – нашел секундочку для чатика и Рэй. «Барби, дорогая, я любя».
«Три гнома, орк и хуман», – решил внести ясность Рюк. – «Стали клеить демоницу, бард стукнул лютней самого наглого, хумана. Отправили их на респ. Танцовщица лупит барда за то, что он не профильно применил инструмент. Плеткой лупит. Монах разбирает трофеи. Орчанка ржет. Я собираюсь в офф, спать пора».
Дальнейший чат потонул в обещаниях больно стукнуть «главного свинтуса». Если не стукнуть, то натравить на него кошечку, шерстяное исчадие ада и воплощение бессонницы в одном миниатюрном тельце. Потом Барби потребовала не бить «главгада» без нее, но была мягко отправлена Кеном в реал, петь куплетик про безвременье исчадию ада. По кругу, пока ушки у кошки не свернутся в две трубочки. Кен был назван гением (и не только орчанкой), чат вскоре затих: «младшая» группа отправилась в реальный мир.
– Предлагаю утереть нос всем неудачникам до нас, – уверенно сказала гномочка, поставив ногу на ступень лестницы, что вела к Стеклодуву. – И закошмарить дядьку с первого прохода.
Единственное помещение третьего этажа никак не походило на логово страшного босса: подсвеченная через большие витражные окна с растительными узорами комната выглядела, как рабочее место скульптора (художника?), скрещенное с лабораторией алхимика. Шкафы, причем не деревянные, а металлические, по дальней стене, ряд металлических же столов с разноцветными кристаллами, прозрачные вазы с цветными осколками, чаши с кварцевым песком, две больших печи. Колбы с жидким цветастым содержимым и округлые сосуды. Набор разнообразных кистей, палитра, коробочки с красками; щипцы, ножницы, длинные трубки, разные инструменты непонятного назначения.
Хозяин помещения на опасного и грозного босса тоже не походил: сухонький такой седовласый гном, безусый, безбородый, что для гномов мужского пола в возрасте редкость: усы с бородой, длина их, способы плетения и другие нюансы, многое могут сказать дотошному наблюдателю. Очки с двумя разными стеклами: одно прозрачное, другое зеленое. Серый безразмерный балахон без рукавов, но волочащийся по полу.
– Вы внизу шумели? – перестал вышагивать по кругу в центре комнаты Стеклодув. – Поделки побили, работничков проучили? Теперь, значится, со мной решили побороться?
– А надо? – автоматически спросила Хэйт, оглядывая комнату-лабораторию-мастерскую.
– А трофеи как же? – вопросом на вопрос ответил старичок, чем немало смутил девушку: она не ожидала никакой иной реакции, кроме ответной атаки, разве что с некой вступительной речью, их (речи) разработчики любят прописывать боссам, которые в принципе разговаривать могут.
Личам там всяким, некромантам, ведьмам доморощенным…
– Трофеи, это, конечно, здорово, – осторожно подбирая слова, как будто по тонюсенькому льду ступая, ответила Хэйт. – Но разве они – самое важное?
Рядом легонько поперхнулась гномочка.
– А что же по-твоему важнее трофеев, чужеземка? – сощурил как минимум один глаз (тот, что за прозрачным стеклышком, глаз за цветным было плохо видно от входа) Стеклодув. – Ну-ка, удиви старого.
«Чужеземка» была приятным разнообразием после «пришлых», «мальков» и «юной леди». Хэйт это обращение определенно понравилось. А еще ей вспомнилось, как эстетично была оформлена долина вокруг дома. Ну и что, что после милого диалога им придется биться с этим гномом, а потом, скорее всего, подниматься с холодной плиты круга воскрешения и скорбеть об утраченной экипировке? Это не умаляло восхищения девушки работами необычного игрового босса.
– Искусство, – решительно ответила она. – И мастерство. И красота, конечно же.
– Мастерство – это очень важно! – поняв, что их все еще не атакуют, поддержала подругу Массакре. – Стеклодувное мастерство, несомненно, важное, сложное и деликатное. Инженерия, которой я занимаюсь, тоже из таких.
– Любопытно, – потер подбородок местный босс, после чего обратился к парням. – А вот вы не хотите разве заполучить ценную вещь? Скажем, легендарный кинжал? Пылится у меня один…
– У нас свое все есть, спасибо, уважаемый, – за всех парней ответил Кен, тайком показав кулак кинжальщику.
Видимо, включился в отыгрыш: если человек – ролевик, этого из него не вытравить, даже если уши развесистые пририсовать.
– А работников побили тоже ради искусства? – всплеснул руками Стеклодув.
– Именно, – настал «звездный час» художницы. – Взгляните: вот ради этого состоялся наш поход.
Она осторожно протянула старому гному кипу изрисованных листов. Даже если он их уничтожит – невелика потеря, достижение уже повысилось, да и по второму кругу первый и второй этаж они должны без особых проблем пройти снова, случись такая надобность. На листах были все встреченные по дороге к старому мастеру монстры: изящный фламинго, что не очень-то изящно ухватил за ягодицу авантюриста, обезьянка, прыгнувшая откуда-то с полок на Маськину голову, отряд огромных комаров, клином налетевший на кинжальщика, множество, множество других… Все стеклянное разнообразие творений Стеклодува.
– Я позже непременно их раскрашу, – пообещала Хэйт пораженному гному, который не забыл все же вернуть листы владелице. – Все они нападали на нас первыми, без разговоров, и приходилось им отвечать. Ваш портрет, я надеюсь, я смогу написать без всех этих лишних, отвлекающих грохота, вспышек и беготни?
| Новая способность Дипломатия добавлена! Дипломатия (пассивное): Увеличивает вероятность благоприятного исхода в переговорах; при наличии способности Дар Военачальника незначительно увеличивает шанс присоединения к вашему войску нейтральных неигровых персонажей (значение репутации не должно быть отрицательным). Дальнейшее улучшение способности невозможно. Усиливает способности: Красноречие, Лидерство, Харизма. |
| Достижение разблокировано: Дипломатия особого толка! Уровень достижения: 1.Открыв способности: Красноречие, Харизма, Дипломатия и вступив в переговоры с негативно настроенным неигровым персонажем (монстром), вы доказали свои незаурядные способности на дипломатическом поприще. Шанс у любых переговоров пройти с успехом для вас (включая переговоры с негативно настроенными неигровыми персонажами) увеличен на 5 %! |
– Сможешь, чужеземка! – зычно рассмеялся босс. – А сумеешь удивить не только словом, но и делом, подарю сувенир. На память.
Хэйт повернулась к своим, сделала большие круглые глаза, получила четыре кивка в ответ. Достала очередной чистый лист, карандаш.
– А как вы победили бывшего хозяина кинжала? – полюбопытствовал Рэй. – Того, который пылится? Очень интересно.
– Так горелочкой прижег его слегка, – достал откуда-то колбу с длинной тонкой трубкой из металла босс. – А как надоели его пляски, в печь запихнул.
В подтверждение того, что гном не шутит, одна из печей загудела, пыхнула жаром.
– А можно огоньку из горелочки, куда-нибудь в сторонку? – на волне творческого порыва попросила совсем уж в наглую художница. – Пожалуйста! Так будет достовернее и живописнее.
Нельзя было упускать такую возможность, к какому бы результату это не привело. Возможно, зайди они в следующий раз к этому гному, он бы с порога встретил их струей огня из горелки, хорошей такой струей – мастер показал, как действует его инструмент, впечатляющий и компактный огнемет.
– Скажите, уважаемый Стеклодув, – обратилась к боссу любознательная гномка. – А вы не думали о создании оружия или брони из стекла? Или украшений: если они, как и ваши создания, будут невосприимчивы к магии, им же цены не будет!
– Кстати, в одной очень старой игрушке была стеклянная броня, припоминаю. И щиты, и оружие, – поддакнул Локи. – Они там были с очень неплохими характеристиками.
– Что мне бездушные поделки и бесполезное золото? Меня высмеяли, когда я предлагал создать армию из стекла. Сначала был смех, а затем пошли шепотки: что, если ему удастся, и он возжелает власти? Разогнать решит со своей армией, никому другому не подчиняющейся, все это длиннобородое старичье, кличущее себя Советом Старейшин. У них затряслись поджилки, они изгнали меня с обжитых гномами земель, а я ведь мечтал о величии гномов, о безопасности. О днях, полных мира и процветания. Со мной ушли самые верные работники, мы с ними вместе создали все в этой долине… А старичье все трясется, ждет, когда я приду мстить. Нет, мне не нужно мастерить ерунду на продажу, у меня иная цель.
– И вы ведь однажды придете? – спросил Рэй. – Я бы пришел.
Гном хищно оскалился; Хэйт спешно принялась «выхватывать момент», перенося эту ухмылку на лист бумаги.
– Может, да, может, нет. Время покажет.
«Вокруг полно гор», – нанося последние штрихи, подумала художница. – «В них можно рыть лабиринты до бесовых глубин, никто и не узнает. А в лабиринтах незаметно складировать стеклянное воинство, которому не нужно есть, пить, спать»…
– Готово, – выдохнула она на лист. – Конечно, это всего лишь набросок, в красках было бы намного выразительнее.
| Внимание! Вы завершили создание эскизов всех существ, населяющих Дом Сумасшедшего Стеклодува. Желаете ли вы собрать эскизы в альбом? |
– Нравится! – гаркнул Стеклодув. – Сейчас, сейчас, подберу сувенир…
Хэйт с внутренним трепетом подтвердила создание альбома. Это было что-то совсем новое и неожиданное, даже на фоне диалога с данжевым боссом.
| Внимание! Вы создали альбом иллюстраций: Существа Дома Сумасшедшего Стеклодува. На обороте каждого листа указана информация о существах, полученная вами в процессе создания эскизов. Внимание! Необходимо поставить авторскую печать на титульный лист. После этого возможно копирование альбома 1 раз в 24 часа; копирование копии невозможно. Внимание! Вы можете вносить изменения в альбом; все изменения автоматически появятся в уже созданных копиях. |
– Святые беличьи кисточки! – все, что смогла высказать Хэйт, вертя в руках уже не лист с изображением мастера, не стопку отдельных листов, а аккуратный альбом с невесть откуда взявшейся обложкой из гладкого картона.
На обложке витиеватым шрифтом было написано то же, что и в оповещении от системы: Существа Дома Сумасшедшего Стеклодува. Авторская печать не могла выпасть при смерти, будучи привязанной к владельцу, так что оттиск ее был тут же поставлен на титульный лист, как и требовалось.
Хэйт не удержалась, пролистала альбом: листы расположились в том порядке, как были созданы, то есть с небольшой путаницей, если думать, что нарисованные монстры будут изображены в той очередности, как они встречаются, начиная от входа в дом. Оказалось, ей доступна смена порядка иллюстраций, достаточно было открепить лист и вложить его в нужное место.
– Скажите, мастер, а вас сильно рассердит, если в вашу уютную долину станут часто приходить чужеземцы? – решила осведомиться художница у роющегося в шкафу гнома. – Не мы, другие. Сталкиваться с вашими созданиями и работниками, возможно, побеждать их? А то мне кажется, такое необычное место и ваши творения не должны оставаться без внимания…
Говоря, она продолжала изучать альбом. Теперь – на предмет информации, в нем содержащейся. Так, к самым первым монстрам, где с ними еще не было Локи, не хватало сведений об уязвимых точках. Весь первый этаж, пройденный до «апа» достижения «взгляд истины», не мог похвалиться степенями уязвимостей. А к «главгному» вообще никакой информации не было.
Прогуляться по дому повторно – само собой напрашивалось.
– Нашел-таки! – распрямился Стеклодув. – Делал для своих, но им оно не пригодилось. Лежать без дела – плохо, не по-гномьи. Пусть тебе послужит, рисовальщица!
Он протянул художнице прозрачное перо с серебристыми просверками. Стеклянное, конечно же.
– Благодарю, мастер! – не забыла проявить вежливость Хэйт.
| Самописное стеклянное перо. Тип: бытовой предмет. Перо, выполненное по особой технике Сумасшедшего Стеклодува. В нем никогда не закончатся чернила. Разбив перо, можно узнать об особом эффекте (однократном). Класс: эпическое. Не может выпасть при смерти. |
Выполнено самописное перо было безукоризненно, как и все прочие работы Стеклодува. Казалось, его потеряла, пролетая мимо, хрустальная птица.
– А что до ходоков-чужеземцев, – пожал плечами гном. – Пусть ходят. Работничкам нужен отдых, а печи намного лучше горят, после того, как поджарят какого-нибудь проходимца. Жаром так и пышут, как до корочки чужака пропекут!
Печи пыхнули: подошедший слишком близко любопытный авантюрист отпрыгнул, как испуганный тушканчик.
– Так это же здорово! – искренне обрадовалась художница. – А хотите, я вам такой же альбом подарю?
Одна копия в сутки – ограничение вписали существенное. Сразу же бежать на аукцион с готовой копией она не собиралась, сначала было бы логично дополнить информацию и вообще закруглить дела в локации, чтобы не накликать на свою же голову ненужных встреч. Нет, спешить с тем, что могло поправить финансовое положение новоиспеченного клана, Хэйт не хотела. У нее уже начал вырисовываться замысел, как слегка обогатиться на своих художествах, но для этого было крайне желательно участие сокланов. Так что одну копию, прямо на месте и сделанную, пустить на презент необычному боссу было можно. И нужно: вдруг еще какие-то «плюшки» удастся урвать?
Вон, гномка заулыбалась. Явно согласна с приятельницей. Кен с Рэем шептались в сторонке, и на их лицах не было неодобрения. Локи продолжал всюду совать свой нос, пользуясь добрым расположением хозяина дома.
– А хочу, странная чужеземка, – фыркнул гном после недолгой заминки. – У меня и отдарок найдется. Ты могла его найти в подполе: почиркала бы грифелем, да нашла бы. Вижу, умеешь. Это случись вам меня одолеть, конечно… А, пустое. Дарю!
Стеклодув принял из рук Хэйт копию альбома, а взамен вложил в руку ей неровный оборванные листок с непонятными символами. У нее уже был один такой, назывался «часть утерянной карты».
Тренькнуло оповещение из тех, что нельзя было отключить полностью: об обновлении задания мастерского уровня сложности. Там еще строка о награде была, как адептка любила. Награда: нет.
– Мастер… – она склонила голову, пока подбирала слова. – Дар щедр. Возможно, ваша мудрость включает в себя и знание о том, где искать печать к таким обрывкам? Хотя бы ниточку, намек…
Она получила второй обрывок из четырех. Так же неожиданно, как и первый: тот был извлечен из тайника в подземелье внутри подземелья. И другие обрывки, надо думать, если попадут к ней в руки, тоже будут найдены с элементом неожиданности. А там включится таймер на поиск печати, будет обидно провалиться без возможности перезапуска квеста.
– Не льсти, чужеземка. Нет таких ниточек в моих руках, а если б и были – время поиска нитей не настало. Лавина не начала сход с горы, чтобы бежать от нее. Не торопись.
– Я поняла.
Хэйт вздохнула: попытка не удалась. Ожидаемо. Но и не прощупать почву было бы глупо.
– Ступайте, – очки хозяина дома блеснули. – Мне после вас порядок наводить, а я на болтовню время трачу. И в другой раз, если захотите навестить, сразу ко мне поднимайтесь. Поделки и работники вас не тронут.
Никто их и впрямь после мирного общения с боссом не трогал. Ни одна букашка не кинулась под сапог, ни один хорек не вгрызся в нарушителей территории. Обычные мобы на первом этаже успели нареспиться, что было на руку Хэйт: прямо по пути к выходу она вносила недостающую информацию в альбом.
Уже вне стен дома глава клана устроила мини-сбор клана, чтобы объяснить произошедшее ребятам. Причем без лишних глаз и ушей: гномий форт хоть и на отшибе, а полянка за домом еще большая периферия. Сразу же, как они расположились на небольшом удалении от здания, Хэйт разложила переносную жаровню. Понятливые товарищи тут же завалили ее продуктами для готовки. Так что разговоры вскоре имели запах и вкус шашлычка.
– Игроки плакали, ругались, но продолжали жать логаут для доступа к форуму и поисковикам, – поморщился Рэй, ему не раз приходилось выходить из игры, чтобы разузнать что-либо. – Суровые разработчики класть хотели на сопли, наматываемые на кулак ноющими пользователями. И раз за разом представители корпорации торжественно заявляли, что в игре реализовано все нужное для комфортного прохождения подземелий. И не только подземелий.
– Так в первые полгода народ хвостиками бегал за хранителями знаний и вообще всеми неписями, имеющими дело с книгами, свитками, каменными табличками, – поддержал его Кен. – Хм. Если монстры оформляются в альбомы, то квесты можно записывать, как мемуары? Создать альманах об успешно пройденных сложных заданиях и распространять в игре за денежку малую? Скажу так: альбомы – это находка, наша глава – всем главам глава, а идею неплохо бы развить.
– С год назад игроки пытались раскрутить выпуск еженедельника, – нахмурился Локи. – «Вестник Тионэи» или как-то похоже он назывался. Не выстрелило, хотя там и журналисты профессиональные участвовали в запуске. Три или четыре выпуска они сделали и свернулись.
– Не припомнишь, почему? – подалась вперед Мася.
Все, что касалось заработка денег, не могло оставить гномку равнодушной.
– Нет, я тогда не играл сам, – покачал головой авантюрист. – Просто где-то по случаю наткнулся на грустную статью.
– Наверное, на старте никто не горел желанием делиться важными сведениями, – предположила Хэйт. – А статью о том, как в королевстве Витори устроиться на вакансию лесоруба, проще по поиску найти. А если ты стартовал, скажем, за орков, тебе эта статья только на растопку костра пригодится. А вот идею альманаха я бы поддержала. Причем с разбивкой по регионам. Или уровням. Надо думать…
– Думать надо о том, как заработать на альбомах! – встряхнула хвостиками Маська. – Я же верно понимаю, ты так в любом данже можешь всех отрисовать? И данные внесутся все, что добудет твоя группа, так? И можно же отскринить альбом?
Альбом пройденного дома уже успел пропутешествовать по рукам всех участников группы. До первых порций готового шашлыка – виртуальность виртуальностью, но Хэйт не хотела выяснять, ставятся ли в игре жирные пятна на бумажных листах.
– В любом или нет, надо тестить, – художница задумалась, вспомнив залы Бестий и пещеру на дне колодца в храме Ашшэа. – Может быть, где-то прописаны ограничения. Данные вносятся все, что я увидела или услышала, кроме ошибочных. Мы пока спускались, я нарочно вписала неверную степень уязвимости у котика – строка мигнула и пропала тут же. Написала поверх правильно – сохранилась. С дропом вот еще интересно: у меня отразилось то, что мы выбили, а можно ли, зная, что падает с того же моба, но не выбив это самолично, вписать? А про скрины: можно, конечно. Поэтому огромных денег нам на этой теме не заработать. Однако разбирать папку скриншотов в данже несколько менее удобно, чем пролистать альбом. Я так думаю.
– Миллионов не поднять, – согласилась гномочка. – Это понятно. Одна копия в сутки это тебе не печатный станок. Что скрины делать можно – печаль, конечно. А перерисовать со скринов вариант?
Мася поделилась с вызванной наконец-то Хэтти кусочком сочного жареного мяса.
– Вот это вряд ли, – Хэйт и свою порцию скормила снежному барсу. – Печать авторская не позволит, автоматическое разрушение дублей обязано сработать.
– Значит, с завтрашнего дня будем не только фармить, но и зарисовывать, – высказал Рэй. – То, что мобов можно рисовать, поймут быстро после первых же альбомов на аукционе. Соль в том, что кроме иллюстраций ты выдаешь и ценные данные по мобам. Вдвойне ценные, с учетом обновления.
С Рэем согласились все, даже Хэтти мурлыкнула. Если найти авантюриста в группу к художнику не непосильная задача, то «взгляд истины» третьего уровня – та еще экзотика.
– А можно стирать верные данные, если что-то нежелательно светить перед покупателями? – спросил Локи.
Хэйт кивнула. Этот нюанс она проверила тогда же, когда и неправильные данные пробовала вписать теста ради.
– Покупатели определенно найдутся, – убежденно сказал убийца. – Мась, Хэйт, помните, мы пересекались с рекрутерами Экскалибра? Три на три на арене, через барда, демонолога и мечника? Вот такие кланы точно купят по экземпляру на данж как минимум. Им молодых бойцов натаскивать самое оно без выходов в реал по готовому наглядному пособию. Считай – по базе данных к каждому данжику.
– Мы сделаем альбомы Хэйт трендом, – вздернула носик Мася. – Те, кто лезет между схватками в подземелье на форум – отстой и нищеброды, скриншоты – для убогих бомжей. Элита – листает альбом Хэйт. Красивый, аутентичный, грамотно составленный. Престижный. Играть – красиво. Красиво играть – дорого. Это… кхм, так, задумки, детали проработаем позже…
Под конец речи начальное воодушевление гномы сменилось смущением.
Хэйт, альбомы которой гнома вознамерилась сделать трендом, нахмурилась: перспектива популярности ее не прельщала ни капельки.
– Лучше обойдемся без ника, – помотала она головой: лишнее внимание к персонажу – это как раз то, чего они вроде как избегали.
– Я же говорю: детали позже, – потупила взор Маська, явно вспомнив про «донное дно» и прочие меры ухода от нежелательного стороннего интереса. – Дай мне еще порцию, а то я шашлык только понюхать успела…
– Весело с вами, – широко и открыто улыбнулся Локи. – И вкусно.
Он-то свое мясо никому не скармливал.
– Но спать пора, – в тон ему продолжил Кен. – Или баюкать Барби, если она не убаюкала кошку.
С посиделок Хэйт вынесла еще одну здравую мысль: надо поговорить об альбомах с Хель. Китаянка до сих пор демонстрировала исключительное здравомыслие, так почему бы не напрячь на один неплохо варящий «котелок» больше к вопросу о вероятной прибыли? Особенно ввиду «скромных» запросов демоницы на тренировочные помещения. И вообще, к чему мелочиться? Всех озадачить вопросом монетизации альбомов! Пусть голова болит у всей Ненависти. Казна же сама себя не наполнит.
Реальность встретила тишиной. Пернатые, наигравшись, уснули прямо на стендике. Поборов приступ умиления перьевыми комочками, Вероника подхватила в каждую руку по «сплюшке». Занесла в клеточку, закрыла.
На сонное: «Пти-и?» – с нежностью улыбнулась.
Стараясь не шуметь, соорудила легкий вермишелевый супчик с куриным филе. Легонькая еда перед сном после лежания в капсуле – самое то. А к еде «приправкой» зашел новый эпизод шоу с Лин Мэйли – танцовщицей Хель по эту сторону реальности. Трудолюбивые переводчики субтитров своевременно расстарались.
Танцоров в этой серии разбили на неравные группы, и Мэйли по жеребьевке выпало танцевать с двумя «би-боями». Как совместить изящность и гибкость Мэйли со стилем, где упор делался на силу, сложные трюки, акробатические элементы – это был вопрос не только для несведущей в уличных танцах Вероники, но и для всей команды Лин Мэйли.
Перед выступлением на сцене показали нарезку репетиций. Там девушку швыряли, крутили и вертели в сложных поддержках два поджарых китайца, причем оба признались, что все поддержки и трюки с участием «нагрузки» в виде девушки они ранее никогда не отрабатывали.
– Хорошо, что это запись, – выдохнула Вероника, глядя, как Мэйли падает с двухметровой высоты на приличной скорости: ее не успел подхватить один из партнеров.
Потом еще один схожий момент, и еще… Та вставала, улыбалась, заверяла бледных парней, что она в полном порядке, говорила: «Еще». Как будто в соседней репетиционной стоял круг воскрешения, и при особо неудачном трюке он бы обязательно сработал.
Дальше шел показ выступления. История этого танца обошлась без драм, просто два парня нашли большую музыкальную шкатулку с живой, а не игрушечной балериной. Крышка огромной шкатулки откинулась, заунывная зацикленная мелодия быстро сменилась ремиксом арии Дивы из очень старого, но все еще известного «Пятого элемента»; балерина сошла с подставки, ускорилась в своих па. Парни, не удержавшись, тоже пустились в пляс. Мэйли вращалась на пуантах, би-бои синхронно вращались на головах, на спинах, снова на головах… Подключились те самые сумасшедшие поддержки и броски, что показывали в нарезке.
– Хорошо, что это запись, – повторила, нервно сглотнув, Вероника после особенно долгого и высокого полета танцовщицы.
Еще один полет – и балерина приземлилась точно на подставку. Та, та-та, та-та… Механические движения, два тела, упавших навзничь. Закрывшаяся крышка шкатулки. Тишина. Восторженные крики зрителей.
