Страница 2 из 2
Мы были выше облаков,
Влекомые заветной тайной.
Нам было чисто и легко,
Там был рассвет почти бескрайний.
Неслись в безоблачную высь,
Туда, где не летают птицы.
Там чувства все переплелись,
Там повстречались наши лица.
Там разум вышел из игры,
Оставив сладкое забвенье.
И губы, пламенный порыв,
Соединил в прикосновенье.
Огонь горел в груди у нас,
Пекло неистовое пламя.
Там солнца свет погас на раз,
Наверно, ослеплённый нами…
Взамен всем грёзам – естество
Снимает утром все сомненья.
Будильник скинул волшебство,
Прервав прекрасные виденья.
Декабрь льётся из окон,
Рассвет несёт свои подарки.
Да, это был всего лишь сон,
Но он был чувственный и яркий.
Не говори прощальных слов,
От них становится больнее.
Не обещай приятных снов —
В их предвкушении – страшнее.
Не трать слова, они пусты,
И пустотою больно ранят.
Хоть твои помыслы чисты,
Они, увы, никак не манят.
Не говори прощений фраз,
Измене нет прощенья, право.
Все чувства, хлынув мимо нас,
Лишь для разлуки переправа.
Не жди ответа. Нет его…
Ведь для разлук не нужен повод.
Нам не исправить ничего,
И это – самый главный довод…
Внутри есть пламенные чувства,
Они – немы…
И под покровом безрассудства
Опять не мы.
И вновь вселился буйный трепет
Но не в нас.
Слова – бессвязности лепет
И в этот раз…
Вновь в поцелуях отрешённых
Не с тобой.
Наверно я умалишённый —
В мыслях сбой.
Внутри горит огонь сейчас
И жжёт до тла.
Я смог сказать признаний фраз —
Не поняла…
Неверно быть с тобою рядом
Не суждено.
Есть куча слов, есть томность взгляда,
Есть чувства. Но,
Они нелепы в откровеньях.
И сейчас
Не мы танцуем во сближенье
Этот вальс…
Грустит в углу забытая старуха,
Слезу роняя на пол, хмурит бровь.
Внутри неё духовная разруха —
Никем не обретённая Любовь…
Она бродила по» миру немало,
Пыталась людям в души заглянуть.
Да только в этих душах мест не стало,
Так как же от обиды не всплакнуть.
А слёзы превращают землю в слякоть…
Вокруг избыток низменных страстей.
Тоскливей и сильнее могут плакать
Лишь души не родившихся детей…
Вот вроде просветленье мелькнуло —
Два человека с родственной судьбой.
Взяла, и ненароком намекнула,
Заставив хоть на миг побыть собой.
Куда там… Горы мелочных амбиций
Сердцам соединиться не дают.
Их душам не летать по небу птицей,
Сердцами врозь, видать, они живут…
Не состоялась встреча одиночеств…
Причин того – несметная гурьба.
Чудачество немыслимых пророчеств,
А может быть простая «Не судьба».
Такая у Любви печаль-непруха…
Слезу роняя на пол, хмуря бровь,
Грустит в углу забытая старуха —
Никем не обретённая Любовь…
Есть где-то там, в неведомых просторах,
Где каждый день подарки раздают,
Осуществляют сны и ублажают взоры,
Где все мечты сбываются, не ждут.
Там все желания порой чисты и Ясны.
Там чувства пылки, и не через раз.
И на подушке рядом лик прекрасный.
Там по утру встречают пара глаз.
И день за днём проходят незаметно,
Любовь хранит влюблённых от невзгод,
Печаль-тоска мелка и неприметна,
И жизнь летит стрелою и на взлёт…
Но я похоже вновь ошибся дверью,
Не в этот край забрёл в своих мечтах.
Иду вперёд, и в правильность не верю,
Стремленья вновь рассыпались во прах…
А где-то там мечты осуществляют,
Желанья всем задаром раздают.
А я опять не в том краю гуляю,
Не в этой очереди видимо стою…
Река любви поглотит разум,
И души унесёт в края,
Где никогда, никто, ни разу,
Не ведал серость бытия.
Горит пожар в груди обоих,
В объятьях пламенных печёт.
Завесы таинств приоткроют
Сердца, что плавят толстый лёд.
Он знаком выразил желанье,
Она ответила, на раз.
К чему пустые увещанья?
Не лучше ль всё познать сейчас?
Вновь пылких тел переплетенье,
Объятья рук, движенье ног.
Застыло Время на мгновенье,
И Вечность встала на порог.
А души рвутся в небо птицей,
В полёте жарком воспылать.
И нет преград, как нет границы,
Тому, кто возжелал летать.
Полёт их жарок и беспечен,
В нём таинств – всех не перечесть.
Пусть век их будет скоротечен,
Но в том, быть может, прелесть есть?..
Ведь Смерть с Любовью ходят рядом,
Как неразлучные друзья.
Они бывают – как награда,
Как избавленье от себя…
Зачем коптить лучиной чахлой?
Всю нерешительность унять —
Сверхновой звёздочкой так жахнуть,
Что, и не жалко умирать…
Им что Любовь, что Смерть – всё в пору.
Сомкнув в объятиях тела,
На небо устремляют взоры.
Она ведь там уже была.
Ей этот путь знаком, однажды,
Теперь пришёл его черёд.
И все подробности не важны,
Шаг в бездну… Небо ведь не ждёт…
Проходит время вскользь и мимо,
Пустые дни и вечера.
Тоска в груди невыразима —
Она случилась не вчера.
Мечта живёт со мною. Бурно
Несёт с собой фантазий лёт.
Мне б скинуть томность мыслей в урну,
И превратиться в хладный лёд.
Замёрзнуть айсбергом в пучине,
Средь океанских бурных вод.
Не знать печали и кручины,
Дрейфуя в жизни без забот.
Да, только внутреннее пламя
Растопит льдину без труда.
Огонь внутри снега расплавит,
Лёд испарится в никуда.
И будет жар лишь колыхаться,
Сжигая всё в своём пути.
Не даром сны цветные снятся,
Не просто так и боль в груди.
Почти забыто было чувство,
Почти утеряно во тьме.
Я вновь в мечтах. Как это грустно.
Как это снова сладко мне…
Проходят дни неуловимо.
Ведь ночь-полночь – не сплю опять.
Тоска в груди невыразима —
Как мне её теперь унять?..
Красавица, вам имя – Недотрога!
Так чтож ты крутишься всё рядом и вокруг?
Не подпускаешь близко, даже на немного.
Я лучше выберу кого-то из подруг.
Поверь, ведь мне давно уж не шестнадцать,
За юбкой бегать мне с цветами не с руки.
Так почему глаза мне Ваши сняться?
И ночь-полночь, пишу о Вас стихи.
А те глаза – как омут в бурной речке.
Я утонул в них сразу. Я на дне.
В груди пожар, или очаг от печки,
И нету днём покоя… И во сне…
Как вижу Вас – дыханье тут же сводит,
И как юнец, до дрожи Вас боюсь.
В мечтах видения нескромно хороводят,
И я в отчаянье наверное сопьюсь…
А время – штука вовсе не простая,
Стирает боль, оставив лишь рубец.
Я Недотрогу понемногу отпускаю,
Ведь я давно, поверьте, не юнец.
Когда со временем прошла печаль-тревога,
Её из сердца понемногу отпустил,
Пришла сама, дала всего и много,
Хоть я уже об этом не просил…
Хоть память с возрастом не так остра, порою,
Я помню те прогулки под луной.
Хоть многих повстречал я, но не скрою —
Мне очень было трепетно с тобой.
Прошло годков немало с нашей встречи,
Но помню я глаза твои и шею.
Волшебным был великолепный вечер,
А ночь – так та, не вру, почти что фея…
Зной поцелуев, страстью опалённый,
Сближенье тел в неистовстве шальном.
Как мало надо в этот миг влюблённым,
Как много ждёт их в мире непростом…
Дни пролетали. Сколько их случилось?
Сейчас не вспомнить – возраст уж не тот.
А ты, однажды, будто провалилась,
И свет померк. И боль в груди так жжёт…
А телефон?.. Тот словно издеваясь
Гудками в клочья сердце разрывал.
«Не абонент» ты… А я всё пытаюсь
Ответ услышать. Я почти пропал…
Я адрес твой не знал. Не знал и город,
С которого тогда явилась ты.
Беспечен был. Конечно, я был молод,
И в голове лишь буйные мечты…
Неделя шла, а может и вторая…
Приходит как-то раз мне эс-эм-эс:
«Прощай, не жди… Нашла ключи от Рая!
Ты был не плох. Хоть и большой балбес»…
Года бегут. Им этот бег привычный.
Стихает боль. Зарубцевался след…
Вдруг как-то раз, в одном кафе столичном,
В глаза мне бросился один такой момент:
Официантка… С виду неплохая,
Хотя в годах. (Не скроет макияж).
Такое чувство – ведь её я знаю!
И в мыслях стал перебирать «багаж»…
Так ведь она! Не может быть сомненья…
Кого искал… Которую любил…
Она – как символ умиротворенья.
Да, только вот, с годами пыл остыл…
Сижу тихонько, кофе попиваю,
Невольно взгляд бросаю, как юнец.
Кольцо на пальце. Не дурак я, знаю,
В чём смысл таких обыденных колец.
И грусть в глазах. Тревога, что не скроешь.
Усталый вид и отрешённый взор…
Придёшь домой, всю «штукатурку» смоешь,
Не глянешь в зеркало и не отдёрнешь штор.
Всё на лице видать. И все твои болячки
Видны неплохо мне со стороны.
Супруг – алкаш. Обычный неудачник.
Тебе остались лишь мечты и сны…
В один момент мы встретились глазами.
Мелькнула тень улыбки губ твоих.
Ты тоже помнишь всё что было снами.
Глаза блестят. Да, это слёзы в них…
Отводишь взгляд, смахнув слезу небрежно.
Дрожит поднос с напитками в руке…
И у меня ком в горле. Я с надеждой
Решил обмолвится о встрече в вечерке…
Была ли встреча? Ваше любопытство
Я утолю… Но лишь скажу одно —
Есть опыт, возраст. И от них не скрыться.
Вся страсть прошла, прокисла как вино.
Общались долго. И душой и телом,
Пытаясь вспомнить ту былую страсть.
Она со мной уехать захотела,
Но я отверг посыл тот, как напасть…
Ведь я-то помню про «Ключи от рая».
Такого «счастья» видеть я не рад.
И никому сей путь не пожелаю.
С таким вот «раем» – лучше сразу в ад…
О, женщины! Вам имя – волшебство!
И пусть я не открою новых тайн,
Но, только ваше чудо-естество —
Не вымысел. И это не случайно.
Познать умом вас просто нереально…
А может и не нужно познавать?
Шкатулка с восхитительною тайной —
И стоит только ключик подобрать,
И волшебство откроется однажды —
Чарующая магия любви.
Душой понять – а прочее не важно,
И жить душою в душу, визави…
Не каждому доступен ключик этот…
Ведь есть и те, кто ринет напролом.
Могу ли я давать на то советы?,
Ведь, ясен пень, получат лишь облом.
Тому, кто вдруг использует отмычку,
Возможно и откроется секрет.
Но я из тех, кто также, по привычке,
Пытался ключик получить в ответ.
Пока не удаётся в полной мере
Найти ответ на каверзный вопрос.
Возможно я и сам во всё не верю,
Иль просто принимаю не всерьёз…
Что можно передать в словах,
Как обсудить печатным текстом,
Когда твой лик стоит в глазах,
Сопровождая повсеместно.
Как чувство это объяснить,
И боль поведать в объясненье.
Когда в груди огонь горит,
Пылая жаром откровенья…
Когда в безумной голове
Родятся мысли не простые,
И в целом, эти мысли мне
Не так важны. Они пустые.
Важней всего пожар в груди,
Что полыхает беспрестанно,
И что там будет впереди,
Мне безразлично. Как ни странно.
Никак не думалось о том,
Что вдруг такое повториться.
Казалось, это было сном,
И до сих пор всё это снится.
Уже виски седы мои,
И возраст далеко не юный,
Так почему все эти дни
В тоске проходят, безрассудной.
Жду новых встреч, словно чудес,
И в чудеса готов поверить.
Взлетев с тобою до небес,
И в небесах найти те двери,
Что приведут лишь нас двоих
Из обоюдных откровений,
В волшебный край, где этот стих
Мне будет вместо объясненья.
Печатным текстом передать
Я не сумею чувств тревожных.
Не объяснить, не рассказать,
О чувствах этих невозможно.
Горит пожар в груди моей,
Зловещий полыхает пламень.
Я жажду новой встречи с ней,
В груди моей, отнюдь, не камень.
Пустые строчки, смысла нет,
Как нет в них чувств, что сильно давят.
Опять себе на старость лет
Нашёл для страсти оправданье.
Быть может это всё пройдёт,
Как многократно проходило.
Пока душа ещё поёт,
И это чувство очень мило…
Она была в любви почти принцесса.
Не ангел, нет. Скорей наоборот.
Была зависима от тягостного пресса,
Что бытием влечёт в водоворот.
Неслась по жизни в суетной ракете,
Карьера, долг, и прочие дела.
Несла свой титул гордо – Бизнес-Леди,
А ночь срывала всю серьёзность. До гола…
И сбросив ношу, как тяжёлый камень,
Преображалась как по волшебству.
Вмиг таял лёд и возгорался пламень,
Взмывая телом в даль и синеву.
А время шло, все обращая пылью,
Но не забыть мне тот круговорот.
Я был из тех, кто видел её крылья,
И разделял с ней трепетный полёт…
В мечтаньях призрачных, в порыве
Я потерял покой и сон.
Лелеял чувства на надрыве —
Тогда не знал я что влюблён.
Считал обычным увлеченьем,
Каких случалось через край.
Но грудь наполнилась томленьем.
Огонь – хоть сердце вынимай.
Вселилось в голову, жеманно,
Ночей бессонных круговерть.
Пришла пора, как то ни странно,
На всё иначе посмотреть.
В моём сознанье поселилась,
От дум вскипала в жилах кровь.
Но, незадача тут случилась —
Она не верила в любовь…
Как передать в словах порывы,
Как мысли в буквах изложить?
На грани чувственного срыва
В одних мечтах нелепо жить.
Не интересен ей. Быть может
Другой ей важен человек…
И лишь одно меня тревожит —
Мне не забыть её вовек…
Она ушла в одно оранжевое утро…
Прошло семь лет… В грудине злобствует тоска.
Хотел взглянуть на это философски, мудро,
Но бьёт отчаянье… Словно дуло у виска…
А в спальне душу рвут те розовые шлёпки,
Халатик шёлковый в шкафу сознанье бьёт.
И в ванной также ждёт Её зубная щётка,
Да только зря… Хозяйка больше не придёт…
Её не стало в то оранжевое утро…
Писать семь лет про это было как табу.
Но не забыть мне губы цвета перламутра.
Они контрастом были в розовом гробу…
А по лужам тревожною рябью
Ветер гонит остатки мечты.
Что казалось нам сном – стало явью,
Хоть с тобою, как прежде, на «ты».
Только стали как будто чужими,
Нет огня, стынет в осени кровь.
Тучи солнце над нами закрыли,
Нам оставив свою не-любовь.
Листья, жёлтым ковром-покрывалом,
Серость мыслей унять норовят.
Мы вдвоём на краю тротуара
В танго кружим. Не в такт, невпопад.
Осень мнёт жёлто-красные вихри,
И обрывки оранжевых грёз.
Наши чувства давно уж затихли,
Да и были они не всерьёз.
Так зачем продолжать эти встречи?
Не способны они изменить.
О любви бесполезные речи
Не тебе и не мне говорить.
В головах непонятная каша…
Не сбылось. Не срослось. Очень жаль…
Танго жёлтыми листьями машет,
Осень в души заносит печаль.
На ковре из оранжевых мыслей
Снова два одиночества врозь.
Мы вдвоём – как опавшие листья,
Ливнем смыты наотмашь. Насквозь…
Преграды нет для чувства без изъяна,
Нет расстояния для искренней мечты.
Всё расскажу при встрече без обмана,
Ведь в письмах мы давно уже на «ТЫ».
Я в мыслях так же представляю вечер,
Ведь он случится, в том сомнений нет.
Что нам двоим подарит эта встреча?
На тот вопрос отсутствует ответ…
Ведь предсказать никто из нас не может,
И в предсказаньях вовсе нет нужды.
Но лишь одно сомнение тревожит —
Вдруг не таким меня «рисуешь» ты?
Тревога та перерастает в реку
Бурлит в сознанье, мысли теребя.
По сути мы – два разных человека,
Но даже то не важно для меня…
А мысли-птицы вновь собрались в стайки,
И улетели с крыльями мечты…
Всё расскажу при встрече без утайки,
Ведь в письмах мы давно уже на «ТЫ»…
Как приключенье, помню я ту встречу.
Пусть мимолётным был у нас роман,
Я вспоминаю тот осенний вечер,
Хоть в голове от чувств сплошной туман.
Она прекрасна, как венец творенья,
Почти что Ангел, правда не с небес…
Огонь внутри рождал стихотворенья,
В её глазах играл лукавый Бес.
Ей были прелести от встреч давно знакомы,
Она могла утеху в сказку превратить.
Могла любить до смерти или комы,
Ведь после тех ночей нет смыла больше жить.
Хоть от других ничем не отличалась,
И днём была невзрачная, как мышь.
Но только ночью серость вся кончалась,
Обнял её, и ты уже летишь…
Полёт был страшен для непосвящённых,
Кто не умел всё бесовство принять.
Ведь крылья чувств – лишь для умалишённых,
Для тех, кто верил. И любил летать.
Мне интересно было с ней, не скрою.
Не только плотью был я увлечён.
Она и днём была сама собою,
Могла молчать часами, ни о чём…
В быту была почти невыносима,
(Мне не забыть со скорлупой омлет).
Искусство – Быть, а всё другое – мимо.
И посторонним места просто нет.
Любила манго, мандарины, крабов.
Литературу обсуждала мудро.
Читала Ницше, Гёте, Кобо Абэ,
Не понаслышке знала Камасутру…
В её кассетнике – Бетховен, Сепультура,
Луи Армстронг и разный авангард.
Мне по нутру была её натура,
Хоть иногда я был и сам не рад.
Безумство в жизнь неспешно превращая,
Она могла сюрприз преподнести.
Всевышний ждал, пока что всё прощая,
Но миг настал, расплаты не снести…
Была то полночь, или уже утро,
От пылких чувств устали мы вдвоём.
Не мудрено ведь. Знанье Камасутры
Сжигает плоть. Она горит огнём.
Балкон дышал живительной прохладой,
Она промолвила вдруг, пыл свой остудив:
– Прощай… Пора… Не жди, мне в небо надо…
И нагишом с балкона, как в обрыв…
Асфальт внизу готов уже был к встрече,
Сырой усмешкой губы облизнув.
И пусть полёт её был скоротечен —
Почти что Ангел в небо ускользнул.
Парит теперь меж облаков с усмешкой,
Лукавых глаз блеск часто виден мне.
И до сих пор, с любовью и надеждой
Прошу забрать с собою. Хоть во сне…
Хочу познать полёта пыл, и ужас,
Хочу почувствовать биение сердец,
В порывах страсти рвущихся наружу,
Ведь тот полёт, поверьте, не конец.
Он лишь проход в нелепый промежуток,
Что между жизнью-смертью в даль лежит.
Хоть иногда от мыслей этих жутко —
Но лишь познав тьму, начинаешь жить…
Свежи ещё воспоминанья,
Где поцелуев ночь полна.
Полёт души и сон сознанья,
И в тишине твоё дыханье,
И сутки напролёт без сна.
Мы чувства с трепетом хранили,
Боясь себе признаться в них.
От встречи и до встречи жили,
Каждой секундой дорожили,
Мгновенья обращая в стих.
В груди, пожаром опалённой,
Сердца стучатся в унисон.
Идёт ли время для влюблённых,
В порыве страсти, окрылённых,
Иль проплывает, словно сон?
Пусть за окном бушует ветер,
Пусть мелкий дождь стучит в окно.
Лишь пред собой во всём, в ответе,
И в темноте и в ярком свете,
В едином чувстве, за одно…
Всё помню, верь, на самом деле,
Любимым и влюблённым был.
Глаза, что на меня смотрели,
И даже родинки на теле,
Вот только Имя позабыл…
Пронзительная утренняя тишь…
Роса в траве, как россыпь самоцветов.
Ты в трубку телефонную молчишь,
Пытаясь подобрать простых ответов.
Расстались мы с тобою второпях…
А впрочем, мы и встретились случайно.
Я был тогда почти что на «бровях»,
И сделал комплимент тебе случайно.
За словом я не лез тогда в карман,
Лились всегда ручьём мои признанья.
Эх, знать бы наперёд, что тот капкан
Так страшен для двоих при расставанье.
Прошёл стремглав пленительный вояж…
Нас разделяют сотни километров.
Свиданье наше – жизненный багаж,
И отголосок буйных сантиментов.
Ведь ты не распрощаешься с семьёй,
А у меня опять своя дорога.
Я остаюсь, как впредь, самим собой,
Но буду вспоминать тебя немного…
Пронзительная утренняя тишь…
Скамейка на веранде возле липы…
Ты в трубку телефонную молчишь,
Но ясно слышу горестные всхлипы…
В одной из нашей первой встречи
Я был подавлен… Хоть и рад.
К чему вдаваться в буйство речи?
Мне всё сказал один твой взгляд.
В нём я увидел отраженье
Своих несбывшихся надежд.
И грусть преграды для сближенья
Под покрывалом из одежд.
Во взгляд душою окунулся —
Увидел трепетный огонь.
Я естества на миг коснулся —
Бушует буря… Только тронь…
Сомнений нет, ведь ты же птица!
Я ясно вижу два крыла.
Как жаль, что до сих пор взбодриться,
К полёту так и не смогла.
Оковы суетного плена
Всей повседневностью свербят.
И быт обыденного тлена…
И очень грустный светлый взгляд…
Как больно видеть зов к полёту,
Забитый пролежнем надежд.
Сомненья прочь! Срываю с лёту
С тебя оковы из одежд…
В обыкновенном надпространстве,
В зеркальном, сказочном краю,
Почти в невыдуманном царстве
Ищу любовь. Мечту свою.
Она пока что не желает
Войти в реальность бытия.
И до сих пор во снах блуждает,
Свою несбыточность храня.
Лелеет таинство Вселенной,
Секрет континуума чтит,
И остаётся неизменной,
Тем самым тянет как магнит.
Почти в несбыточных желаньях
Я позабыл покой и сон.
Свихнулся сам в своих мечтаньях,
Иль просто-напросто влюблён.
В душе моей бушует пламень,
Огонь неистовый горит.
Я растоплю тяжёлый камень
Что на пути мом стоит.
Исполню сам своё желанье
И в зазеркалие прорвусь.
Познаю тайну мирозданья
И сам своей мечте приснюсь…
Серебряный Сон присел на подушку,
Звенел колокольчиком в ухо опять:
«Пора бы найти себе в жизни подружку,
Доколь одному это утро встречать?».
Конечно, вдвоём веселее рассветы,
И ночи на пару не столько темны,
Да только с годами желание нету
Делить с кем попало хрустальные сны.
Ведь знаю конкретно – характер упёртый,
Не станет подружка терпеть этот факт.
Пошлёт чрез неделю надолго и к чёрту,
И снова придёт расставания акт…
Но, как же прекрасен тот лик безымянный,
Что в мысли принёс мне Серебряный Сон.
Я встречи желаю. И, как то ни странно,
Опять в хороводе страстей увлечён.
Как лик в зеркальном отраженье,
Как фантом трепетной мечты,
Пронзило разум мой, виденье,
Ворвавшись в мир из пустоты.
Повсюду образ вижу явный,
Он день и ночь следит за мной,
Прекрасный лик, но – безымянный,
Нарушил сон мой. И покой…
Он всюду следует за мною.
Взгляд откровенных дивных глаз.
Хожу как зомби, и не скрою —
Хотел бы встретиться сейчас.
Но встреча так и не сложилась,
Она лишь только в снах жила.
В моём сознанье поселилась,
И душу напрочь унесла…
Искал везде. В том нет сомненья.
Встречался с многими не раз.
Сравнить пытался их с виденьем,
Но не забыл блеск дивных глаз.
Влюбился в призрак. Это верно.
Хотя, тот фантом из зеркал
Придумал сам себе, наверно,
И в нём навеки я пропал…
Взгляд мимолётный. Искра пролетела.
Тревога томно наполняет грудь.
Без предисловий и прелюдий, тело
В желанье плотском намечает путь.
И в обоюдной страсти воспылая,
Влеченьем бурным, трепетный полёт,
Сплотил в объятьях, чувствами играя.
Мозги в отключке, а гормоны – влёт…
Слова важны лишь только две минуты,
А дальше чувством говорят тела.
Проходит ночь, и наступает утро,
Реальность серостью сжигает всё до тла.
И день в заботах хлопотно проходит,
Лишь только к вечеру, обыденность забыв,
Воспоминанья невзначай приходят,
И жду я снова чувственный порыв.
И набираю номер телефона,
В надежде встреч, и пламенный момент.
А в трубке голос робота, до стона,
Облом несёт, что ты «Не абонент».
Потом, со временем, о страсти забываешь,
Проходит месяц, может быть и два,
Случайно как-то раз и повстречаешь,
Но ты с другим. К чему теперь слова?..
И у меня есть кто-то на примете —
Случайных встреч никто не отменял.
Ты прячешь взор, стыдливо щёки светят,
В толпе случайно разглядев меня.
И расходясь по разным направленьям,
Различных дел вести, круговорот,
Я ощущаю взгляд твой. Без сомненья,
Ты вслед мне смотришь. Знаю наперёд…
Любовь дороже всех алмазов.
Она несётся во стихах,
Все мысли обнажая, разом,
Весь трепет нежности греха.
Наружу выйдут чувства тонко,
От приближения надежд.
И вместе с чувствами, вдогонку,
Сползут оковы из одежд…
Двоим не тесно в мире этом,
Ведь этот мир – для них одних.
Душа вскипает жгучим светом,
Тела рождают вольный стих.
Пора для сбычи всех мечтаний,
Что заставляют воспылать.
И всю поэзию желаний
Порою, трудно передать.
Слова истомой изольются,
Хотя, ведь нету смысла в них.
Тела друг другу признаются
В прикосновениях шальных.
О сокровенном нет сомненья —
Оно ведь – таинство ночей.
Лишь для двоих прикосновенья
Под скрытой тайной простыней.
Странное чувство – Влеченье…
Вроде и повода нет.
Шло бытие по теченью,
Жил-не тужил. Так ведь, нет…
Встреча – обыденно-праздно.
Взгляд мимолётный, и вот
В грёзах, весьма несуразных,
Мысль моя томно идёт…
Вроде года уж не юны,
Есть на висках седина…
Чувство твердит, безрассудно:
«Может быть это она?..»
Та, что искал беспрестанно,
Ночи и дни, напролёт,
Близостью сравнивал раны,
Те, что душа проживёт…
Кровь закипает, нескромно.
Есть от чего закипать…
Вторят тем чувствам гормоны,
Этих – попробуй унять…
Мысли снуют хаотично,
Образы – словно волна.
Трепетно и поэтично,
Душу тревожат сполна.
Взгляд на часы – вот и восемь.
Вновь в магазин потащусь.
Надо сомненья отбросить,
Начисто выкинуть грусть.
Вроде продуктов с избытком,
Дело-то вовсе не в них…
В том магазине, открытом,
Она. О ком слепленный стих…
Есть у сердца невольное свойство —
Биться в ритме предсмертных конвульсий.
Всех бессонных ночей, беспокойство,
Слышен такт в замирающем пульсе.
Бесконечность сливается с бездной
И зияет в пространстве воронкой,
Душу тянет к себе безвозмездно,
Жнец с ухмылкой взирает в сторонке.
Наблюдает с игривой насмешкой
За метаньем души в серебре.
Вроде личность. А суть одна – пешка,
В чьей-то странной и страшной игре.
А в морозе кружатся снежинки
И уносятся вдаль ветерком.
А по венам проносятся льдинки,
Собираются снежным комком.
И опять будут рваные раны
Очень долго в груди серебреть.
Хоть красивы они, как ни странно,
Но умеют так сильно болеть.
Беспокойство и страх разбавляя
В сердце хлынет застывшая кровь.
Развлекается Жнец, запуская
Эти странные игры в Любовь…
У души есть приятное свойство —
Верить в призрачный, радужный свет.
Но в конце будет только расстройство,
Ведь, по сути, Любви просто нет.
Это странные игры с душою.
Это так развлекается Жнец.
Мне приятна игра, я не скрою,
Даже зная что будет конец.
Восхитительным было начало,
Я впитал красоту всей душой.
Я влюблён. Это много и мало,
И, похоже, что это впервой…
Познать Любовь – что Смерти заглянуть в лицо,
И усмехнуться ей в дырявые глазницы.
Кто не любил, тот станет мертвецом.
Влюблённый может заново родиться…
Кто может о Любви сказать нетленных фраз?
Лишь только тот, кто в это чувство верит.
Кто был влюблён, хотя бы один раз,
И на себе порывы чувств примерил.
Кто, несмотря на беды и невзгоды,
Придёт сквозь пламя, если ждут его.
Плевав на все «подарки» непогоды
Мечтой храним от чувства своего.
И звёзды в небе путеводной нитью
Наметят путь-дорогу до конца.
Он жить готов… Не жить – а просто Быть,
Лишь в созерцанье милого лица.
И ветра свист своим дыханьем вторит,
Тем чувствам, что способны окрылять,
Кто Смерти не боится. С нею в споре
Готов на всё. И всё готов отдать…
Тот не страшится боли и лишений,
Кто любит сердцем пламенным своим.
Найдёт слова и средства для решений
Любых проблем, грозящих им двоим.
Способен реки повернуть обратно.
И боль в груди – незаживающий нарыв —
Откроет путь влюблённым, безвозвратно.
И горы сами ринуться в обрыв…
Кто сможет сотворить таких деяний,
Когда от мыслей этих, стынет кровь.
Открыть пути к Истокам Мирозданий?
Лишь только – Сумасшедшая Любовь…
Застыли в мыслях ледяные брызги,
Замёрзли фразы где-то далеко.
Обрывки снов. Мечты моей огрызки
Пронзают жалом сущность глубоко.
Опять не сплю. Опять слагаю строчки.
Вдыхаю ночь. Вкушаю пустоту.
В своих мечтах дошёл уже до точки.
Опять твой взгляд пронзает темноту.
Замолкло сердце в предвкушенье сладком,
Дыханье вжалось, замерло в груди.
Опять с моим рассудком неполадки.
Опять одна неясность впереди…
Застыло Время пролетая мимо,
Замёрзла вечность, отражаясь в снах.
Мечта моя почти неуловима,
Её я спрячу в мыслях и стихах.
Схожу с ума… И в этом нет сомненья,
Ведь не могу иначе объяснить.
Быть может в том безумстве есть спасенье,
Ведь без мечты мне очень страшно жить.
Осколки фраз. Словесные промашки.
Нелепость мыслей рифмой тереблю.
Покой найду в смирительной рубашке,
И лишь тогда пойму я, что люблю…
Плед волшебный свой раскроет
Ночь над городом.
В полумраке только двое —
Им не холодно.
Кровь вскипает и бурлит,
Мысли ветрены.
Эта ночь для них двоих,
В чувствах трепетных.
У любви есть только путь
Для сближения.
Не ищите смысл и суть
В выражениях.
Тот, кто душу распахнёт,
Обнажая суть,
Тот любовь свою найдёт,
С нею – верный путь.
Ночь подарит волшебство
Негой пьяною.
Принимайте естество,
Пусть – с изъянами.
К ним придёт искусство – быть,
Но – потом…
Все сближенья не сравнить
С первым опытом.
Ведь не надобно искать
Оправдания.
Волшебство дано принять
Вне сознания…
Души их обнажены —
В том и равенство.
В чувствах искренних нежны,
С ними – Таинство…
…Вроде я в делах упрямый,
Почему мне так не «прёт».
Ты ответь мне только прямо,
И пойму я, что не в счёт…
Быстро молодость проходит,
И здоровье не вернуть.
Но душа ещё на взводе
И её не обмануть.
Так обидно мне и больно,
Как всё это изменить?
Мне поспать бы ночь спокойно,
И очнувшись всё забыть…
Ведь кругом одни обломы,
От обиды стынет кровь.
Что мне нужно сделать, чтобы
Заслужить твою любовь…
Тот другой, ведь он моложе…
Молодость всегда сильна.
Мне, с моею старой рожей
Шансов нету нихрена.
Вот сижу. Кусок дебила…
Одиночество храня.
Не меня ты полюбила,
Очень жаль что не меня…
Уж полночь прошла, мне не спится.
Гадаю, что ждёт впереди.
Лишь слышно как громко стучится
Разбитое сердце в груди.
Тоскливо в душе моей, очень.
В мозгах лишь пустые мечты.
Всё чаще бессонные ночи,
И путь до последней черты.
В словах моих, ни грамма фальши,
Но вспять время не повернуть.
Я знаю, что ждёт меня дальше —
– В психушке закончу свой путь.
Как страшно. Обидно и больно.
Уходит мечта в пустоту.
И я, совершенно спокойно
В полёт отпускаю мечту.
Ей не суждено, видно, сбыться.
Так пусть она дальше летит.
Лишь слышно как громко стучится
Разбитое сердце, навзрыд…
Кто скажет мне, за что всё это?
Зачем признался что люблю?
Мечты напрасны без ответа,
Лишь только душу тереблю…
Мне ненавистны стены дома.
Уж лучше укажи на дверь.
Пускай пройдёт в душе истома,
Невыносимо так, поверь…
Жизнь пролетает, я не молод.
Так надоело, я не скрою,
Придумывать какой-то повод
Чтоб чаще видеться с тобою…
Скажи мне просто: Шансов нету,
Что невозможны отношенья.
Чем так сидеть и ждать ответа…
И я приму твоё решенье.
Прости меня за эти строчки.
Их может зря я написал…
Поверь, пора поставить точку.
Нет сил. Нет смысла. Я устал.
Ты называй меня обычным сумасшедшим.
Быть может в этом ты частично и права…
Под впечатлением видения, пришедшем,
Мне очень сложно чувства складывать в слова.
Всего лишь сон… Но как же он прекрасен…
Истома чувственности плещет через край.
Посыл видения того предельно ясен,
Ведь не спроста ты в нём приснилась. Так и знай…
Ты называй мой сон обычным наважденьем —
Я не перечу рассуждениям ничуть.
На всё есть собственные взгляды-убежденья,
И в них, конечно же, проглядывает суть.
Скажу одно – мой сон прекрасным был и ярким,
Сердцебиенье с пробуждением не врёт.
Он, однозначно, был для разума подарком,
А для души – так просто трепетный полёт…
Опять пришло воспоминанье.
Неужто старость на дворе?..
Сегодня вспомнил случай давний,
Что приключился в сентябре.
С тех пор прошло уж лет семнадцать,
Хотя… И двадцать, может быть.
К чему в подробности вдаваться,
Зачем о тех годах тужить?..
Погожим днём в кафе Столичном
За чашкой кофейку торчал.
Писал в блокнот о чём-то личном,
И в рифмы фразы обращал.
По улицам толпа прохожих
Снующих по своим делам.
И за окном денёк погожий
Суббота, помнится, была…
Стих был готов, почти что финиш.
Вдруг слышу голос в тишине:
– Экскьюзми, плизз… Ду-ю-спик-инглиш? —
Красотка улыбнулась мне.
Зачем соврал, и сам не знаю,
Но в попыхах ответил – «Ес».
Ведь нифига не понимаю
Я по-Английски – не бельмес…
А девушка в ответ кивнула,
Не пряча своих дивных глаз.
И монолог вдруг затянула —
Я разобрал лишь пару фраз.
Там помню, было что-то вроде:
«Хау-гет-ве-Пушкин-монумент».
С блокнота взгляда не отводит.
Намёк, иль просто комплимент?
Потом дошло до идиота,
Что ищет памятник она.
А что искать его? Ведь вот он,
Прекрасно виден из окна.
Внутри меня всё закипело.
Не долго думая, как быть,
Решил продолжить это дело,
Да, и интрижку замутить…
И кое-как речь излагая
На Англо-Русском, без проблем,
Красотке смело предлагаю
Свою компанию, меж тем…
И вот идём мы по аллее,
И надо разговор вести.
От пылких чувств уже наглею,
Стихи читаю по пути.
Экспромты брызжут, что фонтаны.
Откуда только всё взялось?
Конечно же по-Русски, дамы.
С Английским ведь не задалось.
Обнял её за плечи смело
И вижу – отрицанья нет.
Так потихоньку, между делом,
Дошли до «Пушкин-монумент».
Да, помню фоткались немало,
Мои стихи плыли как фон.
Она восторженно внимала,
Потом включила диктофон.
Так час прошёл. Она вдруг томно:
– Летс го то май отел…
Пусть всё звучало и не скромно,
Но ведь я сам того хотел.
И вот уж в номере, в отеле.
От чувств нахлынувших – пожар.
Душа рыдает в бренном теле,
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
