Страница 2 из 8
Ну и что, что не знаю, куда идти? Разберусь.
Разве проблема найти такси в современном мире?
Зато подальше от непонятно кого. А то эти если куда и довезут, то только до ближайшего поворота с густыми кустами. Лучше уж и правда сама. Аккуратненько. Вдоль тех самых кустиков, чтобы никто не заметил так сразу.
Такими перебежками пришлось пройти несколько миль, прежде чем показалась главная дорога, а вместе с ней и редкий автомобильный поток. Там я свою удачу и попытала.
В конце концов, не все же здесь такие, как мои похитители? Нормальные люди тоже наверняка есть.
Должно быть босая девушка в полупрозрачной ночнушке не внушала доверия, поскольку ловила я машину очень долго. Но вот, наконец, передо мной замер старенький форд, а из него наружу выбрался с виду милый старичок. И вот вроде, сама же желала помощи, а теперь ноги против воли отступили назад, увеличивая между нами расстояние. Старичок или нет, но доверять хоть кому-то после произошедшего я так сразу не спешила. По хорошему было бы лучше, если бы мне помогла какая-нибудь семья с детьми. Но, к сожалению, больше никто не спешил останавливаться.
Старичок тем временем с беспокойством оглядел меня с ног до головы и что-то спросил. Наверное, интересовался, всё ли со мной в порядке. Выглядела-то я так себе.
– Не понимаю, – улыбнулась виновато, покачав головой.
Повторила фразу на ломаном английском в надежде, что он меня хотя бы так поймёт. Не понял. Зато заулыбался шире. И подошёл ближе, продолжив что-то бормотать о своём. Порыв убежать подавила в себе силой воли.
Ну правда, что мне старик-то сделать может?
Он уже, наверное, лет десять минимум как импотент.
Вот и не стала по итогу сопротивляться, когда он махнул рукой на свой автомобиль в явном приглашении присоединиться к нему. В моей ситуации выбирать особо не приходилось. Либо с ним, либо что похуже.
О последнем не просто так подумала…
Неподалёку остановилась ещё одна машина, а из неё вышло два молодых темноволосых парня, которые с самым мрачным видом направились в нашу сторону.
Старик, увидев их, цепко ухватил меня за руку и сам же силой потащил в свою машину. Настолько неожиданно, что я по инерции и впрямь сделала несколько шагов следом, прежде чем опомнилась и принялась вырываться. Вот только… не получалось. С виду тщедушный старичок оказался довольно сильным.
Ко всему прочему, те двое парней тоже дошли до нас.
И будто мало мне проблем, старик… оскалился, предупреждающе зарычав.
Клянусь, как самый настоящий дикий зверь!
И это ничего не имело общего с тем, как скалились охранники той крепости, из которой я ушла.
Да что происходит?
Тем более, не один старик теперь показывал зубы, но и молодые мужчины. И… рычали! Друг на друга. По-настоящему!
У меня, что говорится, волосы встали дыбом, и голова закружилась от непонимания происходящего.
Господи, да что происходит?
Куда я попала?
Кто они такие?
С другой стороны, какая разница, кто они, если мне представился шанс сбежать от них, пока они заняты друг другом?
Так и поступила. Подтянула подол повыше и ломанулась прочь побыстрее.
Мысль о том, чтобы забрать тачку, как появилась, так и ушла.
Слишком много времени отнимет. И не факт, что получится. Мало ли, там противоугонка стоит. А мне нужно, чтоб наверняка.
Хотя бегать босоногой по земле, полной каменных крошек, то ещё удовольствие. Но да ладно, это всё ерунда на фоне всего остального.
Мой побег заметили.
Тут же рванули следом.
Все трое.
Хоть под машину бросайся, честное слово!
Хотя… вариант!
И я действительно выбежала на дорогу.
Послышался визг шин и ругательства, но я едва ли их слышала. В груди грохотало куда громче. Страх подстёгивал бежать дальше, не останавливаться. И не важно, что сама по себе затея тоже совсем не правильная – бежать вдоль пусть и редкого потока автомобилей. Как если бы я и правда решила из окна выпрыгнуть. Но на что не пойдёшь в целях того самого выживания. Спасибо, тренеру по лёгкой атлетике, который заставлял бегать как можно больше и чаще. И ведь пригодилось же! Кто бы знал, что при такой ситуации.
Сзади вновь послышался визг шин, глухой стук, недовольное рычание, а за ним и скулёж боли. Такой пронзительный, вмиг пробрало до костей. То самое быстро бьющееся сердце споткнулось об этот звук, вынудив замереть и оглянуться. А там… один из парней лежал посреди дороги, а его правая нога была согнута под неестественным углом, с торчащей костью в месте перелома.
Ох, ты ж…
В карих глазах застыла боль.
И чёрт, в этот момент, несмотря на ситуацию, мне стало очень жалко его. Представляю, как это адски больно. Сама была на его месте. Только с рукой.
И зря я на него отвлеклась.
Остальные двое времени даром, как я, не теряли. Вмиг оказались рядом. У старичка и вовсе в руке нож обнаружился. Заметила его ровно в тот момент, когда он остриё приставил к моему горлу, что-то добавив словесно на том же непонятном языке. Не ко мне обращался. К другому. Развернув меня к нему лицом, словно прикрываясь в угрозе… меня прирезать?
Очевидно, что так.
Ведь на его слова стоящий напротив скривился в презрении, а затем плюнул нам под ноги. Развернулся и пошёл к тому, которого сбили. В каком состоянии тот сейчас я так и не поняла. Приставленный к горлу нож мешал повернуться в нужную сторону. Да и на месте мы не остались. Старик потащил обратно к своей машине, что-то тихонько приговаривая себе под нос. А как дотащил, открыл багажник. Решила, что в него-то он меня и запихнёт. Но нет. Всё вышло гораздо хуже. Прижав меня спиной к металлу, оскалился в очередной раз.
– Mírate (с исп. Посмотрим на тебя), – процедил непонятное сквозь зубы.
Лезвие в его руке сместилось ниже. Зацепило лямку. Всего один небольшой рывок, и та порвалась, а я невольно вздрогнула. И вздрогнула снова, когда старик резко подался ближе, почти уткнувшись носом в мою шею, с шумом втягивая воздух.
Растерялась.
Что он творит?
И тут же получила ответ на этот свой вопрос, когда его рука нагло ухватилась за мой зад, поочерёдно сжимая ягодицы.
– А ну пусти меня, ты, старый извращенец! – тут же поспешила оттолкнуть его от себя.
Не вышло.
Нож у горла надавил сильнее, вынудив обратно замереть.
А старик продолжил.
Едва не стошнило, когда он провёл языком вдоль всей моей шеи. Крепко сдавив грудь. Весь воздух из лёгких в этот момент вышибло. Но обхватить зажатую между нами рукоять я всё же смогла. Её же толкнула прочь от себя.
– Отвали от меня, сказала! – повторила, пиная его в ногу, сильнее давя на руку с ножом.
Выходило так себе.
Да сколько ж в нём силы?
Как если бы лом пыталась согнуть, ей-богу!
Отчаяние заполонило сознание.
Стоило сбегать от одного, чтобы попасть в руки другого!
Первый хотя бы силу не применял!
– Да что ж у вас за город такой, что девушке и шага ступить одной нельзя?! – заорала, не выдержав, и принялась хаотично махать руками в попытке отвлечь его и вырваться из крепкой схватки. – Пусти меня! Пусти!
Едва ли соображала, что творила. Лишь бы уже избавиться от него.
– Да отпусти ты меня! Пусти! – повторяла, пустив в ход и ноги.
Кожу в районе шеи зажгло, напомнив о ноже. За него я и схватилась, снова попытавшись отобрать. Выходило так себе, с учётом, что старик тоже продолжал сопротивляться.
– А-а-а! – заорала громче прежнего и резко толкнула острую сталь от себя.
Ладонь пронзило болью. Но я, наконец, получила долгожданную свободу – старик отпрянул от меня. Я и сама пошатнулась от неожиданности, глядя на него с напряжением, тяжело дыша. Всё казалось, ещё немного и задохнусь. Ноги откровенно подкашивались, когда я осторожно шагнула в сторону, внимательно следя за действиями не спешившего больше действовать старика. Вместо этого он стоял и смотрел на меня, прижав ладонь к груди. До того удивлённо, что я и сама растерялась. И лишь когда он убрал руки, заметила на его одежде быстро расплывающееся алое пятно.
– Что…
…происходит…
Откуда у него кровь?
Это ведь он мне едва не воткнул нож в горло, а я всего лишь защищалась. Только защищалась. Тогда откуда кровь?
– Нет, – выдохнула в ужасе от пронзившей сознание догадки. – Я не… не делала этого. Я… не могла. Не могла, – повторила зачем-то, глядя на старика.
В его тёмном взоре застыло такое же непонимание. Он было дёрнулся ко мне ближе, и я по инерции выставила руку перед собой. Руку, что сжимала нож. На лезвии которого застыли ярким багрянцем алые капли чужой крови. Крови, что продолжала растекаться на старческой груди. На ней я и зависла. И всё ещё не понимала, да. Или не хотела понимать. Потому что не могла я. Не могла.
Но руки по-прежнему крепко сжимали рукоять, не давая усомниться в произошедшем. Что я его… я… его… убила?
Ой, мама…
Мамочка моя.
Забери меня отсюда.
Я больше никогда никуда не поеду без тебя.
Вообще из дома не выйду. Даже в магазин за хлебом.
Только пусть всё это окажется просто плохим сном.
Ну, пожалуйста.
– Пожалуйста, – шептали губы.
Вот только не сон это.
А я…
Я…
Пусть и не специально, но…
Убила.
Я.
Его.
Убила.
Убила…
В подтверждение последней мысли старик стал заваливаться на бок. Сделал ещё несколько шагов в попытке удержаться на ногах, после чего всё-таки рухнул в дорожную пыль. Кажется, он что-то говорил, судя по шевелению губ. Я не слышала. Вообще будто оглохла. Продолжала смотреть на алое пятно и не могла отвести от него своего взгляда.
Оно расползалось всё больше, а вместе с ним росла моя паника.
Этого не может быть!
Просто не может.
Я отказывалась в такое верить.
Но старик лежал практически у моих ног и задыхался, урывками хватая ртом воздух. А я даже пошевелиться не могла, чтобы попробовать помочь ему. Только смотреть, как он в последний раз вдыхает в себя кислород и замирает. А вместе с ним и весь мир.
Звуки накатили на сознание внезапно. Вроде только что было тихо-тихо, а потом в голове будто взорвалось что-то. Из груди вырвался всхлип. Один, второй, третий… По щекам потекли слёзы. Шагнула было ближе к старику, глаза которого продолжали смотреть на меня с неверием и мольбой, но замерла, заметив, как к нам спешат очевидцы произошедшего.
Вот когда меня охватил настоящий страх. Практически ужас.
Разве кто поверит, что это случайность?
Что я не специально.
Не хотела.
Что просто желала вырваться и сбежать.
Да, сбежать.
Мне нужно бежать.
Куда?
Не столь важно.
Просто бежать.
Как можно дальше.
Прямо сейчас.
Тео
Многочасовое шествие с дарами от пяти семей Карибского побережья закончилось, и я, наконец, избавился от чужой сомнительной кампании. Хотя вряд ли это надолго. Теперь, когда на моих плечах должно держаться наследие сразу двух семей – Вега и Ньето, заправляющих морскими путями, остальные будут кружить вокруг как шакалы, в ожидании того, пока не найдут моё слабое место, чтобы по нему ударить. Быть тем, кто сильнее, в нашем мире дорогого стоит. Предыдущий барон Вега – мой названный отец, так и провёл всю свою жизнь, в итоге превратившись в параноика. А мне всё чаще начинает казаться, что именно этот вариант – самый подходящий. Как элементарный вопрос выживания. Даже не самому. Тех, кто принёс мне кровную клятву верности. Ведь теперь я за них всех в ответе, а другие бароны спят и видят, как бы это изменить на свой лад.
Дары их…
Как бы в честь моего нового статуса…
Тоже сомнительные.
Хотя с виду далеко не дешёвые, типа от всей души.
От Рубио, которые являлись хозяевами всех развлекательных заведений в Картахена-Де-Индиас – модная тачка. Можно подумать, я сам себе не могу купить.
Дюран, производящие самую чистую и элитную наркоту, которую только можно встретить в этом мире, тоже широтой фантазии не отличились, притащили то, что у них есть.
Идальго, в соответствии со своей приверженностью к контрабандному, а порой и запрещенному, оружию, которое пропихивали по всему миру – кинжал. Замысловатый. Определённо с историей. Нахер мне не нужный. Если только в виде безделушки в интерьере.
А вот девчонка от Суаресов, тех, что из года в год опровергают всю муть о том, будто в современном мире больше нет рабов и никто не должен торговать людьми…
Да, подаренная девчонка заинтересовала. Наверное, потому что отличалась. От всех тех девиц, что обычно стелились передо мной. Видно, что недотрога. И реально нетронутая пока ещё никем. По одному её запаху – сразу понятно. Тонкий аромат орхидей с отголосками амбры… Чистый. Не испорченный. Я словно в какую-нибудь грёбанную оранжерею попал, лишь раз вдохнул. Да так и завис, разглядывая, как длинные светлые локоны рассыпались по хрупким плечам до самой поясницы. В небесно-голубом взоре – хоть утони, настолько бездонный. Пухлые губы… и не вспомню, когда в последний раз у меня так быстро вставал. И это только при взгляде на них, стоило представить всё то, что они могут дарить.
Зачем тогда отпустил?
Всё равно ведь надолго ей в этих краях сохранить свою чистоту и невинность не удастся. Тем более в одиночку. Не там, где кругом либо убийцы, либо торговцы людьми, сутенёры, либо контрабандисты, воры, насильники и наркоманы. Такая уж у нас судьба, у отверженных оборотней, изгнанных из своих стай сюда.
Но и…
Отпустил, да.
Я ж не Суарес. Как и прямо ей об этом сказал. Я с таким дерьмом возиться не хочу. Своего достаточно. Тем более, что она – человек. Слишком хрупкая. К тому же, я не до такой степени жалкий, чтоб заставлять кого-либо мне отсосать. И без неё найдутся. На добровольной основе. Куда более выносливые – наши волчицы. Какая разница, в кого вставлять, если итог всё равно один? Одинаковый.
Тем более, что и без неё было, на чём действительно стоило сосредоточить своё внимание.
Ортисы… не явились. И хорошо. Только толпы проституток мне в моём родовом поместье не хватало, с учётом вида их основной деятельности. С другой стороны – проявление такого игнора моего обретённого права, совсем не хорошо. Для них. Потому что я не могу проявить слабость и не проучить засранцев, напомнив о том, кто тут сильнейший. Хоть раз «не замечу», потом по-любому совсем обнаглеют.
Соответствующие распоряжения тоже отдал.
Чуть позже – навещу лично.
А пока…
Так и продолжил стоять у окна, зачем-то вспоминая, как отпущенная мной девчонка удрала, сверкая босыми пятками, пока пересекала уложенный брусчаткой двор поместья Вега. Наверное, потому что тем самым напомнила младшую сестру. Ту, что ушла из семьи, и больше не с нами. Ту, что единственная привносила в этот мрачный и жестокий мир вокруг нас что-то светлое. Своей улыбкой. Способностью видеть даже в самых худших из нас что-то хорошее. Просто тем, что она у нас есть.
Всё-таки её очень не хватало…
Но да ладно.
Не буду же я теперь становиться нытиком и страдать, будто сопливый мальчишка?
Ушла и ушла.
Её выбор.
А вот девчонка…
Вернулась?
Именно так. Застыла перед воротами, глядя на всех присутствующих во дворе исподлобья. С ножом в руках. Вся в крови. Начиная от тонкой шеи, заканчивая израненными стопами. В голубых глазах одновременно пустота и жгучее пламя ненависти. И лишь где-то в глубине притаился животный ужас. Нет, не видел, слишком далеко находилась. Ощущал всем своим звериным чутьём. А оно меня ещё ни разу в жизни не подводило.
Вот и остальные замерли, напряжённо следя за ней. Хорошо, с выдержкой у моих ребят всё в порядке, чуть ли не с рождения намертво вбита, иначе бы не стояли так, ведомые разбуженными инстинктами. Она тоже продолжала стоять и смотреть на дом, даже не представляя, как одним своим видом дразнит опасных хищников. Тяжело дыша. Не моргнула ни разу. С расширенными зрачками в небесных глазах. Как если бы под наркотой пребывала. А саму всю трясло. И было в этом что-то такое… что?
Да хер его знает.
Но к ней я направился без лишних раздумий. И чем ближе подходил, тем отчётливей улавливал весь спектр её беснующихся эмоций.
А как только приблизился…
– Это ты виноват, – произнесла она глухо. – Из-за тебя всё.
Волк внутри злобно ощерился на подобное заявление, да ещё и от жалкой человечки. Едва удержался, чтобы не схватить хрупкую шейку и не свернуть ту. А вот девчонка такой терпимостью не страдала. Ещё даже не договорила толком, а уже накинулась на меня с ножом.
Увернулся, конечно, но знатно прихерел. Не я один. Остальные – тоже. Спасибо, ржать над такой тупейшей выходкой в открытую не стали.
На что она, мать её, рассчитывала?
Фактически бросая вызов альфе.
Никто из моих куда более ловких, сильных и выносливых врагов в здравом уме бы не подумал напасть на меня столь открыто и прямо в лоб, а эта вообще… банально рабыня. Пришлось перехватить за запястья.
Навредит ещё. Себе.
И без того вся в порезах.
Или она опять самоубиться решила?
И опять с моей помощью.
– Ты виноват! – причитала, бросаясь на меня снова и снова уже с ногами, как с ума сошла. – Из-за тебя всё. Из-за тебя меня украли и сюда притащили. А ты меня отпустил. Хотя знал, что так будет. Знал и позволил уйти. Сволочь! Ненавижу тебя! Ненавижу! Из-за тебя всё! Из-за тебя я его убила! Ты виноват!
Она ещё много чего похожего выкрикивала, пока я на основе этого складывал нехитрый пазл.
Значит и правда нарвалась на кого-то. Да ещё и так быстро, совсем недавно ведь ушла. И серьёзно убила его? Хрупкая человеческая девчонка? Мужика? Человека, что ли? Всё-таки в наших краях, если не оборотень, то труп. Или раб. А те так далеко не гуляют.
Хм…
Занятно. Зато понятно, чего её теперь так сильно кроет. В шоке от собственного поступка. Нежный цветочек.
В последней мысли я вскоре лишь утвердился.
И да, опять знатно прихерел.
Сразу, как только виток истерии девочки принял новый оборот. А та… меня обняла. Крепко. Сразу обеими руками. Сперва уткнувшись носом мне в грудь. Затем и вовсе прижимаясь ко мне всем своим дрожащим телом. Всхлипнула.
Вздохнул. Подумал о том, как же нелепо мы оба теперь тут выглядим. Послал охране предупреждающий взгляд. А тем, что ближе всех находились:
– Найдите, чья кровь, – отправил по следу.
Те кивнули. Ещё секунда, и умчались.
Девчонка…
Всё ещё всхлипывала.
Вздохнул повторно. И обнял в ответ, зарываясь пальцами в густую светловолосую копну.
Может, поможет, и она рыдать перестанет?
С младшей сестрой всегда срабатывало.
Не сработало.
Всхлипы стали громче. Слёзы покатились по девичьим щекам намного активнее. А в меня вцепилась ещё крепче.
Безусловно, другой способ прекратить это всё тоже имелся. Но ломать и без того почти сломленную девчонку не хотелось. По крайней мере, не самому.
С чего бы?
Наверное, слишком хорошо помнил, сколько боли причинил в своё время младшей из нас тот же отец, пока перевоспитывал на свой лад. И от одного этого всё внутри переворачивалось. Я, конечно, тот ещё мудак. Но не садист – уж точно. Если только временами. И то, сопутствующие обстоятельства должны быть куда более весомыми. К тому же, если быть честным, хотя бы с самим собой, не так уж она и не права. Я превосходно понимал, что сделает с девчонкой внешний мир, как только она выйдет за пределы поместья Вега, когда она просила её отпустить, и я дал ей это совсем не как жест доброй воли.
А раз так…
– Иди, умойся, – сдавил светлые локоны в своей ладони сильней, чуть оттянув, запрокидывая её голову, чтоб смотрела на меня. – От тебя воняет, – пояснил.
Приторно-солоноватый запах крови давно пропитал весь двор. А выдержка у моих ребят, хоть и отменная, но не бесконечная. И самому постепенно захотелось убивать.
А она так и продолжила стоять и смотреть на меня. Всё ещё растерянная, не до конца осознающая реальность. В небесном взоре застыли слёзы. Приоткрыла губы, чтобы что-то сказать, но не сказала. Пустота во взгляде сменилась иным – непониманием, с ноткой удивления и… восхищения?
– Теперь как янтарь, – прошептала она растерянно. – Как так?
– Янтарь? – упустил суть разговора и я.
Она о чём?
Вгляделся в её глаза получше.
Да вроде нет, наркоту не принимала, чтоб галлюцинации появились и пригрезился какой-то там природный камень.
Почти решил, что визуального осмотра маловато будет, по-хорошему и кровь бы проверить. Но девчонка разуверила сама:
– Твои глаза. Цвет изменился. Опять.
А, вон она о чём…
– И что с того?
– Необычно. Странно. Красиво. Хотя жёлтый лучше.
Нет, всё-таки на наличие наркоты её кровь стоит проверить.
Я и проверил.
Мало ли чем её тот жмурик успел напичкать, прежде чем она умылась его кровью…
Не успел. И не напичкал.
Хотя привкус крови, оставшийся на клыках и языке, отозвался внутри чем-то воистину дурманящим, когда я слегка прокусил её плечо, беря пробу, определяя то, на что грешил.
Вкусная…
Девчонка же мои действия не оценила. Точнее, оценила превратно. Тут же прочь шарахнулась. Едва успел клыки вовремя убрать, чтоб не порвать нежную кожу. И не удерживай я её, наверняка вовсе сбежала бы, столько ужаса отразилось в эмоциях, когда она схватилась за повреждённый участок кожи.
– И ты туда же?! – практически взвыла. – Вы совсем все здесь ненормальные, что ли?!
И к моей шее собственной нож приставила.
