Когда Амос вырос, родители хотели его женить. Не тут-то было. По каким-то делам на Оять явились монахи с Валаама. Один из них повел с юношей задушевные беседы о сладости жизни на святом острове. Как будто у парня под боком не было своего монастыря. Был, да, как видно, не тот. Валаамский старец расписывал преимущества отшельничества и скитничества. Говорил очень складно, завлекательно: любовь родителей естественна, но Владыка повелевает взять крест на плечо и последовать за ним тесным и прискорбным путем.
Вот Валаамский монастырь с Ладоги
Заметим, монах понимал, что на Ояти за такую пропаганду аскетического образа жизни можно огрести таких п… юлей, что потом никакая йодисто-радоновая вода не поможет. Поэтому очень просил Амоса держать их беседы в тайне. Понятно, ведь старец по сути совращал малолетнего: поспеши сотворить доброе свое желание (уйти на Валаам), пока еще не посеяны плевелы в сердце твоем и сластолюбие мира тебя не удерживает. Пугал: будешь подлежать укоризне вместе с теми, кто ради хозяйства и сладкого поятия жены отрекается от небесной пищи. Бил в самую сердцевину религии Хоти. И, между прочим, ненавязчиво так, но очень подробно намечал маршрут на Валаам. Приходи сам, а нам не велено взимать чад от родителей и отводить в монастырь.
И Амос решился бежать. Причем поступил очень хитро и крайне жестоко. Пришел к отцу с матерью и попросил благословения сходить к знакомому, жившему километрах в пяти от их дома, по делам. Отец благословил. Прошел день, другой, третий, неделя – малый пропал. Родители были в отчаянии. Что думать? Медведь задрал? Убили разбойники или, хуже того, украли и продали в рабство? Старики не могли себе и представить, что сын, украв благословение, просто бежал от них. Любимец! Подлец, настоящий подлец!
Оятский монастырь. Колокольня
Степан объявил награду тому, кто даст хоть какие-то сведения о судьбе Амоса. И вот через три года получил информацию о том, что он жив. Видели на Валааме. Слава богу! Мгновенно собрался и двинулся в путь. Добрался до Валаама, пришел к игумену: так, мол, и так, у вас тут мой ребенок. Игумен ему (тоже культурно): да есть такой, но надо обождать, может, он и не захочет тебя видеть. Это – как? Да вот так, у нас тут монастырь, иди пока что в гостиницу. Степан покорился. А игумен отправился к Амосу (он тогда еще не был монахом, только послушником) и сказал ему, что родитель его разыскал. Повидаешься? Нет, отказался, не захотел даже на порог выйти.
Узнав, что сын не хочет его видеть, Степан взбеленился. Назвал игумена пронырливым старцем и пригрозил сейчас же покончить с собой, если ему не покажут ребенка. Прозвучало это весьма убедительно. Игумен пошел уговаривать послушника показаться отцу. Уговорил. Степан ужаснулся, когда увидал вместо своего Амоса изможденного недоеданием и тяжким трудом доходягу. Обнял сына, заплакал. Потом стал его умолять вернуться домой. Но в ответ получил лишь избитые поучение о спасении души. И рекомендацию раздать имение нищим и самому уйти в монастырь. В тот, что около дома, Оятский. Отец посмотрел на сына, произносящего штампованные фразы, плюнул в досаде, повернулся и побрел восвояси.
Слева надгробья Степана и Вассы (Сергия и Варавары) в Оятском монастыре. Над ними как раз возводят часовню. Справа икона, на которой изображены Александр Свирский (в центре) и его родители
А чего он хотел? Ведь Васса еще до зачатия обещала посвятить ребенка богу. И оба родителя даже считали сына более данным от бога, чем рожденным от них. Какого бога, однако, они имели в виду? Судя по поведению Степана – совсем не того, которому поклонялись монахи на Валааме. Судя по всему – то божество, которому они с женой молились в ночи на Ояти. Но в том-то и фокус политтехнологий христианства, что людям внушают: есть только один бог, еврейский. И люди перестают ориентироваться, впадают в парадокс двоеверия (я об этом писал29): молятся своим богам под видом чужих, чужим – под видом своих. И уже даже толком не знают, кому они молятся. Приносят жертву одному богу, а она достается другому. В этой подмене самая суть стратегии Ягве, действующего среди презренных гоев при помощи своего единородного сына.
Конец этой истории по-христиански счастливый и благостный. Амос молился еврейскому богу, чтоб он вразумил отца. И бог вразумил. Степан вернулся домой, привел в порядок дела и постригся в монахи под именем Сергий. Васса тоже постриглась – под именем Варвара. Они вместе ушли в Оятский монастырь. И стали святыми. Могилы этих страдальцев почитаются там и сегодня. Их надгробья стоят рядышком.
Амос, конечно, тоже постригся. Это один из самых почитаемых русских святых – Александр Свирский. О нем и его месте силы – это не Валаам – в следующий раз30.
Девяносто четвертое – Свирская слобода
Продолжим историю Александра Свирского31. Вернемся к моменту, когда он решил бежать на Валаам. Монах, который его соблазнил, объяснил и дорогу: на Заостровье, а там – через Свирь и на север.
Переправившись через Свирь, беглец прошел километров шесть и оказался в зачарованной местности: озеро, окруженное лесом, светилось изнутри перламутром. Садилось солнце. Тишь будоражила душу. Александр воспарил, из глаз потекли слезы. Помолившись на озеро, он уснул совершенно счастливый. Вдруг голос: «Эй, человек! Хочешь идти на Валаам – иди. Там будешь долго. Но потом все равно вернешься сюда». И сильный свет обдал сновидца.
Остров Валаам располагается в северной части Ладожского озера. Теперь туда обычно ездят на катере от Сортавалы (это северный берег озера). Александр явно делал большой, огромный крюк. Скорей всего монастырская пристань была где-нибудь
на северо-восточном побережье Ладоги
Наутро он продолжил свой путь. Вскоре его нагнал человек, который – вот совпадение! – тоже направлялся на Валаам. И хорошо знал дорогу. Дошли без проблем. У монастырской пристани Александр стал молиться, благодарить бога… В это время его провожатый растворился в бодрящем ладожском воздухе. Это был ангел.
Александр провел на Валааме семнадцать лет. Пришел в 1467 году, семь лет был послушником, потом постригся, методично изнурял тело, долго жил один в пещере на небольшом островке. И всегда помнил, что со временем должен уйти в место силы, явленное ему по дороге. Был момент, когда он просил игумена отпустить его. «Ни, чадо, – сказал тот, – ты еще слишком юн». Ладно, прошло еще время, раз Александр, молясь в ночи Богородице, услышал: «Изыди на показанное тебе место». И свет на юго-востоке, как бы указывающий туда, где он должен был поселиться. Пошел к игумену, сказал: так и так, было видение на пути сюда, а теперь вот снова. Тут уж старик ничего не мог возразить, благословил. И в тот же день Александр ушел. Это было в 1484 году.
Рощинское озеро, то место, где ночевал Александр
Место силы, которое ему было указано, располагается на юго-восточной оконечности Рощинского озера. Здесь Александр построил хижину и стал жить в тиши. Благодать! Но, видимо, он немного перебарщивал с аскетическими упражнениями. Или что-то неправильно делал. И вот результат: у него развилась болезнь сердца. Дошло до того, что он уже совсем не мог стоять, а только лежал и молился. Но тут ему явился некто в человеческом облике, коснулся рукой груди, и болезнь отступила.
Место силы на Рощинском озере из космоса. Там, в сущности, два монастыря (Троицкий и Преображеский), составляющих один (Александро-Свирский). Это место называется Старая Свирская Слобода. Новая Свирская Слобода немного
северо-восточней
Вообще, Александр был с самого детства подвержен видениям. Это нормально: мир вокруг нас переполнен духами. Только мы их обычно не замечаем, поскольку наш взор застит майя условностей. А Александр все замечал. Не зря же он был зачат в месте силы и от рождения был посвящен богу, то есть – предназначен к существованию сразу в двух мирах: физическом и духовном. Он постоянно видел то, что другим людям видеть не дано, и хорошо знал, что далеко не все существа, которых видишь, добры. Некоторые даже очень опасны. Поэтому был начеку. Так, один раз (дело было в 1493 году) он вышел из своей хижины и увидел около нее некое существо в человеческом облике. Насторожился. Пришелец приблизился, посмотрел с удивлением и спросил: «Ты чего?» Александр напряженно молчал. И тогда человек сказал: «Дотронься до меня, я плоть, а не дух».
Преображенская часть Александро-Свирского монастыря
от его Троицкой части. Там сейчас действующий монастырь
Действительно, это оказался не дух, а дворянин Андрей Завалишин, родом из Москвы. Только тут Александр узнал, что государь Иван III32 давно уж захватил Новгород и раздавал своим людям его земли. Завалишину досталось поместье километрах в семнадцати от места силы. Иногда, охотясь в округе, он замечал сияние над юго-восточным озерным заливом. Но побывать там все было недосуг. А тут олень, которого он преследовал, привел его прямо к хижине божьего человека. Да так ловко: будто специально хотел открыть место, где тот жил. Привел и исчез.
На этом кончилась спокойная жизнь святого. Он, понятно, просил Завалишина не раскрывать тайну своего обитания. Но тот не удержался. И вот – к пустыннику потянулись благочестивые люди, появились ученики, стали расчищать лес под пашню, строить кельи… Ну, что тут поделать? Александр нашел такой выход: метрах в трехстах к западу от того места, где он поселился вначале, и где теперь толпились ученики, устроил себе отходную пустынь, чтобы можно было уединяться от суеты зарождающегося монастыря.
Троицкая часть Александро-Свирского монастыря
от Преображенской. Там сейчас сумасшедший дом (буквально)
Это новое место оказалось куда более напряженным, чем то, в котором он жил раньше. Здесь эпицентр озерного места силы. Здесь святому все чаще стали являться духи – то в виде змей, то виде зверей, а то и в виде людей. И именно здесь в 1507 году случилось одно из самых знаменитых явлений в истории русской святости. Как-то ночью Александр молился в одиночестве, вдруг – воссиял яркий свет. И вот – входят три ангела в светлых одеждах. Что это было? Нас убеждают в том, что Александру явилась христианская Троица. И при том – в первый раз со времен Авраама33 она явилась в виде трех ангелов. Пусть так, но все-таки – что это значит?
Часовня над колодцем, выкопанным самим Александром Свирским в своей отходной пустыни. Она находится перед входом в Преображенскую часть монастыря. В советское время в ней была бензоколонка, так что все под ней пропитано бензином. Монахи сняли несколько метров почвы, почистили колодец, но пить, вроде, не рекомендуется. Но там внутри краны, и люди пьют. Когда я был в монастыре несколько лет назад, то тоже пил. Бензином и не пахло. Возможно, это была обычная водопроводная вода
Вот, например, со мной был такой случай, когда я студентом ездил на археологическую практику в Туркмению. По некоторой романтической причине я пребывал в совершенном раздрае. Детская глупость, конечно, но в тот вечер, чтобы кому-то что-то доказать, я одним махом на спор выпил бутылку кубинского рома (нам иногда привозили эту отраву в емкостях 0,75 из кишлака за 70 км). Понимая, что обязательно буду блевать, ушел в пески и там отрубился. Под утро из-за бархана показалась фигура как бы с тремя головами, точней – капюшонами, скрывавшими лица. Страха я не испытывал, ибо почему-то знал, что это существо мне дружественное. Приблизившись, оно говорило со мной. То есть я понимал внутри себя, что оно говорит: не бойся, все будет хорошо, мы тебя не оставим… Они открыли мне много чего. В какой-то момент я протянул руку, и она прошла сквозь видение, но – не как через воздух, а как через воду, испытывая сопротивление. Когда они ушли, я вернулся в лагерь, упал на раскладушку и уснул.
Слева лубочная икона явления Троицы Александру.
Справа икона Александра Свирского средины 15-го века
работы мастеров Алесандро-Свирского монастыря
Так, что это было? Будучи человеком, испорченным университетом, я объяснил себе это явление алкогольной галлюцинацией. Но фокус в том, что последствия той встречи постоянно сказывались в моей жизни. Уже наутро я познакомился с некими людьми (они приехали посмотреть, что мы копаем), которых встречал потом в разных местах в ситуациях подчас просто диких, менявших мою жизнь. Да и вообще моя жизнь резко переменилась с той ночи. Не стоит здесь говорить о деталях, но поверьте: многое из того, что мне говорили те трое, уже случилось.
И что же из этого следует? Что мне тоже явился бог Авраама? Вовсе нет. Бог Авраама – это социально и исторически обусловленное явление. Он явился Аврааму. А мне, нанесшему по своему сознанию мощный алкогольный удар, явилась совсем другая реальность. Я не знаю, кем были эти ангелы пустыни Кара-кум. Может быть, они были духами неолитического могильника, который мы тогда копали, а по сути – разоряли. Но они не убили меня, напротив, были добры. Думаю, это потому, что они увидели во мне не студента антрополога, поливавшего черепа людей, когда-то здесь живших, мерзким клеем, а полумертвую плоть, остывающую на ночном такыре и уже открытую их бесплотному миру. Ведь что видит ангел, когда смотрит на человека? Лишь завиток в поле энергий и смыслов, волну, а вовсе не человека, существо, одетое по моде своего времени и имеющее в голове ограниченный этим временем набор мыслей и образов.
Одна из фотографий, сохранившихся от экспедиции в Туркмению. Тоже в своем роде Троица. Место не то самое, где мне было явление, но близкое. Эти чабаны захотели, чтобы я снял их на фоне средневековой крепости. Во времена Александра Свирского здесь была бурная жизнь, теперь вот пустыня
А что видит человек, когда ему является ангел? Он видит некий образ, информацию, принимающую удобную для восприятия этого человека форму. У человека ведь есть аппарат, преобразующий получаемую извне информацию в привычные, обусловленные местом и временем жизни субъекта, образы. Нечто вроде монитора, преобразующего цифровые коды в картинку. Только эти коды социо-культурные. Вот Александр, обладавший православным декодером, и увидел то, что много раз видел на иконах: трех ангелов в светлых одеждах.
Но ведь за этой картинкой стояла какая-то реальность. Какая же? Это можно определить, если знать информацию, полученную от ангелов. Информация, полученная Александром, в сухом остатке была такова: во-первых, надо построить церковь, во-вторых, церковь Троицкую, в-третьих, эта церковь должна быть построена не там, где случилось явление ангелов, а там, где толпятся ученики. Но это уже дополнительная информация, полученная чуть позже от одиночного ангела. Суть ее в том, что в эпицентре места силы, где являются духи, церковь строить не надо, пусть она будет в 130 саженях от эпицентра. Понятно, но почему эта церковь должна быть именно Троицкой? Потому, что ангелов было три? Посмотрим.
Я уже говорил34, что празднование христианской Троицы совпадает с народным праздником Русалий. Троица его прикрывает, вбирая русальную обрядность. А Русалии – это праздник мертвецов. К Троице, которая бывает на пятидесятый день после Пасхи, мертвые активизируются. Начиная с Семика (четверга седьмой недели по Пасхе), навь приходит в мир яви. Русалки рассаживаются по ветвям и плещутся у воды, упыри бродят среди трав и хлебов. Это неупокоенные мертвецы. Но и те, кто умер естественной смертью, уже тоже здесь. Перед Троицей, в Родительскую субботу, живые ходят на кладбище, чтобы встретиться со своими покойниками, едят и пьют с ними, приводят в порядок могилы, оставляют жертвы. А на самую Троицу мертвецов под видом веток берез и охапок травы приносят в храмы. Именно мертвым родителям, а не каким-то чужим богам кадят в этот день в церквах. Только надо иметь в виду, что родители это не только мать и отец, но – все родные, все предки. Отошедшие поколения, которые на самом деле никуда не уходят, а живут реально в душах живых.
Троицкий монастырский собор. Он стоит на месте той деревянной церкви, которую Александр построил после явления ангелов. Потом, еще при его жизни, здесь была построена каменная Троицкая церковь. Это – уже четвертая, она построена в 1695 году. На этой фотографии собор ремонтируют после советской разрухи. Сейчас он стоит весь белый, как новенький
В Житии Александра о его родителях сказано: «Избранная двоица Стефан и Васса, как плодовитые ветви, сподобившиеся произвести…» Эта производящая двоица вместе со своим отпрыском (взгляните на икону Александра и его родителей в конце предыдущего текста) и есть Троица в ее первоначальном облике. То есть – единица движения жизни, квантовый переход, обеспечивающий смену поколений, естественный архетип. Из этого первоначала – мать, отец и дитя – можно вывести сколько угодно тринитарных теологий (в том числе и ряд христианских). И все они, так или иначе, будут восходить к таинству зачатия и исхода ребенка от родителей. Зачатие и исхождение – элементарный такт маховика жизни, структурирующего ее непрерывный поток. Но поток жизни это не только процесс смены поколений, это еще и единство, скрепленное духом, который, с одной стороны, соединяет родителей с детьми, а с другой – уводит детей от родителей.
Духов день в христианском календаре следует сразу за Троицей. Именно дух новой жизни, а не какой-то монах увел Александра с Ояти, именно он открыл перед ним простор мира. Ну, а то, что Степан с Вассой ужасно страдали по поводу бегства сына, это – уж что называется – мертвые хватают живых. Мир родителей страшен, конфликт поколений всегда трагедия. Убивающий отца Эдип, пожирающий детей Крон. И сейчас немало родителей, которые для того и рождают (и так воспитывают) детей, чтобы в старости питаться их молодой жизнью. Обстоятельства рождения Александра намекают на то, что он был предназначен в жертву родителям, но ему удалось убежать. Впрочем, можно ли убежать от себя? Нет, троичную архетипику беглец унес с собой. Об этом свидетельствует явление ему (конечно, после смерти родителей) Троицы.
Колокольня Покровской церкви в Троицкой части Александро-Свирского монастыря. Со строительством этой церкви связано еще одно явление Александру. Через несколько лет после Троицы ему явилась Богородица. Церкви Троицкой части ремонтируют, а психбольница (которая уж по счету в монастырях, описанных на этих страницах) еще не выехала. Вон идет один ее пациент
Удивительно, но Оятская троичность двух в одном проявилось даже в структуре Александро-Свирского монастыря, который образуется двумя монастырями, стоящими рядом. Один из них называется Троицким, он расположен в том месте, где изначально поселился отшельник (там сейчас – сумасшедший дом). А второй монастырь называется Преображенским, он располагается на месте отходной пустыни преподобного, там сейчас живут монахи. Эта часть монастыря начала строиться уже после смерти Александра, она прикрывает эпицентр его места силы. Именно в этой части, в Преображенском храме, лежат его мощи.
Преображенская часть Александро-Свирского монастыря. Слева угол Преображенского собора, справа Святые ворота, а в центре – как раз то самое место, где Александру явилась Троица. Над этим местом построена часовня с такой странной круглой крышей, слева от дорожки, ведущей к Святым воротам
Перед кончиной 85-летний старец сказал ученикам, чтобы они, когда он умрет, связали его тело веревками и затоптали в болото. Думаю, он знал, что говорил. Но ученики восприняли это как обычное монашеское кокетство и сразу ответили: нет, позволь нам похоронить тебя возле Троицкой церкви. На это святой не согласился: тогда уж лучше – в отходной пустыни. Так и сделали. Сразу после погребения (1533) на могиле начались исцеления. Вскоре было составлено Житие, написана икона. В 1641 году во время строительства храма рабочие наткнулись на гроб с совершенно нетронутым тлением телом. Совершенно! Монахи даже ужаснулись: просто как живой человек! Мощи положили в новом Преображенском храме.
Слева: старинная открытка, изображающая Александро-Свирский монастырь. Тут все хорошо видно: слева Преображенская составляющая, справа – Троицкая. Справа: Мощи Александра Свирского
А в 1918 году они были изъяты и затерялись. Только в конце 1997 года их обнаружили в анатомическом музее Петербургской Военно-медицинской академии. Там мощи показывали студентам как пример естественной мумификации, хотя никто не мог объяснить, как такое вообще могло получиться. Конечно, в академии знали о чудесной силе этого странного тела, хотя и не знали – чье оно. Некоторые хирурги перед сложными операциями приходили постоять рядом с ним. Но иных это тело пугало, им все казалось, что мумия открывает глаза и смотрит. Какая-то истеричная лаборантка, когда мертвец посмотрел на нее, так взбудоражилась, что проколола ему один глаз чем-то острым. Потом эти глаза просто залили гипсом.
Преображенский монастырский собор.
В нем мощи Александра Свирского
Когда монахи напали на след мощей, начался долгий процесс экспертизы, в ходе которого тело замироточило прямо на столе в рентгеновском кабинете. Уж не знаю, облучение тут было виной или пение акафиста, которое ему предшествовало. Но мнение ученых было едино: чудо! А вот попы усомнились. После церковного освидетельствования пошли разговоры: «Да те ли это мощи? Это какой-то еврей или татарин. Посмотрите на крайнюю плоть, он же обрезанный». Ученые таких тонкостей не учли. Впрочем, судмедэксперты пояснили: это не обрезание, это старческое, пусть попы пойдут в баню и посмотрят на крайнюю плоть стариков. Антрополог Беневоленская даже определила национальность святого: вепс. Очень похоже на правду, но только я, как антрополог, не стал бы делать таких определенных выводов. Методы антропологии этого не позволяют.
Звонница в Троицкой части Александро-Свирского монастыря
И вообще, все научные экспертизы чудесных предметов – лишь профанация. Потому что для ученого чудо – это то, чего он не понимает, а для мистика – то, что он переживает. В таком переживании нет ничего субъективного, оно всем доступно. Вон даже финны, которых возят с алкогольными турами вокруг Ладожского озера и по пути зачем-то завозят в монастырь, даже они прекращают свое пьяное гоготание, когда их подводят к мощам Александра. Только что эти «пасынки природы» (Пушкин) шли по храму как белые люди – рыгали, смеялись! – вдруг: ступор и громкое хлопанье глаз. Такая экспертиза гораздо вернее рентгена.
Вид на эпицентр Александрова места силы
от Троицкой части монастыря
Девяносто пятое – Тотьма
В окрестностях Тотьмы есть два знаменитых камня: Лось и Утюг. 350-тонный Лось, лежащий в русле Сухоны километрах в восьми ниже Тотьмы, меня несколько разочаровал: просто большой камень.
Другое дело – Утюг. Этот гранитный валун дремлет на пологом спуске к левому берегу Еденьги недалеко от деревни Пустошь. И помаленьку гипнотизирует путников. Мы, например, его долго искали, хотя даже непонятно, как можно было не заметить такой видный камень.
Вдруг появился мужик небольшого росточка и сказал: «Вы, небось, Утюг ищите? Вон он». Камень лежал шагах в десяти. Мой пес Осман, натасканный на поиски мест силы, на сей раз оплошал. Лишь после наводки бросился к валуну, упал и забился в экстазе. Так и валялся, пока мы беседовали. Мужик все вздыхал: «Утюг стареет, уходит под землю, никому уже больше не нужен. А ведь совсем недавно бабы на нем колдовали»… Это да, есть легенда, что некий бог отдыхал на плоской спине валуна и оставил вмятину. Вмятина есть. Я спросил: что это был за бог? «А-а! – махнул рукой мой собеседник. – Весь бог ушел в Тотьму, на соль».
Камень Лось с левого берега Сухоны
Верно: история Тотьмы – это история соли, в свое время игравшей не менее важную роль в экономике, чем сейчас – нефть. На севере Русской равнины месторождения соли располагаются вокруг шестидесятой широты, выше и ниже. Это, конечно, cum grano salis, но все-таки именно в этот пояс, протянувший от нынешней западной границы до Урала, попадают практически все знаменитые промыслы: Старая Руса, Балахна, Солигалич, Сольвычегодск и так далее. Тотьма стоит почти на самой шестидесятой широте и практически посредине между Питером и Солью Камской. Так что Тотемское Усолье можно рассматривать как географический центр соли русской земли.
Однако соль в этом центре доставалась куда тяжелей, чем на других промыслах. Потому что, во-первых, рассолы залегали глубоко, а во-вторых, были не крепки. Для сравнения: в Старой Руссе и Сольвычегодске35 соляные источники били прямо на поверхности, в Соликамске крепость рассола достигала 15%. А в Тотьме концентрация рассола, поднятого со стометровой глубины, не превышала 4%. Но – голь на выдумки хитра. В Тотьме была разработана технология, которая называлась «садить трубу». Метод глубокого бурения с использованием зубчатой металлической насадки и системы деревянных труб, при помощи которых рассол поднимали на поверхность. Дальше его вываривали, получали поваренную соль.
Камень Утюг
Место, где все это проделывали, называется Варницы. Оно в двух-трех километрах к северу от центра Тотьмы, по берегам реки Ковды и ее притоков Солонухи и Ляпунки. Если там сейчас побродить, можно обнаружить и колоды, остатки деревянных труб над соляными скважинами.
Вид на Спасо-Суморин монастырь под Тотьмой.
Монастырь не действующий
Первые сведения о Тотемском Усолье относятся к 15-му веку, но, конечно, промысел гораздо старше. В Уставной грамоте новгородского князя Святослава Ольговича 1137 года упоминается некая Тошьма, в которой при желании можно узнать и Тотьму. А можно и не узнать. Как бы то ни было, людям на Сухоне никакие грамоты властей ничего хорошего не сулили. В упомянутой, собственно, речь шла о сорока куньих шкурках, которые Тошьма должна была давать попам Новгородской Софии. И уже скоро во имя еврейского бога, охочего до шкурок и соли, начнется тотальное искоренение местных богов.
Жирным начертанием на карте обозначены все примечательные места, упомянутые в тексте. Дороги, изображенные на карте, лишь приблизительно соответствуют реальности
Тотемский краевед Александр Кузнецов в книге «Болванцы на лысой горе» сообщает, что на левом берегу Ляпунки был починок, который назывался Поганинский. «Поганый» – это язычник. Исследователь полагает, что такой топоним – указание на бывшее там языческое капище. Совершенно справедливо: там место силы, там по берегам Ляпунки как грибы росли церкви, там был и Борисоглебский монастырь. Однако какому же божеству молились поганые в своем святилище? Ответ очевиден: божеству соли. Мы не знаем, каким именем называли его в те времена, когда на Усолье еще не было никаких буровых, когда люди пользовались лишь слабосолеными поверхностными растворами. Но мы знаем деяния этого божества. Ибо это оно вызвало Тотьму из небытия.
Воскресенская церковь на Варницах.
Здесь похоронен Максим Тотемский
Считается, что изначально Тотьма стояла километрах в шестнадцати вниз по Сухоне от современного города, в устье реки Старой Тотьмы. Имело ли Старототемское поселение прямое отношение к Усолью – неизвестно. Известно только, что в 1539 году в Посухонье пришли Казанские татары. Долго свирепствовали, разорили все подчистую. Лишь после этого власти хватились: стали строить крепость на горе при впадении речки Песьей Деньги в Сухону. Под защиту крепости потянулись и жители Старой Тотьмы, и обитатели Варниц. Так появилась Тотьма.
У Вологодского Спасо-Прилуцкого монастыря36 были свои скважины на Усолье. Татары их тоже, естественно, разорили. В 1542 году для возобновления производства в Тотьму был послан монах Феодосий Суморин. Сам он родом из Вологды, был женат, имел дочь. Когда овдовел, ушел в монастырь. Будете в Тотьме, загляните в Троицкую церковь в Зеленской слободе, там сейчас его мощи. Крупный мужик. Рост, наверно, больше двух метров. У такого не забалуешь: рука – тяжелая, хватка – мертвая, сметка – дьявольская. Строгановы в сравнении с ним отдыхают, особенно – тотемские.
Десять лет Феодосий руководил монастырским солеварением, сделал его образцовым, но все был недоволен. Ибо, что греха таить, это была бездуховная рутина, работа менеджера среднего звена. И никаких возможностей роста. Единственная перспектива – основать свой монастырь. Феодосий неотступно думал об этом, мечтал о собственном деле. Уж и место давно присмотрел – Симакинскую пустошь на мыске при впадении Ковды в Песью Деньгу. Чудесное место: духоподъемное, благодатное, полное легких видений. Великая польза для всякой души забыться там где-нибудь вечерком на косогоре.
Вот Тотьма
Симакинское место силы принадлежало вдовице Марье Киселевой. В один из летних дней 1553 года Феодосий отправился к ней и сказал, что хочет создать на пустоши монастырь. Порадей, Марья, богоугодному делу. И вдова не смогла отказать, дала бумагу, с которой монах пошел хлопотать дальше: в Москву, в Ростов, в Вологду… Уже в марте 1555 года на горке меж Ковдой и Песьей Деньгой стояла первая церковь зарождающейся обители, во имя Преображения. Такое посвящение очень даже подходит обители, возникшей в мечтах солевара и с самого своего основания сориентированной на солеварение, которое, собственно, и есть преображение – соли.
Место впадения Ковды в Песью Деньгу. Устье Ковды справа,
через ее русло перекинуты дощатые мостки. На заднем плане на горке виден Вознесенский монастырский собор. Между прочим, название Песьей Деньги не имеет никакого отношения ни к деньгам, ни к собакам. Посмотрите на карту: Леденьга,
Еденьга… Это финно-угорские названия
Давайте уясним: соль – не только полезный продукт, а ее добыча – не просто производство. Вот говорят: «В чем тут соль?» А имеют в виду – смысл, саму суть. Что значит «насолить кому-то»? Изначально это – применить колдовство с солью (подбросить ее врагу). Что значит «ушел не солоно хлебавши»? То и значит, что разговор был пустой, бессмысленный, не достигающий цели. А вот соленая шутка берет за живое. Только бы не пересолить (я не о кухне) и не просыпать соль. Ибо соль в чистом виде опасна (как и все сакральное), не всякий выдержит чистую правду. И потому чаще всего соль применяется с хлебом. Выражение «хлеб да соль» это не просто форма вежливости, это заклинание, отгоняющее зло. Подношение хлеба и соли – магический жест единения (что-то вроде трубки мира). Хлебосольство – жертва, которая вернется сторицей. Но пища, приготовленная для мертвых, скажем, предков, приходящих на Троицу, должна быть пресна. Ибо в соли заключена острота бытия (попробуйте кровь). На соли жизни замешано много обрядов, связанных с браком, срамным пылом, потом, продолжением рода. А мертвые этого срама не имут.
Слева: икона Феодосия Суморина. На ней виден на переднем плане Спасо-Преображенский Суморин монастырь, а на заднем – частокол Тотемских церквей. Некий бог в облаках благословляет окрестность. Справа: Троицкая церковь в Зеленской слободе. В ней покоятся мощи Феодосия Суморина
Таким образом, извлечение соли из раствора – это примерно то же самое, что извлечение смысла из водянистой бессмыслицы. В Житии Феодосия сказано: «Соль чувственная, над которой он трудился, непрестанно напоминала ему слова Писания». Имеется в виду текст от Марка: «Ибо всякий огнем осолится, и всякая жертва огнем осолится. Соль – добрая вещь; но ежели соль не солона будет, чем вы ее поправите? Имейте в себе соль, и мир имейте между собою» (Мк. 9, 49—50). Речь тут, конечно, не о профанном солеварении, но – о внутренней алхимии. Которая – есть работа с солью в себе, извлечение смысла путем постепенного повышения его концентрации в реторте души на внутреннем огне любви к истине. Там внутри что-то варится, вдруг – бах! – смысл кристаллизовался: ты что-то понял. Вот и преображение.
Тотьма от Троицкой церкви в Зеленской слободе. Слева видна колокольня Успенской церкви, около нее похоронен блаженный Андрей Тотемский
Когда Иисус отправился на гору Фавор, он взял с собой трех учеников и просил их бодрствовать. А они все норовили уснуть, то есть – как бы отказывались понимать. Но вот вдруг гора озаряется светом, лицо Иисуса сияет, появляются Илия и Моисей. Таково Преображение по-еврейски. И уже даже сонным ученикам становится ясно, кто именно их учитель. Нам это тоже должно быть ясно: сын еврейского бога, и только.
То есть Преображение (по-гречески: метаморфоза) бога Слова на горе Фавор – лишь частный случай кристаллизации смысла. А вообще на просторах мира говорят о саттори, самадхи, метанойе, озарении, шаманском экстазе, щелчке в голове, после которого ты уже видишь весь мир по-другому, по-новому, преображенным. Надо только иметь в виду, что преобразился не мир, а твое понимание мира. Иисус и до метаморфозы был богом, просто апостолы этого еще не понимали. Но уж раз человек что-то понял, то – изменился и мир. Ты извлек новый смысл, который отныне может действовать в мире, преображая его.
Тотьма с колокольни Успенской церкви, которая была видна на предыдущем снимке. Справа видно устье Песьей Деньги, за ней Троицкая церковь. Простор. Между прочим, в Тотьме родился поэт Феодосий Савинов (назван явно в честь Феодосия Суморина). По крайне мере одно его стихотворение «РОДНОЕ» общеизвестно, поскольку стало народной песней. Однако в эту песню вошли не все слова Савинова. Поэтому – вот целиком все это стихотворение: «Слышу пенье жаворонка, /Слышу трели соловья… /Это – русская сторонка, /Это – родина моя! //Вижу чудное приволье, /Вижу нивы и поля… /Это – русское раздолье, /Это – русская земля! //Слышу песни хоровода, /Звучный топот трепака… /Это – радости народа, /Это – пляска мужика! //Коль гулять, так без оглядки, /Чтоб ходил весь белый свет… /Это русские порядки, /Это – дедовский завет! //Вижу горы-исполины, /Вижу реки и леса… /Это – русские картины, /Это русская краса! //Всюду чую трепет жизни, /Где ни брошу только взор… /Это – матушки отчизны /Нескончаемый простор. //Внемлю всюду чутким ухом, /Как прославлен русский Бог… /Это значит – русский духом /С головы я и до ног!» Насчет прославления Русского бога поэт погорячился. До прославления еще далеко. Конец Савинова был страшен: в 1915 году он умер в психбольнице
Феодосий извлек духовную соль из пустоши при впадении Ковды в Песью Деньгу: построил Спасо-Суморин монастырь, который, промышляя солеварением, стал быстро богатеть. После смерти (1568) этому великому предпринимателю сразу же стали поклоняться как святому, ибо он действительно творил чудеса. При Екатерининской экспроприации37 1764 года монастырь остался за штатом и почти захирел. Но в 1796 году были обретены мощи Феодосия, и – вот чудо! – снова стремительный рост.
Этот рост совпал с пиком роста и всей Тотьмы, которую тоже преобразила соль. Именно соль собрала здесь людей, создала новые промыслы и вспомогательные производства. Для добычи рассола нужны механизмы: расцвело кузнечное дело. Для варки соли – бесконечные кубометры дров: явились артели лесорубов. Для торговли – флот, складская инфраструктура, финансовые инструменты. Соль взрастила и местные капиталы, и привлекла деньги со стороны.
Вознесенский собор Спасо-Суморина монастыря. Этот собор построен по проекту Казакова. Правее, за деревьями, стоит Спасо-Преображенский собор. Его строили и перестраивали многие. Последним к этому странному зданию (не хочу его даже показывать) приложил руку Тон
И, уж конечно, соляное божество использовало все преимущества своего места силы. Тотьма стоит на Сухоне, которая была единственной дорогой, соединявшей Волго-Балтийский речной узел Кириллова38 с водной развязкой Великого Устюга, где Сухона, сливаясь с Югом, превращается в Северную Двину. Отсюда открыт путь не только к Архангельску, но и – по Вычегде – к Северному Уралу и дальше в Сибирь. Тотьма с ее инфраструктурой, выросшей на соли, стала естественным пунктом транзитной торговли. Со временем в городе появились конторы английских, голландских, прочих торговых домов. А тотьмичи двинулись на Камчатку, Аляску, Алеутские острова… В 1812 году тотемский мореход Иван Кусков основывает в Калифорнии крепость – Форт Росс. Кстати, на гербе Тотьмы изображена черная лиса, зверик из Америки.
Заморская торговля давала солидные прибыли, город расцветал, его преображенная соль кристаллизовалась в архитектурных шедеврах. Тотемское барокко невозможно спутать ни с чем. Церкви, украшенные замысловатыми картушами, парят в вышине, как фрегаты, идущие в вечность. Имена их, конечно, христианские, но в тектонике воплотился исконный дух здешних мест. Если хотите реально увидеть Соляное божество, которому туземцы поклонялись когда-то в месте силы, ославленном попами Поганым, то – вот оно, в облике Тотемских храмов.
Храмы Тотьмы. На переднем плане церковь
Рождества Христова, а на заднем – Входо-Иерусалимская
Впрочем, не все это так сразу строилось. В 17-м веке, например, дух соли воплощался в юродивых, которые (если не были притворщиками), ухватывали самую суть мира. Преображали свою жизнь так, что любой их дурацкий жест оказывался знаком, в котором вдруг открывалась скрытая соль вещей. О юродстве, как таковом, я уже не раз говорил39. Говорил и о Вассиане Тиксненском40, тотьмиче, который немало юродствовал, но – в другом месте. А в самой Тотьме прославились двое блаженных – Максим и Андрей. Максим был попом, а потом это дело забросил, стал чудить и творить чудеса. Он умер в 1650 году и похоронен там, где сейчас Воскресенская церковь на Варницах. Андрей был младшим современником Максима, обретался в самой Тотьме, возле Воскресенской церкви на берегу Сухоны. Он умер в 1678 году и был похоронен над крутизной, где и жил. Оба они еще при жизни почитались святыми, и оба впоследствии были канонизированы.
Место, где похоронен Андрей Тотемский. В стену Успенской церкви вделана его икона. В этой церкви сейчас музей,
а в соседней Воскресенской – библиотека
С именем Андрея Тотемского связана история возникновения Троицкой пустыни на Дедовом острове. От Тотьмы это километрах в семи вверх по Сухоне. И рядом, кстати, еще два острова: Бабий, он поменьше, чем Дедов, и совсем уже маленький – Внуков. Семья островов, лежащая на полпути от истока до устья Сухоны. Как-нибудь я расскажу41 о причудливой гидродинамике этой реки, а сейчас – о Дедовом острове, самом большом на всей Сухоне: его длина полтора километра, высота над летней водой метров десять. В юго-западной части острова мой пес Осман показал аномалию. Я огляделся: муравейник почти в человеческий рост, практически все деревья с раздвоенными или растроенными стволами, из руин будто кто-то пристально смотрит. Тревожно.
Дедов остров. Это все, что осталось от монастыря. Какое-то хозяственное здание. Между прочим, когда в 1885 году остров посетил великий князь Владимир Александрович, он задал встреченному здесь старому монаху вопрос: не знает ли тот, когда образовался сей остров? Монах посмотрел на сиятельную особу как на идиота и спокойно ответил: «Надо полагать, ваше высочество, от создания мира»
Так вот, пономарь Воскресенской церкви Иван Яковлев, большой друг Андрея Тотемского, в июле 1670 года поехал на Дедов по грибы. И примерно в том месте, которое указал мой пес, нашел на дереве икону с изображением Троицы, Богородицы, Петра и Павла, Сергия Радонежского и его ученика Ионы. Принес эту многолюдную икону в город, показал юродивому. Тот говорит: надо для нее построить часовню на острове, когда-нибудь там будет монастырь. Часовню, однако, тогда не построили. И вот прошло почти тридцать лет, Иван (уже игумен Иона) стал духовником присланного в Тотьму на воеводство Федора Лопухина (отца Евдокии, несчастной первой жены Петра I). Узнав об иконе, обретенной когда-то на острове, Лопухин велел сруибить там часовню. А когда его духовник захотел стать отшельником, отдал в его распоряжение и весь остров. Вскоре на нем возник монастырь: Дедовская Троицкая пустынь.
На фотографии из космоса хорошо виден Дедов остров. Значок проставлен примерно в том месте, где была Дедовская Троицкая пустынь. Вниз по течению реки (на север по снимку) виден Бабий остров, дальше идет Внуков, но его здесь уже не видно. На фотографии справа Дедов Троицкий монастырь (снимок начала 20-го века), точнее – церковь, которая от монастыря осталась. Монастырь был закрыт при Екатерине Великой. Обратите внимание, что на стенах колокольни видны картуши, столь характерные для тотемского барокко
Тому, кто прочитал главу о Свирской слободе42, должно быть понятно, почему икона, явившаяся на Дедовом острове, оказалась именно Троицкой. Троица – это Русалии, праздник предков, мертвых Родителей, Дедов. Упомянутый выше краевед Кузнецов сетует: попы подавили Дедовское святилище. Александр Василич, родной, не надо сетовать, надо понимать, что Деды Дедова острова живы. Как они жили когда-то в душах Андрея Тотемского, Ивана Яковлева, Федора Лопухина (подавая им благодать из подполья души, бессознательного), так и теперь живут в наших душах. Людям, конечно, засрали мозги. Но если объяснить что к чему, они все поймут. И в великолепии Тотемских храмов уже сознательно будут молиться своим предкам, а не – как сейчас – предкам Ходорковского и Абрамовича.
Слева источник на берегу реки Ковды, над которым виден Вознесенский собор Спасо-Суморина монастыря. А справа люди около этого источника, снятые уже сверху. Некоторое время назад в монастырь приехали монахи, пытались его благоустроить. В частности и над этим источником что-то построили. Но в ближайшее половодье их постройку унесло. Туземцы немного злорадствовали. Некоторые мне даже говорили, что монахи испортили источник: что-то копали, когда строили, и нарушили водоносный слой. Это бывает: например, в Оптиной (см. Место №57) испортили колодец, в Монаховом рву (см. Место №61). Люди по скудоумию лезут в такие места, которые лучше не трогать. Но источники жалко, вот над Ковдой – какой-то совсем стал слабенький. Ну ничего, даст бог восстановится
Девяносто шестое – Любим
Начиная исследования мест силы, я ездил почти наобум. Ориентировался на какие-то отрывочные сведения, на говорящие топонимы, будь то Кощеево, Волосово43 или Воскресенское. И еще не знал, что место силы может само притянуть44 человека. А может и напрочь от себя отвести45.
Так я искал Воскресенский монастырь Сильвестра Обнорского. Знал, что это где-то севернее Любима, нашел на карте Воскресенское и поехал. На дороге никаких указателей. Вдруг вижу церковь. Людей никого. Стал бродить по округе, встретил двух девушек. Оказалось, они из Любима – заблудились и вышли сюда. Это, они говорят, наверно, Рождественская Слобода. О Сильвестре ничего слыхали, но о нем должен знать поп в Любиме. Ладно, поехали к попу. Но он тоже не смог показать путь к Сильвестру. Зато направил нас в монастырь Геннадия Костромского (это совсем в другой стороне). А вот если б мы продолжали ехать по дороге, которую я выбрал изначально, то километров через двенадцать добрались бы до Сильвестрова монастыря. Но тогда я этого не знал. Не знал и того, что в Рождественской Слободе тоже когда-то был монастырь – Рождества Богородицы. Девушки отвели меня от этих мест. Это присказка.
По традиции предупреждаю: дороги на этой карте показаны весьма приблизительно. Например, дорога, которая уходит от Любима влево, заканчивается в городе Данилове. Но по ней далеко не уедешь. На самом деле есть хорошая дорога от Любима в Пречистое. Этот райцентр стоит практически на Вологодской трассе (М8), которая видна слева на карте. На восток от Любима идет дорога на Буй и дальше на Галич. Соответственно: к Воскресенскому надо сворачивать в Вахромеевке
(ничего, проехать можно), а к Геннадиеву монастырю —
в Настасьино
В самом начале 16-го века в Литве, в Могилеве, в русской боярской семье родился мальчик Григорий. Его родители, похоже, были язычники (Литва была крещена только в 1387 году). Во всяком случае, они были недовольны тем, что Григорий все ходит в церковь. Мать говорила: «Что ты как церковник, то и дело ходишь туда? Ты срамишь нас с отцом». В результате Григорий сбежал от родителей в Москву, где познакомился с молодым человеком по имени Федор. И вместе они отправились странствовать по Новгородским местам силы. Добрались до монастыря Александра Свирского и попросились в послушники. Посмотрев на ребят, Александр сказал: «Ты, Федор будешь водить зверя белоглавого, а ты, Григорий, пастырь словесных овец, иди в Комельский лес к Корнилию. Он и наставит тебя на путь. А у нас здесь труды не по силам для молодых людей».
Церковь в Рождественской слободе. Отсюда до Любима
километров 6—7 по прямой и 15 километров по дорогам
М-да! Это почему же юношам у Александра тяжелее, чем у Корнилия? Свирский монастырь на этих страницах уже описан46, в Корнилие-Комельском мы, в общем, тоже уже побывали (из него вышел Адриан Пошехонский47). И я не вижу никаких оснований считать, что у Корнилия было чем-нибудь легче. Напротив, его монастырский устав был так суров, что не раз вызывал недовольство братии. Так что «труды не по силам» – лишь отговорка, а дело, скорее, в другом: Александр просто видел будущее Григория и отправил его навстречу судьбе.
Когда Григорий с Федором пришли к Корнилию, тот прямо сказал: «Федору суждено иметь жену и детей, а Григорий пусть остается». И через какое-то время первый женился, а второй постригся в монахи под именем Геннадий. В монастыре он среди прочего занимался живописью, как и Адриан Пошехонский. Не знаю, встречались ли эти святые. Геннадий-то вскоре покинул обитель. Ушел вместе с Корнилием, которому надоело вечное нытье паствы.
Любим. Казанская церковь Троицкого прихода. Между прочим, после разгрома Ливонского ордена на первом (счастливом для русских) этапе Ливонской войны, Иван Грозный отдал Любим в пожизненное владение великому магистру Ливонского ордена Вильгельму Фюрстенбергу, взятому в плен. Магистр и скончался в Любиме, но неизвестно, где похоронен. Это так почему-то вспомнилось. Казанская церковь вряд ли имеет какое-нибудь
отношение к рыцарям Ливонского ордена
Корнилиев монастырь стоит почти у истока реки Нурмы, которая впадает в Обнору и вместе с ней представляет собой как бы нить, на которую нанизано множество великолепных мест силы. Некоторые из них были освоены еще в 14-ом веке учениками Сергия Радонежского – Павлом Обнорским, Сергием Нуромским48, Сильвестром Обнорским. В 1529 году Корнилий с Геннадием спустились практически до самого впадения Обноры в Кострому и в излучине последней, на Сурском, озере построили келью. А в это время…
Василий III двадцать лет был женат на Соломонии Сабуровой и не имел детей. Что делать, отправил ее в монастырь и в январе 1526 года женился на Елене Глинской. Фокус, однако же, в том, что Елена что-то тоже не спешила зачинать. И вот, ближе к концу 1529 года, когда установился санный путь, супруги отправились молиться о наследнике. Ехали они в Кириллов49, но по пути завернули в Корнилиеву обитель. И правильно сделали.
На карте слева видна Нить Нурмы-Обноры от Корнилиева монастыря до впадения Обноры в Кострому. Показаны города и монастыри. Вообще-то когда-то Обнора была оживленной трассой, соединяющей Кострому, впадающую в Волгу, с волоками на Лежу и Комелу, реки, впадающие в Сухону и, соответственно, ведущие к Устюгу и Архангельску. На фото справа – излучина Костромы в месте впадения в нее Обноры. На космическом снимке хорошо видно, что Сурское озеро – в сущности, старица Костромы. Геннадия называют Костромским именно потому, что его монастырь стоит у впадения Обноры в Кострому. К городу Костроме он не имеет никакого отношения. Еще Геннадия называют Любимским и Любимогородским
Рассказывая о Введенском Оятском монастыре50 (где, кстати, был зачат и Александр Свирский), я говорил, что во Введенских местах силы чаще всего обитает богиня зачатий, безгрешная Хоть. Корнилиев монастырь – как раз Введенский. Это, конечно, вовсе не значит, что в 16-м веке в нем поклонялись Матушке Гинекологии. Это значит лишь, что ей в этом месте поклонялись изначально, а ко времени Корнилия о прежнем культе осталась смутная память. Вполне достаточная, впрочем, для того, чтобы назвать монастырь Введенским. А также и для того, чтобы великокняжеская чета отправилась туда помолиться о сыне. И, быть может, испить пользительной водицы из тамошних источников.
Сурское озеро
Еще только приступая51 к своему проекту, я поминал о чудесных железистых источниках, которые бьют в Корнилиевом месте силы, о санатории, который был там до революции… Может быть, когда-нибудь я к этому еще вернусь.
А сейчас представьте себе удивление государя, который приехал в монастырь к знакомому игумену, а того там и нет. Ну, отвечайте (обратился Василий к монахам), отчего он ушел, небось пособачились? Братия вскричала: нет, он ушел ради любви Христовой. Ладно, Василий послал за Корнилием, сказал: пусть ждет, когда я поеду назад. На обратном пути снова заехал. Святой уже был на месте. Все долго молились Богородице, потом Корнилий еще отдельно молился, и вот – был зачат ребенок. Он родился аккурат 25 августа 1530 года, был назван Иваном, стал первым русским царем. Великая радость! Монастырь сразу получил большие земельные угодья в Комельской и Обнорской волостях.
