Всего несколько дней назад я ощущала себя вполне счастливым человеком. Я была любима отцом и была уверена, что, что бы ни случилось, он будет рядом и защитит, закроет от всего. С его смертью и моя жизнь оборвалась. Я не смогу так жить. Воспоминания об отце чуть отогрели оледеневшую душу. С теплотой я вспоминала как вечерами у камина он рассказывал нам с Дораном о дальних берегах и землях, где он побывал сам или слышал от путников, останавливающихся на ночлег в Эдингарднере. О том как нашел нашу маму во время дипломатической миссии на северном побережье земель Гунбьерна. Она была дочерью простого кузнеца и тот решительно не хотел отдавать свою дочь. Нелегко отцу тогда пришлось целых четыре месяца, пытаясь добиться расположения Хорана Бирна, моего дедушки. Все это время молодой лорд Эдингарднера выполнял самую черновую работу: таскал воду, мыл конюшню, кормил скот . Позже, будучи замужем, Эвелин Брентон, моя мама, всего раз приезжала повидаться со своим отцом, преже чем его не стало.
Эби говорила, что я очень похожа на мать, те же черты лица, те же выразительные глубокие зеленые глаза. Возможно поэтому иногда я ловила на себе задумчивый взгляд отца, полный тоски и боли. Он сделал маму счастливой и, несмотря на положение женщины в обществе, подарил ей свободу. Он подарил ей свое сердце.
Поежившись, я обхватила себя руками. Камин погас уже очень давно и было достаточно холодно. Комната, погруженная во мрак, после произошедшего давила и отвергала. Находиться здесь было непросто. Обувшись, я выскользнула в коридор, подошла к окну и чуть приоткрыла его. Снаружи стоял запах ночной свежести, в помещение залетел легкий прохладный ветерок.
Теплые воспоминания из прошлого привели к твердому намерению не сдаваться. Это мой дом. И я отдам все силы, чтобы Вестнорд не превратил мою жизнь в ад. Только действовать надо не так опрометчиво и бездумно. Если бы еще, находясь рядом с ним, не переставать работать головой.
Еще раз вдохнув ночной свежести, я прикрыла ставни. Погруженная в мысли, пытаясь найти хоть какой-то выход из своего положения, я остановилась в паре метров от дверей, украшенных резьбой. Родительские покои. Казалось, целая вечность прошла с тех пор как я приходила сюда помогать ухаживать за отцом. Несмотря на то, что папы больше нет, это место еще хранило для меня теплоту и спокойствие, дарило утешение. Направившись к дверям, я решительно открыла одну сторону и… осталась стоять на месте.
Хорошо освещенная комната выдавала два тела, что плотно сплелись на постели. Светлые волосы девушки золотыми волнами раскинулись по простыням. Полностью обнаженная, она прикрыла глаза и чувственно стонала и всхлипывала, бесстыдно раскинувшись под мужчиной, припавшему к ее шее. Вестнорд. Мне кажется, даже находясь в сотне метров, я бы все равно узнала его. Его тренированное тело было влажным и блестело от света камина. Его мышцы плавно перекатывались в такт движениям.
Не ожидавшая кого-либо здесь увидеть и потрясенная я не сразу среагировала на то, что меня обнаружили. Ничуть не смущаясь златоволосая чуть приподнявшись на локтях посмотрела в мою сторону. На лице ее не было ни следа смущения или стыда, только легкое удивление.
Эта девка возлежала на постели моих родителей с чужим мужем, пусть это и нежелательный факт в моей жизни, и чувствовала себя на своем месте! Как она смеет? Как он посмел притащить эту змею сюда?
К тому моменту как Вестнорд заметил мое присутствие, внутри меня уже полыхала ярость, выжигая все мои самоубеждения по поводу осмотрительности. Невозмутимо встав с кровати или вернее с этой шлюхи, без единого элемента одежды, Вестнорд сделал шаг ко мне. Глаза его горели недобрым огнем, но мне уже было все равно. Смело ступила внутрь и ответила на его взгляд, вложив вы ответный всю ненависть, которую я к нему испытывала.
– Что ты здесь..!
– Нет это ты объясни мне, какого черта ты здесь вместе с этой девкой! Какого черта ТЫ здесь делаешь?– дав волю эмоциям, я подошла к нему вплотную, не замечая того, что он стоит полностью обнаженный.
Не ожидавший такого напора, на лице его мелькнуло замешательство, но тут же взяв над собой контроль, он навис надо мной, льдом своих глаз чуть остужая мой пыл.
– Я нахожусь здесь по праву хозяина и я не позволю тебе оскорблять мою женщину. Прикажи я тебе и ты станешь называть ее не иначе как госпожа и склоняться перед ней всякий раз когда встретишь ее, а это будет происходить очень часто и плевать на твои истерики. Никто не помешает мне посадить ее во главе стола, как хозяйку этого дома,– мрачно и хлестко он чеканил каждое слово.
– Убирайся прочь со своей женщиной! Выродок!– и развернувшись, посмотрела на нее невидящим взором.– Пошла вон из этой комнаты!
Я ждала чего угодно, того, что он может схватить, ударить, сорваться, и была готова бороться до последнего, но его следующие слова были обращены не ко мне.
– Оставь нас, Кара. Я приду к тебе чуть позже.
Невозмутимо встав с постели девушка набросила платье и склонив голову перед ним, уверенной походкой скрылась за дверями.
– Как я понимаю, преподанный тебе урок, прошел впустую?– его тоном можно было превратить весь Эдингарднер в глыбу льда.
– Ты можешь вечно истязать мое тело, но внутри я никогда не покорюсь тебе и не сломаюсь, как бы ты не старался.
– Ты просто глупая девка, если не понимаешь, что своими выходками ты сделаешь хуже не только себе. Не в моих правилах чинить физическую расправу над женщиной без крайней на то нужды. И веди ты себя как подобает леди, которой ты тщетно себя считаешь, ничего бы не было,– повернувшись ко мне спиной он натянул штаны и набросил на тело рубаху.
– Я не позволю ей быть здесь, как дань уважения моим родителям,– мой голос был тихим, но твердым.-А если решишь назвать ее госпожой, то для начала тебе придется лишить жизни меня, ибо я не позволю этой твоей подстилке хоть раз присутствовать за моим столом.
– Чего ты хочешь?– одевшись, он разместился в кресле, стоящем у письменного стола.
– Чтобы ты убрался отсюда и больше никогда не появлялся в стенах этого замка!
– Это невозможно. Этот замок мой. И этот пункт ты должна хорошо закрепить у себя в голове. Может что-то еще?
С непониманием я смотрела на него, не понимая к чему он клонит.
– Я хочу свободы. Отпусти меня. И ты меня никогда больше не увидишь.
– Я не могу этого сделать. Так же как и ты я меньше всего желал этого брака, но он служит укреплением северного союза и залогом мира на тысячи верст вокруг. Я хочу предложить тебе сделку. Я выполню твои условия, взамен на обещание не чинить мне преграды и распрощаться с твоими выходками и истериками. Подумай, тебе выпадает шанс выторговать для себя что-то важное. Даю тебе сутки на размышления,– встав и забрав перевязь с мечом, брошенную у камина, он на мгновение задержался в дверном проеме. – Доброй ночи.
Подойдя к камину я протянула ледяные озябшие пальцы к огню. Тело сотрясала дрожь, а мысли крутились в голове, пытаясь построиться во что-то вразумительное. Сделка? С чего бы это вдруг? Небольшая компенсация за пожизненное заключение?
Эрик
Вылетев из ее комнаты и не помнив себя, он добрался до кабинета. Внутри рвалось и хрипло дышало нечто звериное. Как животное, загнанное в клетку он сам метался из угла в угол, пытаясь обрести контроль. Подойдя к массивному столу, одним рывком смахнул с него все и крепко впился руками в столешницу. Хотелось взвыть и разнести тут все в труху. Им овладело безумие. Какого черта происходит? Он определенно не рассчитывал на такой исход. Пытаясь приструнить девчонку, он перешел границу. Как же взбесила его эта язва! Практически всех, кто когда-либо пытались его унизить не было уже в этом мире, но не казнить же собственную жену? Жену. Да будь проклят тот день, когда я согласился на этот брак! Еще полгода назад у него были совсем другие планы на жизнь. И сделать своей женой он собирался совсем другую женщину. Кара. Вот кто был пристанищем его души и тела. Она всегда чувствовала его настроение и подстраивалась под него. Спокойная, рассудительная и непритязательная. Хороший советчик и прекрасная любовница. Своей мягкостью и добротой она не давала ему вконец ожесточиться. Ее отец погиб еще при попытках захватить Пандаллу, неприступное королевство, и с детства она жила при дворе его отца. Несмотря на то, что Эрик был против, сопровождала его везде и всюду. Однажды он решил, что если у нее получиться зачать наследника, он сделает ее своей женой и равной себе. У виконтов женщины имели почти равные права с мужчинами. Женщины учавствовали в битвах, являлись наследницами, правили городами. Виконты считали, что только свободная и самоутвержденная в себе женщина может дать сильное потомство. И потому презирали мужчин Пандаллы за их отношение к женам и дочерям. Немало девушек, сбежав из-под гнета отца, обретали счастье в паре с виконтом – еще одна из множества причин постоянных конфликтовы между пандаллами и виконтами.
Полвека назад его народ прибыл сюда в надежде спастись от вымирания. Земли Альхесираса, откуда они приплыли, на протяжении уже двух сотен лет превращались в пустыни. Большую часть суток нещадно палило жаркое солнце, выжигая некогда цветущую и плодотворную местность. Короткие дожди стали редкостью. Лишенные воды и пищи, люди Альхесираса были обречены на смерть и только захват новой территории был единственным путем спасения. Пролилось немало крови прежде чем его народ обрел дом.
Войдя в теперь уже свои покои, он осмотрелся. Просторная комната, смежная с кабинетом, огромных размеров окна и тяжелая массивная мебель. У противоположной от кровати стены горел камин, освещая мягким светом помещение. Все было готово к его приходу, а личные вещи покойного эрла Брентона вынесены. Толкнув небольшую дверь справа от камина, он обнаружил за ней большую дубовую бадью для купаний, заполненную горячей водой, над которой поднимался пар, в каменном выступе стены было выбито углубление в форме чаши, рядом стоял кувшин.
Отметив про себя расторопность слуг, разделся и погрузил свое уставшее тело в воду. Прикрыв глаза, он не переставал думать о своем положении, как почувствовал прикосновение рук на своих плечах. Обернувшись, он увидел Кару. Золотые волосы струились по спине, легкая ночная рубашка практически ничего не скрывала. Почувствовав желание, он выбрался из ванной и, обхватив девичью шею рукой, жадно припал к ее губам в желании погасить пламя, бушевавшее внутри. Ткань рубашки намокла от его влажного тела и, проводя ладонями, лаская, он чувствовал каждый изгиб нежного тела. Чуть оттолкнув его и соблазнительно изогнувшись, она стянула через голову платье, оставшись прикрытой только шелком своих волос. Не в силах больше сдерживать себя, он подхватил ее на руки и зайдя в спальню опустил на кровать. Прижимая своим телом, он покрывал поцелуями такое уже родное тело, но перед глазами вместо затуманенных страстью глаз Кары возникали другие. Объятые ужасом, со следами от слез. Пытаясь отбросить эти видения, он почувствовал как тело под ним напряглось. Проследив за взглядом Кары, он увидел Корнелию, застывшую в дверях.
Раздражение и усталость заговорили в нем. Подойдя к ней, ему невыносимо сильно захотелось оттащить ее за волосы обратно к себе и приставить стражу, как дерзко она разговаривала. Но внезапно он представил, что ей пришлось пережить за последнюю неделю и он почувствовал прилив жалости. Отец был очень важным человеком в ее жизни и, обнаружив его здесь, она вспыхнула в гневе. Черт возьми, здесь я хозяин положения и ей придется смириться с этим. Неожиданно для себя предложил ей сделку, но, подумав, решил для себя, что ему нетрудно исполнить пару капризов в обмен на устранение проблем с ней.
Позже, он лежал в объятиях Кары, без сна разглядывая потолок.
– Ты причинил ей много боли,Эрик,– тихий голос Кары отвлек его от мыслей.
– Не моя вина, что она постоянно пытается досадить мне и вывести из себя.
– Она еще очень молода, к тому же она потеряла всех своих близких, поверь мне, я была на ее месте. К тому же она очень красива, твоя жена, но даже будь она самой уродливой женщиной в королевстве, из-за ее приданного она лакомый кусочек для желающих поживиться и досадить тебе. Не упускай ее. Завоевав ее сердце, ты укрепишь свое положение здесь.
– О чем ты говоришь? Лишь тебя я хочу видеть рядом с собой. Договорной брак здесь ни при чем.
– Нам не суждено быть вместе и в глубине души ты это понимаешь. Твои слова о том, что ты сделаешь меня своей женой – это утешение твоей совести. Эта девочка может дать тебе все, что ты вожделеешь – семью, наследников, земли, титул.
– Ты отказываешься от меня, Кара? – приподнявшись, он пытливо посмотрел ей в глаза.
– Я твоя до последнего вздоха, Эрик. Я благодарна тебе за все, что ты для меня сделал, за все те годы, что ты дарил мне себя, но я прошу подумать над моими словами. Только из-за того, что я чувствую к тебе, я хочу чтобы ты был счастлив.
Эрик уже давно спал, а на фоне окна виднелся тонкий женский силуэт, обхвативший себя руками и с тоской смотрящий в ночь.
Глава 7
Яркие лучи солнца пытались пробиться через прикрытые веки. Теплое весеннее утро разлилось теплом по всему телу, проникая под тонкое шерстянное платье. Чувству умиротворения в душе способствовали звуки пробегающего перед полусогнутыми ногами ручья. Мягкий ветерок коснулся моего лица и пробежался по волосам, свободно разметавшимся до самой земли. Приткнув подбородок в колени, я обхватила их руками.
Проведя какое-то время в таком положении на каменистой земле, я почувствовала, что мои ягодицы сами грозят превратиться в окаменелость.
Я ждала.
И ожидание это отзывалось приятной истомой в груди, а сердце начинало биться быстрее в предвкушении.
Поднявшись на ноги, я обула их в легкие кожаные башмаки. Выпрямившись, я ощутила как талию оплели руки и притянули к себе. Улыбнувшись, я развернулась в объятиях, чтобы заглянуть в глаза цвета весенней листвы.
Валр.
Чуть приподнявшись коснулась губами манящей озорной улыбки и почувствовала как в ответ его рот накрыл мой. Язык его неторопливо изучал и ласкал. Ладони, покоящиеся на талии, сползли ниже и сжались на ягодицах. Мои руки перемещались по его широким плечам, торсу, взметнулись к его пламенным волосам. Пальцами провела по только пробивающейся щетине. Голова как-будто затуманилась, внутри, внизу живота появилось тянущее чувство, образуя пустоту и требуя ее заполнить.
Не было произнесено ни единого слова. Это было лишним. В этот момент я до безумия хотела ощутить себя любимой, нужной, наполненной. Не заметив того, мы опустились в ручей. Ледянная вода после палящего солнца обожгла и продолжала колоть мелкими иголочками, добавляя остроты ощущениям.
Это была не первая наша встреча, тайком ото всех, но до этого момента мы ограничивались лишь поцелуями, сейчас же я решительно хотела дойти до конца. Дойти до конца с этим человеком. Почувствовать как это. Без боли и унижения. Возможно это мой последний шанс. Вчера утром посыльный принес весть, что лорд Эдингарднера уже на расстоянии дня пути. Вестнорд. Прошло уже полгода с нашей последней встречи.
Последующие два дня после той безумной ночи я старательно избегала его и почти не выходила из комнаты. Покидать крепость мне было запрещено, а в ее стенах прохаживаться не хотелось от слова совсем, дабы не ощущать на себе сочувствующие или любопытные взгляды. Дом обернулся тюрьмой.
Вестнорд объявился к концу второго дня.
Не теряя надежды, что этого не произойдет, я отшатнулась, увидев, как он неслышно прикрывает за собой двери. Оставшись стоять у проема он пристально смотрел на меня. Не выдержав, я опустила взгляд и рассматривала руки, соединенные перед собой.
– Смирение тебе к лицу,– сделал пару шагов вглубь комнаты, отчего я вмиг вскинула глаза, но он лишь подбросил поленьев в камин. Не оборачиваясь он продолжил : – Вернемся к нашему разговору? Желания? Просьбы? Капризы?
– Какой смысл исполнять прихоти пленницы?– я наконец нашла в себе силы поднять глаза и посмотреть на огромный силуэт.
– Я не монстр, каким ты меня представляешь, Корнелия,– развернувшись, он мрачно и испытывающе смотрел в мою сторону. – Именно ты – причина того, что произошло той ночью. Основная и единственная.
– Ты чудовище, захватчик, тиран! Я защищала свою честь и память об отце! Ты вторгся в мой дом!– выдохнув, я затравленно смотрела на уровне его груди, не в силах поднять взгляд выше.
– Я сочувствую твоей утрате, но сейчас это мой дом. Я получил его на законных основаниях.
– Само нахождение тебя и таких же как ты на территориях Пандаллы незаконно! – внутри боролись негодование и досада. Обещала же себе закрыть рот и не распалять его! И судя по выражению его лица эту тему затрагивать не стоило.
– Если бы ты не была такой ограниченной и зацикленной на себе, был бы смысл что-то тебе доказывать. Иногда выбор очевиден. Или смерть или борьба на выживание,– сжав угол каминной кладки, он усилием воли удерживал себя на месте.
– Ваш выбор уничтожил бесчисленное количество людей! Тропа под вашими ногами выложена смертью, болью и насилием!– голос мой дрожал и прерывался, накатило бессилие.
– Я появился на свет уже на Пандалле, к твоему сведению, и я больше тебя знаю о смерти и боли,– ему удалось вернуть самообладание и лишь напряженная поза выдавала его настрой.
Непонимающе уставилась на него, не зная как реагировать на последнюю его фразу. Трудно было представить ,что его вообще можно хоть как-то задеть,а уж тем более нанести обиду, настолько он казался властным, непреклонным и беспощадным. Но прозвучавшая в его голосе горечь ввела в смятение. Не раз пытавшаяся задеть или оскорбить его, я практически ничего о нем не знала.
– Я вижу, что разговор был затеян впустую,– снова в его голосе металл, холодный и надменный.-Эти комнаты остаются за тобой. Я найду себе место для ночлега, пока не подготовят новые. У тебя нет больше повода вламываться ко мне.
Все еще находясь в замешательстве, с запозданием уловив смысл последних слов, не удержавшись, скривилась. Из памяти ярко и четко возникли два разгоряченных тела, объятых страстью.
– Направишься к своей девке?– какого черта я опять открыла рот? Мне ли не плевать на то, где он и с кем он? Да пусть хоть весь замок с окрестностями в придачу совратит.
– Это ревность из уст моей жены?– слегка приподняв брови, он усмехнулся.
– Ни в коем случае. Тот факт, что мы женаты – это проклятие божье.
– Вот и я думаю, что это было бы странно и…– подбросив еще дно поленье в камин, он направился к выходу,– Неуместно.
– Подожди,– мой язык не переставал выкидывать сюрпризы. – Мы не закончили.
– Не закончили что? Спорить и сквернить мой народ? О нет, на сегодня я сыт этим.
– Насчет твоего предложения.
– Неужели? Продолжай.
– У меня три условия…– осеклась, увидев чуть приподнявшуюся бровь. – Просьбы,– набрав побольше воздуха, выдала на одном дыхании :– Первое. Я хочу свободы. Свободы передвижения. Я могла бы совершать недолгие прогулки за пределами этих стен. Я не смогу жить взаперти.
Нервно пройдясь по комнате, взглянула на него и, не дождавшись реакции, чуть осмелев, продолжила.
– Второе – наш брак останется формальностью, ты не прикоснешься ко мне как к женщине. И третье. До смерти отца я выполняла роль хозяйки Эдингарднера и взяла на себя все хозяйственные заботы. И я очень бы хотела оставить это как есть. По крайней мере мне будет чем заняться и я думаю, что не подведу.
Остановившись, я вглядывалась в его лицо, пытаясь угадать его решение.
Оперевшись спиной на прикрытую гобеленом стену, в раздумьях скрестил руки перед собой. Тишину нарушал лишь треск дерева в камине, пожираемого огнем. Что происходит у него в голове, пока он изнуряет меня молчанием? Быть может не таких "капризов" он ждал от глупой девчонки?
– Тебе удалось меня удивить,– его лишенный окраски голос настолько неожиданно прервал затянувшееся молчание, что я вздрогнула.
– Признаться, ожидал другого. Каких-нибудь побрякушек, безделиц и мелких дамских капризов. Ты можешь продолжать вести хозяйство при условии сотрудничества с Беннетом – моей правой рукой. Ты уже с ним знакома. Есть разумная мысль в том, что тебе будет чем занять себя. Насчет второго – я уже говорил на эту тему и с тех пор ничего не поменялось. Можешь спать спокойно,– на этом моменте во всем теле стало легко. Неужели так все просто?
– По поводу свободы твоих передвижений – я по-прежнему не доверяю тебе, к тому же на границах сейчас не совсем тихо, в окружении короля зреет переворот, а в королевстве передел земель. И твои лесные похождения помогут кому-то расширить свои границы. Поэтому я по-прежнему запрещаю пересекать тебе ворота. Все дело во времени и в том, насколько я смогу тебе верить. Это все?
Все еще не веря в сказанное им, я пребывала в небольшом ступоре. Несмотря на его запрет, все равно было очень странно слышать то, что в чем-то он согласен со мной. Даже свой отказ он потрудился аргументировать.
– Да. Я все поняла,– кажется я просто застыла на месте, пребывая в растерянности и смятении.
– В таком случае, мне пора,– бросив взгляд на темный провал окна, развернулся к дверям.
– Эмм…– тронулась в непонятном порыве. Уловив движение, Вестнорд обернулся.
– Спасибо…– мой тихий и взволнованный голос был едва различим, но он услышал.
На этот раз обескуражен был он. Не отвечая, он покинул комнату.
А через пару дней он уехал по призыву короля Уинфрида, для защиты короны, оставив вместо себя на управление гиганта Беннета, молчаливого и сурового воина. Если не считать его и небольшого отряда виконтов, оставленных в гарнизоне крепости, жизнь здесь продолжила обычный ход. Загруженная заботами и делами я не замечала как летит вокруг время, как разглаживаются в памяти все беды и несчастья. Чувствуя себя нужной, на своем месте, я наполнялась спокойствием и уверенностью в завтрешнем дне. Я продолжала Жить. И даже факт замужества уже не приводил в ужас.
Спустя пару месяцев я выпросила у Беннета небольшие прогулки с условием сопровождения одним из воинов. Моим сопровождающим стал Валр, сын сестры Беннета. Тот самый, что поймал меня на лестнице. Долгое время мне было одиноко, несмотря на многочисленное окружение. Среди барышень из знатных домов я чувствовала себя скованно и дискомфортно, мне была чужда их болтовня. Эби слегла с больной ногой и я с трудом убедила ее хоть на время позволить себе отдохнуть. Грэгори я не видела уже очень и очень давно – он отбыл вместе с новым лордом и его редкие короткие письма были для меня каждый раз радостным событием.
Валр стал моей отдушиной. С ним я чувствовала себя легко и непринужденно. Он рассказывал мне о нравах и традициях своего народа, шутил и отвлекал меня. Это было невинное общение двух ровесников. Но затем я все чаще ловила на себе его взгляды. Нежные, трепетные. Прикосновения как бы невзначай обрели другой характер. И я решилась коснуться его губ своими. Влажные, робкие и одновременно пылкие поцелуи тайком, украдкой. Лихорадочно-жаркие объятия. Чтобы не вызвать подозрений мы покидали замок по отдельности. В этом круговороте эмоций я не думала или старалась не думать о последствиях. Понимая, что будущее вместе для нас невозможно, я жила сегодняшним днем, настоящим мгновением. И сейчас, распаленная и опьяненная его ласками, я не чувствовала ледяных струй воды, обтекающих тело, прилипшей к телу одежды, отяжелевших влажных волос. Я горячо желала ощутить его, интуитивно прижалась бедрами, почувствовав под языком его стон.
Но вдруг резко все прекратилось. Неведомой силой его сорвало и отбросило о меня. Испуганно вскрикнув, я подскочила и увидела ЕГО.
Чудовище, что не раз являлось мне в кошмарах, заставлявших просыпаться в холодном липком поту. Вздыбленная шерсть, горящие даже при ярком солнечном свете глаза, дикий неистовый волчий оскал. В бешенстве зверь мотал немалых размеров хвостом, когти его нетерпеливо драли землю. В метре от него, склонившись лицом вниз, пытался встать на ноги Валр. Левый висок у него был окровавлен и кровавая дорожка пролегала через всю щеку. Самоотверженно дернувшись к нему, я натолкнулась на разъяренный оскал и рык.
– Уходи отсюда, Корнелия,– голос Валра звучал сдавленно, но решительно.– Беги!
Попятившись, не помня себя от страха, я побежала. Деревянные ноги совсем не хотели слушаться. Меня трясло с неимоверной силой. В голове билась одна мысль – надо найти помощь! И я бежала. Бежала, спотыкалась и падала. Казалось прошла целая вечность, прежде чем я добралась до края лесной чащи.
Глава 8
Когда до замка оставалось меньше двухсот метров силы кончились совсем. Ноги отказались держать меня и я, потеряв равновесие, рухнула на колени. Мной овладел всепоглощающий ужас. Захлестнул и парализовал. Адреналин и чувство вины перед Валром гнали вперед, но все мои попытки подняться с земли были тщетны.
Заметив меня с дозорной башни, ко мне спешно выдвинулась группа воинов. Заметив их, я сделала еще одну попытку подняться, но , не чувствуя ног, упала, испачкав все руки в грязи. Подбежав ко мне, один из мужчин, подхватив меня под руки, резко поднял меня наверх. Как рыба, хватая ртом воздух, я пыталась сосредоточиться на словах. Лица смешались и мельтешили пятнами перед глазами. Сердце барабанило с такой силой, что казалось вырвется вот-вот из грудной клетки.
– Леди Корнелия! Что с вами? Что произошло? Почему вы в таком виде?– голоса, голоса, голоса…
– Там… Зверь… Валр… У ручья…Разорвет… На помощь… Помогите… – до безумия хотелось как можно быстрей донести до них суть, но язык сковало и он только мешал бесформеннным куском во рту.
– Пожалуйста..!
Где-то совсем близко послышалась дробь от конских копыт, все расступились и передо мной возник Беннет с тремя рослыми бойцами.
– В чем дело? Какого дьявола здесь происходит? Доложить!– слетев с коня он оказался прямо передо мной, сверкая глазами взял меня за плечи.
– Ее заметили дозорные и подняли тревогу. Выяснить ничего толком…
– Как можно быстрее… Там… Валр… Быстрее…– умоляюще я смотрела ему в глаз.– Господи… Да быстрее же..! Нельзя терять время…Зверь…
– Что за зверь, Корнелия? Где Валр? Ну же! Отвечай!– нетерпеливо встряхнув, он буравил меня взглядом.– Ну же!
– Волк…огромный… ужасающе огромный…глаза…– не понимая почему он медлит, почему до сих пор все стоят, я пыталась сосредоточиться и сложить слова в логическую цепочку, но истерика напрочь отключила мозг. Не сдержав себя, я вырвалась из захвата исполина. – Да сделайте что-нибудь!
– Мы сейчас же отправимся туда, лорд Беннет,– выступил вперед один из бойцов, пытаясь перетянуть внимания своего командира на себя, но тот так и стоял, не отрывая глаз от меня. И если по началу в них сосуществовали тревога и решимость, то сейчас на меня обрушились враждебность и презрение.
– Гуннар соберет еще людей и отправит нам вслед. Лорд Беннет?– несколько людей, перехватив оружие, направились к тропе, ведущей в дебри.
– Всем стоять на месте! Эрн, веди людей обратно. Держать всем язык за зубами! Никому ни слова! Исполнять! О госпоже Корнелии я позабочусь лично.
Что? У меня будто почву под ногами выбило. Что происходит? На лицах воинов тоже застыли недоверие и шок.
– Лорд Беннет, мы еще можем успеть. Мы же не…
– Мне кажется я доступно озвучил ПРИКАЗ. Это не обсуждается.
– Но как же…
– Ты сейчас сдашь оружие и отправишься на заготовку леса, Воран. Эрн, возвращайтесь в крепость.
Растерянные, с неприкрытым непониманием, они повернули назад. Проследив глазами за исполнением своего приказа, он повернул ко мне вмиг ожесточившееся лицо.
Уставившись на него расширившимися глазами, я была не в силах пошевелить даже пальцем. Налетел, хлестнув холодом, порывистый ветер и напомнил о мокрой мерзлой одежде на мне. Меня насквозь прошиб озноб, но было не этого. Я смотрела на Беннета и не узнавала его. Не понимала причину его агрессии ко мне. Во время отсутствия Вестнорда мы смогли наладить какой-никакой контакт. На дружбу это конечно мало походило, скорее мы поддерживали нейтралитет. И открытых конфликтов между нами не возникало.
Обдав взглядом, полным презрения, он двинулся ко мне. Выйдя из оцепенения , я издала звук, похожий на всхлип, и рванула в сторону от него. Но не дав мне даже шанса скрыться, он перехватил меня за талию и потащил в сторону своего коня. Все мои попытки высвободиться были жалкими и безуспешными. Из стального захвата я не продвинулась даже на миллиметр. Не произнеся ни слова, он резко посадил в седло меня, затем запрыгнул сам, пришпорил коня и направился к воротам.
Заледеневшая, я не посмела даже шевельнуться, сидя перед Беннетом. Солнце пыталось пробиться сквозь набежавшие грозовые тучи. Вскоре над нами нависло беспросветно-сизое небо. Вдыхаемый воздух наполнился сыростью. От набиравшего силу холодного ветра бросало в дрожь. Зубы отбивали частую дробь. Моя жизнь стремительно изменилась как эта погода.
Не заметив как, мы оказались внутри. Спешившись, он сдернул меня и попытался поставить на ноги. Машинально, но я устояла. Выругавшись, он подхватил меня и быстро зашагал наверх. Стрелой пройдя все переходы и лестницы, мы оказались в моей комнате. Водрузив меня на нижние конечности, он с силой встряхнул меня.
– Где Валр? Отвечай мне.
Не соображая уже ничего, я раскрыла глаза. На мужском жестко очерченном лице отразилизь тревога, расстерянность и нетерпение. Наверное впервые я видела его без повседневной непроницаемой маски.
– Я же уже сказала, что он остался там!– напоминание о Валре как стрела больно вонзилось в грудь.
– Беннет,– я умоляюще посмотрела на него.-Его надо найти. Даже если слишком поздно, мы не можем оставить все как есть.
Разозлившись, он взметнул резко руку и я неосознанно зажмурилась, ожидая удар,но почувствовала, что меня опять встряхнули.
–Что вы там делали? Чем вы там занимались?Отвечай.
Тут же вспыхнув, я в возмущении и недоумении сдвинула брови. Глаза еще больше расширились от удивления.
– Мне кажется, это не ваша забота, Беннет. И это уже не имеет никакого значения.
– Ошибаешься, Корнелия. Ты очень сильно ошибаешься. От этого зависит все. Что у тебя с Валром?
Ненормально. Все это более чем ненормально. Что за бред? К чему он клонит? Валра уже скорее всего нет в живых и ему даже не попытались помочь. Мне надо было остаться. Лучше бы я погибла вместе с ним. Валр вернул меня к жизни. Заставил поверить меня в себя. Ощутить себя особенной и желанной. А теперь… Слезы беззвучно оставляли мокрые следы по щекам.
– Надо найти …его. И если никто больше не согласится, я пойду одна,– мой голос был тихим, но меня услышали.
– Ты не выйдешь за пределы этой комнаты. Только ты виновата в произошедшем. И нам всем еще придется расплатиться за это. Ваш муж, леди Корнелия Вестнорд, так кажется ваше имя?– в его издевательском тоне отчетливо слышалось презрение,– прибудет к вечеру. И я советую быть к этому готовой. Не надейся сбежать – стража уже караулит все ходы и выходы из этих покоев.
Сказав последнюю фразу, он стремительно покинул комнату, едва не зацепившись головой за верхний брус дверной рамы.
Окончательно сбитая с толку, я осталась одна. Вестнорд возвращается вечером и Беннет обязан донести ему о случившемся. Пусть доносит. Мне уже все равно. Любому физическому наказанию не унять боль, распирающую изнутри и тянущую вниз, как огромная каменная глыба. Упав на постель, я разрыдалась. Внутри смешались чувство вины перед Валром и чувство жалости к себе. Последнее я старалась задавить и уничтожить в себе. Никакой жалости. Я должна отвечать за свои поступки, как учил меня отец. Вестнорду вообще должно наплевать где я и с кем. С этими мыслями я встала и наконец переоделась в сухую одежду.
Спустя два часа моего бесцельного хождения из угла в угол небо за окнами вконец почернело. Надвигалась гроза. В напряжении стоя у распахнутого окна, я задыхалась. Что скрывалось за словами Беннета? Почему он никого не отправил на поиски племянника? Что произошло с Валром и осталось ли что-то от его тела?
Нет, я верю, что он жив.
Но тогда бы он попытался вернуться? А если он сейчас, истекая кровью, напрасно ждет помощи?
Под воздействием безумия, творящегося в голове, я хотела выбежать из комнаты, но, распахнув дверь, была аккуратно задвинута назад. Терзаемая тревогой, я не заметила как время подошло к вечеру и (о чудо!) меня выпустили из заточения и препроводили в главный зал.
Идя по коридорам в сопровождении одного из своих стражей, я заметила оживление и суету вокруг. А добравшись до места назначения, я поняла причину.
В солидных размеров дубовые двери втекала толпа. Уставшие и промокшие под затяжным дождем, отстоявшие свою честь воины возвращались домой. Но мой взгляд выхватывал только одного.
Огромного роста, он значительно выделялся даже среди своих. Под тяжелым плащом, подбитым мехом, свалявшимся от влаги, его плечи казались еще шире, насколько это возможно. Отросшие волосы собраны сзади , а от висков к подбородку спускались заросли бороды.
Будто почувствовав мой взгляд, он повернул голову и посмотрел мне в глаза. Ясное небо, отражающееся во льдах. Морозное и колючее. Вот чем можно описать эти глаза.
Расстерявшись, я так и стояла, не в силах отвести взгляд. Постепенно разговоры стали тише и вот уже всеобщее внимание обращено к нам. Правила приличия требовали, чтобы я вышла поприветствовать его, но заставить себя ступить хоть шаг я не смогла. Наверное прошло целое столетие, прежде чем Вестнорд расстегнул застежку плаща и направился ко мне.
Мне как будто заложило уши и я не слышала ничего, кроме звуков его шагов, гулко отдававшихся в такт с моим замедлившимся биением сердца. Когда он приблизился, я практически уперлась ему носом в грудь. Несмотря на то, что я была довольно высокой, моя макушка была на уровне его плеч.
– Леди Корнелия Вестнорд, я сполна отплатил верностью и своим мечом дань королю и вернулся с победой.
Слова его безэмоционально падали кубиками льда. Бред. К чему все эти громкие слова? Нужно что-то сказать в ответ. Только что? В голове чистый лист бумаги. Изображая беспросветную дуру, я вдруг разозлилась на саму себя. И после этого в голове как по щелчку возникли нужные слова.
– Добро пожаловать домой, мой лорд.
На миг мгновение мне показалось на его промелькнула тень удивления и исчезла. Взяв меня за руку, развернулся лицом к собравшимся. Его ладонь была раскаленно-горячей. Что никак не вязалось с представлением о нем, как о глыбе льда. Заметно смутившись, я хотела выдернуть руку, но сжав пальцы, он дал мне понять, что ничего не выйдет.
– Я безмерно рад своему возвращению. К своему народу и моей дорогой супруге. А сейчас у всех есть время, чтобы привести себя в порядок и спуститься к ужину. Мы с леди Корнелией тоже вынуждены отлучиться.
Все то время, что он говорил, царило безмолвие. Мужчины и женщины внимали каждому его слову. Да что там, они в рот ему заглядывали. Размышляя о его влиянии на людей, я не особо вслушивалась в сказанное им. И только когда, потянув за руку, он повел меня к лестнице наверх, придала значению его словам. Дождавшись, когда мы преодолеем лестничный поворот и скроемся из виду любопытных глаз, я потянула руку из захвата.
– Ты можешь отпустить. Это уже необязательно.
– Как скажешь,– отпустив, он продолжил подниматься по каменным ступеням.
Не придумав ничего другого, я последовала за ним. В молчании мы дошли до этажа, предназначенного для эрла и его семьи.
– Иди за мной,– собравшись свернуть к себе, я была припечатана на месте.
– Выбора похоже нет?– не знаю, что я хотела услышать в ответ, в тот момент я остро ощущала напряжение, разом раскалившееся до предела.
– Выбор есть всегда, но иногда полезно делать выбор головой,– не оборачиваясь, он расстолковывал мне как неразумному ребенку.
Очень сильно хотелось уйти как можно дальше от этого человека, но, вспомнив события сегодняшнего дня, я решила, что лучше мы выясним все сейчас.
Отворив дверь, он чуть отошел в сторону, пропуская меня. Внутрь я зашла как будто не на своих ногах, чувствуя затылком его взгляд. Решимости моей хватило ненамного. Услышав звук запираемой двери, я обернулась.
Не обращая на меня внимания, он подошел к столу и отстегнул ножны. Выложив на стол меч, сакс и два кинжала, попытался достать до ряда металлических пряжек, застегивающих кожаную куртку с нашитыми на груди и спине железными пластинами. Застежки проходили от плеча вдоль правой лопатки и спускались до краев куртки. Самостоятельно застегнуть или растегнуть было невозможно и обычно этим занимались оруженосцы. Сделав попытку, он взглянул на меня с укором.
– Расстегни.
Не отводя глаза, чуть помедлив,приблизилась. Коснувшись пальцами одной из пряжек, я ощутила ее тепло, нагретое от его тела. Пальцы плохо слушались и на каждую уходило прилично времени, но он терпеливо ждал, не проронив ни слова.
Раскрыв последнюю, я отступила назад, дав ему пространство, чтобы стащить с себя тяжелую куртку, рукав которой чуть выше локтя был распорот. Оставшись в плотной полотняная рубахе, он направился в купальную комнату. На том месте, где на куртке были повреждения, на льняном рукаве расползлось бурое пятно, вокруг разорванной ткани.
Пока я разглядывала руку, он успел скрыться в купальне. Нет, туда я точно не пойду.
Растерянная, я пыталась придумать как поступить дльше. Будучи всегда уверенной, что от Вестнорда нужно держаться как можно дальше, сейчас я была запутана его действиями.
Подойдя к столу, прикоснулась к рукояти меча. Железный эфес был почти полностью покрыт вязью, на незнакомом мне языке. Не переставая думать о Вестнорде, я сжала пальцы на рукояти, слишком массивной для женской руки.
– Решила избавиться от меня?– ровный глубокий голос чуть с хрипотцой совсем рядом.
Смутившись, вскинула на него глаза, чтобы смутиться еще больше. Находясь в метре от меня, он был полностью обнажен. Отвела глаза в сторону, чтобы вернуть хоть часть самообладания. Но как назло память успела запечатлеть, то, чего совсем не хотелось.
Его тело составляли идеальные пропорции и даже несколько рубцов на коже не портили картины. Сильные плечи, рельефный живот, узкие бедра. От того, что было между ними, я смутилась и кажется покраснела.
– Я лишь…
– Ты умеешь с ним обращаться?
С ним с чем? Господи, конечно он имел ввиду меч. Пытаясь показаться внешне спокойней, чем на самом деле, еще раз провела пальцами по рунам.
– Вполне сносно. Я посещала занятия вместе с братом.
– Довольно неожиданно для тебя,– что-то неуловимое поменялось в его тоне. Возможно он перестал быть таким ледяным?
– Для такой ограниченной дурочки, ты хотел сказать?
– В большинстве случаев репутация складывается из поступков человека.
– Хм…ты не мог бы одеться?– повернувшись, я старалась смотреть только на его лицо, хотя получалось только на шею.
– Я хочу, чтобы ты помогла мне помыться.
По всей видимости состояние столба с расширенными глазами скоро станет для меня привычным.
– А что, Кара уже не справляется?– совладав с собой, приподняла бровь.
– Кара устала с дороги и сейчас нуждается в отдыхе. Но,– его губы растянулись в усмешке,– мне приятна твоя ревность.
– Скорее земля разверзнется подо мной, мой лорд, чем я начну вас ревновать,– вернув ему усмешку, я поймала оценивающий взгляд.
– Да вы остры на язык, моя милейшая жена. Но советую вам все же быть поосторожнее в своих словах,– и он притворно-шутливо посмотрел мне под ноги.
Тоже опустила взгляд и вспомнила про его наготу. Наверное последние события очень сильно отразились на работе моего мозга, потому как адекватной эту ситуацию точно не назвать. Смущение куда-то пропало, оставив только легкую неловкость. Повисла пауза, в течении которой я искала веский повод убраться отсюда куда подальше. Разговор некоторое время может подождать, а вот мыть я его точно не собираюсь.
– Пойдем,– видимо приняв мое молчание за нерешительность, он взял мою ладонь в свою и повел за собой.
Попытавшись забрать свою руку, я уперлась ступнями в пол, притормаживая его порыв.
– Я не стану этого делать,– несмотря на скомканность моих движений, голос мой был тверд.
Остановился, но руку мою не выпустил. Взгляд его снова обрел свой холод, сквозь который проскальзывала усталость.
– Я полгода без отдыха и сна проливал кровь за вашего короля. Я преодолел тысячи верст по пути сюда. Могу я рассчитывать на то, что мне потрет спину собственная жена?– отпустив руку, он скрылся в купальной.
Наверное на то и был расчет, но после сказанного им, я сама направилась туда.
– Мы оба знаем, что наш брак фиктивный. К чему все это?– зайдя, я увидела его, погруженного в воду, над которой поднимался пар. На обозрение оставались только его плечи и голова. И так было значительно легче.
– Это ненадолго.
Что?!
Прикрыв глаза, он расслабленно лежал в огромной деревянной чаше, без единой эмоции на лице. Зато у меня на лице видимо побывали все, чередуясь между собой. Шок, потрясение, отторжение, возмущение.
– Что ты имеешь ввиду?
– Мне нужен наследник.
Видимо во мне сработала какая-то защитная реакция организма, чтобы не дать мне съехать с катушек совсем. Или я просто растратила весь свой запас чувств и теперь превращаюсь в человека изо льда, такого же как Вестнорд.
– Боюсь ничем не смогу вам помочь, лорд Вестнорд. Повторюсь, наш брак формальность. Но ты всегда можешь решить этот вопрос с Карой,– криво усмехнувшись, я поражалась сама себе.
– И ты сочтешь их законными и бесспорными наследниками титула?– обманчиво-спокойный тон, но я заметила с каким напряжением он наблюдает за мной.
