От недовольства цифровым поведением своих детей родители 21 века должны смещаться к терпеливому отношению, в первую очередь, к самому себе. Если вы не удовлетворены сегодня, завтра будет еще хуже. Учитесь быть счастливыми – быть довольным собой, своими взглядами, своей семьей, супругом, детьми, коллегами. Именно от чувства непринятия ребенок убегает в сеть.
Современный родитель понимает, что постоянное нетерпение и недовольство поведением взрослеющей личности малоэффективно.
Поэтому надо стремиться улучшать все, что возможно и необходимо, в том числе в вопросах взаимодействия с гаджетами. Самое главное – то, на что мы повлиять не можем, например – присутствие инфополя в жизни поколения, мы должны принять таким, как есть. А остальные инструменты обсудим в следующих главах.
Как развивать способность к самоанализу?
Один из важнейших навыков, которым должен обладать современный родитель – умение критически посмотреть на свои воспитательные привычки.
Как правило, особенно если не задумываться, мы подсознательно копируем родительскую модель. Усвоенные в детстве установки определяют, в том числе и стиль взаимодействия со своим сыном или дочерью. Ситуация настолько быстро меняется, что задача стоит – успевать адаптироваться под требования времени.
Мы же до последнего убеждаем себя, что все и так знаем. Действуем шаблонными методами. Но меняться придется всем. И лучше делать это раньше, чем у ребенка появится симптоматика аддиктивного поведения. Тот, кто умеет эффективно использовать полтора килограмма серого вещества, которое находится в голове, кто способен остановиться и подумать, произвести самоанализ и корректировку курса, вообще не столкнется с проблематикой развития зависимости.
Родитель 21 века должен по мере взросления ребенка задавать себе вопрос: «Насколько эффективны мои воспитательные приемы?»
Если с каждым годом напряжение только нарастает, взаимодействие эмоционально нестабильное, сопровождающееся вспышками агрессии, скрытыми или открытыми конфликтами, то пора менять направление. Вы двигаетесь мимо цели.
Если представить круг, то внутри него находится зона эффективных шагов. Часто же наши действия выходят за границы. Они создают условия для дезинтеграции личности и развития патологий цифрового (и не только) поведения. Инфосреда не влияет на психически устойчивую личность, наша задача в том, чтобы помогать этой личности сформироваться, обрести целостность и набирать навыки адаптации в жизни.
Наши воспитательные приемы базируются на собственных страхах и убеждениях. Но они не имеют ничего общего с самим ребенком. Например: «Я слышал, что от гаджета может развиться зависимость». А дальше идет реакция родителя – каждый раз агрессивно вырвать его у школьника в порыве гнева или просто недовольно фыркать, проходя рядом с детской, направляя лучи гнева в сторону маленькой личности. Попадает ли такое поведение в границы круга, является это эффективным педагогическим шагом? Нет, не является.
Как понять, что прием неэффективен? Если вы сталкиваетесь с одной и той же ситуацией, в которой сын или дочь действует также, то что-то не работает. Например, родитель приходит с работы, уроки не сделаны, а школьник на вопросы реагирует агрессивно. Дальше вы пытаетесь что-то предпринять, но с каждым днем ситуация только ухудшается. Это называется паттерн поведения. Задача его – выявить, осознать, а дальше выбрать другую реакцию. Ребенок просто наша производная. Родитель, как скульптор, способен создать целостную, зрелую, такую же сознательную личность. Такую же, каким в результате внутренней работы становится со временем сам.
Но эффективные действия начинаются с постоянного замера своих воспитательных шагов и их результативности.
Как понять, что вы двигаетесь правильно? У ребенка развивается самосознание. Таким образом, он набирает ресурсы, чтобы справляться со своими эмоциональными порывами и брать больше ответственности за свою жизнь и результаты. Он начинает самостоятельно принимать взвешенные решения, которые грамотный взрослый вовремя заметит и подкрепит.
Часть II. Налаживаем механизмы функциональной семьи
Семья как арена развития и самореализации
Как выстраивать гибкую систему требований?
В процессе выбора оптимальных моделей воспитания очень хорошо работает взгляд со стороны. А как вообще бывает?
Можно, конечно, играть в жмурки, и с закрытыми глазами пытаться прийти к своим педагогическим целям. Но более грамотный вариант – использовать самые современные подходы, которые давно придуманы.
В любой семье существует определенный сложившийся порядок. Как распределяются роли в семье, кто за что отвечает, кто устанавливает и контролирует выполнение правил? Как распределяется лидерство и вопрос разделения власти.
В семейной терапии существует циркулярная модель Олсона, он ввел понятие «семейная гибкость», то есть, насколько быстро ваша семейная система успевает перестраиваться при воздействии на нее стрессоров.
Дети постоянно растут и меняются. То, что актуально для трехлетки, вызывает вспышку гнева и неповиновения у подростка. В главе книги «Воспитательный потенциал семьи» мы обсуждали вопрос адекватного выполнения родительской роли. Мы же в большей степени застреваем в уже не работающих методах, гоняя их по кругу, например, пытаясь ребенка наказывать.
Воспитание – постоянная сверка своих педагогических инструментов с результатом, к которому мы двигаемся, это способность перестраивать по мере взросления свои воздействия – меняться вместе, быть готовым принимать и уважать личный выбор.
4 типа семейных систем
Олсон выделил 4 типа семейных систем:
1. Ригидная система
Главная характеристика – очень низкая гибкость и адаптивность. Семья отказывается меняться и приспосабливаться к новой ситуации.
Проблемная зона – взросление детей и отделение их от семьи. Такая модель распространена в семье диктатора, другими словами, существует член семьи, который всем заведует и все контролирует. Он же принимает большинство решений, даже в вопросах, в которых дети должны учиться отвечать за себя самостоятельно. Переговоры в такой семье ограничены, вместо них есть четко установленные правила и иерархия. Долгие годы, пока дети взрослеют, требования остаются неизменными.
Четкая структура часто мешает ребенку проявлять себя и развивать навыки лидера, потому что с детства он выполнял другую роль – подчинение и исполнение воли авторитетного взрослого.
2. Хаотическая система
Это состояние, когда семья проходит этап кризиса – развод, болезнь, потеря источников дохода и т.д.
Решения принимаются импульсивно и непродуманно, часто под властью эмоций. Неустойчивое руководство влечет кризис лидерства. Непонятно, кто за что отвечает, роли неясны и часто смещаются от одного члена семьи к другому.
Эмоциональная нестабильность взрослых приводит к непредсказуемости происходящего, отсутствию какой-либо последовательности.
3. Структурированная система
Модель, когда с детьми обсуждаются проблемные моменты, учитывается их мнение, но конечное решение принимают взрослые. То есть существует степень демократического руководства. Роли и правила стабильны, но у детей есть возможность их обсуждать, аргументировать свою позицию. Существуют дисциплинарные меры.
4. Гибкая система
Модель более демократического стиля руководства. Проблемные точки обсуждаются открыто, дети активно принимают участие в поиске решений.
Правила меняются в соответствии с возрастом. В отличие от ригидной системы, где требуется простое выполнение, в гибкой системе фокус внимания взрослых находится в успешной реализации детьми своих социальных ролей. Таким образом, происходит смещение от подчинения к развитию навыков самоконтроля и саморегуляции. В этом заключается цель этой модели семьи. Но взрослому полезно обладать определенным уровнем педагогической экспертности, потому что семья может столкнуться с недостатком лидерства.
Главная идея в том, что по мере взросления ребенку передается все больше ответственности за себя и свои результаты. При этом ежедневно обсуждается и корректируется процесс того, как он с этим справляется. В случае, если не справляется – обсуждается, чему нужно учиться.
Первая и вторая системы считаются несбалансированными, третья и четвертая – сбалансированные.
Чтобы определить уровень гибкости, подумайте над вопросами:
Лидерство:
– Может ли каждый член семьи быть лидером?
– Кто лидер в семье?
– Как принимаются решения по важным для семьи вопросам?
2. Контроль:
–Учитывается ли мнение детей при принятии семейных решений?
– Принимаются ли семейные решения только родителями?
Дисциплина:
– Выбирают ли дети самостоятельно форму поведения?
– Обсуждают ли родители вместе с детьми форму наказания?
4. Роли:
– Как заложен в семье алгоритм выполнения повседневных дел?
– Могут ли домашние обязанности переходить от одного члена семьи к другому?
– Существует ли в семье четкая система прав и обязанностей?
5. Правила:
– Какие правила существуют в этой семье?
– Как и при каких обстоятельствах они меняются?
– Понимают ли дети смысл установленных правил? Или от них просто требуется подчинение?
Как создать функциональную иерархию?
Итак, для приспособления к постоянно меняющемуся ребенку нам необходима гибкость. Тем не менее, любой маленькой (и не очень) личности необходима стабильность. Каким бы взрослым и автономным он себя не считал, особенно когда мы доверяем больше власти, важно уметь этот момент регулировать.
Дети и подростки нуждаются в сильном, авторитетном лидере, который сохраняет контроль над ситуацией, а в случае возникновения проблемы быстро включится и примет необходимые решения уже самостоятельно.
Все живые существа выстраиваются в определенную иерархию. Так было и так будет всегда. Этот механизм заложен в природе.
Но очень часто при выстраивании правил экранного времени мы сваливаемся в абсолютные крайности.
Недопустимо, когда в семье статус ребенка со временем становится выше статуса родителя. Это вариант, когда мама перед знакомыми гордится, что ее сын «лучший друг», который не по возрасту самостоятельный и ответственный даже за ее жизненные трудности. Когда мы тащим детей решать задачи взрослых, то делаем их соучастниками. В таких семьях не совсем понятно, кто является младшим, а кто авторитетным старшим.
Рекомендация таким взрослым – вы более сильная личность, а ребенок слабее, он вам не партнер по жизни. Он у вас учится, как надо владеть собой, как выстраивать свои действия. Не скидывайте на несформированные детские плечи слишком тяжелый груз ответственности. Мозг еще не готов к такой нагрузке, вы столкнетесь с проблемами.
Так же нарушением иерархии является ситуация, когда на старших детей возлагается все бремя ответственности и ухода за младшими. И эти обязанности встраиваются в ежедневное расписание, а часто и в систему мотивации, в том числе – позволение провести досуг, когда будут выполнены фактически ваши, родительские обязанности.
Но самый нежелательный вариант, при котором семья в будущем столкнется с трудностями в детском поведении – слишком деспотичная иерархия.
Кто наблюдал картину, когда сорокалетний сын везет корзину за пожилой мамой, выполняя все ее требования, что взять и в каком количестве. У такой личности процесс взросления и отделения, который должен был начаться в три года, так и не произошел. В природе семечко отлетает от дерева, попадает в почву, пускает корни, а со временем дает свои плоды.
В случае деспотичной иерархии мы пытаемся ребенка заставить что-либо сделать через ужесточение правил и страха наказаний.
Более целесообразным является – выносить на семейный совет свои несогласия, чтобы проблемы не переходили в скрытую форму, потому что в этом случае в психической системе копится напряжение, которое необходимо каким-то образом снимать. Часто это бессознательная тяга в цифровое пространство.
Главное, учиться слышать мнение своего сына или дочери, его интерпретацию ситуации, находить вместе причину поступков, помогать искать другие варианты действий, то есть развивать автономное мышление. При этом не будет чувства незащищенности из-за отсутствия руководства, а наоборот – помощь в поиске решений и чувство уважения.
Другими словами, наша сила и авторитет заключаются не в том, чтобы просто требовать делать так, а не иначе, потому дети должны знать, кто в доме хозяин. В этом случае, мотивация будет выстраиваться не вокруг собственного развития, а вокруг стремления эту власть у вас забрать или вырваться из-под гнета.
В нормально функционирующей семье по мере взросления ребенку передается больше ответственности, в том числе за успеваемость и мотивацию учиться, за развитие по своим социальным ролям. А авторитетный взрослый потому и является им, так как способен вовремя трезво оценить ситуацию и вынести ее на обсуждение, если тот не справляется.
Рассмотрим банальный пример, когда школьник во время каникул расслабился, больше времени проводил в развлечениях, в том числе в цифровом пространстве. Естественно, что дети, а часто и взрослые, с трудом возвращаются в рабочий ритм.
В деспотичной иерархии его без обсуждения лишат доступа к развлечениям, пока не «разберешься с учебой».
В перевернутой иерархии родитель сосредоточит внимание на себе. Начнет просить совета, жаловаться, обсуждать свои трудности, часто не замечая, что сыну или дочери нужна помощь.
В нормально функционирующей семье все вопросы не замазываются, а выносятся на дискуссию. Причем, чем более в спокойном и, можно сказать, рабочем режиме взрослый способен повлиять на детское поведение, тем больше шансов сохранить место лидера в своей семейной системе. Родитель, который может только орать, критиковать и паниковать по мелочам, быстро потеряет свой авторитет.
Если мы наблюдаем чрезмерную увлеченность гаджетами и снижение мотивации к обучению, то в каждом направлении нужно задавать определенный вектор роста. В педагогике это называется – зона ближайшего развития. И, что особо важно, надо вовремя давать объективную и грамотно выстроенную обратную связь. Эти процессы детально обсудим в следующих главах.
По мере взросления мы передаем больше прав, в том числе в вопросах регулирования своего экранного времени, и если взять шире – то у детей должно появиться постепенное продумывание своего жизненного плана.
Мы создаем среду, где школьник этому учится, набирает необходимые навыки для выживания и адаптации, но и сохраняем функцию контроля и влияния на принятие решений до тех пор, пока личность не выйдет на полную саморегуляцию и самоконтроль.
Как сохранять уровень сплоченности?
Доверительные отношения – это когда дети наши просьбы слышат и реально выполняют. То есть ребенок идет нам навстречу.
Например, мы говорим: «Надо принести что-то или свет выключить». Сын или дочь отвечает: «Давай я схожу!» У него не возникает цепочки негативных эмоций, которые его как-то останавливают, потому что знает, что получит подкрепление в виде ваших слов: «Спасибо, какой у меня ты ответственный, горжусь!» Прошлый опыт подобных ситуаций был для личности приятным, поэтому хочется войти в подобное событие снова и с удовольствием.
Дети всегда ждут нашей любви и признания.
Если родитель в голове ребенка ассоциируется больше с врагом, то даже незначительная просьба будет восприниматься в штыки. Это механизм проявления детского упрямства. Причем, интересный факт, что с разными взрослыми он ведет себя по-разному.
Традиционная боль многих семей, где родители не кровные. Мама второй раз вышла замуж. Вроде новая семья, а у нового «папы» с ребенком от первого брака отношения не ладятся. И счастье потихоньку уменьшается, а со временем может растаять как первый московский снег. В этом случае нужно повышать уровень сплоченности, налаживать эмоциональный контакт, а не раздражаться и пытаться воспитывать.
Каким образом?
Переворачивать и закрывать страницу своей жизни, где основной сюжет разворачивался вокруг претензий, раздражений из-за плохого поведения, угроз, обид и страхе наказаний. И стараться хотя бы на 15-20 минут ваше внимание обращать только на малыша, находить что-то общее, то, что ему интересно, предлагать захватывающие игры по возрасту.
Дети в доме, даже не родные, это официальная возможность вернуться в детство. И вам никто не скажет, что вы психически нездоровы. Собирать вместе все конструкторы, кататься на свежем воздухе на самокатах и роликах, да просто гонять мяч во дворе. Такие моменты наполняют энергетические резервуары детской души и сближают вас эмоционально. Вы перестаете быть чужим родственником, который только что-то требует и ничего не дает.
Но важно понять, что вручить дорогой подарок и удалиться по своим делам, это не способ повысить сплоченность. А вот найти время вместе порадоваться успехам, обсудить, что было нового, что радует, а что бесит – совсем другой уровень родительской компетенции. К этому нужно стремиться, если хотите, чтобы дети вас уважали и считали авторитетом. Такие моменты запоминаются на всю жизнь, и вы становитесь тем, кому реально доверяют.
И только при условии, когда резервуары наполнены любовью и пониманием, расширяется зона, в которой вы можете договариваться по-взрослому: и по дисциплине, и по каким-то просьбам и правилам.
Почему важно повышать уровень сплоченности?
В подростковом возрасте дети разворачиваются к сверстникам и попадают под сильнейшее влияние цифровой среды, очень легко вовлекаются в разные группы, часто деструктивной направленности. Поступают необдуманно под властью других людей и коллективов.
Так вот, если удалось сохранить доверительные отношения, то шансы, что вас реально услышат, а главное, прислушаются, возрастают в разы.
Важно выстраивать со своим ребенком зону эмоциональной близости и работать над тем, чтобы она расширялась. В такой семье значительно снижаются конфликтные ситуации. Возникающие сложности не переходят в эскалацию, а договоренности реально выполняются, а не саботируются. В этом случае члены семьи видят себя, как связанное целое, они с радостью возвращаются домой, потому что там есть зона наполнения, а не бесконечная трата психоэмоциональных ресурсов.
Как семья блокирует развитие личной ответственности?
В каждой семье есть так называемые стабилизаторы – то, что помогает держаться вместе: общий дом, общие источники доходов и способов заработка, общие интересы и увлечения. Это скрепляет систему, помогает ей развиваться и проходить жизненные циклы.
Но часто супружеская жизнь превращается в рутинный процесс, где уже не осталось никакого содержания, кроме родительских функций. Дети в такой семье являются смысловым центром – цементом, на котором держится здание, без которого все развалится: «Живем как кошка с собакой, вместе находимся из-за детей».
Ребенок должен проходить этапы взросления, у него есть готовность, но мы зачастую мешаем естественным процессам. В этом случае отклонения в поведении и развитии становятся мощнейшим стабилизатором: «Мы не можем развестись, потому что у нас трудный и/или больной ребенок».
Получается, что единственная причина, из-за которой пара существует и держится вместе, – это так называемый «проблемный ребенок», то есть тот случай, когда сложности объединяют. Если сын/дочь становится стабилизатором, то начинаются трудности сепарации.
На практике это выглядит следующим образом. Например, единственное что связывает мужа и жену – это тема вовлечения в игровую среду их сына. Как следствие, обычно добавляется и снижение успеваемости в школе. Вся система немедленно объединяется, ребенок превращается в так называемый дисфункциональный стабилизатор, вокруг которого начинает выстраиваться жизнь. Это проявляется в чрезмерном контроле, давлении, наказаниях. Теперь эмоциональное состояние супругов полностью во власти того, как ребенок отучился и сколько времени проводит за компьютером. Мы готовы подглядывать в щелку двери, стоим рядом с будильником, физически заставляя учится, надеясь, что это изменит поведение.
В норме любой школьник должен пройти этап определенного осознания того, что он сам создает свои успехи и неудачи и взять ответственность за результаты. А задача родителя – создавать условия, помогать в этом.
Но в семьях, где ребенок является стабилизатором, происходит обратное.
Родители не видят или не верят, что их школьник способен взрослеть, все больше брать руль управления своей жизнью в свои руки. Такая личность отличается достаточно пассивной позицией по отношению к действительности, поэтому во взрослом возрасте у него нет мотивации пробовать в чем-либо свои силы, уезжать от родителей на более долгий срок, чтобы в определенный момент отделиться полностью и создать свою семью. Очень часто это происходит в семьях, где ребенок с особенностями. Чем больше сил вложено, тем больше уверенности: «Он/она без меня не справится».
Чрезмерный контроль стопорит развитие личной ответственности, поэтому процветает так называемая подростковая инфантильность. Часто причиной такого поведения является неосознаваемый страх: «Я боюсь, что он наделает ошибок!»
А любая двойка или, не дай бог, провал воспринимается, как личный удар по родительскому ЭГО. Поэтому лучше пусть «дома сидит».
Уже подросток растет, меняется, у него есть потребность в самоактуализации. Если эти потребности оказываются неудовлетворенными, мы получаем, в том числе, проблемное цифровое поведение, в сложных случаях, переходящее в детские неврозы.
Одна из стратегических задач развития семьи – помочь стать взрослым, самостоятельным, ответственным за свое поведение и жизненный выбор.
Нормальное психическое развитие – это ежедневное получение опыта. Но когда цель всей семьи – «защитить» свое чадо, а не обучить, то ребенок замедляется в личностном росте и развитии. В крайнем варианте это выглядит, как уже взрослый человек живет с родителями, часто страдая от зависимостей, без каких-либо навыков самостоятельного управления своей жизнью.
В вопросах взаимодействия с цифровой средой личность должна набрать определенный ресурс, понимание, основанное на собственном, в том числе негативном опыте. Дети готовы взрослеть, вопрос в способностях родителей им в этом как минимум не мешать. Посмотрите, как ваш ребёнок мыслит на данный момент. И вместо попыток его организовывать, откроется понимание зоны роста. Вы увидите проблемные точки, на которых давно пора сосредоточиться и отдельно понять, что ещё скрепляет семью, и если это только трудный подросток, то стоит задуматься о причинах и следствии.
Под властью эмоций
Что такое реакционное воспитание?
Чтобы понять принцип работы психики вашего ребенка при используемой модели воспитания, необходимо разделить весь процесс на множество отдельных элементов. Пересмотреть каждый из них, выявить проблемные зоны и собрать снова в единый механизм. Самое главное, что полученный результат уже будет другим, поэтому мы детально сосредотачиваемся на том, как точно не надо. Это самый важный шаг. Способность заметить за собой автоматические реакции, которые как правило совсем не работают в долгосрочной перспективе.
У каждого из нас сформирована простая связка, которая запускает нашу воспитательную машину. Например, мы видим сидящего в гаджете ребенка, который упорно не хочет от него отлипать. Этот стимул запускает абсолютно автоматическую и неосознаваемую реакцию.
Если собака видит опасность, что происходит? Автоматически начинает рычать. Когда угроза растет, то лает без остановки. Кошка начинает шипеть. Примерно то же самое происходит у родителя, он чувствует: «Мой ребенок в опасности!» И запускается автоматический процесс, который многие и называют воспитанием. Но на выходе мы получаем не результат, а ответный лай и шипение наших детей.
Реакционное воспитание – действия шаблонными методами, взятыми, как правило, из родительской семьи. То есть меня отец бил (воспитывал), я делаю так же и считаю это правильным. Все советчики «идут лесом», потому что критически оценить разумность своего подхода бывает больно.
Если проблемы растут, то мы пытаемся решать их под властью импульсивных реакций, когда уже назрело. Например, ребенок просидел весь день в телефоне, потому что у родителя не хватило ресурсов как-то его организовать. А потом мы кричим, ругаемся: «Что ты в телефоне сидишь!»
Все это неспособность управлять своим психологическим содержанием. Родитель испытывает определенные эмоции, это толкает нас к необдуманным действиям, другими словами, у реакционного воспитателя есть несколько обкатанных способов реагирования на проблему, которые он по очереди применяет. Например: «Плохо учишься, останешься без гаджетов».
На выходе получается воспитательная модель, которая реализуется под властью импульсных, сиюминутных и автоматических реакций: «зазвонил колокольчик, выделилась слюна, пошел(а) воспитывать». Конечно, многое зависит от степени реактивности воспитательной модели. Да и в любом случае, лучше взрослый, который тревожится и что-то делает, чем, когда вообще рядом только гаджет, который заменяет живое общение и становится самым главным другом.
Игровая и интернет-зависимости являются психическим расстройством личности, но все эти механизмы формируются, в первую очередь, от несовершенства семейной системы. Поэтому наша задача – выявлять свои обкатанные годами способы реагирования на проблемы со своими детьми, которые по факту являются малоэффективными или только ухудшают ситуацию, и исключать такие приемы. Это абсолютно нормальный процесс, который реализуется в голове у каждого сознательного и размышляющего взрослого – такое движение в стиле «горячо-холодно», то есть надо быстро отбросить те шаблонные реакции, которые толкают в яму дисгармоничных отношений. Потому что, чем серьезней этот дисбаланс и чем сильнее эмоционально качает родителя, тем тяжелее становятся эмоциональные нарушения у детей.
По сути ставим два вопроса: «Что я делаю не так? Как быстро это изменить?» А для этого надо выявлять в себе зоны, когда я на эмоциях пытаюсь «рычать или гавкать» в надежде на какой-то адекватный результат. Но, чтобы он был, надо учится контролировать свои эмоции, в первую очередь, что поможет уйти от эпизодов реакционного воспитания.
Как родители подрывают свой авторитет?
Каждый из нас осознанно или не очень на данном этапе жизни создал определенные способы взаимодействия: как мы общаемся, воспитываем, разрешаем конфликты друг с другом и со своими детьми. Конечно, очень много факторов формируют взрослеющую личность, влияют на поведение и результаты в целом, на цифровые привычки в частности.
Обсудим один механизм, который нужно держать в рабочем состоянии всегда, потому что, если поломка – то все, что вы предпринимаете, может не приносить никакого результата. Это внутрисемейная иерархия.
Для примера возьмем народы Кавказа, где традиции еще сильны, когда для младшего поколения отец является непререкаемым авторитетом, главой большой семьи. Интересный факт, что это настолько недосягаемая личность, что дети с ним напрямую даже не разговаривают, все через мать.
Мы же часто сами разрушаем свой авторитет, а потом пытаемся как-то влиять на своих детей. Но результат приближается к нулю. Авторитетный взрослый – это личность, до которой хочется дотянуться, хочется быть «как он». Как планеты вращаются вокруг солнца, так и дети должны находиться под влиянием сильного родителя. Как только в этой системе происходит поломка, всё – он отрывается и летит по цифровому пространству без какой-либо траектории, собирая космический информационный мусор по пути.
Бесспорным считается, что авторитет родителей должен быть всегда и везде выше авторитета детей. Это одно из основных условий функционирования семьи. Большинство из нас вообще толком не понимает, что такое родительский авторитет. Наблюдается искаженное восприятие, например, если мальчик рос вообще без отца. Нам кажется, что власть у того, кто сильней, поэтому дети просто должны мне подчиняться по умолчанию. Кто сильней, тот и командует. Это очень большая ошибка.
Ребенок будет уважать и слушать, когда отношения строятся на идущем из глубины личности признании авторитета другого. Подчиняться тому, кто берет на себя тяготы ответственности, связанные с этой властью, тот, кто способен защитить физически (накормить, обогреть) и эмоционально (поддержать, задать ориентир), другими словами – сильная родительская фигура в психологическом поле.
Очень часто своими действиями родитель этот авторитет разрушает, например:
– внутрисемейные конфликты, когда родителя при детях начинают унижать друг друга;
– реакционное воспитание, когда взрослый, не справляясь со своими проблемами, набрасывается на ребенка и пытается воспитать;
– зависимый взрослый, когда пьющий отец начинает учить сына как жить, а по факту работает только мать.
Авторитет выстраивается через механизм идентификации – на подсознательном желании ребенка быть таким, как отец, мать.
Авторитет родителей строится далеко не вокруг применения силы, а через создание атмосферы, когда дети действительно уважают, ценят и любят своих родителей. А для этого нужно самим быть центром притяжения, развивать свою личную силу, в том числе уважение в обществе.
Особенно проблемной является зона, где дети остаются с матерью после развода. Как правило, даже если семья распалась, то в вопросах воспитания у адекватных людей цели сходятся. Нужно помнить про свою ответственность, свой авторитет: «Как мой ребенок меня воспринимает?» Если на этом этапе время упущено, то родителям в любом случае придется уделить внимание, только проблемы будут уже на другом уровне, как вариант: вовлечение в деструктивные группы, игровая зависимость и пр.
В информационном обществе добавилась еще одна переменная. Дети поголовно тусуются, даже живут в интернете. И авторитет взрослого будет выше у тех, у кого родитель сам хорошо адаптирован в этом же пространстве, тогда он будет пользоваться уважением.
Как перестать соперничать с взрослеющим ребенком?
Отдельно стоит обсудить вопрос иерархии с точки зрения взросления.
Мы уже обозначили, что авторитет есть в случае, если еще пока маленький человек на подсознательном уровне уважает своего родителя, хочет быть такой же. Поэтому важно грамотно выходить из кризисных зон, которые возникают абсолютно у всех. Требования к детям должны меняться по мере развития самосознания.
Часто же напряжение между родителями и детьми нарастает, выливаясь в конфликты различной степени деструктивности. То есть наступает момент перестройки правил, но взрослые не спешат это делать. Как правило, на это никто не обращает внимания, пока не пойдут звоночки, а в некоторых случаях должен зазвонить колокол.
Очень широко применяемая модель, когда мы понимаем, что подросток от нас зависит, а в случае прямого неподчинения мы, как рулон обоев, разворачиваем свой авторитет и часто в неадекватном эмоциональном состоянии пишем список того, что он нам должен по умолчанию.
Сюда включается всё: старые обиды, давно забытые конфликты, детские ошибки и т.д. Всё заносится в этот лист и объявляется ультиматум: «Только попробуй мне…».
Взрослеющему человеку, которому по большому счету надо в себе как-то развивать самоуважение и уверенность, остается, как говорится, сидеть и помалкивать.
Такая модель реакционного воспитания, связанная с проверкой прочности власти в семье в психологии, называется «доминирующий аффект», точнее говоря, в случае, когда родитель встречает прямое неподчинение, то эмоционально взрывается, спускает всех собак, проявляет высший уровень агрессии. Этот механизм строится на соперничестве с взрослеющим подростком с целью обозначить, кого тут надо слушать. Но это не работает.
Во-первых, наша цель – автономная личность. Любая проблемная зона требует общей перестройки, согласования и приспособления. Со своими детьми не надо бороться. Нужно учиться контролировать свои же аффекты, выходить из этих состояний. А потом садиться, обсуждать и договариваться. Соперничество должно смениться на чувство, связанное с заботой друг о друге. Спокойный, рассудительный родитель, умеющий правильно объяснить смысл поступка и его последствия, будет пользоваться авторитетом в разы больше, чем взрослый, который пытается чего-то добиться в ярости или панике. Важно понять, что дети – прекрасные эмпаты, они чувствуют вас идеально, и легко могут развлекаться, выводя на реакционное воспитание.
Почему вы скатываетесь в конфликт?
Уставший родитель приходит с работы, видит ребенка, который третий час играет или смотрит ролики – традиционно плюс-минус сценарий у всех одинаковый. Мы не можем это терпеть, реагируем бурно, эмоционально. Часто одного взгляда достаточно, чтобы запустить лавинообразный и сокрушительный гнев.
Начинается конфликт. Состояние взрослого уже очень далеко от какого-то подобия адекватности, поэтому просто договориться и обсудить по модели «Как сделано? Почему так сделано? Как надо было? Что помешало? Как планируешь следующий раз?» не получается. Мы не в силах сдерживать всю свою массу негатива и выплескиваем все это «добро» на детей.
Все заканчивается эскалацией конфликта, осуществляется переход на новый виток, и реакционное воспитание у многих быстро переходит в доминирующий аффект. Эта модель воспитания закрепляется, как основной паттерн взаимодействия.
По итогу ребенок привыкает находиться в определенной позиции. Какой? Со временем он рассматривает себя с позиции плохого, бессильного, неспособного повлиять на ситуацию. Но самое главное, потихоньку разрушается собственное «Я». В формирующейся психике закрепляются установки: «Я не смог организовать свой день, поэтому я слабый, я безвольный». И дальше уже это мнение о себе начинает воздействовать на поведение, дети попадают под влияние информационной среды и развиваются формы зависимых проявлений, когда «я понимаю, что мне надо переключиться, но самостоятельно сделать это уже не в силах».
Задачи взрослого:
– Уменьшать эмоциональное реагирование на действия/бездействия ребенка.
– Смещаться от неконтролируемых срывов (реакционного воспитания) к продуманным и последовательным шагам.
– Выходить из автоматического воспитания путем развития осознанного, проактивного поведения.
Точки кипения
Как определить степень реактивности моей воспитательной модели?
Берем шкалу, любую, какая вам нравится. На одной стороне размещаем наше неадекватное поведение: крики, обидные, ранящие слова, щелбаны, применение силы, любые автоматические эмоциональные реакции.
Теперь спросите себя: «В кого я превращаюсь? В бешеного разъяренного быка? Или в разъяренную пантеру?», – у каждого появится свой образ. «Какая доля моего воспитательного процесса происходит в этой точке? Как часто я пытаюсь подействовать на своего сына или дочь, абсолютно неконтролируемыми с моей стороны действиями?»
Все это можно объединить в один термин – реакционное воспитание.
На противоположном полюсе размещаем спокойного, взвешенного, психически устойчивого взрослого, который отвечает за свое эмоциональное состояние и способен его контролировать. Он умеет вовремя заметить и предотвратить надвигающийся срыв, способен выбрать другую модель поведения. Для продвинутых – может перебрать несколько вариантов («Как сейчас лучше поступить?») и выбрать самый эффективный.
Абсолютно каждый взрослый может склоняться как в сторону реакционного стиля воспитания, так и в прямо противоположную: кто-то все общение со своими детьми превращает в эмоциональный взрыв с набором требований «хорошего поведения», а кто-то интересуется темой, продвигается в сторону более осознанного воспитания.
Мы люди, а не роботы. У нас есть свои чувства, нас никто не учил быть идеальным родителем. И да, у нас действительно бывают такие моменты, когда трудно сдерживать себя, как говорится – накипело.
Ваша задача примерно определить:
«Где я нахожусь на этой шкале? Ближе к реакционному воспитанию? Или ближе к осознанному, с применением на практике психолого-педагогических знаний?»
«Какова степень реактивности моей воспитательной модели?»
«Как часто я воспитываю на эмоциях?»
Понимание и самонаблюдение дает своеобразную точку роста. Регулировать детское поведение можно другими приемами, которые дают потрясающие результаты. Да, на это нужно терпение, легче накричать, унизить. Но необходимо отдавать себе отчет – абсолютно все эмоции застревают в мышечной памяти и это влияет на всю дальнейшую жизнь.
Как понять свое состояние?
Все люди абсолютно разные. В психологии существует целый раздел, занимающийся изучением характера, описанием типов, сущности, а также исследованием его развития и формирования. Отсюда следует, что и на поведение своих детей все реагируют индивидуально. Кто то, увидев проблему, сразу срывается и переходит на истошную истерику, а другой может терпеть полгода, молчать, а потом – срыв. Как правило, характеры у всех уникальные, но при определенном стечении обстоятельств родитель переходит в реакционное воспитание. Простым языком мы называем эти обстоятельства точками кипения, и их необходимо знать.
Если по-простому – «Когда меня несет? Когда я слетаю с катушек и превращаюсь в неуправляемую жижу эмоций?». Например, после звонка из школы или после очередного недопустимого поступка. Даже самых просветленных может накрыть абсолютное помутнение рассудка, если дело касается собственного ребенка.
Например, я теряю контроль при сильной усталости, как правило вечером. Если сознание в это время суток сталкивается с малышом, который что-то пачкает или проливает, начинает таскать еду. Запускается автоматическое реагирование – раздражение, злость, гнев и вспышки ярости.
Подобные ситуации надо учиться быстро замечать, это дело опыта и практики, хотя до совершенства получается доходить далеко не всем. В такие моменты очень помогает юмор – следует посмеяться над собой и своей неадекватностью. И ключевое – в следующий раз поступить более адекватно.
Как перестать раздражаться?
Что испытывает родитель, когда видит своего сына или дочь, играющего в телефон? Самая популярная эмоция – раздражение.
Интересно, что в этот момент мы сами часто сидим с гаджетом в руках, но недовольство, что он/она не бежит самостоятельно делать уроки, растет и требует выхода. А если мы действительно заняты чем-то серьезным, то детское безделье вызывает резонное недовольство. И мы срываемся. Зачем носить эмоциональный мусор, если можно вывалить его на своего сына или дочь, правда?
В этих случаях стоит задуматься: «Какова моя доля ответственности?» Возможно, мы не позаботились заранее о создании мотивации к обучению. Часто на реактивное воспитание нас выводят разность наших ожиданий между «каким бы я хотел видеть своего ребенка» и реальностью – «какой он по факту». Тот есть результат не тот, который мы ожидали. Это толкает к срыву.
В такие периоды надо поразмыслить над тем, что именно я, взрослый, несу ответственность за все, что происходит. И спокойно продумать, что мне как родителю нужно делать, чтобы подобная ситуация не повторилась, спланировать и честно попытаться реализовать.
А накопленное раздражение эффективней пустить в работу, чтобы были ресурсы для создания насыщенной среды в виде спорта и досуга, наполненного яркими и положительными эмоциями. Потрясающе, если хватит терпения просто обсудить то, на что вы среагировали, заодно рассказать и научить на личном примере процессу сублимации.
Как перестать срываться?
Обсудим прием, который я называю «за минуту до срыва». У каждого в доме есть электрический чайник. Сначала нужно время, чтобы вода нагрелась и начала закипать, а потом кнопка отключается автоматически.
Наше реакционное воспитание строится подобным образом. Необходим какой-то внешний стресс-фактор, который запускает реакцию. Соответственно, чем сильнее стимул, тем менее контролируемый происходит процесс. Потом кнопка отключается – успокоились.
Очень легко эту цепочку разорвать. Надо просто обозначить, что происходит. Я обычно говорю: «Я сейчас сорвусь и начну орать, потому что …». Во-первых, дети сразу реагируют. Во-вторых, вы уже сами для себя проговорили эмоциональное состояние, тем самым, выключив кнопку до того момента, пока не произошла точка кипения. Этот прием так и называется – за минуту до срыва. Постоянная практика поможет снижать степень реактивности своей воспитательной модели.
Как по-новому посмотреть на проблемы?
Самое распространенное заблуждение у нас, родителей, что у сына/дочери проблемы.
Как это обычно выглядит? Он/-а ничего не хочет, его ничего не интересует, только в телефоне сидит и шорты листает. Уже не знаю, что делать. Знакомо?
Дальше ситуация доходит до критической точки, начинается снижение успеваемости в школе. А родители вместо адекватных действий обычно просто безрезультатно срываются.
Обсудим еще один механизм, чтобы вы в своей голове смогли разорвать цепочку между поведением и воспитательным процессом на эмоциональной волне. Для этого нужно понять одну простую вещь. Любая детская проблема – это общая зона развития собственной личности. Все, что сейчас происходит – наших рук дело. Меняемся сами, свои подходы, как следствие наблюдаем изменения в мышлении и поведении своего ребенка.
Поэтому к возникающим сложностям нужно относиться, как к симптомам, возникшим из-за какой-то семейной дисфункции.
Например:
– если подросток вовлекается в цифровое пространство, значит в семье созданы условия, психоэмоциональная среда, от которой есть желание убежать;
– внутриличностные переживания, амбивалентные состояние, свойственные возрасту, создают зону напряжения, которые отлично снимается онлайн;
– или потребности взрослеющей личности не перекрываются, поэтому ребенок добирает что-то в сети.
И это является зоной роста психолого-педагогической компетентности для всех членов семьи. Каждый может найти и изменить механизм взаимодействия, в результате чего со временем вы получите кардинально другие формы поведения.
Поэтому для детей, которые уже привязались к гаджетам, просто забрать устройство – не работает от слова совсем. Нужно искать, причину, где формируется аддиктивная часть, на каком этапе вашей воспитательной модели происходит поломка. Тогда и симптоматика со временем уйдет.
Это очень важно понять родителям, у кого ребенок теряет интерес и мотивацию к обучению, спорту, какому-либо развитию в реальной жизни. Не нужно доводить до момента, когда личность свое место в окружающем мире определяет только в киберсреде. Не стоит надеяться, что как-то само разрешиться, и уж тем более истерить в надежде улучшения ситуации. Надо анализировать шаблоны поведения и менять те, которые приводят к сбою системы.
Если симптоматика усиливается, то с каждым годом увеличивается и зона, требующая изменений, поэтому лучше купировать сразу. Для этого достаточно просто придерживаться рекомендаций по профилактике, которые мы обсуждаем.
Почему угрозы отобрать телефон не работают?
Как-то раз в другой стране мы взяли машину в аренду, чтобы, так сказать, самостоятельно изучить остров, на котором тогда отдыхали. Естественно, любознательный интерес потащил подъехать поближе к морю, чтобы насладиться окружающей красотой. Колеса маленькой машинки быстро завязли в песке. Что мы делали? Конечно, продолжали давить на газ в надежде, что вот-вот, подтолкнем и выйдем. Но авто продолжало вязнуть, вот уже бампер прикасается с песком. Прыгающих и пытающихся на эмоциях что-то предпринять туристов, заметили местные жители. Не спеша они оценили ситуацию, достали трос и на своем большом автомобиле вытащили нас.
Примерно тот же процесс можно сравнить со своей воспитательной моделью. У любого родителя есть эмоциональная и интеллектуальная системы – то, что происходит в голове за шаг до принятия решения.
