Страница 2 из 2
– Это ты хорошо придумал, – потрепал его по макушке Изюмчик, – но больше так не делай, а то вдруг он согласится.
– Пришлось бы готовить ещё, – усмехнулась Дымка. – Ну, пойдёмте чай пить. Пирог-то ведь готов давно.
И они все вместе уселись за круглым столом с белой кружевной скатертью. Посередине стоял пузатый чайник с горячим смородиновым чаем, а на тарелках – ароматные кусочки рыхлого морковного пирога с яблоками. И в их норке ещё долго горел свет, и слышались оживлённые голоса.
А в новогоднюю ночь, когда все звери собрались у праздничной ёлки в лесу, Перчик уже без всякого страха и стеснения забрался на пенёк и громко прочитал стихотворение. И очень довольный собой распаковывал маленькую цветную коробочку с подарком.
Оказалось, что совсем он не трусишка, а самый настоящий храбрец. Только не знал этого, пока с волком не встретился.
Кап-кап… Падали с разлапистых еловых веток блестящие капли. Это весна заглянула в лес, а с ней и тёплое солнышко. Его лучи растопили сугробы, и на прогалинах уже стало видно прошлогоднюю траву. Деревья начали шептаться громче, вот–вот почки появятся, ручьи зажурчали, лесные звери тоже зашевелились – обрадовались, птицы дружно галдели, чистили пёрышки. Трещали сороки, что скоро сам мишка из берлоги вылезет.
И в заячьей норе было шумно. Дымка наводила чистоту – после долгой зимы хотелось свежести, простора, а Изюмчик подколачивал крылечко – прохудилось немного. Их детки – озорные зайчата Бусинка и Перчик – гуляли неподалёку, веселились: то уши спасали от капели, то снежками бросались, то пробившиеся травинки выискивали.
– Хорошая нынче весна, ранняя, – проговорила Дымка, натирая полотенцем вымытую тарелку. – Прямо душа радуется.
– Это верно, – согласился Изюмчик. – Вон как птицы поют, слушал бы да слушал. Красота…
– Коварная она только, – покачала головой Дымка. – Мне на днях сорока Тучка все уши прожужжала, что у неё и клюв болит, и хвост отваливается.
– Продуло, поди, на ветке, пока подслушивала за кем-нибудь, – пробурчал Изюмчик.
– А Вафля, белка с соседней ёлки, чихать начала.
– Аа-п-х-ч-хи! – донеслось вдруг из леса.
Зайцы подняли уши и замерли, посмотрев друг на друга.
– Ну вот, я же говорила.
– Хорошо, что мы каждый день водой обливаемся и зарядку делаем. У нас иммунитет – во, – Изюмчик поднял большой палец вверх.
– Точно-точно, – расплылась в улыбке Дымка, а потом спохватилась. – Ой, что это я, про пирог-то чуть не забыла.
Она подбежала к маленькой духовке, открыла створку, и оттуда повалил густой пар. По заячьей норе разлетелся запах сочных яблок.
– М-м-м, – тут же потянул носом Изюмчик. – Пора чайник ставить.
Дымка довольно улыбнулась и кивнула. Выложила пирог на большую тарелку, обтёрла лапы о фартук и пошла звать зайчат.
– Бусинка, Перчик, домой!
Зайчата нехотя отвлеклись от скатывания снежного комка. Снеговику не хватало только головы.
– Ну, ма-а-ам, ещё чуть-чуть, – пропищали они в ответ.
– А вас там пирог ждёт. Яблочный, – хитро прищурилась Дымка.
Глазки у ребят загорелись: кто же не любит мамину выпечку? Они даже занятие своё бросили.
– А-апчхи! – вдруг снова донеслось с ветки.
Все дружно посмотрели наверх. Это белка чихнула в шерстяной локоть и виновато улыбнулась:
– Ох уж эта весенняя уборка, столько пыли.
– Будь здорова, Вафелька, – кивнула ей Дымка, а ребят легонько подтолкнула, хлопнув по пушистым хвостикам. – Тепло пока обманчивое.
– Буду-буду, – махнула лапами Вафля и скрылась в дупле.
А зайчата как припустили, только пятки сверкали!
– Я первая!
– Нет, я первый!
В нору они залетели вместе, застряв в дверях. Бусинка пихалась изо всех сил, Перчик тыкал локтями.
– Нетерпеливые, – рассмеялся Изюмчик. – По одному проходите.
Он уже расставил на кружевной скатерти чашечки и блюдца.
Зайчата всё же протолкнулись внутрь и хотели было кинуться к пирогу, но мама строго сказала:
– Сначала мыть лапки!
Бусинка и Перчик с тоской посмотрели на вкуснятину и поплелись к раковине.
– Тщательно мойте, мыла не жалейте, – Дымка внимательно за ними следила.
– Да, мам, – буркнули в ответ, и даже тут успевали друг друга подтыкать.
– Мой кусок будет самый большой.
– Нет, мой!
– Всем достанется, – успокоила их Дымка и протянула полотенце.
Они насухо вытерли лапки и побежали к столу.
Потом и папа с мамой тоже хорошенько умылись. Ведь как же можно просить у детей то, чего не делаешь сам?
И вот, наконец, на каждой тарелочке лежал кусок горячего ароматного пирога, а в чашках дымился смородиновый чай. Зайчата вовсю уплетали угощение.
– Фпафибо, мамофка, – с полным ртом проговорила Бусинка.
– Ошень вкушно, – поддакнул Перчик.
– Хорошо, когда мы все вместе, – проговорил Изюмчик и сжал лапку жены в своей.
– И все здоровы, – улыбнулась Дымка.
В этой маленькой заячьей семье было столько любви, что никакая зараза к ним и не прицепилась бы.
Ну и потому, что лапки чистые.
По лесу уже растеклась-разлетелась настоящая весна. Конечно, кое-где ещё лежал снег, но на каждом клочке мокрой, недавно проснувшейся земли зеленела молодая поросль. Нехотя распустились листочки, будто раздумывая, а не придут ли снова холода? А вот почки уже давно появились, и теперь ждали своего времени, чтоб расцвести.
Деревья шептались громче обычного, стряхивали с веток капли, и те со звоном шлёпались вниз. В эти места потихоньку возвращалась активная жизнь. Вот и птицы вернулись с юга в родные края и настойчиво галдели.
– Ну и болтушки, – покачала головой Дымка. – С утра до вечера щебечут. И не надоест.
Она убиралась около норки, наводила чистоту – ведь за зиму столько всего скопилось. А уж сколько они из своего домика уже вынесли – не перечесть.
Изюмчик отвлёкся от распиливания сухих веток и кивнул ей:
– Да уж, столько шума.
А продолжив пилить, сам же рассмеялся.
– А мы-то с тобой такие тихони.
Дымка тоже засмеялась, мило зажав рот пушистым кулачком.
Их дети уже заметно подросли, но всё также баловались друг с другом. Вот и теперь они бегали вокруг старого-старого пня и играли в догонялки.
– Теперь ты! – Бусинка шлёпнула лапой брату по спине. – Догоняй.
Перчик резко развернулся, так, что даже комья земли полетели в разные стороны, и метнулся за сестрой.
– Да в два счёта!
Они пронеслись бело–серым шаром, не заметив аккуратную поленницу, и все ветки повалились.
Изюмчик сердито дёрнул ушами и встал, грозно уперев лапы в бока.
Дети тут же присмирели, оглядывая «поле битвы».
– Ой, – потряс хвостиком Перчик.
– Ой-ёй, – спряталась за брата Бусинка.
Дымка же деловито вытерла лапы о фартук и скомандовала:
– Что теперь стоять и дрожать? Собирайте обратно.
Зайчата выдохнули и принялись ловко складывать маленькие полешки на место. Получилось ещё даже лучше прежнего.
– Молодцы, – потрепал их по макушкам Изюмчик. – Бегите играть куда-нибудь… – он махнул лапой, – туда. А то снова складывать придётся.
Два раза предлагать побегать где-то подальше от дома не пришлось. Перчик и Бусинка помахали родителям лапами и метнулись по тропинке в глубь леса.
– Давай позовём его с нами? – спросила Бусинка брата, когда они остановились у ежиной норки.
Ежонок Бублик деловито копался в жухлой прошлогодней листве, наверняка, искал что-то очень важное.
– Привет, Бублик! – крикнул ему Перчик.
Ежиный нос нехотя высунулся из кучи.
– Чего тебе?
– Пошли с нами гулять, – Перчик мотнул головой куда-то в сторону и подёргал мокрым носом.
– Побегаем по полянке, – добавила Бусинка. – Снег уже должен был стаять давно.
Ежонок задумчиво посмотрел на листья, потом на зайчат, снова на листья…
– Эх, ладно. Мам, я ненадолго! – крикнул в нору.
– Беги-беги, только не простудись! – послышался в ответ голос мамы.
И они все втроём побежали по тропинке.
Вдруг откуда-то сверху прилетела шишка. А потом ещё одна. И ещё.
– Эй! – воскликнула Бусинка и недовольно потёрла ушибленный нос.
Она подняла голову и заметила на ветке хитрую белку, погрозила ей пушистым кулачком.
Бельчонок показал язык и тут же скрылся в дупле.
– Кто же так делает? – возмутился Перчик. – А ну выходи! – и даже постучал по дереву.
– А он всегда такой вредный, – пробурчал ежонок. – С ним не договоришься.
– А как его зовут? – поинтересовалась Бусинка, с любопытством разглядывая корявое дерево.
– А я знаю? – надулся ежонок. – Я никогда не спрашивал. Пойдёмте уже на полянку.
– Нет-нет-нет, – замахала лапками Бусинка. – Надо спросить.
Перчик со вздохом закатил глаза и покачал головой. Наклонился к Бублику и прошептал:
– С ней бесполезно спорить.
А Бусинка тем временем уже подбежала к ели и чуть приподнялась, упёршись лапами в ствол.
– Эй! Рыжик! Как тебя зовут? – крикнула куда-то вверх.
Из дупла появились пушистые кисточки, потом и уши целиком, а потом и беличья мордочка.
– А тебе какое дело? – ершисто ответил тот и снова скрылся.
– Только издалека и умеешь задираться, – фыркнула на него Бусинка.
– Ладно, ребята, пойдём. Пусть сидит тут и дуется. Один, – позвала за собой зайчонка и ежонка.
Бельчонок тут же выскочил на ветку и нервно дёрнул хвостом.
– А вы… Вы куда?
– На полянку, – бросила через плечо Бусинка, даже не обернувшись.
– Но… я… – растерялся бельчонок.
Ему давно хотелось осмотреть окрестности этого леса, но мама его одного никуда не отпускала. Но теперь-то он пошёл бы не один.
– Подождите меня! – он ловко юркнул в дупло, а потом вынырнул оттуда довольный-предовольный.
Почти не касаясь ствола соскользнул вниз и за несколько прыжков догнал ребят.
– Меня зовут Пушехвост, – он взмахнул своим большим и, правда, пушистым хвостиком, – можно просто Пушок.
– Привет, Пушок. А я – Бусинка, – она ткнула себе в грудь лапкой, потом показала на брата и ежонка, – а это – Перчик и Бублик. Будем дружить?
– Дружи-и-ить? – протянул Пушок – ему раньше такого никто не предлагал. – И это тогда мне в вас шишками нельзя будет кидаться?
– Нет, – отрезала Бусинка.
Бельчонок задумался, даже почесал голову. Потом махнул лапой:
– Эх, ладно. Найду, в кого побросаться. Будем дружить!
Зайчата с улыбками хлопнули его по плечу, ежонок что-то фыркнул себе под нос, но тоже похлопал бельчонка лапкой.
– Как здорово! – прыгал вокруг них Пушок. – У меня ещё никогда раньше друзей не было.
Бусинка хихикнула, а потом как припустила:
– Эхей! За мной! Не отставайте!
И они побежали по лесным тропинкам, огибая старые пни и поваленные деревья, рвали молодую травку и щурились от лучей весеннего солнца. И вот, наконец, перед ними расстелилась та самая полянка – большая, светлая, такая манящая.
– Летом здесь сто-олько земляники растёт, – Перчик развёл лапы в стороны.
– Одному и не съесть.
– Вот все вместе и придём, – кивнула Бусинка.
Бублик же, уставший от такого бега, прислонился к берёзке и тяжело дышал.
А Пушок прыгал вокруг него и заглядывал в маленькие блестящие глазки.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
