Девушка в соседнем номере, наконец, достигла пика наслаждения и резко затихла.
В какой-то момент меня охватил настоящий, глубокий сон и я в беспамятстве снова заснула.
Когда я в панике резко открыла глаза, стрелка на часах уже перевалила за девять. На ощупь, нащупав на тумбочке телефон, я просматривала входящие сообщения. Одно было от Тома. Он благополучно добрался дот гостиницы и ждал меня в 10:00 на завтрак. Слава богу, время на сборы оставалось.
Осторожно сажусь, свешиваю ноги с кровати и, выждав несколько секунд, поднимаюсь. Чувствую себя измотанной, но гораздо лучше, чем час назад. Видимо, я подхватила вирус, с которым организм справился благодаря антибиотику или собственной иммунной системе. Если не перенапрягаться, через несколько дней вернусь в норму.
Первоочередной задачей было привести себя в порядок и принять душ.
Ванная комната была миниатюрной, но грамотно спланированной и уютной, чего нельзя было сказать об остальном номере. Стоя под горячими струями воды, я наслаждалась каждым мгновением.
После водных процедур, обновленная и слегка взбодрившаяся, я переоделась в одежду, которую подняла с собой из машины. На такие случаи у меня всегда имеется запасной комплект: костюм и блузка. Делаю неброский макияж, сушу голову феном и укладываю непослушные распушенные волосы.
Смотрю на наручные часы. 9:50. Пора спускаться к завтраку.
***
Десять минут спустя мы сидим на крытой террасе уютного кафетерия. Том с аппетитом уплетает сэндвич с индейкой, а я – яичницу с беконом и бокал апельсинового сока.
– Как добрался? – спрашиваю, невольно смущаясь собственного болезненного вида.
– Довольно быстро.
– Удалось поспать?
– Немного. Чего не скажешь о тебе, – он посмотрел на меня поверх своего бокала, из которого только что отпил кофе.
– Видимо, в офисе подхватила вирус. Знаю, я не в лучшей форме.
– Мда… Джимми заболел первым и перезаразил половину отдела. Капитан не очень хотел отпускать меня из-за нехватки людей. Многие взяли больничный.
– Но ты справился, Том. Ты ведь здесь, – улыбаюсь ему в ответ.
– Не мог же я бросить тебя в чужом городе! В одиночку здесь не справиться. Для начала нам необходимо зарегистрироваться в местном участке, прежде чем приступать к розыскной работе. Нужно поговорить с местными полицейскими. Узнать, что им удалось накопать на Мишель Эттвуд и в какой стадии расследование затормозилось.
– Да, точно, совсем забыла про бюрократические проволочки. По словам Криса Олдриджа, полиция махнула рукой и ждет, что девушка вот-вот вернется домой.
– Что ж, надеюсь, мы это исправим. Глория, я искренне рад, что мне выпал шанс поработать с тобой, – Том едва коснулся моей руки, накрыв своей ладонью.
Замираю в растерянности, и, кажется, перестаю дышать на несколько секунд.
– Не говори ерунды. Вот увидишь, со мной не так сладко, как ты себе представляешь.
– Ты удивишься, когда узнаешь, но некоторые молодые агенты говорят о тебе как о легендарном персонаже.
Я пропустила комплимент мимо ушей, погрузившись в свои мысли: «Зачем он касается меня? Мы договорились не торопиться. Может, Том воспринял приглашение побыть моим напарником в буквальном смысле слова?»
– Когда ты достаточно хорошо меня узнаешь, поймешь, что это не про меня, – сухо отвечаю и высвобождаю руку резче, чем ожидала.
Делая глоток сока, я размышляю, что, возможно, слишком груба с Томом. Может быть, следует насладиться общением с приятным человеком, вернуться к работе и перестать погружаться в самокопание?
– Ты ведь живешь в Рочестере всего год? – неожиданно спрашивает Том, пытаясь сменить тему.
– Да.
– И так и не нашла себе занятие по душе, кроме расследований?
– Нет. Я честно искала, чем себя занять. Не могу сидеть просто на месте. Ненавижу бездействие. Посещение литературного клуба и вышивание меня точно не спасут! А может, слишком рано для таких дел.
Том улыбается и качает головой.
– Но разве покой и гармония не приносят тебе удовлетворение?
– Кто тебе сказал, что я нахожусь в гармонии с собой, Том? В моей чертовой жизни всё обычно идет не по плану!
В его глазах мелькнула тень понимания, будто он заглянул в самую суть моего сумбурного существования. «Не по плану» – мягко сказано. Моя жизнь напоминала американские горки, только без ремней безопасности и с постоянно ломающимися тормозами.
– У каждого свои представления о счастье, – произносит Том, отпивая кофе. – Возможно, тебе нужно не искать занятие, а найти причину двигаться дальше, ради чего ты будешь просыпаться по утрам.
Его слова задевают меня за живое. Причина. Именно её я отчаянно искала год, блуждая по улицам Рочестера и копаясь в чужих грязных тайнах. Том прав. Погоня за адреналином и разгадывание головоломок – способ заглушить внутреннюю пустоту.
– Легко рассуждать, когда твой мир упорядочен, – проронила я, ощущая, как внутри поднимается волна раздражения. – У тебя есть карьера Том, признание, умиротворенная размеренная жизнь. А я… Я последнее время просто пытаюсь не рассыпаться на части и исправить прошлое.
Том внимательно взглянул на меня. В его глазах не было ни осуждения, ни снисходительной жалости. Лишь спокойное понимание. В этот момент в моей душе затеплилась робкая надежда, что, возможно, с этим человеком я смогу не только удачно раскрыть очередное дело, но и построить что-то гораздо более значимое. Хотя я не хотела забегать вперед и кормить себя пустыми иллюзиями.
Он издал тихий вздох, словно подтверждая мои слова, и отправил в рот последний кусок сэндвича.
– Умиротворенная жизнь? – Том помотал головой и усмехнулся, отодвигая чашку. – Поверь, Глория, за завесой моего благополучия скрываются целые кладбища скелетов. Просто я научился с ними сосуществовать, вплел их в канву своей повседневной жизни, – он замолчал, размышляя, стоит ли продолжать. – Думаешь, я всегда знал, чего хочу? Я тоже блуждал, совершал ошибки, терял. Разница между нами в том, что я не боялся экспериментировать, даже если это казалось полным безумием.
Его слова раскрыли передо мной новую перспективу. Я пребывала в полной уверенности, что Том – воплощение незыблемой стабильности, человек, чья жизнь подчинена строгому расписанию. Оказывается, за безупречной маской скрывался большой жизненный опыт, отмеченный взлетами и падениями, сомнениями и бесконечными поисками.
Возможно, у меня проблема кроется не в отсутствии цели, а в глубоко укоренившемся страхе перед неудачей. Я так боялась оступиться, что отказывалась даже сделать первый, неосторожный шаг.
– Спасибо за минутку философии, Том. Поразмыслив, я обязательно вернусь к твоим словам.
– Хорошо. Пора приступать к делу. Схожу, переоденусь и буду ждать тебя внизу, у машины.
– Договорились.
Том встает из-за стола и удаляется.
Провожаю его взглядом. После разрыва с Эндрю я поклялась себе, что никогда больше не позволю заводить новые отношения. Я изо всех сил стараюсь, но без любви жизнь невыносима одинокая. Однажды я попыталась завязать знакомство в чате, общаясь с парой незнакомцев, но попытки потерпели фиаско. Я была несправедлива к ним, выискивая малейший повод, чтобы завершить общение. Если убедить себя в том, что, отталкивая мужчин на подсознательном уровне, я поступаю правильно, всё обретет гораздо большую ясность.
Доедая тост, я заметила, что сама не осознавала, как привыкла к одиночным трапезам. Уединение помогает упорядочить мысли. Я не видела в этом ничего предосудительного и не обращала внимания на сочувствующие взгляды молодых парочек. Мне даже не нравился шум офисного здания, когда я работала в Нью-Йорке, поэтому я обустроила там отдельный кабинет. Тишина рабочей обстановки позволяла более детально сосредоточиться на деле. Эндрю, всегда нравилась эта особенность во мне, или, возможно, он просто говорил это для успокоения моей души.
Мысли вновь вернулись к нему. Сердце до сих пор сжималось от тяжести и боли. Я искренне любила мужа, от всего сердца. «Так что же тогда переспала с Тео?» – настойчиво твердило подсознание. И действительно? На этот вопрос у меня не было вразумительного ответа. Просто так сложилось или обязано было случиться. Я не верю в совпадения.
В этот момент мне вспомнилась древняя китайская пословица:
«Невидимой красной нитью связаны те, кому суждено встретиться, независимо от времени, места и обстоятельств. Нить может растягиваться или путаться, но никогда не порвется».
В Древнем Китае считалось, что если люди встретились однажды – это случайность, если дважды – это судьба.
Красная нить судьбы – распространенное в Китае и Восточной Азии поверье о том, что боги привязали к щиколотке каждого из нас красную нить, а затем прикрепили её к телу тех, с кем нам суждено соприкоснуться. Нить может растягиваться или сжиматься, но не рвётся. Если двум точкам суждено соединиться, Вселенная всегда найдет способ связать их. Таким образом, у предназначенных друг другу судьбой мужчины и женщины появляются на щиколотках невидимая красная нить, связывающая их навсегда. Управляет нитью Лунный старец Юэлао. Для нити не являются преградой время, место или расстояния. В назначенный провидением срок она начинает сокращаться до тех пор, пока двое не встретятся.
Эндрю Гейб был послан в мою жизнь судьбой, я искренне верила в это. Так почему же я оттолкнула его? Я упорно иду против судьбы, против собственного желания быть рядом с ним. Моя трусость? Слабость? Страх? Или все это собралось воедино… Мне предстоит разобраться в этом в кратчайший срок, пока я окончательно не потеряла рассудок.
***
Час спустя я сидела в душной комнате капитана полиции Луи Харриса в отделении Нью-Джерси.
Том нашел старых приятелей и теперь оживленно болтал с ними в холле.
Со слов секретарши, капитан ожидал моего приезда, о чем заранее предупредил её несколько дней назад. «Очень предусмотрительно», – подумала я.
Чтобы не терять время впустую, мы с Томом заранее договорились: он займется сбором информации у ведущего следователя, а я проведу беседу с капитаном Харрисом. Мне не очень нравилась эта перспектива, но поскольку я назначалась ответственной за расследование исчезновения Мишель Эттвуд, вариантов не оставалось.
Капитан Харрис, сегодня пребывал явно не в духе, хотя я совсем не знала этого человека, но едва взглянув на него, у меня сложилось чёткое убеждение. Возможно, мы приехали слишком рано и испортили ему завтрак, состоящий из двух пончиков, щедро политых шоколадом, и стакана крепкого кофе. В любом случае, от капитана исходили не самые добродушные флюиды.
Лицо его покрылось багровым румянцем раздражения, а челюсть воинственно выпирала вперед. Он впился в меня своими темными глазами, будто стараясь вывернуть наизнанку моё нутро.
– Вы так любезны, детектив Берч, что согласились взяться за дело, – начал он, скрывая едкие нотки в голосе. В руках он сжимал кружку, которую с грохотом поставил на стол. На губах частично остался шоколад от надкусанного пончика. Стоило ли ему об этом сказать, но зачем лишать себя удовольствия. – Чем я могу помочь?
– Как вы знаете, мы прибыли сюда с напарником для оказания содействия в расследовании исчезновения Мишель Эттвуд. Девушка пропала девять дней назад и по моим сведеньям никаких поисковых работе не ведётся в направлении отыскать её.
Капитан тяжело вздохнул и вынул из нагрудного кармана пачку сигарет. Достав одну, он зажал её в губах и чиркнул спичкой. Я терпеливо ждала окончания прозаичного ритуала. Мне не привыкать видеть полицейских, которые пытаются вывести меня из равновесия, когда они начинают вести свою игру «кто здесь крутой коп.
– А я-то думал, таких небезразличных детективов совсем не осталось. Здесь, у меня в отделе убийств, одни оболтусы работают! Нет прежней хватки у молодежи. Поминаете? Чуйка отбита начисто! Все хотят побыстрее спустить дело на тормозах, да получить зарплату. У нас не так часто происходят зверские убийства или тяжелые преступления, детектив Берч. Это вам не Нью-Йорк! Обычно, ну, вы понимаете: мелкие семейные разборки, бытовое насилие, побои, всякое такого рода мелочи, – пробормотал капитан, выпуская струю дыма к потолку. Его взгляд остановился на мне.
– Прекрасно понимаю, капитан Харрис. Поэтому мы здесь, чтобы помочь разобраться в запутанном деле.
– Интересуетесь, значит, серьёзно этим расследованием?
– Да. Капитан Берти Уилсон, должен был связаться с вами и предупредить о нашем визите. Мы всего лишь хотим помочь вашему участку закрыть дело как можно скорее и найти девушку.
– Угу… Мы только «за», детектив Берч. С вашим-то послужным списком и опытом, не составит труда быстро его раскрыть. Лично я сразу согласился, когда старина Уилсон позвонил. Мы вместе учились в академии, а потом довелось служить в одном полицейском участке, пока я не переехал в Нью-Джерси. Тому минуло сто лет. Честно сказать, я завидую старине Берти, что он заполучил вас в свой отдел.
–Почему? – поинтересовался я, невольно заинтригованна.
– О, это ведь настоящая удача! – задорно воскликнул Харрис. – Замысел Берти, несомненно, приведет к существенному росту раскрываемости в Рочестере, а значит, и к увеличению жалования. Да-да, милочка, деньги – универсальный стимул.
– Деньги – не высшее благо, сэр, – возразила я, ощущая, как мои внутренние убеждения вступают в конфликт с его циничным прагматизмом.
– Ладно, детектив Берч, не стоит лукавить, – Харрис окинул меня быстрым, проницательным взглядом. – Всем известно, с какой головокружительной карьерой вы покинули убойный отдел Нью-Йоркской полиции. Не сомневаюсь, на то были веские причины. Однако это ничуть не умаляет вашего обширного опыта и безупречного профессионализма. Коп всегда остаётся копом, – он дружески кивнул, будто наши беседы касались самых обыденных вещей.
– Полагаю, вы правы в одном: в мегаполисе всё ощутимо иначе.
– Скучаете по-прежнему месту службы?
– Новое меня вполне устраивает.
Его взгляд метнулся ко мне, исполненный ледяного недоверия.
– Ваш послужной список впечатляет, а раскрываемость неизменно высока.
– К чему эти почести, капитан Харрис? – вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я успела его обдумать.
– Да к тому, детектив Берч, – его голос стал более напряженным, – что не дает мне покоя одна мысль: почему вы пропадали из поля зрения ровно год? Долго восстанавливались после очередного выматывающего дела? Возможно… Тогда столько шума подняли из-за Даниэля Паркера-Райта, отпрыска помощника сенатора. Какой же был кошмар! Уверен, вы сменили место жительства, перебравшись в тихий городок Рочестер по сугубо личным причинам. Не скрою, я пробил информацию через интернет, следовал профессиональной привычке. И вот, спустя год, вы внезапно возобновляете карьеру линейного детектива, а теперь оказываетесь здесь. Вы достигли определенных карьерных высот, были замужем за миллиардером, а теперь сидите в душной комнатке рядового капитана. Зачем, детектив? К чему вся эта маскарадная игра? Мечтаете занять моё место? Вам кто-то пообещал его взамен на раскрытие дела о Мишель Эттвуд? – его голос оставался ровным, но лицо с каждой минутой приобретало более багровый оттенок.
Признаться, услышанное повергло меня в состояние полного ошарашенного недоумения. Как такому пожилому человеку мог прийти в голову подобный абсурд? Неужели меня, на склоне лет, ждет нечто столь же нелепое?
– Капитан, сэр, прошу прощения, – постаралась я говорить максимально спокойно. – Видимо, мы начали не с того конца. Я не могу понять, почему мой приезд вызывает у вас столь сильные опасения? Как мне представляется, в самом начале нашего диалога я предельно ясно обозначила цель моего визита. Меня не интересует продвижение по службе или иные подобные преходящие блага. Я вполне удовлетворена своим нынешним положением линейного детектива в штате Рочестер. Мне и моему напарнику, Тому Флетчеру, необходимо получить ваше письменное разрешение для начала расследования дела Мишель Эттвуд. Только и всего.
Капитан Харрис задумчиво разглядывал меня, явно пытаясь понять, не является ли моё поведение какой-то хитроумной уловкой.
– Я понял, детектив Берч, что вы выступаете в роли посла доброй воли. Мне также известно, что последний год вы занимались частной сыскной деятельностью. И произошло это после того, как ваш бывший напарник Рей Макларен пострадал от нападения, а муж подвергся нападению серийного убийцы.
Я оставалась неподвижной. Харрис, после своих слов, проявил некую тактичность, по крайней мере, внешне выразив подобие смущения. Он понял, что сболтнул лишнего и заходит на недопустимую территорию.
– Прошу прощения, детектив, не хотел бередить старые раны. Слова вырывались сами собой. В конце концов, дело в том, что нам действительно требуется ваша помощь, детектив Берч. Понимаете, нам известно только то, что девушка пропала без вести. Она просто исчезла. Расследованием занимался детектив Роберт Мур. Мы не можем начать полномасштабную операцию из-за ограничений бюджета. Мои руки связаны. Вы должны понимать, как нелегко распределять бюджет, когда каждый год его урезают. У нас не хватает ни людей, ни средств, чтобы как следует организовать поиски.
– Ясно. Вы сразу даете понять, что не выделите нам поисковую группу?
– Именно. Смогу предоставить в ваше распоряжение пару офицеров. Новичков. Извините, я знаю это не то, что вы ожидали. Им тоже требуется практика. А когда они узнают, что их наставником станет Глория Берч, их радости не будет предела. Это всё, чем я могу помочь.
Да, такой исход был предсказуем, хотя я все равно испытала настоящий шок от условий, в которых нам с Томом предстояло работать.
– Что детективу Муру удалось выяснить?
– Собственно, ничего из того, чего вы не знаете. Родители Мишель заявили о пропаже дочери, на следующий день как она не появилась на работе. Они просто осаждали участок целые сутки, пока я не отправил детектива Мура для беседы с ними. У девушки был парень, он, кажется, недавно вернулся из-за границы. Его опросили. Парень совершенно потерял голову и постоянно осаждал наш отдел звонками.
– Верно. Крис Олдридж.
– Точно, точно… Опросили ближайшие магазинчики. Кассирша вспомнила, что в день исчезновения, около шести вечера, похожая по описанию девушка заходила за обычным набором продуктов. Камер наблюдения в том районе, к сожалению, нет. Да, ещё известно, что Мишель Эттвуд оставила подруге сообщение на автоответчик: мол, поехала к клиенту для подписания документов. Но вы, же понимаете, искать этого клиента – все равно, что искать иголку в стоге сена! Не нашлось ни одного человека, который мог бы сказать, что видел Мишель после того рокового вечера, – продолжил Харрис. – Прошло девять дней. Дело фактически закрыто. Мы взяли образцы ДНК у Криса, отца девушки, и её начальника Гордона Адамса, чтобы в случае обнаружения тела, сразу исключить их из списка потенциальных подозреваемых.
– Превосходно! Какая дальновидность с вашей стороны.
Он покачал головой.
– Многолетний опыт.
– Вы выделите нам с Томом уголок, где можно разместиться? – я шмыгнула носом, чувствуя, что действие назальных капель, которые я распылила по дороге сюда, начинает ослабевать.
– Без малейших проблем, детектив. Вы очень поможете нашему отделу, если раскроете безнадежное дело, – докурив сигарету, Харрис тщательно затушил её в пепельнице, окончательно смяв окурок.
– Значит, вы тоже полагаете, что девушки больше нет в живых?
– О, насчет этого у меня нет никаких сомнений, – мрачно ответил он. – Чутье подсказывает, что в скором времени вы обнаружите труп бедняжки. Приличные девушки, если верить словам свидетелей, просто так не исчезают. Вы разделяете это убеждение, детектив Берч? – Харрис с ехидной усмешкой посмотрел на меня, будто я сама до этого никогда не доходила.
– Да. Это пока моя рабочая версия, сэр.
Он пару секунд смотрел на меня, а потом резко встал.
– Спасибо, что выкроили время, детектив Берч.
В его голосе появился холод.
– Не за что.
Я встала, и когда собиралась выходить из кабинета, он сказал:
– Найдите в отделе Роберта Мура, он всё для вас устроит. По возможности держите меня в курсе событий. Без разрешения не предпринимайте никаких спецопераций. И…удачи! Она вам точно потребуется.
Утвердительно кивнув головой, я вышла.
Следующие два часа ушли на то, чтобы обустроиться на новом месте, отсмотреть собранный детективом Муром материал, послушать присланную Крисом запись с автоответчика.
Посовещавшись, мы разделились. Том остался в участке, разбираться с базой данных Мишель. Требовалось отсеять всех мужчин и начать проверять каждого. На это уйдет уйма времени, но с чего-то надо начинать.
Сама я отправилась к первому в списке свидетелю. Ею стала кассирша из супермаркета. Алана Уокер.
ГЛАВА 5
Пробираясь сквозь лабиринт незнакомых улочек Нью-Джерси, я мысленно проклинала необходимость пользоваться навигатором. Район, в который я заехала, представлял собой причудливую эклектику старинной архитектуры и пышной, дикой зелени. Вместо примитивных фонарей здесь росли могучие деревья, склоняясь над мостовой, как древние стражи.
Улица, где обитала Алана, была щедро усыпана опавшей листвой, слетевшей с раскидистых кленов. Меня вынудил оставить автомобиль за несколько метров от нужного адреса плотный кортеж машин, плотно оккупировавших парковочные места у дома. Несомненно, я прибыла в разгар какого-то торжества – количество авто свидетельствовало о масштабной встрече.
Ступая по вымощенному тротуару, я ощутила давно забытое предвкушение, почти эйфорию. Любое соприкосновение с работой, любое дело, требовавшее аналитического склада ума, вдохновляло меня. Предстоял опрос свидетеля, и в груди вновь разгорелся тот самый азарт, что когда-то был моим верным спутником.
Внезапно, как холодный душ, вернулось воспоминание о Брайане, моем бывшем напарнике, чья жизнь оборвалась так нелепо на склонах Монблана. И прежняя радость мгновенно поблекла, уступив место щемящей тоске.
Я остановилась перед парадной дверью дома, который должен был стать моей целью. Взгляд скользнул по массивной деревянной двери, под которой, как мне виделось, скрывались ответы на вопросы, способные вывести на след Мишель Эттвуд. Опытный инстинкт детектива обострил чувства до предела.
Я сделала глубокий, контролируемый вдох. Затем выдох. Снова вдох. И выдох.
«Время действовать», – мысленно произношу, поднимаясь по гранитным ступеням к входной двери.
Едва мои пальцы коснулись резной поверхности, как дверь распахнулась. На пороге возникла женщина средних лет, с лицом, выражавшим настороженное любопытство. Её взгляд, откровенно оценивающий, пробежал по мне с ног до головы.
– Кто вы? – её голос прозвучал резко, почти враждебно.
– Детектив убойного отдела. Глория Берч. Мне необходимо увидеть Алану Уокер. Я по адресу попала?
Секунду женщина внимательно изучала меня, а затем, приняв решение, впустила внутрь. Пройдя по затемненному коридору, мимо ароматов, доносившихся из кухни, мы оказались в большой просторной гостиной. Здесь толпились люди, их лица были омрачены скорбью. Они держались небольшими группами, обмениваясь тихими, едва слышными репликами.
На диване, расположенном в центре комнаты, сидела женщина. Её взгляд был печален, глаза заплаканные. Она обернулась на звук наших шагов.
– Простите, мне нужна Алана Уокер.
Женщина медленно поднялась с дивана с растерянным видом. Присутствующие разом умолкли, их взоры, как один, устремились на меня, словно я была чем-то из ряда вон выходящим.
Алана, её шаги были тяжелы, подобно грузу скорби, приблизилась ко мне под нависшей тишиной.
– Простите, а вы собственно кто? – вопрос был полон явного недоумения, взгляд метался между мной и женщиной, проводившей меня.
– Детектив Глория Берч. Я расследую дело Мишель Эттвуд. Она пропала несколько дней назад. Вас опрашивал один из наших офицеров, однако мне бы хотелось услышать историю из первых уст. Если сейчас неподходящее время, я могу приехать позднее.
– Ах, это… Ничего, ничего… я смогу уделить вам время, – её голос дрожал, но она держала себя в руках. – Извините, просто у меня несколько дней назад скончалась мать. Сегодня прошла погребальная служба. Мы недавно вернулись с кладбища.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
