Страница 3 из 14
Из разбитого носа брызнула кровь. А пистолет отлетел в сторону. Я его подобрал. Тяжёлый, как гиря, с толстой неудобной рукояткой. Под местом для большого пальца какая-то гладкая панель. У оружия нет ни внешнего курка, ни предохранителя.
– Он готов, – с недоумением сказала Лия. – Ты его сделал. И правильно, нечего его бояться, молодец.
– И что с ним делать дальше? – спросил я, показывая на бандита стволом. – Он же так и будет нам мстить. Он…
Фаулер поднял правую руку. Из-под рукава выскочил ещё один пистолет на каком-то механизме. Я вскинул пистолет, но никак не мог нажать спусковой крючок. Он не тугой, он вообще не двигался.
– Он настроен на мои отпечатки, – усмехнулся бандит. – Так что мы там насчёт твоей сестры?
Он переводил оружие то на неё, то на меня. Я нападу, когда направит на меня. Ствол маленький, одна пуля меня не свалит. Я его добью, а потом посмотрим. Главное, чтобы Лия… Юля не пострадала. Ведь это точно она. В этот раз я не дам ей пропасть.
Но бандит посмотрел на вход и опустил оружие.
– Бросай пушку! – раздался резкий и очень громкий крик, будто через динамики.
Китаец опять спрятался за стойку. Побитый толстяк сделал вид, что всё ещё без сознания. А Фаулер что-то нажал, и его пистолет вывалился из механизма под рукавом, упав со стуком на грязный пол.
– Алекс, – шепнула Лия. – Брось оружие, пожалуйста.
Всё равно оно бесполезно. Я швырнул пушку в угол.
В ресторанчик вошли двое. Оба в чёрной броне с массивными наплечниками и красными светящимися глазами шлемов. Броня невозможно толстая и тяжёлая, но они двигаются в ней очень легко.
Мужик в такой же броне угрожал меня пристрелить, если бы я не вышел в сегодняшний бой.
Один направил автомат на меня, потом осмотрел каждого бандита. Красные окуляры шлемов засветились сильнее. Бронированный подошёл и пнул в живот толстяка. Так сильно, что его аж подбросило.
Другой подошёл ко мне и провёл передо мной каким-то сканером. Тоже самое он повторил с Лией.
– Полегче, – сказал я.
Бронированный склонился над Фаулером и врезал ему кулаком в стальной перчатке. Раздался неприятный хруст, а лицо начало быстро менять цвет. Кажется, перелом челюсти. Голова бандита запрокинулась, и больше он не двигался.
– Вытащи отсюда этот мусор! – раздался приказ.
Голос искажён динамика шлема.
Вошли ещё несколько таких же бронированных. Я слышал, как скрипели суставы их брони. Под тяжёлым ботинком хрустнула тарелка из-под картошки фри. Вошедшие оттащили за ноги побитых бандитов. Длинноволосый хмырь попытался зацепиться за стол, но после пинка по рёбрам отпустил.
– А ты чего там сидишь? – охранник направил здоровенный пистолет на Ло Цзи.
– Так, а я готовлю, – китаец медленно поднял руки. – Мой ресторанчик к вашим услугам, охотники. Чего желаете?
– У тебя мы жрать не будем.
– Всё чисто, – сказал другой и усмехнулся. – Относительно чисто. Можно входить.
В зале осталось только два типа в броне. Один показал на уцелевший стол, куда и сели мы с Лией.
К нам присоединился ещё один человек. Мужчина с аккуратной седой бородой, в чёрном костюме с красной рубашкой под ним, смотрел. Это он тогда поднялся в клетку, чтобы поздравить меня с победой. Тогда ещё затихли трибуны.
Один из бронированных протёр тряпочкой стул. Седой осторожно уселся и дотронулся до поверхности стола. Кажется, китаец никогда их не протирал. Этим липким жирным следам, должно быть, уже годы.
Седой внимательно изучал нас. Мне он смотрел в глаза. Взгляд у него неприятный и колючий, но я терпел. Это, похоже, какой-то бандит. Отведу глаза, подумает, что я слабый. Так всегда бывает.
Может быть, этот тот самый главный, про которого говорил Фаулер? Бандит, который потерял деньги?
Он чуть улыбнулся и протянул мне руку. Я пожал в ответ. Пальцы у него твёрдые, будто из стали.
– Я Доргон Квинт, – сказал он и показывал на лацкан пиджака. – Первый Охотник семьи Квинт.
К одежде был пришит красный треугольник с закруглёнными краями. Такие я видел на арене во время боя, такие же нарисованы у тех мужиков на броне.
– Но вы и так, должно быть, это знаете, – Квинт усмехнулся.
– Знаем, – тихо сказала Лия.
– Ты охотник? – спросил я. – И на кого ты охотишься?
Он улыбнулся одними губами. Глаза же внимательно изучали меня. На сковороде, которая стояла на плите у дальней стены, начало трескаться масло. Ло Цзи быстро убрал сковороду с плиты.
– Это хороший вопрос, юноша, – наконец ответил Квинт. – Многие его задают. Спрашивают, зачем мы нужны, ведь Чистокровных давно нет. Выжившие порабощены или изгнаны. А полукровки… ну ты знаешь сам.
Он показал на телевизор, который всё это время работает. На маленьком экране очередной повтор, как я бью Старого Герберта, застрявшего головой между прутьев клетки.
На безымянном пальце у Квинта кольцо с красным камнем, который светился изнутри. Выглядит ещё неприятнее, чем колючий взгляд владельца.
– Но охотники нужны не только для этого. Ведь кто-то же должен следить за Горнилом, – он отмахнулся. – Тебе вряд ли интересно слушать старые сказки. Я видел, как ты дерёшься. У тебя нет Лисса…
Это ещё что такое?
– … но ты одними голыми руками и ногами победил полукровку, – Доргон отряхнул с рукава одну пылинку. – Меня сложно впечатлить, но у тебя удалось. Это твоя сестра?
Мы с Лией кивнули.
– Вы похожи. Учишься в Райбате? – он посмотрел на Лию.
– Да, господин Первый Охотник.
– А почему твой брат не в академии? Ведь это единственный безопасный шанс выбраться из Нижнего Города. Бои для этого не очень подходят. Рано или поздно какой-нибудь полукровка может тебя искалечить или убить. Или один из бандитов решит, что ты мешаешь ему зарабатывать. Вон как те придурки.
– Мы… то есть Алекс, для этого и дрался, – сказала Лия. – Чтобы можно было…
– Дать взятку в академии? – он усмехнулся. – Я знаю, как это работает для низких. Дать взятку, – Доргон уставился на меня. – Или получить рекомендацию от одной из семей Охотников.
Лия наступила мне на ногу. Предупреждение, наш условный знак с тех времён, когда мы были детьми. Он скажет что-то важное.
Этот мужик говорит много, чего я не понимаю. Очень много намёков и непонятных слов. Он предлагает дать мне рекомендацию? Надо подумать. Если скажу не то, то Лия наступит мне на ногу ещё раз.
– В общем, перейду к делу. Скоро начнётся Адский Забег, но мой чемпион так и не оправился после катастрофы. Он не сможет участвовать, а наша семья не может пропустить эти бои.
– Вы хотите, чтобы я участвовал в боях? – спросил я.
– Не надо забегать вперёд. Бить морды – это хорошо, но ещё вопрос, как ты справишься с пассажиром, – он зачем-то похлопал себя по плечу. – Сначала проверим, готов ли ты участвовать в Адском Забеге…
– Что такое Адский Забег?
Лия наступила мне на ногу. Наверное, потому, что не стоило перебивать седого. Но он, кажется, не обиделся.
– Бои. Намного более сложные, чем те, в которых ты участвовал. Если подходишь, мы тебя тренируем. Сражаешься, получаешь солидные деньги за каждую победу. Ну и как члену семьи, тебе будут положены дом, пенсия, лечение, всё что угодно. И место в Райбате, конечно. Если захочешь.
– А если не подойду? – спросил я. – Убьёте?
Лия не шевелилась, только напряглась. Доргон засмеялся.
– Мы же не Кастнеры. Нет! Если не подойдёшь, я дам тебе рекомендацию в академию, возьмут без проблем. Будешь жить в Верхнем Городе. Вам двоим уже не придётся спускаться сюда, в эту грязную вонючую клоаку.
Китаец за стойкой возмущённо выпустил воздух из ноздрей.
– Считай это компенсацией за потраченное время.
– А как понять, подойду я или нет?
– Проверим, сможешь ли ты принять Лисса. Думаю, что сможешь. У меня нюх на талантливых бойцов. Ведь это же я нашёл Арлама на какой-то помойке.
Лия внимательно смотрела на меня. Взгляд довольный, ей понравилось предложение. Но я почти ничего не знаю о том, куда ввязываюсь.
– А если откажусь? – спросил я.
Лия так яростно наступила мне на ногу, что отдавила мне мизинчик. Китаец громко охнул. А один из охранников ткнул локтем соседа и покрутил пальцем на шлеме в том месте, где должен быть висок.
– Тогда я уйду. А ты останешься здесь. Твоя сестра так и будет спускаться к тебе. Ведь она-то живёт наверху, как студент. А ты внизу. Будешь драться до самой смерти, сшибая какие-то гроши. Ну и не забывай про всяких придурков, которым не нравится то, что ты побеждаешь. Будут ещё, вроде тех, кого ты отделал.
– Я отобьюсь.
– С тобой сестра. Ты тянешь её на дно за собой. Вам повезёт, если устроишься в академию. А если нет?
Я внимательно посмотрел на Лию. Она что, живёт в этом так называемом Верхнем Городе, и спускается сюда только ради меня? Чтобы поболеть за меня в боях. В которых я дерусь, чтобы заработать. Как и раньше.
– Я подумаю, – сказал я.
– Хорошо, – Доргон поднялся и положил на стол белую карточку с красным треугольником. – Покажешь охране в моём поместье, тебя пропустят.
Он ушёл, следом вышли его люди. Последний охранник закрыл за собой дверь.
– Подумаю, – передразнил меня китаец. – Перед тобой перевернулся сраный грузовик с деньгами, а ты «подумаю». Набивай карманы, Алекс! Быстрее, пока другие всё не расхватали!
– Дядя Цзи прав, – сказала Лия. – Ты же можешь попасть наверх. Будешь в семье Квинт! Алекс, это же твоё будущее! Ты же мечтал жить наверху, вот твой шанс! И семья Квинт, они… получше остальных.
– Они не такие уроды, как остальные, – добавил китаец. – Ну, так чего ждёшь? Утром наверх! Нечего думать.
Выбирать между неизвестными вариантами. Но одна фраза Доргона меня задела. Тянешь сестру за собой на дно. Это точно не то, что я хотел. Наоборот, я хотел совсем наоборот. Раз уж она рядом, я должен сделать всё, чтобы не случилось, как тогда.
Я взял карточку. На ней только красный треугольник с закруглёнными краями. И какие-то письмена внутри. И, кажется, внутри какая-то электроника, как в пропуске или банковской карточке.
– Поспи, – посоветовала Лия. – Отдохнёшь и утром решишь.
– Если ты ещё подскажешь, где я живу.
– Можешь туда и не возвращаться, то место больше похоже на помойку, – сказал китаец. – Заходите, как выберетесь отсюда. А то знаю, вечно все загордятся. Как станут богатенькими, так никто не вспоминает Ло Цзи. Ты вот уже забыл, – он в гневе бросил ложку на стойку.
– Зайду, – сказал я. – Спасибо за тот бросок.
Мы вышли на улицу в темноту и тяжёлый туман. Только сейчас заметил одну странную вещь. Тут совсем не было ветра. И воздух очень спёртый, как в старой кладовке. Очень много пыли.
– Долго идти? – спросил я.
– Нет, минут двадцать, – Лия поёжилась от холода. – Если честно, никогда так близко не видела Первого Охотника. И тут он сам приходит звать тебя.
– Большая честь?
– Что-то вроде. Это билет в хорошую жизнь.
Она никогда не принуждала меня к чему-то и не пыталась заставлять. Даже если я скажу Доргону нет, Лия этот выбор примет. Она тот самый человек, которого я знал. Сестра ни капли не поменялась. Поэтому я могу смириться, что всё остальное совсем другое.
Впереди стояло что-то, похожую на легковую машину. Сверху горели мигалки.
– Полиция?
– Далимы, – Лия потянула меня в какой-то проулок. – Идём. Ночью им лучше не попадаться.
Но нас заметили. Один человек в шлеме с открытым стеклянным забралом вышел нам навстречу из проулка. Двое пошли наперерез. У всех броня, похожая на ту, что была на охране Доргона. Только не такая крутая. И оружие.
– О, вот и они, – сказал один, с неровной щетиной на щеках. – Подходят под ориентировку. Два грабителя. Берём их. Быстренько мы их взяли.
– Так там было два парня, а тут одна девушка, – самый молодой из них показал на Лию.
– Там могли и обознаться, – сказал небритый. – Пакуем их, в участке разберутся.
– Да вы хоть знаете, кого остановили? – спросила Лия, ткнув меня локтем.
Толстый намёк. Но я догадался, что он хочет. Мы по-прежнему думали с ней одинаково. Ну конечно же, та карточка.
– И кого? – спросил далим, положив руки на пояс .
– Члена семьи Квинт, – сказал я.
– И думаешь, мы тебе поверим?
– А никуда вы не денетесь, ребята, – я усмехнулся и полез за карточкой Доргона.
Вот только карточки в кармане не было. Пальцы наткнулись на дыру.
– Ну и что дальше? – небритый мужик в броне довольно лыбился. – Как ты меня будешь убеждать?
– Так это, – я полез в другой карман. Но карточки не было и там.
– Алекс, – шепнула Лия. – Покажи им.
Далим, как здесь называли полицейских, достал из-за пояса дубинку. Она заискрила.
– Ты меня не убедил, – он засмеялся. – Ну так что, грабители. Что будете делать? Вот вы и попались. А теперь…
Лия тоже поняла, что я потерял карточку.
– Он студент в Райбате! – воскликнула она.
– А кто ещё? Двоюродный брат Унбата Ремодеуса?
Они все заржали.
– Повеселились, и хватит, – сказал мужик со шрамом на лице, который до этого молчал. – Девчонка приличная, а ты похож на бродягу. Ты точно связан с Квинтами?
– Их главный сегодня предлагал мне работу, – ответил я.
– Тогда почему ты внизу? – он усмехнулся.
– Я сказал, что подумаю.
– Пакуйте его, – сержант махнул рукой. – Тоже мне, фантазёр. Если бы Доргон Квинт предложил работу мне, я бы не думал. Я бы точно отсюда свалил. Наверху платят побольше. И воздух чище.
Молодой далим зазвенел наручниками.
Так, я успею вырубить его с одного удара и примусь за сержанта. Потом крикну Лии, чтобы она бежала. Надеюсь, тупить она не будет.
– Ты бы даже поцеловал Доргона в жопу, лишь бы он тебя взял, – небритый захохотал противным смехом.
Сержант вмазал смеющемуся по морде левой рукой без замаха. Тот охнул и отошёл назад.
– Прошу прощения, сержант, – небритый виновато опустил голову.
– Хороший удар, – не думая сказал я. – Неплохо поставлен.
– Так себе, – сержант усмехнулся, но похвала ему понравилась. – До того парня, что сегодня отмудохал Старого Герберта мне далеко. Он-то…
Он начал очень внимательно смотреть на меня. Остальные тоже.
– Это я, – сказал я.
– Мать моя! – вскричал сержант. – Вот ты сегодня дал! Я такое в последний раз видел, когда ещё сам Арлам дрался в клетке! Как там тебя? Погоди, – он нахмурился и отвесил молодому подзатыльник. – Ты глаза разуй! Нахрена ты наручники достал? Придурок!
– Но вы же сами приказали, – оправдывался молодой.
– Ты дебила кусок. Все же бой смотрели. Вот ты его уделал, – мужик со шрамом пожал мне руку. – Это что-то. Я на тебе заработал пятьсот энгемов! Я в тебя сразу поверил, парень.
Он изобразил удар в воздухе.
– Жду новых боёв! Всё, идите. Если что, скажите, что знакомые сержанта Тербурга, никто не докопается.
Он отпихнул небритого, и они все пошли к своей машине. Мы с Лией остались на тротуаре.
– Было близко, – сказала Лия. – Ещё бы немного и…
– Алекс! – раздался голос сзади. – Где ты?
Кто-то бежал, очень громко топая. Я напрягся, готовясь встретить очередного недруга.
Но это был тот китаец, Ло Цзи. Он добежал до меня, остановился и согнулся в поясе, пытаясь отдышаться.
– Ты не очень хороший человек, – прохрипел он. – Мне нельзя так бегать в таком возрасте. Мне уже девяносто лет!
– Ты говорил, что тебе шестьдесят, – Лия засмеялась.
– Он-то этого всё равно не помнит! А так бы ему стало стыдно, что заставил меня побегать, – китаец выпрямился. – Держи и больше не теряй.
Он сунул мне в руку карточку с треугольником.
– Хорошо, что я убраться решил.
– Убраться? – Лия засмеялась и прикрыла рот ладонью. – Ой, прости, дядя Цзи.
– Ладно, подловила. Я мелочь искал, кто-то её рассыпал, пока вы дрались. И вот что нашёл.
– Спасибо, – сказал я.
– Спасибо в карман не положишь, – китаец нахмурился, но вдруг почему-то стал грустным. – Заходите, ребята. Найдите пару минут хотя бы раз в месяц. А то ко мне же больше никто не ходит.
* * *
Моя каморка располагалась в подвале. Вернее, в многоэтажном подвале на самом нижнем этаже.
– И это мой дом? – спросил я, открывая дверь толщиной с лист картона. – Здесь даже замка нет.
– Воровать у тебя нечего, – сказала Лия. – Но замок ты давно хотел поставить. Помню, как однажды к тебе пробрался полукровка и жил у тебя полгода, а ты всё никак его не прогонял. Говорил, что вы друзья. Но потом он сожрал тушёнку, которую нашёл в твоём неприкосновенном запасе и…
– Но зато есть щеколда, – похвастался я и заложил ею дверь.
Да, это никак не напоминало мою роскошную квартиру в центре города, в которой я жил до того, как словил пулю и оказался здесь… здесь, где бы это место ни было.
Из мебели тут две табуретки, кривой стол, выключенный холодильник без дверцы и шкаф. А нет, это вход в туалет с одиноким унитазом, в котором шумела вода, и с разбитой раковиной. В полу дырка, в которую утекала вода. Вот сразу и душевая.
Спать можно на довольно неплохом диване или на том узком матрасе, лежащем на полу. Но зато здесь чисто и опрятно. Подозреваю, что это помогла Лия. Сам-то я убираться не люблю, а в этом месте вряд ли у меня есть деньги на уборщиц.
– Твоя последняя ночь в этом месте, – Лия легла на диван, но вдруг о чём-то подумала и села. – Ты же согласишься? Ты же сам с утра говорил, что мечтаешь переехать наверх.
– Наверное, – я сел на матрас.
Я посмотрел на стену. Там был приклеен плакат с какой-то девушкой, которая оголила грудь, а рядом была прибита стопка старых газет, которую удерживали две деревянные планки на гвоздях. Помню, я так тренировался в детстве, набивал кулаки.
Других тренажёров нет. Хотя вижу старую гирю, похожую на ту, что в детстве была у бати. Только эта не такая ржавая.
Сама стена давно треснула. По потолку шла трещина. Сверху прошёл кто-то тяжёлый, и из трещины посыпалась пыль. А за стеной раздался какой-то странный стон. Сначала я подумал, что там трахаются, но стон превратился в какой-то совсем уж дикий рёв. Очередной демон?
Признаю, это не самое уютное место для жизни.
– Давай утром ещё поговорим, – Лия зевнула и положила голову на подушку. – Откроют проход, и мы поднимемся наверх. И у тебя останутся деньги. Ведь в академию возьмут и так, по рекомендации. Или вообще окажешься в семье Квинт.
– Наверное.
Я выключил свет и с трудом добрался до неудобного жёсткого матраса, продавленного посередине. Чувствовалось, как в спину давила пружина. Хотелось спать, но мысли в голове не давали. Но одна идейка, которую я крутил в голове весь вечер, наконец-то стала осмысленной.
Это другой мир. В старом мире я умер, когда меня пристрели. А в этом мире я жил с сестрой. Но здесь я, или кто там был вместо меня, тоже умер, когда получил битой по голове. Я оказался в своём собственном теле, только немного моложе. И сестра ещё жива.
Я потёр лицо. Юля-Лия тот же самый человек, что и в моём мире. Я вижу её и понимаю, что это она. Это какой-то альтернативный мир? Не знаю. Что-то в нём похожее, что-то совсем другое. Но я разберусь.
Главное, что я могу зарабатывать тем, что я умею лучше всего. Я же один из самых крутых нокаутёров в ММА, здесь мои навыки пригодятся. Там у меня было тридцать побед и не одного поражения.
Здесь противники страшнее, но всё же я победил целого демона. Справлюсь и с остальными. А для этого нужно устроиться в ту семью? Кажется, в этом мире стать членом семьи Квинт – всё равно что родиться сыном депутата.
Только почему их называют охотниками?
И самое главное – откуда здесь демоны?
Я распахнул глаза. Стало очень холодно. Поток ветра из окна сдул с меня одеяло. Но у меня же не было окна. Да и ветра здесь нету. И вообще я в кровати.
Я в своей квартире, и мне приснился сон. Ведь я победил того негра и уехал домой. А Лия… Юля, ведь её же больше нет.
Это был сон.
Сука! Долбанный сон!
Я поднялся на ноги и изо всех сил врезал по стене, отбивая кулак. Ночник оторвался и с грохотом упал на пол. Где-то залаяла собака. Ну здорово, перебудил всех соседей.
Дерьмовый сон, лучше бы не снился. Какие-то демоны, что-то ещё. Я провёл последний бой против того негра, отправив его в нокаут. Отличная победа, которая меня не радовала. А Старый Герберт – всего лишь сон. И моя сестра тоже.
Ветер дул всё сильнее. Я забыл закрыть балкон. Я подошёл к нему, но…
Тут было так много красного песка, что он доставал до балкона, а я жил на девятом этаже. Других зданий я не видел. Это сон? Слишком реальный. Я слегка себя ущипнул. Не похоже на сон.
Не было ни солнца, ни луны, вообще не было видно неба. Вместо него что-то красное, нависающее очень низко, как потолок. Что-то, похожее на огромные сталактиты свисали сверху.
Вместо горизонта горы, окружающие пустыню со всех сторон. Ровные, будто пустыни внутри какой-то чаши. Я развернулся, чтобы вернуться домой, но балкона уже не было.
Я стоял босиком посреди красной пустыни на очень горячем песке. А передо мной находилось здоровенное и жуткое кресло. В нём кто-то сидел в капюшоне, который закрывал голову.
И… охренеть, его прибили к этому креслу гвоздями и связали цепями. Не простыми, а шипастыми, которые врезались в тело этого человека вместе с колючей проволокой.
Я не видел его лицо, но знал, что он смотрит на меня.
– Кто ты? – спросил я.
– Я Тот, Кто Ждёт, – тихо ответил сидящий в кресле.
– И кого ты ждёшь?
– Тебя.
Я проснулся. Это не моя квартира, это та комната в подвале. В туалете шумела вода. Я спал на продавленном матрасе, который уже был мокрый от моего пота. А Лия тихо сопела во сне, лёжа на диване.
Она жива. Я с облегчением выдохнул. Это не сон. Это мой второй шанс.
* * *
Когда я увидел этот подъёмник, мне вспомнился какой-то фильм про шахтёров. Грязная деревянная клетка, которая должна была подниматься наверх. И подниматься нужно очень высоко.
Ещё раннее утро, кроме нас никого нет. Мы вошли в эту клетку. К деревянным прутьям на проволоку был привязан ЖК-дисплей и камера. На экране появилось чьё-то красное от сыпи лицо.
– Разрешение на подъём есть? – заспанным голосом спросил красномордый.
– Я студентка из академии, – ответила Лия. – Из Райбата.
– Понятно. А второй?
– Это мой брат, он тоже студент.
– Не верю. Где документы?
– Надо дать ему взятку, – шепнула Лия.
Красномордый это услышал и довольно заулыбался.
– Покажи купюру, – продолжила Лия. – А наверху передашь.
– У меня другая идея.
Я показал перед монитором карточку, который мне дал Доргон Квинт. Над дисплеем мгновенно загорелась красная лампа.
