Зрелище абсолютно мокрого, просто как из озера вынырнувшего Коли и якобы растерянного Пашки было Нине как бальзам на рану.
– Ты бы удивилась что ли… Ну, хоть приличия ради! – прошипела ей на ухо Полька.
– Аааа, точно! То есть… Коля, что тут случилось?
– Нина! Твой проклятый племянник снова облил меня ледяной водой! С ног до головы!
– Да вовсе нет! Дядьколь, вы ж сами на шланг стали. Кто ж вас заставлял? Я просто дёрнул, а он и крутанулся! – Пашка выглядел в меру укоризненно, в меру оскорблённо.
Нина уловила, как близнецы обменялись взглядами и чуть поёжилась. На ум полезли всякие разные фантастические истории про инопланетян в телах близнецов, а потом она вспомнила, как Светку с малышами забирали из роддома и решительно велела себе дурью не маяться! Ибо нефиг! Она ПП тоже понимает даже без телепатии, хоть родство не такое близкое и она их старше!
Утренний ветерок напомнил Коле, что он уже закоченел и он воззрился на Нину.
– Полотенце бы…
– А! Да, на!
– Вот это?
– Ой, дядь Коля, а у вас что, гендерные стереотипы? – Полинка подобралась поближе, склонила голову на бок и уставилась на «дядьколю» нехорошим взглядом естествоиспытателя, такого, который смотрит, смотрит, а потом ррраз и за скальпель хватается.
– Да какие ещё стереотипы? Просто оно такое розовое в цветочки…
– Коль, ну, большие у меня только такого цвета! А маленькие тебе в аккурат как фиговый листок будут! – Нина стояла с абсолютно серьёзным выражением лица, чувствуя, что с трудом сдерживаемый смех сводит скулы и надолго её не хватит!
– Ладно! А переодеться где? Да убери ты этого монстра! – Гирь непоколебимой мохнатой скалой стоял, не подпуская Колю к хозяйке.
– Он полураздетых мужиков рядом со мной не переносит! – серьёзно и чуть печально объяснила Нина. – Одного чуть не покалечил. Хватанул, понимаешь, за болевую точку и едва не обездолил человека!
Гирь недвусмысленно показал взглядом куда именно может хватануть и Коля нервно попятился, поскользнулся на луже, образовавшейся после его «холодного обливания» и широко шагнул назад, силясь удержаться на ногах.
За дальнейшим передвижением Коли, сопровождаемым грохотом, воплями и радостным лаем Гиря, зрители наблюдали с восторгом. А Нина ещё и с трепетом.
– Блин, не убился он там? Человек всё-таки, жалко…
Проезд Коли, который попал ногой в забытый им же на дорожке тазик с его рубашкой, водой, случайно попавшей туда из шланга и куском хозяйственного мыла, был эпохален по размаху и продолжительности, правда, закончился бесславным приземлением в отличный ежевичный куст!
– Ёлки! Этак он нас без работы оставит! – с некоторым даже осуждением проворчал Пашка. – Тёть, надо чудика реанимировать, у нас ещё богатая культурная программа!
Нет, Нина пожалела бы несчастного Николая, если бы он сходу не начал бухтеть, что это она виновата.
Нет, некоторая логика в этом была… Если бы Нина послушно, как и подобает приличной девушке из хорошей семьи взяла Колину рубашку, постирала бы, погладила, помогла облачить… и тут же, не сходя с места пала в его объятия, то ничего ВОТ ЭТОГО не было бы. А так, ВОТ ЭТО прямо-таки в глаза бросается.
– И что мне теперь делать? – сердито ныл Коля, осматривая руки, плечи и торс, покрытые мелкими и болезненными царапинками. – Что я скажу?
– Ээээ, кому? – Нина помогла ему выбраться из ежевики, разочарованной быстрым расставанием с объектом.
– Ну, как кому? Я в спортзал хожу!
– Аааа, ну, придумаешь что-нибудь… – Нина насмешливо воззрилась на Колину ногу. – Ты так с мылом и пойдёшь или найдёшь в себе силы с ним расстаться?
Подразмякшее хозяйственное мыло, на которое наступили дорогим вычурным кроссовком, намертво влепилось в фигурную подошву и все попытки Коли его стряхнуть, стоя на правой ноге и дёргая левой, никаким успехом не увенчались. Разве что он опять чуть не обвалился в ежевику.
– Нин, я так не могу! – рассердился Николай.
И то сказать… Для человека, уважающего себя с рождения, находиться мокрым, по пояс раздетым, покрытым мелкими царапинами вперемешку с крупными мурашками от прохладного ветерка, с джинсами, которые прилипают при каждом движении, с мылом в кроссовках и ржущими аки кони мерзкими детишками на периферии, было однозначно невыносимо!
А тут ещё и сама Нина!
Стоит с каменным выражением лица, как статуя. Ни тебе пожалеть, ни посочувствовать!
– Могу предложить тебе сходить в баню.
– Издеваешься? – вскинулся Коля.
– Нет, почему? Вон, баня у меня стоит. Там можно и ополоснуться и штаны снять. Не при детях же, действительно… Закутаешься в полотенце, повесишь джинсы… – Нина кивнула на верёвку для белья. – Сейчас ветер, будет тепло, они быстро высохнут.
Коля с сомнением покосился на полотенце. Нет, если бы они с Ниной были вдвоём, он бы не возражал, но эти поганцы… От них можно ожидать чего угодно! Сдёрнут ещё, чего доброго!
– Дядь Коль, а вы это… набедренную повязку изобразите! И держится лучше! – радостно предложил Пашка и был награждён таким взглядом, от которого более чувствительный человек полгода бы нервно озирался, ожидая неминучего возмездия. Правда, Пашка на такие глупости не реагировал от слова совсем, посему только насмешливо фыркнул и куда-то смылся.
Часть десятая. Суровые дачные мыши
– Нин, у тебя никаких штанов нет? – Николай ворчал всю недлинную дорогу к бане и даже за такое невеликое время Нину достал!
– Штанов у меня куча, но они тебе никак не подойдут! Хотя… я подумаю, если найду, принесу.
Нет, если бы он не гундел, просто молчал, она бы не стала вредничать, а тут…
– Видимо, нам с близняшками какой-то коварный ген достался! – размышляла она, выкапывая из шкафа невыносимо оранжевенькие штанишки с верёвочкой на талии. Нет, ТАКОЕ она не покупала – подарила тётушка Мила. – Вот, по размерчику вполне-вполне, а всё остальное – извиняйте, мужиков в дому не держим, не заводили, и вещичек для них не завалялось!
Выход Коли из бани сопровождался восторженным хихиканьем близнецов, восседающих в жадном ожидании в кустах.
– Снимай, снимай! – пищала Полинка. – Нет, ну класс какой!
Коля шел с видом римского патриция, облаченного в пурпурную тогу. Ну и что, что пурпур подкачал и оказался украшен весёленькими ромашками? Зато, патриций в наличии!
– Хоть в фас, хоть в профиль… – вылитый Гай Юлий Цезарь! – решительно кивнул Пашка. – Который конь из мультика!
– Неее, ты придираешься, у того круп был массивный…
– Полька! На что ты смотришь? – внезапно рассердился Пашка, возмущенный неожиданным комплиментом сестры этому зануде.
– Как на что? На недобитка! – фыркнула Полинка и показала братцу язык. – Не парься. Мы ж Грецию проходили, Рим проходили, скульптуры рассматривали, что нам этот Коля…
Торжественный проход Николая в столь неподходящем одеянии чуть не заставил Нину его зауважать.
От этого заблуждения её спас кот Гнусь.
Все котовладельцы отлично знают, как их любимцы преотлично умеют стреноживать любой двуногий объект! Вот только что вы стояли на двух ногах, твёрдо, уверенно и надёжно и вот уже ррраз – цепляетесь за стены, мебель, воздух, в слабой надежде не уронить себя на драгоценность котового рода-племени, которая плотно обвилась вокруг ваших конечностей, а как только вам удаётся удержать равновесие, немедленно продолжает роковой обвив себя любимого вокруг второй вашей ноги.
И так продолжается или до вашего грандиозного соединения с планетой в лице пола или земли (нужное подчеркнуть), или до овладения вами уровня «котоэквилибрист – цирк нервно отдыхает в сторонке».
Коля этим навыком никак не владел, поэтому банально запутался в коте и рухнул на дорожку.
– Иффффсчтозахффрррр!
Детки в кустах восторженно переглянулись. Нет, положительно, этот самый Коля был исключительно многообещающим типом.
– Слушай, а может, всё-таки женить его на Нине? А? – прошипел Пашка сестре на ухо. – Ценный кадр!
– Неее, Нину жалко! А этот всё равно никуда он нас не денется! – Поля захихикала, – Глянь, глянь, пятится на четвереньках!
Пятился Коля не просто так – пока Гнусь заваливал объект, Полосатость подкладывал на дорожку прямо перед носом Коли крупную свежепойманную мышь. Поэтому первое, что увидел Коля, открыв глаза и уточняя где он и что это с ним случилось – полный укоризны мышиный взгляд. Мышь была вполне себе жива. Только сложно от потрясения, вызванного поимкой и грохотом такой махины почти на твою почтенную мышиную особу, сохранять здравомыслие, поэтому мышак решив продать свою жизнь молодую задорого, ринулся на единственно доступный ему объект.
– Дааааа чтоооож такоооое?! – возопил Коля, бодро вскакивая с коленок и придерживая «тогу». – Тут что, все психи?
– Коль, что случилось?
– Нина! У тебя кот, мышь! Кот меня упал, то есть уронил!
– А мышь? – Нина опасливо покосилась на кошачью выставку, демонстративно восседающую на крыльце. Все трое представителей кошачьего племени активно делали вид, что абсолютно тут ни при чём. То есть ни при чём ни тут, ни там!
– А мышь – она напала! – Николай тыкал пальцем в пустую дорожку. – Нин! Она вот тут только что была, вооот такая! – он развёл рукам в стороны, показывая что-то вроде капибары.
– Понятно… Коль, ты руками не маши, у меня тут дети… где-то, а ты ээээ не очень одет. Лучше полотенце придерживай!
– Ты штаны обещала! – Николай, осознав, что солидному мужчине прыгать от мыши и жаловаться на котов как-то не очень подобает, сменил тему и интонацию.
– Обещала поискать! – Нина тут же вспомнила, что это тип вредный и занудный. – Вот, нашла.
– НИНА! Ты что?
– Коль, это единственное, что на тебя налезет! Не хочешь – ходи в полотенце, только держи его! Потому что если зацепишься за ежевику или крыжовник… Ну, короче, лучше держи!
Николай обреченно взял шорты и молча унёс себя в баню.
Нина честно постаралась не смеяться и у неё это получилось. Правда, периодически покерфейс шел трещинами и норовил осыпаться с физиономии, но она держалась!
– Кремень у нас тётушка, да? – с уважением ржал в кустах Пашка. – Я уж три раза сбегал, а она как скала!
– Вся в меня! – кивнула Полька. – У женщин нервы крепче! – аргументировала она свою точку зрения.
Нина, пожалев почти полностью морально уничтоженного «женишка», приготовила ему завтрак и Коля немного пришел в себя. И зря! Потому что как только он немного восстановил попранное душевное спокойствие, тут же начал гнуть свою линию.
– Нин, ну ты же сама понимаешь, разве можно тут жить? Какой-то безумный пёс, сумасшедший кот, птицы – заполошные психопаты, мышь бешенная…
Часть одиннадцатая. Биоразнообразие на отдельно взятом участке
Про мышей он вспомнил не зря…
– Гнусь, ты сколько положил? – лениво интересовался Полосатость.
– Пятерых! – гордо отчитался Гнусь.
– А я восемь принесла! – похвасталась Чудь Болотная.
– Да ты, небось, опять землероек наловила. Те восемь, как две моих! – пофыркал Гнусь, хотел было продолжить и замолк, получив превентивный удар по уху. – А ты, Полосатый?
– Я – кот запасливый! – хмыкнул Полосатость. – Я принёс всё, что вырыл…
– Ого-го! Это ты его круто обмышарил! – восхитился Гнусь. – А он не учует раньше времени?
– Нееее, я спрятал! – Полосатость принял вид крайне довольного жизнью кота, сильно напоминая своего родственника из графства Чешир…
Нина села напротив исцарапанного полуголого абсолютно непрошибаемого типа и вздохнула… – Скалкой что ли его треснуть, а? Нет, ну как-то же должно до него дойти…
Набрала побольше воздуха в грудь и проникновенно сказала:
– Коленька…
– Мне нравится, как ты это говоришь!
– Вот пусть это будет единственное, что тебе во мне нравится. Коленька, я НЕ ХОЧУ никуда уезжать. Мне тут нравится. Мне нравится жить так, как я сама выбрала…
Коля, который уже почти решил, что Нина всё поняла, рассердился. Некоторое время он рассказывал ей, как она ошибается, что она без него закончит жизнь никому не нужной старой девой или женой нищего проходимца, и как пожалеет о нём, о Николае Андреевиче Васильевом!
– Дурь бы выбить! Где же скалка? Сердцу будет веселей! – пронеслось в голове Нины, машинально перефразированное Пушкинское обращение к нянюшке.
– И я не уеду, пока ты не поймёшь! – Коля решительно встал и направился во двор, проверить, как там сохнут его джинсы.
– Яму копать придётся большууууююю! – в окне показалась развесёлая физиономия Пашки. Он осмотрел сердитую тётку и пояснил. – Ну, если он не уедет, ты его пришибёшь и мы его тут того… Под ежевикой. Нет, а что? Вот мы с Полькой Кристи читаем… Очень много полезного почерпнули!
– А где Полина? – слабым голосом уточнила Нина.
– Готовит объект к решительному сражению, – Пашка фыркнул. – Не-не, ты пока не выходи.
– Паш, его бы лучше отсюда живым выпустить! – забеспокоилась Нина.
– Не боись тетёнька, уедет живым! – многообещающе кивнул племянник.
Коля ощупал мокрые джинсы и запечалился. Девушку покорять лучше в мужественном виде, а оранжевые шорты с цветком на кармане как-то харизму портили.
И тут он подозрительно присмотрелся к странному мельтешению за кустами смородины.
– Чего там эти чокнутые детки ещё придумали? – он, уверенный в том, что только его воля может защитить Нину от хулиганистых деток, отправился туда и застал Полину в отчаянии над…
– Чёго это? – он в недоумении ткнул пальцем в миску с чем-то бело-оранжевым.
– Ой, дядь Коля… Я такое натворила… Такое натворила! Я хотела миску с кислым молоком отнести псу, а потом отвлеклась и забылаааа… – Полина плакала натурально – крупными слезами, со всхлипываниями и поскуливанием. – А тут испанские тётины слизни наползли и утопли! А она их разводит – они очень полезные.
– Испанские слизни? Вот эта оранжевая мерзопакость?!
– Ну, почему же мерзопакость… И почему только оранжевая? Они и красные есть, и чёрные, – Поля натурально обиделась за слизней. – Она же ими красоту наводит!
– Че-го? – Коля никогда ничего более гадкого чем слизни насыщенно оранжевого цвета, сантиметров десяти в длину, в своей жизни не видел.
– Ой, а вы не знали? Ой, мамочки! Вы же только не говорите, что я вам сказала, ладно? – нет, если бы она не рыдала и не уговаривала его не рассказывать, Коля бы в жизни не поверил! – Нина… ну, она у нас немного странная! Ой, вы это тоже не знали? Ой, я пошла! Я пошла, а то ещё что-нибудь скажу не то!
Полина натурально сделала вид, что собирается уходить!
– А ну, быстро рассказывай, что знаешь про Нину! Рассказывай, а то я её сейчас позову! – пригрозил Николай.
Предупреждение автора: Уважаемые взрослые! Никогда не ведите себя с детьми и подростками так, как этот несчастный!
Полина возликовала. Во-первых, наживку дядяколя заглотил полностью, во-вторых, его стало АБСОЛЮТНО не жалко (см. предупреждение автора), и в-третьих, за Колей в кустах выглянул Пашка со смартфоном.
– Неее, она меня прибьёт! А уж что родители сделают… Понимаете, у нас вся семья очень надеется, что вы её уговорите замуж выйти. Ну, все же вас уговаривают, да?
– Да! – согласился Коля.
– Вы же сами понимаете, что ведёт она себя странно, да?
– Дааа! – покивал Коля умной головой.
– А она вам отказывает! Ну, это же никак не объяснимо, да?
– ДА! – Коля невольно почувствовал себя лучше.
– А причину не скажу, пока со слизнями не поможете! Вы ведь поможете, да? – Полька использовала закон трёх согласий и Коля со всего маху согласился, сам того не ожидая.
Он, морщась от омерзения вылавливал палочкой скользких слизней из кислого молока, Пашка, закусив губу, чтобы не смеяться, снимал процесс, а Полина тихо-тихо, чтобы не было слышно на видео, вещала:
– Она… она специально разводит этих испанских гадостей и на лицо себе их запускает.
– Вот это? На лицо? – Коля даже слизня упустил от потрясения.
– Да, только тише! Они вообще-то ядовитые, так что зря вы его пальцами взяли, и личинки бычьего цепня переносят, Пашка их только в перчатка брал и тётя тоже. Да вы погуглить можете – в инете про них много чего написано!
– А на лицо? – перепугался Коля, судорожно вспоминая, не целовал ли он Нину…
– У неё переносимость, она их токсин нормально воспринимает.
– А эти… личинки…
– Ну, умывается… наверное… Ой, только вы нашим не говорите, пожалуйста-пожалуйста! – умоляюще заныла Полина.
– Тьфу! – Коля, выяснив всё, что ему было нужно, презрительно покосился на девчонку, отшвырнул от себя палочки, которыми выуживал слизней, резко встал.
– Дядь Коля, а вы чего это? Вы ж помочь обещали… – пропищала Полина.
– Издеваешься? Не хватало мне ещё! – Коля сдёрнул с верёвки мокрые джинсы, выхватил из тазика позабытую, щедроунавоженную рубаху, и направился к калитке.
– Ой, дядечка Колечка, вы что? – запричитала ему вслед Полинка, размазывая слёзы по личику.
– Коль, ты чего это? – недоумевающая Нина вышла на крыльцо, и Николай ускорил движение, едва не врезавшись в Гиря.
– Убери свою шавку! – грозно потребовал Николай. – И вообще! Если бы я знал, что ты занимаешься такой мерзостью с этими слизнями ядовитыми и личинками бычьего чего-то там, я бы к тебе и близко не подошел! И семейка твоя! Да как они могли мне психопатку подсовывать!
Нина ошалело уставилась на Николая.
– Гииирь, иди ко мне, мой мальчик, Коля у нас что-то немного того… одичал, отойди он него подальше, может, это опасно! – позвала она пса.
Гирь явственно мрачно ухмыльнулся, сделал стремительное движение, словно хочет схватить Николая, тот взвыл и форсировал калитку с такой скоростью, что чуть было не снёс её с петель!
Коля швырнул свои вещи в машину, газанул, стремительно развернулся и лихо убыл.
– И что это? – недоумение Нины было натуральным, поэтому получилось отлично! Пашка показал большой палец в знак восхищения и остановил съёмку.
– А было это, тётенька, доказательство того, что дядядколя у нас немного псих! Ну, вот сама смотри…
Кадры замелькали на экране – вот Коля в розовом полотенце, покрытый мелкими царапинами, вот он прыгает на четвереньках и рассказывает Нине про мышь вооот таких размеров, вот в Нининых шортиках сидит и трудолюбиво выколупывает утопших слизней из кислого молока, вот с вещами в охапку несёт какой-то неописуемый бред, а Нина его слушает с неподдельным изумлением и ужасом.
– Прикинь, такое папочке нашему отправить? – фыркнул Пашка.
– Елки-палки! Граждане, да вы гениальны! Но он-то тут чего вещал?
– А он теперь уверен, что ты у нас малость того… Ну, в самом-то деле, отказываешься от драгоценности этакой – Николая! – Полина рассказала, что именно изложила Коле над ловушкой со слизнями. – И ведь, если он в Гугл полезет, там всё слово в слово прочтёт!
– Ну, граждане, вы даёте! – Нина не знала, смеяться ей или пугаться.
– Тёть, он подлый, – вдруг грустно сказала Поля. – Мы бы использовали мягкий сценарий, но он сначала пообещал мне ничего не говорить и помочь, а как только узнал, что ему было надо, не помог и с потрохами сдал. Разве так можно?
– Нет, Поль, так нельзя!
– Вот и мы о чём… Ты не думай, мы гадости так просто не делаем! – понурился невесело Пашка. – Просто взрослые иногда такое творят…
Нина обняла обоих племянников.
– Золотые мои, а не отпраздновать ли нам избавление от Коли? Пока он не дозвонился вашему отцу? И да, кстати, а куда вы дели колорадских жуков?
– С ним уехали! – радостно отчитался Пашка – Под водительским сидением!
Коля проехал уже полдороги до Москвы. Ехал плохо! Нет, пробок не было, но какой-то странный и неприятный запах его просто преследовал! Запах и тихий, но настойчивый шорох.
Припарковавшись на обочине он вышел из машины…
Кадры со странным мужиком, облаченным в оранжевые женские шортики и крутые кроссовки, вопящим что-то малопонятное, щедро вышвыривающим из машины колорадских жуков и их личинки, а так же дохлых мышей разной степени сохранности, попали в интернет, и Коле оставалось радоваться только тому, что его мало кто узнал. Разве что члены семьи Мошеновых стали относиться с некоторым опасливым подозрением. Впрочем, как и он сам к ним.
Пашку и Полину, заподозренных в подкладывании Николаю колорадов (заслужено) и дохлых мышей (незаслуженно), Виктор забрал вечером в воскресенье и не разрешал им ездить к тётке Нине аж до самого Нового Года, но это уже совсем-совсем другая история.
Глава 1. Три белых коня в сугробе
Старый год заканчивался неохотно. Взял и из вредности растопил все белые праздничные сугробы, превратив их в подножное серое слякотное месиво, подсовывал людям, уже предвкушающим праздник, какие-то позабытые дела, несделанные и застенчиво задвинутые подальше, встряхивал их неожиданными новостями, короче, проверял на прочность.
– Когда этот год закончится-то? – скрипел Мишка, уныло доделывающий зануднейшие контурные карты по истории. – Ну да, забыл я про них! И что? Нельзя было про них в январе вспомнить? – злился он на бдительную историчку.
– Миш, чего ты ворчишь-то? – заглянула к нему бабушка. – Аааа, понятно. Походы и сражения? На картах они и правда, выглядят плоско и неинтересно!
– Устал я! – сообщил Мишка, уронив голову на заваленный учебниками стол. – Это ведь издевательство, да?
– Неее, издевательство будет потом, это так… разминка! – оптимистично ответствовала Людмила. – И вообще, не унынничай! Скоро праздники, поедем на дачу… Да и вообще, не знаю, как ты, а я так счастлива, что этот год получился именно таким, какой он есть!
Мишка покосился на кота Фёдора, умостившегося на учебнике географии, на Тима, развалившегося на лежанке, выбрался из-за стола, добрался до бабули и обнял её.
– Я тоже очень счастливый! – серьёзно сообщил он.
За окном продолжалась слякотная пакость, но уже запрыгали перед глазами картинки событий, которые случились в этом году, и Мишка воспрял, одной левой проложил маршрут для кучи военных походов, доделал уроки и развалился рядом с Тимом.
– Всё! Я устал и отдыхаю! На даче буду спать и валяться…
Знал бы он как он ошибается!
Владимир тоже мечтал где-то поваляться. Ну, хотя бы под столом! Вот лечь туда и сделать вид, что его тут просто нет!
– Ага, как же! Они зайдут поинтересоваться, и куда ж начальство-то делось… Сто процентов обнаружат, даже если креслом задвинуться и бумагами сверху присыпаться! А уж чего подумаюююют! – фыркнул он о сотрудниках. – Ладно-ладно, последний бой, он трудный самый! Доживу до двенадцати нуль-нуль, поздороваюсь с президентом на фоне курантов и уползу под ёлку спатеньки! А! Ещё своим подарки вручу и тогда точно уползу. Пережить бы этот предновогодний хвост…
Никому неприятно, когда о нём думают, как о хвосте, поэтому уходящий год, малость оскорбившись, взял и вопреки всем прогнозам синоптиков, засыпал всё отличным, отборным пушистым, белым и очень красивым снегом. От души, так сказать!
Возликовали все, кроме оскорблённых синоптиков, коммунальщиков и застрявших кто где водителей. МЧС секунд за десять до снегопада разослало всем предупреждения об оранжевом уровне опасности, связанном с таким неожиданным явлением для наших широт в это время года, а все категории населения, не входящие в вышеперечисленные, радостно выдохнули – однако Новый Год почти пришёл! Ура, как говорится, товарищи!
Мишка и Людмила приехали на дачу, как только у Миши закончились занятия в школе.
– Миииш, а как же мы заедем… Снега-то сколько! – ахнула Людмила. – Володя купил снегочистку, но до неё ещё добраться нужно, ворота хотя бы открыть.
– Эге-гееей! Соседиии! Помощь нужна? А то у нас тут три белых коня простаивают! – Лиза весело замахала руками, подъезжая на поводках «трибелоконного» выезда – Крока, Дила и Фунтика. – Мы вам запросто поможем!
– Мы! Кто эти «мы»?! Хулиганка, катаешься на троечке и катайся! – Андрей, Лизин жених, открыл ворота соседского участка изнутри и пояснил изумлённой Людмиле. – У меня отгулы, а Владимир меня ещё в Москве встретил, отдал ключи от ворот и гаража, да и попросил помочь вам снег почистить. Удобно всё-таки, что мы на одной лестничной клетке живём! Я и к старому вашему дому дорожку проложил и тут всё вычистил. Потом-то Мишка сможет, это не трудно с машинкой, но заехать было бы сложно! – Андрей намахался лопатой, расчищая дорожки на двух участках – родительском и Лизином, поэтому, просьбу соседа, сопровождаемую разрешением брать снегочистку и для собственных нужд, воспринял как подарок!
Мишка, приунывший было от перспективы пробиваться к дому через снежные заносы, воспрял и присоединился к Лизе.
– А где Лариса? – удивилась Мишкина бабушка отсутствию хозяйки минипига Фунтика.
– Готовит на всех какой-то страшно сложный пирог, а Фунт ей так активно помогал, что был засыпан мукой, залит молоком, всосал в себя сливочное масло, улетевшее, но не успевшее достигнуть пола… Про исчезнувшую упаковку шампиньонов, раскатанные по всему дому два мешка яблок и два убитых лимона я вообще молчу! – Лиза рассмеялась. – Я как раз пришла на этапе расследования гибели лимонов. Фунтик их подозревает в чём-то нехорошем, поэтому прокусывает и додавливает пятаком до блинообразного состояния. А потом с выражением на рыльце «я так и знал, что вы гаааадость», начинает чихать, плеваться и фыркать. Ровно до встречи со следующим лимоном. Короче, мы решили эвакуировать свинтуса, пока Лариса не закипела окончательно. Нам выдали его облачение, облегчённо расцеловали, чуть в ножки не поклонились и выпроводили на «погулять и подальше»! А мы и рады! Мальчики, мы рады?
Крок был вполне согласен с тем, что он очень рад, зато Дил подозрительно внюхивался в пятак Фунтика и морщился. Цитрусы ему тоже как-то не очень нравились.
Выпущенный из машины Тим моментально присоединился к «тройке», и псы ринулись в снежную целину. Высокие прыжки Тима перемежались солидным движением двух «ледоколов» марки «Бультерьер снегоходный», вспарывающих снег, словно горячий нож масло. Фунтик же явно придерживался иной политики – умный в гору не пойдёт, умный гору прокопает!
– Не прыгайте там, где сугробы шевелятся! Там Фунтик! – крикнула Лиза.
– Милая, не мешай, это ж половина удовольствия – ловля большой снежной мыши! – рассмеялся Андрей, помогая Людмиле доставать из машины многочисленные сумки и коробки. – Аааа! Вы тоже ездите на дачу, как мои! Контейнерные перевозки на нас озолотились бы!
Лиза решительно перехватила у Людмилы переноску с Маурой.
– Матушку Глашки я сама донесу, можно? Хоть так выражу ей моё почтение! Это не деть, это термоядерная реакция в рыжей шкурке! Насколько у неё спокойный брат, настолько же шебутная у нас Глафира.
– Зато моим хорошо! Котеец – Глашкин брат – такая флегма! Хде положили, тама и возлежит! – хмыкнул Андрей. – Гаврюша вполне может приклеиться к вам и так ездить на плече весь день, чем бы вы не занимались. Я тут чуть куртку на него не надел – тупо забыл, что он у меня на шее.
– Да, похоже весь темперамент, который полагался на двоих как-то оказался у Глашки и сам собой произвёлся в десятую степень! – Лиза не зря была дочкой учительницы математики! – Ой, ладно, мы вам только голову морочим! Поскользила я дальше. Трррройкааааа! Ко мнееее!
Снежные вихри взметнулись и опали, выпуская на дорожку облепленных снегом бультерьеров, минипига, напоминающего горизонтального снеговичка на тонких лапках и практически белого Тима.
– Миш, пойди с Тимом погуляй, пусть он побегает, я пока разберу что куда! – Людмила отлично понимала, что мальчишке жутко хочется оказаться на свободе.
– Ой, спасибо! – Мишка выпустил из переноски важного Фёдора, который почему-то не пошёл в дом, а аккуратно ступая, побрёл вдоль забора, прихватил поводок Тима и рванул гулять.
Они с Лизой решили идти загадочным маршрутом «куда псам захочется», поэтому сначала шли налево, потом вернулись и дошли до самого края дачных участков, который был за новым забором – границей владений Мишкиного отца.
– Странно, я сюда почему-то не любил летом ходить… А тут красиво! – стоило ему призадуматься, как он сразу сообразил, почему именно он не хотел, выбирая маршрут прогулок, сворачивать направо – там был пустырь, где он нашёл почти мёртвых котят… Он до сих пор, вспоминая тот день, поёживался и радовался, что теперь ничего на участке, который его папа купил, не напоминает о той канаве.
– Да, тут осталось несколько домов от старой деревни. Вот этот – ближайший к вам обитаем, там живёт девушка с огрооомным псом. Что-то вроде очень крупной кавказской овчарки, – Лиза, как и очень многие собачники, определяла людей по принадлежности к собакам. Так о человеке в обще-выгульной компании говорят: «а это тот у которого забавный боксёр» или «та, с болонкой в стразиках».
Мишка насторожился.
– А пёс нормальный? Ну, в драку не полезет? – он тоже уже автоматически прикидывал, не опасный ли это объект для его любимого Тима.
– Нет, не бойся, пёс адекватный. Имя забавное – Гирь или Гиря. Я толком не поняла, но Крок, Дил и Фунтик с ним уже вовсю играли.
Мишка сразу успокоился. Невменяемый пёс не станет играть с двумя бультерьерами и свином.
Они продолжали прогулку, заходя всё дальше в заснеженный лес и не замечая, что за ними пристально следят две пары глаз.
Настя ожидала Нового Года с ужасом. Нет, конечно, не самого праздника, а того, что последует потом.
– Папа же захочет, чтобы я пришла к нему и к бабушке!
После Настиного демонстративного демарша из бабушкиной квартиры, её папа попытался было устроить большой воспитательный скандал, но ничего у него не вышло. Ирина – Настина мама превентивно разругалась с бывшей свекровью, которая даже не сочла нужным сообщить ей, что внучка убежала из бабушкиной квартиры. А вот после этого оскорблённый Настин папа бывшей жене и дочери не звонил и не появлялся.
– Но на праздник-то он точно появится! – Настя втягивала голову в плечи как черепаха, предвкушая холодное презрение за её поведение, гладкие, обтекаемые вопросы про её учёбу и бесконечные упрёки в том, что она какая-то не такая и не этакая.
Ирина злилась на бывшего мужа и на свекровь так, что чуть смартфон не выключила, когда он позвонил.
– Я хочу передать Насте подарок к Новому Году. Не знаю, получится ли у меня её забрать на каникулы, вообще – вряд ли, – вещал Понев. – Она так отвратительно себя вела с мамой в прошлый раз, устроила такую истерику, сбежала, а потом ещё и ты… Короче, мама не хочет пока её видеть! Я просто принесу подарок!
Он действительно появился, отглаженный, прилизанный, куда-то сильно спешащий. Вручил подарки – «Занимательные задачи по математике для пятых классов», новую теннисную ракетку и иллюстрированное издание по занятиям гимнастикой.
– Ей это будет полезно! Ты перестала водить её на танцы и у неё появляется жирок! – важно заявил пухлый щекастый Понев и Ирина, воспользовавшись тем, что дочки дома не было, достаточно ощутимо ткнула Понева ракеткой в жировые отложения в районе брюшной полости и ядовито уточнила, не стоит ли ему самому сходить на танцы. С трудом сдержалась, чтобы не нацепить ему ракетку на голову и то, только потому, что он торопливо смылся.
