Я теперь ничего не боюсь!
Заручившись твоею защитою,
верой душу свою напитав,
я, смирившись с бедой пережитою,
свой житейский поправлю устав.
Поклонюсь Николаю Угоднику,
и уверую вновь в чудеса!
И считая свой годик за годиком
буду пристально зреть в небеса.
А чудес там несметное множество,
только жди, что к ногам упадет!
Вдруг раскрасит мне будней убожество,
и звезда моя снова взойдет!?
Постою у иконы с лампадкою…
За горизонт.. и вправо
Уйду, как рампы свет потухнет
и стихнут крики «Браво»!
Когда мой мир замрет и рухнет,
за горизонт.. и вправо.
Оставлю след из слов и взглядов, -
души моей кусочек.
Без шума, траурных нарядов…
всего лишь сотня строчек.
Уйду, когда падет планета ,
не станет больше силы.
Возможно, как-то на рассвете
свой путь найду к могиле.
Как жаль, что много так осталось
в душе моей сокрыто.
Жила, любила и смеялась,
да все теперь забыто!
Я растворюсь в небесной дымке,
в лесу или в дубраве…
Уйду, махнув вам всем косынкой,
за горизонт и вправо…
Ангел мой – сорванец
Ангелы бывают разными,
веселыми, нежными, праздными.
А мой, за моею спиной,
как чертик – такой озорной!
Он вместо того, чтоб беречь,
от бед и нерадостных встреч,-
хохочет, прищурив глаза,
а в них огоньком бирюза!
Какой-то чудной ангел мой!
Рожденный суровой зимой,
он верит в меня, как дитя,
пол века почти уж спустя.
Не хочет, ни разу помочь,
ни днем, ни в холодную ночь.
Нелегок мой жизненный путь,
а ангел..решил отдохнуть.
Но все же, люблю я его,
почти сорванца моего.
Надеюсь, однажды, хоть раз,
он выполнит божий заказ.
Прикроет, укроет, спасет,
в пути на руках понесет,
Ну а пока я справляюсь..
на шалость его улыбаюсь…
Улетела душа
В небо долго смотрю
без движенья, почти не дыша.
где за далью миров ждет всех нас Божий суд.
Отболела душа, улетела родная душа…
где к ответу ее, как и всех, призовут.
Сложно думать о том,
что тебя уже нет больше рядом.
Что уже НИКОГДА мне тебя не обнять, ни спросить..
И на небо тоскливо часами взываю я взглядом.
И ищу оборвавшую прошлое тонкую нить.
И прощенья прошу
у тебя, за тебя, моя мама…
Тихо плачет свеча, освещая твой путь неземной.
Ты же сильной была, удалой и, порою, упрямой..
А теперь ты мой Ангел.. Хранитель пожизненный мой.
На исповедь приду
На исповедь приду холодной осенью..
Какие там грехи – виски уж с проседью..?
Вот разве что унынье и не сдержанность?-
Так им в ответ добро, самоотверженность?!
Вот разве словоблудие моментами,
а в сердце злоба иногда фрагментами?
А вот любви.. совсем чуть-чуть осталось..
В душе тоска, и страшная усталость..
Еще судьей третейским я вдруг стала,
нет, не друзей сужу, – и так их мало.
Я осуждаю тех, кто не в бою,
разрушил всю семейственность мою.
