Страница 2 из 6
Люди разные. Кому-то хочется пообщаться, кому-то просто докопаться и высказать свое архиважное мнение. А у кого-то чешутся руки и ему надо слить именно «того самого чувака со стрима». Минутка славы, так сказать.
В стенах Сафиры я чувствовал себя в безопасности, но толкаться на площади и звать стражу при каждом чихе не особо хотелось.
Я снова вышел к стражникам, которые так и проматывали служебное время в закоулке. Они сидели на ящиках, разложив игру на третьем ящике между ними. Алебарды стояли рядом, прислоненные к стене.
Один стражник был постарше, усатый, второй молодой, еще, можно сказать, совсем зеленый. Кажется, именно при этих двоих из свитка вылез троллезавр Урчин.
– Что, друг Хаммер, многолюдно сегодня? – спросил меня седоусый стражник, что был постарше.
– Да, странников сегодня много, – задумчиво глядя в карты, сказал молодой.
– А еще все общительные такие стали, – улыбнулся седоусый, – Вот мне кажется, светлые времена скоро наступят. Мне сегодня здравствуйте сказали двадцать пять раз. И это за последние полчаса.
– Мне столько же, – сказал молодой, – И все один и тот же странник, стоял и тараторил. Чего он ждал, я не пойму. Я с ним поздоровался, а он все «здрасте».
Он потряс кулаком и выбросил на ящик кости. Они показали тройку, и молодой выругался, глянув на третью карту в большой колоде. Видимо, не свезло.
Я оглянулся, проверяя, не несется ли толпа фанаток по закоулкам. Неожиданно для себя я взял еще один ящик из кучи хлама за лавкой и подсел к стражникам. Сам же советовал игрокам побольше разговаривать с местными.
– Ты хочешь поиграть, друг Хаммер? – спросил седоусый.
Покачав головой, я сказал:
– Да я посмотрю пока. Подучусь, потом как-нибудь сыграю.
– Только с ним осторожней, – молодой кивнул на седоусого, – Оставит без жалования на раз-два.
Старший покрутил усы, посмеиваясь, а потом нахмурился:
– А потому что мозгов у вас, молодых, нет. Все вперед сохи лезете, не терпится вам.
– А в чем принцип? – спросил я, глядя на карты в руках играющих.
На ящике напротив каждого тоже лежали раскрытые карты. Молодой еще раз отсчитал карты в перевернутой колоде, посмотрел на третью, приподняв за уголок. Он задумчиво вытянул ее и немного завис.
– Ну, ты рожать будешь? – нетерпеливо проворчал седоусый.
– Сейча-а-ас, – протянул молодой.
На мой вопросительный взгляд он пояснил:
– Это, – молодой показал мне на свои раскрытые карты на столе, – мой «горизонт». Он смотрит на него и пытается понять, какое солнце у меня «взойдет».
– Взойдет? – переспросил я.
– Угу, – молодой внимательно глядел на ящик, и потом все-таки оставил себе вытянутую карту, добавил ее в веер в руках, а оттуда одну отправил в биту.
– А, так ты все-таки малены собираешь? – седоусый посмеялся в кулак, – Тоже мне, мастер блефа.
Молодой скривился, а потом сказал мне:
– Игра называется «Восход Трех Солнц». Надо собрать из колоды одну масть в комбинацию, тогда ты выиграешь. Твое солнце «взойдет».
– Ага, только у малого вечный закат, – пошутил седоусый и засмеялся.
Я усмехнулся и ради интереса взял одну карту посмотреть. На рубашке был изображен уже знакомый символ: три разноцветных звезды в круге. Я перевернул карту и… офигел…
– А это же… – я с сомнением показал карту седоусому.
– Ага, – тот кивнул, – Бог Крови.
В уголке карты была отмечена одна синяя звездочка.
– Это Бог Крови в свете Элохона, – добавил молодой, – Один кровавый эло.
Я вытащил другую карту. Там был Бог Тьмы, и три уголка заняли красные звездочки.
– Бог Тьмы в свете Каранхона, – улыбнулся молодой, – Три темных карана.
Тут я поскреб макушку.
– А Каранхон и Элохон – это что?
Седоусый переглянулся с молодым и покачал головой.
– А я еще вас, молодежь, ругаю. А странники вон, даже таких вещей не знают.
Молодой ткнул в небо пальцем:
– Каранхон, Элохон и Маленхон. Три солнца.
Я вытянул еще одну карту. Какой-то другой бог и две желтые точки.
Божество тоже было темным эльфаром, имело кожу угольно серого цвета, испещренную рисунком огненных вен. Казалось, будто его раскалили и внутренний жар проступает через трещинки. Глаза горели ярко-оранжевым пламенем.
– Бог Огня, – молодой ткнул пальцем в карту, – В свете Маленхона. Два огненных малена.
– Ааа, – протянул я и хотел наклониться, чтобы рассмотреть все карты на столе.
Но сзади в проулке раздались крики.
– Ты точно его здесь видел?
– Да, говорю тебе, точно Хаммер был.
Я сразу вскочил:
– Так, ладно, ребята, – я махнул им рукой, – Я побежал.
– Помочь, друг Хаммер? – спросил седоусый.
– Ну, если только ненамного задержите.
Я кинулся бегом на другую улочку и решил выйти через ворота, чтобы отправиться в деревушку пешком.
Мне чудом удалось уйти от погони, лавируя по закоулкам. Через пару минут я выскочил к тем самым западным воротам, где раньше разговаривал с Богом Крови.
Здесь опять дежурил молодой Люций, и он с беспокойством глянул на меня:
– Друг Хаммер, что у тебя случилось?
Я отмахнулся:
– Да, меня поклонники преследуют. Хотят, чтобы я молотом на фэйсе расписался.
– Чего? – Люций округлил глаза в непонятках.
– Если тут побежит куча игроков, не можешь ли ты им сказать, что Хаммер побежал туда? – я ткнул пальцем в сторону.
– Хорошо, друг Хаммер, – стражник улыбнулся и, обернувшись, расставил ноги в ожидании прихода этой «кучи игроков».
Я усмехнулся и дал деру, взяв курс на лес. Насколько я помнил карту, через заросли я скоро должен выйти на дорогу к той самой деревушке, которую Девана присмотрела себе в качестве базы для охотничьей гильдии.
Когда мы качались до тридцатого, то выстригали там кучу мобов, заполонивших деревню. Мне даже стало интересно, что изменилось там после прихода Деваны, за эту неделю я редко заходил в игру.
Шуруп со Спрутом тоже практически не объявлялись. После тех напряжных событий все расслабились, и взяли небольшой отдых.
Вокруг замелькали деревья, и я с тоской слушал своего увальня-кователя, ломящегося через лес, как танк. То ли дело Антшот, эльф, рожденный быть бесшумным…
– Друг мой Хаммер, – послышался поющий, но властный голос.
Я скривился. Его только тут не хватало.
– Здравствуй, Бог Крови, – сказал я, повернувшись к темному эльфару.
Красноглазый жрец стоял возле дерева и задумчиво рисовал красную царапину на коре.
– Давно не виделись, смертный, – произнес Бог Крови.
– Так ты все в делах, наверное? – осторожно сказал я, – Не каждый день получается грохнуть самый сильный клан в Мире Трех Солнц.
Бог Крови сладко потянулся, услышав мои слова.
– Да, смертный, истинно говоришь.
– Кстати, я так и не понял, почему тебя вызвал свиток? Я же вроде четко сказал…
– Свиток вызова темного эльфара, – сказал Бог Крови, – Я говорил тебе, друг Хаммер, осторожно выбирай слова.
Я поджал губы. А вот тут ничего не попишешь. Я произнес именно так, и увидеть подвох уже не мог, потому что темную метку Бог Крови уже снял.
– Ну, молодец, что я скажу? – усмехнулся я и повернулся, чтобы идти, – Ладно, побегу я…
Я двинулся через лес, но чувствовал, что Бог Крови скользит в паре шагов за спиной.
– Ну, что еще? – я повернул голову.
– Мне не дают покоя те твои слова, – сказал темный эльфар, – Про дружбу.
– Ну, слушай, мы вроде бы все, квиты, – ответил я, – Никто никому ничего не должен. Ты же сам этого хотел?
– Друг Хаммер, все не так просто, – сказал Бог Крови, – Мы с тобой заключили сделку обмена. Ты хотел вернуть странника в обмен на сильный клан…
– Так ты ж его сам получил, хоть и обманул меня.
– Вот только темная метка вернулась, – наконец сказал Бог Крови.
Я остановился.
– Чего? Ты опять, что ли, начал?
Тот развел руками.
– Это древняя магия, она сильнее всех богов Мира Трех Солнц. Даже титаны подвластны ей.
Я усмехнулся. Как интересно этот энписи описал игровые правила. Система Патриама определила наши действия так, что Бог Крови получил свою «жертву» благодаря мне, а значит, я исполнил свою часть договора.
– И ты хочешь вернуть мне Антшота? – у меня радостно забилось сердце.
– Но почему-то не могу, – кивнул жрец.
Я опять пошел вперед, задумавшись.
– Ваши боги препятствуют мне, – сказал Бог Крови, – Я чувствую их присутствие.
– Админы, что ли? – спросил я, крутя головой.
– Будь осторожен, смертный, – жрец посмотрел вверх, на небо, проступающее в кронах деревьев, – В обители ваших богов раздор.
И он исчез. Я постоял некоторое время, прислушиваясь к своим ощущениям. Что-то сегодня Бог Крови какой-то спокойный, не ругается, не пытается обмануть. Стареет, бедолага.
– Антон? – послышался другой голос, выбивший меня из размышлений.
– Неужели? – я повернулся к появившемуся админу, – Ноль-ноль-седьмой?
– Ну, да, позволили вернуться, – тот усмехнулся, – На время…
– В смысле?
– Тут серьезные проблемы у руководства, – сказал он, – Ты своим интервью за час обрушил… да много чего ты обрушил…
– Чего?
– Того. Инвесторы ждут реакции мирового игрового сообщества, и в руководстве Патриама, кажется, скоро будут перестановки. Это в лучшем случае.
– Ну, – я замялся, – А в худшем?
– Вообще всех поменяют. Если тут была такая схема, значит, всех под одну гребенку. Но пока еще ничего непонятно, – он вздохнул, – Антон, надо было посоветоваться.
Я давно не злился. Честно, с того самого момента, как решил инкогнито провести операцию по удалению Мстителей из игры.
– Не понял. Ты вообще пропал!
– Ты должен понимать, что я…
– Да я замучился уже «понимать»! – я держался, чтобы не сорваться, – Я два года назад делал это, когда стоял перед этим продажным руководством. Мне выписали бан, уволили еще и хорошего человека, и все, они дальше крутили свои делишки. А я просто стоял и всех «понимал»…
– Да, все так, но…
– Да ну на хрен, – я развернулся, поняв, что этот тоже в одной упряжке с этими бюрократами, – Я вообще поиграть зашел. Ты понял? Просто квесты повыполнять.
– Тебе не дадут, – админ пошел за мной.
Да что за вечер такой? Куда не пойду, за мной кто-то гонится.
– Пока их всех переставят, пройдет время. С тобой успеют разобраться.
– Кто?
– У Тортуги остались связи, но он тут не один замешан. Ты такую кормушку перевернул, что очень много недовольных.
– Ну, извините, – я состроил рожицу.
– Нет, Антон, лично я считаю, что ты прав. Будь осторожен, это только начало. Ты сейчас в безопасности?
– В относительной. Прячусь.
– Где, спрашивать не буду.
– У тебя все? – спросил я.
– Так, давай без лишних эмоций? – админ тоже, кажется, начал нервничать, – Я на твоей стороне. Почта моя у тебя есть. Если что-то…
– Ты персонажа моего нашел?
– Я… эээ… – админ замялся, так я его осадил, – Ну, много чего было, всего не упомнишь.
– А вот тогда и нечего говорить, что ты на моей стороне.
Тот вздохнул и покачал головой.
– В общем, это только начало, Антон. Жди еще проблем, такие люди просто так не успокаиваются.
– Все, бывай, – я махнул рукой, – Напишу, если что.
– И, это… – сказал админ мне вслед, – Спасибо, Антон.
Я не ответил и пошел, не оборачиваясь. За что «спасибо»-то? За то, что все остались на своих местах и теперь думают, ждут реакции? За то, что теперь у них истерика, и при этом развязаны руки?
Вот так бежишь к финишу, первым прыгаешь на ленту, а потом вдруг оказывается, что кубок только в аренду, и ленточка не казенная, так еще и бежал ты по платной дорожке. Плати!
Я трещал по лесу, словно кабан, не разбирая пути, и наконец вывалился на дорогу. Какая-то лань двадцать пятого уровня с испугу бросилась на меня, но я ее с великим удовольствием впечатал в землю.
Потом я, все такой же раздраженный, пошел по дороге, до скрипа скручивая молот в руках. Впереди, в просвете между деревьями, уже маячили домики.
Там от деревни-то одно название – все штук пять избушек. Но Девана обещала все разрулить, у нее остались какие-то связи, и куча знакомых охотников уже обещала к ней переселиться.
– Вот уроды! – не выдержал я и выругался, – Это ж надо… Ну, гниль просто!
И картинка исчезла. Я замер, испуганно глядя на пустой кабинет аккаунта. Хаммер исчез с постамента, лишь только мутная тень на его месте. Кнопка входа была затемнена, будто была не активным элементом, а частью фона.
Я уже догадывался, что произошло, но сердце не хотело верить, и я поскорее ткнул на «вход». Сразу же высветились красивые красненькие буковки.
Вы не можете войти, ваш аккаунт заблокирован.
Да твою же мать-то! Я пробежался глазами по кабинету и заметил горящий индикатор уведомлений. Сразу же открыл.
Уведомление о блокировке.
Аккаунт был заблокирован в связи с нарушением пункта 15 условий лицензионного соглашения.
Срок блокировки – бессрочно.
Я, стараясь сохранить самообладание, быстро нашел это самое соглашение, которое никогда не читал полностью. Пролистал до пункта пятнадцать и пробежался глазами:
Запрещается обсуждение действий администрации…
Дальше я читать не стал, сразу вспомнив слова «ноль-ноль-седьмого». Все только начинается.
– Ты чего? – Марина оторвала взгляд от экрана ноутбука.
Она сидела в наушниках на диване. Я вошел в комнату и, судя по ее глазам, вид у меня был довольно занятный.
– Там стрим еще не кончился? – с ходу спросил я.
Девушка ткнула в наушник и покачала головой.
– Все еще идет, твой Патрик уже больше обычного передачу ведет. Дебаты страшные.
– Напиши, что Хаммера забанили, – сказал я, – Только что.
– Да ладно? – Марина округлила глаза, – Ни фига себе пятница выдалась.
– Ага.
Она задумчиво потерла лоб.
– Тот, кто это сделал, подставил все руководство. Сейчас все поймут – вместо того, чтобы разобраться с ситуацией, они пытаются заскочить на старые рельсы.
Затем она положила пальцы на клавиатуру и сказала, сыграв бровями:
– Ну, Антош, я ведь сейчас подолью туда масла.
– Давай, – я махнул рукой, – Я пойду кофе нам сделаю. Еще.
Я прошел на ее кухню и, шаманя с чайником и бокалами, заметил, что у меня потряхивает руки. Да, в такую передрягу я еще не попадал.
Помнится, так же страшно мне было, когда быки Брутто ворвались ко мне. Но тогда это был страх вполне себе понятный – стоят реальные козлы на расстоянии руки, и кулаки у них твердые. А сейчас я даже не видел, с кем воюю, и что они могут сделать. С Тортугой? С Брутто, который решил просто отомстить? Или за дело взялась их крыша?
Постояв с минуту и разбираясь со своими ощущениями, я взял себя в руки и пошел обратно.
– Ну, что там? – я протянул Марине ее бокал.
Она подняла глаза и благодарно потянулась губами.
– Это нечто. Завтра будет флэшмоб, типа протеста. Хэштег уже запустили.
– Не понял. Что, правда? – я сел к компьютеру, грея руки на бокале.
Что-то мне не верилось, что игровое комьюнити объединится даже ради такого. Наивно думать, что кто-то откажется поиграть.
– Тут кланы присоединяются, – добавила Марина, – Раз тебя забанили, значит, и любого могут, кто захочет честной игры.
– Кланы что-то обещают?
– В общем, лояльность, – она пожала плечами, – Ну, война альянсов, она такая, Сцилла максимум пользы возьмет.
– Так что за хэштег?
– Знаешь, эти статусы смешные над головой? На них моды особой нет, и они сейчас копейки стоят.
– Ну? – я даже чуть возмутился, мне объясняли прописные истины.
– Решетка честная игра. Завтра все игроки будут бегать с такими. А послезавтра все эти игроки не зайдут в игру. Ориентировочно на три часа, но там кто сколько вытерпит…
Тут она подняла глаза.
– Во деби-илы-ы-ы…
– Что?
– Хакнули сайт «Нора под Камнем». Патрика твоего. Ошибка соединения.
Я поскреб подбородок. Блин, Диман будет недоволен.
– Слушай, так стрим же на ютубе.
– Я тебе и говорю – дебилы. Они же сами себе роют яму.
Засмеявшись, я сказал:
– Да ладно, потом же скажут на прессконференции, что это все проделки конкурентов.
Марина подняла пальчик, требуя помолчать, и я поморщился. Любит она командовать. Девушка защелкала клавишами, что-то быстро накидывая.
У меня зазвонил телефон. Я глянул – Диман. Эх, сейчас будет разгон.
– Алло.
– Здорово!
– Привет, Диман. Слушай, ты изви…
– Охрене-е-еть! – рев победителя ворвался в трубку, – У меня сайт чуть не лег, пока на него ДОС-атаку не сделали. Эти балбесы могли бы чуть подождать, он бы сам упал!
– Что, много народу было?
– Да дохрена!!! Прикинь, люди в пятницу вечером из игры вышли, чтобы послушать. Это офигеть! Спасибо, Антох!
Я улыбнулся. Ну, хоть кто-то рад.
– Тебя правда забанили? – спросил Диман.
– Да. За обсуждение действий администрации.
– Ага, понял. Не боись, нас теперь много. Мы тебя отобьем!
Я хмыкнул в трубку.
– Хотелось бы верить.
– Давай, у меня перерывчик кончился, я пошел в срач. Там кирпичей навалили!
Я засмеялся, а Диман отключился. Подняв глаза, я увидел, что Марина смотрит на меня и улыбается.
– Знаешь, что там случилось?
