Из дверей, ведущих в дальнюю часть спальни, появился лысоватый мужчина, чуть сутулясь и заискивающе глядя на предвестницу. Держу пари, он слышал весь наш разговор. Маг, не самый сильный, возможно даже, я смогу его одолеть. С тех пор как стал мастером, у меня появилась странная манера именно так оценивать всех волшебников.
«Мишенька» коротко поклонился, приветствуя меня, и встал возле предвестницы, не сказав ни слова.
– Мишенька был управляющим у ее недальновидного папаши…
– Тетя… – Светка побледнела.
– Как и его отец, и дед. По счастливой случайности, Уваров решил, что деньги и власть дороже преданности. И теперь Миша служит у него.
– Не служу, высокоуважаемая госпожа Терлецкая, – подал голос управляющий. – Лишь выполняю ваши поручения.
– Прости, мой золотой, не хотела тебя обидеть, – предвестница потрепала его по щеке. – Ты единственный лучик в этом болоте высокородного коварства и предательства. Все сведения, полученные в кабинете Уварова, скоро оказываются у меня в будуаре. Но даже имея все их, я не решилась плести будущее, где мерзавец умрет. Потому что силы неравны. Понимаешь, Кузнецов?
Я кивнул.
– Уваров умирает, как бы смешно это ни звучало. В самом банальном, физическом смысле. Его тело не выдерживает мощи, которая в нем оказалась. Именно поэтому он переместил сюда короля. Как только тот наберет достаточно сил, чтобы выдержать обряд Воззвания, Уваров поменяет тело.
– Вы хотите сказать, что он хочет переместиться в тело короля?
– Если говорить очень упрощенно, то так, – согласилась предвестница. – Однако это – лишь начало конца. В погоне за могуществом Уваров упустил одну важную деталь. После обряда Воззвания ему потребуются силы. Очень много сил. И если Иномирье буквально пропитано магической энергией, которая поддерживает жизнь всех существ в разных ее ипостасях, то в нашем мире подобного нет. Новому королю потребуется пища лишь для того, чтобы существовать. Моря выйдут из берегов, небо поменяется с землей местами, и будет всякая такая чушь, о которой пишут фанатики. Но ясно одно: обряд Воззвания – это конец нашего магического мира.
– Так почему бы не рассказать всем?
– Рассказать что? – усмехнулась Терлецкая. – Свои домыслы? Никаких фактов на руках у нас нет. Все сведения – плоды кропотливой работы Мишеньки. Аналитика и сбор данных. К тому же, стоит тебе лишь вякнуть, как сразу найдутся те, кто закроет слишком болтливый рот. Действовать придется тихо и решительно. Поэтому мы подходим к самому главному итогу нашего разговора. Что ты можешь дать моей семье взамен на самоубийственную попытку сплести будущее?
– Я сделаю все, чтобы убить Уварова.
– Иными словами, ты предлагаешь мне свою жизнь в обмен на крошечную вероятность победить серьезнейшего врага, с которым еще не сталкивался ни один маг? Соглашусь, это щедрый подарок. Но подобного мне недостаточно.
Предвестница затянулась, выпустив струю сизого дыма, и буквально вцепилась в меня взглядом. Я чувствовал себя крошечной мухой в лапах голодного паука.
– У меня больше ничего нет.
– Это ты зря. У тебя есть кое-что с собой, прямо сейчас. Вон там, болтается в штанах.
Она скрипуче засмеялась, явно довольная своей шуткой. Но глаза ее не были веселы. Напротив, предвестница казалась серьезной как никогда.
– Понимаешь ли, юноша, мне надо думать о фамилии. Уваров сделал все, чтобы похоронить Терлецких. И наше положение действительно незавидно. Скажу больше, попытка сплести будущее, по всей вероятности, будет стоить мне жизни. Что поделать, у всего есть своя цена. Смерти я не страшусь, уж повидала много на своем веку. Есть лишь одна проблема. Фамилия. Наша Светочка из разряда завидных невест вдруг стала отщепенцем. У тебя же хорошая магическая кровь. Да и, как я поняла, Света и сама к тебе неравнодушна.
– Тетя…
– Элеонора! – ударила кулаком по столу предвестница. – Неужели так трудно запомнить? И если ты не заметила, я пока говорю с молодым человеком, а не с тобой. Так вот, ко всему прочему, в нашей кампании нужны будут союзники. Могущественные. С людьми, оружием, деньгами. А так уж повелось у высокородных, что с главой рода – мужчиной дела ведут охотнее, чем с женщиной. Пережитки старого уклада, что поделать.
– С главой рода? – выдохнул я.
– Конечно. Ты же не думал, что кто-то даст тебе заделать ребенка в неофициальном браке? Другими словами, свадьба неизбежна, если ты, конечно, хочешь убить Уварова. Ну, что скажешь, Кузнецов-Терлецкий?
Глава 5
Посыпать голову пеплом и страдать о неизбежности судьбы я не собирался. Нет, Терлецкая – красивая девушка, ничего не говорю, но жениться на такой означало стать философом. Потому что счастливой и спокойной жизни она мне точно не даст. К тому же очень напрягала вот эта предопределенность. Взяли меня и, как телка, подвели к жертвенному алтарю.
Я понимал, что предвестница мне нужна как воздух. И вместе с тем жениться в ближайшее время не хотел. Вот и осталось придумать, как бы все сделать таким образом, чтобы и старую Терлецкую не разозлить, и своего добиться. А что? Не зря же придумали поговорку про сковородку и рыбку.
У меня был только один человек в окружении, который всегда знал несколько выходов из безвыходных ситуаций. К тому же я решил убить сразу двух зайцев и назначил встречу с Якутом у Мишки на работе. А что, не бегать же по всей Москве, чтобы увидеть нужных мне магов.
Здание самой главной библиотеки страны впечатляло. Проходя мимо черных колонн, я чувствовал себя крохотной букашкой, оказавшейся на белоснежной скатерти накрытого стола. Блин, еще, как назло, кроссовки все в грязи. Почему-то у Терлецких я не стеснялся этого, а тут прям оробел.
Уже внутри я накинул Отвод глаз и без проблем прошел мимо копошащихся немощных. Знали бы они, что совсем рядом хранятся знания уже другого порядка. Вон даже вывески расположены у них над головами. Но куда уж немагам.
Судя по всему, работа у Мишки была не пыльная. Чем ближе я подбирался по коридорам к конечному месту расположения, тем меньше мне попадалось людей. И вместе с тем – ни одного мага. Лишь у самой последней двери я обнаружил старика-привратника, дремлющего в углу. Правда, его внешность в виде потертого свитера и куцей бороды не обманула меня. Искусник. Могущественный маг пятого ранга.
Впрочем, меня старичок не остановил. Лишь быстро проводил взглядом, по всей видимости, сочтя неопасным, и вновь прикрыл глаза. А сила-то у него как у молодого. Так и плещется. Это что значит? Пользуется ею маг часто. Возможно, даже очень. Вот у предвестницы магическая энергия – будто льдины на морозе: стылая, почти неподвижная. Потому что колдует раз в пятилетку. Интересно, а что же тут происходит такого, если привратник – активный маг?
Двери раскрылись, и я оказался в крохотном, совсем камерном зале, установленном забитыми книжными шкафами. Ну конечно, глупо было бы ожидать здесь барную стойку. У входа сидел один из посетителей, склонившись над раскрытым фолиантом так низко, что только затылок было видно. И поодаль, лицом к двери, сидел Максимов собственной персоной. В странном коричневом костюме, с отпущенной редкой бородкой и старомодном галстуке. Какой ужас. Сразу лет пять себе прибавил. У них тут всех заставляют бороду носить? И это вообще не в плюс. Он напоминал великовозрастного девственника. Три года – именно столько Мишка должен прозябать в этом болоте. Хотя…
Хотя Максимов не выглядел недовольным. Его волосы были взъерошены, а глаза бегали, перескакивая со строки на строку. До меня только что дошло. Так ведь это работа всей его жизни! Сидишь читаешь, никто тебя не беспокоит. Ну ладно, лишь изредка приходят разные балбесы и отвлекают, заставляя отрываться от важного. А в остальном лафа полная.
Увидев меня, Мишка едва заметно побледнел и потянулся под стол. Будь мы в гангстерских фильмах, он бы сейчас достал какой-нибудь обрез. Однако на свет показалась лишь внушительная спортивная сумка.
– Привет, – прошептал он, как только я подошел. – Не думал, что это будет так скоро, но я готов.
– К чему готов?
– Воевать. Ты же за этим сюда пришел?
– Успокойся, вояка грозный, – ответил я и добавил намного громче: – Мне нужна вся информация о шулбусе.
– Одноглазом тувинском кощее? – удивился Мишка. – Я как раз в прошлом месяце читал о нем. Сейчас найду все упоминания.
– Дай любую книгу про него и укажи, что я приходил именно за этим, – продолжал я вполголоса. – Два шулбуса давно пылятся у меня в сарае. Уж не знаю, сколько у них глаз было при жизни, у меня они валяются без голов. Это все для виду. Интересует совершенно другое. Существуют ли какие-нибудь законные магические способы не жениться?
Удивленный вид Мишки оказался красноречивее любых слов. Пришлось рассказывать вкратце, не углубляясь в причины скорейшего окольцевания. Суть сводилась к следующему: мне нужна помощь Терлецких, а им, как и всем женщинам от меня, – только одно.
– Задачу понял, – Максимов всегда был сообразительным, поэтому с дополнительными вопросами не лез. – Как что-нибудь найду, дам знать. Сколько у нас времени?
– Неделя, – мрачно ответил я. – Потом надо дать ответ.
– Этого даже больше, чем надо. Дай мне несколько дней. Либо что-то найду, либо…
– …придется жениться.
– Макс, если что… На свадьбу-то позовешь?
– Сплюнь, дурак, и по дереву постучи.
Я взял пару книжек – одну про мифологию тувинских народов, вторую про нечисть Азии, – и с умным видом около трети часа листал их, занятый своими мыслями. А что делать, легенду надо подтверждать. Вдруг кто поинтересуется, зачем приходил Кузнецов в центральную библиотеку? Поднимет записи, время и сдачу книг – возникнут вопросы.
Вскоре я вернул книги, подмигнул Мишке и вышел из центрального зала магического отдела. Однако прошел не обратно по коридору, а в туалет. Причем самый обычный, для немощных, насвистывая лишь мне известную мелодию. Ну, еще немного выплескивая силу, чтобы меня было видно не только глазами. И удалось.
Ближайшая кабинка открылась, но из нее никто не вышел. Что означало лишь одно. Я протиснулся внутрь, оказавшись наедине с Якутом и немного смутив мужика в огромных квадратных очках у умывальника. Он возмущенно проводил меня взглядом и бросил что-то вроде: «Никакой совести нет».
А Якут тем временем окружил нас сферой безмолвия и вытащил тяжеленный булыжник прямоугольной формы.
– Метка, – прокомментировал он. – Когда переместишься, сразу положи камень. А то за последнее время почти все растащили.
– Что за место? И кто цель?
– О вратах Плутона в Иераполисе слышал?
– Нет, – честно признался я. – Но знаю, что Плутон – это аналог Аида у римлян. Поэтому, если это врата бога царства мертвых, то ничего хорошего там ждать не приходится.
– Назови хоть одно место на земле, где тебе нужно ждать исключительно хорошее?
– Справедливо, – ответил я. – Так можно поконкретнее об этих вратах?
– Врата Ада, как их еще называли, считались входом в подземный мир. Находятся в Турции. Жрецы устраивали там жертвоприношения, приводили скот, рабов, которые тут же и умирали. Ученые, само собой, стали искать, в чем же причина. И пришли к выводу, что всему виной ядовитые испарения углекислого газа.
– Это, я так понял, версия для немощных. Что там на самом деле?
– Ох, – Якут почесал виски, явно подбирая слово. – В общем, такого понятия нет. Но я бы назвал это существо драколич.
– Чего-чего? – я подался вперед, чуть не споткнувшись об унитаз.
– Один из сильных магов древности убил либо принес туда останки дракона и оживил их с помощью некромантии. Дело старое, запутанное.
– Так почему этого драколича попросту не убили?
– Если бы могли, давно бы это сделали, – «обнадежил» меня Якут. – Насколько нам известно, тварь иммунна почти ко всем заклинаниям стихий. К тому же, так как у нее нет разума, то и подчинить ее не получается. Это все, что смогли выяснить две группы, которым удалось выжить. Драколича запрограммировали, если так можно выразиться, защищать некрополис. С этим он уже много веков замечательно справляется. Получается, за пределы пещеры драколич не выбирается, так что никому не угрожает.
– То есть ты отправляешь меня убить того, кого никто не может убить?
– Формально драколич уже мертв, поэтому лучше будет использовать слово «уничтожить». И ты сам просил место абсолютной силы. Энергия, которая там содержится, заменит несколько месяцев вашей стандартной охоты на нечисть. К тому же ни у кого раньше не было теневика. Поэтому, думаю, риск вполне оправдан.
– Я одного не понимаю: если в драколиче содержится столько силы, почему за все века она сохранилась? Ведь он не выходит из пещеры.
– А тут мы подходим к невероятной природе человеческой глупости. Точнее даже, тупости. Раз в год или около того выискивается какой-нибудь маг с горящими глазами, который решает раз и навсегда уничтожить драколича. И именно он знает, как точно это сделать, потому все остальные дураки. Зачастую это молодые выпускники школ, реже – мастеровитые маги, нашедшие какую-нибудь подсказку в старых манускриптах. Итог у всех один. Они заходят в пещеру, но обратно не выходят. Турки даже охрану поставили, чтобы лишний раз никто не шлялся.
– Охрана – с этим будут проблемы?
– Нет. Чем хороши турки, так это тем, что к любой ответственной работе они относятся максимально безответственно. Подождешь пересменку или когда охранник куда отойдет – поесть или по нужде. Появишься ты в нескольких сотнях метров от пещеры. Но заходить будет нужно со стороны расщелины, а не с центрального входа. Понял?
Чего уж тут непонятного? Пойди и убей драколича, которого никто и никогда не убивал, в месте, защищенном от постороннего вмешательства.
Грядущее приключение меня совсем не радовало. Я вообще не любил упырей и прочую нежить. А тут целый восставший дракон. Но что поделать, животину надо закармливать перед боем с королем.
– Вы чем там занимались? – спросил мужик в очках, стоило мне выйти из кабинки.
Оказывается, все это время он находился рядом. Представляю, что он там себе надумал. Из-за сферы безмолвия он не услышал ни звука.
– Мужик, ну не маленький же уже, – ответил вышедший Якут. – Сам все должен понимать.
– Это возмутительно. Я буду жаловаться! – он пулей выскочил из туалета.
– Пойду его догоню, побеседую, – пожал мне руку наставник. – А то ведь и правда шум поднимет. Что за времена пошли, двое половозрелых мужчин не могут спокойно поговорить в кабинке туалета.
Я тоже покинул библиотеку (само помещение было закрыто для прямой аппарации, поэтому пришлось уходить ножками), несколько раз проверив, не следят ли за мной. Пробежал через переход, зашел в ближайший магазин и уже оттуда переместился к теневику. Турция, значит… Всегда хотел посетить, да все как-то не доводилось. Только мне почему-то кажется, что этот самый Иераполис расположен точно не у моря. Не может вход в ад иметь вид на Средиземноморье. Иначе бы их назвали «Райские врата» или, на крайний случай, Gate of the Hell Spa&Resort.
Черныш упирался как мог, не желая залезать внутрь кольца с загадочной надписью «Спаси и сохрани». Лишь после длительных уговоров и обещания щедрого вознаграждения мне удалось загнать его в пространственную степь. Ну, а теперь пора посмотреть на заграницу.
Первое, что меня взбодрило, – разница температур. В ссылке была промозглая осень, здесь же вполне себе увядающее лето. С соответствующим пейзажем – обломки древности в виде нескольких полуразрушенных зданий, выбивающаяся из-под них и уже потерявшая сочную зелень трава да рассыпавшиеся куски камней на фоне леса. У нас таких археологических раскопок – в каждой области по десять штук.
Волна, к моему удивлению, обнаружила большую толпу людей с противоположной стороны от развалин и того самого охранника, располагавшегося в отдалении. Что-то мне подсказывало, он находился как раз у самой расселины. Но для начала я, как какой-нибудь депутат, поспешил к народу. Интересно же, что там происходит. Да и осмотреться не помешает. Надо только не забыть про Отвод глаз.
– Жрецы приходили с животным к пещере, – рассказывал чернявый паренек перед толпой откормленных отпускников. – На рассвете газ имеет очень сильный действий и убивает животных.
Он стоял у того, что осталось от римских полуколонн; еще дальше расстилались ступени к «вратам». Хотя, если честно, звучало это гораздо внушительнее, чем выглядело.
– Фархат, да хрен с ними, со жрецами. Я вот уже щас жрать хочу. Погнали в отель, а то ужин пропустим, – решил прервать экскурсию пузатый мужичок в белой майке с надписью «Тюмень».
– Сережа, я тебе дам отель, мы еще в термальных источниках не купались! – возмутилась женщина не меньших комплекций, чем ее супруг. Вся лишь разница, что она тщательнее скрывала свою принадлежность к Тюмени. – Там знаешь какие фотки крутые будут?
– Серега, погнали в автобус, – махнул мужчина более скромной комплекции с изображением президента немощных на футболке, – у меня там переносной холодильник с пивом.
– Мишаня, респект, – Сергей поднял сжатый кулак в воздух и медленно побрел к своему приятелю.
А это идея. Я просканировал Волной местоположение охранника и, убедившись, что тот остался на месте, двинулся за любителями пива. Автобус – это хорошо, просто замечательно. Он все упрощает.
Туристы еще немного поругались непосредственно с водителем, который не хотел пускать их внутрь без группы. Однако вскоре добились своего и с видом победителей устроились под кондиционером, открыв по бутылочке холодного пива. Нет, мне пить тоже хотелось. Но я вспомнил последний опыт с пенными напитками в «Логове», и меня передернуло. Лучше уж кваса или колы. Ладно, извините, мужики, но долго вам наслаждаться не придется.
Подходящий камень нашелся быстро – большой, с острыми камнями, благо, в окрестности их оказалось предостаточно. Можно, конечно, попросту жахнуть силой напрямую, но тогда бы мой след был явственнее. А магия земли развеивается быстро. Да и вряд ли охранник станет докапываться, почему вдруг лопнуло колесо.
Звук вышел на славу. Будто гром грянул среди ясного неба. Открылась дверь автобуса, и наружу выскочил сначала водитель, а следом выбрались и мои мужички, что-то крича про «теракт» и «чертову Турцию». Замечательно. А мне пора.
Я довольно быстро двинулся обратно к экскурсии, попеременно кастуя Волны. Ну да, все вышло именно так, как и предполагалось. Скучающий охранник решил все же посмотреть, что там «бумкнуло», и оставил свой пост. Теперь самое главное – разминуться.
Его я увидел уже будучи возле взбудораженной толпы. Совсем молоденький паренек, максимум черновой. Возможно даже, недавний выпускник. Судя по лихорадочно блестящим глазам, это явно хоть что-то интересное впервые за долгое время. Он кастовал что-то сканирующее, но направлял свою силу исключительно в сторону автобуса. Это от неопытности и желания сэкономить силу. Давай, дружище, давай, там ты ничего не найдешь.
Пока все суетились вокруг внезапно лопнувшего колеса, я благополучно обошел толпу стороной и приблизился к тому самому месту, где впервые Волной обнаружил охранника. Будь здесь обычный человек – он прошел бы мимо. Простым немощным взглядом ничего не увидишь. Больше того, в расселине между камней, откуда веяло старой и вяло растекающейся силой, была уложена руническая комбинация отторжения. Обычно подобное действовало лишь на очень слабых магов, зверей да на немощных. Перестраховались турки. Однако недостаточно.
Проход был довольно широким, тут не то что я – Байков в худшие годы бы пролез.
Я кастанул Свет, оглядываясь, и остался доволен. Каменные плиты под ногами разошлись и теперь лежали неровно, некоторые даже перекосило. К тому же удобному продвижению мешали разбитые камни, судя по всему, падающие сверху. Хотя сводчатые потолки коридора остались в целости, за исключением небольших сколов. И что замечательнее всего, места тут хватало не только для меня.
Стоило Чернышу появиться, как он довольно тряхнул головой и жадно втянул затхлый воздух. Сомнительное действие, как по мне. Бог знает, чего тут в воздухе только нет – о вентиляции здесь оставалось лишь мечтать. Не дожидаясь распоряжений и под мою негромкую ругань он сорвался с места и умчался прочь, вглубь некрополя. Вот ведь недисциплинированное создание!
Я побежал за ним, рискуя в темноте сломать себе ноги, однако понимал, что все равно сильно отстаю. Зрение теневика, которое можно было использовать, совершенно не помогало. Черныш двигался вслепую, что называется, «по приборам», ориентируясь исключительно на чужую силу. И довольно скоро добрался до ее объекта. Щелкнула пасть, смыкаясь на костях, голодный рев поднялся из чрева, а следом… следом теневик отлетел в сторону, как мягкая игрушка.
Наверное, сильнее моего недоумения оказалось лишь замешательство самого Черныша. Еще не понимая, что же происходит, он сделал новую попытку для атаки – и вновь очутился на спине, чувствуя приближающуюся тварь. Черныш выпустил чешую в сторону, переходя в боевую защитную стойку, и завыл, призывая меня на помощь.
Я не бежал – летел по коридору, освещая себе путь заклинанием, уже не заботясь о собственной безопасности. Впервые за все время после перемещения из Иномирья Черныш нашел достойного соперника. Говорят, что лишь в схватке с действительно сильным врагом ты сам становишься сильнее. Но по мне, в задницу всю эту философию, когда дело касается жизни и смерти.
Тем более что драколич оказался в несколько раз больше моего теневика. Это я уже мог судить самостоятельно, выскочив в огромный зал с частично разрушенными колоннами и освещая мертвую тварь заклинанием. Драколич тяжело и медленно подбирался к Чернышу, сопровождая свое движение хрустом под лапами мелких костей самоуверенных магов, решивших бросить вызов ему. И пора было придумать что-то веское, чтобы не присоединиться к этим бедолагам.
Глава 6
Сколько бы нам ни говорили «Не делай так, результата не будет», все равно большинство не поверит, пока не попробует самостоятельно. Отсюда и детские пальцы в розетках, и ожоги о горячий чайник, и первые половые инфекции. А ведь маме эта девочка сразу не понравилась.
В данном случае все сводилось к стихийным заклинаниям. Ну да, вышло ровно так, как и говорил Якут. На драколича ничто не действовало: ни Гроза, ни Ветряные клинки, ни Песчаный резак. Огненный Вихрь я уж активировать не стал, слишком много сил уходило на неродные стихии.
От каждого движения мертвого гиганта веяло могильным холодом. Смерть не носила черный балахон и косу наперевес. Она была драколичом, равнодушно взирающим на очередную жертву. Кости двигались в скудном свете заклинания, завораживая своими размерами. Казалось, этой громадине даже и делать ничего не надо, она способна попросту задавить глупых вторженцев.
То, что я не опасен для драколича, стало ясно сразу. Однако ставка в любом случае делалась на Черныша. А вот тут уже были причины для легкого беспокойства. Каждая прошлая схватка теневика происходила по одному и тому же сценарию: нападение – тотальное – доминирование – слабое сопротивление жертвы – победа. Так должно было случиться и в этот раз. Но не случилось.
Драколич, полностью лишенный плоти и состоявший только из костяного остова, оказался намного крепче, чем мы рассчитывали. Все выпады Черныша ни к чему не приводили. Более того, после приходилось спешно отступать. Противник понял, что это существо ему по зубам, разве что чересчур резвое. Придется перед обедом лишний раз побегать. К тому же у драколича были свои козыри, которыми он не преминул воспользоваться.
Я не сразу понял, почему сила медленно собирается возле горла мертвого дракона и уже там меняет цвет на мутно-зеленый. И лишь когда тот дыхнул ядом, вспомнились все истории про жертвоприношения и смерти от «углекислого газа». Да хренушки, просто драколич выпивал даже те крохи силы, которые можно было вычерпать у попадающих в его пещеру, предварительно их отравляя.
Теневик не обратил внимания на такую мелочь. Ну, дышит этот здоровый костяной астматик как-то странно, так его проблемы. Не за ингалятором же бежать. А вот мне пришлось спешно накидывать на голову воздушный пузырь. Получился своеобразный шлем космонавта. Удручало лишь, что сразу рванула тратиться сила на поддержку чужой стихии. Ну да бог с ним, надо думать, как попытаться расправиться с этим монстром.
Драколич продолжал игнорировать присутствие мага, будто намереваясь сначала растоптать мое самоуважение. Еще бы, тут у него под боком целая цистерна с магической энергией. И это было мне лишь на пользу. Можно как следует разглядеть громадину, чтобы найти хоть что-то интересное. А мне казалось, здесь обязательно должна быть некая любопытная деталь.
Ну не мог, попросту не мог драколич существовать столько веков здесь один. Если маг, сотворивший его, был волшебником, то со смертью хозяина должна разрушиться связь, вместе с подпиткой магической энергией. Ведьмака мы отметаем сразу – в создании управляемых существ они сильно не преуспели. Вот если бы здесь сидел подчиненный дракон, можно было бы поискать в пещере ведьмака-патриарха. Значит, что? Артефактор!
Существовал крохотный вариант того, что после смерти создателя его детище будет продолжать жить, если постоянно подпитывать артефакт. Невероятно сложно, конечно. Я, признаться, с таким еще не сталкивался, но в теории возможно. Если так, то где-то в теле драколича и должен быть скрыт магический элемент.
Колоссоподобная тварь не торопилась мне помогать обнаружить нечто, способное его уничтожить. Встал бы ровно, не шевелился, так нет, продолжает наступать на теневика, вместе с тем руша остатки римской архитектуры. Зараза, а ведь это какое-нибудь там наследие человечества и все такое. О культуре бы подумал, мертвая твоя душа!
Сознание пронзил страх. Вот только эмоция была не моя. Трепетал от ужаса Черныш, испугавшийся впервые за все время нашего знакомства. Даже встреча с иншиями слегка напрягла теневика, но не испугала. А вот драколичу удалось то, чего не удавалось всем остальным. Жалко, что этот недотепа не сможет оценить свою крутизну маленькой пустой черепушкой.
Черныш пытался общаться. Помимо трансляции страха, он еще просил помощи. А я же был готов и вовсе броситься прочь из этого места. Стоило лишь добраться до теневика, а потом телепортироваться.
Однако я почувствовал запрещающую печать. Такие ставились во многих местах – в том же МВДО, чтобы никто не смог переместиться внутрь самого министерства. Нечто подобное я почувствовал и в имении Терлецких. Магия, древняя, как некромантия, отбирала часть силы у заклинателя навсегда, без возможности восстановить ее, чтобы повесить печать, разрушить которую было нельзя. Ну, я, по крайней мере, таких способов не знал.
Хотя, чего я удивляюсь? Все «любопытствующие» остались здесь навсегда. Вон как драколич мелодично хрустит их костями. Едва ли они не желали повернуть назад, как только осознали всю серьезность противника. Маг-артефактор меньше всего хотел, чтобы охотники за приключениями убежали, а потом вернулись, собрав большие силы. Все правильно, за любопытство необходимо платить.
Ладно, тогда план «Бегство» меняем на «Молниеносную победу». Другой тут не выйдет, потому что взять измором мертвого дракона не получится.
Стало понятно, что, помимо яда и банальной физической мощи, эта неупокоенная тварь усиливает ментальное давление на противников. У меня давно тряслись колени, а это учитывая тот простой факт, что основная психологическая атака пришлась по Чернышу. Вон как его корежит. Меня лишь задело остатками. Однако что же происходит с теневиком, если я мысленно готов все бросить и пуститься наутек?
Дрожащие пальцы нащупали тиару и натянули на голову. Дышать сразу стало легче, а пульс перестал пытаться имитировать перфоратор. Надо же, работает. Интересно, что бы со мной случилось, попробуй я приблизиться к драколичу без этого артефакта? Теперь же можно было рискнуть.
«Держись», – лишь мысленно ответил я Чернышу, а сам ломанулся к гигантскому костяному существу.
Напоминал я сейчас мышонка, который мчится со всех ног к слону. С соответствующими шансами оказаться банально задавленным. Драколич по-прежнему не обращал на меня внимания, однако легче от этого не становилось. Огромный костяной хвост колыхался при движении, лапы тоже статикой не отличались. Это за что же мне тебя схватить?
Пришлось дать команду Чернышу подставиться. Лишь тогда драколич остановился и ударил теневика. Бедняга полетел, как первый сконструированный самолет: быстро, но по пути собирая все встречаемые предметы. Зато мне удалось прикоснуться к задней лапе, точнее, к кости.
Ну, кстати, ничего такого. Никаких неприятных ощущений. Сила в нем была своеобразная, точно клубок, собранный из множества различных нитей. Остатки любопытных магов и принесенных в жертву существ. Драколич и был сейчас ими. Собственного же разума у него не имелось, лишь цель, поставленная одним из древнейших магических программистов нашего мира.
Но меня интересовало еще кое-что. У каждой силы был центр сосредоточения – место, похожее на воронку, где ее концентрация оказалась наиболее насыщенной. У людей, да и у большей части нечисти, он находился в районе живота. С драколичом все было намного интереснее. Его центр сосредоточения оказался скрыт в голове. Чуток странно для неразумных костей, собранных воедино.
Я отскочил в сторону, выбравшись на безопасное расстояние, и усилил действие Света, направив руку на неприятеля. Хотя уместнее сказать, что модифицированное заклинание походило сейчас на мощный прожектор, который, кстати, никоим образом не раздражал мертвого дракона. Ну да, он в первую очередь реагирует на силу. Главный в списке деликатесов сейчас теневик. А вот уже после его смерти можно будет обратить внимание на меня. Зрения же у драколича нет… Хотя, что-то там действительно отражает свет в пустой глазнице.
Ага, замечательно, артефакт мы нашли. Осталось всего ничего – добраться до головы. Беда в том, что сам я вряд ли допрыгну. Да и Черныш тоже. Но если гора не идет к Магомеду, то Магомед наклоняет эту гору.
Для подобной цели была выбрана самая большая из поваленных колонн. Подумать только, еще пару лет назад я бы с трудом ее поднял. А даже если бы смог, то собрал все что можно, пытаясь переместить ее из одного места в другое. Теперь же управляемый предмет из камня (для магии земли это было ключевым фактором) спокойно и довольно быстро оказался над головой драколича. Ну, как там говорится в анекдоте: «А вот твоя панама!»
Удар вышел превосходным во всех отношениях. Конечно, бедолага не завопил от боли и не потерял сознание, придавленный колонной. Но его голова устремилась к земле быстрее, чем Байков к бесхозному торту, забытому на столе. Однако радоваться было рано.
В нахождении мертвым имелись свои плюсы. К примеру, магическое сознание, заключенное в артефакте, мгновенно реагировало на все опасности внешнего мира. Драколич сразу же стал сопротивляться, пытаясь поднять голову. Пришлось и мне включать все свои потаенные резервы, работая на износ. Противостояние было неравным. Меня точно хватит на несколько десятков секунд, судя по тому, как быстро расходуется сила.
Однако необходимости в этом не было. За время нашего совместного существования мы с Чернышом научились не только общаться телепатически, но и понимать друг друга без слов.
Стоило костяной голове, не без моей помощи, прильнуть к земле, как Черныш огромным прыжком сократил дистанцию, оказавшись на расстоянии удара. Ну и, не будь дураком, воспользовался безотказным оружием – хвостом. Послышался металлический скрежет, после чего гигантский мертвый дракон задрожал. Да, согласен, тут и правда прохладно. Самого вон озноб берет.
Внезапная «простуда» подействовала на драколича неожиданно жестко. Его кости в одно мгновение развалились, отделяясь от позвоночника, и подняли гигантскую волну пыли. Благо, я все еще находился в защитном пузыре, иначе бы раскашлялся.
Теневик стоял все в том же положении, помятый, израненный, с вытянутым хвостом-жалом, и жадно впитывал силу, хлынувшую из разрушенного артефакта. Выходила она слишком быстро, не все Чернышу удавалось ухватить, но и этих «крох» было достаточно, чтобы насытить гордого и вечно голодного сына Иномирья.
Постепенно следы битвы на теле теневика принялись исчезать, как легкие царапины на машине после хорошей полировки. А сам он будто бы даже стал больше. Хотя вряд ли, это, скорее всего, игра воображения. Впрочем, чего нельзя было точно отрицать – теневик стал сильнее. Намного сильнее. Якут оказался прав: один короткий бой дал нам больше, чем месячная охота. С той лишь разницей, что здесь мы очень сильно рисковали.
Наконец Черныш оторвался и медленно подошел ко мне. Я с некоторым волнением отметил, насколько теперь силен теневик. Захоти он, то… Мысли о коварном предательстве я постарался отогнать в сторону. Не время сомневаться и показывать слабость. Он все чувствует. К тому же теневик, помимо удовольствия и насыщения, сейчас был благодарен. Я пришел к нему на помощь, когда ситуация действительно оказалась не в нашу пользу. Больше того, накормил его. Одним словом, вел себя в высшей степени положительно. А из-за кого мы чуть не умерли, оказавшись здесь, – уже не так важно.
– Да уж, чуть не влипли, – я погладил его шипастую морду.
Теневик потерся о щеку и сделал пару шагов в сторону, как раз к тому коридору, из которого мы пришли. Весь его вид словно говорил, что пора рвать когти. Тут все равно нельзя ничем поживиться.
– Подожди, – громко ответил я. – Мертвый дракон был поднят здесь с одной-единственной целью – охранять некрополис. Ну, или как это место называется. Наверное, глупо сторожить просто голые стены. Значит, тут есть чем поживиться. Так?
Я не ждал согласия и одобрения Черныша, а скорее рассуждал. Было бы забавно, если бы теневик сейчас стал дискутировать на нормальном человеческом языке на эту тему. Молчаливого внимания мне оказалось более чем достаточно.
Вместе с тем по всему выходило, что я прав. Разве есть смысл затрачивать такие огромные ресурсы просто так? Логичнее предположить, что у древнего мага здесь был некий схрон. Обычно ведь будку с собакой ставят именно там, где есть что охранять. Поэтому теперь, когда драколич мертв, можно прогуляться по темным руинам некрополя и осмотреться.
Я так и не понял до конца, что здесь было – гигантский склеп или храм бога Древнего мира. А может, и то и другое. В любом случае я нашел остатки некой статуи, точнее, лишь ноги ее обладателя, все прочее драколич решил вымарать из истории. Может, это и есть тот самый Плутон, которому поклонялись древние? И находилась статуя как раз в центре колонн. Логично было бы предположить, что именно здесь останавливались пришедшие помолиться.
Но ко всему прочему, я нашел и многочисленные глиняные осколки. Погребальные урны? Вполне вероятно. Тогда получается, что вся эта пыль вокруг… Хорошо, что завтрак был уже давно.
Черныш следил за каждым моим шагом и рукой-прожектором с некоторой скукой и недоумением. Он-то несколько раз «прощупал» местность. Ничем стоящим здесь поживиться не удастся. Поэтому все мои действия воспринимал как некую блажь. Мало ли в мире извращенцев? Ну, нравится тебе среди остатков немощных в старой пещере-храме ковыряться, разве это плохо? Никому же не мешаешь.
Между тем я остановился возле статуи. Здесь и покоился драколич в ожидании новых жертв. Только в этом месте каменный пол заметно просел. Тот случай, когда кость оказалась действительно тяжелой. Так, не зря же мертвый дракон выбрал именно это место?
Камни поднимались с трудом, будто сопротивляясь чужой силе. И надо сказать, конкретно это меня и обнадежило. Комнату, в которой ничего нет, на ключ не закрывают, ведь так?
Теневик продолжал равнодушно взирать на странные манипуляции, даже когда мое лицо озарил яркий синий свет. Камни разлетелись в разные стороны, а я стал с интересом изучать содержимое.
Что любопытно, я тоже не чувствовал зачарованных предметов, хотя они лежали перед глазами. Множество драгоценных камней и благородных металлов, заготовленных исключительно для производства артефактов. Ну да, точно, не надо забывать, кем являлся маг, посадивший драколича охранять эти сокровища.
Интересно, если переводить найденное в деньги, сколько здесь? Даже на мой неопытный взгляд, хватит на пару серьезных поместий со слугами и всем остальным. Получается, я теперь завидный жених? Вот только вся ирония в том, что богатство приходит именно тогда, когда ты в нем уже не нуждаешься. Еще полгода назад я бы за все это многое отдал. А теперь… Теперь никакой радости. Лишь небольшое удовлетворение от того, что нашел дополнительный инструмент для осуществления собственных целей.
Но помимо ювелирки и драгметаллов, в тайнике были еще и кристаллы силы. Точь-в-точь как те, с помощью которых мы проходили инициацию в школе. За одной маленькой особенностью. Они были в разы больше терновских.
Я взял ближайший из кристаллов и поднес к лицу, ощутив колоссальные запасы магической энергии.
Теневик среагировал молниеносно, подскочив ко мне с такой скоростью, что чуть не снес остатки памятника.
– Ну уж нет, дружище, ты уже пообедал. А эта вещица мне еще может пригодиться.
Я убрал кристалл в пространственный карман и задумался. Черныш не почувствовал предмет, пока я не вытащил его наружу. Впрочем, у меня и самого не получилось считать силу, хотя кристаллы заряжены под завязку. Значит, есть что-то блокирующее или скрывающее присутствие магической энергии.
Присваивать сокровища я стал медленно, сначала забрав все кристаллы, после драгоценные камни, и закончил металлами. И когда со всем было завершено, на дне схрона остался небольшой амулет в виде солнца со множеством крохотных рычажков и выемкой на обратной стороне. Стоило взять его в руки, как теневик беспокойно заворчал. Волнение прекратилось, лишь когда он подошел и положил голову на плечо.
– Офигеть, – сказал я. – Черныш, ты представляешь, что это такое?
Теневик ничего не ответил, боясь отпустить меня хоть на мгновение. Он считал, что стоит ему отойти, моя сила вновь ускользнет от него. Пришлось убирать артефакт в пространственный карман для всеобщего спокойствия.
– Надо навестить Димона. Думаю, он будет нам очень рад.
Глава 7
После моего разговора с Байковым на Димона было жалко смотреть. Конечно я боялся, что надежда, которую я дал ему, окажется пшиком. Но попробовать стоило. Вместе с тем у меня был ряд условий, на которые Байковым необходимо пойти. Как бы я ни хотел помочь другу, мне нужно извлечь максимум выгоды из сложившегося положения.
– Как твой дядя к этому отнесется?
– Что ты хочешь сказать? – Димон уже пошел красными пятнами. Того и гляди его удар хватит.
– Он не будет против? Все-таки это означает передел его сфер влияния, в том числе на тебя, ну, и на всю вашу семью.
– Ты не представляешь, как Олег любил отца. И продолжает любить, несмотря на все произошедшее.
– Тогда мне нужна будет от него небольшая клятва верности. Как думаешь, он пойдет на нее?
Олег в имении отсутствовал, поэтому я мог говорить с Димоном свободно. Больше того, мне сначала нужно было побеседовать именно с другом, чтобы узнать вводные, а потом уже давить на его дядю. Глава фамилии и по совместительству мой друг не колебался с ответом. Он сначала кивнул, а следом добавил:
– Олег пойдет на все, если это поможет…
Байков не договорил. Лишь тяжело вздохнул и отвернулся. Бог знает, что сейчас творилось в душе у Димона. Мне бы посочувствовать ему, но дело необходимо было довести до конца.
– Тогда это мое окончательное условие. Ты говорил, что на подготовку нужно будет время.
– Несколько дней, – ответил Байков. – Я хочу быть готовым к негативным последствиям. Все-таки столько времени прошло.
– Добро. Тогда жду твоей отмашки.
Я поднялся и обнял растрепанного друга. Хотелось сказать что-то обнадеживающее, но слов не хватало. Димон держался изо всех сил, чтобы не разрыдаться. Да и мне пора было отправляться восвояси. Кольцо с каждой минутой дрожало все сильнее. Чернышу не нравилось длительное заточение.
Оказавшись в голой степи, я освободил теневика. Тот радостно выскочил, прыгая, как самый обычный пес. Ага, обычный. В нынешнем состоянии с ним не справилась бы и пара патриархов. Довольный, сытый, могучий. Я не разделял его радость. На душе после тяжелого разговора было гадко. Нет, я все делал правильно, пытаясь перестраховаться. Вот только мне самому не нравились струны, на которых приходилось играть.
Дом встретил запахом еды и заждавшейся Катей. Банник без лишних слов юркнул наружу, а ведьма потащила меня в спальню. Я хотел было сказать, что сейчас настроение не самое подходящее, однако проклятая физиология взяла вверх. И как мужики сопротивляются чарам женщин? Какую магию надо изучить для этого?
– Что случилось? – спросила она после, совершенно не стесняясь своей наготы.
– Да много чего.
– Не расскажешь?
– Пока нет, – решительно ответил я.
– Твое право. Пойдем есть? Когда мне плохо, я всегда ем.
– Со временем это сыграет с тобой плохую шутку. Но сейчас, может, ты права.
Дни потянулись один за одним, играя на моих нервах, как музыкант-недоучка, мучающий своих соседей гаммами. И что самое ужасное, время работало против меня. Дело не только в том, что подходил срок, установленный тетей Терлецкой. Мне и самому нужно было дать ответ как можно скорее, чтобы не потерять лицо. Поэтому весточка от Максимова на третий день ожидания пролилась бальзамом на мое истерзанное терпение.
– Есть лазейка, – только и сказала земляная голова моего друга. – Остальное при встрече.
Будь это ловушкой, я бы все равно стремглав помчался к Мишке. Но, к счастью, никакой засады не обнаружилось. Уваров, видимо, ненадолго забыл о моей скромной персоне. У входа в библиотеку по-прежнему посапывал старик-привратник, а внутри посетителей и вовсе не было.
– Привет, – Мишка светился, как стоваттная лампочка, и это обнадеживало.
– Привет. Нашел что-нибудь?
– Нет, блин, просто соскучился. Конечно, нашел. Ты бы знал, сколько перерыть пришлось.
Я промолчал, что ждал его ответа чуть пораньше. Чего доброго, еще обидится. Да и не в моем положении было качать права. Судя по синякам под глазами, Максимов отнесся к моей просьбе с присущим ему рвением.
– В тысяча триста шестом году на престол Чехии вступил король Рудольф Первый. Весьма средний маг, в хрониках упоминается, что он был рангом не выше плуковника. По нашим меркам, это магистр. Зато через год, когда Рудольф пошел войной на одного из лидеров повстанцев, Бавора Третьего, он уже находился в ранге созидателя. Согласись, совсем нехилый прогресс для мага.
– А вот этот вот экскурс в историю обязателен? Нельзя просто сказать: «Макс, надо сделать вот это и это»?
– Имей хоть каплю уважения, – возмутился Мишка. – Я тут кучу литературы перекопал. Тем более что это важно. Так вот, одной из причин подобного возвышения считается своеобразная клятва силы.
– Мне это как поможет? Нет, могущества никогда не бывает много, но при чем тут Терлецкая?
– До конца дослушай! – чуть не кипел от возмущения Мишка. – Называется это Обет Безбрачия. Самая могущественная клятва из существующих. И работает все следующим образом. Ты вроде как заключаешь сделку с силой, что пока не достигнешь цели, то не можешь жениться, ну, и заниматься этим самым.
– В нарды играть?
– Макс, ты все понимаешь. Ну, с женщинами…
– С мужчинами можно, получается?
– Максим, я сейчас просто замолчу, и все.
– Ладно, продолжай. Я приношу клятву – или даю обет, не суть важно, – а потом не смогу жениться и заниматься сексом. И всего-то?
– Не всего. Считалось, что обет поможет тебе сосредоточиться на цели. Эдакое расставление приоритетов, чтобы ничто ненужное больше не отвлекало.
Я скривился. Скажи мне кто-нибудь об этом еще месяц назад, я бы согласился не задумываясь. Но с тех пор как Зыбунина вошла в мою жизнь с «этим самым», как выражался Мишка, маленькие радости не считались такими уж ненужными.
